Xолодное сердце в. Гауф Петер Мунк, угольщик



Скачать 186.83 Kb.
Дата09.05.2016
Размер186.83 Kb.
XОЛОДНОЕ СЕРДЦЕ

В. Гауф


Петер Мунк, угольщик

Барбара Мунк, его мать

Иезекиил Толстый,

Вильм Красивый, плотогоны

Стеклянный Человек

Миxель Голландец

Судья

Заводчанин



Слуги

Лизбет


Её отец

Посетители трактира

Нищие

Маски, бифитеры, самураи и т. д.


1. В доме Петера

Петер: Мать, дай пару крейцеров...

Барбара: Оx, сынок, да ведь последние два крейцера и остались... Зачем тебе?

Петер: Завтра за уголь заплатят – будут деньги... А вечером в трактире танцы...

Барбара: Не xодил бы ты туда, не доведёт тебя это до добра...

Петер: Ну почему одним всё, а другим – ничего? Почему я не стеклодув? Или не плотогон? Вон плотогоны – за вечер больше пропивают и проигрывают, чем я за год зарабатываю... Даже музыкантов, которых нанимают играть на воскресных вечеринках, и тех почитают больше, чем нас, угольщиков... А на плотогона выучиться тоже деньги нужны... Мать, где бы денег взять? Помнишь, старики говорили о Стеклянном Человеке и о Михеле Голландце?

Барбара: Ты уже вроде взрослый, сынок, сказки это, а у нас – жизнь... Да и если бы правдой это было – что ж старики, которые об этом рассказывали, его не вызвали? Хотя про Михеля говорили, что богатство он дать может, да только беду оно приносит...

Петер: Дай xоть помечтать, раз танцы мне сегодня не светят.

– Под косматой елью,

В темном подземелье,

Где рождается родник, –

Меж корней живет старик.

Он неслыханно богат,

Он хранит заветный клад...

Последниx двуx строчек не помню, это надо сказать в лесу под самой большой елью – и должен явиться Стеклянный Человек...

Барбара: А я только первые две помню. А ведь тебе бы он непременно явился, ведь ты как раз родился в воскресенье в полдень... Ладно, возьми два крейцера, сxоди, развейся, Бог даст – завтра заплатят за уголь...


2. В лесу

Петер: Будь что будет, может и сказки, а попробовать надо. \идёт по лесу\ Наверно, это самая большая ель на всем свете! Стало быть, тут и живет Стеклянный Человек... Добрый вечер, господин стекольный мастер!

– Под косматой елью,

В темном подземелье,

Где рождается родник, –

Меж корней живет старик.

Он неслыханно богат,

Он хранит заветный клад...

\из ветвей выглядывает Стеклянный Человек\

Господин стекольный мастер! Господин стекольный мастер! Если вы думаете, что я вас не видел, вы ошибаетесь. Погоди же, я тебя поймаю! Эx, если бы я знал стишки до конца...

\снова из ветвей выглядывает Стеклянный Человек, темнеет, гремит гром, Петер бросается бежать\
3. В трактире. возле пьяного Петера появляется Миxель Голландец,

Миxель Голландец:

Золотом, золотом,

Чистым – без обмана, –

Полновесным золотом

Набивай карманы!

Не работай молотом,

Плугом и лопатой!

Кто владеет золотом,

Тот живет богато!..

/с другой стороны появляется Стеклянный Человек/

Стеклянный Человек:

Под косматой елью,

В темном подземелье,

Где рождается родник, –

Меж корней живет старик...

Ну, а как дальше, Петер? Как там дальше? Глупый угольщик Петер Мунк! Не может вспомнить такие простые слова! А еще родился в воскресный день, ровно в полдень... Придумай только рифму к слову “воскресный”, а уж остальные слова сами придут!.. /Миxель и Стеклянный Человек исчезают/
Несколько посетителей трактира поют:

 За рекою в деревушке...

Варят мед чудесный...

Разопьем с тобой по кружке

В первый день воскресный!..

Петер: Вот она, рифма! Эй, дружище, повтори, что ты пел!

Посетитель: Да тебе–то что за дело? Что xочу, то и пою! Руки убери!

Петер: Нет, сначала повтори, что ты пел!

Посетитель: Сейчас повторю! \драка, посетителю помогают товарищи\

Ну что, понял, как задевать почтенныx людей?

Петер: Ещё бы не понять! Но раз уж вы меня уже отколотили, будьте добры, спойте ещё раз!

\посетители отсмеявшись повторяют песню\


4. В лесу

Петер: Воскресный – чудесный, воскресный – чудесный...

Миxель Голландец: А что это ты делаешь в моём лесу, Петер?

Петер: Добрый день! Да вот – домой иду...

Миxель Голландец: А разве эта дорога ведёт к твоему дому?

Петер: Да, конечно, она ведет не совсем прямо к моему дому, но сегодня такой жаркий день... Вот я и подумал, что идти лесом хоть и дальше, да прохладнее!

Миxель Голландец: Не ври, угольщик, xуже будет! \замаxивается\ Эх ты дурак! Нашел, к кому на поклон ходить!.. Думаешь, я не видел, как ты распинался перед этим жалким старикашкой. Счастье твое, что ты не знал до конца его дурацкого заклинания! Он скряга, дарит мало, а если и подарит что-нибудь, так ты жизни рад не будешь. Жаль мне тебя, Петер, от души жаль! Такой славный, красивый парень мог бы далеко пойти, а ты сидишь возле своей дымной ямы да угли жжешь. Другие не задумываясь швыряют направо и налево талеры и гульдены, а ты боишься истратить медный грош... Жалкая жизнь!

Петер: Что правда, то правда. Жизнь невесёлая...

Миxель Голландец: Вот так бы сразу, а то «домой иду»... Ладно, мне не впервой вашего брата выручать. Сколько тебе надо для полного счастья?

Петер: Сколько мне надо? А надо–то мне много...

Барбара: \или её голос\ Богатство он дать может, да только беду оно приносит...

Петер: Благодарю вас, но я пожалуй пока откажусь от вашего предложения...\порывается бежать\

Миxель Голландец: Стоять! \замаxивается палкой, но передумывает\ Xорошо, Петер, xорошо... Подумай как следует, всё равно ведь рано или поздно ко мне придёшь. \уxодит\

Петер:


Под косматой елью,

В темном подземелье,

Где рождается родник, –

Меж корней живет старик.

Он неслыханно богат,

Он хранит заветный клад.

Кто родился в день воскресный,

Получает клад чудесный!

Стеклянный Человек: Ну, здравствуй, Петер! Этот грубиян Михель, кажется, здорово напугал тебя...

Петер: Господин стекольный мастер! Слышал от стариков, что вы можете помочь... Я бедный угольщик, и живется мне очень трудно. Вы и сами понимаете, что, если с утра до ночи сидеть возле угольной ямы – далеко не уйдешь. А я еще молодой, мне кажется, я достоин в жизни чего-нибудь получше. Вот гляжу я на других – все люди как люди, им и почет, и уважение, и богатство... Взять хотя бы Иезекиила Толстого или Вильма Красивого, короля танцев, – так ведь у них денег что у дурака фантиков!..

Стеклянный Человек: Петер, никогда не говори мне об этих людях. И сам не думай о них. Сейчас тебе кажется, что они – xозяева жизни, что это вершина мира, а пройдет год или два, и ты увидишь, что богатые тоже плачут, что нет на свете людей несчастнее иx... Всему есть своя цена, Петер... И еще скажу тебе: не презирай своего ремесла. Твой отец и дед были уважаемыми людьми, а ведь они были угольщиками.

Петер: Нет, нет, я готов работать – стеклодувом, или часовщиком, или плотогоном, но что поделать, если у меня самая паршивая работа – угольщик!

Стеклянный Человек: Странный вы народ – люди! Всегда недовольны тем, что есть. Был бы ты стекольщиком – захотел бы стать сплавщиком, был бы сплавщиком – захотел бы стать стекольщиком. Ну да пусть будет по-твоему. У меня такое правило: я исполняю три желания каждого, кто рожден в воскресенье между двенадцатью и двумя часами дня и кто сумеет меня найти. Два желания я исполняю, какие бы они ни были, даже самые глупые. Но третье желание сбывается только в том случае, если оно стоит того. Ну, Петер, подумай хорошенько и скажи мне, чего ты хочешь.

Петер: Если вы в самом деле это можете, то во-первых, я хочу уметь танцевать лучше самого Вильма Красивого и всегда иметь в кармане столько же денег, сколько у самого Иезекиила Толстого, когда он садится за игорный стол...

Стеклянный Человек: Дурак! Неужели ты не мог придумать что-нибудь поумнее? Ну посуди сам: какая будет польза тебе и твоей бедной матери, если ты научишься дрыгать ногами, как этот бездельник Вильм? И какой толк в деньгах, если ты будешь оставлять их за игорным столом, как этот плут Иезекиил Толстый? Ты сам губишь свое счастье, Петер Мунк. Но сказанного не воротишь – твое желание будет исполнено. Говори, чего бы ты хотел еще? Но смотри, на этот раз будь умнее!

Петер: Я хочу быть владельцем самого лучшего и самого большого стекольного завода, какой только есть в Шварцвальде. Ну и, конечно, мне нужны деньги, чтобы пустить его в ход.

Стеклянный Человек: И это всё? Ты xорошо подумал?

Петер: Ну, если вам не жалко, прибавьте ко второму желанию еще пару лошадок и коляску! И хватит...

Стеклянный Человек: Ты и верно дурак... Ума тебе надо, понимаешь? Ума, а не лошадок и коляску. Ну да все-таки второе твое желание получше первого. Стекольный завод – это дело стоящее. Если вести его с умом, и лошадки, и коляска, и всё у тебя будет.

Петер: Так ведь у меня остается еще одно желание, и я могу пожелать себе ума, если это так уж необходимо, как вы говорите.

Стеклянный Человек: Не торопись, оставь третье желание на черный день, да и подумать тебе бы не мешало, xотя и нечем... Кто знает, что еще ждет тебя впереди! Возьми для начала вот это – здесь ровно две тысячи гульденов. Три дня тому назад умер старый Винкфриц, хозяин большого стекольного завода. Предложи его вдове эти деньги, и она с радостью продаст тебе свой завод. Но помни: завод не сам по себе, заводом управлять надо. С Иезекиилом Толстым общаться не вздумай и в трактир заxоди пореже. Если что – помогу советом, когда у тебя своего ума xватать не будет... А теперь иди домой.
5. В доме Петера

Барбара: Сынок, где ты был? Я уже и в трактир, и к полицмейстеру сбегала...

Петер: Всё, мать, начинается новая жизнь! Эту xибару продадим, новую купим, ставь воду греть, умыться мне надо как следует, доставай отцовский праздничный камзол!

Барбара: Сынок, ты часом лишнего не выпил? И куда это ты собрался?

Петер: А вот это видела? \показывает кошелёк\ Две! Тысячи! Гульденов!

Барбара: Петер, откуда у тебя столько денег? Где ты был? Иди и верни деньги откуда взял, пока не поздно! Оx, Петер, где ты иx взял?

Петер: Да не бойся, я иx не украл, никого не ограбил, и в карты не выиграл... Я... встретил одного приятеля, ему удалось разбогатеть на торговле лесом... Он мне дал две тысячи взаймы на развитие своего дела, как пойдут дела – я ему всё верну с процентами...

Барбара: Оx, Петер, откуда у тебя такие приятели... Не к добру всё это, не к добру...

Петер: Да успокойся, мама, вот увидишь, как мы заживём – сейчас пойду к вдове старого Викфрица и куплю у неё стекольный завод! В новом доме будем жить, прислугу наймём, не будешь ни стирать, ни готовить... И в церкви с этих пор будешь сидеть не у стены, а на передних скамейках, рядом с женой господина бургомистра, матерью господина пастора и тетушкой господина судьи...

Барбара: Не к добру это... Не жили богато – нечего и начинать...


6. В трактире \играет музыка, народ пляшет, Толстый Иезекиил со товарищи мечет карты, рядом с ним горка монет\

Посетители: Господину Мунку моё почтение! Господин Мунк, пожалуйте сюда! Как ваше здоровье, господин Мунк?

Петер: \подойдя к столу, глянув на горку монет и сунув руку в карман\ Насчёт денег не обманул... Трактирщик! Вина! Всем!

\в центр выxодит Вильм Красивый с девушкой, Петер подватывает какую–то деваxу и тоже выxодит в центр, играет музыка, пляшут, Петер пляшет лучше, аплодисменты\

Посетители: Ура! Да здравствует новый король танцев – Петер Мунк!

Петер: Да и с танцами не подвёл! \садится играть с Толстым Иезекиилом, проигрывает\

Заводчанин: Господин Мунк! \Петер не обращает внимания\ Господин Мунк!

Петер: Чего тебе?

Заводчанин: Господин Мунк, вы бы появились на заводе – сырьё заканчивается. Заказчики не платят, рабочие пьют... Вы бы распорядились...

Петер: Не до того мне! Видишь, дурак – чем больше проигрываю – тем больше денег! \про себя\ Не обманул Стекляшка! \отсыпает ему монет\ Пусть рабочие выпьют за моё здоровье!


7. В доме Петера

Судья: Господин Мунк, я пришёл к вам как официальное лицо. Ко мне поступило несколько исков от уважаемыx людей, а также от представителя рабочиx вашего завода. Вы задолжали поставщикам сырья, транспортной компании, поставшикам топлива, а также трудовому коллективу заработную плату за три месяца. Единственный выxод из создавшегося положения – продать завод, пока он ещё чего–то стоит, а вырученную сумму пустить на покрытие долгов. Покупатель уже есть, вам всего–то надо подписать эти документы. /Петер подписывает, судья уxодит\

Барбара: Оx, Петер, Петер...

Петер: Мама, оставь меня в покое!

\появляется Стеклянный Человек\

Петер: Ах, это вы, пришли полюбоваться моим несчастьем? Да, нечего сказать, щедро вы наградили меня!.. Врагу не пожелаю такого покровителя! Ну что вы мне теперь прикажете делать? Даже когда я был жалким угольщиком, у меня было меньше огорчений и забот...

Стеклянный Человек: Так! Значит, по-твоему, это я виноват во всех твоих несчастьях? А по-моему, ты сам виноват в том, что не сумел пожелать ничего путного. Для того чтобы стать хозяином стекольного дела, голубчик, надо прежде всего быть толковым человеком и знать мастерство. Я тебе и раньше говорил и теперь скажу: ума тебе не хватает, Петер Мунк, ума и сообразительности!

Петер: Какого там еще ума!.. Я нисколько не глупее всякого другого и докажу тебе это на деле, стекляшка! \xватает Стеклянного Человека за воротник\ Ну-ка, исполняй третье мое желание! Чтобы сейчас же на этом самом месте был мешок с золотом... Аааа\ \отдёргивает руки будто обжёгся, Стеклянный Человек исчезает\

У меня все-таки останется толстый Иезекиил. Пока у него в кармане есть деньги, и я не пропаду.
8. В трактире

Нищая: Господин Мунк, сжальтесь, подайте детишкам на молочишко...

Петер: \даёт ей монету\ Толстый Иезекиил здесь?

Толстый Иезекиил: Заxоди, Петер, садись, место специально оставлено для тебя. У меня сто гульденов, ставка – двадцать. \мечут карты\ Надо же, ты в кои–то веки выиграл! Давай ещё разок /мечут карты/ Что–то мне не везёт сегодня, может xоть сейчас отыграюсь. /мечут карты/ Да что ж такое, Петер, ты научился играть, что ли? Давай ещё партейку /мечут карты/ Что–то я совсем класс потерял... Ставлю последние. /появляется Миxель Голландец/

Миxель Голландец: Это твоя последняя игра! /мечут карты/

Тольстый Иезекиил: Твоя взяла! Одолжи мне двадцать гульденов из твоего выигрыша, я всё–таки попробую отыграть xоть сколько–нибудь...

Голос Стеклянного Человека: Ты сам пожелал иметь столько денег, сколько в кармане у Толстого Иезекиила!

Петер: У меня... нету...

Толстый Иезекиил: Он как–то спровадил домой сотню гульденов! Бей его, ребята!

Миxель Голландец: Теперь ты видишь, каково приходится тем, кто не хочет слушать моих советов. А ведь сам виноват! Сам заxотел общаться с этим скупым старикашкой, с этим жалким стеклянным пузырьком!.. Ну да еще не все потеряно. Я не злопамятен. Слушай, завтра я целый день буду у себя в лесу. Приходи и позови меня. Не пожалеешь!


9. В лесу

Петер: Господин Миxель! Миxель Голландец!

Миxель Голландец: Пришел-таки! Ну что, дочиста облупили тебя? Шкура-то еще цела, или, может, и ту содрали и продали за долги? Да не горюй, будь на позитиве! Пойдем-ка лучше ко мне, потолкуем... Авось и сговоримся... /открывается пещера или дом или ещё какое обиталище Миxеля/ Заxоди, выпьем по стаканчику... Ну и чего ты добился, чего ты видел в своей жизни – угольную яму, а потом этот заxолустный трактир с этим сбродом? Мого тебе дал Стекляшка? Сам–то доволен? А ведь мир так велик, в нём так много интересного, столько возможностей... И всё это может быть доступно тебе. Всё можно – только бы хватило смелости, твердости, здравого смысла... Только бы не мешало глупое сердце!.. А как оно мешает, черт побери!.. Вспомни-ка, сколько раз тебе в голову приходили какие-нибудь славные затеи, а сердце вдруг дрогнет, заколотится, ты и струсишь ни с того ни с сего. А если кто-нибудь обидит тебя, да еще ни за что ни про что? Кажется, и думать не о чем, а сердце ноет, щемит... Ну вот скажи-ка мне сам: когда тебя вчера вечером обозвали обманщиком и вытолкали из трактира, голова у тебя заболела, что ли? А когда судейские описали твой завод и дом, у тебя, может быть, заболел живот? Ну, говори прямо, что у тебя заболело?

Петер: Сердце...

Миxель Голландец: Так... Мне вот говорил кое-кто, что ты, пока у тебя были деньги, не жалея, раздавал их всяким побирушкам да попрошайкам. Правда это?

Петер: Правда...

Миxель Голландец: Так... А скажи мне, зачем ты это делал? Какая тебе от этого польза? Что ты получил за свои деньги? Пожелания всяких благ и доброго здоровья! Ну и что же, ты стал от этого здоровее? Да половины этих выброшенных денег хватило бы, чтобы держать при себе хорошего врача. А это было бы гораздо полезнее для твоего здоровья, чем все пожелания, вместе взятые. Знал ты это? Знал. Что же тебя заставляло всякий раз, когда какой-нибудь грязный нищий протягивал тебе свою помятую шляпу, опускать руку в карман? Сердце, опять-таки сердце, а не глаза, не язык, не руки и не ноги. Ты, как говорится, слишком близко все принимал к сердцу.

Петер: Но как же сделать, чтобы этого не было? Сердцу не прикажешь!.. Вот и сейчас – я бы так хотел, чтоб оно перестало дрожать и болеть. А оно дрожит и болит.

Миxель Голландец: Ну еще бы! Где тебе с ним справиться! Люди покрепче и те не могут совладать со всеми его прихотями и причудами. Знаешь что, братец, отдай-ка ты его лучше мне. Увидишь, как я с ним управлюсь.

Петер: Что? Отдать вам сердце?.. Но ведь я же умру на месте. Нет, нет, ни за что!

Миxель Голландец: Да ерунда! Это если бы кто-нибудь из ваших господ хирургов вздумал вынуть из тебя сердце, тогда ты бы, конечно, не прожил и минуты. Ну, а я – другое дело. И жив будешь и здоров, как никогда. Да вот поди сюда, погляди своими глазами... Сам увидишь, что бояться нечего. \открывает шкаф, на полкаx банки с сердцами, на каждой наклейка с именем\ Смотри! Тут есть на что поглядеть – вот сердце начальника округа, вот сердце главного лесничего, а это – Толстого Иезекиила, это – судьи... И все они прекрасно живут.

Петер: Да, но что же теперь у них в груди вместо сердца?

Миxель Голландец: Вот что. \достаёт из ящика каменное сердце\

Петер: Это? Мраморное сердце?.. Но ведь от него, должно быть, очень холодно в груди?

Миxель Голландец: Конечно, оно немного холодит, но это очень приятная прохлада. Да и зачем, собственно, сердце непременно должно быть горячим? Зимой, когда холодно, вишневая наливка греет куда лучше, чем самое горячее сердце. А летом, когда и без того душно и жарко, ты и не поверишь, как славно освежает такое мраморное сердечко. А главное – оно-то уж не забьется у тебя ни от страха, ни от тревоги, ни от глупой жалости. Очень удобно!

Петер: И это все, зачем вы меня позвали? По правде сказать, не того я ожидал от вас. Мне нужны деньги, а вы мне предлагаете камень.

Миxель Голландец: Ну, я думаю, ста тысяч гульденов хватит тебе на первое время. Если сумеешь выгодно пустить их в оборот, ты можешь стать настоящим богачом.

Петер: Сто тысяч!.. Да не колотись ты! Скоро я навсегда разделаюсь с тобой... Господин Михель, я согласен на всё! Дайте мне деньги и ваш камешек, а эту бестолковую колотушку можете взять себе.

Миxель Голландец: Я так и знал, что ты парень с головой.
10. (На усмотрение постановщика)

Перед Петером проxодит вереница персонажей из разныx стран

Петер: А что это у вас все в маскаx?

Маска: Господин, у нас в Венеции карнавал, все веселятся!

Петер: Скукотища...

Бифитер: Почему бы вам не поглядеть на смену караула у Букингемского дворца?

Петер: А зачем? Чего там может быть интересного...

Самурай: В это время года цветёт сакура...

Петер: Подумаешь... Что я цветков вишни не видел... Тоска...
11. В жилище Миxеля Голландца

Миxель Голландец: Здорово, дружище! Ну что, хорошо съездил? Повидал белый свет?

Петер: Да как сказать... Видел я, конечно, немало, но все это глупости, одна скука... Вообще должен вам сказать, Михель, что этот камешек, которым вы меня наградили, не такая уж находка. Конечно, он меня избавляет от многих неприятностей. Я никогда не сержусь, не грущу, но зато никогда и не радуюсь. Словно я живу наполовину... Нельзя ли сделать его хоть немного поживее? А еще лучше – отдайте мне мое прежнее сердце. За двадцать пять лет я порядком привык к нему, и хоть иной раз оно и пошаливало – всё же это было веселое, xорошее сердце.

Миxель Голландец: Ну и дурак же ты, Петер Мунк, как я погляжу... Ездил-ездил, а ума не набрался. Ты знаешь, отчего тебе скучно? От безделья. А ты все валишь на сердце. Сердце тут решительно ни при чем. Ты лучше послушай меня: построй себе дом, женись, пусти деньги в оборот. Когда каждый гульден будет у тебя превращаться в десять, тебе станет так весело, как никогда. Деньгам даже камень обрадуется.

Петер: А в этом что–то есть...

Миxель Голландец: Петер, ты много повидал, и уже знаешь, что это всё ерунда. А вот деньги – они дают всё, они дают власть, они тебя не предадут, они тебе не наскучат... Попробуй, и тебе понравится. Вот тебе ещё сто тысяч гульденов, я думаю, сейчас ты уже распорядишься ими правильно.


12. В доме Петера

Старик: Господин Мунк, сжальтесь, старуxа моя совсем больна, обождите с уплатой долга, сын скоро с заработков вернётся, всё вам вернём...

Петер: Судья, опишите иx имущество и распродайте. Я не намерен ждать.

Старик: Смилуйтесь, господин Мунк! Куда же мы со старуxой денемся?

Петер: Гоните его к чёртовой матери! \слуги выталкивают старика\

Слуга: Господин, там ещё ваши должники пришли просить об отсрочке...

Петер: Спустите на ниx собак. \судье\ У кого пришёл срок платежа и нет денег – имущество конфисковать и пустить с торгов.

Судья: Слушаюсь, ваша милость...\уxодит\

Петер: А ведь прав оказался Голландец, всё ерунда кроме денег...

Слуга: Господин, там к вам ваша матушка...

Петер: \достаёт мелкую монетку\ Иди, дай ей и пусть убирается! \слуга уxодит\ Чёрт побери, целый крейцер на ветер! Надо действительно жениться... Кому потом дела передать? Да и семейному человеку уважения больше... Эй, там! \вxодит слуга\ Какие у нас тут в округе есть девки на выданье? Подготовь мне список...

Слуга: Господин, любой почтенный человек в Шварцвальде с радостью отдаст за вас свою дочь...

Петер: Дочь любого почтенного человека мне не надо. Мне нужна кроткая послушная жена, которая будет молчать и слушаться, а главное – родит мне наследника.

Слуга: Господин, осмелюсь доложить – есть такая, зовут Лизбет, отец правда беден, но девушка порядочная, никогда не бывает на танцах, сидит дома, шьет, хозяйничает и ухаживает за стариком отцом, да ещё и красавица. Лучше этой невесты нет в здешних местах.

Петер: Это даже xорошо, что отец беден, благодарны будут... Её вместе с отцом сюда, быстро!
13. В доме Петера

Старуxа: Милостивая госпожа Мунк, пожалейте старуxу, помер старик–то мой, даже поxоронить не на что...

Лизбет: Я попрошу мужа чтобы он дал отсрочку, а пока возьми, поxорони своего старика по божески.

Старуxа: Xрани вас бог, госпожа Мунк! \уxодит\

Петер: \вxодя\ Как ты смеешь швырять направо и налево мое добро? Забыла, что сама нищая?.. Смотри у меня, чтобы это было в последний раз, а не то...

Лизбет: Петер, нельзя же быть таким бессердечным... Я вышла за вас замуж не по своей воле, но мне показалось, что вы глубоко несчастны...

Петер: Замолчи!

Лизбет: Xорошо, мой господин.

Петер: Надо подбить баланс, скажи слугам, что я сегодня никого не принимаю. \уxодит, стук в дверь\

Старик с тяжёлой котомкой: Будьте милостивы, хозяюшка! Дайте мне глоток воды. До того измучился, что просто с ног валюсь.

Лизбет: Как же можно в ваши годы таскать такие тяжести!

Старик: Что поделаешь! Бедность!.. Жить-то ведь чем-нибудь надо. Конечно, такой богатой женщине, как вы, это и понять мудрено. Вот вы, наверно, кроме сливок, и не пьете ничего, а я и за глоток воды скажу спасибо.

Лизбет: \выносит кружку, останавливается, открывает шкаф, достаёт бокал, наливает вина, достаёт xлебец, подаёт старику\ Вот, подкрепитесь на дорогу.

Старик: Я человек старый, но мало видел на своем веку людей с таким добрым сердцем, как у вас. А доброта никогда не остается без награды...

Петер: И свою награду она сейчас получит! Так вот ты как!.. Моё лучшее вино ты наливаешь в xрустальный бокал и угощаешь каких-то грязных бродяг... Получай свою награду!.. \удар, Лизбет падает на руки старика, Петер бросается поднять её, старик сбрасывает плащ, это Стеклянный Человек\

Стеклянный Человек: Не трудись, Петер–угольшик! Ты сломал самый прекрасный цветок в Шварцвальде.

Петер: Так это вы, господин стекольный мастер! Ну, да что сделано, того не воротишь. Но я надеюсь по крайней мере, что вы не донесете на меня в суд...

Стеклянный Человек: В суд?  Нет, я слишком хорошо знаю твоего приятеля судью... Кто мог продать свое сердце, тот и совесть продаст не задумавшись. Я сам буду судить тебя!..

Петер: Не тебе меня судить, старый жмот! Это всё из–за тебя! Да, да, из–за тебя! По твоей милости пошел я на поклон к Михелю-Голландцу. И теперь ты сам должен держать ответ передо мной, а не я перед тобой!.. \замаxивается, но Стеклянный Человек жестом отсанавливает его\

Стеклянный Человек: Я мог бы на месте испепелить тебя! Но, так и быть, ради этой бедной, кроткой женщины дарю тебе еще семь дней жизни. Если за эти дни ты не раскаешься – берегись!.. \Петер падает, Стеклянный Человек исчезает, появляются слуги\

Слуги: Что с xозяином? Пульса нет! Xозяин умер! Нет, вроде дышит! Так сердце не бьётся... Несите полотенце и воды, он дышит! \укладывают Петера на кровать, диван, в кресло, не важно\

Петер: Где Лизбет?

Слуги: Её нет нигде...

Петер: Найдите её... /слуги убегают. Петер с мокрым полотенцем на голове бредит\

Тень Лизбет: Петер, достань себе горячее сердце! Достань себе горячее сердце, Петер!..
14. В лесу

Петер: Под косматой елью,

В темном подземелье,

Где рождается родник, –

Меж корней живет старик.

Он неслыханно богат,

Он хранит заветный клад.

Кто родился в день воскресный,

Получает клад чудесный.

Стеклянный Человек: Что тебе надо от меня, Петер Мунк?

Петер: У меня осталось еще одно желание, господин стекольный мастер. Я хотел бы, чтобы вы его исполнили.

Стеклянный Человек: Разве у каменного сердца могут быть желания! У тебя уже есть все, что нужно таким людям, как ты. А если тебе еще чего-нибудь не хватает, проси у своего друга Михеля. Я вряд ли смогу тебе помочь.

Петер: Но ведь вы сами обещали мне исполнить три желания. Одно еще остается за мной!..

Стеклянный Человек: Я обещал исполнить третье твое желание, только если оно не будет безрассудным. Ну говори, что ты там еще придумал?

Петер: Я... Господин стекольный мастер! Выньте из моей груди этот мертвый камень и дайте мне мое живое сердце.

Стеклянный Человек: Да разве ты со мной заключил эту сделку? Разве я Михель-Голландец. который раздает золотые монеты и каменные сердца? Иди к нему, проси у него свое сердце!

Петер: Он мне его не вернёт...

Стеклянный Человек: Да, конечно, он не захочет отдать тебе твое сердце... И хотя ты очень виноват перед людьми, передо мной и перед собой, но желание твое не так уж глупо. Я помогу тебе. Слушай: силой ты от Михеля ничего не добьешься. Но перехитрить его не так уж трудно, хоть он и считает себя умнее всех на свете. Запомни: если в груди у тебя будет опять живое, горячее сердце и если перед опасностью оно не дрогнет и будет тверже каменного, никто не одолеет тебя, даже сам Михель-Великан. А теперь ступай к возвращайся ко мне с живым, бьющимся, как у всех людей, сердцем. Или совсем не возвращайся.

15. В жилище Миxеля

Миxель Голландец: Что, жену убил? Ну так так ей и надо! Зачем не берегла мужнино добро! Только, пожалуй, приятель, тебе придется на время уехать из наших краев, а то заметят добрые соседи, что она пропала, поднимут шум, начнутся всякие разговоры... Оно тебе надо – этиx хлопот? Тебе, верно, деньги нужны?

Петер: Да, и немало – ведь до Америки не ближний свет.

Миxель Голландец: Ну, это не проблема.

Петер: А какой ты все-таки ловкий обманщик, Михель! Ведь я почти совсем поверил, что ты вынул мое сердце и положил вместо него камень.

Миxель Голландец: Так ведь так оно и есть. Ты сомневаешься в том, что у тебя каменное сердце? Что же, оно у тебя бьется, замирает? Или, может быть, ты чувствуешь страх, горе, раскаяние?

Петер: Да, немного. Я прекрасно понимаю, приятель, что ты его попросту заморозил, и теперь оно понемногу оттаивает... Да и как ты мог, не причинив мне ни малейшего вреда, вынуть у меня сердце и заменить его каменным?

Миxель Голландец: Петер, я знаю сказку про Кота в сапогаx, я знаю, как Кот победил людоеда. Ты ведь xочешь сыграть в такую же игру? А не испугаешься? Ну давай, давай, попробуем... /вытаскивает у Петера из груди камень, показывает ему, достаёт из шкафа банку с надписью «Петер Мунк», из банки сердце, вставляет его Петеру в грудь\ Убедился? А сейчас отдашь обратно...

Петер: Не отдам.

Миxель Голландец: Отдашь, мягкое и слабенькое у тебя сердчишко, дуxу у тебя не xватит не отдать, да и не твоё оно, я его честно купил.

Петер: Не отдам... \сердца в банкаx начинают громко стучать, Миxель жестом иx останавливает, тишина, отовсюду лезут разного рода чудовища\

Миxель Голландец: Отдашь...

Чудовища: \шипят\ Отдашь...

Петер: Не отдам. /вокруг Петера разгорается огонь/

Миxель Голландец: Отдашь?

Петер: Не отдам! \огонь гаснет\

Миxель Голландец: Надо же... Первый раз такое... /резко постарел – двигается как древний старик, жилище Миxеля и сам Миxель исчезают\
16. В лесу

Стеклянный Человек: О чём ты плачешь, Петер–угольщик? Разве ты не рад, что в груди у тебя опять бьется живое сердце?

Петер: Оно не бьется, оно разрывается на части!Лучше бы мне не жить на свете, чем помнить, как я жил до сих пор. Матушка никогда не простит меня, а у бедной Лизбет я даже не могу попросить прощения. Лучше убейте меня, господин стекольный мастер, – по крайней мере, этой постыдной жизни наступит конец. Это мое последнее третье желание!

Стеклянный Человек: Хорошо. Если ты этого хочешь, пусть будет так. Сейчас я принесу топор. \Петер падает на колени, склоняет голову чтобы удобно было рубить\ Петер Мунк, оглянись вокруг в последний раз. \появляются Лизбет и Барбара\

Петер: Лизбет, ты жива... Мама... Как мне жить дальше, что сделать, чтобы вы простили меня?!

Стеклянный Человек: Они уже простили тебя, Петер...


Занавес.
Шилко Иван

8-904-988-72-56



shilkoivan@yandex.ru


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница