Тик ООО «Трэвел» Контрольный текст экскурсии «В гостях на белорусском хуторе»



страница1/5
Дата09.05.2016
Размер0.85 Mb.
  1   2   3   4   5


ТИК ООО «Трэвел»


Контрольный текст экскурсии

«В гостях на белорусском хуторе»

( у пани Терезы на Скоковой Горе)

Текст составлен Чуйко Т.Н.

Минск 2014

План
Цель: Отражение особенностей и специфики белорусского хутора в соответствии с тенденциями в политической и культурной жизни страны

Задачи:

  • изучить историю хуторских хозяйств Беларуси;

  • показать принцип хуторских построек;

  • проследить историю хутора «Скокова гора»;

  • показать историю семьи Соколовских;

  • отразить мастерство хозяев;

  • показать прекрасный мир окружающей природы

Содержание тем и подтем:

  • История хуторских хозяйств Беларуси;

  • История хутора «Скокова гора»;

  • История семьи Соколовских;

  • Перекрёсток пяти дорог;

  • Окрестности хутора:

    1. г. п. Ивенец;

    2. г. Воложин;

    3. д. Королевщина;

    4. д. Рубежевичи;

    5. Усадебно – парковый комплекс «Панский маёнток Сула»;

    6. Музей-усадьба «Дзержиново»;

    7. гора Дзержинская;

    8. Налибокская пуща

  • Хороша природа матушка:

    1. криничка;

    2. клён;

    3. берёза;

    4. осина;

  • Принцип хуторских построек

  • Мастерство хозяев:

    1. ткачество;

    2. вышивание;

    3. пошив обуви

Структура экскурсии

  1. Встреча туристов у ворот, знакомство.

  2. Вступительная беседа (экскурсовод выясняет для себя состав аудитории, сообщает краткие сведения об усадьбе, о теме экскурсии и порядке её проведения);

  3. Основная часть (проведение экскурсии по территории хутора и по дому; переходы от одного объекта к другому используются для ответов на вопросы и беседы с отдельными членами группы);

  4. Заключительная беседа (краткое обобщение содержательной стороны экскурсии, сконцентрировать внимание экскурсантов на главном, ответить на вопросы, поинтересоваться их впечатлениями от только что увиденного и услышанного, попробовать закрепить у туристов положительные эмоции, с которыми человек и должен покинуть усадьбу)

Маршрут


  1. главный вход (ворота);

  2. самая высокая точка усадьбы – горка с качелями;

  3. криничка;

  4. клён возле дома;

  5. фундаменты бывших хозяйственных построек;

  6. дом

На протяжении многих лет Беларусь известна как страна чудесной природы и самобытной культуры. Это край лесов и дубрав, тысяч рек и озер, обширных полей и лугов. Здесь можно увидеть уникальные памятники архитектуры, представляющие историческую ценность: замки и церкви, дворцы и парки. Сельские усадьбы привлекают своей самобытностью и гостеприимностью. Отъехав от города на несколько километров, вы попадаете в удивительный мир природы: пестрые луга сменяются тенистыми рощами, а голубая лента реки, петляющая между холмами и перелесками, приведет вас к зеркальной глади озера.

В 70 км к западу от столицы расположилось несколько живописных хуторов, в том числе и хутор «Скокова гора».

Сегодня, в ходе нашей экскурсии по усадьбе «Скокова гора», вы познакомитесь с историей развития хуторских хозяйств Беларуси, историей семьи Соколовских, которые владели этим хутором, а также с жизнью и бытом хозяев. А ещё мы совершим небольшое путешествие в матушку-природу.



История хуторских хозяйств Беларуси

Хутор 1 – так, в противоположность деревне, называется отдельная усадьба, которая расположена на обособленном участке земли, состоящем в пользовании данного хозяина. Хуторная система расселения сравнительно с деревенской представляет значительные технические преимущества. Она даёт полный простор индивидуальности хозяина, позволяет ему организовать хозяйство так, как ему заблагорассудится, быстро приспособляться к современным изменчивым условиям рынка и усваивать новые технические приемы, предлагаемые агрономической наукой. При хуторной системе хозяин экономит много времени и сил на разъездах; обработка земли значительно облегчается и ускоряется, появляется возможность более внимательно следить за состоянием посевов.

Недостатком хуторной системы является некоторая отчуждённость поселения, дающая себя особенно знать при организации школьного дела. Но затруднения эти не неустранимы.

В Германии, Дании, Швеции и других странах Западной Европы, где первоначальный способ расселения был деревенским, в конце XVIII – начале XIX вв. замечается переход к системе хуторов. Населению выдаются специальные ссуды в целях перенесения усадебных оседлостей; в некоторых случаях расселение идёт в самых широких размерах. Этим была в значительной степени устранена чересполосица, а хозяйство могло быстрее отрешиться от устаревшего трёхпольного севооборота.

Отечественная история, связанная с хуторами, богата и печальна. Как поселения, они известны со времён Великого княжества Литовского. После того, как белорусские земли вошли в состав царской России, массовое появление хуторов связывают с земельной реформой 1861 г. и Столыпинской аграрной реформой, начавшейся в ноябре 1906 г.



Справка

По крестьянской реформе 1861 г. в Беларуси за крестьянами трёх губерний Беларуси (Виленской, Гродненской и Минской) было признано право на сохранение дореформенного надела земли. С самого начала на этой территории крестьянская реформа проводилась в жизнь на лучших условиях, чем в центральных губерниях России, а также в Витебской и Могилевской губерниях, где имели место «отрезки» и чересполосица, которые ухудшали положение крестьян. Более того, восстание крестьян под руководством К. Калиновского в 1863 г., заставило царизм в Виленской, Гродненской, Минской и части Витебской губерниях отменить с 1 мая 1863 г. временно обязанное состояние крестьян, которое в других губерниях России длилось до 1883 г.

На большей части территории Беларуси крестьянская реформа была проведена на более льготных условиях.


Мелкие сельские хозяйства страдали от древнего архаического землеустройства. Дело в том, что у землевладельцев земля ещё с аграрной реформы 1557 г. была нарезана на валоки (21,36 га), которые состояли из трёх полей, что соответствовало трёхпольной системе севооборота. С отменой крепосного права крестьянам начали продавать землю, меряя её десятинами (участок равный 1/10 версты). В итоге участок крестьянина, как правило, предсавлял собой несколько полос длиной более за километр, который в народе назывался «шнуром» (например, 4 десятины (4,5 га) – это надел шириной 4 метра, а длиной – 1 066 метров). Это не позволяло перейти с отсталого трёхпольного на многопольный севооборот, повышать интенсивность хозяйства (выращивать больше интенсивных культур), переходить с зерновой направленноси на животноводческую. Когда встал вопрос повышения товарности хозяйств (это значит, большего производства сельскохозяйственных товаров для продажи), стало понятно, что без землеустройства не обойтись. Иначе нельзя было конкурировать с западными иностранными производителями.

Идея решения проблемы пришла к нам из Польши и Балтии, где ещё в конце ХІХ в. началась практика расселения крестьян на хутора. Размер земельного участка определялся с учётом того, чтобы хватило наладить т. н. культурное хозяйство. Для Беларуси он составлял примерно 10 га. Устроить девятипольный или более севооборот (девять культур с разным назначением, которые чередуются, и одна культура попадает на прежнее место через девять лет) на одном участке земли на одинаковом расстоянии от усадьбы и хозяйственных построек. Этих культур необходимо было хватить для того, чтобы кроме земледелия, можно было развивать животноводство, птицеводство, пчёловодство, другие формы землеиспользования.

Существует распостранённый миф о том, что белорусский край обязан хуторизацией Сталыпину. На самом деле, Столыпин во время своего губернаторства именно на Гродненщине подсмотрел эту идею и начал её реализовывать по всей империи.

Справка

Аграрная реформа Столыпина на белорусских территориях началась по Указу 1906 года. В 1910 году, после его утверждения 3 Государственной Думой он приобрел силу закона. По этой реформе предусматривалось: ликвидация сельской общины, передача надельной земли в частную собственность, выделение земельных участков под хуторское хозяйство, переселение малоземельных крестьян в Сибирь. В результате переселенческой политики территорию Беларуси покинуло более 300 тысяч крестьян. Переселение крестьян на хутора проводилось в соответствии с Указом 1906 года, и законов 1910 и 1911 гг. Эти документы известны под названием столыпинской реформы и были направлены на формирование и развитие фермерских крестьянских хозяйств. Крестьянин, который хотел выделиться на хутор, имел право потребовать выделения ему земли в одном месте. Этим земельным наделом он пользовался без всяких ограничений – имел право её продать, обменять, завещать своим родственникам или чужим людям, подарить, отдать в залог или под аренду.

Однако площадь земельных угодий среди крестьян распределялась так, что значительное их большинство не могло прокормиться только со своей земли. Крестьяне, по-прежнему, повсеместно страдали от безземелья и неизмеримо больших налогов. Поэтому не имели реальной пользы для крестьян ни земская, ни судебная, ни другие реформы.

Что на самом деле можно поставить в заслугу Столыптну, так это то, что он ускорил процесс хуторизации, придал ему системность проведением поощрительной кредитной и налоговой политики. В общем же, и до Столыпина, и после него, процесс хуторизации в Беларуси носил объективный и непрерывный характер, потому что проходил на добровольческой основе. Лучшие хозяева с самого начала понимали, что чересполосица, трёхполие, “шнуры” и другие анахранизмы препятствуют прогрессивному ведению сельского хозяйства, и сами стремились создать хуторские хозяйства.

Стали появляться показательные хутора, которые вели учётные записи расходов и доходов своей хозяйственной деятельности, а также исследователи, которые на основе тех записей делали соответствующие количественные расчёты и доводили до остальных крестьян удобство переноса своего хозяйства на хутор. Происходила коммуникация между крестьянами и на месте. В итоге появлялись всё новые желающие переселиться.

Процесс хуторизации то ускорялся, то замедлялся, но не останавливался ни во время Первой мировой войны, ни после октябрьской революции, ни во время политики “Общей коллективизации” и уничтожения т. н. “кулацких” хозяйств. В силу технических причин (средства на перенос усадьбы, возраст и количество детей и т. д.) этот процесс не мог сразу охватить всех желающих, а пропускная способность для Беларуси была в среднем около пяти тысяч хуторов в год.

При этом можно отметить три волны ускорения хуторизации в Беларуси, когда политика правительства активно способствовала этому процессу – кроме первого ускорения при Столыпине (1906 – 1911 гг.), это период хуторизации при Прищепове (1924 – 1929 гг.), а также некоторое время после статьи Сталина “Головокружение от успехов”. До 1937 г. на территории Советской Беларуссии насчитывалось около 190 тысяч хуторских хозяйств, или 24 % от всех дворов!

С 1927 г. началась массовая хуторизация и в Западной Беларуси, где к 1938 г. на хутора переселилось 259,3 тысяч крестьянских хозяйств – около 43 % от всех дворов, и которые имели 60 % крестьянской земли. Встречались в Беларуси и сплошные хуторские районы. Например, самым хуторским районом в Беларуси в конце 1930-х гг. был Лиозненский район, где количество хуторских хозяйств состовляла около 95 % (з 10 048 дворов 9 416 были на хуторах). Плотность населения в них была более 70 чел./км2, равнозначная сегодняшней наибольшей концентрации сельского населения в Беларуси вокруг крупных городов. Сегодня Лиозненщина – один с самых отсталых районов Витебской области, имеет всего 18 фермерских хозяйств и плотность населения – 14 чел./км2.

Хуторизация способствовала ликвидации полукрепостнических отношений и расчищала путь для развития капитализма в деревне. Такая политика принесла ожидаемые итоги – в 1937 – 1938 гг. Виленское, Новогрудское, Полесское воеводствы Западной Беларуси достигли относительно урожайности зерна и картофеля показателей Франции.

Несмотря на многочисленные преграды, сначала со стороны советского правительства, в обозначенный период белорусское сельское хозяйство имело успехи, которые сегодня не имеет АПК, основанный на колхозной системе, государственной собственности и государственной поддержке. Например, покуда сохранялась самостоятельность крестьян в решении вопросов, что производить, в каком объёме, кому и куда продавать, в отношении Беларуси действовала теория относительного преимущества Д. Рикардо.

Справка

Давид Рикардо (1772 – 1823) – один из выдающихся мыслителей классической политической экономии Англии, приверженец концепции экономического либерализма, предполагающей исключительную свободу предпринимательства, свободу торговли и другие «экономические свободы». Эта позиция стала главной темой, изданного им памфлета «Опыт о влиянии низкой цены хлеба на прибыль с капитала».
Хотя продуктивность труда белорусского крестьянина тогда была в 2 – 3 раза меньше, чем английского или немецкого, белорусские товары проникали глубоко в Западную Европу. Как писала в 1910 г. “Наша нива”, “англичане в Лондане кушают масло с Дисны и яйца из-под Радашковичей”. При этом крестьяне учитывали не только спрос на внутреннем рынке, но и мировые цены на сельскохозяйственные продукты.

В зависимости от изменения коньюнктуры цены изменялось и предложение товаров. Например, когда с 1890-х гг. начала падать цены на зерно, крестьяне сократили его производство, и край начал его импортировать. Но, как отметил А. Смолич, в начале 1920-х гг. “Беларусь завозит хлеб со стороны не потому, что не может прокормиться своим, а потому, что хозяйство их теперь уже меньше интересуется производством зерна и своё внимание всё больше обращает на более доходные отрасли хозяйства. Все на запад от Беларуси расположенные европейские регионы, также как и Беларусь, имеют нехватку собственного хлеба и привозят его со стороны. Наоборот, Московия и особенно Украина вывозят много хлеба за границу”. Тот же Смолич доводил, что белорусския почвы хорошо пригодные для выращивания трав, а также технических культур, таких как картофель, свекла, лён, клевер, и поэтому здесь всегда будет экономически выгоднее относительно других стран заниматься животноводством.

Таким образом, история белорусского сельского хозяйства убедительно свидетельствует, что в рыночных условиях крестьяне сами способны сформировать эффективную структуру производства, выявить относительные преимущества и найти своё место в международном разделе труда без вмешательства государства.

В 30-е гг. ХХ в. готовились кадры землеустроителей. Состовлялись подробные карты всех земель, велась оценка их урожайности.

Солтысы выделяли им из числа крестьян помощников – тянуть мерную ленту, развозить и вкапывать столбы. Очень часто землю перемеряли по несколько раз. Возникали споры, происходили ругани, конфликты между людьми. Каждому хотелось получить лучшую землю недалеко от деревни, чтобы не было необходимости переселяться на хутор. Многие искали подход к землемерам, чтобы получить ту землю, котору они хотят.

Как правило, дальше от деревни выделялась земля тем, у кого её было больше – 10, 20, 30 га. Этим хозяевам предлагалось переселяться на хутора. Переселенцам государство снижало налоги, материально помогало выкопать колодец, посадить сад.

При перевозе строений на хутор широко использовалась взаимовыручка. Некоторые хозяева устраивались на хуторах в течение двух лет. Их хозяйства быстро становились товарными – продавали на рынке много свиней, откормленного скота, зерна, льнопродукции. Другие не успели устроиться на своих хуторах. Все их тогдашние планы перечеркнула война.

Во время оккупации на хуторах находили пристанище партизаны. Там они часто дневали, питались, меняли лошадей. Многие хуторяне были партизанскими связными.

Довоенные хуторские хозяйства были выгодны со всех сторон. У них самые низкие производственные налоги. Всё было своё, всё близко. Близко возить на поле удобрения, близко свозить сено и снопы, близко выгонять скот на пастбище, близко ходить на работу. Не нужны сторожа. На хуторе сам хозяин планирует своё производство, знает, когда что делать и когда отдыхать. Не испортит ему настроение ни бригадир, ни другой начальник. Якуб Колас писал: «Добра быць у дарозе, якую ты сам сабе выбіраеш» 2.

В тяжёлом труде с родителями закалялись дети. Работать приходилось тяжело и много, но были видны и итоги работы для себя. Лучшие хозяева (часто совместно с соседом), чтобы облегчить тяжёлую ручную работу, покупали молотилки, соломорезки, манежи (конные приводы). Люди думали о далейшей механизации тяжёлого труда. В последние предвоенные годы изредко где начали появляться конные жатки.

Позже, уже при советской власти, владельцы молотилки, манежа или жатки признавались кулаками и с семьями их вывозили в Сибирь, хотя жили они только со своего труда.

Аграрная политика коммунистической партии и советского государства требовала полной коллективизации сельского хозяйства. Это настойчиво проводилось, а хутора были серьёзным препятствием.

Исчезли границы между хуторами и землями других крестьян. Земля объединялась в просторные колхозные поля, но они разграничивались хуторами и дорогами к ним.

Хуторянам было далеко ходить на работу в колхоз, куда пошлют. Их обвиняли (часто небесосновательно) в обмолоте колхозных снопов, в потраве колхозных посевов скотом.

Встал вопрос о сносе, ликвидации хуторов. Переселение с хуторов в деревню было невероятно тяжёлым как для крестьян, так и для колхозов с очень слабой экономикой.

Непростой был путь из деревни на хутор и назад, с хутора в деревню. Многие не вернулись в деревню, ликвидировали свои хутора и очутились в городах или по вербовке поехали в далёкие регионы бывшего СССР.



История хутора «Скокова гора»

В 70 км к западу от столицы, на восточном крае Налибокской пущи, расположилось несколько живописных хуторов.

Хутора стоят на берегу реки Волмянка, которая является одной из пяти рек, берущих своё начало из-под высшей точки Беларуси – горы Дзержинской (в народе названной «Святой»). Волмянка является притоком реки Ислочь и несет свои воды в бассейн Балтийского моря.

Хутор на Скоковой горе имеет удивительно красивое месторасположение, и интересную, почти столетнюю, историю. Он – один из 11 хуторов, которые были основаны здесь в конце 20-х гг. ХХ в. Хутор издавна принадлежал молодой семье Соколовских, которая купила землю на противоположном берегу реки и переселилась сюда из деревни Шикути. Казимир (1898 – 1970) и Мария (1906 – 1992) поселившись на новом месте, построили небольшой дом на берегу реки у самого обрыва. Хозяева вели обычный для хуторян образ жизни: разводили скот (коров, свиней, овец), возделывали землю и выращивали картофель, свеклу, морковь, лук, сеяли рожь, пшеницу. Молодая хозяйка стала известной ткачихой, занималась домашним хозяйством, а после присоединения Западной Беларуси к БССР ходила на работу в местный совхоз.



Справка

По итогам Рижского мирного договора 1921 г. Западная Белоруссия до 17 сентября 1939 г. входила в состав Польского государства.

Присоединение территорий было последствием подписания пакта Молотова-Риббентропа с секретным протоколом к нему, начала Второй мировой войны и германо-советской оккупации Польши. 12 ноября 1939 г. третья Внеочередная сессия Верховного Совета БССР постановила: «Принять Западную Белоруссию в состав Белорусской Советской Социалистической Республики и воссоединить тем самым белорусский народ в едином Белорусском государстве».

С принятием и опубликованием Законов Верховного Совета СССР и Верховного Совета БССР о включении Западной Белоруссии в состав СССР, с воссоединением их с БССР, на территории бывшей Западной Беларуси, распространили свое действие Сталинская Конституция 1936 г. и Конституции БССР 1937 г., как Основные законы, а также все другие действующие законы Советского Союза и БССР.

На этих территориях были начаты различные преобразования, сопровождавшиеся массовыми репрессиями в отношении «классово-чуждых» и «врагов советской власти» и затронувших значительное число этнических поляков проживавших на этих территориях.


Хозяин в свободное от сельскохозяйственных работ время стал великолепным мастером по пошиву обуви. От этого занятия хозяина, хутор и получил имя «Скоки». А место, на котором расположился дом – «Скоковой горой». Своим мастерством хуторские хозяева прославились по всей округе, а ткацкий станок из этой избы и сегодня является работающим экспонатом музея в г. п. Ивенец. На этом станке мастерству ткачества обучаются туристы и местная детвора.

Дорога

Вы, наверное, обратили внимание, что хутор «Скокова гора» находится на перекрёстке пяти дорог: одна дорога ведёт к нашему хутору, одна к соседнему, одна на север (Ивенец), одна на юг (Рубежевичи, Дзержинск) и одна на запад (Налибокская пуща).

Согласно легенде, появление дорог относится ко времени после сотворения мира, когда по велению Бога в прокладке дорог участвовали все звери, за исключением крота, который ослушался Бога. Белорусы считают, что крот не может переползти проезжую дорогу, т. к. в противном случае он околеет.

Дорога — ритуально и сакрально значимый локус, имеющий многозначную семантику и функции. Дорога соотносится с жизненным путем, путем души в загробный мир и семантически выделяется в переходных ритуалах. Дорога — место, где проявляется судьба, доля, удача человека при его встречах с людьми, животными и демонами. Дорога — разновидность границы между «своим» и «чужим» пространством; мифологически «нечистое» место, служащее для удаления вредных и опасных объектов (насекомых, сорняков, болезней и пр.), для совершения лечебных, продуцирующих и вредоносных магических действий. Мифологическая семантика и ритуальные функции дороги в наибольшей степени проявляются в местах скрещения двух или нескольких дорог, на развилках, в местах пересечения дорогой ворот, границ села, мостов и других рубежей.

Для избавления от сорняков выдернутые растения бросали на дорогу в колею, чтобы их топтали люди и скотина (рус., полес., пол.); чтобы на льняном поле не было сорняков, на Рождество и Новый год на дорогу выбрасывали мусор (полес.). Схожим образом избавлялись от клопов и тараканов — их выбрасывали на дорогу завернутыми в тряпку (полес.); таракана, привязанного ниткой, выволакивали из дома на дорогу (рус., полес.). Для этой же цели в Чистый четверг до восхода солнца сжигали выметенный из дома мусор, а пепел выбрасывали на дорогу (рус.). В других случаях на дорогу выбрасывали выметенный в этот день мусор, чтобы в доме было весь год чисто (полес.). В брестском Полесье принято было выбрасывать на дорогу мусор после выноса покойника из дома, чтобы таким образом изгнать смерть. В дорожную колею выбрасывали залом, чтобы обезвредить его (полес.).

Одновременно считалось, что предметы, случайно найденные на дороге, т.е. имевшие контакт со сферой «чужого», обладают лечебной силой и приносят счастье нашедшему их. Предметы оставляли на дороге или развешивали вблизи нее с продуцирующими и защитными целями – чтобы передать их положительные свойства охраняемому объекту или от одного объекта другому. Воду, настоянную на листьях дерева, на которое сел первый пчелиный рой, выливали на дорогу, чтобы по ней прошел скот, для усиления его молочности и плодовитости (укр. киев.). Перед молодыми, возвращающимися из-под венца, сыпали на дорогу жито, чтобы они жили богато (с.-рус.). В некоторых районах Полесья на дороге, где ходит скот, сыпали костру, чтобы коровы не болели, и освященный мак, чтобы в молоке не заводились черви. Если у коров убывало молоко, их прогоняли через положенное на дороге обыденное полотенце, а при опасности эпидемии — через смоченные святой водой опилки, насыпанные на дорогу. Для отвращения эпидемий и эпизоотии на придорожных крестах вывешивались обыденные полотенца.

В свадебном и крестильном обрядах по пути от дома в церковь на дорогу бросали хлеб с солью в качестве оберега (полес.). В свадебном обряде при возвращении молодых от венца дорогу перегораживали бревнами, камнями, веревкой, лентами и пр., требуя от жениха выкупа за право проезда свадебного поезда.

Также в свадебном, крестильном и похоронном обрядах имел значение выбор дороги, по которой следовало ехать в церковь или на кладбище и обратно, т. к. локус, по которому происходило движение, соотносился с жизненным путём молодых или ребёнка в одном случае и путём покойника в загробный мир в другом. Свадебный поезд едет после венчания другой или кружной дорогой, чтобы сбить с пути смерть, болезни и несчастья, подстерегающие молодых, по этой же причине другой дорогой крёстные должны возвращаться с ребёнком после крещения. Похоронная процессия должна двигаться на кладбище кружной дорогой и без остановок, чтобы покойник не возвращался домой. После похорон возвращались в село другой дорогой, чтобы покойник не пришел назад.

Во время похорон по пути к кладбищу на дорогу лили воду (с.-рус.), сыпали мак, зерно или сено, чтобы предотвратить возвращение покойника домой (в.-слав.). На обочинах дорог, особенно на перекрестках. у восточных славян было принято хоронить самоубийц, некрещеных детей и других заложных покойников.

В продуцирующей и охранительной магии, в свадебном ритуале и др. практиковалось символическое перегораживание дороги, построение препятствия. При опасности эпидемии русские загораживали дороги в село, чтобы преградить путь болезни; белорусы для этой же цели ткали обыденный холст и расстилали поперек дороги, прибивая его к земле дубовыми колышками.

Связь дороги с потусторонним миром и семантикой пути делают ее местом, где узнается судьба, проявляется удача или неудача, которые реализуются во время случайных встреч с людьми и животными. На дороге зовут и встречают свою Долю (укр.), гадают о судьбе и браке. В день св. Андрея и на святки девушка с первым испеченным блином выходила на дорогу и узнавала имя у первого встречного; выбрасывала со двора на дорогу башмак, наблюдая, в какую сторону носком он упадет; выносила из избы на дорогу мусор, вставала на него и по доносящимся звукам определяла свою судьбу (в.-слав.). Накануне Ивана Купалы девушки находили на дороге подорожник и обращались к нему со словами: «Подорожник, подорожник, ты сидишь на дороге, видишь старого и малого, скажи милого моего». После этого растение срывали ртом и на ночь клали под подушку.

Встреча на дороге с различными людьми и животными служила добрым или злым предзнаменованием: удачу сулила встреча с коровой, волком, с человеком, несущим полные ведра; неудачу — встреча со священником, беременной и недавно родившей женщиной, похоронной процессией, человеком с пустыми ведрами, зайцем, змеей, сорокой, вороной и пр.

В магических действиях, направленных на увеличение урожая льна, имел значение такой признак дороги, как длина: чтобы лён был «долгим», ехали его сеять дальней, кружной дорогой, для этой же цели на масленицу водили по улице как можно более длинные хороводы.

Существовали определенные запреты и обереги на дороге. Запрещалось строить дом на том месте, где была дорога, т. к. в таком доме будет неспокойно жить. На дороге нельзя разводить костёр, хотя иногда практиковалось разведение на дорогах ритуальных костров: в праздник Ивана Купалы, а также для обезвреживания колдуна. В последнем случае костёр разводили в колее, а над ним вертели снятое с телеги колесо, считая, что колдун при этом будет испытывать мучения. Беременная женщина не должна есть, идя по дороге, чтобы её ребенок не был слюнявым, она не должна ходить по той дороге, где ездят на лошадях.

Будучи общим местом для людей и нечистой силы, дорога символически разделялась на две половины: правую — для людей и левую — для потусторонних существ и зверей. Поэтому при встрече с волком переходили на правую сторону дороги, считая, что волк перейдет на левую.

В загадках дорога обозначается как дерево, скатерть, полотенце, полотно. Видеть во сне дорогу – к предстоящему пути, путешествию; ровную дорогу — к добру; ухабистую — к страданиям (пол.).


  1   2   3   4   5


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница