Составил Мирза Гасан-Эфенди сын Гаджи Абдулла-Эфенди Алкадари Дагестани Перевод и примечания али гасанова махач 1929 кала слово об алкадари



страница9/12
Дата24.04.2016
Размер2.68 Mb.
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   12
ГЛАВА 12-ая.

О событиях в Дагестане после заключения Гюлистанского мира между Россией и Персией. В ней несколько параграфов.
Параграф о выступлении в Дагестане Гази-Магомед-эфенди с именем Имама.

Когда на Кавказе, как указано было выше, власть Персии и Турции была пересечена и этот край подпал под власть России, бывшие в Дагестане шамхал, ханы и беки, не обращаясь к прочим сторонам, начали всячески ладить свою жизнь в зависимости от судьбы. Также и народ в Дагестане, зная, что Российской держа­вой запрещены такие занятия как хищения и грабежи и действия вроде увода из Грузии пленных и скота, усмирился в то время. Однако, после 1240 (1824) года в Дагестане некоторые ученые, об­ладавшие недостаточным благоразумием, и приверженцы суфизма, не учтя реальности, вообразили, что, как прекратилась власть Пер­сии и Турции, так дагестанцы сумеют, покоряясь и России, создать здесь и сохранить некоторое самостоятельное управление. С этой мыслью начал выступление в Дагестане Гази-Магомед-эфенди-Магомед-оглы, которого русские называют Гази-Мулла. Предки этого человека были из селения Гимры Аварского ханства, но его отец, выселившись, из того селения, проживал в селении под названием Унцукуль того же ханства, и в это время упомянутый эфенди ро­дился и вырос там. Потом он изучил в совершенстве всякие нау­ки, поступая в студии134 бывших в то время в Дагестане ученых, и стал действительным ученым, причем, переселившись в селение Гимры, бывшее родиной его отца, он начал здесь служить обще­ству муллой и вместе с тем преподавать науки. У него было много студентов и одним из студентов его был гимринец известный шейх Шамиль-эфенди. Но когда в Дагестане стал известен проживаю­щий в то время в Кюринском округе в селении Верхний Яраг наш учитель Магомет-эфенди, преподававший положительные науки и вместе с тем ставший муршидом в тарикате Накшибенди, Гази-Магомед и Шамиль-эфенди прибыли в селение Яраг и стали изу­чать тарикат у этого эфенди, который сам изучил его у ширванского Хас-Магомед-эфенди, а Хас-Магомед-эфенди изучил его у Кюрдамирского шейха Исмаил-эфенди.

Затем, когда Гази-Магомед-эфенди и Шамиль-Эфенди, вернув­шись в селение Гимры, стали преподавателями с одной стороны ша­риата, а с другой - тариката, число их студентов и мюридов по­степенно увеличилось, и они начали, давая наставления всем слоям населения, склонять их на сторону шариатского судопроизводства. В частности, в то время в Аварии и прочем Дагестане было в обык­новении, что в каждом селении группа стариков и аксакалов ре­шала некоторые тяжбы по правилам, усвоенным ими издавна через адаты, тогда как кадии в тех же селениях решали возбужденные у них тяжбы по шариату. Гази-Магомед-эфенди сильно препятст­вовал такому судопроизводству стариков и старался, чтобы все су­дебные дела возбуждались и решались согласно шариата. Он со­ставил также маленькое послание, названное «Установление оче­видности отступничества аксакалов Дагестана»135, и объявил, что такое обращение за правосудием к адатам есть отрицание религии. Остальные ученые Дагестана то же одобрили это послание и по существу согласились с ним.

Гази-Магомед-эфенди, убедившись, что проживающий в Аварии в селении Хунзах род ханов будет препятствовать ему осуществить подобные решения, прежде всего задумал всячески этот род истре­бить там совершенно. Поэтому он в 1246 (1831) году в феврале месяце, собрав многочисленный вооруженный отряд из своих при­верженцев и пособников, совершил нападение на селение Хунзах с целью убить малолетнего хана, а именно: Нуцал-хана, его мать вдову Паху-бике и остальных ханских детей. Но Паху-бике, соб­рав свое общество, позаботилась о выступлении с боем против мю­ридов, и они, не достигши своей цели и, не сумев ничего сделать, вернулись оттуда обратно в Гимры.

Потом Гази-Магомед-эфенди, решив, что в укреплениях дагес­танских мало русских войск и их можно будет перебить, собрал своих приверженцев, обратился с призывом к обществам дагестанских селений и с ними напал на русские отряды, находившиеся здесь в укреплениях, причем всюду подверг своих сторонников большим потерям и вернулся, не сумев ничего сделать. В частности, в 1247 (1831) году, эфенди, собрав дагестанцев до восьми тысяч, напал на Тарки, штурмовал с ними там крепость, укрепленную рус­скими136, а когда он завладел цейхгаузами, огонь попал в порох, произошли большие потери, уцелевшие начали бежать, причем рус­ские произвели на них с этой стороны сильный натиск и там по­гибло народу, пожалуй, больше тысячи человек. Затем бежавший оттуда Гази-эфенди отправился из Аварии в Чечню, подняв там большую смуту, вернулся в Дагестан, прибыл в Табасаран, а в ав­густе месяце того года137 в течение одной недели ничего не мог сделать. В месяце ноябре того же года он снова из Аварии совер­шил нападение на Кизлярскую крепость, вернулся, оттуда с похи­щенным и награбленным имуществом, снова отправился в Чечню и там в селении под названием Баян русское войско преградило ему дорогу, причем после гибели многих лиц из его отряда, он вер­нулся в Аварию. Но из его скитаний таких туда и сюда никакого толку не вышло и под конец, когда Российская держава выслала против него большое войско, он соорудил в селении Гимры крепкие окопы, собрал много народу и заперся там. И вот русские войска, будучи под главным командованием некоего барона Розена, окру­жили это селение и в 1248 (1832) году, в 17-й день декабря меся­ца138, одержали победу, причем разрушили это селение. Под конец Гази-Магомед-эфенди, с тринадцатью лицами осажденный в окопе, был там убит. Из бывших с ним там товарищей спасся только Ша­миль-эфенди, остальные все были убиты. При этом селении в тот день в бою погибло с обеих сторон много народу.

Спасение Шамиль-эфенди произошло таким образом: когда он в числе других бывших в окопе с Гази-Магомед-эфенди очутил­ся среди русских войск, и бой усилился, остальные товарищи его были убиты и пали, а среди них и Шамиль-эфенди, получивший несколько ран, упал и остался между трупами. Ночью в темноте, имея силы двигаться, он постепенно вышел оттуда в сторону, ушел в другое место и спрятался. Пока за полгода не вылечились его раны, он ни в какое дело не вмешивался.

Хотя из различных действий упомянутого Гази-Магомед-эфенди обнаруживается, что он в знании политики и в практичности не был выдающимся, тем не менее, в знании арабских наук он отличал­ся в совершенстве. И до его выступления, когда он был преподава­телем, дагестанские ученые, довершавшие образование при нем, например, мой покойный отец и другие, очень хвалили его знание наук, а также не скрывали отсутствия у него практичности в мирс­ких делах. В его стихотворении на арабском языке, восхваляющем приверженцев тариката - накшбенди, имеются следующие сти­хи:
Это люди, ей-Богу, удостоившиеся того, что излились

На них от святой Истины целые реки139

Это мужи! Мужи истины, уже счастливые,

Зная и видя ее символы.

Ведь для них не торгашество и не забава

Понимание своего творца40, а все они благочестивы,

Их слово есть слово, и дело есть дело.

Сильные, они не щадят отверженных.

Вдохновившись и будучи все в созерцании,

Они, смелые, не оглядываются на старшего в группе.

Совершенствуясь своей верой, они боятся перед аллахом,

Что кто-нибудь сравнится с ними в нравах.

Я вел дискуссию, и сердце колебалось,

Пока из облака блага не показались дожди141.

Потом, когда засиял свет их блаженства,

То в сердце осталось одно лишь возрождение.

Если их отвергают не знающие их,

То ведь слепому свет не спасение.

Я здесь говорю то, что скрывал раньше,

Ибо в некоторых сердцах уж обнаруживается отрицание.


Упомянутый покойный эфенди, правда, усвоил у лучших ученых Дагестана положительные науки, а также усердно занялся тарикатом накшбенди, но предпринятые им действия и навлеченные им на соотечественников бедствия не соответствуют ни шариату, ни тарикату. Даже его учитель в положительных науках, житель Араканы того же Аварского ханства, покойный Саид-эфенди удержи­вал его от тех действий.

Под конец, когда тот не послушался, упомянутый Саид-эфенди бежал от него к шамхалу. Кроме того, его учитель в тарикате Ма­гомед-эфенди Яраги из-за его подобных действий был заподозрен в соучастии как кюринским ханом Аслан-ханом, так и кавказским наместником генералом Ермоловым, и был заключен в тюрьму. Но убежав, оттуда, он с семьей стал скитальцем вне родины и скончал­ся в селении Согратль Аварского владения142. Тарикат есть неко­торая система, сопутствующая мусульманскому шариату, не есть новое учение, обязывающее людей пускать в ход кинжалы и сабли, а скорее есть путь, делающий людей более кроткими, терпеливыми и смиренными, как сказал почтенный Хафиз, да спасет его Аллах:


Для блага в обоих мирах,

Лишь двух этих правил держись:

С друзьями будь ласков в речах,

С врагом допускай компромисс143.


Ведь в настоящее время среди мусульман, проживающих в Рос­сии, сколько мы видим явных муршидов и мюридов, которые, спо­койно живя в каком-нибудь захолустье, заняты служением аллаху: Ни с кем они не пререкаются, даже и русские, в виду спокойствия и правдивости такого лица, оказывают ему внимание и уважение. А между тем известно, что Гази-эфенди и другие ему подобные в Дагестане, превратив тарикат в искание главенства и в путь к вла­сти144, склонили посредством его простой народ дагестанский на свою сторону и несправедливо дискредитировали его название, а сами стали причиной притеснений для приверженцев истины. По­истине, когда приходит наказание, слепнут глаза. Но Бог лучше знает, что лучше и что хуже.
Параграф второй. О втором выступившем в Дагестане на имамство, Гамзат-беке.

Этот человек будучи жителем селения Гоцатль Аварского хан­ства, происходит из беков, но будучи мюридом Гази-Магомед-эфенди, он был его товарищем во всех его выступлениях, а как только тот был убит, аварцы присягнули ему и дали титул имама. Примк­нув к нему, они в 1249 (1833) году сражались при селении Гергебиль с жителями не желавших ему подчиняться селений шамхальских, мехтулинских и даргинских; разбили их и много народу по­корили и подчинили силой.

Гамзат-бек, как только выступил, прежде всего решил совер­шенно пресечь всеми мерами род аварских ханов в селении Хунзахе, дабы впредь осуществлять там свою власть. Для этого он в 1250 (1834) году в августе месяце с большим ополчением своих привер­женцев двинулся на Хунзах. В то время из рода тех ханов были в живых три сына хана и их мать вдова Паху-бике, которая, об­ратившись к обществу, позаботилась укрепиться там и подгото­виться к битве, но ей не удалось организовать достаточно сил, да и извне никто не выступил ей на помощь. Поэтому Паху-бике, имея в виду сговориться с Гамзат-беком, послала к нему из своих людей уполномоченных и заявила ему о желательных для нее условиях. Когда Гамзат-бек, как бы не поверив этим уполномоченным, поже­лал, чтобы к нему явился один из детей Паху-бике. Та послала к нему своего младшего сына несовершеннолетнего Пулач-хана. Гам­зат-бек удержал при себе этого мальчика и проявил к нему ласку и внимание, после чего Паку-бике послала к Гамзат-беку в его ла­герь для заключения соглашения старших своих сыновей Нуцал-хана и Умахана с несколькими слугами. Однако Гамзат-бек велел своим приверженцам схватить и казнить этих двух сыновей хана и их слуг, а явившегося к нему раньше них мальчика по имени Пулач-хан он передал нескольким лицам из своей свиты и отправил оттуда в свое селение Гоцатль, где этого мальчика казнили, сбро­сив в реку Койсу145. После этого Гамзат-бек с войском своим всту­пил в Хунзах, убил мать этих сыновей, упомянутую Паху-бике, за­владел там ханским домом, строениями и прочим имуществом и добром и поселился там.

Хотя Гамзат-бек, истребив так коварно и жестоко ханский род, воображал, что этим он увеличит свое влияние и свою силу, одна­ко, эти его дела стали причиной его скорой гибели, так как молоч­ный брат одного из ханских сыновей, Нуцал-хана, хунзахец по име­ни Осман - вместе со своим братом, известным Хаджи-Мурадом и другими родственниками составили тайный заговор, подготови­лись убить Гамзат-бека и вскоре убили его в соборной мечети в пятницу. Разве возможен такой имамат, шариат или тарикат, по которому он несправедливо обманно и жестоко убил несовершеннолетнего мусульманина и слабую старуху и тем обесславил ис­лам.

Здесь уместно привести стихотворение, составленное по этому поводу покойным Гаджи-Юсуф-эфенди Аксайским, а именно146:
По любви к аллаху заявляю, что экстаз тарикатиста

Вызван аллахом, направлен к нему же, от него же исходит и поведение его.

Он предан аллаху, и верность обычный характер его.

Принципы шариата являются ареной его ночных бдений,

И он исключительно предан единому всевышнему,

Но меня волнуют невежество последователей

И долгоденствие тирана, лжеца презренного,

Открыто поедающего и захватно собирающего запретное

И без родства наследующего имущество мусульман.

Ведь это либо мошенничество, либо незнание.

Ваш призыв любви к бессмертию оказался ложью,

А вас сбил с пути лишь властитель тьмы.

Вы все не причастны к божьему страху,

Лишь дьявол создал для вас мираж из зла.

Подозрительно, не сатана ли вас соткал из коварства.

Ваш нрав есть нрав алчной натуры,

И я обдаю вас водою правды.

По молве народной вы хуже, чем прежде,

И нет у вас души, есть лишь тело, симулирующее тарикат.

И им вы прикрылись, будучи из числа подлейших душ.

Как они восхищены тем, кто после преступления стал поучать.

Указывая им путь, поведя их так в качестве имама.

На бесчестье, чреватое другим бесчестием, и погубил.

Где же быть беде, если не там, где поучает.

Врачеванию сам заядлый убийца.

Стонут от него все округа и вот всюду

Селения, опустошенные и разрушенные до основания,

А спутники его, окропленные дождем гибели,

Обогатились их имуществом и пресытились им.

О, скопище падших, пораженных обманом! –

Разве неизвестно, что благочестие свято,

Когда из него, о друг мой, вытекает доброе намерение.

Разве доблесть украшается результатом преступления?

Поистине путь насилия покрыт бесчестьем,

По коему узнаешь бродягу, и оно же - обычай трусов.

Когда Саид бежал от него со своей верой147

И установил перед аллахом полную свою правоту,

То он напал на него, на учителя его последователей,

И собственноручно грабежом увез его книги.

О презренный грабитель драгоценной науки!

Разве они не осквернили лицемерием сияния Магомета.

Когда дневную молитву совершили с символом веры

И тут же на гибель сбросила Булача в пучину вод,

Ребенка, взывавшего о помощи к пророку

И к матери, замученной среди зверенышей148.

А Нуцал? А Умахан? И сколько еще

Убитых ими без всякой вины и замученных!

Аллах мой! Да проглотит земля насильника!

Уж события зафиксированы пером на скрижалях,

Так воздай же, аллах мой, всем им по делам их.

Молю аллаха моего, чтобы он отделил нас

От группы преступных, увеличив наши силы.

Спаси наши семьи, имущество, поселки и поля.

Совершим свою молитву за лучшего из людей,

И это даже среди опасностей создаст во мне экстаз.
Параграф третий.

О событиях, связанных, с выступлением третьего Имама в Дагес­тане Шамиль-эфенди.

После убийства Гамзат-бека, население Аварского района соб­ралось в селении Ашильта, где после совещания в июле месяце 1250 (1834) года избирало на власть с титулом имама жителя селения Гимры Шамиль-эфенди, сына Дингоу-Магомеда. Родился Шамиль-эфенди в селении Гимры приблизительно в 1212 (1797) году, а имя его матери Паху-Меседу. Этот эфенди в течение четырнадцати лет закончил усвоение знаний и мусульманских наук, обу­чаясь у бывших в Дагестане в его эпоху ученых, и в полной мере стал авторитетным ученым. Со своим односельчанином Гази-Магомед-эфенди он с начала до конца был очень близким товарищем и другом. После своего вступления во власть Шамиль-эфенди ввел среди народа очень справедливые порядки, желанный строй и за­конченное политическое и гражданское управление, а именно: в подвластном ему районе, кроме священного шариата, все сущест­вовавшие там раньше нормы права, вроде адата и обычая, он со­вершенно упразднил. Среди населения была произведена регистра­ция военно-обязанных и в том числе назначен командный состав в лице десятников, сотников и тысячников, а для охраны общест­венного порядка и для функций правосудия были назначены в каж­дом магале по одному наибу и одному кадию. Был установлен та­кой порядок, что хотя судебные дела возбуждал и наиб, но самое решение должно было исходить от кадия. Каждые четыре кадия в затруднительных случаях обращались к стоявшему над ними муфтию, и подобно, этому каждые четыре наиба должны были подчи­няться распоряжениям, исходившим от стоявшего над ними пра­вителя, к которому они должны были обращаться также в случае нужды в помощи при исполнении своих обязанностей. Если же воз­никали затруднения у правителей или у муфтиев, то они должны были написать непосредственно Шамиль-эфенди и действовать со­гласно полученному от него ответу. Кроме того, каждый человек, если он нуждался в принесении жалобы самому Шамилю, всегда имел возможность, видеть его, а в каждую неделю в дни понедель­ника и четверга в присутствии Шамиля составлялось заседание уче­ных и благочестивых, где стало правилом совещаться по существу затруднительных решений. Уже не было таких вещей, как ханские порядки, вроде того, чтобы подчиненный перед начальством снимал шапку и все время стоял, а обращением при встрече стало только ассаламу-алейкум и алейкуму-ссалам. Обращение Шамиль-эфенди, его вождей, а также прочих людей между собой при встрече друг с другом, при входе в жилища и выходе сопровождалось вежли­востью, и никто не имел права входить в чье-либо жилище, не ис­просив снаружи позволения и не получив разрешения, как это в порядках шариата.

Все владение Шамиль-эфенди было разделено на тридцать два наибства. При наибах назначалось необходимое число служащих на жаловании. Для наибов и прочих вождей и для ученых для обозначения ранга каждого были установлены на тюрбан каждого класса специального рода материи, а также было в обыкновении молодцам, проявившим храбрость, дарить и привязывать знаки от­личия. Например, некоторые знаки были из чистого серебра, и на них написана фраза «кто размышляет о последствиях, тот не храбр», а некоторые были из позолоченного серебра и на них изо­бражено: «владеющий храбростью и обнаженным мечом».

У Шамиль-эфенди было казначейство установленного бейтул-мала149, коего доходы составлялись из закятов150 мусульман, ча­стью из хумсов151 доставшейся на войне добычи и из податей, взи­мавшихся с некоторых селений и пастбищных гор на основании по­рядка, сохранившегося в Аварии со старых ханских времен. Груп­па зарегистрированных лиц на жалованьи (войско) составляла, приблизительно, до 60.000 человек, а при народном ополчении, когда нужно было присутствие остальных членов обществ, вменено было обществам в обязанность выходить на войну, сколько бы в каж­дом доме ни было. Из разного рода оружия все изготовлялось внутри владения и даже пушки изготовлялись в Аварии. Пользо­вались также и пушками, собранными из русских крепостей, пост­роенных в Аварии, когда однажды в начале это владение попало под власть России, но попавших затем в 1257-1259 (1841 - 1843) годах во власть Шамиль-эфенди. И порох изготовлялся в Авария во многих местах. В частности, во время Шамиль-эфенди в селе­ниях Унцукуль и Гуниб были устроены пороховые погреба и только не было там некоторых вещей вроде железа и свинца. Однако, и они все время привозились в Аварию тайно из соседних городов, подвластных России.

В распоряжение Шамиль-эфенди собралось до трехсот человек солдат, бежавших в Аварию с русской службы. Они там имели раз­ные занятия, например, изготовляли порох, строили здания, а неко­торые из них справлялись с предметами, связанными с геометри­ей. И Шамиль-эфенди относился к ним ласково, дабы было боль­ше подобных им.

В общем Шамиль-эфенди не был просто шейхом и ученым муршидом, который при наступлении сильного врага скрылся бы в ук­ромном месте, занимаясь усердной молитвой, но он, владея наукой и наставничеством, еще лучше владел военным искусством и поли­тическими знаниями и был доблестной исключительной личностью своей эпохи. Для чего другое доказательство его выдающихся спо­собностей, если он в течение двадцати пяти лет с лезгинским насе­лением, составляющим теперь лишь половину губернии, устоял против непрерывно сыпавшихся, как дождь, снарядов и пуль тако­го в совершенстве могущественного и сильного государства, как Российская держава. Даже убиты были его помощники и храбре­цы, участвовавшие в постоянных битвах, и на смену им не было со­ответствующих заместителей. И самая сдача его и подчинение Рос­сии, при вполне соответствовавших условиях, была еще одним дока­зательством его геройства.

Шамиль-эфенди, как только сделал в своем владении шариат исключительной нормой, приложил большое старание к распростра­нению в народе также тариката-накшбенди, так что группы раз­личных руководителей в Дагестане на путях шариата и тариката все объединились как одно тело. В его владениях из ряда ученых к числу лиц, пользовавшихся в свое время известностью, относятся: Хунзахский его учитель по имени Лачикилау, авторитетный ученый; затем совершенный ученый Муртузали-эфенди Ородинский, кото­рый после Шамиль-эфенди умер в Темир-Хан-Шуре, будучи на рус­ской службе кадием и получив офицерский чин; также совершен­ный ученый Магомад-Тагир Карахский, каковой эфенди после него был также в том городе кадием и умер; далее Согрательский Гаджи-Абдурахман-эфенди и сын его Гаджи-Магомед-эфенди, како­вой сын после сдачи Шамиля бежал в Турцию и умер там; отец его Гаджи-Абдурахман-эфенди умер в Казанище.

Из шейхов тариката первым муршидом, получившим в его вре­мя там известность, является Казикумухский Шейх Джамалуддин-Эфенди, который в юности, завершив образование, стал секретарем и приближенным хана Казикумухского и Кюринского округов Аслан-хана. Потом, когда в Кюринском округе в селении Юхари-Яраг Магомед-эфенди стал наставником тариката, Аслан-хан по­слал его к этому эфенди уговаривать, чтобы народ не собирался вокруг него. Но этот советчик сам здесь был совращен и передал­ся тарикату. Под конец, получив от этого эфенди полномочие на повстанчество152, он бежал из Казикумуха в Цудахар, оттуда в Аварию; во время Шамиль-эфенди он был почитаемым наставни­ком тариката для всего населения его владений, и Шамиль-эфенди выдал также свою дочь за его сына Абдурахман-эфенди. Потом, когда Шамиль-эфенди сдался России, шейх Джамалуддин-эфенди с разрешения Российской державы переселился в Турцию и умер в Константинополе. И в настоящее время двое его сыновей живы и состоят там на службе, а трое сыновей его состоят на русской службе, а именно: один упомянутый Абдурахман-эфенди, который в Казикумухе состоит кадием суда, другой - майор Абдурагим-эфенди, который там по службе перечислен к милиции и получает из казны жалование, а третий Магомед-эфенди, который состоит наибом в Карее. Шейх Джамалуддин-эфенди был большим ученым и благочестивым человеком, имел весьма красивый почерк, состав­лял стихи на арабском языке и обладал красноречием. По тарикату-накшбенди у него есть собственное произведение под названи­ем Ал-адабул марзийя фит-тарикатин-накшбендийя153. Также из­вестным муршидом был вышеупомянутый Согратльский Гаджи-Абдурахман-эфенди, который также был уполномочен на наставничество. Также известными муршидами были: кюринец Усухский Магомед-эфенди, казикумухец Хакалу Магомед-эфенди, оба после сдачи Шамиль-эфенди отправились в священную Мекку, причем второй там умер, а первый, вернув­шись оттуда в Кюринский округ, умер в своем селении. Их настав­ником был шейх Джамалуддин.

Был также известным там муршидом выселившийся туда из Кубинского уезда из селения Цахул Гаджи Али Асгар-эфенди, (из­вестный под именем Гаджи-Аскер). Этот эфенди после сдачи Ша­миль-эфенди выселился с семьей в священную Мекку, где и умер. Также выселившийся из селения Кабир Кюринского округа Гаджи Насрулла-эфенди. Этот эфенди был человек весьма богобоязнен­ный и обладавший красивым письмом. Хотя он приложил труды, чтобы постичь некоторые трудные предметы, вроде науки химии, но ничего не сумел сделать. Под конец, будучи осажден вместе с Шамиль-эфенди в Гунибе, он был убит в сражении, произошедшем там с русскими.

Одним из высших военачальников Шамиль-эфенди был Даниел-Султан. Этот человек, происходя из Елисуйских владений, прежде был генерал-майором на русской службе и был правителем свое­го владения. Потом он перешел на сторону Шамиль-эфенди и долгое время находился в Дагестане в его подчинении. Он выдал так­же свою дочь за сына Шамиль-эфенди и тем укрепил свою бли­зость к нему, а когда Шамиль-эфенди сдался Российской державе, он был этой державой амнистирован, ему снова был пожалован прежний чин и ежегодно ему выдавалось жалование до трех ты­сяч рублей. Потом он переселился в Турцию и там умер. Он был весьма даровитой личностью. Затем Башир-Бек-Тагирбек-Оглы. Этот человек, происходивший из рода Кизакумухских ханов, нахо­дился при Шамиле вместе со своими сыновьями Абдурагим-беком, Фатали-беком и Абдул-Кадыр-беком, а когда Шамиль-эфенди сдал­ся России, то русские поселили Башир-бека с его сыновьями на его родине в Казикумухе. Потом он был принят на должность депута­та Народного суда в Темир-Хан-Шуре; ему государством был дан чин н оказано внимание, а умер он в Казикумухе. Также из его сыновей Фатали-Беку были даны должность наиба в Казикумухе и чин, но под конец он изменил государству и был убит в восста­нии, возникшем в 1294 (1877) году, о чем подробности будут ука­заны ниже.



Затем Хаджи-Мурад. Этот человек был редким в мире храбре­цом и героем. Происходит он из столицы аварских ханов - селе­ния Хунзах, где при убийстве Гамзат-бека он со своим братом по имени Осман был зачинщиком убийства. Когда после того русские в одно время захватили Аварию и назначили там ханом дженгутайского Ахмад-хана, Хаджи-Мурад состоял там также на русской службе. Но упомянутый Ахмад-хан донес бывшему там в то время правителем генералу Кулагину, что Хаджи-Мурад с ним не ладит, что он подстрекательствами отвращает от него население, и что он имеет тайные сношения с Шамилем. На этом основании генералом дан был Ахмад-хану приказ арестовать его и с конвоем выслать к нему в Темир-Хан-Шуру. Поэтому в 1256 (1840) году в 10-й день ноября месяца Ахмед-хан арестовал Хаджи-Мурада и с конвоем отправил его к нему из Хунзаха в Темир-Хан-Шуру. Однако, в пу­ти он бросился вниз с очень высокой скалы, бежал от конвоя и спрятался в каком-то месте, вроде бывшего в тех местах старого ятага154, а потом отправился к Шамиль-эфенди; но вследствие это­го прыжка со скалы тело его было смято, он долгое время проле­жал в постели, перенес лишения и выздоровел. И по той же при­чине он стал, в некотором роде, хромым на ноги. На службе у Ша­миль-эфенди Хаджи-Мурад долго был наибом в Аварии, причем постоянно выступал оттуда с пятью-шестью сотнями хорошей кон­ницы и, совершая хищения и грабежи в округах и районах, под­властных России, обнаруживал большое искусство и доблесть. Точно также в прочих битвах он приобрел большую славу в качестве командующего войском. Но в 1267 году Гиджры ( 851), когда он, прибыв в селение, Буйнак, убил там брата шамхала по имени Шахвали, взял в плен его жену Султанат-бике и малолетних сыно­вей, отправился с ними в Табасаран и оттуда вернулся в Аварию, то Шамиль-эфенди был им огорчен, возмущен и даже хотел его казнить. Поэтому Хаджи-Мурад бежал из Дагестана в Чечню в ноябре месяце 1268 (1851) года155, а оттуда перешел на сторону России, изъявил этой державе покорность и был оттуда отправлен в Тифлис. Тогда в Тифлисе ему было оказано со стороны намест­ника большое внимание, и почет, причем возникло также намере­ние дать ему милицию и всадников и назначить его на службу про­тив Дагестана. Но когда бывший в то время главнокомандующим в Дагестане генерал-адъютант князь Аргутинский, считая его вы­ражение покорности за хитрость и обман, сообщил свое мнение, утверждавшее, что доверять ему нельзя, то ему не было дано мно­го воли. И действительно, под конец правильность суждения этого князя подтвердилась на деле. Он не пожелал остаться в Тифлисе, переселился в гор. Нуху, постоянно выезжал там из города верхом на прогулку с несколькими лезгинами, слугами, причем со стороны властей над ним был установлен тайный надзор. И вот в апреле месяце 1269 (1853) года он, совершая по своему обыкновению за городом прогулку верхом, убил одного урядника сопровождавшей его команды тайной охраны, сильно ранил другого охранника и бе­жал отуда с бывшими при нем лезгинами в сторону Дагестана. Но по распоряжениям властей его пути были со всех сторон пре­граждены и он, наконец, с боем был там убит.

Затем Кибит-Магомад. Этот человек был личностью, считав­шейся в Дагестане обладателем распорядительности, знания и храбрости. Будучи родом из селения Телетль Гунибского округа, он, по окончании в Дагестане своего образования, начал службу во времена Гази-Магомед-эфенди и Гамзат-бека, а потом состоял на службе у Шамиль-эфенди вплоть до его сдачи России. Он"снис­кал среди дагестанского населения такую популярность и любовь, что были предположения вроде возведения его в имамат после Ша­миль-эфенди. Он в 1253 (1837) году стал в Телетле наибом Ша­миль-эфенди, а в 1259 (1843) году, когда на это селение Телетль напали русские войска, он был начальником и предводителем лез­гин, выступивших с той стороны, и проявил большую доблесть в произошедших там жестоких битвах. Когда Шамиль-эфенди сдался упомянутый Кибит-Магомад выселился из Дагестана, отправился в Турцию и там умер.

Затем был весьма храбрый наиб и военачальник по имени Ханверди-Магомад. В 1256, (1849) году в Чечне, в битвах с русскими он проявил храбрость и способность, а в 1259 (1843) году в проис­ходивших там сражениях он также проявил много доблести и был там убит.

Далее был храбрый военачальник по имени Бок-Магомад, родом казикумухец, приобретший имя и известность на службе у Ша­миль-эфенди. Этот человек в 1269 (1853) году со значительной кон­ницей появился в Табасарани, был окружен в селении Шилаги рус­ским войском, а в произошедшей там большой битве был ранен, взят в плен, отправлен в Дербент и от ран там умер.

Затем Кур-Магомад-эфенди, известный под именем Кур-Молла. Этот человек по происхождению житель селения Хойми Казикумухского округа. Получив некоторое образование, он во время Аслан-хана стал муллой в селении Магарамкент Кюринского округа. Ставший ханом после Аслан-хана - сын его Магомад-Мирза-хан вызвал к себе этого Кур-эфенди, почему-то приказал ему выпить вина, и, напустив на него своих слуг, принуждал, чтобы тот обя­зательно выпил этот напиток.

Но эфенди в виду запрещенности питья его, отказался от него, перенес всякие побои и вытерпел пытку. Тогда этот хан приказал своим слугам вырезать ему оба глаза. Слуги один глаз ему выреза­ли совсем, а другой кругом слегка поранили ножом, окровавили вроде вырезанного и смилостивились к нему. В таком состоянии он был отпущен. Потом этот эфенди бежал к Шамиль-эфенди и сос­тоял на его службе начальником всадников и в других должностях вплоть до сдачи Шамиль-эфенди. Потом он вернулся в Казикумух и умер спокойно на своей родине.

Далее Гаджи-Юсуф. Этот человек, будучи родом из Чечни, от­правился оттуда в Египет, долго оставался там и, изучив там араб­ские науки и науки военные, долгое время состоял на службе у хе­дива. Наконец, в 1263 (1847) года, когда, он, вернувшись на Кав­каз, явился к Шамиль-эфенди и выказал перед ним свои качества и совершенства. Шамиль-эфенди весьма возвеличил его, использо­вал, дав ему в сообщество интеллигентных и способных лиц для распространения в Дагестане усвоенных им знаний в артиллерийс­ком искусстве и в геометрии; назначил его наибом в Чечене, а при укреплении всех находившихся в его владениях крепостей и окопов - руководствовался его мнением и указаниями. Но так как, когда он был наибом в Чечне, общества были недовольны его обращени­ем, Шамиль-эфенди отставил его от должности их наиба, но поч­тил и возвеличил в прочих должностях. А когда в 1271 (1855) году возникла война между Россией и Турцией, Гаджи-Юсуф тайно от Шамиль-эфенди затеял переписку и сношения с пашой Карса и был заподозрен в каких-то намерениях. Поэтому Шамиль-эфенди выслал его в селение Андийского округа, называемое Акнода, и ве­лел там держать его под надзором. Но в 1273 (1857) году он. бежал из того селения к русским в город Грозный и в день прибытия туда ночью умер.

Также Инков-Гаджи. Это был человек, происходивший из селения Чох Гунибского округа и совершивший большие подвиги при Шамиль-эфенди с момента его выступления и до конца, обладая при этом способностями в артиллерийском искусстве. Шамиль-эфенди засватал его дочь за своего сына и тем завязал с ним узы родства, а его сына Исмаила Шамиль-эфенди назначил в Чохе наибом. Когда же Шамиль-эфенди сдался, Инков-Гаджи пересе­лился в Турцию, но, не устроившись там, снова вернулся сюда и умер у себя на родине. Упомянутый сын его Исмаил с того време­ни до сих пор состоит в Дагестане на русской службе в должнос­ти наиба и пользуется почетом и уважением.

Также Амир-хан. Это писатель, происходивший из селения Чиркей, хорошо изучивший арабские науки и обладавший красивым письмом. Он более двадцати лет прослужил у Шамиль-эфенди в должности начальника канцелярии, причем в 1256 (1840) году поехал от Шамиль-эфенди в Константинополь, повидал там кое-ко­го из вельмож турецкой империи, и с ним было выслано оттуда в Дагестан много снаряжения, оружия и тканей. Но по пути при пе­ревозке сюда через Черное море все эти вещи были захвачены стражниками Российской империи, и труд Амир-хана, понесенный в течение трех-четырех месяцев пропал даром. Только лишь сам он с большими лишениями добрался до Дагестана.

У Шамиль-эфенди еще много выдающихся людей, и его деяния, совершенные за двадцать пять лет, охватить и изложить здесь нет возможности]57. Только история его завершается тем, что со всех сторон ежегодно сильные войска Российской державы непрерывно нападали на него, люди гибли, население потеряло возможность заниматься хозяйством и больше не могло выдержать таких тяж­ких лишений. И вот в 1276 (1859) году наместник Кавказский ге­нерал-фельдмаршал князь Барятинский окружил Дагестан со всех сторон и в селении Гуниб принудил Шамиль-эфенди сдаться. Пос­ле сдачи он был сослан с семьей своей в Россию и с почетом был поселен в городе Калуге. Под конец он оттуда отправился в Хиджаз, совершил хадж в священную Мекку, поехал затем в славную Медину и там скончался. Старший сын его Гази-Магомад-эфенди со своей семьей живет там, а младший сын Магомад-Шафи-эфенди сделался на русской службе генералом и живет в России.

1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   12


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница