Вербализация концепта «память» в произведении герольда бельгера



Скачать 83.01 Kb.
Дата20.11.2016
Размер83.01 Kb.
Маукеева А.

магистрант 2 курса КазНУ им. аль-Фараби,

г. Алматы

научный руководитель член-корреспондент НАН РК, д.ф.н., профессор

Джолдасбекова Б.У.
ВЕРБАЛИЗАЦИЯ КОНЦЕПТА «ПАМЯТЬ» В ПРОИЗВЕДЕНИИ ГЕРОЛЬДА БЕЛЬГЕРА
Мировосприятие и взаимодействие с окружающей социальной средой и реальностью у творческой личности всегда уникально и самобытно. Чтобы понять истинный смысл его мировидения, необходимо изучать и постигать его творчество, саму сущность его. Выявление особенностей творчества и индивидуального стиля и манеры представляется возможным благодаря экспликации концептов в художественном тексте.

Концепт представлен как элемент общей человеческой культуры, «живущий» в сознании как целых народов, отдельных этносов, так и отдельных социальных групп и конкретных индивидуумов. Репрезентация концептов в художественном тексте во многом зависит от содержательного наполнения языковых единиц, через которые концепт представлен в тексте и от индивидуально-авторского восприятия мира. «Концепт, по определению Ю.С. Степанова, – это сгусток культуры в сознании человека; то, в виде чего культура входит в ментальный мир человека. И, с другой стороны, концепт — это то, посредством чего человек – рядовой, обычный человек, не «творец культурных ценностей» – сам входит в культуру, а в некоторых случаях и влияет на нее» [1].

Целью данной статьи является установление особенностей репрезентации концепта «память» в художественном мире Г.К. Бельгера, на примере его произведения «В отчем доме»

Г.К. Бельгер – писатель, прозаик, переводчик. Его творчество можно считать по праву наследием не только нашей страны, но и всей мировой литературы в целом. Уникальное сочетание трех разных и в то же время похожих культур – русского, казахского и немецкого народов – в своем единстве демонстрирует неповторимость и особенность стиля этого писателя. Писатель обладает способностью «вчувствоваться» в своеобразие художественных культур. Он делает понятной чужую культуру для представителя другой национальности, воспроизводит чужое, художественно уже сложившееся восприятие жизни. Это дает редкую возможность увидеть и понять, что разные культуры и народы не могут существовать изолированно друг от друга, все взаимодействует. Сама история культуры – это история передачи и закрепления однажды приобретенного опыта, который, в конечном счете, становится достоянием не только многих культур, но и человечества в целом. Культура же хранится и передается из поколения в поколение. Благодаря культурной памяти народа происходит процесс трансляции культурных смыслов, культурная память – это своего рода знание, управляющее и ведущее общество, которое повторяется из поколения в поколение. Индивидуально-авторский мир писателя формируется под влиянием этой самой культуры и накопленного в течение жизни опыта.

Одним из лучших произведений писателя, которое заставляет задуматься над философским смыслом бытия, сущности жизни, вечной памяти, является рассказ «В отчем доме». Именно в нем так ярко и образно эксплицируется концепт «память», с помощью которого воплощаются в художественном тексте воспоминания о прошлом.

В суете жизни и в вечной спешке мы редко задумываемся о прошлом или о будущем, не задаемся вопросами: «Что есть жизнь для нас? Из чего она состоит?». Так и главный герой рассказа спрашивает у самого себя: «Из чего все сплетено? И из чего сплетена человеческая жизнь[2, 56]. С этих строк и начинается повествование. И это невольно побуждает читателя задаться тем же вопросом. Никогда не удается остановиться хоть на миг и взглянуть на все со стороны. Кажется, что нигде нет спасения, и везде только гиблая топь, тщеславие и видимость происходящего: «В самом деле: суета засасывает, как гиблая топь, и не так-то просто вырваться из этого круга самообольщения, из этого представления и найти такую точку в пространстве, с которой удалось бы взглянуть на все вокруг чуть-чуть со стороны…» [2, 57]. Но для главного героя спасение видится в родном месте, единственном месте на земле, где ты чувствуешь себя защищенным, где живет твоя память, твоя опора. Вот что думает об этом главный герой: «Моя точка опоры на земле – отчий дом. Возможность побывать в нем и есть мое счастье, мое главное, неповторимое богатство, моя мудрость и отрада, чего большинство моих сверстников – к большой беде – давно лишено» [2, 59]. И вот наконец герой приезжает в отчий дом, и воспоминания чередой всплывают в его сознании. Он вспоминает своих родственников, свою мать и отца: «Дух захватывает, когда представишь, сколько вмещает в себя человеческая память. Мои родители, раскрутившие восьмой десяток, прожили, по существу, множество жизней» [2, 60]. Перед ним встают картины из жизни его матери, отца, и его собственная жизнь проходит у него перед глазами: «В моем подсознании сейчас все затейливо перемешалось, сдвинулось, спрессовалось, словно разом обрушилось прошлое-настоящее, и маленькая, седая, смугловатая женщина, моя мать, прямо и уверенно сидящая за прялкой, превращается вдруг в шустроглазую девчушку с задорно торчащими косичками, в коричневом платьице с белым кружевным воротничком, в высоких ботиночках и плотных чулках. Она – старшая дочка-любимица деревенского музыканта-капельмейстера, восторженно взирает на мир и еще не знает, не догадывается даже о том, что уготовано ей судьбой… Я вижу отца, сутуловатого, поджарого, резкого в движениях, импульсивного, мастерящего сейчас что-то во дворе для своих внуков, вижу его долговязым светловолосым подростком-подпаском, мечтающим о краюхе ржаного хлеба и разучивающим на потресканной мандолине –единственном его богатстве – «Интернационал» [2, 61]. Он словно путешествует по пути и передвигается в воображаемом пространстве своей памяти, в его сознании все еще живет то прошлое, которое дает силу продолжать жить дальше.

Все, что у нас есть – это память, передающаяся из поколения в поколение. Память – это и есть та тонкая и хрупкая нить, которая уходит в неведомую даль времени, становясь достоянием детей, внуков и правнуков: «Из чего сплетена человеческая жизнь? И куда тянется нить памяти? Станет ли она, память моих родителей, уходящая в неведомую мне даль времени достоянием детей, внуков, правнуков, протянется ли ее трепетная, живая нить ну хотя бы до Вовки, племянника-первоклассника, не находящего себе с утра места, ибо сегодня его должны принять в октябрята?..» [2, 62].

А память хранит родной дом, именно там хранится некая тайна, то, из чего состоит основа жизни: «Отчий дом… На моем веку он оказывался в разных краях нашей отчизны, но в нем всегда сохранялись тепло, уют, свои запахи, что-то такое неповторимо близкое, не определяемое словами – то, из чего, должно быть, и соткана человеческая жизнь, то, что меня властно влечет и волнует, где бы я ни был» [2, 62].

Приехав в родной дом, он видит, что многое поменялось, даже мать и отец уже не такие, как прежде. Вокруг все кипит жизнью, даже в саду около дома природа наполнена разными звуками: «В отцовском саду слышно, как со старой орешины с сухим шелестом опадают огромные листья, как в оголяющихся ветвях без умолку чирикают суетливые воробьи и глухо воркуют горлицы. В нагревшейся пыли под кустами малины и крыжовника купаются куры…» [2, 64]. Казалось бы, вокруг царит полная идиллия, но в душе главного героя затаилось беспокойство, причину возникновения которого он не понимает. «Беспокойный» мир вокруг также замер в ожидании чего-то: «Светит щедрое солнце, творя мир и благодать, и трещит в углу летней кухни сверчок, и петухи, сомлевшие от тепла, перекликаются по всей улице, я стою под отцовской яблоней, охваченный счастьем встречи со здоровыми и бодрыми родителями в то время, когда сам-то уж, их сын, подбираюсь к полувековой меже, и вокруг простирается огромный, непостижимый, вечно прекрасный и вечно беспокойный мир, замерший в ожидании. В ожидании чего?...» [2, 64].

Герой не понимает причину внезапной тревоги и странного предчувствия и стоит, пытаясь найти ответ: «Отчего нечаянная тревога? Отчего сердце вдруг сжимается в смутном предчувствии?... что я вовсе не я, а та самая причудливая живая нить, из чего сплетена человеческая жизнь и которая не имеет ни начала, ни конца, – невыразимое словами состояние» [2, 66].

Тут к нему приходит осознание своей тревоги и печали, откуда они появились: «Или опыт зрелого ума, обретенного в печали, услужливо подсказывает, что ничего на свете не может длиться вечно, и тем более – хрупкое счастье, которому я радуюсь сейчас в отцовском саду, у залитой солнцем яблони. Нет, ничто не вечно, в том числе и лад, и смысл, так бережно и старательно сотворенные и взлелеянные родителями в этом доме, в этом саду, в этом дворе, и сами наши родители – тоже. А потом что? Понимаю ли я, понимают ли мои сестры всю глубину неминуемой утраты, всю бездонность горя, которое еще предстоит нам пережить?... Оттого, может, и подернулась на миг душа знобящей мглой и чудится, будто стою на краю бездны» [2, 68]. Ощущение неизбежного конца, тленности мира, что ничего не вечно на земле – это и рождает те смутные чувства, то предчувствие горя и боли в душе.

Но самое ужасное то, что вместе со всем исчезнет память. Не будет человека – не будет и памяти. Память – это преодоление времени, своего рода, победа над временем. Нет ничего страшнее забытья и беспамятства, непонимания своего существования.

Последние строки в произведении подтверждают неумолимую истину жизни: «Торжественно клонится солнце к горизонту. Слабый запах тлена – преющих листьев в саду – струится в воздухе…» [2, 68]. Но еще есть надежда на будущее, что заключается в наших потомках, и в них будет жить память о нас. Будут и радости, и надежды, и светлое будущее.

Герой этого произведения выступает как носитель родословной памяти о предках. Жизнь бесконечна и прекрасна, эти слова не случайно звучат в финале рассказа: «Я стою в отцовском саду под замерзшей и в предзимней печали яблоней, взволнованный, взбаламученный нахлынувшими враз думами и видениями, и тихо удивляюсь тому, как все переплетено и взаимосвязано, как прекрасна и бесконечна жизнь, как неразрывна ее таинственная, волшебная нить…» [2, 70].

Таким образом, нам удалось выяснить, что одна из важнейших тем в произведении – это тема памяти. Чтобы накопить воспоминания, автору и герою потребовалась целая жизнь, и они боятся потерять их. А они будут, пока есть отчий дом. В рассказе память интерпретируется словом дом как некое абстрактное понятие, тонкая волшебная нить, неуловимое для восприятия ощущение, когда легко можно перенестись из настоящего в прошлое.

Можно сказать, что тема памяти в данном произведении является ключевой, равно как и во многих других произведениях Герольда Бельгера. Повествование здесь строится, в основном, на воспоминаниях героя. Уже будучи взрослым, вспоминает он свои детские ощущения, и это фиксирует прежде всего напряжённую духовную работу, некий эмоциональный импульс, и все это так мастерски показано благодаря таланту автора.

Память – это переход из настоящего в прошлое, и наоборот. Память принадлежит к таинственному миру человеческого сознания и носит сакральный характер.

«Сущность памяти – в спасении образов жизни от власти времени. Не сбережённое памятью прошлое проходит во времени, сбережённое обретает вечную жизнь. В отличие от воспоминаний, всегда стремящихся «вернуть невозвратное», память никогда не спорит со временем, потому что она над ним властвует. Для неё, в её последней глубине, неважно, умирает ли нечто во времени или нет, потому что в ней всё восстаёт из мёртвых. Возвышаясь над временем, она, естественно, возвышается и над всеми измерениями его, над прошлым, настоящим и будущим, почему в ней легко совмещаются несовместимые во времени явления», – писал философ Ф.А. Степун [3].

Концепт «память» в рассказе является связующим звеном в произведении и представляет важную грань смысловых пластов художественного мира писателя. Выделение и интерпретация концепта «память» и связанных с ним представлений важны как способ реконструкции художественного мышления и ментальной сферы сознания писателя.

Таким образом, в данной статье рассматриваются вопросы исследования художественного текста, его концептуального пространства. На материале творчества Герольда Бельгера анализируется художественное пространство текста, которое принято называть художественным миром писателя. Этот мир в собственно языковом отношении определяют узловые концепты текста, понимаемые как ключевые слова духовной культуры. В качестве такого ключевого слова-концепта в рассказе Г.К. Бельгера «В отчем доме» выступает концепт «память». Концептуальный анализ этого слова показывает, что в художественном мире автора как особой языковой творческой личности «память» формирует свое, присущее именно данному писателю понятийное, смысловое поле. Экспликация концепта «память» в рассказе «В отчем доме» ­­­­­­позволила выявить следующие смысловые категории: память как хрупкая нить, память как связь с прошлым и будущим, память – время, память – дом­­­, родословная память, память – предки, память – сама жизнь, память – вечность.

Эти смысловые категории, образующие смысловое пространство концепта «память», в итоге определяют особую картину мира писателя, его особый художественный мир.


Литература:

1 Степанов Ю.С. Константы: Словарь русской культуры: 3-е изд. – М.: Академический проект, 2004. – 824 c.

2 Бельгер Г.К. Сосновый дом на краю аула. – А.: Жазушы, 1973. – 191с.



3 Степун Ф.А. Воспоминания / Ф. А. Степун // Современные записки. – Париж, 1939.


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница