Заседание за закрытыми дверями 3 декабря 2009 г., Вынесла следующее постановление, принятое в тот же день



Скачать 217.15 Kb.
Дата12.11.2016
Размер217.15 Kb.

EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS COUR EUROPEENNE DES DROITS DE L'HOMME

ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ

ДЕЛО "БЕЗЫМЯННАЯ против РОССИИ" (жалоба № 21851/03)

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

СТРАСБУРГ

22 декабря 2009



Данное судебное постановление станет окончательным в обстоятельствах, установленных в статье 44 §2 Конвенции. Оно может подлежать редакторскому пересмотру.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ "БЕЗЫМЯННАЯ против РОССИИ" 1



В деле "Безымянная против России",

Палата Европейского Суда по правам человека (Первая секция), заседая в следующем составе:

Нина Вайич, Председатель,

Анатолий Ковлер,

Элизабет Штайнер,

Ханлар Хаджиев,

Сверре Эрик Джебенс,

Джорджио Малинверни,

Джордж Николау, судьи, и Сорен Нильсен, Секретарь секции,

Проведя заседание за закрытыми дверями 3 декабря 2009 г., Вынесла следующее постановление, принятое в тот же день:

ПРОЦЕДУРА


  1. Дело инициировано жалобой (№ 21851/03) против Российской Федерации, поданной в Суд в соответствии со статьей 34 Конвенции по защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) гражданкой Российской Федерации, г-кой Галиной Александровной Безымянной (далее "заявитель"), 5 июня 2003 г.

  2. Права заявительницы представлены в суде г-ном И. Скрипниченко, адвокатом, практикующим в городе Белгороде. Правительство Российской Федерации (далее - "Правительство") представлено г-ном П. Лаптевым, уполномоченным представителем Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека.

  3. Заявитель жалуется, в частности, на то, что ей было отказано в фактическом доступе к суду по причине отказа внутригосударственных судов в рассмотрении существа заявленного требования.

  4. 22 июня 2006 г. Председатель Первой секции принял решение уведомить Правительство о поступившей жалобе. Также было решено рассмотреть существо жалобы одновременно с вопросом о ее приемлемости (Статья 29 пункт 3).

2 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ "БЕЗЫМЯННАЯ против РОССИИ"

ФАКТЫ


I. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

5. Заявительница родилась в 1973 г. и проживает в г. Белгороде


Белгородской области.

6. 29 декабря 1992 г. супруг заявительницы приобрел в


собственность нежилое помещение, включая помещение бывшего
ресторана. Заявительница в жалобе указала, что несколько лет назад ее
муж, испугавшись за свою жизнь и безопасность своей семьи,
подписал договор дарения части нежилого помещения с некоторым
числом лиц, передав им тем самым право собственности на ресторан.

7. 5 мая 2002 г. заявительница в интересах своего


несовершеннолетнего ребенка подала в Свердловский районный суд
города Белгорода иск к своему мужу о признании вышеуказанного
договора недействительным. Она заявила, что ее муж действовал при
подписании договора так, как если бы он бы единственным
собственником помещения. Часть нежилого помещения принадлежала
их несовершеннолетнему ребенку.

8. Свердловский районный суд города Белгорода принял жалобу к


рассмотрению и внес дело в список судебных слушаний. Однако
13 августа 2002 г. дело было направлено в Арбитражный суд
Белгородской области по подведомственности для его дальнейшего
рассмотрения. Соответствующая часть определения имеет следующее
содержание:

"В соответствии с главой 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, вступившей в действие 6 августа 2002 г., данное дело подведомственно арбитражному суду.

Согласно Статье 7 Федерального закона РФ «О введение в действие Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», дела, которые находятся в производстве судов общей юрисдикции и которые в соответствии с Арбитражным процессуальным кодексом РФ отнесены к подведомственности арбитражных судов, в течение двух недель со дня введения в действие параграфа 1 главы 4 Арбитражного процессуального кодекса РФ, с согласия истцов передаются судами общей юрисдикции на основании определения суда

в арбитражные суды в соответствии с правилами подсудности Если истец

не согласен на передачу его дела судом общей юрисдикции в арбитражный суд, суд общей юрисдикции прекращает производство по данному делу в связи с неподведомственностью дела суду общей юрисдикции.

В ходе слушания по делу истица, [заявитель], согласилась передать дело в арбитражный суд, что подтвердила письменным заявлением.

Суд приходит к выводу о необходимости передачи дела по иску [заявителя] против [ее супруга], в Арбитражный суд Белгородской области."

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ "БЕЗЫМЯННАЯ против РОССИИ" 3

Кассационная жалоба на определение районного суда могла быть подана в Белгородский областной суд в течение десяти дней.

9. 17 октября 2002 г. Арбитражный суд Белгородской области


вынес определение о прекращении производства по делу в связи с
нарушением правил подведомственности спора.

10. 10 декабря 2002 г. Апелляционная инстанция Арбитражного


суда Белгородской области оставила определение от 17 октября 2002 г.
без изменения. 24 марта 2003 г. Федеральный арбитражный суд
Центрального округа в последней инстанции оставил без изменений
судебные акты от 17 октября и 10 декабря 2002 г.

II. СООТВЕТСТВУЮЩЕЕ ВНУТРЕННЕЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО



  1. Гражданско-процессуальный кодекс РСФСР от 11 июня 1964 г. (действующий в соответствующее время) предусматривает, что дело, принятое судом к своему производству с соблюдением правил подсудности, должно быть разрешено им по существу, даже если в дальнейшем оно стало подсудным другому суду. Суд передает дело на рассмотрение другого суда, только если: (а) было принято решение, что другой суд сможет рассмотреть данное дело быстрее и справедливее, особенно, если другой суд располагал основной частью доказательств; (б) если ответчик, место жительства которого не было ранее известно, заявит ходатайство о передаче дела в суд по месту его жительства; (в) если после отвода одного или нескольких судей их замена в данном суде становится невозможной; (г) если при рассмотрении дела в данном суде выявилось, что оно было принято к производству с нарушением правил подсудности (Статья 122).

  2. Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации от 24 июля 2002 г. предусматривает, что арбитражный суд возвращает исковое заявление истцу, если при рассмотрении вопроса о принятии заявления установит, что данное дело не подсудно данному арбитражному суду (Статья 129). Однако, если арбитражный суд после принятия искового заявления к своему производству выяснит, что он не уполномочен принимать решение в отношении такой жалобы, Арбитражный суд должен прекратить судебное разбирательство и объявить о своем решении, объясняя при этом причины такого прекращения производства по делу (Статья 150). В случае прекращения производства по делу повторное обращение в арбитражный суд по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям не допускается (Статья 151 п. 3).

4 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ "БЕЗЫМЯННАЯ против РОССИИ"

ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО

I. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 6 ПУНКТА 1 КОНВЕНЦИИ

13. Заявительница подала жалобу согласно пункту 1 Статьи 6


Конвенции на то, что внутригосударственные суды отказались
рассмотреть исковое заявление, поданное заявительницей к её супругу,
тем самым, отказав ей в реализации права на доступ к суду. Пункт 1
Статьи 6 Конвенции, в соответствующей части, имеет следующее
содержание:

"Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях ... имеет право на справедливое ... разбирательство дела ... независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона."

А. Заявления сторон


  1. В своих возражениях Правительство утверждало, что заявительница не исчерпала все внутренние эффективные средства правовой защиты. В частности, Правительство подчеркивало тот факт, что заявительница могла подать кассационную жалобу на определение районного суда от 13 августа 2002 г. в Белгородский областной суд или могла в порядке надзора обжаловать данное определение. Далее Правительство упомянуло о том, что в качестве альтернативного средства правовой защиты можно было обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации, чем также не воспользовалась заявительница. Правительство не прокомментировало обстоятельства жалобы заявителя.

  2. Заявительница подала жалобу, аргументируя это тем, что внутригосударственные суды находились в более выгодном положении для того, чтобы толковать правила об ограничениях в отношении своих судебных полномочий, включая положения о подведомственности. Заявительница подчеркивала тот факт, что внутригосударственные суды, в случае сомнения или правового пробела, имели возможность обратиться в суды вышестоящей инстанции или Конституционный Суд РФ для выяснения вопроса, связанного с юрисдикцией. Давая согласие на передачу дела в Арбитражный суд Белгородской области, заявительница не сомневалась в правильности решения районного суда, а также заявительница не могла предвидеть последующий отказ Арбитражного суда Белгородской области в рассмотрении ее иска. По этой причине заявительница не подала кассационную жалобу на определение

: ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ "БЕЗЫМЯННАЯ против РОССИИ" 5

районного суда от 13 августа 2002 г. в десятидневный срок, как это установлено гражданско-процессуальным кодексом РСФСР.



В. Оценка Суда

1. Приемлемость

16. Суд считает, что Правительство перечислило три возможных


варианта исчерпания средств правовой защиты, которые могли быть
использованы заявительницей, в частности, кассационная жалоба в
Белгородский областной суд, надзорная жалоба о пересмотре дела в
порядке надзора, а также жалоба в Конституционный Суд Российской
Федерации. В этой связи Суд, в первую очередь, выскажется в
отношении исчерпания заявительницей внутригосударственных
средств правовой защиты.

(а) Общие принципы



  1. Суд повторяет, что правило исчерпания внутригосударственных средств правовой защиты согласно ст. 35 Конвенции, обязывает лиц, которые намерены подать иск против государства в суд, использовать сначала средства правовой защиты, предусмотренные национальной судебной системой. Следовательно, государства освобождаются от обязанности отвечать перед судом за их действия, когда заявители имели возможность рассматривать дела в рамках своей судебной системы. Правило основывается на утверждении, указанном в статье 13 Конвенции, с которым оно имеет тесную связь, и которое гласит, что существует эффективное средство правовой защиты, доступное в отношении предполагаемого нарушения внутригосударственной системы, вне зависимости от того, включены ли положения Конвенции в федеральное законодательство. Таким образом, важным моментом данного принципа является то, что процедура защиты, установленная Конвенцией, считается вспомогательной процедурой для федеральных систем, которые призваны защищать права человека (см. «Хэндисайд против Великобритании» (Handyside v. the United Kingdom), 7 декабря 1976 г., пункт 48, Серия А № 24).

  2. Согласно Статье 35 Конвенции, обращение за помощью к суду, как правило, может быть использовано заявителем по отношению к тем средствам правовой защиты, которые являются приемлемыми и достаточными для получения компенсации в отношении предполагаемых нарушений. Существование рассматриваемых средств правовой защиты должно быть достаточно определенным не только в теории, но и на практике, а в случае их неиспользования, они утратят элемент доступности и эффективности (см., inter alia, «Вернилло

6

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ "БЕЗЫМЯННАЯ против РОССИИ'



против Франции» (Vernillo v. France), 20 февраля 1991 г., пункт 27, Серия А № 198, и «Джонстон и другие против Ирландии» (Johnston and Others v. Ireland), 18 декабря 1986 г., пункт 22, Серия А № 112). Статья 35 Конвенции также предполагает, что жалобы, поданные в Суд, должны предварительно подаваться в соответствующий внутригосударственный орган, по крайней мере, по существу и в соответствии с формальными требованиями, а также в сроки, установленные нормами внутреннего законодательства, и кроме того, любые процессуальные меры, которые могут предотвратить нарушение Конвенции, должны быть использованы (см. «Кардо против Франции» (Cardoi v. France), 19 марта 1991 г., пункт 34, Серия А №200).

  1. Более того, в области исчерпания внутригосударственных средств правовой защиты существует распределение бремени доказывания. На Правительство, требующее установления факта неисчерпания, возлагается обязанность убедить Суд в том, что такое средство правовой защиты является эффективным средством, теоретически и практически доступным в соответствующее время, это означает, что такое средство является доступным и способным обеспечить компенсацию в отношении жалобы заявителя, а также предоставляет разумные надежды на успех. Однако, как только бремя доказывания будет удовлетворено, заявителю необходимо доказать, что средство правовой защиты, предоставляемое Правительством, действительно было использовано и по каким-либо причинам оказалось недостаточным и неэффективным в рамках конкретных обстоятельств дела, либо что существовали особые обстоятельства, освобождающие его или ее от такого требования.

  2. Суд особо подчеркивает, что применение данного правила должно принимать во внимание соответствующую поправку в отношении того, что оно применяется в рамках процедуры защиты прав человека, которую условились установить Договаривающиеся стороны. Соответственно, Суд признал, что правило о внутригосударственных средствах правовой защиты должно применять с особой степенью гибкости и без излишних формальностей (см. дело Кардо (Cardot), упомянутое выше, пункт 34). Суд также признал, что правило исчерпания не является ни абсолютным, ни способным применяться автоматически; при рассмотрении факта соблюдения данного правила особенно важно учитывать конкретные обстоятельства каждого индивидуального дела (см. «Ван Остервийк против Бельгии» (Van Oosterwijck v. Belgium), 6 ноября 1980 г., пункт 35, Серия А № 40). Помимо прочего, это означает, что необходимо реально учитывать не только существование формальных средств правовой защиты в судебной системе заинтересованной Договаривающейся стороны, но и общую правовую и политическую

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ "БЕЗЫМЯННАЯ против РОССИИ" 7

обстановку, в рамках которой рассматривается дело, а также личные обстоятельства дела заявителей (см. «Акдивар и другие против Турции» (Akdivar and Others v. Turkey), 16 сентября 1996 г., пункты 65-68, Отчеты о постановлениях и решениях 1996-IV).

(Ь) Применение общих принципов к настоящему делу

21. Возвращаясь к настоящему делу, Суд в первую очередь отмечает аргумент Правительства относительно того, что жалоба в Конституционный Суд РФ могла обеспечить заявительнице компенсацию за предполагаемое нарушение ее прав. В этой связи Суд

замечает, что окончательным решением при оценке эффективности
средства правовой защиты в отношении жалобы об отказе в доступе к
суду является тот факт, имела ли заявительница возможность подать
жалобу в Конституционный Суд РФ с тем, чтобы получить прямую и
своевременную компенсацию, а не ограничиться косвенной защитой
прав, гарантированной в соответствии с пунктом 1 Статьи 6
Конвенции. По своему характеру средство правовой защиты может
быть либо предупредительным, либо компенсационным (см. среди
прочих, «Коваль против Украины» (Koval v. Ub'aine), № 65550/01,
пункт 94, 19 октября 2006 г.). Суд полагает, что Правительство не
объяснило, каким образом жалоба в Конституционный Суд РФ могла
обеспечить вышеуказанное предупредительное или компенсационное
средство правовой защиты, либо и то, и другое, при обвинении в
отказе предоставить доступ к суду, что противоречит Статье 6
Конвенции. Более того, Правительство не указало, была ли у
заявительницы возможность напрямую подать жалобу в
Конституционный Суд РФ без формального возбуждения судебного
разбирательства, поскольку такая жалоба подлежала

предварительному рассмотрению Секретариатом Конституционного Суда РФ, имел ли Конституционный Суд РФ полномочия отменить судебный акт суда общей юрисдикции и рассматривать иск заявительницы по существу, а также существовала ли возможность, в случае установления Конституционным Судом РФ факта нарушения прав заявительницы, возбудить повторное слушание по делу напрямую, без необходимости того, чтобы заявительница подавала жалобу для возбуждения повторного слушания по делу в компетентную судебную инстанцию (см. «Фелъдек против Словацкой Республики» (Feldek v. the Slovak Republic) (реш.), № 9032/95, 15 июня 2000 г., в рамках которого Суд, на основании отрицательных ответов Правительства на все вышеперечисленные вопросы, постановил, что Конституционный Суд РФ не мог считаться эффективным средством правовой защиты). Таким образом, Суд не считает, что Правительство не представило доказательств в отношении того, что жалоба в

8 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ "БЕЗЫМЯННАЯ против РОССИИ"

Конституционный Суд РФ была доступным вариантом для заявительницы и способным обеспечить компенсацию.



  1. Что касается следующего аргумента Правительства, имеющего отношение к пересмотру судебных актов в порядке надзора, Суд повторяет, что в результате рассмотрения ряда дел против России, Суд неоднократно устанавливал, что судебное производство по пересмотру дела в надзорном порядке не является эффективным средством правовой защиты в целях выполнения пункта 1 Статьи 35 Конвенции (см. «Тумилович против России» (Tumilovich v. Russia) (реш.), № 47033/99, 22 июня 1999 г., и более ранее дело «Гусинский против России» (Gusinskiy v. Russia) (реш.), № 70276/01, 22 мая 2003 г.). В частности, Суд признал, что в соответствии с Гражданско-процессуальным кодексом РСФСР, действующим в период рассматриваемых событий, право возбуждать судебное производство по пересмотру дела в надзорном порядке является дискреционным, это означает, что только заинтересованное государственное лицо имеет право решать, необходимо ли проводить пересмотр в надзорном порядке для каждого конкретного дела (см. «Рябых против России» (Ryabykh v. Russia), № 52854/99, пункт 34, ЕСПЧ 2003-IX). Из этого следует, что сторона не могла осуществить судебное производство по пересмотру дела в судебном порядке и что такое «средство правовой защиты» было недоступно для заявительницы (см., для аналогичной аргументации, «Российская консервативная партия предпринимателей и другие против России» (Russian Conservative Party of Entrepreneurs and Others v. Russia), № 55066/00 и № 55638/00, пункт 88, ЕСПЧ 2007-1). Суд не видит причины для того, чтобы отступать от установления данного факта в рамках настоящего дела и отклоняет данное возражение Правительства о неисчерпании средств правовой защиты.

  2. Что касается третьего варианта, якобы приемлемого для заявительницы, Правительство настаивало на том, что подача кассационной жалобы на определение районного суда от 13 августа 2002 г. в Белгородский районный суд могла бы стать эффективным способом правовой защиты для жалобы заявительницы в отношении отказа районного суда в рассмотрении по существу иска заявительницы. В то же время заявительница, не оспаривая эффективность данного средства правовой защиты утверждала, что у нее не было причин использовать данный способ обжалования, когда она еще имела возможность им воспользоваться, т.е. в течение десяти дней после оглашения определения суда от 13 августа 2002 г. По мнению заявительницы, определение от 13 августа 2002 г. еще не ограничивало ее доступ к суду, поскольку заявительница все еще законно ожидала, что ее иск будет рассмотрен компетентным органом судебной власти.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ "БЕЗЫМЯННАЯ против РОССИИ

9


  1. В этой связи Суд повторяет, что 13 августа 2002 г. Свердловский районный суд передал дело заявительницы в Арбитражный суд Белгородской области на рассмотрение по существу. Передача дела была осуществлена с согласия заявительницы В то же время районный суд указал, что в случае, если бы заявительница отказалась от такой передачи, производство по ее делу было бы прекращено (см. пункт 8 выше).

  2. Суд замечает, что решение о передаче дела по иску заявительницы в Арбитражный суд Белгородской области основывалось на оценке процессуальных норм, данной районным судом, регламентирующих предмет судебного разбирательства, на которое распространялись его полномочия. Суд соглашается с общим предположением в отношении того, что внутригосударственные суды являются более компетентными и, вероятнее всего, что они толковали сложные и достаточно технические юридические вопросы, определяя пределы юрисдикции своих судебных полномочий. В данной ситуации, неудивительно, что заявительница не подала кассационную жалобу на определение от 13 августа 2002 г., не видя причин для сомнений в правильности решения районного суда, а дала согласие на передачу дела в ситуации, когда заявитель столкнулась с дилеммой: либо продолжать судебное разбирательство в другом суде, либо допустить прекращение производства по делу (см. пункт 8 выше). Более того, Правительство не оспаривало тот факт, что толкование, данное районным судом в отношении критериев определения судебной юрисдикции, является явно неверным, из данного обстоятельства заявительнице стало понятно, что передача ее дела в Арбитражный суд Белгородской области завершится прекращением производства по делу (см. аналогичную аргументацию в деле «Хаджиев против Азербайджана» (Hajiyev v. Azerbaijan), № 5548/03, пункт 43, 16 ноября 2006 г.). Фактически Правительство никогда не определяло ни районный, ни Арбитражный суд Белгородской области, как суд, имеющий полномочие рассматривать дело заявительницы.

  3. К тому же Суд отмечает, что заявительница смогла в конечном итоге осознать последствия ее согласия на передачу дела в Арбитражный суд Белгородской области только 17 октября 2002 г., в день вынесения определения Арбитражным судом Белгородской области о прекращении производства по делу. Однако к этому времени вариант подачи кассационной жалобы на определение суда от 13 августа 2002 г. стал невозможным для заявительницы по причине истечения десятидневного срока, установленного для возбуждения кассационного производства. Суд также помнит о том, что в данных обстоятельствах заявительница все еще пыталась воспользоваться судебной защитой. Она подала апелляционную жалобу на определение Арбитражного суда от 17 октября 2002 г. в суд вышестоящей

10 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ "БЕЗЫМЯННАЯ против РОССИИ"

инстанции и, в результате неудачи вышеуказанного, опротестовала


последнее решение суда. В данных обстоятельствах Суд считает, что
не следует делать вывод о том, что заявительница не исчерпала
внутригосударственные средства правовой защиты, на основании того,
что заявительница не подала кассационную жалобу на определение
суда от 13 августа 2002 г. Из этого следует, что жалоба не может быть
объявлена неприемлемой по причине неисчерпания

внутригосударственных средств правовой защиты.

27. Далее Суд отмечает, что данная жалоба не является явно
необоснованной в рамках пункта 1 Статьи 35 Конвенции, а также она
не является неприемлемой на каком-либо ином основании. Таким
образом, данная жалоба должна быть объявлена приемлемой.

2. Существо


  1. В первую очередь Суд полагает, что ограничение возможности заявителя начать судебное производство по делу должно рассматриваться с точки зрения права доступа к суду. Суд повторяет, что пункт 1 Статьи 6 предполагает, что каждый имеет право на любую жалобу в отношении его или ее гражданских прав и обязанностей, поданную в суд или трибунал. Суд замечает, что в пункте 1 Статьи 6 невозможно подробно описать процессуальные гарантии, предоставляемые сторонам в рамках незаконченного судебного дела, которые также включают защиту права на доступ к суду, что позволяет извлекать выгоду из таких гарантий. Характеристики справедливости, открытости и быстроты судебного разбирательства не будут представлять никакой ценности, в случае отсутствия судебного разбирательства (см. «Голдер против Великобритании» (Golder v. the United Kingdom), 21 февраля 1975 г., Серия А № 18, пункты 31-39). Конвенция призвана гарантировать не теоретические или иллюзорные права, а права, которые являются практическими и эффективными. Это, в особенности, касается права на доступ к суду, принимая во внимание его особое значение, которое ему придается в демократическом обществе с помощью права на справедливое судебное разбирательство (см. «Эйри против Ирландии» (Airey v. Ireland), 9 октября 1979 г., Серия А № 32, пункт 24). Ограничительное толкование права на доступ к суду, гарантированное пунктом 1 Статьи 6 Конвенции, не будет совместимым с предметом и целью положения (см. «Де Куббер против Бельгии» (De Cubber v. Belgium), 26 октября 1984 г., Серия А № 86, пункт 30).

  2. Далее Суд повторяет, что «право на доступ к суду» однако не является абсолютным. По своей сущности такое право должно регулироваться государством и может подлежать ограничениям (см. «Аишнгдэйн против Великобритании» (Ashingdane v. the United Kingdom), 28 мая 1985 г., Серия А № 93, пункт 57). В то же время такие

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ "БЕЗЫМЯННАЯ против РОССИИ

11


ограничения не должны ограничивать доступ человека к суду полностью или в части, в которой нарушена сама сущность такого права. Наконец, такие ограничения не будут совместимы с пунктом 1 Статьи 6 Конвенции, если они не преследуют законной цели, или в случае отсутствия разумной пропорциональной связи между применимыми средствами и целью, которая должна быть достигнута (см. «Леваж Престасъон Сервис против Франции» (Levages Prestations Services v. France), 23 октября 1996 г., Отчеты о постановлениях и решениях 1996-V, пункт 40, и «Луордо против Италии» (Luordo v. Italy), № 32190/96, пункт 85, ЕСПЧ 2003-IX).

  1. Возвращаясь к фактам настоящего дела, Суд - замечает, что после вынесения районным судом определения от 13 августа 2002 г. гражданский иск заявительницы, с помощью которого она намеревалась добиться признания договора недействительным, был направлен в Арбитражный суд Белгородской области на том основании, что предмет иска не подпадал под юрисдикцию районного суда. В свою очередь, Арбитражный суд Белгородской области, чье решение было впоследствии одобрено двумя судами вышестоящей инстанции, постановил, что у него также не было полномочий для вынесения судебного решения по делу заявительницы, и что данное дело должно было рассматриваться под юрисдикцией районного суда. В результате, производство по делу заявительницы было прекращено.

  2. Суд повторяет, что его задачей не является выполнение работы внутрр1государственных судов. Решение проблем толкования внутреннего законодательства, прежде всего, является задачей федеральных властей, и в частности, судов. Роль Суда ограничивается проверкой того, соответствуют ли результаты такого толкования положениям Конвенции. В частности, это применяется к толкованию сущности процессуального права (см. «Мирагалл Эсколано и другие против Испании» (Miragall Escolano and Others v. Spain), № 38366/97, пункты 33-39, ЕСПЧ 2000-1).

  3. Суд согласен, что правила определения параметров юрисдикции, применяемые к различным судам в рамках целой сети судебных систем Государств, безусловно, разработаны таким образом, чтобы обеспечивать надлежащее применение правосудия. Заинтересованные государства должны ожидать, что такие правила будут применяться. Однако обсуждаемые правила, или их применение, не должны ограничивать стороны в использовании доступного средства правовой защиты (см., mutatis mutandi, «Леони против Италии» (Leoni v. Italy), № 43269/98, пункт 23, 26 октября 2000 г.).

  4. В рамках настоящего дела Суд придерживается описания ситуации, предоставленной заявительницей, в котором говорится, что она оказалась жертвой того, что внутригосударственные суды неверно истолковали пределы судебной юрисдикции. Заявительница оказалась

12 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ "БЕЗЫМЯННАЯ против РОССИИ"

запертой в замкнутом круге, в ситуации, когда внутригосударственные суды указывали друг на друга и отказывались рассматривать ее дело ввиду предполагаемых ограничений своих судебных полномочий. Внутригосударственные суды фактически оставили заявителя в судебном вакууме без какой-либо вины с ее стороны (см., mutatis mutandis, «Марши против Албании» (Marini v. Albania), № 3738/02, пункт 122, ЕСПЧ 2007-XIV (выписки)). В этом отношении Суд также помнит, что Правительство не предоставило никаких обстоятельств, оправдывающих действия внутригосударственных судов, а также не указало какой-либо законной цели, которую оно, возможно, преследовало. Однако Суд не готов заменить Правительство в этом отношении (см., для получения аналогичной аргументации, «Дунаев против России» (Dunayev v. Russia), № 70142/01, пункт 37, 24 мая 2007 г.). Следовательно, имело место необоснованное нарушение самой сущности права заявителя на доступ к суду.

34. Таким образом, имело место нарушение пункта 1 Статьи 6
Конвенции.

И. ДРУГИЕ ПРЕДПОЛАГАЕМЫЕ НАРУШЕНИЯ КОНВЕНЦИИ

35. Суд рассмотрел другие жалобы, предоставленные
заявительницей, однако, учитывая все материалы дела, находящиеся в
распоряжении Суда, и в той части, в которой данные жалобы
находятся в компетенции Суда, Суд считает, что данные жалобы не
устанавливают факта нарушения прав и свобод, установленных в
Конвенции и Протоколах к ней. Из этого следует, что данная часть
жалобы должна быть отклонена, поскольку она является явно
необоснованной, согласно пунктам 3 и 4 Статьи 35 Конвенции.

III. ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ

36. Статья 41 Конвенции предусматривает:

;'Если Европейский Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне."

А. Ущерб


37. Заявительница потребовала выплатить ей сумму, равную 1515
150 евро, в качестве компенсации за материальный ущерб, которая
представляет собой стоимость помещения, а также титула

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ "БЕЗЫМЯННАЯ против РОССИИ" 13

собственника, упущенного супругом заявительницы. Она также потребовала 1 000 000 евро в качестве компенсации за моральный вред.


  1. Правительство утверждает, что требование заявительницы в отношении компенсации за материальный ущерб не имеет причинной связи с предполагаемым ограничением права заявителя на доступ к суду. Также Правительство заявило, что требование в отношении выплаты компенсации за моральный вред было чрезмерным. Правительство обращает внимание Суда на количество дел, в которых были установлены нарушения прав заявителей по Статье 6 Конвенции. Правительство указывало на то, что сумма компенсации по таким делам не превышала 3 000 евро, и в связи с этим обратилось к Суду с просьбой, в случае установления факта нарушения по настоящему делу, присуждения аналогичной суммы компенсации.

  2. Суд не увидел причинной связи между установленным нарушением и предполагаемой суммой материального ущерба и, таким образом, отклоняет данное требование. С другой стороны, Суд отмечает, что по настоящему делу было установлено нарушения права заявителя на доступ к суду. Суд полагает, что страдания и расстройство заявительницы не Могут быть в достаточной мере компенсированы признанием нарушения. Вынося оценку на справедливой основе, Суд присуждает заявительнице 2 000 евро в качестве компенсации за моральный вред, плюс любые налоги, которыми может облагаться данная сумма.

В. Расходы и издержки

40. Заявительница, не предоставив никаких подтверждающих


документов, потребовала выплатить ей 800 евро в счет расходов и
издержек, понесенных ей в течение разбирательства в Суде.

  1. Правительство заявило, что жалобы заявительницы являются необоснованными.

  2. В соответствии с прецедентным правом Суда заявительница имеет право на компенсацию судебных издержек и расходов, если они в действительности и по необходимости понесены, а также разумны в отношении суммы. В рамках настоящего дела заявительница не предоставила никаких документов, обосновывающих ее жалобу (копии договоров с адвокатами, приходные счета, квитанции об оплате и т.д.). Суд не может установить, были ли издержки, указанные заявительницей, действительно понесены в сумме, которую потребовала выплатить заявительница и, таким образом, Суд ничего не присуждает по данному пункту.

14 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ДЕЛУ "БЕЗЫМЯННАЯ против РОССИИ"

С. Пеня за просрочку платежей

43. Суд считает, что размер пени за просрочку платежей должен основываться на предельной процентной ставке Европейского Центрального Банка, к которой добавляется 3 процента.

ПО ЭТИМ ОСНОВАНИЯМ СУД ЕДИНОГЛАСНО


  1. Объявляет жалобу в отношении непредставления доступа к суду приемлемой, а оставшуюся часть жалобы неприемлемой;

  2. Признает, что имело место нарушение пункта 1 Статьи 6 Конвенции;

  3. Признает,

(а) что Государство-ответчик обязано выплатить заявительнице в течение трех месяцев со дня, когда данное постановление станет окончательным в обстоятельствах, установленных пунктом 2 Статьи 44 Конвенции, 2 000 евро (две тысячи евро) в счет компенсации за моральный вред, причем данная сумма должна быть переведена в рубли по обменному курсу, действительному на дату погашения, плюс сумму любых налогов; (Ь) что по истечении указанных выше трех месяцев до момента погашения по указанным суммам будет выплачиваться простой процент, равный предельной процентной ставке Европейского Центрального Банка в течение периода невыполнения обязательств, плюс три процента;

4. Отклоняет оставшуюся часть жалобы заявительницы о


справедливой компенсации.

Выполнено на английском языке, и уведомление о судебном постановлении направлено в письменной форме 22 декабря 2009 г. в соответствии с правилом 77 пунктов 2 и 3 Регламента Суда.



Сорен Нильсен Нина Вайич

Секретарь Председатель


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница