В. В. Лазарев Данная монография является первой книгой в советской науке международ



страница1/9
Дата05.11.2016
Размер2.83 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9

Д. И. ФЕЛЬДМАН

СИСТЕМА
МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА

ИЗДАТЕЛЬСТВО
КАЗАНСКОГО УНИВЕРСИТЕТА
1983


Печатается по постановлению
Редакционно-издательского совета
Казанского университета

Научный редактор проф. В. В. Лазарев

Данная монография является первой книгой в советской науке международ-
ного права по проблеме системы международного права. В ней показывается
роль системного подхода в науке международного права, освещается история
становления и развития системы международного права. Значительное место
уделяется исследованию важнейших теоретических проблем, связанных с постро-
ением системы международного права и ее отраслей. В книге рассматривается
связь между системой международного права и системой науки и преподавания
международного права и сравнительным правоведением. Значительное место
уделяется критике буржуазных концепций по вопросам системы международного.
права.

Книга рассчитана на научных работников, преподавателей, аспирантов юри-


дических вузов, а также специалистов в области теории и практики междуна-
родных отношений и международного права.

Рецензенты: докт. юрид. наук, проф. А. П. Мовчан (Москва); докт. юрид.


наук, проф. Л. А. Алексис (Тбилиси).

1207000000—013

d” ——————————7_яч

075(02)—83 "

Издательство Казанского университета, 1983 г.



ПРЕДИСЛОВИЕ

Вопросы системы права относятся к наименее исследованным


проблемам как в общей теории права, так и в отраслевых юриди-
гских науках. Хотя система международного права является
состоятельной, тем не менее общие категории “системы права”
фундаментальной науке правоведения не могут не иметь извест-
ного значения и для науки международного права при исследо-
вании понятия системы международного права, отрасли между-
народного права и т. п.

Категория системы права относится к разряду всеобщих аб-


страктных правовых определений, “которые фиксируют главные
тороны и важнейшие формы проявления государственной воли
господствующего класса..., которые после категории “сущность
права” выступают как наиболее широкие по объему и глубокие
по содержанию правовые категории” '.

Как всеобщая правовая абстракция “система права” фикси-


рует прежде всего нормативную сторону права. “Эта правовая
ьбстракция служит для выражения подразделений, связей, единства правовых норм, их внутренних взаимозависимостей и системы
в целом” 2, что содействует успешному исследованию проблемы эф-
рективности правового регулирования. Отсюда ясно, почему “си-
стема права” несет большую методологическую нагрузку.

Разумеется, о методологическом аспекте категории “система


правa” можно говорить преимущественно имея в виду
внутригосударственное право, поскольку разработка этой катего-
рии (как, впрочем, и других правовых категорий) проводилась и
проводится до сих пор в общей теории права без учета междуна-
родно-правовой проблематики.

Между тем позитивные результаты в исследовании категории


:система права” могут сыграть известную роль при разработке
категории “система международного права” или хотя бы помочь
осмыслить ее с учетом международно-правовой специфики.

Обращаясь к содержанию общетеоретической категории “си-


стема права”, следует отметить, что юристы-теоретики исходят из
философского понимания “системы”, которую определяют как
целостное множество взаимосвязанных элементов”3. В философ-
:кой науке подчеркиваются интегративные качества, присущие
Системному целому4. Эти качества обнаруживаются особенно
[рко при изменении каких-то отдельных компонентов системы, ко-
торые неизбежно в целостной системе приводят к изменению и
3других ее компонентов. Органическая связь частей (компонентов),
составляющих систему, “выражается в такой взаимозависимости
системообразующих компонентов, когда исключение или измене-
ние одного из них может вызвать изменение других или даже
повлечь разрушение всего системного целого”5. Интегративные
свойства системы выражаются также в том, что ее качества не
сводятся к качествам системообразующих частей: все системооб-
разующие компоненты системного целого в отличие от сумматив-
ного целого обладают общим качеством, которое отсутствует у
них вне системы. Интегративное качество — основа взаимосвязи
в системе. Если частности, составляющие целое, “выступают как
взаимодействующие и взаимообусловливающие друг друга момен-
ты, то,—отмечает А. С. Воронихин,—налицо целостная систем-
ность. Если же целое есть арифметическая сумма частей (здесь
он приводит цитату из Гегеля) “суть — самостоятельные едини-
цы, которые равнодушно сохраняются друг подле друга в чисто
механическом порядке”, то налицо формальная целостность сум-
мативности” 6.

Очень важно в понимании системы уметь различать случайные


и закономерные связи (отношения) между компонентами системы: первые соответственно присущи суммативным целостностям, вто-
рые — системным образованиям. Философы часто понятие “взаи-
модействие” определяют через отношение, хотя и не ставят при
этом между ними знака равенства. Категория “отношение” фик-
сирует момент взаимодействия объектов, поскольку взаимодей-
ствие всегда есть отношение. Однако не всякое отношение есть,
взаимодействие. Известно, что “стороны определенного систем-
ного целого влияют друг на друга, определяя характер и сущ-
ность этого целого”7. Проецируя эти положения на понимание
системы права, можно отметить интегрированное качество, т. е.
качество, которое приобретают компоненты в рамках той и иной
системы, вне системы это качество автоматически утрачивают8.
Следует также иметь в виду взаимодействие и взаимозависимость
компонентов системы в силу устойчивых, закономерных связей
между ними. Во взаимодействии компонентов системы проявля-
ются характер и ценность системы в целом. Кроме этого можно
указать на относительную самостоятельность существования си-
стемного целого 9.

Что же касается самого определения системы права, то в ли-


тературе оно формулировалось весьма абстрактно. Так, например,
по мнению Д. Н. Керимова, “система в праве — это объективное
объединение (соединение) по содержательным признакам опреде-
ленных правовых частей в структурно упорядоченное целостное
единство, обладающее относительной самостоятельностью, устойчи-
востью, автономностью функционирования” '°. Разумеется, сразу
же возникает вопрос, что считать “правовой частью”, о которой
идет речь в приведенном определении. Это, конечно же, связано с
вопросом о том, что понимать под содержанием права, ибо фило-
софская трактовка категории “система” предполагает ее связь с
4категорией “содержание”. В философской литературе пока что
не достигнуто абсолютного единства в понимании категории “со-
держание”. Интересную трактовку этой категории дает Ю. Р. За-
харов, по мнению которого содержание есть “развитая в конкрет-
ную целостность сущность объекта, его субстанциональная основа
и состав”11. Если категория “содержание” предполагает конкре-
тизацию сущности, то при определении содержания права следует
обратиться к сущности права и ее объективизации. В общей теории
права сущность права закреплена в категории “государственная
воля” господствующего класса 12. Как известно, объективируется
государственная воля вовне в нормах права. Следовательно, мож-
но считать содержанием права нормы права. Именно правовые
нормы прежде всего несут в себе заряд правовой энергии. Здесь
уместно провести различие, очень спорных на первый взгляд, таких
абстракций, как “правовая система” и “система права”. Некото-
рые авторы не видят между этими понятиями существенной раз-
ницы. Относительно часто, имея в виду систему права, использует
термин “правовая система” Керимов Д. Н.13. На существенное раз-
личие между терминами “система права” и “правовая система”
указывает С. С. Алексеев. Под правовой системой он понимает
не только право в собственном смысле, но и другие поднорматив-
ные элементы, также проявляющие классовую сущность права и
“заряженные юридической энергией” 14. С. С. Алексеев предлагает
относить к правовой системе не только систему права, но и все
другие правовые явления, особенно акты применения права.

Система права предполагает лишь нормы права и их образова-


ния. Впрочем, и сам Д. Н. Керимов, подчас подменяя термин
“система права” термином “правовая система”, подчеркивает, что
первоначальной клеточкой правового организма является только
норма права 15. Собственно из этого и исходят, давая развернутое
определение системы права: “Система права—это обусловлен-
ное экономическим и политическим строем общества внутреннее
объединение в согласованное, упорядоченное единое целое пра-
вовых норм и одновременно их подразделение на соответствую-
щие отрасли, обладающие сами по себе относительной самостоя-
тельностью, устойчивостью и автономностью функционирования” 16.

Разумеется, определение системы международного права от-


личается от определения системы внутригосударственного права
и имеет некоторые особенности, поскольку само международное
право должно рассматриваться как часть международной систе-
мы, “как подсистема этой системы” 17. Как верно заметил Г. И. Тун-
кин, “основные элементы международной системы — государства
являются, с одной стороны, частью международной системы, а с
другой — существуют прежде всего вне ее” 18. И поскольку меж-
дународное право — это особая система права, не следует авто-
матически переносить в международное право некоторые положе-
ния общей теории права 19. И прежде всего это касается самого
понятия системы международного права, критериев разграниче-
ния отраслей права и многих других проблем. В предлагаемой
5работе сделан акцент на то особенное, что отличает систему меж-
дународного права от системы права отдельных государств, пред-
принята попытка применения системного подхода к исследованию
категории “система международного права”, рассмотрена история
становления и развития системы международного права, исследо-
ван комплекс общетеоретических вопросов понятия и построения
системы международного права и, наконец, проведена связь меж-
ду системой международного права и сравнительным правове-
дением.

Исследуя эти вопросы, автор исходил из того, что в свете ма-


териалов XXVI съезда КПСС перед советской наукой междуна-
родного права был поставлен ряд задач, среди которых одно из
первых мест занимает научная разработка международно-право-
вых проблем, связанных с реализацией Программы мира на 80-е
годы, проблемы борьбы за мир20. При перечислении круга
этих задач в докладе “XXVI съезд и дальнейшее развитие совет-
ской науки международного права” на одно из первых мест были
выдвинуты общие теоретические проблемы советской науки меж-
дународного права, и особенно такие вопросы, как функциониро-
вание-международного права в международной системе, между-
народная юридическая система, теоретические проблемы отдель-
ных отраслей международного права и др.21. Не может быть ни-
каких сомнений в том, что к этим же вопросам следует отнести
и саму систему международного права и его науки, принимая во
внимание и методологический, и юридический, и идеологический
аспекты этой теоретически сложной и практически важной темы.

Автор выражает глубокую
Л. А. Алексидзе, А. П. Мовчану, ст.
киной за полезные и ценные советы
ке монографии к печати.

благодарность профессорам


преподавателю Н. В. Афонич-
и рекомендации при подготов-

ГЛАВА I

РОЛЬ СИСТЕМНОГО ПОДХОДА В ИЗУЧЕНИИ СИСТЕМЫ
МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА

Применение системного подхода к исследованию системы со-


временного международного права, пожалуй, наиболее перспек-
тивно по сравнению с другими актуальными проблемами советской
науки международного права. И дело, разумеется, не в семан-
тической близости терминов “система” и “системный подход” '.
И дело, конечно же, не в известной моде увлечения системным
подходом, и у нас, и на Западе, а “в достижениях современной

6


науки той роли, которую играет в ней “общая теория систем”, в
самой популярности системного движения, которое “является од-
ним из конкретных проявлений диалектической тенденции в со-
временном познании” 2.

Классифицируя сложные образования как органические и не-


органические системы и имея в виду, что системный подход дает
наибольший эффект при изучении первых, было бы неверным не-
дооценивать применение понятий и категорий системного подхода
при исследовании таких, к каким относится система права 3.

Применение системного подхода в социальном познании озна-


чает исследование закономерностей развития общества как це-
лостного организма, как системы4.

Несмотря на то, что сам системный подход понимается по-


разному, все более выкристаллизовывается его рассмотрение, во-
первых, как общенаучной, междисциплинарной методологической
концепции, не выходящей за рамки специализированного знания,
и, во-вторых, как философской методологии, составляющей часть
марксистской диалектики. Применение системного подхода, с од-
ной стороны, плодотворно для конкретных научных дисциплин, а
с другой, происходит обогащение самого метода “обобщенными
понятиями частных наук”5.

О перспективах применения системного подхода в юридической


науке неоднократно писали С. С. Алексеев, В. П. Казимирчук,
Л. С. Явич и др.6. Юристы-международники применяют его при
анализе важнейших теоретических и практических аспектов науки
международного права. Так, по мнению Г. И. Тункина, одной из
важнейших задач является разработка проблемы “функцио-
нирования международного права” как системного понятия, а так-
же применение системного подхода в исследовании проблем такого функционирования7. В ряде работ советских юристов показаны
возможности системного исследования при изучении отдельных
институтов, отраслей и всей системы международного права.
Нельзя, однако, не отметить, что системный подход призна-
ется не всеми в качестве самостоятельного метода исследования.
Относя системный подход к числу общенаучных методов, отдель-
ные философы (В. С. Тюхтин) стремились ограничить возможности
его применения в некоторых науках. Была даже высказана мысль
о том, что “тезис об универсальности системного подхода нужда-
ется в весьма существенных уточнениях” 8. К сожалению, филосо-
фы не уделяли должного внимания применению системного под-
хода в юридических науках, несмотря на ряд попыток с его по-
мощью исследовать как традиционные, так и новые и новейшие
направления в различных отраслях правоведения 9. Несмотря на
очевидность специфичности применения системного подхода в об-
щественных науках вообще и в отдельных юридических науках
в частности, в последнее время встречается известное нигилисти-
ческое отношение к данному методу. Так, например, В. М. Сырых
полагает, что “в юридической литературе вопрос о принципах
системного анализа государственно-правовых явлений пока что не
7исследован” 10. Отсутствие сколько-нибудь четких правил, прин-
ципов системно-структурного подхода в философской литературе
(и, следовательно, в юридической) В. М. Сырых объясняет тем,
что еще не создана теория систем, что в исследовании самого
понятия “система” до сих пор не сложилось общепринятой пози-
ции по ряду вопросов принципиального характера п. При этом
В. М. Сырых цитирует работы некоторых авторов, считающих, что
якобы системный подход продолжает выступать “развивающим-
ся” и поэтому далеко не сложившимся конкретным методологи-
ческим направлением, которое совершенствует и уточняет понятия
и принципы” 12. Общий вывод, к которому приходит В. М. Сырых,
заключается в том, что системно-структурный подход “не является
принципиально новым методом. Попытки отдельных ученых
рассматривать его в качестве нового средства научного познания
несостоятельны, потому что основываются на отождествлении
системного подхода с теоретической функцией понятий теории
систем” 13.

Разумеется, с таким категорическим мнением В. М. Сырых


согласиться нельзя. Представляя собой “конкретизацию и углуб-
ление диалектико-материалистического учения о взаимной связи
и развитии предметов и явлений действительности”, системный
подход, и это верно подметил В. Г. Афанасьев, дает новые знания,
новые системные измерения, новые родовые параметры действи-
тельности 14. В этом его несомненная научная ценность. Более
того, системные методы и средства решения научных и практи-
ческих проблем “пережили время становления, приобрели мето-
дологический и прагматический вес и за последние годы весьма
широкое распространение”15. Сказанное можно применить и к
юридическим наукам, учитывая высокую степень интеграции об-
щественных процессов, где, как никогда ранее, “все связано со
всем” 16. Разумеется, в этих условиях, вместо принижения само-
стоятельности системного подхода, целесообразнее больше вни-
мания уделить выявлению принципов и приемов его применения в
каждой отраслевой юридической науке.

Конечно же, не случайно В. М. Сырых, специально исследо-


вавший метод правовой науки, был вынужден выделить четыре
уровня системно-структурного анализа: 1) наиболее простые в
структурном отношении явления (нормы права); 2) системные об-
разования, где эти элементы выступают в качестве элементов
правовых институтов; 3) системы, включающие в себя системные
образования второго уровня (отрасли права); 4) в плане тоталь-
ной целостности (право в целом) 17.

Последнему уровню В. М. Сырых придает особое значение.


И объясняется это тем, что системный анализ достигает своей
конечной цели лишь тогда, когда воссоздает в системе взаимо-
связанных категорий и понятий исследуемый объект на уровне
тотального целого, при помощи восхождения от абстрактного к
конкретному 18. В. М. Сырых настолько импонирует метод вос-
хождения от абстрактного к конкретному в праве, что он пред-

8

ставляет его как “единственно научный метод теоретического


познания права и его отдельных отраслей как тотальных целостно-
стей” 19. Однако это — явная гиперболизация данного метода и
принижение других методов, включая системно-структурный под-
ход при исследовании права. К тому же противоречиво звучит, с
одной стороны, его утверждение, что “общая теория систем не
может решить проблемы системы права”, а, с другой стороны, вы-
вод, который делает В. М. Сырых при рассмотрении некоторых
построений системы права в виде пирамиды иерархически взаимо-
связанных отраслей, заявляя при этом, что такое понимание систе-
мы права с точки зрения систем “является безупречным” 20.

Для всестороннего анализа системы права вообще, системы


международного права в частности, для верного определения его
отраслей, институтов и норм и взаимосвязи между ними немало-
важную роль может сыграть системно-структурный подход. При
этом, однако, заметим, что понятие системы международного права
не идентично понятию структуры международного права. Вопрос
о соотношении между системой и структурой и в теории между-
народных отношений, и в общей теории права является одной из
сложных и недостаточно исследованных проблем. В своей моно-
графии “Системный подход и международные отношения”
Э. А. Поздняков верно подметил, имея в виду зарубежные си-
стемные исследования, что во многих из них понятия “система”
и “структура” применяются как одинаковые. Э. А. Поздняков как
бы различает системный подход в исследовании международных
отношений и так называемый морфологический подход. Примене-
ние последнего в соединении с использованием специальной си-
стемной терминологии не только бесперспективно в научном пла-
не, но может даже нанести урон системному подходу, все более и
более утверждающемуся в общественных науках, особенно при
исследовании таких сложных объектов, какими являются системы.
Повторение сегодня простых истин о том, что элементами, компо-
нентами, частями межгосударственных отношений являются госу-
дарства, союзы государств, коалиции, международные организа-
ции и т. д., и попытка выдать это за “достижение” системного под-
хода, за нечто принципиально новое “не только не продвигает
Исследования межгосударственных отношений, но и ставит под
сомнение научную ценность системного подхода, порождая при
этом обоснованное подозрение в примитивности и научной бес-
плодности посылок и выводов, получаемых вследствие его приме-
нения”21. Применительно к международному праву об этом же
писал И. И. Лукашук22.

В работах по общей теории права также подчеркивалось, что


понятие “структура права” в отличие от традиционного понятия
“система права” — это не дань моде, а “изменение угла зрения,
обусловленное философской разработкой теории систем”23. Но
дело не только в изменении “угла зрения”. Вопрос стоит значитель-
но серьезнее, и это был вынужден признать С. С. Алексеев, ут-
верждая, что системно-структурный подход позволяет раскрыть
9важный аспект права как системы, высветить новые грани в тра-
диционной проблематике, поставить новые вопросы, а тем самым
не только придать качественно новые оттенки, но и охватить по-
нятием “структуры права” различные виды и уровни структур,
промежуточные образования и т. д.24.

Структура международного права еще ждет своего исследо-


вания, хотя некоторые аспекты этой важной проблемы могут и
сегодня быть затронуты с учетом достижений в исследовании
структуры международных отношений и структуры права.

Под структурой обычно понимают особый, присущий каждой


системе способ связи элементов системы, возникающий законо-
мерно в процессе функционирования и развития системы25. По мне-
нию С. С. Алексеева, структура представляет собой особый (инва-
риантный) аспект системы, выражающий упорядоченность элемен-
тов, их композицию, способ связи между ними, их внутреннюю
организацию 26.

Применяя системный подход в исследовании международных от-


ношений, Э. А. Поздняков рисует следующую картину структуры-
инварианта системы межгосударственных отношений: собственно
структура системы, охватывающая центросиловые отношения (об-
щесистемный уровень) и узловые комплексы отношений (уровень
узлов противоречий); структурная “надстройка”, включающая
международные межгосударственные организации и учреждения,
международно-правовые нормы, международно-политические и
международно-правовые концепции, доктрины и пр.27.

Деление структуры международных отношений на структуру-


инвариант и структуру вариантную может в известной мере быть
применимо и при системно-структурном подходе к исследованию
международного права. Если считать, что структура-инвариант
есть “сосуд”, который каждая эпоха наполняет своим собственным
содержанием28, а структура конкретно-исторического состояния
системы является вариантной системой международных отноше-
ний, то и структура-инвариант международного права находится
в аналогичном соотношении с его вариантной структурой кон-
кретной исторической эпохи. При этом теоретики международных
отношений включают международно-правовые нормы в структур-
ную надстройку структуры-инварианта системы межгосударствен-
ных отношений, между тем совокупность международно-правовых
норм представляет, в свою очередь, самостоятельную систему. Ос-
новные подразделения структуры международного права — это
такие образования, которым присущи признаки элемента, кото-
рые отличаются цельностью, обладают способностью взаимодей-
ствия с другими явлениями, в результате чего образуют структуру
более высокого уровня29.

Так же как государства не властны менять структуру межго-


сударственных отношений, они не могут менять и структуру меж-
дународного права по своему желанию, они могут действовать
лишь в определенных, от их воли не зависящих, границах сущест-
вующей структуры.

10

Тем не менее субъективные факторы вынуждают государства


к изменению унаследованной от прошлых поколений вариантной
структуры как международных отношений, так и международно-
го права. Меняется содержание межгосударственных отношений,
меняется вариантная структура, происходят структурные измене-
ния и в международном праве.

Жизнедеятельность системы, в том числе международной, под-


чинена определенным законам. Известную роль в функциониро-
вании международной системы играет международное право,
которое само является многоплановым. Хотя концепция социально-
нормативной структуры международного права и была подвергну-
та критике, сама критика была не очень убедительной 30.

Но это уже проблема иного порядка. Возвращаясь к элементам


структуры международного права, можно вслед за представите-
лями общей теории права сказать, что главной структурой явля-
ется структура, выражающая строение права, его дифференциа-
цию на нормы, институты, отрасли31.

Для выявления самой структуры необходимо рассмотреть “до-


статочно большое число вариантов, т. е. различных состояний и
связей системы, ибо только таким путем можно установить в ней
относительно устойчивое инвариантное содержание” 32.

Разумеется, плодотворность системного исследования в науке


вообще, в науке международного права в частности, достигается
тогда, когда оно опирается на диалектический материализм. Вся-
кое иное применение системного (системно-структурного) анализа
приводит к антинаучным выводам и результатам. Примером этому
может служить распространенное на Западе применение системно-
го (структурно-функционального) подхода к науке международ-
ного права. Увлечение системным методом исследования сопро-
вождается в буржуазной доктрине полной путаницей в самом
понимании данного метода 33, специфики его применения в отдель-
ных науках, в том числе юридических, а также его особенностей
в науке международного права. Однако главное заключается в
том, что буржуазные юристы игнорируют диалектико-материа-
листическое исследование правовой системы вообще, междуна-
родно-правовой в частности.

Рассматривая международное право как независимую право-


вую систему, одни буржуазные юристы трактуют эту независи-
мость настолько широко, что доходят до отрицания связи между
международным правом, с одной стороны, внешней политикой и
дипломатией — с другой 34. Многие делают упор на стабильность
такой системы международно-правового порядка, которая способ-
ствовала бы западным интересам (по существу — капиталистиче-
ским принципам) 35. Третьи пытаются при помощи системного
подхода построить модели мирового порядка и наметить перспек-
тивы развития международного права в ракурсе, который соответ-
ствовал бы интересам создания таких моделей. Так, при обсуж-
дении этого вопроса на Ежегодном собрании Американской Ассо-
циации международного права в апреле 1972 г. Ричард Фолк в

11

своем докладе уделил значительное место системному подходу


и пришел к выводу о бесполезности связи между налаживанием
отношении в мировом сообществе и соблюдением норм между-
народного права. Р. Фолк прямо говорил, что “условием эффек-
тивности применения международных институтов является отре-
чение от каких бы то ни было усилий в осуществлении идеалисти-
ческого содержания международного права, заключающегося в
Уставе ООН” 36.

Иногда западными юристами строятся такие модели мира,


которые явно пронизаны буржуазным мировоззрением, несмотря
на прокламируемую их авторами “идеологическую трансцедент-
ность” 37. Так, например, глобальные модели, предложенные Рим-
ским клубом в области экологии, игнорирующие такие важные эле-
менты, как непрекращающийся рост военных расходов империа-
листических государств, их неоколониалистские устремления,
борьбу сил прогресса и социализма против империализма за раз-
рядку и социальный прогресс, хотя и были построены на основе
применения системного подхода, на деле носили сугубо паллиатив-
ный характер и не обеспечивали действительно научный прогноз
“глобального развития” 38.

Не идут дальше формально юридических результатов различ-


ные варианты, предлагаемые буржуазными юристами в области
применения системного подхода в праве вообще39.

Системный анализ широко практикуется буржуазными юриста-


ми при исследовании нормотворческого процесса, порядка приня-
тия властных и контролируемых решений в области внутригосу-
дарственного права. Известно, что системный подход в исследова-
нии правовых явлений позволяет вскрыть внутреннее единство
права, органическое взаимодействие частей, которые его состав-
ляют. Между тем американские юристы Г. Лоусвелл и М. Мак Ду-
гал предлагают рассматривать элементы власти на фоне понимания
социального процесса “как человеческого взаимодействия друг с
другом и природой”40 и, разумеется, выхолащивают классовый
элемент. Предлагаемая авторами классификация, содержащая
восемь ценностных категорий, образующих систему, имеет лишь
одну цель: обоснование построения мирового сообщества, соответ-
ствующего закономерностям развития капиталистического мира.

Рассмотрение проблемы системы в международном праве с ис-


пользованием достижений общей теории систем — важнейшая за-
дача советской науки международного права. При этом важно
подвергнуть убедительной критике применение системного метода
исследования в буржуазной науке международного права, учиты-
вая роль, которую играют проблемы методологии в идеологической
борьбе41. Достаточно остановиться только на одной работе, спе-
циально посвященной идеологическому аспекту системного мето-
да исследования, изданной группой юристов-международников
Принстонского университета. В этой коллективной монографии есть
специальный раздел, написанный Стенли Гофманом, который
называется “Межнациональные системы и международное пра-

12

во”42. Наряду с абстрактными, на первый взгляд, невинными


положениями, С. Гофман доходит до самых неприкрытых идеоло-
гических выпадов с позиций антикоммунизма и антисоветизма.
С самого начала он утверждает, что “если теория должна быть в
первую очередь связана с различными чертами систем в большей
степени, чем с поисками порядка, то международное право стано-
вится наиболее полезным подходом к международной политике” 43.
Далее он переходит к анализу влияния научно-технической рево-
люции на международное право и сводит это влияние в конечном
счете к отрицанию суверенитета.

Подходя к международному праву через историческую призму,


С. Гофман предлагает различать два вида систем: устойчивые и
революционные. Под устойчивой системой он понимает такую, в
которой основы конфликта ограничены. “Какой бы ни была ос-
новная структура мира и состояние технологии конфликта, участ-
ники действуют таким образом, чтобы ограничить степень вреда,
который они могут принести другому”. “В революционной системе
эта умеренность исчезает”. С. Гофман ссылается в качестве
примера устойчивой системы на систему, существовавшую до пер-
вой мировой войны. С другой стороны, С. Гофман всячески по-
рицает революционные системы. По его мнению, в “революцион-
ной системе большая часть международного права заменена в зна-
чительной степени шаткой властью права политических рамок”.

Касаясь современной системы международных отношений и


международного права, С. Гофман извращает подлинную сущ-
ность организации Варшавского договора, неверно освещает
роль других региональных международных организаций и приходит
к общему неверному выводу, что “традиционная сущность суве-
ренитета едва ли совместима с политическими условиями настоя-
щего мира”. Объясняет это С. Гофман избитыми концепциями
западных международников о роли сверхдержав в современной
системе международных отношений.

Некоторые буржуазные авторы настолько упрощенно понима-


ют сам системный подход, что в конечном счете приходят к отри-
цанию значения этого метода исследования 44. Другие отождеств-
ляют системный подход с обыкновенной систематизацией и сводят
все международное право или отдельные его отрасли к так назы-
ваемому институционному праву45. Третьи формализуют обще-
ственные отношения и регулирующие их нормы, чем полностью
выхолащивают социальный элемент в исследовании 46.

Этим еще раз подчеркивается тот факт, что методологическое


значение системного подхода нельзя рассматривать без анализа
той идеологической нагрузки, которую общенаучный метод несет
в современных исследованиях буржуазных юристов-международ-
ников и специалистов в области международных отношений.

Системный подход в марксистской науке имеет прямое отно-


шение к обеспечению правильной постановки научных проблем, и,
судя по всему, наиболее очевидные успехи системного мышления
связаны именно и прежде всего с новой постановкой проблем, а

13

роль этого подхода в решении поставленных проблем значительно


скромнее47. Первые попытки применения системного подхода в
советской юридической науке, в том числе в науке международного
права, свидетельствуют о возможностях системного метода ис-
следования, особенн в таких областях, международно-пра-
вовые аспекты экологии, международное экономическое право
и др., а также сложных теоретических проблем системы междуна-
родного права.

  1   2   3   4   5   6   7   8   9


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница