Составил Мирза Гасан-Эфенди сын Гаджи Абдулла-Эфенди Алкадари Дагестани Перевод и примечания али гасанова махач 1929 кала слово об алкадари



страница3/12
Дата24.04.2016
Размер2.68 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12
ГЛАВА 2-я.

О событиях в Дагестане после появления Тамерлана и до появле­ния в этой стране войск Турции и Сефевидской Кизилбашской им­перии.

Так как в сущности наше желание заключается в том, чтобы изложить из событий в Дагестане то, что свидетельствуется исто­рией или стало достоверным из преданий, то мы не могли выяс­нить, как управлялся Дагестан в период царствования Чингизидов. Оказывается возможным изложить лишь некоторые события, свя­занные с правителем Тамерланом61. Этот правитель Тимур, сын правителя Туракая, бывшего в составе правителей Чингисхана, стал под конец очень могущественным царем. Родившись в 736 го­ду Гиджры, по христианской эре в 1335 году, он выступил в 771 году Гиджры, по христианской эре в 1369 году, и умер в 808 году Гиджры, по христианской эре в 1405 году. Столицей его был город Самарканд. О нем один перс сложил следующее стихотворение:


Властитель Тимур, коему не было равного шаха,

Появился на свет в семьсот тридцать шестом,

Выступил в семьсот семьдесят первом,

Покинул мир в восьмисот восьмом.


Другой сложил такой стих:
Он носил имя Тимур, т. е. железо.

Кто доростет до него в злодеяниях?


Этого царя дагестанцы называют хромой Тимур. Из его дея­ний в сборнике Доулетшаха62 и в «Гюлистани-Ирем» приводится между прочим, что, когда он после завоевания Грузии совершил поход в Ширван, бывший в то время правителем Ширвана некто Ибрагим, вынужденный обстоятельствами, устроил ему почетный прием, выступив со своей свитой на встречу царю. Тимур-шах дал этому Ибрагиму титул Ширваншаха и утвердил его в тамошних его владениях. Пробыв в тех краях значительное время, Тимур со своим войском двинулся в сторону Дагестана.

В 797 году Гиджры, соответствующем христианскому 1394 го­ду, весной вступив в Дербент и завоевав эти края, он двинулся от­сюда в страны при Тереке, а с ним было такое организованное и многочисленное войско, какого не наблюдалось раньше того нико­гда. Оттуда он отправился на Астрахань и Российские владения и, одержав в разных местах победы, снова вернулся в Дагестан че­рез черкесские земли, причем, во всех попутных местах выявлял жестокость и насилие над обществами и племенами, не выражав­шими ему повиновения и разорял их укрепления и селения. Автор «Гюлистани-Ирем» пишет, что царь Тимур, покорив группу кумыков, живших между реками Тереком и Сулаком, вторгся оттуда в Чеч­ню и разгромил бывший там город Алмак, имевший семь-восемь тысяч домов. Оттуда он направил свои войска на Салатавию че­рез горы, по дороге, которая теперь называется Тимуршахской, разрушил с бою укрепления, бывшие в местностях под названиями Берктау, Алхастау, Чопантау и Батлук; оставшихся в живых из их жителей выселил в другие места. В частности, поселив большинст­во их на место теперешнего селения под названием Чиркей, - он основал это селение, так как там до тех пор селения не было, а место это было пустое, известное под названием Чиркаб.

Историки пишут, что царь Тимур при своем возвращении в Да­гестан, переправился через Койсу и напал на город с населением в семь-восемь тысяч домов, стоявший на месте селения, теперь назы­ваемого Кадар. Но так как местность того города была недоступ­ной, а его население было искуссным в войне, то Тимур, не мог его взять, но схитрил, сделав вид переговоров о мире, и обманул та­мошних старейшин. Он предпринял действия, как будто посылает им в подарок товары в сундуках, а в сундуки посадил вооружен­ных людей, причем, когда их кое как переправили через городские ворота, те изнутри открыли дорогу бывшим снаружи, а те снару­жи вторглись внутрь, завладели городом и тот час же разрушили и разгромили город и перебили его население. После, того город этот, не приходя в прежнее состояние, превратился в небольшое селение.

Пишут также, что когда Тимур-шах воевал с бывшим в тех краях кумыкским населением, один из вождей кумыкского племени по имени Гублен, бывший кривым на один глаз, был осажден со сво­им отрядом и, не находя другого выхода из беды, известил ша­ха, что мол «я тебя самого хочу видеть». Ввиду этого Тимур-шах послал ему ответ, чтобы этот вождь Губден пришел и повидал его. Тогда Губден сел верхом на быка и, прибыв к шаху, сказал в форме шутки, что, мол, «я кривой имею тебе хромому задать один вопрос: что мы за люди, и что из себя представляют наши владения и наше богатство, чтобы такому завоевателю и могущест­венному царю, как ты, подобало, придя сюда, переносить лишения и воевать с нами? И что именно ты можешь пожелать от нас по­лучить?». Тимур-шаху понравились его слова. Он его одарил, от­ряд его пощадил, даже самого его сделал владельцем всех земель и угодий, приуроченных теперь к селению Губден. заставил там основать это селение и поселил его там. И селение то названо его именем. Остающиеся там теперь неродовитые беки относятся по происхождению к потомкам того Губдена. Также и неродовитые беки теперешнего селения Карабудахкент относятся к потомкам то­го же лица по имени Губден.

Из следов пребывания Тимура в Дагестане, и рассказов о нем заслуживает внимания между прочим то, что в Терекемейском магале есть холмы, которые, проходя по землям Утамыша и прости­раясь под селением Буйнак и мимо Тарки, доходят до места, на­зываемого Тимуркою63, а оттуда продолжаются далее, а именно в сторону Эндери. И молва, как бы называя эти холмы именем Тимура, гласит, что их соорудил из земли Тимур-шах, когда про­ходил в тех местах с войсками туда и обратно. В общем после та­кой прогулки по Дагестану Тимур в 798 Гиджры 1395 христианс­кой эры, отправился из Дербента в Ширван, а оттуда в Грузию и Персию и больше не имел случая вернуться в эти края.

Историки пишут, что Тимур-шах, как бы жестоко ни карал со­противлявшихся и воевавших с ним, однако, не отказывал в долж­ной справедливости и снисходительности покорному и послушному населению. Он завоевал более четверти населенной территории земного шара, включая владения Индии, Кашгара, Китая, Сирии и Египта, взял в плен из османских султанов Илдирим-Баязида и оказывал милость и почет таким суннитским ученым, своего века, как сеид Шериф Джорджани и Садеддин Тафтазани.

Рассказывают, что почтенный шейх великий Хафиз Ширазский был вызван к Тимур-шаху, который сказал ему:


«Ты в своих стихах говоришь:

«Если бы та ширазская турчанка полюбила меня,

За родинку на ее щеке я подарил бы и Самарканд и Бухару».
«Как же это так? Я силой меча покорил больше четверти насе­ленной земли, разрушил несколько тысяч крепостей, обстроил свою столицу Самарканд и мать городов Бухару, а ты такие большие го­рода даришь за родинку на- щеке какой-то возлюбленной житель­ницы Шираза».

Тогда почтенный старец Хафиз, указав на бывшую на нем гру­бую, заплатанную одежду, доложил шаху:

«Вот именно такие неуместные64 подарки должны были довес­ти меня до этого несчастного состояния одетого в лохмотья»...

Шаху понравились его ответы и он оказал ему подобающую милость и уважение.

Впрочем, аллах лучше знает правду.
ГЛАВА 3-ья.

О событиях после начала возникновения Сефевидской Кизилбашской державы и появления турецких войск в Дагестане до перво­го появления здесь русских войск.

Историки пишут, что в 851 году Гиджры, соответствующему 1447 христианской эры, некий ученый благочестивец по имени Шейх-Джунейд, который теперь похоронен в селении Хазри65, вы­ступил из города Ардебиля с некоторым числом своих мюридов и учеников, перешел через Ширван и направился сюда. С ним было до тысячи человек последователей. Собственно Шейх Джунейд объявил, что он отправится в страну черкесов воевать за веру, но тогдашний ширваншах Султан-Халил, боясь, что, если Шейх-Джу­нейд в Дагестане приобретет силу и власть, то и Ширванская об­ласть также перейдет к нему, послал в Дагестан своих людей и подготовил табасаранцев и других, чтобы они вступили в войну с Шейх-Джунейдом и не дали дороги туда.

Тогда, в Кюринском округе около селения Гапцах, на левом бе­регу реки Самура, дагестанцы перерезали дорогу Шейх-Джунейду, сразились с ним и убили его там, при чем оставшиеся в живых из его последователей и учеников перенесли его тело через Самур на Кубинскую сторону и похоронили в селении, теперь называющемся Хазри.

Этот Шейх-Джунейд происходил из потоков Имама- Мусы Казима, да будет благословение и благоденствие над его предками и потомками, из рода шейха Сефиюддина. Когда в Ардебиле около него стало группироваться население и тамошний правитель того времени Кара-Коюнлу Джихан-шах, заподозрив его, что он отни­мает у него власть, стал мешать ему и притеснять его, упомянутый шейх двинулся сюда, но здесь встретил еще большее сопротивле­ние.

Историки, также пишут, что сын того шейха Джунейда, шейх-Гайдар, подобно своему отцу, увеличив число своих мюридов и вооруженных людей, тайно сговорился с ними, чтобы они в назначен­ное им для них время собрались и захватили власть. Шейх Гайдар велел своим приверженцам для узнавания друг друга изготовить из красного сукна однообразные уборы для головы, вроде папахи, с тем, чтобы на них было двенадцать знаков, как указание на то, что они приверженцы двенадцати имамов. Относительно этого но­вовведения Шейх-Гайдар объявил, что он во сне получил такой при­каз свыше. Бывшему во время этих его действий в Ардебиле ца­рем, его двоюродному брату со стороны матери, Аккоюнлу султа­ну Якубу это не понравилось, и когда последний стал ему мешать, Шейх-Гайдар со своими приверженцами из Ардебиля двинулся в Нухинский уезд, а, оттуда направился в Дербентский район. Его приверженцы, и сам он по причине красных головных уборов полу­чили прозвище Кизилбаш66. Когда Шейх-Гайдар с большими воо­руженными силами подходил к Дербенту, население Дербента не пустило их и между сторонами произошли сражения. Потом дербентцы были осаждены, и попросили помощи от Ширваншаха. Но шах Ширвана по имени Ферухсияр, сообщив об этих обстоятельст­вах Ардебильскому шаху Султану Якубу, попросил помощи с его стороны, и Султан Якуб выслал из Ардебиля в Ширван четыре тысячи всадников под командой Сулейман-бека Биджен-оглы. Шах Ширвана спешно выслал с ними в помощь дербентцам также и со своей стороны немного войска. Когда эти подошли, то снаружи эти, а изнутри дербентцы повели атаку на Шейх-Гайдара и его привер­женцев, разбили и рассеяли их. С обеих сторон пало много людей, при чем Шейх-Гайдар, бежавший с уцелевшими приверженцами из под Дербента в сторону Табасарани, был убит на левом берегу ре­ки Рубаса в местности, называемой теперь Шейх-Гайдаром. Тело его было похоронено в селении Тинит, стоящем примерно на один фарсах67 выше оттуда. Это событие произошло в 895 году Гиджры, а христианской эры в 1489.

Историки пишут, что, когда после этого случая с Шейх-Гайда­ром прошло около двадцати лет, и шах Исмаил Сефевидский вто­рично прибыл в Ширван, то он велел перевести тело Шейх-Гайдара из Тинитской его могилы, а там лишь для обозначения места погребения остались склеп и надстройка, но что в могиле ничего не осталось из его тела. Впрочем, бог лучше знает.

Предание гласит, что сыновья упомянутого шейх-Гайдара, по именам Султанали, Исмали и Ибрагим, остались в Ардебиле, что из них старший по имени Султанали, подобно своему отцу, начал собирать вооруженные силы, и что вышеупомянутый Султан-Якуб заключил их всех под арест в крепость Истахар вместе с их ма­терью, которая была сестрой Султана-Якуба, а после пребывания там в тюрьме в течение четырех с половиной лет, они были осво­бождены и вернулись в Ардебиль. Но через некоторое время, когда Султанали здесь занялся собиранием мюридов, Ардебильский шах, найдя это дело предосудительным, выслал Султаналия и его брать­ев в Тавриз и распорядился, чтобы там за ними наблюдали. Когда же и в Тавризе около них стали собираться мюриды, Тавризский правитель, по имени Рустем Мирза, захотел распустить их отряд. Тогда Султанали - взяв тех двух братьев своих, бежал из Тавриза с мюридами в числе до семисот человек в сторону Ардебиля. В погоню за ними Рустам-Мирза послал одного военачальника по имени Абил-Султан с четырехтысячным войском. Это войско нас­тигло отряд Султанали в местности близ Ардебиля, где между сторонами произошел жестокий бой, при чем Султанали был там убит, а оставшиеся были рассеяны. Тогда некоторые из мюридов Султанали дали возможность его младшим братьям Исмаилу и Ибрагиму бежать оттуда и, после того, как в течение сорока дней скрывали их в Ардебиле, наконец тайком отвезли их оттуда в го­род Гилян. Называвшийся Исмаилом был в то время шестилетним мальчиком. Впоследствии Исмаил, выросши в тех краях, начал осуществлять завет своих отцов и собирать мюридов. Но собрав там немного людей и прибыв с ними в Ардебиль, он не мог здесь ничего сделать и двинулся отсюда в Талыш. Одну зиму он оставал­ся в Талыше, оттуда снова поехал в Ардебиль, оттуда двинулся в Карабах, и здесь у него собралось много войска. С ним Исмаил двинулся в Ширван, и тогдашний шах Ширвана Ферухсияр, соб­рав до двадцати тысяч человек населения Ширвана, выступил вой­ной против того повстанца, причем после большого сражения меж­ду двумя партиями выше Шемахи, в местности, называемой Киз-Каласи68, ширванцы были побеждены. Ферухсияр со своими глав­ными воначальниками был там убит, а его сын Ибрагим-шах бежал из Ширвана к морскому берегу, а оттуда на судне спасся в Гилянское владение. Покорив Ширван и завладев тамошними шахскими ценностями и сокровищами. Исмаил оттуда двинулся на Баку. Ба­кинское население, пробыв немного времени в осаде, наконец, по­корилось ему, и Исмаил отсюда также собрал много ценностей и имущества. Затем отсюда двинувшись в сторону Ирана и везде одерживая победы, Исмаил покорил те края и, сделав город Тавриз столицей, сел там на престол и стал шахом Исмаилом. Дата его во­царения 911 Гиджры и 1505 христианской эры.

В 930 году Гиджры Исмаил-шах умер, и на Иранский престол вступил его сын Шах Тамасп первый. По приказанию этого шаха на могиле их предка Шейх Джунейда, похороненного в селении Хазри, построены склеп, около него мечеть, как место молитвы для мусульман, и кельи. В 948 году Гиджры, в 1576 г. христианс­кой эры Шах Тамасп первый умер, и власть досталась его сыну шаху Исмаилу второму, и когда и этот умер, и власть перешла к его брату Султану Мухаммеду Худа-бенде, то в Дагестанской стра­не произошло одно новое событие.

А именно: население Ширвана, будучи обижено различного ро­да притеснениями и угнетением со стороны Сефевидского государ­ства, решило сбросить с этой провинции Сефевидскую Кизилбашскую власть и поставить ее под защиту высокой Оттоманской дер­жавы. С этой целью Абубекр-Мирза Бурган-Мирза оглы, происхо­дивший из рода Ширваншахов, спасшись перед тем от кизилбашцев, бегством в числе других лиц, и проживая в Дагестане, пови­дался с местными старейшинами и вождями и просил их оказать помощь населению Ширвана, когда оно захочет поднять восстание против Сефевидской державы. Дагестанские старейшины дали Абу-бекр-Мирзе в этом деле обещание. Абубекр-Мирза отправился да­же в земли черкесов и таким же образом привлек тамошних ста­рейшин к своему предприятию. Кроме того, из влиятельных жите­лей Ширвана несколько человек отправилось в Стамбул, доложили о своих планах Султану Мурад-Хану и просили у него помощи, вследствие чего его величество со своей стороны назначил в Шир-ван Лала-Мустафа-Пашу со стотысячным войском. С одной сторо­ны до трех тысяч вооруженных лезгин с Абубекр-Мирзой и насе­ление Ширвана, соединившись напали на агентов Сефевидской власти и их войско, а с другой стороны подоспел Лала-Мустафа-Паша, и, в результата после многих битв Ширван и Грузия, вклю­чая Тифлисский и Нухинский уезды, оказались присоединенными к владениям Оттоманской державы. Затем, когда Лала-Паша, сос­тоял временно в должности верховного правителя Ширвана, назна­чил местных правителей в каждое из тех владений и сделал необ­ходимые распоряжения, все старейшины и правители Дагестана подчинились ему, причем некоторые, лично отправившись туда, а другие, отправив своих послов с письмами, связались с тем пашой узами единения.

Между тем, один из агентов Сефевидской державы, бывший правитель Нухинского уезда, Иса-хан спасся бегством оттуда в Персию. Также спасся бегством бывший бегляр-беком в Ширване со стороны Персии - Арасхан. В результате все земли по сию сто­рону реки Куры были полностью покорены Турцией.

Лала-Мустафа-Паша, осуществив необходимые мероприятия в Ширване, и укрепив Шемахинскую, Арешскую и Бакинскую цита­дели, поставил в Ширване на должность бейлярбека Абубекр-Мирзу, при нем оставил немного турецкого войска, а сам вернулся в сторону Малой Азии.

Затем персидский шах Султан Магомед Худа-бенде, узнав, что Лала-Паша ушел отсюда и что в Ширване при Абубекр-Мирзе из турок осталось немного войска с Осман-Пашой, сделал распоряже­ние своему сыну, наследнику престола, Гамза-Мирзе, переправиться с войском через Куру и завладеть Ширваном. Когда этот Гамза-Мирза прибыл в Карабаг, бывший персидский бейлярбек Шир­вана Арасхан, который перед тем спасся бегством из Ширвана на ту сторону и стоял на берегу Куры со своими привережнцами и правителями, коих мог собрать, не ожидая принца, решил до его прибытия отправиться и восстановить в Ширване свою прежнюю власть. С этим намерением Арасхан со своим отрядом осадил Ше­маху и запер там турецкое войско, а также Осман-Пашу, Абубекр-Мирзу и других.

Султан Мурад-Хан, отправляя сюда Лала-Мустафа-Пашу, пред­ложил также крымскому губернатору Магомад-Гирей-Хану, чтобы он отправил в Ширван через Дагестан своего брата с таким отря­дом, какой только может послать, дабы в нужный момент всту­пить в бой с персидским войском. В этом отношении Магомед-Гирейханом дано было обещание и его войско выступило оттуда и находилось в пути в эти края, причем остававшийся в Ширване Паша Осман, благодаря переписке, знал, когда именно крымское войско прибудет туда. Полагаясь, на эти сведения, Осман Паша в соответствующий день сделал вылазку с бывшим в Шемахинской цитадели войском и вступил в бой с Арасханом. Когда с обоих сто­рон побоище дошло до разгара, вдруг прибыл туда брат крымско­го правителя Адиль-Гирей-Султан с двадцатитысячным крымским войском и с лезгинами, присоединившимися к ним из дагестанцев, и вот они с двух сторон окружили Арасхана и его сторонников и перебили их. Лишь немногие лица из персидских сторонников спас­лись там едва живы, бежали оттуда и переправились через Куру на ту сторону.

Между тем Осман Паша после гибели Арасхана вернулся в Ше­махинскую цитадель с оставшимся при нем турецким отрядом, а Адиль-Гирей-Султан, Абубекр-Мирза со своими отрядами, а. также бывшие там лезгины решили отправиться на берег Куры и раз­грабить лагерь, в котором раньше стоял Арасхан, так как там бы­ло собрано много имущества и ценностей. С этой целью они дви­нулись туда, а принц Гамза-Мирза, получив известие об этом, рас­порядился, чтобы Талышинские правители со своими отрядами не­медленно позаботились защитить тот лагерь и чтобы они разру­шили мост, возведенный ими на Куре. Но Адиль-Гирей-Султан и Абубекр-Мирза с частью своих отрядов, дойдя до реки Куры и ви­дя, что мост снят, въехали на лошадях в реку и с трудом перепра­вились на ту сторону, после чего охранявшие на той стороне ла­герь бежали и рассеялись, а эти разграбили все собранное так имущество и снаряжение и даже взяли в плен персидских женщин и детей, которые не могли бежать и оставались там. Затем они на­правились к удобному броду, переправились обратно через реки и двинулись в Ширван с багажом, имуществом, женщинами и деть­ми.

Между тем, со стороны принца Гамза-Мирзы двинулись в Шир­ван и пришли туда по другой дороге визирь Мирза-Салман-хан и другие командиры с войском. Они, узнав, что Адиль-Гирей-Султан и Абубекр-Мирза ездили на грабеж и возвращаются, предприняли в этом отношении меры, чтобы, назначив часть своих войск для осады Шемахинской цитадели, с остальными силами организовать нападение на возвращавшихся из набега. Сделав такие распоряже­ния, Мирза-Салман-Хан с большими силами двинулся навстречу возвращавшимся из набега Адиль-Гирей-Султану и Абубекр-Мирзе и встретился с ними на берегу Аксу в местности, именуемой «по­селок Молла-Гасана», где и произошло между ними сильное сра­жение. Здесь Адиль-Гирей-Султан, будучи ранен острием копья, упал с лошади и кизилбаши взяли его в плен, а все бывшие здесь крымские войска, лезгины и прочие, бежали и рассеялись, причем взятое ими в набеге имущество и снаряжение персы отняли у них с избытком. Даже Осман-Паша, взяв с собой остававшийся при нем в Шемахинской цитадели турецкий отряд, двинулся оттуда в сторону Дербента, Персидский отряд, пустившийся преследовать его, отбил кое-что из его артиллерии и обоза, но не мог настичь ни его, ни отряда, так как лезгины быстро привели их к Дербенту по безопасной дороге. Спасшиеся бегством крымцы также пришли в Дербент и отсюда возвратились в Крым.

Персы сначала как будто решили держать попавшего к ним в плен Адиль-Гирей-Султана под охраной в соответствующем поме­щении, но потом убили его под предлогом, будто ему было предло­жено перебраться в другое помещение, а он не принял этого пред­ложения и начал спорить.

Абубекр-Мирза после сражения бежал в Ширван, оттуда в Нухинский уезд и там также не отказался от собирания около себя лезгин. Таким образом вся территория Ширвана снова подпала под власть Персидской державы, причем со стороны шаха Султан-Ма­гомеда Худабенде правителем этой территории был назначен нек­то по имени Магомед-Кули Халифа и было там поставлено персид­ское войско.

Крымский правитель Магомед-Гирей-Хан, получив известие, что его брат попал в руки персов, и что они держат его под охраной, написал письмо персидскому шаху и с подобающими подарками послал к нему людей своих, с которыми отправилась сюда также и мать Адиль-Гирей-Султана с целью по прибытии в Ширван по­видать своего сына. Но когда они прибыли в Дагестан и достигли подвластного Шамхалу селения Кумык, то узнали достоверно, что Адиль-Гирей убит и что нет смысла ехать дальше. Когда при этих условиях они стояли в том селении несколько дней, собираясь оттуда вернуться обратно, общество этого селения отобрало у них взятые для шаха подарки и другие их вещи и обидело их. На это они принесли жалобу Шамхалу в ожидании получения от него окончательного ответа оставались там, причем мать их хана умер­ла в этом селении Кумык и была там похоронена. Могила ее нахо­дится в местности, теперь называемой «Татар-син». Так как эта пленница по причине нанесенной ей такой обиды назвала это се­ление Кафир69 Кумык, то Шамхал и другие дагестанцы, найдя также это имя для них, подходящим, дали наименование Кафир-Кумык, и это имя осталось за ними и до настоящего времени.

После этого происшествия, со стороны султана Мурад-Хана снова последовало распоряжение Крымскому правителю, и оттуда снова выступили в поход братья Адиль-Гирей-Султана Гази-Гирей-Султан и Сафи-Гирей-Султан с крымским войском в направлении Дагестана, чтобы идти, на Ширван. Вместе с тем султаном Мурад-Ханом было приказано вышеупомянутому Лала-Мустафа-Паше предпринять поход в Ширван. И также Осман-Паша, прибывший в Дербент, с этой стороны собрал дагестанских старейшин и их войска для этой же цели. Также и Абубекр-Мирза организовал от­ряд из жителей Нухинского уезда и из Джарских лезгин. Между тем, для защиты Ширвана визирь Мирза-Салман-Хан с персидски­ми отрядами двинулся в Шушинский уезд, но до его прибытия Ширванский правитель Магомед-Кули-Халифа, услыхав, что со стороны Дербента идут крымские и лезгинские отряды, поспешил со своим войском им навстречу с целью дать сражение. Встреча обеих групп была на правом берегу реки Самура и между ними произошел беспримерный бой. Здесь Магомед-Кули-Халифа и боль­шинство его войска были убиты, а их имущество и обоз перешли к татарам и лезгинам. Из персидского отряда воины, сумевшие бе­жать, бежали в Ширван и спаслись. Затем лезгины, наполнившие свои вьюки добычей, услыхав, что с той стороны в Ширван идет с Мирза-Салманом свежее персидское войско, побоялись и не пошли туда, и большинство их вернулось по домам. Султаны70 Гази-Гирей и Сафи-Гирей с частью своих отрядов расположились в городе Дербенте при Осман-паше, а также многие из жителей Шир­вана пришли к нему и расположились с ним в городе Дербенте, а Абубекр-Мирза со своим отрядом расположился в селении Хачмаз, Мирза-Салман-Хан, вступив в город Шемаху, убедил­ся, что там не осталось ни Магомед-Кули-Халифы, ни его при­верженцев, и что его войска погибли, С другой стороны он уви­дел, что Ширванское население помогает его врагам, что со стороны Дербента подготавливается большое войско, и что в отношении провизии в Ширване голод и безмерно высокие цены. Принимая во внимание эти обстоятельства, он взял бывшее с ним войско и все бывшие в Ширване предметы снабжения, вернулся в Тавриз и о происшедшем доложил Шаху,

Затем Шах вновь собрал и организовал войска и сам отправил­ся на берег Куры, где в местности под названием Хамашере на бе­регу Куры было сосредоточено очень большое войско, стоявшее там в ожидании дальнейшего увеличения снаряжения. Вместе с тем и со стороны Дербента султаны Гази-Гирей и Сафи-Гирей с татарами и лезгинами вступили в Ширван, прошли его, достигли берега Куры, а там, переправившись на другую сторону реки Ку­ры, напали на персидское войско и в один очень дождливый и гряз­ный день обратили в бегство и рассеяли это войско, причем раз­грабили много имущества и груза и при содействии населения Ширвана переправились через Куру по безопасному броду, перешли на эту сторону и вернулись в Ширван. Персидские войска, рассеяв­шиеся после этого события, вновь собрались и некоторое время стояли там в местности под названием Кизил-Агач, а тем временем из Дербента Осман-Паша с бывшим при нем турецким войском прибыл в Шемахинскую цитадель, часть войска оставил здесь, а часть послал в Бакинскую крепость для ее укрепления.

Далее, когда визирь Мирза-Салман-Хан с бесчисленным войс­ком двинулся на Шемаху, Осман-Паша и крымские султаны со своими отрядами выступили им на встречу в местность, называв­шуюся поселком Молла-Гасан, но увидели, что на этот раз на сто­роне персов значительное превосходство сил. Поэтому вернувшись оттуда, Осман-Паша и крымские султаны не задержались в Ше­махе, а поспешили в Дербент. Мирза-Салман-Хан без боя овладел Шемахой; оттуда двинулся на Бакинскую крепость и держал эту крепость в осаде в течение восемнадцати дней. Однако, когда взять ее не удалось, Мирза-Салман-Хан оставил ее в покое, вернулся с войсками обратно в Ширван и видя, что войско очутится в тяже­лом положении в отношении продовольствия, перебрался оттуда в Карабаг. В Карабаге он собрал тех, кто выражал верность Персид­ской державе из Каджарской группы и из других племен и родов, и возложил на них обязанность защиты Ширвана, причем управ­ление Ширваном он поручил бейлярбеку Карабага Каджару Имам-Кули Зияд-Оглы. Этот бейлярбек, волей или неволей приняв эту должность, переехал в Шемаху вместе с назначенными состоять при нем правителями и их отрядами.

Получив эту весть, Осман-Паша и крымские султаны Гази-Гирей, и Сафи-Гирей, с бывшими при них войсками, двинулись в Ширван, при чем, со стороны Иман-Кули-хана были против них высланы Пейкяр-Хан и остальные вожди племен Каджар, Чакярлу, Кирманлу и других. Они встретились с Осман-Пашой и крымс­кими султанами между Шемахой и Шабраном. Между ними про­изошел ожесточенный бой, при чем Гази Гирей-Султан в пылу битвы упал с лошади и попал в плен к персам, а Сафи-Гирей-Султан спасся бегством, Гази-Гирей-Султана персы отправили оттуда в крепость Аламут, которая находится между Казенном и Гиляном и содержали там до 997 года Гиджры, 1588 христианской эры, ко­гда он был освобожден, выслан в Турцию и оттуда вернулся в Крым.

Осман-Паша вернулся в Дербент и стал там выжидать прибы­тия нового войска и резервов. Лишь в 991 году Гиджры, 1583 хрис­тианской эры, из Дербента двинулись в Ширван прибывшие в Дер­бент из Турции новые турецкие войска во главе с Осман-Пашой, Джафар-Пашой, Гайдер-Пашой, Шамсибеем и Пияла-беем и при­соединившись к ним дагестанские старейшины со своими отряда­ми.

Против них со стороны персов выступили с войском Имам-Кули-Хан Каджар, командир вспомогательного отряда Карадаглы и дру­гие. Обе армии встретились недалеко от реки Самура, в местнос­ти под названием Паласа, при чем, как только битва началась, пер­сы были разбиты. Имам-Кули-Хан Каджар и другие персидские военноначальники были там убиты, а остатки вооруженных сил бежали оттуда, и, не задерживаясь в Ширване вернулись в Иран. Территория Ширвана совершенно очистилась от персидских отря­дов, а Осман-паша со своими товарищами отправился в Шемаху и занялся мероприятиями по ее укреплению. Таким образом, Шир­ван, Куба, Дербент и Дагестан целиком подпали под протекторат Оттоманской империи.

Между тем упомянутый выше Абубекр-Мирза, вследствие, не­внимания к нему со стороны турок, восстал против них и послал своего сына Бурган-Али-Мирзу в Персию для выражения своей верности этой державе. В это время шах Султан Магомед-Худа-бенде отрекшись от власти, уже передал ее своему сыну Шаху Аббасу Первому. Этим шахом даны были Абубекр-Мирзе обещания, в виду чего Абубекр-Мирза с нухинцем по имени Шах-Мир Хан старался среди дагестанцев найти верных сторонников Персии, ко­торые бы, изменив Турции, восстали против нее. И вот, в 1010 году Гиджры, 1601 году христ. эры, они нашли себе сторонников и то­варищей из Кюринского округа, из Табасарани и прочих районов Дагестана и собрали их в Кубинском уезде в местности Паласа, около селения Агбал. Тогда Ширванский губернатор Ахмед-паша прибыл туда со своим войском и между ними произошла битва, в которой сторонники Абубекр-Мирзы и Шах-Мир-Хана были побеж­дены и рассеялись. Шах-Мир-Хан оттуда бежал в Нухинский уезд, а оттуда перебрался в Иран. А куда ушел Абубекр-Мирза после бегства оттуда и что с ним стало, неизвестно, и он исчез бесследно. Потом губернатор Ахмед-паша опустошил Кубу71, велел пост­роить крепость в сел. Кусары и поставил там гарнизон.

Изложенные выше события заимствованы из «Гюлистани-Ирем».



Замечательное известие.

В 986 году Гиджры, 1577 году христ. эры, в селении Буйнак, по­сле смерти Дагестанского шамхала Чопан-Шамхала осталось пять сыновей его, а именно: Эльдар, Магомад, Андия и Гирей, коих мать была дочерью Султан-Ахмеда Уцмиева, и пятый сын по име­ни Султанмут, мать коего не была бекшей. Так вот первые четыре брата обездолили пятого, Султанмута, не дав ему части отцовско­го владения, так как его мать мол не бекша. Обозлившись по этой причине на братьев, Султанмут отправился во владения черкесов и через некоторое время пришел оттуда с войском против своих братьев. Те, убедившись в его силе, пожелали помириться с ним и дали ему из наследственных владении земли, принадлежавшие Чопан-Шамхалу, только между Сулаком и Тереком, а также окра­ины Чеченского магала и Салатавский магал, вплоть до границ Гумбетовского магала. Султанмут поселился в селении Чир-Юрте, взял под свою власть те земли и население и основал для себя уп­равление отдельно от других братьев.



Перечень нововведений правителя Султан-Ахмеда, уцмия Кайтагского.

Автор «Гюлистани-Ирем» покойный Абас-Кули-Ага в своей книге пишет, что вышеупомянутый порядок, при котором те из бекских детей, коих мать не бекша, не получают наследства из имущест­ва отца, противоречит справедливости и лишь установлен в Да­гестане уцмием Султан-Ахмедом, так как он в делах мирских и в управлении населением был опытен и ловок и в соответствии с об­стоятельствами72 установил несколько подобных нововведений, чем и выделился из ряда остальных уцмиев. Эти нововведения состав­ляют:

1) Прежде всего тот самый порядок, чтобы сын бека, если его мать не бекша, не был равноправен с детьми, матери коих бекши, а именно, чтобы ему не давать из отцовского наследства доли уп­равления, владения и прав над раятами, а также, чтобы в имуще­ственном наследовании он не был приравнен к тем.

2) Он велел записать обычаи и распоряжения, одобренные прежними уцмиями и касающиеся управления делами населения и передал копию сборника главному кадию магала, чтобы в судах решали народные дела, руководствуясь таковым (это большая дер­зость).

3) Место, где теперь находится селение Маджалис, было пусто­порожним. Лишь жители окрестных селений во время совещаний собирались там и устраивали заседания совета, а потом расходи­лись по домам. Этот уцмий велел основать там селение и наимено­вал его Маджалис73.

4) Земли, теперь находящиеся во владении селений Терекемейского магала, все принадлежали обществам селений Урчамиль и Башлы74. Они за те земли повинностей не платили, но уцмий наложил на эти земли повинности и послал своего сына по имени Хан-Магомед взимать за них налоги с башлинцев и жителей Ур­чамиль. Однако, общество сел. Урчамиль выказало презрение это­му Хан-Магомеду и не послушалось его, а Хан-Магомед отправил­ся к шамхалу, приходившемуся ему дядей по матери, взял у него помощь и убил одного старшину из урчамильцев. После этого зна­чительное время спустя уцмий под каким-то предлогом собрал старшин того общества и перебил их, земли те отнял и обратил в свое владение, а позднее там были поселены жители из населения Ширванского Теркеме и возникли селения. Упомянутый уцмий Султан-Ахмед умер после того, как еще при жизни в 996 году Гид­жры, 1587 году христ. эры вручил власть уцмия сыну своему Хан-Магомеду.


1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница