С. С. Ходячих Гарольд II и Вильгельм Завоеватель в «Песне о битве при Гастингсе»



Скачать 115.87 Kb.
Дата05.11.2016
Размер115.87 Kb.
С.С. Ходячих*

Гарольд II и Вильгельм Завоеватель в «Песне о битве при Гастингсе»: сравнительная характеристика
Предметом рассмотрения данного исследования будут являться образы последнего англосаксонского короля Гарольда II (1066) и сменившего его на английском троне нормандского герцога Вильгельма Завоевателя (1066–1087), представленные в латинской поэме «Песня о битве при Гастингсе»1, которая повествует о решающей и величайшей битве английской истории, состоявшейся 14 октября 1066 года у города Гастингса2.

Сам источник – «Песнь о битве при Гастингсе» до сих пор вызывает у исследователей некоторые сомнения3. Генри Питри, впервые обнаруживший «Песнь…» в 1826 году в одном из манускриптов XII века в Королевской Библиотеке Брюсселя, замечал, что «хотя первое впечатление от поэмы таково, что она кажется всего лишь литературным опусом, некоторые ученые пришли к мысли, что она была написана вскоре после битвы при Гастингсе и имеет ценность исторического источника»4. В предисловии к современному изданию «Песни…» отмечается, что она была написана Ги Амьенским5, епископом г. Амьена (1058–1075); указывается точная дата написания – до 11 мая 1068 года6. Первым, кто указал на авторство Ги Амьенского, был нормандский историк XII в. Ордерик Виталий. Он отмечает, что епископ Амьена Ги создал поэму, «в которой он описал битву на Сенлаке1…резко критикуя и осуждая Гарольда, и восхваляя Вильгельма»2. Британский историк Ф. Барлоу считает, что Ги «создал свою поэму скорее всего в 1067 году и определенно не позже»3, к тому же «Песнь…» не нормандского происхождения4. А. Грэнсден в качестве автора «Песни…» называет Вильгельма из Пуатье: Вильгельм был каноником и служил в капелле, т.е. в канцелярии Вильгельма Завоевателя, и известен как создатель «Деяний Вильгельма, герцога нормандцев и короля англичан» (ок. 1077 г.), прославляющих Завоевателя. Однако он замечает, что «авторство «Песни…» до сих пор является вопросом спорным»5. Р. Дэвис сомневается в авторстве Ги Амьенского, и также считает наиболее вероятным автором Вильгельма из Пуатье: по его мнению, основная часть поэмы была создана значительно позже 1067/68 гг. Как бы то ни было, изучение «Песни…» весьма важно для медиевистов, поскольку с большой вероятностью мы имеем дело с источником, почти современным описываемым в нем событиям и, позволяющем, хоть и опосредованно, их воссоздать6.

«Песнь о битве при Гастингсе» написана на латинском языке и состоит из 835 строк. Действие начинается в сентябре 1066 г. с высадки нормандского герцога Вильгельма у Сен-Валери (графство Понтьё) в устье р. Соммы и завершается его коронацией в Вестминстерском аббатстве на Рождество (25 декабря 1066 г.).

С первых строк поэмы становится понятна основная цель её написания: Ги, епископ Амьенский, прежде всего хотел обессмертить имя Вильгельма Завоевателя, прославив его военные заслуги. Уже во вступлении к «Песни…» он заявляет, что «восхитительно описывать великие дела могущественных людей», в особенности Вильгельма, «потомка королевской династии», который своим «бесстрашием обрел королевство». Следовательно, вполне логично «сохранить память о его [Вильгельма] подвигах на века» (CHP. 20-25). Сама поэма начинается экзальтированными приветствиями, адресованными будущему английскому королю: «Приветствую тебя, почтенный король, сторонник правосудия, защитник отечества … и церкви, … и пусть перья будут стремительными и быстрыми, чтобы воздать хвалу тебе» (Ibid. 26-29). Автор «Песни…» сравнивает Вильгельма с Цезарем, называя его «другим Цезарем [Юлием]» (Ibid. 32-33), который бесспорно одержит победу и проделает тяжелый путь к английской короне. На протяжении всего произведения выстраивается гиперболизированный образ Вильгельма Завоевателя. Подобный эффект достигается за счет использования многочисленных эпитетов, как правило, эмоциональных и метафорических: «беспокойное море вынуждало тебя задержаться» (Ibid. 43) (проявление бесстрашия и отваги), «почтенный король» (Ibid. 26) (уважение и восхваление), «великодушный король» (Ibid. 747), раздающий «поцелуи благодарности, охотно простивший преступления…, и оказал почести, кто находился под его покровительством» (Ibid. 748-750) (в данном случае – справедливый и благородный король, настоящий pater familias своего королевства, защитник обездоленных). В результате перед нами возникает образ ‘идеального’ короля – легитимного властителя, приверженца закона.

В оценке источником Гарольда II наблюдается прямо противоположная картина. В первых же строках, где появляется последний англосаксонский король, автор «Песни…» называет его «безнравственным королем», который не только вероломно захватил английский престол, но собирается в битве использовать «вероломное оружие» и «не боится довести своего брата до смерти» (Ibid. 129-130). В отличие от апологетического изображения подвигов Вильгельма Завоевателя, военные и прочие заслуги Гарольда II1, постоянно умаляются. Вполне допустимым выглядит предположение, что Вильгельма в свое время ознакомили с содержанием «Песни…», и окончательный ее вариант содержит следы «королевского редактирования»: он мог потребовать приукрасить свои «деяния», исправить неугодные ему отрывки и дополнить разделами, прославляющими его как нового короля.

Одно из следствий такого «редактирования» – неумеренное принижение предыдущего короля. Гарольд «довел» свою страну до того, что она была «разграблена ее ужасными жителями» (Ibid. 127-128). Такое состояние государства довольно нелицеприятно характеризует ее хозяина. В целом, Гарольд в поэме – яркая антитеза Вильгельма, и Ги Амьенский это многократно подчеркивает. Описывая англосаксонского короля, автор использует эмоциональные эпитеты и прилагательные с негативным оттенком: «завистливый», «нечестный», «ужасный». Немаловажную роль играют и аллегории: особенно показательно в этом плане сравнение Гарольда с братоубийцей Каином (Ibid. 137) – подлым человеком, потерявшим свое ego и живущим лишь одной завистью. Значимое место следует уделить и иронии Ги над Гарольдом II, который заслуживает нелестной оценки «ликующего, туповатого» (Ibid. 195) и безрассудного короля. На протяжении всей поэмы формируется довольно-таки целостное представление о Гарольде как о негодяе, «злобном правителе», обманщике и братоубийце.

Принижение образа Гарольда достигается не только благодаря прямым авторским реляциям в его адрес, но и через демонстрацию отношения к нему Вильгельма. Услышав от монаха-посла о том, что англосаксонский король имеет армию в двенадцать тысяч воинов, готовых его защищать, герцог меняет «наружность льва» (Ibid. 225) на «облик справедливого судьи, который убедил безрассудного монаха в его никчемности и заявил о том, что все угрозы пусты» (Ibid. 227-228). В ответе Вильгельма послу чувствуется пренебрежение к будущему противнику: он говорит, что «слова твоего короля – это слова немудрого человека, который не способен спрятаться на расстоянии» (Ibid. 229-230). Вильгельм неуважительно относится к Гарольду: и автор «Песни…» это постоянно подчеркивает (в любом случае, нарушение священной клятвы и вероломное предательство, приписываемые Гарольду, не могли быть оправданы по меркам менталитета средневекового человека). В этой связи весьма символичными являются действия Вильгельма по отношению к телу погибшего английского короля: выбрав четырех лучших воинов1, он приказывает им принести труп Гарольда на место боя и каждый из них производит своеобразный ритуал на новой, священной для герцога, земле: первый «расщепил его [Гарольда] грудь кончиком щита, окропив землю стремительным потоком крови» (Ibid. 545-546); второй «отсек его голову, защищенную шлемом» (Ibid. 547); третий «пронзил его внутренности своим копьем» (Ibid. 548); и четвертый воин «рассек его бедро и унес отрубленную конечность» (Ibid. 549). Трудно дать объяснение подобному поступку Вильгельма: возможно здесь описан некий ритуал, способствующий забвению прежнего правителя2. Однако, после того как зло (в лице Гарольда) повержено, герцог может позволить себе проявить присущее ему благородство. Он не отказывает англосаксонскому королю (человеку аристократического рода) в почетном погребении. Вильгельм хоронит Гарольда сам, отказавшись отдать его тело матери. Выслушав ее, Вильгельм «пришел в бешенство и крайне грубо отверг [ее] просьбы» (Ibid. 582), хотя она умоляла герцога отдать ей останки одного из троих ее погибших сыновей (разумеется, Гарольда). Обезображенное тело Гарольда он завернул в пурпурное полотно и повез с собой, чтобы провести обычную погребальную церемонию. Подробности ритуала в деталях отражены в поэме: со всеми почестями Гарольд был похоронен на высоком утесе.

Автор противопоставляет не только общечеловеческие качества противников, но и конкретные действия во время сражения. Перед битвой Вильгельм обнадеживает и воодушевляет своих воинов (Ibid. 249), произнося длинную пафосную речь, в которой перечисляет прежние заслуги и восхваляет будущие подвиги рыцарей, набранных со всей Франции (Бретани, Нормандии, из графства Мэн и др.) и даже из-за ее пределов (например, с Сицилии). Гарольд в момент подготовки к сражению предстает перед нами «подлым обманщиком, деятельным в ремесле негодяя [подлеца, вора]» (Ibid. 281-282). Он надеется на хитрость, военную уловку, однако герцог проявляет себя «наиболее бдительным и осознающим коварство своего соперника» (Ibid. 283-286). Эти качества Вильгельма характеризуют его как талантливого организатора и военачальника, и окутывают его образ положительным ореолом; в то время как Гарольда автор «Песни…» обвиняет в глупости, обмане и коварстве.

Во время битвы Гарольд и Вильгельм на страницах поэмы также предстают как антиподы. Несомненным является факт личного участия обоих полководцев в сражении. Однако Вильгельм, в изображении Ги Амьенского, проявляет в бою героизм и мужество, подавая пример простым воинам. Все описания его действий сопровождаются пафосными восклицаниями автора поэмы: «Покорный и богобоязненный герцог организовал хорошо спланированное наступление и бесстрашно приближался к склонам холма» (Ibid. 379-380). О характере битвы можно судить по следующим словам: «…битва проходила в угрожающем беспокойстве и ужасный бич смерти надвигался» (Ibid. 389-390). Герцог со своим войском сражался в центре, что еще раз свидетельствует о его отваге и смелости. Противники нормандцев бились храбро и самоотверженно, и автор поэмы воздает им должное: «Англичане стояли твердо на своей земле сомкнутым строем. Они метали снаряд за снарядом, нанося удар за ударом мечами,…и противнику не удалось бы проникнуть в густой лес к англичанам, если бы обман не укрепил их силу» (Ibid. 415-422). Именно благодаря военному мастерству Вильгельма и успешно исполненному обманному маневру нормандцы – «сведущие в уловках, опытные в приемах ведения войны, притворились, что спасаются бегством, как будто их разбили» (Ibid. 423-424) – побеждают в тяжелейшей схватке, а «англичане отвели войска назад с места битвы. Побежденные, они молили о милости» (Ibid. 553). Вильгельм проявил себя воистину как выдающийся воин: когда его воины начали беспорядочно отступать «он осудил их и свалил с ног своей рукой, и своим копьем он остановил и сгруппировал их» (Ibid. 445-447), и «как настоящий лидер начал новую атаку» (Ibid. 462). Подобное развитие событий свидетельствует о несгибаемой воле Вильгельма, о его постоянном желании побеждать и характеризует его как вождя и лидера. В поэме встречаются такие метафорические образы, характеризующие сражающегося герцога, как «рычащий лев» (Ibid. 477), человек «с силой Геркулеса» (Ibid. 482), «находчивый воин» (Ibid. 491). Победа в битве и искусное командование войсками – добродетели, которые приобретают на страницах «Песни…» качество контекстуальной доминанты, а образ Вильгельма отождествляется с добром, свободой и всем новым.

При этом войско Гарольда автор «Песни…» называет нелицеприятным словом «орда» (Ibid. 466), сравнивая их с дрожащей толпой, беспорядочной массой обреченных людей, которые отступали, полностью обессилев. Гарольд – злой и кровожадный убийца, ведь своими действиями он загубил много невинных душ. В поэме особо подчеркивается, что на следующий день после сражения Вильгельм внимательно осмотрел поле битвы и предал земле тела своих павших воинов. Однако трупы врагов он «оставил на растерзание червям и волкам, птицам и собакам» (Ibid. 572).



Подводя итог, можно сказать, что образы Гарольда и Вильгельма в «Песне…» приближаются к символическим: Гарольд в поэме – символ зла, обмана, горя и печали, а его антипод герцог Вильгельм олицетворяет, соответственно, добро, справедливость, надежду на светлое будущее, т.е. вечные, непреходящие ценности. Это, на наш взгляд, вполне закономерно, поскольку автору «Песни…» нужно было как-то оправдать те методы, которыми пользовался «герой» Вильгельм в борьбе против «злодея» Гарольда. Картина, которую мы наблюдаем в «Песне о битве при Гастингсе» – довольно типичная для произведения, написанного победителями: на наш взгляд, основная мысль его создателей заключается в том, чтобы сохранить память о своих подвигах и в максимально выгодном свете репрезентовать ее потомкам, и заодно предать забвению все заслуги и начинания предшественников. В памяти многих последующих поколений Гарольд и Вильгельм остались именно такими, какими их изобразил Ги Амьенский в «Песни о битве при Гастингсе» – наиболее раннем по времени создания произведении, в котором упоминается о Нормандском завоевании: два символических образа, две полярные характеристики великих людей, «герой» и «злодей» англо-нормандской истории второй половины XI в.


* Ходячих Сергей Сергеевич – студент исторического факультета СыктГУ.

1 The Carmen de Hastingae Proelio of Guy Bishop of Amiens / Ed. C. Morton and H. Muntz. Oxford, 1972. P. 2-53.

2 Гастингс (Hastings) – город в Великобритании, расположен на юго-востоке Англии, в графстве Восточный Сассекс, на берегу пролива Па-де-Кале, у подножия меловых утесов.

3 См.: Gransden A. Historical Writing in England. Vol. 1. P. 550-1307. Ithaca; N.Y., 1974. P. 92-105; Davis R.H.C. The Carmen de Hastingae Proelio // English Historical Review. 1978/93. P. 241-261; Körner S. The Battle of Hastings: England and Europe. 1035 – 66. Lund, 1964; Barlow F. ‘The Carmen de Hastingae Proelio’ // Studies in International History presented to W. Norton Medlicott / Ed. K. Bourne and D.C. Watt. L., 1967. P. 35-67.

4 Davis R.H.C. Op. cit. P. 242.

5 Ги Амьенский приходился дядей Ги, графу Понтьё (который фигурирует на гобелене из Байе в качестве вассала Вильгельма и, согласно версии нормандских источников, в 1064 г. взял в плен будущего короля Гарольда). Ги Амьенский приехал в Англию вместе с супругой Вильгельма Завоевателя Матильдой спустя несколько лет после битвы при Гастингсе. См.: Davis R.H.C. Op. cit. P. 252; Bradbury J. The Battle of Hastings. Sutton, 2000. P. 151.

6 The Carmen de Hastingae Proelio of Guy Bishop of Amiens / Ed. C. Morton and H. Muntz. Oxford, 1972. P. 2-53. Те же данные присутствуют и в издании, подготовленном С. Морилло. См. The Battle of Hastings. Sources and Interpretations / Ed. and introd. by S. Morillo. Woodbridge, 1999. P. 45.

1 Следует пояснить возникновение нескольких названий этой знаменитой битвы. Название ‘битва у холма Сенлак’ фигурирует прежде всего у Ордерика Виталия. Он – первый, кто заметил, что битва была на холме Сенлак (название ‘Сенлак’ – офранцуженная форма англосаксонского ‘Сандлаку’ (‘Sandlacu’), т.е. ‘песчаный поток’). В Англосаксонской хронике (рукописи D) отмечается, что битва состоялась у ‘древней яблони’. (См. The Anglo-Saxon chronicle / Transl. with an introd. by G.N. Rarmonsway. L. – N.Y. – Dutton. 1955. P. 199). А уже в «Книге Страшного суда» (1086 г.) говорится, что сражение называется ‘битвой при Гастингсе’. См.: http: //www.dot-domesday.me.uk/carmen. htm

2 Orderic Vitalis. Historia Ecclesiastica / Ed. M. Chibnall. Vol. 2. Oxford, 1970. P. 158.

3 Barlow F. The Godwins. The Rise and Fall Of A Noble Dynasty. Pearson, 2002. P. 103.

4 См.: http: //www.dot-domesday.me.uk/carmen.htm

5 Gransden A. Op. cit. P. 97.

6 Дж. Брэдбери отмечает, что «многие историки считали ее важнейшим аутентичным источником, а многие считают и до сих пор». См.: Bradbury J. Op. cit. P. 151.

1 Попутно заметим, что в англосаксонских источниках (прежде всего, «Англосаксонской хронике» (рукописях C и D) и анонимном «Жизнеописании короля Эдуарда, покоящегося в Вестминстере») Гарольда изображают как справедливого короля и храброго полководца, который бесстрашно бился в битве при Гастингсе и погиб как герой. События же судьбоносного для Англии 1066 года воспринимаются как «роковая неизбежность, предначертанная судьбой». См. подробнее: Метлицкая З.Ю. Харольд – последний король англосаксов (человек и символический образ) // Образы прошлого и коллективная идентичность в Европе до начала Нового времени. М., 2003. С. 107.

1 В поэме называются имена трех воинов. Четвертый воин фигурирует как «знатный наследник из Понтьё». По мнению К. Мортон и Х. Мунц, одним из четырех был сам герцог Вильгельм, который лично принимал участие в убийстве Гарольда. См.: The Carmen de Hastingae Proelio of Guy Bishop of Amiens / Ed. C. Morton and H. Muntz. Oxford, 1972. P. XXXV. Р. Дэвис полагает, что это в принципе невозможно, поскольку если бы Вильгельм действительно был одним из четырех воинов, то этот факт был бы зафиксирован в других источниках, однако, данную сцену мы находим только в «Песни…» См.: Davis R.H.C. Op. cit. P. 248-250.

2 Первый указ, который подписал Вильгельм, уже будучи английским королем – грамота жителям Лондона, в которой он заявил о том, «чтобы все хранили и блюли законы Эдуарда [Исповедника] короля…» См.: Хрестоматия по истории средних веков / Под ред. Н.П. Грацианского и С.Д. Сказкина. Т. II. М., 1950. С. 66. Таким образом, Вильгельм сделал очень тонкий политический ход: он добился поддержки населения и избежал проявления оппозиции в начале своего правления.





База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница