Религия и медиа: транскрипты обсуждений рабочей группы «Религия и медиа»



Скачать 450.99 Kb.
страница1/3
Дата10.05.2016
Размер450.99 Kb.
  1   2   3
Тимощук А.С.

Религия и медиа: транскрипты обсуждений рабочей группы «Религия и медиа»


Представлены транскрипты трёх симпозиумов, посвящённых близкой тематике, но прошедших в разных местах: Эрланген – Москва – Владимир – Эрланген.

8–12 февраля 2010 г. в Эрлангене прошла международная конференция «РЕЛИГИЯ В ПРОЦЕССЕ КУЛЬТУРНЫХ ТРАНСФОРМАЦИЙ В ПОСТ-СОВЕТСКОЙ РОССИИ: КОНСТРУИРОВАНИЕ РЕЛИГИОЗНЫХ ИДЕНТИЧНОСТЕЙ В СЕТИ СОЦИАЛЬНЫХ, МЕДИЙНЫХ И ПОЛИТИЧЕСКИХ ДИСКУРСОВ». Тема конференции была посвящёна работе над магистральным проектом «религия и медиа», в рамках которого исследуются взаимодействия в общественном дискурсе, политика и религия, как это транслируется через СМИ и, если широко понимать медиа, через кино, музей и другие медийные источники.

Открыл конференцию Марат Штерин, исследователь новых религий в России и Великобритании, соавтор ряда актуальных публикаций «Dying for faith”, “Fear of Islam”. В своём докладе «Управление религиозным многообразием в России» М. Штерин остановился на следующих тезисах:

Источники религиозного многообразия


  • глобализация,

  • миграция

  • индивидуализация.

Религиозные организации уходят от своих точек контроля (points of anchorage). Даже в Саудовской Аравии религии становятся очень разнообразными. Это новая форма религиозного многообразная – флюидная.

Само понятие религиозного разнообразия неоднозначно. Термин плюрализм ­– это нечто иное. Многообразие – это форма существования всех вместе. А плюрализм – это ценностная характеристика взаимодействия и признания легитимности.



Формы многообразия

  • ­разнообразие организаций,

  • индивидуальные последователи,

  • разнообразие взглядов внутри одной традиции,

  • разнообразие традиций внутри одного индивида,

Социальное признание многообразия

  • ­­ Правовое признание

Не обязательно даже через Конституцию и локальные правовые акты. В Британии есть Charity commision, организация, которая регистрирует различные благотворительные организации, освобождающие от налогов. Судебная система, которая часто не связана с тем, как декларируется в Конституции многообразие религий. Это связано с компетенцией присяжных (Jury).

  • Полуправовое регулирование

Правительственные доклады (во Франции есть список 172 религиозных организаций, доклад «Секты и психогруппы» в Бундестаге).

  • Публичная презентация в медиа религиозного многообразия

  • Отношение к религиозному многообразию со стороны крупной религиозной организации (во Франции 72 % католиков, но католическая церковь не защищает другие организации, а в Англии англиканская церковь не очень посещается, но защищает она все религии страны, как и принц Чарльз – defender of faith, а не defender of the faith)

СМИ и регулирование религиозности

Часто исследователи новых религий говорят так: я анализирую объективную реальность. Однако при этом они представляют только мнение бывших членов организации. Следует различать между первичным и вторичным уровнем конструирования реальности (Лукман, Бергман, Баркер). Любая концептуализация первичного конструирования уже является конструированием. Конструкция религиоведа – это также вторичная конструкция, просто конкурируют разные конструкции.

У СМИ свои интересы: кто освещает, для чего освещает, кто за это платит, – они зависят от существующих дискурсов. В основном СМИ дают вторичную презентацию реальности. Полезно вспомнить концепцию шведских аналитиков, социологов СМИ, – концепция негативно обобщённого события (negative summary event)1. Например происходит какое-то трагическое событие, СМИ его подают как следствие якобы предыдущих событий, связанных с существованием какой-то религии.

Сама логистика СМИ заключается в том, что нет времени для исследования, нет с одной стороны и с другой стороны (on the one hand, one the other hand – одну руку СМИ отрежут на выпуске программы). Плюс СМИ есть тенденция к амплификации (усилении) события для придания собственной значимости.



Государственное регулирование религиозности

Существуют разные модели управление и контроля многообразия религий. Французская модель. Закон о светскости (laicite) 1905 года. Больница, школа, армия, тюрьма и прочие гражданские институты не могут быть связаны с религией. Религия – не публичный институт.

В американской культуре секулярность понимается по другому. В политике религия может присутствовать. Понятие civil religion понимается как конкретная гражданская религия. Когда президент клянётся на Библии, он обращается к Богу в целом.

В России есть институализированные механизмы защиты свободы совести и одновременное с этим не институализированная политика по уменьшению религиозного многообразия, что приводит к тому, что иногда религиозные меньшинства защищают свои права неправовыми средствами.



Евгений Аринин выступил с темой «Восприятие экранизации М. Булгакова «Мастер и Маргарита» (2005) в масс медиа как индикатор массовой религиозности».

Как конкретные медийные продукты можно рассматривать в качестве позиционирования медийной идентичности? Мастер и Маргариту я взял потому что, этот фильм, который в 2005 году вызвал бурю обсуждений. На первом канале был показан спор Бортко и Кураева. Творческая интеллигенция заявила свою позицию.

В настоящее время церковь существует в том числе как медийный проект. Просьба Патриарха была не демонстрировать «Страсти Христовы», к фильму Гиббсона было мягче отношение, что он призывает получить опыт мук христовых. Отношение церкви к роману Булгакова было и до экранизации было неоднозначным. А. Сурожский, А. Мень – тоже православие. Институт Нестеровой сделал фильмы по Родзянко, совсем другой священник, сейчас таких нет.

У нас есть разные позиции священников. У нас нет позиции самой церкви. Можно ли Кураева считать мнением церкви. Патриарх Алексий старался не вовлекать церковь в конфликтные ситуации, патриарх Кирилл больше высказывается, но не по всему.

Сейчас церковь стала мощной силой. Но православие разнородно. За власть голосуют не эти 2 % людей, которые причащаются и жалеют, что у нас нет монархии. В принципе государства наверно может себе позволить 10 % людям жить по средневековым нормативам. Но что есть остальные 80 % современных православных людей. Возник новый тип православия: «Я православный, но буду смотреть Мастера и Маргариту».

В фильме «Мастер и Маргарита» уважается человеческое. Всё-таки Россия не оказалась под влиянием властных медийных конструкций. У нас есть язык политизированный, конфессиональный. Второй дискурс у нас идёт от советских времен. Мы теряем старое марксистское поколение. Я не вижу кто может заменить их. Насколько я понимаю, у нас нет третьего языка, который бы позволил бы описать то, что есть на самом деле.



Реплика Вадима Жданова: религиоведению не хватает языка описания? Язык есть, он создан на Западе, что мешает его перевести. Например, если Вы говорите о государственных проектах, то нам больше подойдёт терминология Фуко, а не терминология заговора.

Комментарий Марата Штерина: необходимо помнить помнить о выборочных симпатиях или склонностях. Иногда создаются структуры, которые себя на время поддерживают. Кажется, что они заодно, однако между ними много противоречий. Протестантизм не создал капитализм, просто капитализм использовал некоторые моменты протестантизма.

Также важно учитывать, что в опросах кто-то говорит, что он православный, потому, что его спрашивают. Если бы не спросили, возможно, не возник бы вопрос. В перпеписи населения 2002 г. Британия включила вопрос об идентичности: 1) Ваша этничость , 2) Ваша религия – тогда получилось 70 % христиан. Когда эти вопросы разделила Британская ассоциация социологов, то стало 50 %. Мы можем попытаться выразить наш интерес к разным контекстам: что мы спрашиваем, как мы спрашиваем, что люди думают о том, когда мы спрашиваем.



Ирэна Павлович (Эрланген). Дискурсы о православии (на примере Югославии).

Хотя я эту тему освещаю на примере Югославии, схожий дискурс происходит по поводу ислама. Если мы рассмотрим тему религия, православие, насилие, можно выделить следующие аспекты. Примордиалисты в своём подходе подчёркивают культурные аспекты, при этом религия рассматривается как часть культуры. При этом подходе религия рассматривается часто как причина конфликта. На международном уровне это означает, что на границах создаются альянсы. Второй подход, инструментальный. Группа исследователей находят конфликт в социально-экономической сфере. Между религией и конфликтами связь только поверхностная. Социо-экономические процессы являются причиной конфликта. И как решение конфликта – продолжать модернизацию и не обращать внимание на религию. Конструктивисты также видят причину в социо-экономической сфере. Они рассматривают религию как переменную, которая может оказывать влияние и поэтому они настаивают на диалоге.

С. Хантингтон – примордиалист. После падения железного занавеса Фукуяма выдвинул теорию, что старая история закончилась, теперь доминирует западная цивилизация. В 1995 г. Хантингтон выдвинул два тезиса: вместо конфронтации между востоком и западом будет столкновение цивилизаций, 2) культурные убеждения становятся всё более значимыми. В международной политике это можно наблюдать на примере возникновения альянсов. Скажем, Югославия. Россия, Греция поддерживали Сербию, а хорватов поддерживала Германия. При этом православная религия в процессах модернизации является противодействующей силой. Этот подход снова и снова возникает в дискуссиях. Критика со стороны Фукуямы представила конфуцианство как сторонника модернизации.

Другой пункт критики заключался в том, что культурные паттерны являются изменчивыми структурами. Политологи утверждают, что очень много зависит от политической системы. Если мы рассматриваем тезис Хантигнтона, что православие не способно к демократии, не следует забывать, что только после второго Ватиканского собора католики приняли демократию, а Евангелисты Германии – только после Второй мировой войны.

Одна из интерпретаций примордиалистского подхода – детерминизм. Эти мифы сильно повлияли на политические подходы. Один из авторов, Хетверк «Античная ненависть». Роберт Каплер опубликовал понятие античной ненависти. Эту книгу читал Клинтон, хотя это больше характеризует его советников. Этот дискурс находится на границе расизма и он подразумевает, что люди варвары. Против такого подхода также было много критики. Между французами и немцами также было много противостояния. Сербов и хорватов не было в античности. Один из пунктов критики заключается в том, что этим занимались историки, а не социологи. Этнорелигия – ещё один из аргументов примордиалистов. Православная, сербская церковь – этнообразования. Однако не принимается во внимание то, что они выступают за литургическое единство.

Инструменталисты являются эссенциалистами. Ян Асман, спор о карикатурах. Если мы разберём в чистом виде инструменталистов, при этом утверждается, что религия не имеет ничего общего с насилием, что войны – это просто перераспределение власти. Конфликты – это лишь сопутствующий феномен. Религия – пассивный инструмент в руках политических актёров. Различия в методологии: о ни рассматривают социально-экономические модели. Я представляю эту школу. Не только политики инструментализируют церковь, но и церкви обращаются к политике, чтобы занять подобающее место в обществе.

Конструктивисты также, как и предыдущие утверждают, что причина конфликтов находится в социально-экономических факторах, при это внимание уделяется какая религия в том, или ином конфликте играет какую роль. Религия может создавать определённые стереотипы. В противовес предыдущему утверждается, что религия может выступать активной политической силой. Часто представители социо-центрического подхода придерживаются его. Рассматриваются высказывания в более широком контексте. Этот подход больше приемлем для западного общества, но если мы рассматриваем авторитарные режимы или семи-авторитарные, такие общества, где принятие решений сведено к минимуму. В этом плане можно привести в пример Россию, если бы не было в течение 80 лет сформированных институтов, то тогда ещё рано говорить о демократии, это семи-авторитарные режимы. В Германии отсутствует вертикаль власти напрочь.

Вопрос. Какие исследования проводились в Югославии?

В основном были дескриптивные научные дискурсы. Я пытаюсь представить палитру этих теорий. Частных эмпирических исследований очень много. Сама церковь не проводила исследования.

Вопрос: эти методы дополняют друг друга. Как можно из противопоставлять?

Мы можем разводить эти подходы только аналитически. В Германии выпускаются научные сборники евангелическими теологами. По интеллектуальному уровню их не отличить от политологов, в православии мы ничего подобного не найдем. В церковных структурах не развиты научные институты.

Вопрос: как в Сербии обстоят дела?

В православных странах сходные тенденции. Клерикализация общества – общий диагноз. На основании чего это можно измерить. В странах, где общество ещё не стратифицировано, очень важны внешние символы. Общество на западе не привыкло видеть вместе правителя и патриарха. Если Саркози фотографируется в коленопреклонённой позе, никто не говорит о клерикализации Франции. Что касается религиоведения, это один из признаков современного общества, что субсистемы сосуществуют друг с другом. Церковь должна научиться допускать другого рядом с собой и на равных вступать в диалог. В плюралистическом обществе дискурсы взаимодействуют друг с другом. Они должны мириться с тем, что существует критика религии, её нейтральное описание. Для пост-коммунистических стран типично, что у них единство мысли, отсутствует культура полемики. Если мы рассмотрим развитие православных теологических школ в Париже, Нью Йорке, то можем для себя открыть либеральную православную теологию.

Обсуждение исследовательского проекта

Вадим Жданов. В России до сих пор сильна тенденция использования науки в качестве идеологии. Центральная же наша тема – конструирование религиозной идентичности. Как влияют конкретные медийные продукты на формирование идентичности. Саморепрезентация, социологический слой, как воспринимаются история. Выгода от данного проекта в том, что западное общество получает интересную информацию о религии в России, а Россия – методологический багаж.

Алексей Тимощук. Может быть стоит анализировать замысел автора при создании продуктов СМИ?

Вадим Жданов. Интенция автора медиа продукта? Р. Барт заявил о смерти автора. Нам нужно балансировать, чтобы не свалится в теорию заговора, остаться в теории дискурса. Методология дискурсивного анализа является наиболее парадигмальной на западе.

Елена Данилко. Можно взять разные продукты, взять аудиторию (сделать выборку, фокус группу, подтвердить анкетными данными, совместить количественные и качественные методики. При этом можно использовать камеру. При этом описываем, какие продукты изучаем, какие фокус группы формируем. Нужно указать, есть ли такие исследования или нет. Какие методы использовались, какие нет.

Помимо студентов взять околоцерковную среду: конфессиональную, внеконфессиональную. Какой медиум какой группе соответствует. Какие виды медиа наиболее актуальны.

Нам не нужны полярные группы, нужны студенты, околоцерковная среда. Гендерный подход, образование, доходы. Им предлагается плотная расшифровка описания: смотрим кино, даём интерпретацию. Помимо просмотра и обсуждения можно подкреплять анкетами, интервью.

Есть продукты, которые создаёт сама церковь. Например, когда мы едем в экскурсионном автобусе, нам показывают православные ДВД фильмы. Это определённый продукт, где используются штампы совершенно известные. Это что касается визуальных видов медиа: ТВ, фильмы.

Пресса: это важный фактор, формирующий идентичность. Можно использовать частотный анализ.

Даниэл Майер. «Восприятие журналистами церкви и религии как предмет христианской коммуникативистики».

Цель лекции – дать концепции восприятия религии и церкви в масс медиа германо-язычных стран. Христианская публицистика очень молода, её можно только в Эрлангене изучать. Поэтому я применил метод изучения масс медиа Г. Лассвела (1902 – 1978): кто говорит, кому, с каким эффектом, по какому каналу.

В Германии медиа наука (Medienwissenchaft, Kommunikationwissenschaft) занимается главным образом видео, телевидением и работает герменевтическими методами. Например, «Матрица» или «Король Лев» – Вы ищите следы религии в этих продуктах. Коммуникация занимается эмпирическими исследованиями, как журналисты воспринимают религию, как социализируется церковь, как дети воспринимают её. Так, один священник рассказал школьникам о новой земле и небе (Апокалипсис Иоанна). Детям понравилось, но потом оказалось, что они думали о Титанике. Я буду говорить на на примере прессы.


  1. Кто говорит, кому, по какому каналу (что сами профессионалы говорят).

Maximillian Gottschlich What do believe Austrian Journalists?

31 % журналистов в Австрии не верят в Бога. 2/3 – скептики.

Gabriele Russ. Church of Journalists.

Автор сообщает нам, что часто те, кто пишут, имеют собственный интерес к теологии.

Andreas Roth. Image of Religion and Church by East German Journalists (2004)

79 % не принадлежат ни к какой церкви



  1. Что говорят журналисты о религии (контент анализ).

Источники:

Hans Joachim Dorger. Religion as a topic in The German Weekly Press.

Daniel Meier. Church in the daily Press

Elisabeth Hurth. Religion as a trend

Klenk. The Coverages of the Popes.

Категории / критерии оценки



  • Распространение / число выпуска

  • Тираж / объем статьи

  • Вес статьи

  • Наличие иллюстраций

  • Источники / Авторы

  • Стиль журналистов / Жанр

    • новости, репортаж, портрет, обзор, передовица, колонка редактора

  • Направление

    • Политика, экономика, искусство, спорт, региональное

  • Тема (главная / второстепенная)

  • Образы

  • Оценки

  • Выводы

В Германии церковь доверяет опросам учёных, но опасается журналистов. В Германии церковь считает так: да, нас критикуют, но мы извлечём выгоду из этого.

Вопрос: какой резонанс в Германии был в связи с карикатурами на Мухаммеда.

Совет по печати (Press Rat) постановил, что мусульмане должны принять сатиру. Свобода слова выше религиозных чувств.

Анастасия Кёниг (Нюрнберг) продемонстрировала большую тематическую подборку на тему «Религиозные символы в рекламе», которая сопровождалась критическим анализом проблемы.

По сравнению с российской традицией, реклама на западе часто использует религиозные символы, ассоциации, цитаты.

Покупка – возвращение в Эдем. Покупатель – это Адам, Ева и змей – сама реклама, а запретный плод – сам продукт. Ветхий Завет предлагает простой антропоморфный образ Бога, с другой стороны Ветхий завет богат мифами, острыми коллизиями (Каин и Авель). Рекламщики в Германии любят образ Моисея. Его образ со скрижалями был использован в концепции бульварной газеты Build (кому есть сказать что-то важное, не нуждается в длинных предложениях).

Новозаветные мотивы опасны, но привлекательны: распятие, тайная вечеря. Образ Христа имеет большой потенциал узнаваемости, хорошо «раскручен». Мы, как и Христос желаем, чтобы мужчину научились уважать женщин (реклама джинсов в виде аллюзии к Тайной вечере). Плакаты вызвали негодование. Реклама была запрещена.

Расширение ассортимента к Пасхе (реклама шоколадных зайцев в виде в виде аллюзии к Тайной вечере). Открытое письмо в аугсбургской газете читателей, рекламу также запретили.

Не только образы используются, но и слоганы. Продукт либо ангельски, либо чертовски хорош. Моя кровь – для тебя (Красный крест). На хлеб наш насущный (реклама масла). Твоя путеводная звезда (реклама машин). Легчайший путь к божественно гладкой коже (Venus).

Мотивы и аспекты использования религиозных символов в рекламе. Эти образы эффектны, эмоциональны, провокативны (нарушение религиозных норм и табу – самый высокий результат), трендовы (не теряют актуальности мотивов), упрощает процесс идентификации с продуктом. В провокативной религиозной рекламе, искусстве актуализируются точки конструирования идентичности. Этим она интересна для дискурсивного анализа.

В России мало провокативной религиозной рекламы, в основном реклама алкоголя (нимб вокруг бутылок с алкоголем), постной еды. Реклама алкоголя через религиозные символы не вызывает отторжения.



Елена Данилко. Современные староверы: разные модели репрезентации.

Есть три типа экранного представления старообрядчества: 1) фильмы по заказу местных администраций, 2) профессионально документальное кино, 3) визуально-антропологические.



1. Первые лишь в малой степени ориентированы на традиционное отражение. Это либо короткие новостные сюжеты, либо репортажи. Они подаются как экзотическое, вымирающее сообщество: с большими бородами до пояса, в армяках, в сарафанах. Игнорируется, что дети, например, могут говорить на английском. Эксплуатируется тема нетронутости, экзотичности. Или типичный криминальный сюжет (охотник за иконами): герой попадает в старообрядческую деревню. По заказу бандита-бизнесмена должен найти книгу о скрытых богатства. Они видит экстатические практики, пророчествуют. Все эти сюжеты не имеет ничего общего с конкретными общинами.

Центральная тема подобных фильмов – возвращение к истокам, единство в многообразии. Эти фильмы являются способом конструирования национальной идеи в локальных условиях. Авторами они подаются как актуальные и объективные.

Для воплощения идеи берутся персонажи с экранной фактурой (истово верующие, батюшки). Предполагается, что зритель распространяет впечатления от увиденного на всю группу в целом. Натуральность призвана передать распространённость на всех. Закадровый текст не оставляет никаких других мыслей. Только интерпретация, которая задумана автором. Не сколько визуальный, а акустический ряд: духовное пение, народная музыка, молитва, инструментальная музыка, дикторский текст, фольклорная музыка. Они являются маркеры группы.

Ключевые слова: древность, старина, прошлое, религиозность, образ жизни, замкнутость, хозяйственность. Они мужественные, упорные, крепкие. Такие маркеры подчёркиваются закадровым текстом (древле православные, осколок древней Руси, старина немузейная, старинный, старый, традиционный)1.

Музыка сентиментально или драматично ведёт нас по пути автора. Очень редко удаётся услышать голоса самих участников. Либо они подтверждают голос диктора. На самом деле, никто из старообрядцев не зажигает каждый день свечи, не у каждого есть створцы, хотя диктор убеждает нас, что это бывает у всех и всегда. Участнику дали сказать только «Святитель Никола». Как правило, эти фильмы предназначены вовне и предполагают широкую инокультурную аудиторию: знакомство со старообрядчеством чтобы освободить от заблуждений. Это должно решить проблемы самоидентификации: «Мы аввакумы-единоверцы, мы на своей земле, мы дома. Мы Русь святая, мы усть-цилема, мы на своей земле, мы дома».

2. В документальном кино эти же вещи делаются более тонко. Нет таких задач, как в региональном кино. Скорее эксплуатируется тема чудачества, инаковости. Таков, например, фильм фильм о группе пермяков, которая исчезла из переписи и как возникла идея восстановить отдельный этнос (Романов А. «Легенда об исчезнувшем народе»).

Старообрядчество как тип индивидуальности героя. Есть герой, который выпадает из контекста. Здесь можно услышать голос героя, но его реплики тщательно отобраны, работают авторскую концепцию. Не убеждает и наложение песен староверов на образ копающих картошку селян. Таким образом, скорее конструируется авторское восприятие.

Село Бичура, Забайкалье. Автор фильма Поликарп Судомойкин прославился в родных местах удивительными картинами, которые он стал писать после выхода на пенсию. Он не пишет икон, т.к. в церковь не берут его произведения. Поликарп рисует обнажённых женщин в стиле икон.

До настоящего дня сохранились в Бичуре культурные традиции «семейских» старообрядцев, которые ещё при Екатерине II были насильственно отселены с западных границ России для освоения диких забайкальских просторов. Советская власть беспощадно истребляла всё, что было связано с культурой и историей старообрядчества. Но сломить свободолюбивый характер «семейских» не удалось. Они восстановили церковь, поют свои старинные песни. Скорее это этнографическая группа русских, они в прошлом старообрядцы2.


  1   2   3


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница