Т. В. Зуева Б. П. Кирдан русский фольклор



страница42/47
Дата22.04.2016
Размер5.61 Mb.
1   ...   39   40   41   42   43   44   45   46   47

2. ЧАСТУШКИ

Наиболее развитым жанром позднетрадиционного фолькло­ра являются частушки.


Частушки — короткие рифмованные лирические песенки, которые создавались и исполнялись как живой отклик на разно­образные жизненные явления, выражая ясную положительную или отрицательную оценку. Во многих частушках присутствует шутка или ирония. Наиболее ранние частушки имели шесть строк. Основной тип — четырехстрочный — сформировался во второй половине XIX в., он исполняется под пляску и без нее. Четырехстрочными являются также частушки собственно пля­совые, которые исполняются только под пляску (например, под кадриль). Кроме того, существуют двустрочные частушки: "стра-дания"и "Семеновна" (последняя появилась в 1920-х гг.).

Частушки имеют разнообразные, но повторяющиеся, устой­чивые напевы, как протяжные, так и быстрые. Характерно ис­полнение многих текстов на один напев. В живом бытовании частушкам иногда свойственна речитативность (близость к на­певной декламации). В них сочетаются слово, напев, инстру-


ментальное сопровождение (на балалайке, гармошке), движе­ния (жесты, мимика, танец). Все эти слагаемые допускают им­провизацию, занимающую в частушке значительное место.


Частушки принято называть поэзией малой формы, но час­тушка никогда не поется одна (Я частушку на частушку, как на ниточку, нижу...). При исполнении импровизируются циклы — частушечные спевы, которые могут включать разное количество строф (иногда до 100). Исследователи отмечали, что в процессе исполнения частушек действует кумулятивно-контаминацион-ный порождающий механизм, он и создает частушечный спев по какому-либо признаку, содержательному или формальному. Подобный принцип и ранее использовался в артельных трудо­вых песнях типа дубинушек: песни составлялись из не связанных по сюжету строф с общим припевом.
Спевы могут иметь композиционное обрамление: частушку, которая является сигналом начала пения, и частушку, которая служит сигналом конца. Нередко это обращения певиц к гармо­нисту. Например:
Играй, гармонист.

Играй, не ломайся!

Для кого-нибудь не надо —

Для нас постарайся! (В начале).

Ой, спасибо, гармонист.



За игру отличную!

Я еще тебе желаю

Милку симпатичную! (В конце)1.
Спевы, построенные на диалоге — перекличке двух певиц, объединяет содержание. Спевы может также создавать игра фор­мой (см., например, в Хрестоматии "перекрестные" частушки, где обыгран композиционный принцип двухчастное™ частушеч­ной строфы). Распространенный тип спевов — частушки, име­ющие общее начало (запев): Эх, яблочко..., Самолет летел..., Не ходите, девки, замуж... и др. Особый способ циклизации имеют частушки "Семеновна": он напоминает цепочную композицию народных лирических песен. Например:
Самовар с трубой начинал кипеть,

А я "Семеновну" начинаю петь.

Я сперва спою, как влюблялися, а потом спою, как расставалися.

Мы влюблялися — кудри вилися,

А расставалися — слезы лилися... И т. д.

Частушки окончательно оформились в последней четверти XIX в. одновременно в разных частях России: в центре, среднем и нижнем Поволжье, в северных, восточных и южных губерни­ях. Каждый регион имел особый характер словесного текста и напева, особую манеру исполнения (хором или в одиночку), а также приплясывания, что породило разные обозначения часту­шек: "саратовские", "тамбовские", "воронежские", "рязаночка", "елецкая". Впоследствии многие из них получили повсеместное признание (см. в Хрестоматии рассказ балалаечника из Нерехт-ского р-на Костромской обл. о частушечных наигрышах). Час­тушки пели во время гуляний, в дороге, в лесу, на посиделках. В народной среде выделялись частушечники — знатоки частушек, их исполнители и создатели, владеющие основным репертуаром своей местности. С начала XX в. русские частушки начали про­никать к соседним народам: украинцам, белорусам, мордве, чу­вашам, татарам и другим. В местах русско-мордовского погра-ничья протяжные двустрочные частушки стали называть по-мор­довски — матани ( в переводе — "песенки").


В разных местах частушки называли по-разному: песни, ко­роткие песни, припевки, пригудки, прибаски, коротушки, собируш-ки и проч. Термин частушка, также народный, был введен в научный обиход в 1889 г., когда в периодической печати по­явился первый очерк об этом новом явлении песенной культу­ры народа. Его автор — писатель-демократ Г. И. Успенский1.
В отличие от Г. И. Успенского, проявившего живой интерес к час­тушке, многие находили в ней "упадок истинного творчества". Вот что писал Ф. И. Шаляпин: "Народ, который страдал в темных глубинах жизни, пел страдальческие и до отчаяния веселые песни. Что случилось с ним, что он потерял всякую надежду на лучшее и застрял в промежутке между надеждой и отчаянием на этом проклятом чертовом мосту? Уже не фабрика ли тут виновата, не резиновые ли блестящие калоши, не шерстяной ли шарф, ни с того ни с сего окутывающий шею в яркий летний день, когда так хорошо поют птицы? Не корсет ли, надеваемый
поверх платья сельскими модницами? Или это проклятая немецкая гар­моника, которую с такой любовью держит под мышкой человек какого-нибудь цеха в день отдыха? Этого объяснить не берусь. Знаю только, что эта частушка — не песня, а сорока, и даже не натуральная, а похабно озорником раскрашенная. А как хорошо пели! Пели в поле, пели на сеновалах, на речках, у ручьев, в лесах и за лучиной. Одержим был песней русский народ, и великая в нем бродила песенная хмель..."1.
Частушка — показатель возросшей связи деревни с городом, она отразила изменение психического уклада деревни, прежде всего деревенской молодежи. Ускорившиеся темпы жизни, посто­янный приток новых впечатлений, частая смена переживаний — все это сделало актуальной короткую подвижную песенку.
Частушки — главный жанр крестьянской лирики в поздне-традиционном фольклоре. Своими истоками он тесно связан с устным творчеством старой русской деревни. Короткие сатири­ческие и плясовые песни создавались еще скоморохами (в Кур­ской и Тамбовской областях частушки называли скоморошника-ми или скоморошными песнями).
Очевидно, что часть скоморошьего репертуара была воспри­нята так называемыми нескладухами — частушками, в которых основную художественную роль играет комический абсурд. На­пример:
Вы послушайте, девчата,

Нескладушу буду петь:

На дубу свинья кладется,

В бане парится медведь.
В песенниках XVIII в. зафиксированы плясовые песни, по размеру напоминающие частушки. Иногда частушки исполня­лись на напевы известных плясовых песен "Камаринская " и "Ба­рыня". Короткие припевки пели на свадьбах и в календарных обрядах, однако у частушек отсутствует свойственная обрядово­му фольклору утилитарная направленность, они — чисто лири­ческий жанр. С другой стороны, частушки окрашены влиянием песен литературного происхождения и книжной поэзии. Для них обязательна рифма, преимущественно неполная перекрестная (abcb), а также полная перекрестная (abab) и парная (aabb). То­нический в своей основе стих частушек приближен к силлабо-тоническому.
Частушки имели сельское происхождение и бытование. От­ветвлением, трансформацией этих деревенских песенок стали частушки, исполнявшиеся на городских окраинах, в городских "низах", в среде рабочих. Свою высокую популярность и про­дуктивность частушки сохраняют и в современном фольклоре (см. в Хрестоматии рассказ частушечника Н. Н. Смирнова из Нерехтского р-на Костромской обл., записанный в 1989 г.)1.
Частушки проявляют внимание ко всем жизненно важным вопросам, их содержание разнообразно. Однако в огромном боль­шинстве случаев они сочинялись молодежью, поэтому их самой популярной темой стала любовь. Персонажи частушек — де­вушка и парень от подросткового возраста до брака. Частушки передают мечты девушек о замужестве, парней о женитьбе; за­рождение и развитие любовного чувства; любовные пережива­ния разного рода. Молодежь протестует против власти родите­лей, их запрета на свободное чувство; сообщает о своей грамот­ности, позволяющей писать друг другу любовные письма; наи­вно стремится ко внешним формам городской культуры как спо­собу утверждения самостоятельности и привлечения к себе вни­мания со стороны противоположного пола. Частушки предель­но личны, любовное чувство изображается в них во всех оттен­ках, от самого нежного до яростного.
В сборнике, составленном Ф. М. Селивановым (Частушки. — М., 1990), выделены такие основные группы любовных частушек: "Сбывши­еся мечты", "Пересуды, сплетни, 'слава'", "Сомненья и раздумья", "Раз­лука при любви", "Разлука: конец любви", "Измена", "'Повторительная' любовь", "Без взаимности", "Характеры". Внутри каждой группы имеет­ся еще ряд тем. Например, частушки об измене распадаются на темы: "Ревность, упреки, предупреждения", "Измена состоялась", "Пережива­ния при измене", "О сопернице", "Месть изменщику", "Измена нипо­чем", "Ухажер кается", "Девушка изменяет". Тему любовных отношений разрабатывают также частушки из группы "Посиделки и гулянья" и из других групп сборника.
Частушек о семейной жизни создано значительно меньше, и оценивается она с позиций молодежи — чаще всего как несчас­тливая. Исследователи заметили, что вообще ббльшая часть час­тушек, независимо от характера мелодии, имеет грустное, эле-гическое содержание.
Герой частушки иногда изображается в разлуке с родными местами (рекрут, солдат, батрак, работающий в чужих людях); для него характерно тяготение к малой родине:
На чужой сторонушке поклонюсь воронушке:

здравствуйте, воронушки.

Не с нашей ли сторонушки?
В XX в. содержание частушек расширилось. В них начали находить отражение исторические и общественные процессы: забастовки и крестьянские волнения, война с Японией 1904-1905 гг., Первая мировая война, Октябрьская революция и граж­данская война, разорение и переустройство деревни. Например:
С неба звездочка упала бригадиру на ремень.

Не пойду в колхоз работать за несчастный трудодень.
Известны частушки о службе в Красной Армии, о Великой Отечественной войне и послевоенных событиях в нашей стра­не. Частушки на общественно-политические темы часто приоб­ретали сатирическую направленность. Однако в общем реперту­аре они занимают незначительное место — всего 5—6%.

В устное бытование реально не входили многочисленные частушечные фальсификаты: сочинявшиеся и публиковавшиеся с пропагандистскими целями плакатно-гимнические подражания народным песенкам, самодея­тельные "агитки" на злобу дня, которым аналогичны современные рек­ламные поделки.

Еще в 1939 г. вопрос о фальсифицированных частушках поставил поэт В.Боков. Он вскрыл и механизм их появления. Так, существовала народная частушка о рекрутах:
Серьг уточки летали,

Над полями крякали.

Как ребята шли в солдаты,

Все девчата плакали.
На ее основе появилась бездарная переделка:
Серы уточки летели,

Над полями крякали.

Комсомольцы шли на фронт,

Девушки не плакали.1

Подобно лирическим песням, частушки экономно, ненавяз­чиво пользуются изобразительно-выразительными средствами. Они, как и песни, дорожат своим содержанием — не случайно рифма падает на самые главные в смысловом отношении слова. Частушки предпочитают мужскую или женскую рифму, дакти­лическая встречается реже. Применяется приблизительная риф­ма (приневолили — дролины, ураган — не отдам) и составная (туф­ли — тут ли). Могут появиться внутренние рифмы:


Шел я лесом, видел беса.

Беса в новых сапогах,

сам дубовый, нос вязовый.

Папиросочка в зубах.
Ритмико-мелодическую структуру частушек создают аллите­рации, ассонансы, синтаксический параллелизм и другие по­вторы. Выразительны единоначатия:
Не тобой дорожка мята.

не тебе по ней ходить,

не тобою я занята.

Не тебе меня любить.
Иногда частушка играет ударениями в словах, подчеркивая их смысл:
Редко, редко,

милый, ходишь,

Редко-наредко-редко.

Ты давно другую любишь, (а)говоришь, что далеко.
Интонационное богатство частушке дает ее близость к разго­ворной речи. Чаще всего частушка представляет собой высказы­вание от первого лица и по содержанию обращена к кому-либо: милому, подруге, сопернице, матери... Это позволяет нарисо­вать разнообразные характеры персонажей. Довольно популяр­ны частушки в диалогической форме, реже встречаются в форме высказывания от третьего лица. Повествовательное начало в частушке развито слабо, ее главный смысл — лирический. Опи­раясь на конкретные факты, частушка использует сублимирую­щий метод фольклора, благодаря чему личное чувство отдельно­го человека приобретает в ней универсальный смысл.

Частушка связана со многими фольклорными жанрами: по­словицами и поговорками, плясовыми и хороводными песнями, лирическими песнями1. Особенно значительна роль последних:

традиционная песенная лирика помогла становлению частушки как лирического жанра. Частушка использовала уже готовую песенную символику. В ней появляются цветущие или увядшие цветы, заросшая дорожка к милой, тоскующая кукушка, горькая осина, белая береза, речка быстрая, калина, малина, месяц ясный, звездочка небесная... Вместе с образами в частушку пришли по­стоянные эпитеты, в том числе выразительные (ретиво сердце). Живая разговорная основа языка частушек сочетается в них с выразительными средствами старинной русской песни. Частушки используют сравнения:
Поедешь, миленький, жениться.

Брось на полюшке платок.

Вся любовь наша завянет,

Как неполитый цветок.
Метафоры:

Я запру свое ретивое

Двенадцати ключам,

чтобы старый ягодиночка

не снился по ночам.
Метонимии:

Забываю, забываю,

Нет, не забывается.

Рубаха бела, чуб налево

Часто вспоминаются.
Олицетворения:

Я от горя убегаю —

Горе все меня найдет.

Я от горя — в сине море, —

Горе лебедью плывет.
Формулу невозможного:

Я не буду больше плакать,

глаза карие мочить, —

Синя моря не наполнить

И любовь не воротить.
Гиперболы:

Шел я полем, торопился.

Из-под ног огонь летел.

На милашку рассердился —

Разорвать ее хотел.

В юмористических и сатирических частушках гипербола со­здает смеховое начало:


Едет милый по базару,

Всем он улыбается.

Оказалось — зубы вставил.

Рот не закрывается.
По композиции частушки делятся на одночастные и двухчас­тные. Одночастные имеют сквозное развитие темы. Например:

На германской на границе.

На высокой горочке

Перевязывает раны

Санитарка дролечке.
В двухчастных строфа отчетливо распадается на две части с резкой паузой между ними. На построение двухчастной часту­шечной строфы воздействовал песенный прием психологичес­кого параллелизма. Иногда это очевидно:

Неужели позавянет

На горе зеленый сад?

Неужели не воротится

Любовь наша назад ?
В двухчастных частушках встречается параллелизм с одним персонажем в обеих частях:

Будет, будет, поносила

Белого и синего.

Будет, будет, полюбила

Милого красивого.
Нередки двухчастные частушки, в которых части противопо­ставлены по смыслу (см. приведенный выше спев "Семеновны"). Исследователи заметили тяготение частушек к формальному параллелизму — когда при сопоставлении частей не требуется устанавливать символическую или логическую связь между ними. Такими, например, являются многие частушки, использующие общий запев "С неба звездочка упала... ".

Происхождение этого образа связано с традиционной свадебной ли­рикой, в которой "упавшая звездочка" символизировала отлучение невес­ты от ее рода. Этот образ (наряду с другим: "Светит месяц, светит ясный...") заимствовали из свадебной поэзии плясовые песни, а поз­же — связанные с народной пляской частушки1.


В целом можно отметить, что композиция строфы всегда зак­репляет смысловую и формальную законченность частушки.



1   ...   39   40   41   42   43   44   45   46   47


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница