Учебное пособие по журналистской этике (примеры из европейской прессы) Редакторы: Урте Зонненберг и Барбара Томас Маастрихт



страница4/4
Дата01.11.2016
Размер0.61 Mb.
1   2   3   4

7.ЗАЩИТА ИСТОЧНИКА ИНФОРМАЦИИ

Анна Шароградская, Россия

Всякий раз, когда идет война, свобода прессы находится под серьезной угрозой. Под угрозой также свобода и жизнь журналистов, которые стремятся быть верными своим этическим принципам. Это можно увидеть на примере из Российских СМИ.

Обстоятельства дела

Чеченская война поляризовала российское общество. Многие россияне убеждены, что поскольку территория Чечении является частью России, народ, ее населяющий, не может провозглашать свою независимость. Другие россияне не считают, что после распада Советского Союза, нации, стремящиеся стать независимыми, имеют право на отделение. В 1991 году Чеченская республика Ичкерия провозгласила свою независимость от России. Сначала Москва попыталась свергнуть новую власть без применения военной силы, однако эти попытки провалились. Необъявленная война России против непокорной Чеченской республики началась в декабре 1994 года. Разгневанные тем, что война бушевала без каких либо перспектив на переговоры, чеченские сепаратисты, возглавляемые Шамилем Басаевым, захватили больницу и взяли в заложники всех ее пациентов. Это драматическое событие привело к первым серьезным переговорам между Российским правительством и чеченскими повстанцами.

Во время войны в росийских СМИ в основном отражалась только официальная позиция Российского правительства. С этой точки зрения

Шамиль Басаев является террористом, ответственным за убийство мирных граждан. Но тот, кто для одних является террористом, для других - борец за независимость.

Что произошло

Независимое Телевидение (НТВ)- телекомпания, получившая известность за объективное освещение событий, направило инициативную журналистку Елену Масюк взять интервью у Шамиля Басаева. Масюк интервьюировала Басаева в засекреченном месте спустя всего несколько недель после того, как Басаев возглавил захват заложников в больнице Буденовска и оказался в списке разыскиваемых особо опасных преступников.

Что последовало

Российская прокуратура выдвинула обвинения против Масюк за сокрытие местонахождения разыскиваемого преступника. Ей инкриминировалось дело по статье 189 (сокрытие преступника) и по статье 190 (недонесение о преступлении) Уголовного Кодекса.

Правительство расследовало обстоятельства, при которых Елена Масюк брала интервью. На Масюк, находившегося с ней телеоператора и руководителя телекомпании было оказано давление с целью раскрыть местонахождение Басаева, но они отказались сделать это. Елена и ее коллеги нарушили закон, который требует, чтобы граждане, располагающие информацией о подозреваемых в совершении преступления, доносили эту информацию, чтобы помочь следствию.

Нормы, регулирующие СМИ

В профессиональном этическом Кодексе Российских Журналистов6 имеется несколько положений, которые следует рассмотреть в связи с обсуждаемым примером:

“2. Журналист соблюдает законы своей страны, однако, в части, касающейся выполнения профессионального долга, журналист признает только подотчетность своим коллегам и отвергает какие-либо попытки давления или вмешательства со стороны правительства или каких-либо других органов.

“4. Журналист хранит свои профессиональные тайны, касающиеся источников информации, полученной конфиденциальным путем. Никто не может вынудить журналиста раскрыть этот источник. Право анонимности источника может быть нарушено только в исключительных случаях, когда имеется подозрение на то, что источник специально искажает истину, а также, если упоминание имени источника является единственным способом избежать тяжких надвигающихся угроз гражданам.

Этические проблемы

Если Басаев является террористом, то правомерно ли брать у него интервью? Известно, что террористы стремятся получить возможность заявить о себе через СМИ. Должны ли журналисты способствовать им в этом, беря у

них интервью? Кто принимает решение, кого считать преступником, а кого нет? Пресса или закон? Кого мы называем террористом? Действовала ли Масюк правильно с этической точки зрения, сохраняя в тайне место нахождения Басаева?

С правительственной точки зрения журналист в данном случае является предателем. Можно ли сказать так о Елене Масюк? Имеет ли право журналист, в случае, когда идет война, излагать свою собственную точку зрения, отличающуюся от официальной? Поскольку Елена Масюк выбрала для интервью Шамиля Басаева, ее заподозрили в симпатиях чеченской стороне. Имеет ли правительство право подвергать СМИ цензуре во время войны, когда так важно поддерживать моральный дух нации? Как может быть достигнуто непредвзятое освещение в подобных критических и эмоциональных ситуациях?

ПОХИЩЕНИЕ ИНФОРМАЦИИ ИЗ ПОЛИЦИИ



Макс Л. Снайдерс

Нижеописанный случай заставил главного прокурора Амстердама запросить нормативную базу по вопросу обращения с информацией, получаемой журналистами, с тем, чтобы определить границы того, насколько далеко журналисты могут зайти в сборе и использовании информации.

Что произошло

В течение 1994 года в ходе длительного затянувшегося дела Чарлза З. , обвиняемого в том, что он возглавлял преступный синдикат, занимавшийся контрабандой наркотиков, ряд газет и отдельные журналисты получили компьютерные дискеиы и другие материалы, которые были похищены у стражей правопорядка. Дискеты были украдены из дома одного из старших руководителей прокуратуры, а остальные документы, вероятно, попали из полицейского управления Амстердама. Материалы были использованы двумя журналистами, Фейке Сальверда и Питером Р. де Вриес, в их заслуживающих доверия телепрограммах. Газета, перед тем как использовать эти материалы, направила их оригиналы в юридические инстанции, как это обычно делается. Материал раскрывал, в частности, информацию о доселе неизвестных методах полицейского расследования, которые возможно были незаконными.

Что последовало

После обнаружения этих материалов адвокаты защиты попросили суд присоединить эту информацию к материалам судебного разбирательства. Защитники отрицали, что им было что-либо известно о способе, которым эти документы были добыты, а также, кто дал указание похитить их. Полиция провела обыски дома и на работе двух журналистов, подозреваемых в ”подготовке обвинения по укрыванию краденого”.

В марте 1995 года главный прокурор Амстердама г-н Й.М. Враккинг заявил, что обратится в суд с ходатайством вынести решение по вопросу, может ли журналист использовать украденную информацию. Он подчеркнул, что “прокуратура не намеревается открывать охоту за ведьмами, но считает

чрезвычайно важным, чтобы законодательные органы определили те границы, до которых могут доходить журналисты при добыче и использовании информации.”

Из расследования, которое было проведено NRC Handelsblad, выяснилось, что курьер по транспортировке наркотиков Стив Браун играл важную роль в распространении информации среди журналистов. Вероятно, он должен был быть вызван в суд в качестве свидетеля, чтобы доказать, что оба подозреваемых журналиста создавали свои телепрограммы на основе материалов, предоставленных преступниками.

Это заявление было опровергнуто одним из журналистов, Питером Р. де Вриесом, который заявил: “Я получил информацию. Единственное, в чем я могу заверить-так это в том, что я не получал ее от Стива Брауна, поскольку никогда в жизни не встречался с ним.”

Важным обстоятельством по делу является то, что адвокаты защиты не смогли бы воспользоваться украденными документами, если бы они сами их получили. Но после того, как документы были преданы гласности по телевидению и в газетах, у них появилась возможность просить приобщить их к материалам судебного делопроизводства. А поскольку эти документы содержали доказательства того, что полицейские использовали незаконные методы сбора инкриминирующих доказательств, это могло помочь защите добиться оправдания для своих клиентов.

Этические проблемы

Должен ли журналист использовать документы, если он знает, что они были похищены, с целью придать убедительность своей статье?

Должен ли журналист использовать такие материалы, если он знает или может предположить, что предание их гласности поможет защите преступника, и может даже оказаться элементом тактики защиты?

Должен ли журналист ограничить публикацию таких документов теми вопросами, которые с его точки зрения важны для предания гласности и воздержаться от опубликования таких фактов, которые могут препятствовать судебному разбирательству и дальнейшему отслеживанию преступников?

Должны ли юридические органы пытаться выяснить, кто снабдил журналиста похищенными документами?

Могут ли юридические органы обыскивать помещения журналистов с целью обнаружения каких-либо данных о поставщике документов?

Должна ли прокуратура преследовать журналиста за использование похищенных документов в любом случае, или делать это, если опубликованные материалы особенно выгодны защите преступника?

Обстоятельства дела

На самом деле журналисты и газета не публиковали преднамеренно какие-либо похищенные документы, которые могли бы препятствовать последующим действиям полиции в ее борьбе против преступлений в целом или против транспортировки наркотиков в частности. То, что они действительно публиковали, в основном касалось полицейских методов, среди которых по, по крацней мере часть, вызывала сомнение в законности их

использования.

Никаких инструкций, касающихся такого рода ситуаций, в Нидерландах не существует. Но является общепринятым правилом, что журналисты не заказывают похищение документов или каких-либо других материалов, также как и не платят за получение подобного рода материалов.

Существует мнение, что опубликование материала, о котором кто-то знает или может предположить, что он был похищен, должно иметь место, если этот материал проливает свет на действия общественных деятелей, но не в случае, когда имеется какое-либо основание полагать, что публикация материалов помешает преследованию преступников.

Интересно рассмотреть различия между данной ситуацией и похищением документов из Пентагона, в котором речь шла о документах, “похищенных” служащим Пентагона, а не посторонним лицом;

которое не было связано ни с одним судебным разбирательством, а затрагивались вопросы, касающиеся правительства и/или военных;

и где, как и в данном случае, важная для общества сознательно утаивалась властями властями.

8.ИСПОЛЬЗОВАНИЕ САТИРЫ В СМИ, ДИСКРИМИНАЦИЯ И ПРЕНЕБРЕЖИТЕЛЬНОЕ ОТНОШЕНИЕ К ЭТНИЧЕСКИМ МЕНЬШИНСТВАМ
Вопрос: как далеко может зайти журналист? Два примера из СМИ Германии проливают свет на те аспекты журналистской деятельности, которые допустимы и которые непростительны.
ДВА ПРИМЕРА ИЗ ПОВСЕДНЕВНОЙ ПРАКТИКИ СОВЕТА ПО ПРЕССЕ ГЕРМАНИИ

Луц Тиллманс

Нижеследующие примеры были предъявлены Немецкому Совету по Делам Прессы, который, будучи независимой неправительственной объединенной Ассоциацией, должен рассматривать жалобы на статьи, опубликованные в газетах и журналах. Во время заседания комитета по рассмотрению жалоб обе стороны-истец и ответчик, могут представить свое мнение относительно жалобы, прежде, чем комитет вынесет свое решение.

Что может сатира?

Что произошло

На обложке журнала “Титаник” N 4 за 1993 год был напечатан фотомонтаж забавно улыбающегося г-на Бйорна Энгхольма с подзаголовком “Очень смешно, г-н Энгхольм”. Это был намек на фотографию мертвого г-на Баршеля, лежащего в ванне, которая была напечатана за несколько лет до этого.

Точка зрения истца

Президент федерального парламента земли Шлезвиг Гольштейн ссылается на резолюцию, принятую в Парламенте партиями SPD, CDU, FDP и SSW 3 марта 1993 года. Публикация подобной фотографии на обложке журнала является оскорбительной с точки зрения журналисткой этики, а также противоречит Кодексу прессы. Фотография оскорбляет человеческое достоинство г-на Баршеля и его семьи, также как и достоинство покойного министра-президента д-ра Баршеля и переживших его родственников совершенно непристойным образом. Истец потребовал применить санкции к журналу “Титаник”.

Другие истцы выдвинули аналогичные аргументы. Кроме того они обратили внимание на происхождение так называемой сатирической фотографии. Этот эпизод означает различный политический подход к вопросу об анонимных и частных платежах, осуществленных бывшим министром социального обеспечения земли Шлезвиг-Гольштейн Гюнтером Янсеном бывшему спикеру от СМИ Рейнеру Пфайферу.

Истцы обобщили главный смысл этой сатирической фотографии на обложке журнала следующим образом: Бъерн Энгхольм, бывшая жертва Баршеля, представлялся преступником. Его улыбающееся лицо, казалось, говорит о том, что Энгхольм наслаждается своим положением: побородок Энгхольма опирался на кулак мертвого Уве Баршеля; он злорадствует по поводу самоубийства Баршеля. Заголовок фотомонтажа “Очень смешно, г-н Энгхольм” как бы озвучивал эту точку зрения.

Свобода сатиры не оправдывала такого фотомонтажа, так как вышла за рамки, где критика уже превращалась в оскорбление. Далее истцы указали на то, что ответчик якобы прорекламировал этот номер журнала N4/93 в других СМИ.

Точка зрения ответчика

Титаник”, как известно, журнал сатирический. Именно поэтому статьи, публикуемые “Титаником”, следует критиковать с точки зрения читателя, понимающего назначение сатиры. Сатирическую статью можно интерпретировать по разному. Но на деле только данная интерпретация гарантирует, что статья №5 , параграф 1, страница 1 Конституции Германии выполняется. Сатире свойственно преувеличение и некоторое искажение фактов. Тот, кто воспринимает сатиру прямолинейно, не понимает ее назначения.

Что касается фотомонтажа на обложке журнала, то главным там был не текст заголовка, а ассоциации, вызываемые изображением. “Титаник” издается для тех читателей, которые критически относятся к современной действительности и которые поэтому прекрасно осведомлены о “кильском деле”, самом нашумевшем в свое время.

Единственная цель публикации фотографии на обложке журнала “Титаник” №4/93 состояла в том, чтобы связать ее с “кильским делом” 1987 года.

В случае с Бьерном Энгхольмом фотография лишь намекала на то, что он не был настолько невиновным, каким казался в те дни. И, наконец, фотография преследовала цель показать читателю посредством гротеска и искажений, что Энгхольм также как и Баршель был политическим деятелем из Киля. Это не означало, что между ними не было разницы- по этому вопросу даже “Титаник” не выразил четко своего мнения, но сделал намек на то, чтобы не воспринимать “кильское дело” как прозрачно ясное, в котором можно было бы легко разобраться кто преступник, а кто его жертва.

В конце концов Немецкий Совет по Делам Прессы не следовало упрекать за решения, которые являются делом вкуса.

Ответчик указал, что временное распоряжение от 3-го марта 1993 года было утверждено решением Верховного суда (Landgericht) от 7-го мая 1993 года.

Этические проблемы

Вкратце вопрос можно сформулировать следующим образом: до каких пределов можно использовать сатиру? Является ли необходимым разрабатывать какие-либо пределы применения сатиры?

Результат обсуждения в Комитете

Пленум постановил несостоятельность жалобы. Ванна в Женеве и скандал Баршеля стали современной историей и политическим символом. Существует неразрывное сходство между Уве Баршелем и Бъерном Энгхольмом в том, что на личную и политическую судьбу каждого из них повлияло так называемое “кильское дело”.

“Титаник” на обложке выпуска № 4/93 использовал этот “символ”. Конституционная юрисдикция, лингвистика и журналистика допускают, что сатирическое описание основывается на содержании, а не форме. Совет по Делам Прессы Германии также должен был принять это к сведению.

Бъерн Энгхольм и его семья, живущие в современном мире, должны были примириться с публикацией сатирической фотографии.

Что касается намека на обстоятельства смерти бывшего министра-президента, Пленум не смог найти нарушений принятых принципов журналистской этики. Совет по Делам Прессы Германии скорее придерживался мнения о том, что смысл фотографии, опубликованной на обложке, можно было бы объяснить следующим образом: даже министр-президент Энгхольм поступил неправильно с точки зрения общественной морали.

Согласно Совету по Делам Прессы Германии, следует отдавать приоритет принципу свободы мнений, а затем уже гарантировать чью-либо конфиденциальность.

Эту фотографию нельзя рассматривать как проявление нарушения Кодекса СМИ только за то, что она была связана с делом Баршеля о шпионаже бывшего оппозиционного лидера Энгхольма или с раскрытием платежей SPD Райнеру Пфайферу, которые привели к отставке министра Президента Энгхольма.

ДИСКРИМИНАЦИЯ НАЦИОНАЛЬНЫХ МЕНЬШИНСТВ

Что произошло

23 марта 1993 года газета “Бильд” напечатала статью под заголовком “Курдский террор- везде пожары на автодорогах; волнения в городах. Они сами себя подожгли” о серьезных преступных акциях, последовавших вслед за демонстрациями курдов. Эта же газета опубликовала аналогичные статьи 24 и 28 марта 1994 года.

Точка зрения истца

Истец критиковал форму подачи новостей, которая заставляла читателя поверить в то, что все курдское население связано с этими преступлениями. Газета вовсе не делала различия между курдами, поэтому подобные заголовки могли спровоцировать насилие и вызвать ксенофобские настроения в обществе.

Если в данном случае Совет по Делам Прессы не усмотрел нарушения Свода рекомендаций для СМИ, то ему тогда следует поработать над внесением в него поправок.

Точка зрения ответчика

Ответчик придерживался другой точки зрения, так как он не считал, что заголовки статей обвиняют всех курдов. Заголовки не провоцировали население на насилие, ни вызывали враждебности к иностранцам.

Следует видеть взаимосвязь между заголовком и самим репортажем. В подобных статьях только из их содержания становилось ясно, что не вся этническая группа участвовала в беспорядках.

Необходимо, чтобы по заголовкам статей можно было бы судить об их содержании. Истец должен был уважать право на свободу слова, а не относиться к ней пренебрежительно.

Этические проблемы

В этом конкретном примере можно обнаружить проблему, свойственную для любой бульварной газеты: до какой степени можно примитизировать форму подачи новостей?

Результат обсуждения в Комитете

Комиссия по информационным спорам признала, что жалоба была обоснованной. Согласно параграфу 10 Правил/Порядка рассмотрения жалоб Комиссия объявила порицание газете “Билль”.

Комиссия также посчитала, что заголовок, внушающий предубеждение, является проявлением дискриминации курдов. Статья 12 Кодекса Прессы гласит, что никто не должен подвергаться дискриминации по полу или по признакам расовой, этнической , религиозной, социальной или национальной принадлежности. Совершенно неправомерно возлагать ответственность за преступления, совершенные несколькими

представителями, на всю этническую группу. Вместо выражения “курды участвовали в демонстрации” следовало бы напечатать “несколько курдов”. Этот вывод был одобрен единогласно.

ПРЕПОДАВАНИЕ ЖУРНАЛИСТСКОЙ ЭТИКИ

Мы в Европейском Центре Журналистики уверены, что журналистской этике можно научить. Не с помощью указующего перста и, конечно, не при помощи универсальных ответов на все вопросы. Особенно здесь, в Западной Европе, мы склонны считать журналистскую этику чем-то само собой разумеющимся. Но в других странах дело обстоит иначе. Вот два примера.

То, что может показаться нам подкупом, например - платные осведомители в Японии, является для журналиста простым способом освободить себя от гораздо более сложных форм отношений с источником информации. Также верно и то, что такая практика приводит к злоупотреблениям.

И если на Западе газеты не публикуют имен лиц, совершивших самоубийство и фактически рассматривают их в качестве жертв, которых общество толкнуло на этот поступок, то во многих африканских странах самоубийство является преступлением против общества, и если попытка самоубийства не удалась, то человек, предпринявший ее, предстает перед судом. О попытке самоубийства там будет подробнейшим образом сообщено в газетах, включая интимные подробности. И хотя подобная практика вызывает у нас возмущение, следует вспомнить, что согласно католической вере самоубийство все еще считается грехом против Бога, и что цивилизованному обществу в Западном мире потребовалось много времени, чтобы отделить принципы своего светского бытия от религиозных принципов.

Это учебное пособие составлено не с дидактической целью. Оно написано для того, чтобы обозначить проблемы и привлечь внимание к одной из наиболее трудных для определения областей - этике в журналистике. Когда молодой журналист-практик сталкивается с этической диллемой, и не знает, как поступить, он имеет возможность осмыслить проблему и вынести свое суждение. Мы стараемся, таким образом, восполнить для молодых журналистов недостаток личного опыта. Это своеобразная лаборатория, где журналисты ставят эксперименты и учатся методом проб и ошибок.

Обсуждение подобных ситуаций не всегда может избавить журналиста от принятия неправильных решений в других ситуациях. Не помогает это полностью избежать от искушения опередить всех своей публикацией, чего бы это ни стоило. Но подобное обучение дает шанс. Шанс на то, что журналист может подумать, прежде чем действовать, что он позволит себе поразмышлять, прежде чем взяться за перо, и что национальные нормы журналистской этики, также как законы о конфиденциальности и о клевете в печати являются для него такими же знакомыми рабочими инструментами, как телефон или компьютер.

Мы не предлагаем Вам универсальный курс. Мы стремимся показать, где на Вашем профессиональном пути Вас подстерегает опасность сделать ошибочный выбор и мы движемся вместе. Шаг за шагом.

Сноски
1. Philip Patterso and Lee Wilkins (1991 1994). Media Ethics and cases 2nd edn (Brown & Benchmark, MadisonWI).

2. Другими словами статья сконцентрировала внимание на сенсационной стороне проблемы и поэтому упустила некоторые важные моменты. Это можно оценить как пример непрофессиональной журналистики. (У. Зонненберг ).

3. Пятая колонна- организация людей, симпатизирующая врагу и работающая на него в своей стране во время войны.

4. Другими словами студия заявила, что этот конфликт не был спровоцирован, а произошел в силу стечения обстоятельств (У. Зонненберг).

5. Как было описано выше (У. Зоненберг).

6. Кодекс обсуждался более года, но все еще не принят.



5




Европейский Центр Журналистики
1   2   3   4


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница