В. И. Казаков писал (В 6оях за Белоруссию, с. 240-242)



страница3/4
Дата01.05.2016
Размер0.64 Mb.
1   2   3   4

На третий день боев Николай Антонович спросил:

- Доложил обстановку Рокоссовскому?

- Нет... Отразим контрудар, восстановим положение, тогда доложу.

- Будет вернее, если доложишь сейчас.

Радецкий был прав, но слишком горькой оказалась пилюля, преподнесенная нам этим внезапным контрударом. Хотелось справиться своими силами...

Случилось так, что командующий узнал истинное положение, позвонил Радецкому:



  • Вы можете сказать правду? - спросил он.

  • Дивизии отходят, - ответил Радецкий. – Остановить немцев пока не смогли.

Николай Антонович приехал и рассказал об этом разговоре. Через несколько минут позвонил Рокоссовский.

- Павел Иванович, - спокойно спросил он, - долго ты намерен пятиться?

Пришлось признать ошибку.

- Об этом надо было доложить раньше.

Это был предметный урок. Запомнился на всю жизнь. В заключение Рокоссовский сказал:

- Если нужно, выставляйте всю артиллерию корпуса Игнатова. Перебрасывайте другие силы. Положение должно быть восстановлено. Направляю к вам из резерва фронта одну стрелковую дивизию. Еще три дня продолжались оборонительные бои."

А далее, как писал Телегин, бой пошел в таком направлении:

"Войска правого крыла армии, усиленные фронтовыми резервами, в тесном .взаимодействии с партизанским формированиями, ликвидировали прорыв и в скором времени восстановили положение.

К этому времени войска фронта прошли до Гомеля и Полесья, преодолев с непрерывными боями 400 километров на пределе человеческих возможностей. Тылы значительно отстали, транспорт испытывал постоянную нехватку горючего, с трудом преодолевал бездорожье, заметно истощились запасы всего, в том числе и боеприпасов".

И все же Белорусский фронт наступал. Наступал и 1-й Украинский. Но, как показали события, противник не терял еще надажды изменить их в свою пользу: 29 октября 1943 года Гитлер издал спациальный приказ, в котором было отмечено: перебросил на восток дивизии, чтобы обеспечить разгром сил противника, наступающих через Днепр... Это наступление будет означать решающий перелом в обстановке на всем южном крыле фронта". В соответствии с приказом Гитлер сосредоточил на житомирском набавлении 15 свежих дивизий, из которых 7 были танковыми и 1 моторизованная. Сила весьма внушительная. Видимо, неслучайно приказ Гитлера совпал с событиями 28 ноября по 1 декабри 1943 года, с проведением конференции руководителей трех держав: Англии (Черчилль), СССР (Сталин), США (Рузвельт) в Тегеране.

Как упоминал С.М.Штменко, информация о положении на фронтах Сталину регулярно направлялась, включая обстановку на фронтах киевского направления:

"Значительно лучше обстояли дела в полосе Белорусского фронта. Здесь войска Рокоссовского обошли Гомель, освобождение, которого ожидалось с часу на час, развивали наступление на Жлобин и на Полесском направлении…

Особенно его интересовало мнение Рокоссовского, фронт которого должен был оказать содействие фронту Ватутина на мозырьском направлении.

Лично /Сталин - Ю.М./ связывался с Ватутиным и Рокоссовским и выяснял у них возможности лиивидировать контрнаступление противникиа на Киев..."

Н.Яковлев писал о Рокоссовском, как представителе Ставки:

"Отход войск Ватутина выбил из колеи Сталина, он приказал Рокоссовскому выехать под Киев и разобраться в происходящем. В случае необходимости ему поручалось взять командование 1-м Украинским фронтом. Странное поручение, необычная миссия. Честнейшего Рокоссовского поразил Ватутин, который превращал разговор в доклад провинившегося подчиненного старшему".

О статусе представителя (уполномоченного) Ставки Верховного Главнокомандования (ВГК) писал И.Х.Баграмян (ВИЖ №8, 1980 г., с.28, 29):

"Представительство Ставки ВГК явилось качественно новой ступенью в развитии промежуточного звена в общей системе стратегического и оперативного руководства... В большинстве случаев эту роль выполняли члены ВГК или заместители Наркома Обороны. Исключением явились Рокоссовский и Говоров, которые, будучи в должности командующих фронтами, назначались представителями Ставки ВГК: на 1-й Украинский – Рокоссовский, 2-й и 3-й Прибалтийские - Говоров, по совместительству…

Представитель (уполномоченный) Ставки ВГК Рокоссовский направлялся на 1-й Украинский для оказания помощи его командующему в стабилизации оперативно-стратегической обстановки в полосе фронта".

Игорь Николаев («Октябрь» № 3, 1995 г., с. 148) отметил:

''"Когда немцы неожиданно захватили Житомир и двинулись на Киев, Ватутин настолько растерялся, что Сталин приказал Рокоссовскому временно оставить свой Белорусский фронт и прибыть в штаб 1-го Украинского фронта для помощи. В случае необходимости Рокоссовский имел полномочия отстранить Ватутина и вступить в командование фронтом.

Рокоссовский, обнаружив в штабе Ватутина хаос и некомплектность, тактично помог делу.

Организовав работу, Рокоссовский отбыл к себе, а у нас через некоторое время, опять все пошло по-прежнему".

Многие затрагивали тему Рокоссовского, как представителя Ставки на Первом Украинском фронте. Вот мнение Ивна Чернова об этом:

"Отвод войска из Житомира вывел из себя Сталина. Он приказал Рокоссовскому выехать под Киев и разобраться в случившемся. В случае необходимости Рокоссовскому поручалось взять командование 1-м Украинским фронтом... Рокоссовский дал советы Ватутину, тем дело и закончилось. Внешне это ставит Ватутина ниже Рокоссовского. Но надо учитывать, что об этом эпизоде ми знаем со слов самого Рокоссовского..."

Напрасно биограф Ватутина И.Зернев грешит на Рокоссовского. Едва ли подобные события известны со слов Рокоссовского... Они получают широкую огласку... К тому же, отступление войск Ватутина на фоне наступления других фронтов имело не только военное, но и политическое значение, чему Сталин уделял большое внимание. Ему было необходимо безупречно выглядеть перед Рузвельтом и Черчиллем.

А воспоминании Штеменко, который будучи начальником Оперативного управлении Генштаба сопровождал Сталина в Тегеран и присутствовал на встречах руководителей трех держав, что отметил в своей книге «Генеральный штаб в годы Великой Отечественной войны»

Приведем доводы Акрама Шарыпова, который подробно писал об этом:

"- Что вы предлагаете, товарищ Антонов?

- Учитывая сложную обстановку под Киевом, предлагаю вместо Ватутина назначить Рокоссовского.

- Согласен с вами. Надо товарищ Рокоссовского направить представителем Ставки и поручить ему на месте разобраться. Я переговорю с товарищем Рокоссовским.

От оперативной карты Константина Константиновича оторвал ночной звонок из Тегерана. Сталин говорил сухо, озабоченно и сердито:

- У Ватутина неблагополучно. Рокоссовский в голосе Верховного чувствовал раздражение и тревогу. Разберитесь в обстановке на месте и примите на месте все меры.

- Товарищ Стадии, немедленно выезжаю.

Не успел еще Рокоссовский дать указание своему заместителю, как была поручена телеграмма от Верховного:

"В случае необходимости немедленно вступить в командование 1-м Украинским фронтом, не ожидая дополнительных указаний"

М.А.Гараеев и Ф.В.Симонов "Победители 1941-1945", с.78 у Ватутина:

"Это очень обеспокоило И.В.Сталина. Он направил к Ватутину генерала армии Рокоссовского, чтобы разобраться с положением дел, а при необходимости и принять фронт. Константин Константонович посоветовал Ватутину не обороняться, а нанести контрудар, так как сил у фронта было достаточно. Ватутин и сам так думал, но его удерживали от этого шага близость Киева и боязнь за возможную утрату столицы Украины. Он решительно принялся за дело. Рокоссовский по ВЧ доложил Сталину, что генерал Ватутин войсками руководит уверенно, и просил разрешения вернуться к себе на Белорусский фронт. На что Верховный приказал донести обо всем информацией..."

В штабе фронта Рокоссовского встретил Ватутин с группой офицеров. Константин Константинович знал Николая Федоровича. Ватутин был сдержан и краток. Дружеского разговора не получилось, несмотря на доброжелательность Константина Константиновича. Ватутин считал, что Рокоссовский выполнит директиву Ставки.

Константин Константинович не спешил делать выводы. Его интересовала мнение начальника штаба, Рокоссовский нашел его и спросил его:

- Товарищ генерал, что же вы перегружаете командующего штабной работой?

- Командующий все берет на себя.

- Нельзя так, надо помочь командующему. Это ваша прямая обязанность, как начальника штаба и коммуниста.

- Прощу вас посоветовать Ватутину, чтобы он доверял начальнику штаба, и ему будет легче, и делу лучше.

Рокоссовского более всего волновало положение частей армии Черняховского....

- Иван Данилович, вы должны вернуть Корестень, этого требует обстановка и климат на Тегеранской конференции. Этим только что интересовался Верховный!

- Коростень вернуть невозможно. Противник в три-четыре раза превосходит в танках.


  • Чем вам помочь?

  • Помочь надо было чуть раньше...

- Иван Данилович, что же вы свои выводы и предложения не доложили командующему?

  • Докладывал.

  • Иван Данилович, сами вы готовы к переходу в контранступление?

  • Готовы, но нам нужны танки.

- Дальнейшее наступление противника необходимо приостановить, окруженные части вашей армии из Коростеня вывести организованно. Танки прибудут в ваше распоряжение. Готовтесь к наступлению. Ватутину посоветуйте контрудар.

Николай Федорович уточнил у Рокоссовского, когда тот вступит в командование 1-м Украинским фронтом.

Константин Константинович с полным основанием мог принять командование, но поступил иначе.

- Я приехал помочь вам, как это делают добрые люди. К тому же считаю, что вы на своем месте и не хуже меня командуете фронтом. Давайте же будем беседовать, как добрые друзья.

Натянутость исчезла, Ватутин воспрял духом. А Рокоссовский продолжал:

- Меня несколько удивило, откуда вы находите время редактировать директивы и распоряжения. Что же делает ваш начальник штаба генерал Боголюбов? Он, между прочим, не без основания утверждает, что командующий все берет на себя.

- Видимо, сказывается, что я долго работал в штабе. Два сослуживца, два соседа, два командующих фронтами, не только честно и открыто договорились, но и совместно выработали плам, как выправить положение дел.

Рокоссовский в ту же ночь по ВЧ доложил Верховному: - Товарищ Сталин, Ватутин войсками руководит уверенно. План его дальнейших действий соответствует обстановке, и в успехе я уверен.

Сталин никак не ожидал, что Рокоссовский откажется от командования фронтом, которому предстояло решение исторической задачи - взятие Берлина.

- Товарищ Рокоссовский, мы не допускаем ошибки?

- Нет, ошибки быть не должно. Разрешите вернуться на свое место?

- Возвращайтесь...

Из ответа Рокоссовский понял: Ставка считает, что он справился со своими обязанностями.

Предвидение Рокоссовского оправдалось: Ватутин блестяще справился со своими обязанностями».

Можем отметить величайшую человечность и благородство Рокоссовского. Он хорошо знал Сталина и правильно понял выражение: «В случае необходимости…» Кто определял эту необходимость? Рокоссовский? Если бы Сталин приказал Рокоссовскому принять командование, он бы без сомнений выполнил его. А Берлинское направление Рокоссовский, командуя 1-м Белорусским фронтом, получил по праву победителя, выйдя с войсками фронта под Варшаву. И что же? У Сталина тогда явилась политическая необходимость, в силу которой он снял Рокоссовского с поста командующего 1-го Белорусского фронта и назначил на его место Жукова. Действия Сталина, его поведение было ясно при реперссиях и им подобных делах, в остальном же он был непредсказуем.

А талант, способности, авторитет личности Рокоссовского и т.п. широко исповальзовались Сталиным и дело дошло до труднообъяснимого факта, о котором писал Владимир Успенский. Случай прошлый, о нем мы писали, но он к месту и мы его повторим целиком:

«Замысел Сталина найти человека, которой бы был способен, оказавшись во вражеском тылу, мог бы завоеватъ доверие немцев, создать вооруженные формирования из военнопленных и в критический для нас момент обратить эти формирования против гитлеровцев. Пошли кандидатуры с одинаковым обоснованием: был репрессирован, некоторое время провел в заключении... Константин Константинович Рокоссовский перенес в тюръме все испытания, не дрогнул на допросах, не подписал ни одной бумаги. Человек железной выдержки, честный, умный, абсолютно надежный. Прославился под Москвой... Видно было, что Сталин готов поддержать предложение, но против выступил Шапошников:

«Каких бы обходных путей мы не искали, главное будет решаться на фроне. А Рокоссовский у нас один из лучших фронтових генералов. Хорошо понимает современную войну. Его ни в коем случае нельзя отпускать».

Тут все ясно, а мы вернемся к делам Белорусского фронта, который к началу декабря с боями вышел на рубеж Чаусы, Новый Быхов, восточнее Рогачева и Мозыря вышел на реку Припять, наступила временная стабилизация фронта.

В.И.Казаков писал, что по донесениям партизан и из других источников:

"Нам стало известно, что в Озаричах фашисты устроили лагерь, где томились более 30 тыс. чел., большинство которых были заражены сыпным тифом. Враг рассчитывал, распространить сыпной тиф в наших войсках".

Возникла опасность массовой зпидемии среди армии и мирного населения. Была поднята на ноги вся санитарная служба фронта, сформированы противоэпидемические отряды из 2500 специалистов ветсанслужбы и врачей. Правительство Белоруссии создали специальную противоэпидемическую комиссию. Была проведена саритарно-профилактическая обработка армии и населения, в особенности, на только что освобожденных от врага территориях".

После завершения гомельско-речинской операции, войска Белорусского фронта продолжали бои местного характера, улучшая свои позиции, отражая наскоки врага. Об этих боях в полосе армии и у ее соседей писал П.И.Батов:

"23 декабря 1343 года гитлеровцы еще раз попытались прорвать оборону 95-го корпуса, были встречена плотным огнем артиллерийской дивизии. Удар был настолько сильным, что противник остановился. Надо отдать должное 48-й армии, которая 23-25 декабря вела тяжелые оборонительные бои, не пропустила вражеские силы в глубокие тылы 65-й».

В.Чертек, И.Ветров и Н.Френкель отметили эти бои:

"Осенью 1943 - зимой 1944 годов Белорусский фронт Рокоссовского вел активные боевые действия в юго-восточном районе Белоруссии. Основная его задача - сковать здесь немецко-фашистские войска и не позволить перебросить их под Ленинград и Новгород или на правобережную Украину, где Советская Армия наносила мощные удары".

Этими боями практически завершилась Гомельско-речинская наступательная операция, значение которой отметил И.Х.Баграмян:

"Успешное завершение Гомельско-Речинцкой операции в значительной мере помогло 1-му Украинскому фронту осуществить крупномасштабную Киевскую операцию. Скованный войсками Рокоссовского противник не смог перебросить ни одной дивизии из Белоруссии в район столицы Украины. Вновь Константин Константинович искуссно сманеврировал подвижными соединениями, обеспечив наращивание усилий в оперативной глубине и нанесением ударов по флангам группировки противника в условиях лесистоболотистой местности".

В т.2 "Славные сыны Башкирии" с.401 кратко, но полно сказано:

"Через несколько дней войска Рокоссовского освободили Речицу, затем и Калинковичи. Вскоре же сварились в гомельском котле окруженные части фашистов".

Завершившаяся операция не означала затишья: попрежнему шли бои местного значения, шла перегруппировка войск, подвозили боеприпасы и снаряжение, ГАС и продовольствие. 2 января 1944 года Ставка поставила новую задачу войскам Рокоссовского: «Разбить мозырьскую группировку противника и продолжить наступление дальше в направлении на Бобруйск, Минск…» Белорусский фронт, следовательно, должен был начать новую наступательную Калинковическую-Мозырьскую операцию. Подготовка операции притушила несколько наал боев, но полностью их не прекратила.

Но, все же, несмотря на это, новый год (1944-й) встретили: командование фронта село за праздничный стол вместе с руководителелями подполья и партизанами. Эта встреча была более деловой, чем застольной, решались вопросы взаимодействия, совместных действий в предстоящих боях, укреплялись связи войск и партизанских соединений, решалась доставка боевых грузов через линию фронта, вывозка авиацией раненых партизан и многое другое. Укреплялась взаимная разведка, и обмен мнениями.

Накануне нового 1944 года Белорусский фронт и его командующего посетила делегация Таджикистана, о чем свидетельствует отчет Таджикской делегации, опубликованный в газете «Коммунист Таджикистана» 2 января 1944 года. Вот краткая запись:

"На станции Новозыбков делегатов пригласил к себе на прием Рокоссовский... Особенно прост, подтянут, скромен и обаятелен генерал Рокоссовский, грудь которого украшена многими боевыми орденами. Он и его славные соратники поделились с делегатами своими успехами в борьбе с ненавистным врагом».

А.А.Печенкин по состоянию на 1 января 1944 года дал историческую справку о сотаве командующих фронтами (ВИЖ, № 10, 2005, с. 9):

«И.Х.Баграмян (1- Прибалтийский), Н.Ф.Ватутин (1-й Украинский), Л.А.Говоров (Ленинградский), М.П.Ковалев (Забайкальский), И.С.Конев (2-й Украинский), Р.Я.Малиновский (3-й Украинский), К.А.Мерецков (Волховский), М.М.Попов (2-й Прибалтийский), К.К.Рокоссовский (1-й Белорусский), М.А.Пуркаев (Дальневосточный), В.Д.Соколовский (Западный), Ф.И.Толбухин (2-й Украинский), И.В.Тюленев (Закавказский), Ф.А.Фролов (Карельский).

В полосе Белорусского фронта 65-я армия в районе Парачи веда ожесточенные бои, носившие напряженный характер, которые создали предпосыдки нашеего успеха в Калинковичи- Мозырьской операции, что отметил Батов:

«На войне нередки дни схваток с врагом, которые по своему значению равноценны взятию крупных городов. К числу таких нельзя не отнести декабрьскую оборону под Паричами. Потеряв более 7 тысяч убитыми и ранеными, много танков, противник отказался от своего замысла. И вот наступают ваши войска...

Вновь стало возможным нанести удар на Калинковичи.

В начале января 3-я армия А.В.Горбатова провела частную операцию по ликвидации так называемого быховского боевого участка противника: четырехугольника на левом берегу Днепра площадью до 140 кв.км. Кроме ударов с фронта, в ночь на 3 января был послан лыжный отряд в тыл врага. О ходе операции писал А.В.Горбатов:

"Дерзкая вылазка лыжников увенчалась крупным успехом: убито более трехсот гитлеревцев, среди них начальник штаба дивизии полковник фон Шлиер. О героическом рейде лыжного отряда сообщали 6 января 1944 года в сводках Совинформбюро.

Действия лыжников облегчили действия войскам...

За два вражеский укрепленный участок был ликвидирован. Армия вышла к Днепру, сократила фронт на двенадцать километров.

50-я армия, перейдя вслед за нами в наступление, продвинулась к Днепру еще на пять- семь километров.

Кан писал Дмитрий Кратов об этой операции:

"Рокоссовский решил использовать конницу для удара по вражеским тылам для содействия войскам шестьдесят пятой и шестьдесят первой армиям в овладении районом Калинковичи и Мозырь. Вечером 6 внваря 1944 года конники двинулись..."

П.И.Батов отметил изменение новой обстановки:

"Вновь стало возможным во взаимодействии с 61-й армией нанести удар на Калинковичи... Были подтянуты основные силы артиллерийского корпуса. Но, и противник усилилздесь свою группировку. Командующий предупредил, на главном направлении гитлеровцы имеют некоторое численное превосходство при первой атаке. Дивизия Черняка была не в состоянии овладеть первой траншеей вражеской обороны. К вечеру командующий приехал на командный пункт армии, собрались начальники отделов, управления армий и командиры дивизий. Рокоссовский изложил свой план.

Мы должны перехитрить противника, за ночь нужно рокировать основные силы на восемь-десять километров влево, и с рассветом возобновить наступление.

Командующий выслушал мнения. Все единодушно подтвердили, переброска войск и подготовка к новому удару за одну ночь возможна...

Атака началась в 12 часов дня. Она оказалась настолько успешной, атакующие без потерь захватили первую траншею и завязали бой в глубине обороны. Через три часа полоса вражеской обороны была прорвана. Войска вышли на окраину Калинковичей. 14 января город Калинковичи был освобожден, а 14 армия заняла Мозырь."

В.В.Гурнин и В.И.Иващенко отметили проведение митинга в освобожденных Калинковичах:

"На митинге выступил генерал В.И.Казаков, который зачитал приказ Верховного Главнокомандующего, приветствие Рокоссовского".

М.Панов дал дполнительные объяснения к ведению боев за Калинковичи и Мозырь (ВИЖ №5, 1978г., с.47-48):

«9 января командующий армией приказал ввести в бой 1-й гвардейский танковый корпус. Однако, этот приказ по распоряжению Рокоссовского был отменен, условия ввода в бой были явно неблагоприятны.

Вечером 10 января на командный пункт 65-й армии были вызваны командиры соединений и начальники родов войск. Прибыл Рокоссовский, Батов доложил обстановку. Константин Константинович подчеркнул, что наступление успеха не имело из-за недостаточного количества танков, шаблонного подхода к проведению артиллерийской подготовки, с последующим переходом пехоты в атаку. Исходный рубеж для пехоты был выбран слишком далеко. Фашисты во время артиллерийской подготовки уходили в укрытия, а после переноса огня вновь занимали свои позиции, огнем отсекали советскую пехоту от танков.

- Дольше так действовать нельзя. Чтобы ввести противника в заблуждение необходимо изменить тактику, выбрать новое направление удара – сказал Константин Константинович.

Мое предложение поддержал Г.Н.Орел. Одобрительно высказался и В.И.Казаков.

- Павел Иванович, - обратился Рокоссовский к Батову. – Надо согласиться с комкором и больше его не задерживать. Работы у него очень много».

К этому добавим из книги "Вышли на фронт "катюши", с.190:

"Вечером 10 января на КП 65-й армии приехал Рокоссовский, сказал, что противник ждет наше наступление именно здесь, и приказал за ночь перебросить основные силы на 8-10 километров влево в район Острокорма, и с рассветом наступать с нового участка».

Шли почти беспрерывные бои, в которых было много отличившихся и как всегда, Рокоссовский не забывал отмечать наградами отличившихся, которых было много, и из них возьмем для примера, по книге «Героическая быль», с.241:

"Началось наступление на Калинковичи. Алексей Озеров шел в первых рядах...

"Товарищ Озеров Алексей Николаевич достоин присвоения звания Героя Советского Союза" - было указано в наградном листе, который подписал выдающийся полководец Рокоссовский".

И еще об одном награжденииписал Д.З.Муриев:

"Достоин присвоения звания Героя Совестного Союза" - писал командир 14-й гвардейской кавалерийской дивизии полковник Фиксель. Ходатайство было поддержано Рокоссовским.

15 января 1944 года Константину Ходатову было присвовно звание героя Советского Союза".

20 января войска 65-йармии освободили Паричи. Командующий передал туда три дивизии из нашего второго эшелона. Но мы не отказались от намерения захватить плацдарм за Днепром. Послали командующему доклад с выводами: условия благоприятны для захвата плацдарма, если армию усилят. Пришел ответ: «Усилить не могу, продолжайте обороняться, для этого сил у вас достаточно».

В начале февраля мы с тем же предложением обратились к командующему, ответ: "Усилить армии не могу, проведите две операции, каждая силами дивизии, и захватите два плацдарма".

Командующий разрешил мне прибыть в Гомель для личного доклада. Я обратил его внимание, наш сосед 63-я армия, желая прогнать противника с плацдарма, затратила много сил и средств, но не имела успеха, попросил объединить войска и полосы обеих армий под моим командованием.

- Тогда не пройдет и десяти дней, - заверил я - как мы прогоним противника с его плацдарма и захватим еще больший за Днепром.

1   2   3   4


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница