Убийство демократии. Операции цру и Пентагона в период холодной войны



Скачать 10.69 Mb.
страница9/48
Дата24.04.2016
Размер10.69 Mb.
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   48
14. Индонезия, 1957-1958. ВОЙНА И ПОРНОГРАФИЯ

«Я думаю, пора задать Сукарно жару», — сказал Фрэнк Уиснер (Frank Wisner), заместитель директора планирования секретных операций ЦРУ, осенью 1956 года [1]. Уиснер говорил о человеке, который управлял Индонезией со времен вооруженной борьбы за независимость от Голландии. Несколькими месяцами ранее, в мае, пытаясь донести проблемы и нужды развивающихся наций, Сукарно выступил с пламенной речью перед Конгрессом США [2].

За этим последовала американская кампания, нацеленная на свержение яркого лидера пятой по численности населения страны в мире, задействовавшая все рычаги давления — от масштабных военных учений до грязных сексуальных интриг.

Годом ранее в ответ на создание Организации договора Юго-Восточной Азии (SEATO), проамериканского военно-политического альянса, нацеленного на «сдерживание коммунизма», Сукарно созвал Бандунгскую конференцию. В индонезийском городе Бандунг в качестве позиции стран третьего мира была провозглашена доктрина о нейтралитете. С точки зрения сотрудников ЦРУ в Индонезии эта позиция была такой ересью, что при разработке планов по саботажу Бандунгской конференции дело доходило до планирования покушения.

В 1975 году сенатский комитет, проводивший расследование действий ЦРУ, заслушал показания о том, что работавшие в Индонезии офицеры ЦРУ предлагали убить лидера с целью «сорвать предстоящую коммунистическую конференцию в 1955 году» [3]. По всей вероятности, речь шла либо о Сукарно, либо о Чжоу Эньлае. Но, по словам комитета, в штабе ЦРУ в Вашингтоне возобладал разум, и предложение было решительно отвергнуто.

Тем не менее самолет, перевозивший членов китайской делегации, вьетнамского и двух европейских журналистов на конференцию в Бандунг, при загадочных обстоятельствах разбился. Китайское правительство заявило, что это был акт саботажа со стороны Соединенных Штатов и Тайваня, провалившаяся попытка убийства Чжоу Энлая. Этот чартерный рейс компании «Эйр Индия» вылетел из Гонконга 11 апреля 1955 года и потерпел крушение в Южно-Китайском море. Перелет Чжоу Энлая, который также должен был быть осуществлен компанией «Эйр Индия», был запланирован на день или два позже. Китайское правительство ссылалось на сообщение в «Таймс оф Индия» (Times of India), в котором сообщалось что авария была вызвана двумя бомбами с часовым механизмом, заложенными на борту самолета в Гонконге. Часовой механизм был позже найден среди обломков самолета, полиция Гонконга назвала это «хорошо спланированным массовым убийством». Несколькими месяцами позже британская полиция в Гонконге заявила, что пыталась арестовать китайского националиста, который был организатором крушения, но он бежал в Тайвань [4].

В 1967 году в Индии вышла заслуживающая внимания книга «Я был агентом ЦРУ в Индии» (I Was a CIA Agent in India), написанная американцем Джоном Диско Смитом (John Discoe Smith). Опубликованная Коммунистической партией Индии книга была сделана на основе статей автора для «Литературной газеты» в Москве после того, как он перешел на сторону Советского Союза — примерно в 1960 году. Смит родился в Квинси (Quincy), штат Массачусетс, в 1926 году; работал техником связи и шифровальщиком в посольстве США в Дели с 1954 по 1959 год — эта информация подтверждается в Биографическом регистре Государственного департамента США [5].

В рамках другого расследования сенатский комитет сообщил, что «были получены доказательства того, что ЦРУ участвовало в планах по убийству президента Индонезии Сукарно» и что планирование дошло до стадии выбора агента для исполнения этого задания [6]. Комитет сената отметил, что одно время агенты ЦРУ, занимавшиеся убийствами и другими подобными методами, внутри управления входили в «Комитет по изменению состояния здоровья» (Health Alteration Committee).

Вдобавок к беспокойству американских лидеров Сукарно посетил СССР и Китай (хотя и Вашингтон тоже), закупил оружие в странах Восточной Европы (но только после того, как в этом ему отказали Соединенные Штаты) [7]. Он национализировал многие голландские частные предприятия. Но больше всего беспокойства вызывали впечатляющие успехи Коммунистической партии Индонезии (КПИ) на выборах и в организации профсоюзного движения, что позволило партии занять видное место в коалиционном правительстве.

Это было типичное для государств третьего мира развитие событий, и реакция Вашингтона была такая же типичная. И снова они не смогли или не захотели отличить патриотический национализм от прокоммунизма и нейтралитет от зла. Какое бы значение не имело слово «коммунист», Сукарно им не был. Он был индонезийским патриотом-националистом и «сукарноистом», победившим мощь Коммунистической партии Индонезии в 1948 году после обретения страной независимости [8]. Он шел своим путем, предоставляя преференции как КПИ, так и армии, маневрируя от одних к другим. Об изгнании коммунистической партии, насчитывавшей более миллиона членов, из правительства, Сукарно заявил: «Я не могу и не буду ездить верхом на трехногой лошади» [9].

Для США балансирование Сукарно было слишком сомнительным, чтобы оставить политическую жизнь Индонезии наедине со своими капризами. Для Вашингтона не имело никакого значения, что коммунистическая партия шла своим мирным и легальным путем — как и то, что никакого «кризиса» или «хаоса» в Индонезии не было. Интервенция должна была состояться.

Это было не первое вмешательство во внутреннюю политику Индонезии. В 1955 году во время избирательной кампании в Индонезии ЦРУ выделило партии Масджуми (Masjumi), центристской коалиции мусульманских организаций, проигрывавшей на выборах, миллион долларов с целью помешать Националистической партии Сукарно и Коммунистической партии Индонезии. По словам бывшего офицера ЦРУ Джозефа Буркхолдера Смита (Joseph Burkholder Smith), проект подразумевал «полное списание средств, то есть не требовалось никакой бухгалтерии и отчетности по расходам. Не могу даже предположить, как Масджуми потратила этот миллион долларов» [10].

В 1957 году в ЦРУ решили, что ситуация требует больше «прямого действия». Найти единомышленников внутри страны сложности не представляло. Такая группа людей уже существовала: клика армейских офицеров и прочие, кто в силу своих персональных амбиций и неприязни к влиянию КПИ не хотел власти Сукарно или хотел независимости своих островов. (Индонезия — крупнейший в мире архипелаг, состоящий из 3000 островов.)

Военная операция ЦРУ была такого масштаба, что требовала значительной помощи со стороны Пентагона, которая для политических действий могла быть получена только с одобрения «Особой группы» Совета национальной безопасности. «Особая группа» состояла из руководства Совета национальной безопасности, которое действовало от имени президента; с целью защитить его репутацию и репутацию страны группа оценивала предлагаемые секретные операции, следя за тем, чтобы ЦРУ не заходило слишком далеко. В разное время эта группа была известна как «Комитет 5142», «Комитет 303», «Комитет 40» и Группа советников по операциям (Operations Advisory Group).

Подход, использованный ЦРУ для получения этого одобрения, является хрестоматийным примером того, как ЦРУ определяет американскую внешнюю политику. Джозеф Буркхолдер Смит, возглавлявший действия ЦРУ в Вашингтоне с середины 1956 по начало 1958 года, описал этот процесс в своих мемуарах:

Вместо того чтобы предложить план действий для утверждения в Вашингтоне, где «преждевременные упоминания могут положить конец операции, «мы начали скармливать Государственному департаменту и министерству обороны развединформацию, которая была полезна для понимания Индонезии — этого никто не мог отрицать. Когда они достаточно начитались тревожных сообщений, мы предложили свой план по поддержке полковников для того, чтобы урезать власть Сукарно. Это был метод работы, который лег в основу многих политических авантюр 1960—1970-х годов. Иными словами, неправильно утверждать, что ЦРУ проводило вмешательства в дела таких стран, как Чили, только после получения приказа от «Особой группы». Во многих случаях мы принимали программы действий сами, предварительно собрав достаточно раз-вединформации для того, чтобы они выглядели так, как будто бы их требуют обстоятельства. Наша деятельность в Индонезии в 1957–1958 годах был одним из таких случаев» [11].

После того как в июле коммунистическая партия в очередной раз добилась хороших результатов на выборах, ЦРУ увидело в этом «огромный козырь, чтобы убедить правительство в серьезности ситуации в Индонезии. Единственный человек, который не видел ничего ужасного в победах КПИ, был посол Эллисон (John Allison). И этого было достаточно для того, чтобы наконец доказать Джону Фостеру Даллесу, что этот пост в Индонезии занимает неправильный человек. Закрутилось колесо, чтобы убрать это последнее препятствие на пути нашей операции» [12]. Как писал Смит, Джон Эллисон не был сторонником операции ЦРУ. И поэтому в начале 1958 года, не успев пробыть в своей должности и года, он был заменен на Говарда Джонса (Howard Jones), что порадовало работавших по Индонезии сотрудников ЦРУ [13].

30 ноября 1957 года втот момент, когда Сукарно выходил из школы, в него было брошено несколько ручных фанат. Сукарно не пострадал, но 10 человек были убиты и 48 детей получили ранения. Сотрудники ЦРУ в Индонезии не имели понятия, кто это совершил, но быстренько придумали историю, что за этим стоит КПИ, «по рекомендации из СССР, чтобы выставить противников Сукарно дикими и отчаявшимися людьми». Как выяснилось позже, террористами оказались мусульманские группы, не связанные ни с КПИ, ни с военными заговорщиками ЦРУ [14].

Аргумент о приятельских отношениях Сукарно с коммунистами выдвигался при любой возможности. В ЦРУ решили нажить капитал на сообщениях о том, что на борту самолета Сукарно во время его визита в Советский Союз находилась привлекательная белокурая стюардесса, которая повсюду сопровождала его, и что она прибыла в Индонезию вместе с председателем Президиума Верховного Совета СССР Климентом Ворошиловым и была несколько раз замечена в компании Сукарно. Замысел ЦРУ заключался в том, чтобы представить Сукарно любителем женского пола, который попал под влияние советской женщины-агента и поддался советскому влиянию в результате ее обольщения, шантажа — или одновременно того и другого.

«Это легло в основу нашей фантазии, — пишет Смит, — и в итоге мы добились значительного успеха. В мировой прессе появились соответствующие сообщения, и когда в 1958 году в мартовском номере серьезного британского ежеквартального журнала «Раунд тейбл» (Round Table), освещавшего международную политику, появился анализ причин возникновения индонезийского восстания, одной из них был назван шантаж Сукарно со стороны советской шпионки.

Видимо, успех операции вдохновил офицеров ЦРУ в Вашингтоне продвинуть эту идею еще на один шаг вперед. Значительные усилия были приложены для того, чтобы снять порнографический фильм или хотя бы несколько фотографий, где Сукарно и его русская любовница занимаются «любимым занятием». Когда после тщательного изучения всех имеющихся в наличии порнофильмов (предоставленных шефом полиции Лос-Анджелеса) не было найдено подходящей пары, походившей на Сукарно (смуглый и лысый) и прекрасную русскую блондинку, ЦРУ решило спродюсировать собственные фильмы — создали маску индонезийского лидера, которая была отправлена в Лос-Анджелес, где полиция заплатила какому-то порноактеру, чтобы тот надел ее во время съемок. В итоге было сделано несколько снимков, но они так никогда и не были использованы [15].

Еще одним итогом попыток шантажа был фильм, снятый для ЦРУ Робертом Майо (Robert Maheu), бывшим агентом ФБР и близким другом Говарда Хьюза (Howard Hughes). В фильме Майо снимался актер, напоминавший Сукарно. Судьба фильма, названного «Счастливые дни», осталась неизвестной [16].

В других частях света и в другое время съемка порнофильмов удавалась ЦРУ лучше, когда дело происходило на явочных квартирах ЦРУ, куда объекты были заманены агентами-женщинами.

В 1960 году полковник в отставке Трумэн Смит (Truman Smith), описывая в журнале «Ридерс дайджест» (Reader’s Digest) деятельность КГБ, заявил: «Для большинства из нас трудно оценить угрозу, которую он (КГБ) собой представляет, так как его методы настолько унизительные, что находятся за гранью понимания добра и зла простого человека». Один из методов КГБ, перенятых этим «хорошим» полковником, было создание порнофильмов для шантажа. «Люди достаточно развратные для использования данного метода, — писал он, — не находят ничего предосудительного и в более жестоких методах» [17].

Для достижения целей американской внешней политики сексом можно было заниматься и дома. Под прикрытием американской программы помощи зарубежным странам, в то время называвшейся Администрацией экономического сотрудничества (Economic Cooperation Administration), индонезийские полицейские были наняты и обучены для того, чтобы поставлять информацию о действиях СССР, Китая и КПИ в Индонезии. Некоторые из этих людей, отмеченные за особые заслуги на этой работе, были отправлены в Вашингтон для специального тренинга, где они были обучены и обработаны для вербовки. Как и Сукарно, этих офицеров постоянно преследовало навязчивое желание переспать с белой женщиной. Соответственно, во время пребывания в Америке их доставляли в секс-квартал Балтимора для удовлетворения желаний [18].

В ноябре 1957 года разрешение на политические операции от «Особой группы» должно было вот-вот прийти [19], и военизированная машина ЦРУ была запущена. В этом деле, как и в других, ЦРУ пользовалось ресурсами широко раскинувшейся военной империи США. Штаб-квартира руководства операцией была оборудована с разрешения британских властей в соседнем Сингапуре, тренировочные базы — на Филиппинах, аэродромы для самолетов транспортной и бомбардировочной авиации находились в разных частях Тихого океана. Живая сила — индонезийцы вместе с тайваньцами, филиппинцами, американцами и другими «солдатами удачи», — а также масса вооружения и техники были сосредоточены на Окинаве и Филиппинах.

На тот момент это была самая амбициозная военная операция ЦРУ: десятки тысяч повстанцев были вооружены, экипированы и обучены американской армией. Подводные лодки США патрулировали побережье Суматры, главного острова архипелага, и небольшими партиями высаживали повстанцев вместе со снабжением и средствами связи. Военно-воздушные силы США задействовали значительное количество воздушного транспорта, который сбрасывал оружие в глубине территории Индонезии. Для участия в операции бьша подготовлена эскадрилья из 15 бомбардировщиков В-26: предварительно бомбардировщики «санировали», чтобы причастность к США была не доказуема.

В первые месяцы 1958 года одно за другим начали вспыхивать восстания в разных частях архипелага. Летчики ЦРУ поднимались в воздух для ведения бомбардировок и транспортировки грузов для мятежников. В Вашингтоне ЦРУ завербовало индонезийского военного атташе полковника Алекса Кавиларунга (Kawilarung). Вскоре он объявился в Индонезии и взял на себя командование силами мятежников. Тем не менее уже весной стало понятно, что мятежники не способны выигрывать решающие сражения и переходить в наступление, даже при поддержке с воздуха, которая наносила урон правительственной стороне. Сукарно в апреле объявил, что в воскресное утро бомбардировщик уничтожил корабль, стоявший в гавани острова Амбон, — все, кто был на борту, погибли. Также во время налета была разрушена церковь — здание обрушилось, а все, кто был внутри, погибли. Он подчеркнул, что жертвами того налета стали 700 человек.

15 мая самолет ЦРУ разбомбил рынок Амбона, убив множество мирных жителей, направлявшихся в церковь на службу в День вознесения Господня. Правительству Индонезии пришлось принять меры, чтобы сдержать публичные выступления.

Тремя днями позже во время очередного налета на Амбон пилот ЦРУ Ален Лоуренс Поуп (Allen Lawrence Pope) был сбит и схвачен. Тридцатилетний уроженец Перрина, штат Флорида, Поуп уже совершил 55 ночных полетов над линиями коммунистов в Корее. Позже на протяжении двух месяцев он летал под огнем зенитной артиллерии, сбрасывая продовольствие для французов во время битвы при Дьен-Бьен-Фу. В Индонезии удача покинула его. Ему пришлось провести четыре года в индонезийской тюрьме, пока Сукарно не удовлетворил просьбу Роберта Кеннеди о его освобождении.

Когда Поуп бьш взят в плен, при себе у него были обнаружены компрометирующие документы, среди них такие, по которым было установлено, что он является пилотом ВВС США и одновременно пилотом ЦРУ в авиакомпании CAT (Civil Air Transport). Как и все летчики, выполнявшие тайные операции, Поуп и его самолет прошли через сложный процесс «санирования». Но он пронес на борт самолета документы втайне, так как понимал, что оказаться в плену «неизвестным гражданином, без гражданства», означало не иметь никаких юридических прав и быть подверженным риску расстрела по подозрению в шпионаже. Живой американский военнослужащий является ценным товаром для тех, кто взял его в плен.

Правительство Индонезии после инцидента сразу же получило доказательства американского вмешательства. Хотя индонезийцы согласились не оглашать историю Поупа, 27 мая пилот и его документы были представлены миру на пресс-конференции. Присутствие американских военных в Индонезии резко противоречило предшествовавшим заявлениям высоких американских чиновников [20]. Среди заявлений выделялась декларация президента Эйзенхауэра по Индонезии от 30 апреля: «Наша политика — тщательно придерживаться нейтралитета и соблюдать осторожность на всем протяжении конфликта, чтобы не принимать ни одну из сторон, пока это нас не касается» [21].

9 мая редакционная колонка «Нью-Йорк тайме» тем не менее писала:

«К сожалению, власти Индонезии продолжают передавать ложные сообщения о том, что правительство США санкционирует поддержку повстанцев. Позиция США разъяснялась неоднократно. В своем заявлении госсекретарь особенно подчеркнул, что страна не откажется от своей нейтральной позиции… США не готовы вмешиваться… для оказания помощи в свержении конституционного правительства. Таковы факты. Джакарта не воспринимает доказательства и тем самым ухудшает свое положение».

Поуп был выставлен на обозрение, мятежники терпели поражения — и в ЦРУ решили, что игра не стоит свеч и начали сворачивать поддержку. К концу июня верные Сукарно части успешно подавили военный бунт.

Индонезийский лидер продолжал балансировать между коммунистами и армией до 1965 года, когда военные, не без помощи ЦРУ, свергли его.

15. Западная Европа, 1950-1960-е ШИРМЫ ЗА ШИРМАМИ

В 1960 году на собрании лейбористской партии ее глава Хью Гайтскел (Hugh Gaitskell) назвал Майкла Фута (Michael Foot), будущего лидера партии и члена левого крыла, «попутчиком», что означало сочувствие коммунистам. Фут ответил, имея ввиду Гайтскела и других членов правого крыла партии: «А с кем путешествуют они?» [1].

Они, как оказалось, на протяжении уже нескольких лет работали на ЦРУ. Попутчиками были французы, немцы, датчане, итальянцы и многие другие европейцы. Все они были участниками операций ЦРУ, ставивших целью «завоевать умы и сердца» либералов, социал-демократов и разных социалистов — чтобы те не попали в лапы русского медведя.

Это была масштабная операция. В течение двадцати лет Управление использовало десятки американских фондов, благотворительных организаций и прочих подобных учреждений, включая созданные ими самими, в качестве каналов для финансирования множества организаций в Соединенных Штатах и за границей. Многие из них, в свою очередь, финансировали другие структуры. Число вовлеченных организаций было столь велико, переплетения и связи столь запутаны, что маловероятно, чтобы кто-нибудь в ЦРУ обладал полной картиной, не говоря уже о надлежащем управлении и финансовой отчетности. (См. Приложение 1: Организационная схема, неполная.)

Конечными потребителями этого денежного потока были политические партии, журналы, новостные агентства, союзы журналистов, различные трудовые организации и союзы, студенты и молодежные группы, ассоциации адвокатов и прочие учреждения, поддерживающие «свободный мир», — на них, при надлежащем финансировании, можно было рассчитывать для распространении своих взглядов.

Главной зонтичной организацией, основанной ЦРУ в тот период, была структура с торжественным названием Конгресс за свободу культуры (КСК).

В июне 1950 года в театре «Титиана Палас» в американской зоне Берлина перед многочисленной аудиторией собрались наиболее известные американские и европейские ученые и литераторы и объявили о создании организации «для защиты свободы и демократии от захватывающей мир тирании». Скоро Конгресс за свободу культуры уже проводил семинары, конференции и целые программы политической и культурной направленности в Западной Европе, Индии, Австралии, Японии, Африке и во многих других местах. Кроме этого, под финансовым покровительством Конгресса состояли более 30 периодических изданий, включая европейские:

— в Великобритании: «Социалистические комментарии» (Socialist Commentary), «Цензура» (Censorship), «Наука и свобода» (Science and Freedom), «Минерва» (Minerva), «Советское обозрение» (Soviet Survey, или просто Survey), «Китай ежеквартально» (China Quarterly), «Встреча» (Encounter);

— во Франции: «Доказательства» (Preuves), «Цензура против искусства и мысли» (Censure Contre les Artes’ el la Pensee), «Новый мир» (Mundo Nuevo) и «Тетрадь» (Cuademos) — два последних были на испанском языке и предназначались для Латинской Америки;

— Perspektiv в Дании;

— Argumenten в Швеции;

— Irodalmi Ujsag в Венгрии;

— Der Monat в Германии;

— Forum в Австрии;

— Tempo Presente в Италии;

— Vision в Швейцарии.

Конгресс за свободу культуры также был связан с изданиями «Новый лидер» (The New Leader), «Африканский доклад» (Africa Report), «Восточная Европа» (East Europe) и «Атлас» (Atlas) в Нью-Йорке [2].

В основном периодику КСК составляли хорошо написанные политические и культурные журналы, которые, по словам бывшего высокопоставленного сотрудника ЦРУ Рэя Клайна (Ray Cline), «не смогли бы существовать без финансовой поддержки ЦРУ» [3].

Среди других связанных со средствами массовой информации организаций, субсидируемых ЦРУ в Европе, в то время были западногерманское новостное агентство DENA (позже известное как DPA) [4], международная ассоциация писателей PEN в Париже, некоторые французские газеты [5], Международная федерация журналистов, Форум мировых новостей — новостная служба в Лондоне, чьи материалы покупали более 140 газет во всем мире, включая около 30 в Соединенных Штатах, среди них «Вашингтон пост» и четыре другие влиятельные газеты. Комитет Черча (The Church Committee — названный по имени сенатора Черча в 1975 году комитет расследовал деятельность спецслужб США на предмет легальности. — Прим. ред.) докладывал, что основные американские ежедневные издания, пользующиеся материалами Форума мировых новостей, были информированы о том, что тот «контролируется ЦРУ». Британские «Гардиан» и «Сандэй тайме» также пользовались текстами Форума мировых новостей. В 1967 году, по словам одного из основных писателей Форума, новостная служба стала «главным медийным проектом ЦРУ в мире» — это было значительным достижением, учитывая, что ЦРУ на пике успеха тратило 29 процентов своего бюджета на средства массовой информации и пропаганду [6].

Еще одним важным получателем благотворительной помощи ЦРУ был Аксель Спрингер (Axel Springer), западногерманский медиамагнат, которому в начале 1950-х годов было передано 7 миллионов долларов для построения его огромной медиаимперии. Вплоть до своей смерти в 1985 году Спрингер был главой самого большого в Западной Европе издательского конгломерата, служившего маяком прозападным и антикоммунистическим настроениям. Издатель влиятельного западногерманского еженедельника «Шпигель» (Der Spiegel) Рудольф Огстейн (Rudolph Augstein) говорил: «Никто в Западной Германии, ни до, ни после Гитлера, за исключением Бисмарка или пары императоров, не обладал такой властью, как Спрингер». По имеющимся сведениям, его взаимоотношения с ЦРУ продолжались, по крайней мере, до начала 1970-х годов [7].

Основатель американской программы, глава международного отдела ЦРУ Том Брейден (Tom Braden), позже писал, что Управление поставило кадрового сотрудника в руководство Конгресса за свободу культуры; другой служил редактором «Встречи», одного из наиболее влиятельных журналов КСК [8].

По всей видимости, в каждой финансируемой организации служил, по крайней мере, один агент или офицер ЦРУ. Брейден заявлял, что «агенты предлагали антикоммунистические программы официальным руководителям организаций». Однако, добавлял он, действовало правило «защищать репутацию независимости организации, не требуя от нее поддерживать каждый аспект официальной американской политики» [9].

Журналы Конгресса за свободу культуры взывали к немарксистским левым (Форум, напротив, был консервативным), уклоняясь от обсуждения вопросов классовой борьбы и национализации промышленности. Пресса КСК придерживалась тезиса Даниеля Белла (Daniel Bell) о «конце идеологии». Его смысл заключался в том, что поскольку никто не может всерьез призывать умереть за капитализм, то и идея умереть за социализм или любую другую идеологию должна быть дискредитирована. При этом журналы продвигали реформированный капитализм, «капитализм с человеческим лицом».

Но платящим по счетам вашингтонским воинам холодного фронта идея реформирования капитализма была неинтересна. Их интересовала работа журналов на построение сильной, хорошо вооруженной, единой Западной Европы, дружественной Соединенным Штатам. Европы, которая будет бастионом на пути советского блока; будет поддерживать общий рынок и НАТО; критиковать интеллектуальное содержание «международной коммунистической диверсии»; скептически относиться к разоружению, пацифизму и нейтралитету, которые продвигали организации вроде известной британской кампании за ядерное разоружение (Campaign for Nuclear Disarmament).

Критика американской внешней политики была позволена строго в рамках идеологии холодной войны. Например, можно было критиковать конкретную американскую интервенцию как не самый эффективный способ решить проблему в конкретной стране. Легитимность собственно интервенции или диктаторская сущность поддерживаемой США стороны не могли стать предметом критики.

«Частные» публикации могли продвигать взгляды, которые американские официальные источники вроде «Голоса Америки» озвучить не могли — и при этом звучали правдоподобно. Это касалось многих других частных организаций, помимо прессы, работавших на деньги ЦРУ.

В 1960 году кампания за ядерное разоружение и другие организации левого крыла лейбористской партии преуспели в привлечении симпатий партийной конференции к проведению политики полного одностороннего ядерного разоружения и нейтралитета в холодной войне. В довершение, две резолюции в поддержку НАТО были отклонены. Хотя лейбористская партия и не была сильна в то время, ее действия имели значительную психологическую и пропагандистскую силу. Вашингтон наблюдал за событиями с опасением, поскольку подобные настроения могли легко распространиться и на другие страны НАТО.

Правое крыло лейбористской партии, имевшее близкие, если не сказать задушевные, связи с Конгрессом за свободу культуры, с журналами «Встреча» и «Новый лидер», а также с другими «ресурсами» и подставными организациями ЦРУ, начало кампанию за отмену резолюции о разоружении. Комитет, основанный для этой цели, подал жалобу на финансирование и вскоре рапортовал, что наряду с множеством мелких пожертвований была получена крупная сумма от источника, пожелавшего остаться неизвестным. В течение следующего года последовало значительное финансирование на оплату постоянного офиса, работы председателя и сотрудников, кадров на местах, расходов на поездки, рассылку тонн литературы по обширному списку членов движения, составление регулярного бесплатного бюллетеня и т. д.

Левое крыло партии не могло ответить на такой массированный пропагандистский натиск. И на конференции 1961 года одностороннее разоружение и нейтралитет были отменены большинством голосов, и лейбористская партия вернулась в лоно НАТО [10].

Сторонники ЦРУ неизменно поддерживали разнообразные планы Управления в Западной Европе, объясняя это тем, что военные действия с русскими начнутся именно здесь. На самом деле, как заявлял Том Брейден, американское влияние распространялось в тех местах, «где они [Советы] даже не начали действовать» [11]. Брейден не уточняет, в каких местах, но, похоже, речь идет о политических партиях: ЦРУ поддерживало рабочие и финансовые отношения с ведущими членами западногерманской социал-демократической партии, двумя партиями в Австрии, христианскими демократами в Италии, с либеральной и лейбористской партиями в Британии [12]. Вероятно, такие отношения были, по крайней мере с одной партией, в каждой западноевропейской стране. Все эти партии единогласно утверждали свою независимость от обеих супердержав. От коммунистических партий, независимо от наличия поддержки Советского Союза или отсутствия таковой, такие заявления не принимались.

Ситуация со СМИ складывалась аналогично. Ни Брейден, ни кто-либо другой из ЦРУ не приводят примеров издательств или новостных агентств в Западной Европе — прокоммунистических или антинатовских, — которые утверждали бы свою независимость в холодной войне, но секретно финансировались Советским Союзом.

Важно помнить, что подобные западноевропейским организации и проекты ЦРУ вело во всем третьем мире на протяжении десятилетий на постоянной основе — даже в тех случаях, когда Советского Союза и на горизонте видно не было. Растущее влияние левых в послевоенной Европе было достаточным поводом для того, чтобы ЦРУ развернуло секретные программы по всему миру. Но популярность левых была следствием их героизма во время Второй мировой войны и экономических реалий, а не результатом советской пропаганды и операций.

1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   48


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница