Растения в укладе жизни мордвы, проживающей на территории мордовии: историко-этнографический аспект



Скачать 327.11 Kb.
Дата15.11.2016
Размер327.11 Kb.



На правах рукописи
Князькова Любовь Петровна
РАСТЕНИЯ В УКЛАДЕ ЖИЗНИ МОРДВЫ,

ПРОЖИВАЮЩЕЙ НА ТЕРРИТОРИИ МОРДОВИИ:

ИСТОРИКО-ЭТНОГРАФИЧЕСКИЙ АСПЕКТ

Специальность 07.00.07 – Этнография, этнология и антропология

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата исторических наук

Чебоксары – 2011

Р


абота выполнена в отделе археологии и этнографии ГКУ «Научно-исследовательский институт гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия»


Научный руководитель:

Главный научный сотрудник, заведующий отделом археологии и этнографии, ГКУ «Научно-исследовательский институт гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия», доктор исторических наук, профессор

Никонова Людмила Ивановна

Официальные оппоненты:

Главный научный сотрудник отдела этнологии и антропологии ГНУ «Чувашский государственный институт гуманитарных наук», доктор исторических наук, доцент

Иванов Виталий Петрович




Заместитель декана очного и заочного (ГВД) отделения НОУ ВПО «Московский экономико-финансовый институт», кандидат исторических наук

Щанкина Любовь Николаевна

Ведущая организация:

ФГБОУ ВПО «Пензенский педагогический университет имени В.Г. Белинского»

Защита состоится 14 октября 2011 г. в 13 часов 30 мин. на заседании объединенного диссертационного совета по защите докторских и кандидатских диссертаций ДМ 212.301.05 при Чувашском государственном университете имени И.Н. Ульянова по адресу: 428034, Чувашская Республика, г. Чебоксары, ул. Университетская, 38 (учебный корпус №1), ауд. 513.

С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке Чувашского государственного университета имени И.Н. Ульянова по адресу: 428034, Чувашская Республика, г. Чебоксары, ул. Университетская, 38; с авторефератом на официальных сайтах Чувашского государственного университета имени И.Н. Ульянова http://www.chuvsu.ru и Высшей аттестационной комиссии Министерства образования и науки Российской Федерации http://vak.ed.gov.ru.
Автореферат разослан 13 сентября 2011 года
Ученый секретарь

диссертационного совета



кандидат исторических наук, доцент Д.А. Ялтаев

I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Актуальность темы исследования. В настоящее время в условиях обострения экологических проблем значимым становится взаимоотношение человека и природы. Тема, раскрывающая роль и место растительного мира в повседневном укладе жизни мордвы, в современных условиях является весьма актуальной: смена условий существования человеческого общества, в том числе и мордовского населения, вынуждают людей адаптироваться к природной среде, что находит отражение в изменении степени использования природных материалов, среди которых немаловажную роль играют растения. С постоянной интенсификацией промышленной деятельности человека усиливалось антропогенное влияние общества на окружающую среду. Истощенные природные ресурсы и, соответственно, уменьшение жизнеобеспечивающего значения некоторых видов деятельности, негативное влияние техногенной среды на здоровье этноса, энергетический кризис сегодня делают значимой проблему поиска новых источников и механизмов жизнеобеспечения1. Поэтому изучение традиционного опыта природопользования мордовского этноса, который, несмотря на утрату многих поведенческих стереотипов по отношению к природе, в той или иной степени сохраняет отдельные этнические черты и установки, представляется актуальным. Это определяет необходимость комплексного изучения роли и места растений, как одного из основных аспектов системы жизнеобеспечения, в повседневном укладе жизни мордвы на территории Мордовии.

Объектом исследования является мордовское население, проживающее в Республике Мордовия.

Предмет исследования – растительный мир и его роль в хозяйственной деятельности и материальной культуре; отражение растительного мира в праздниках и обрядах, топонимии и народной медицине мордовского населения Мордовии.

Хронологические рамки исследования ограничены периодом со второй половины XIX по начало XXI в. Нижняя граница определяется изменениями социально-экономических условий жизни мордовского населения края, обусловленными процессами урбанизации, быстрым развитием промышленности, что не могло не отразиться на традиционном укладе мордвы: на смену природным материалам (в том числе и растениям), используемым в быту и хозяйственной деятельности, приходят искусственные, созданные промышленным способом. Верхняя граница исследования детерминирована тем, что исторические источники по обозначенному периоду наиболее полно зафиксированы в архивных документах, этнографических данных и памяти информаторов.

Территориальные рамки исследования охватывают границы Республики Мордовия, где проживает 31,9% мордвы (283 861 чел.)2. Для выявления роли и места растительного мира в жизни коренных жителей в 2004–2010 гг. были исследованы районы с преимущественным проживанием мордвы: Зубово-Полянский, Темниковский, Краснослободский, Ельниковский, Старошайговский, Ромодановский, Рузаевский, а также районы со смешанным населением: Лямбирский, Ковылкинский, Чамзинский, Большеберезниковский, Дубенский, Теньгушевский, Торбеевский и др.

Степень разработанности проблемы. Специальные исследования по изучению культуры мордвы появились с середины 20-х гг. XVIII в. Г. Ф. Миллером, П. С. Палласом, И. И. Лепехиным, И. Г. Георги были собраны важные сведения, сделаны уникальные наблюдения по многим вопросам не только материальной и духовной культуры, но и расселения, этнического состава и этнической истории, языка, этногенетических и этнокультурных связей мордвы с другими народами3. В начале XX в. опубликованы составленные в 1783 г. землемером К. Мильковичем записки «Быт и верования мордвы в конце XVIII столетия», где описываются поминальный и погребальный обряды мордовского населения4.

В XIX в. В. Н. Майновым, А. А. Шахматовым, И. Н. Смирновым были изданы первые монографические исследования по мордве, в которых приводились материалы, собранные в процессе различного рода экспедиций по местам расселения мордовского народа5. Со второй половины 80-х гг. XIX в. начинается деятельность М. Е. Евсевьева, первого национального этнографа, филолога и просветителя, в работах которого описан весь цикл праздников и обрядов, справлявшихся мордвой6. Во второй половине XIX – начале XX вв. в ряде периодических изданий – «Пензенские епархиальные ведомости», Саратовские, Тамбовские, Уфимские «Губернские ведомости», «Этнографическое обозрение» и др., появляются статьи В. А. Ауновского, К. Митропольского, А. Ф. Можаровского, А. Смирнова, М. Бурдукова и др.7, в которых нашли отражение важные данные, характеризующие многие стороны формирования и развития хозяйства, материальной культуры, общественной и семейной жизни, народных знаний, обрядов и ряда других аспектов духовной культуры изучаемого народа. Названные исследования послужили основой при рассмотрении места растительного мира в традиционном укладе жизни мордвы.

По инициативе Пензенского краеведческого музея и общества любителей естествознания и краеведения в 1923–1924 гг. были проведены этнографические экспедиции в мордовских селениях Городищенского, Краснослободского, Наровчатского, Спасского уездов. Их участники сделали оригинальные описания жилища, костюмов, священных урочищ, различных форм религиозных и других обрядов, знахарства и ворожбы, собрали коллекции женских и мужских костюмов, головных уборов, украшений, вышивок и др.8 Эти сведения проанализированы в нашем исследовании при рассмотрении средств растительного происхождения в народной медицине, строительстве жилища, изготовлении одежды. Широкое этнографическое изучение мордовского народа началось с середины 50-х гг. XX в., когда развернула свою работу Мордовская этнографическая экспедиция под руководством доктора исторических наук В. Н. Белицер, организованная Институтом этнографии АН СССР и Научно-исследовательским институтом языка, литературы и экономики при Совете Министров Мордовской АССР. По итогам этих экспедиций были опубликованы монографии, статьи, в которых, по существу, впервые столь обстоятельно, с привлечением новых полевых материалов проанализированы вопросы расселения (В. И. Козлов), хозяйство и промыслы (М. Ф. Жиганов), пища и домашняя утварь (Е. И. Динес), поселения и жилища (Е. И. Горюнова, В. Н. Белицер, Н. П. Макушкин)9, особенности бытовой культуры, одежда теньгушевской мордвы-эрзи (В. П. Ежова), обрядность (Т. П. Федянович) и др.10

Этнографическое изучение мордовского народа продолжалось и в последующие годы. Авторским коллективом под руководством профессора В. И. Козлова была написана обобщающая работа «Мордва», в которой на основе новейших археологических, архивных, полевых и этносоциологических материалов исследованы вместе с историей народа его хозяйство, материальная и духовная культура, общественная жизнь, этнические процессы в исторической динамике. Те же аспекты проанализированы в разделе «Мордва» коллективной монографии «Народы Поволжья и Приуралья». В изучении вопросов природопользования имеют огромное значение и другие труды В. И. Козлова11. Большую теоретическую и практическую значимость имеют монографии и этнографический справочник Н. Ф. Мокшина «Материальная культура мордвы»12. Значительный вклад в исследование материальной культуры этноса внесли мордовские ученые, такие как А. С.Лузгин, В. А. Балашов, Л. И. Никонова, Н. Ф. Беляева, Г. А. Корнишина, Ю. Н.Сушкова и др.13 В качестве теоретической базы и сравнительного материала привлечены труды чувашских исследователей В. Д Димитриева, В. П. Иванова, Е. К. Минеевой, Г. Б. Матвеева, Л. А. Таймасова14. Начиная с 2000 г., НИИ гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия планомерно занимается изучением диаспорных групп этноса по проекту «Мордва России», охватывая регионы вплоть до Сибири и Дальнего Востока. По результатам этнографических экспедиций изданы коллективные монографии, имеющие и теоретическую, и методологическую ценность15.

Обобщая вышеизложенное, можно сделать вывод о том, что вопросам традиционной культуры мордвы внимание уделено в большом числе историко-этнографических трудов. Однако до сих пор отсутствуют комплексные исследования, посвященные роли и месту растений в укладе жизни мордовского народа Республики Мордовия.

Целью диссертационного исследования является изучение использования растительного компонента в традиционном укладе жизни мордвы, проживающей на территории Мордовии.

Исходя из поставленной цели, решаются следующие задачи:

– проанализировать взаимодействие человека и природы как условие культурного развития общества;

– показать роль местной флоры в хозяйственной деятельности;

– рассмотреть влияние окружающего растительного мира на промыслы мордвы;

– проследить использование растительных компонентов в жилищно-хозяйственном комплексе;

– раскрыть роль растений в культуре питания;

– охарактеризовать растительные материалы, используемые при изготовлении традиционной одежды;

– определить место растений в обрядах и праздниках;

– выявить отражение растительного мира Мордовии в топонимии и этномедицине.



Источниковая основа исследования. Работа опирается на материалы, хранящиеся в Государственном архиве Пензенской области (далее ГАПО), Центральном государственном архиве Республики Мордовия (далее ЦГА РМ), научном архиве ГКУ «Научно-исследовательский институт гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия» (далее НА НИИГН), опубликованные документы, статистические материалы, данные полевых исследований. В ЦГА РМ из фондов районных инспектур госстатистики извлечены сведения о недостаточном развитии в области обеспечения здравоохранения населения края, что и послужило одной из причин применения народных средств лечения как для профилактики, так и лечения заболеваний, где значительное место отводится средствам растительного происхождения (Ф. Р-267, Ф. Р-20, Ф. Р-18, и др.). Большое количество источников, хранящихся в ЦГА РМ, использовано для характеристики роли и места растительного мира в хозяйственной деятельности мордовского населения края. В частности, такие сведения содержатся в фондах Темниковской уездной землеустроительной комиссии Тамбовской губернии и канцелярии Саранского уездного исправника, где имеются списки лошманов по вырубке лесов и т.п. Применены материалы НА НИИГН, собранные в ходе этнографических экспедиций, проведенных Институтом этнографии АН СССР и МНИИЯЛИЭ при Совете Министров МАССР в 1973 г. (И-21, 148, 152, 221, 302, 390, 489, 885, 906, 1057, 1074, 1193 и др.). В них имеются обширные фактические данные по традиционной культуре и окружающей среде; представлены факты о роли растений в хозяйственной деятельности мордвы, месте растений в промыслах мордовского населения, об использовании растительных средств в жилище и хозяйственных постройках, растительных компонентах в культуре питания и в традиционной одежде; растениях в обрядах и праздниках16, народных средствах лечения с использованием трав и др.17 Ценными для написания диссертации оказались данные, извлеченные из фондов ГАПО (Ф.Р-18, Ф.Р-85, Ф.Р-225 и др.), которые применялись при раскрытии вопросов о промыслах мордовских крестьян, где растениям отводится значительная роль. В их составе имеются сведения об отхожих промыслах по Пензенской губернии, о плодоводстве и огородничестве, о содержании крупного рогатого скота и др.18

Одним из основных источников для написания диссертации явились полевые материалы, сбор которых осуществлялся в Республике Мордовия по специально разработанной авторской программе. Вопросник был составлен на основе методики, разработанной сотрудниками ГКУ НИИГН под руководством профессора Л. И. Никоновой. Особое внимание уделялось сбору данных в районах, где традиционно проживает мордовское население. Собранный полевой, архивный и опубликованный материал позволил всесторонне осветить тему диссертации в заданных хронологических рамках, провести необходимую реконструкцию и анализ для решения поставленных цели и задач.



Теоретико-методологической основой исследования послужили принципы историзма, объективности и детерминизма. Все явления изучались с учетом динамики, конкретно-исторической обусловленности, всестороннего охвата изучаемых явлений. Использованы сравнительно-исторический метод (реконструкция исследуемых процессов путем описания, сопоставления, сравнения), а также этносоциологические методики (опросы, анкетирование респондентов, непосредственное наблюдение по специально разработанной программе). Применение в совокупности всех методов позволило тщательно проанализировать роль растений в повседневном укладе жизни мордвы на территории Мордовии, выявить внутреннюю структуру взаимодействия человека и природы как условие культурного развития общества.

Научная новизна диссертации обусловлена тем, что в ней впервые представлен опыт комплексного изучения роли растительного мира в повседневном укладе жизни мордвы на территории Мордовии. В ходе работы были изучены и классифицированы следующие принципы использования растений в повседневном укладе: взаимодействие человека и природы как условие культурного развития общества; роль растений в хозяйственной деятельности; их место в промыслах; использование растительных средств в жилище и хозяйственных постройках; растительные компоненты в культуре питания; их значение в традиционной одежде; место растений в обрядах и праздниках; народные знания о растениях в топонимии и традиционной медицинской культуре. Показана степень сохранности растений, проанализированы изменения в применении растительных средств в настоящее время, предпринят опыт выявления форм взаимовлияния культур этнических групп, проживающих на территории Мордовии. В научный оборот впервые введен полевой материал, собранный автором. Указанные положения соответствуют п. 4, 7, 8 Паспорта специальностей ВАК РФ.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. В повседневной деятельности мордовский народ приспосабливался к обычной для него природной среде, вырабатывая при этом самобытную культуру. Лес являлся концептом натурфилософии мордвы, определившим основные культурные характеристики этнического ландшафта и экологическое поведение людей в нем. Местная флора оказала определяющее влияние на хозяйственную деятельность мордовского народа, главным занятием которого было земледелие с преобладанием зерновых культур. Немаловажную роль занимало огородничество. На протяжении длительного времени растительные компоненты использовались при изготовлении хозяйственных орудий.

2. Окружающий растительный мир определял развитие того или иного промысла. Наиболее развитыми у мордовского народа были деревообрабатывающий и промыслы по обработке растительного волокна, что объясняется наличием больших лесных массивов и богатством растений. Это определялось расположением территории Мордовии – на стыке лесной (верхневолжские губернии с их широко развитыми деревянными промыслами). Традиционный опыт использования природных ресурсов края нашел отражение в жилищно-хозяйственном комплексе. Основным материалом для строительства дома и хозяйственных построек была древесина хвойных и лиственных пород.

3. В питании мордвы основное место занимают продукты растительного происхождения. По-прежнему большое место в пище продолжают занимать хлеб, картофель, сохраняют свое значение каши. Наряду с овощами, использовавшимися в традиционной мордовской кухне, появились новые овощные блюда и закуски.

4. Основными материалами для изготовления одежды традиционно служили компоненты растительного происхождения. В ее виды, форму, отделку и орнамент тесно вплетены дикорастущие, специально выращенные и переработанные растения. Они пронизывают всю духовную культуру, в т. ч. ритуалы проведения традиционных обрядов и праздников. Роль растений в обрядности была многофункциональной, часто они сочетались друг с другом во время проведения обрядов.

5. В лечебных целях мордвой широко использовались всевозможные травы. Из них готовили отвары, настойки, мази, примочки и т. п. Сбор трав производился с соблюдением определенных правил.

6. Растительный мир оказывал влияние и на формирование мордовской топонимической системы, в которой зафиксированы народные знания об окружающей природной среде.

Теоретическая и практическая значимость работы заключается в том, что изучение роли растительного мира в традиционной культуре способствует сохранению и возрождению на новом уровне традиционной самобытности мордовского населения в полиэтничном мире Республики Мордовия. Материалы диссертации могут быть использованы при подготовке лекций и спецкурсов по этнографии, отечественной истории и культурологии в высших и средних профессиональных учебных заведениях.

Апробация работы. Основные положения диссертации, ее выводы и обобщения обсуждались на VII и VIII международных конгрессах этнографов и антропологов России (Саранск, 2007; Оренбург, 2009); Всероссийской научно-практической конференции ССУЗов Приволжского федерального округа «Роль инновационных направлений в подготовке будущих специалистов» (Рождествено, 2009.); межрегиональной научно-практической конференции «Этнокультурное образование: опыт и перспективы» (Саранск, 2010); а также опубликованы в 10 статьях; в том числе, в журналах рецензируемых ВАК – 3.

Структура диссертации выстроена в соответствии с задачами исследования и состоит из введения, трех глав, заключения, списка источников и литературы и приложений.
II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Во введении обосновывается актуальность избранной темы, анализируется степень ее изученности, определяются цель и задачи, объект и предмет, хронологические и территориальные рамки исследования, характеризуется его источниковая база, раскрываются методология, научная новизна и практическая значимость диссертации, формулируются выносимые на защиту положения, приводятся сведения об апробации результатов исследования и его структуре.

Глава первая «Растительный мир в системе жизнеобеспечения мордвы» посвящена рассмотрению теоретических вопросов, касающихся истории взаимовлияния структурных элементов растительного мира и мордовского населения.

В первом параграфе «Традиционная культура и окружающая среда в укладе жизни: к теории взаимодействия человека и природы» охарактеризовано влияние природно-географических условий проживания на складывание традиционной культуры этноса. Окружающая среда, человек (общество) и компоненты традиционной культуры представляют единую взаимосвязанную систему. Социокультурный комплекс в своем историческом развитии адаптируется к окружающей среде (в том числе к животному и растительному миру), обеспечивая человеческому коллективу существование за счет ресурсов конкретной природной системы. Мордовский народ издревле занимает территорию Среднего Поволжья – зону преимущественного распространения северных хвойных лесов, многочисленных рек, речушек и родников. Здесь достаточно суровый континентальный климат с холодной зимой и непродолжительным весенне-летним периодом, несбалансированными осадками. Зональными типами растительности являются широколиственные леса и луговые степи (лесостепь), площадь под которыми существенно сократилась в результате распашки. Опираясь на концепцию С. Архангельского, который пишет, что «исстари мордовский народ любил селиться и жить среди дремучих лесов»19, можно утверждать, что лес являлся концептом «натурфилософии» мордвы, определившим основные культурные характеристики этнического ландшафта и экологическое поведение людей в нем. Это поведение во многом характеризовалось личностным отношением к пространству, которое проявлялось в эмоционально-моторном освоении территории, генетически восходящем к традициям охотников и собирателей. Растительный мир Мордовии занимает значительное место в традиционной культуре мокши, эрзи и шокши.



Второй параграф «Роль растений в хозяйственной деятельности мордвы» посвящен рассмотрению взаимосвязи флоры и хозяйства мордовского населения края. Наличие лесных массивов, занимающих обширные территории водоразделов, а также огромные просторы полей, отвоеванные еще древними земледельцами у лесных чащ путем подсеки – таковы наиболее характерные природные условия мордовского края. Хозяйство мордвы носило комплексный характер с преобладанием земледелия. Формы и способы земледелия в основном зависели от природных особенностей, этнических, а также местных внеэтнических традиций. В основном возделывались рожь, овес, просо, полба, гречиха, чечевица, картофель. В отношении технических культур сеяли лен, но на малых площадях, тогда как конопляники в каждом селении занимали наибольшую часть земли. Картофелем и коноплей занимали преимущественно приусадебные земли, их использовали в основном в личном хозяйстве. Сеяли повсеместно вручную, это же касалось и уборки зерновых, огородных культур и луговых трав. Орудия труда изготовлялись с использованием дерева. Только с конца XIX столетия в крестьянском хозяйстве появляются усовершенствованные орудия и машины сельскохозяйственного производства. Кроме полеводства в системе жизнеобеспечения мордовских крестьян немаловажную роль играло огородничество, и в меньшей степени – садоводство. На огородах сажали лук, огурцы, репу, бобы, горох, капусту, с середины XIX в. выращивали картофель, с первой половины XX в – помидоры. Крестьяне разводили лошадей, крупный рогатый скот, овец, свиней, коз, птиц. Растительный мир составлял основную кормовую базу их содержания, но она значительно ухудшилась, после отмены крепостного права вместе с изъятием у крестьян значительной доли луговых и пастбищных угодий.

В третьем параграфе «Место растений в промыслах мордовского населения» характеризуется производственная специализация мордвы, основанная на использовании растительных компонентов. В хозяйстве мордовского населения края немаловажное значение играли промыслы, которые определялись географическим расположением территории Мордовии и ее природными ресурсами, в том числе и растительными. Самой развитой была деревообработка. Усложнение хозяйственной жизни, рост населения повлекли за собой увеличение строительства жилых и хозяйственных построек, как правило, деревянных. При этом токарно-резной промысел был мало распространен. Из промыслов по химической обработке дерева получили развитие углежогный, смолокурный и дегтярный. Использование растительного волокна получило широкое распространение и находилось на втором месте после обработки дерева. Прядением из конопляного и льняного волокна пряжи, а также тканьем из нее разнообразных холстов крестьяне занимались повсеместно. Соломенно-плетеночный промысел получил распространение в безлесных местностях. Наиболее развитым являлся рогожно-кулевой промысел. Некоторые селения специализировались на выработке «рядных» рогож или циновок. Последние употреблялись на обшивку саней и упаковку ценных товаров. Наибольшее развитие получило производство кулей или мочальных мешков. В отличие от русских, у мордвы больше была распространена первичная обработка волокна, прядильно-ткацкий и только отчасти канатно-веревочный промыслы. Последний распространен был главным образом в русских селениях. Первичная обработка пеньки состояла в отделении волокна конопли и льна от кострики. На третьем месте по своему развитию стояло бондарное производство, которое среди мордовского крестьянства было распространено почти в одинаковой степени с русским. В Карсунском уезде удельный вес бондарей из мордвы был даже выше русских. Значительное развитие в Мордовии получил экипажный промысел, который подразделялся на ободный, колесный, тележный, санный, дужный, полозный (гнутье полозьев), производство оглобель и клещей для хомутов. В Алатырском, Ардатовском и Карсунском уездах относительное соотношение русских кустарей-экипажников превышало над мордовскими в три раза (абсолютное – почти в 30 раз), в Спасском уезде данный вид производства был более распространен среди мордвы. В конце XIX – начале XX вв. среди крестьянства приобрел популярность и портновский промысел. Производство обуви распадалось на сапожный, башмачный и лапотный. В качестве основной обуви мордве служили лыковые лапти. Они изготовлялись в каждой крестьянской семье. В настоящее время такие виды производства как рогожное, гончарное, бондарное, плетеночное, кузнечное и другие утратили свое бытовое значение и практически перестали существовать, но деревообрабатывающие промыслы продолжают сохраняться.

Во второй главе «Растения в материальной культуре мордвы» выявлена специфика использования элементов флоры в хозяйственном обиходе мокши, эрзи и шокши.

В первом параграфе «Использование растительных средств в жилище и хозяйственных постройках» подверглись анализу различные аспекты использования отдельных видов и элементов растений при возведении строений различного назначения. Их специфика определялась природно-климатическими условиями: мордва селилась вблизи лесных массивов, где можно было найти материал для строительства. Типология жилищ мордвы преимущественно подразделялась на два вида – бревенчатые и глинобитные. В качестве основного материала для строительства дома применялась хвойная и лиственная древесина. Приоритетное употребление тех или иных пород связано с географическими условиями местности и произрастанием определенных видов деревьев. Предпочтение отдавали сосне. Дуб и другие крепкие породы лиственных деревьев применяли в основном для нижних венцов и подоконников, больше подвергающихся загниванию от сырости. Осина для жилых построек использовалась в редких случаях, так как по традиционному представлению, восходящему еще ко времени существования курных изб, она обладала наибольшей теплопроводностью, быстро подвергалась гниению, легко впитывала сырость и дым.

Наряду с бревенчатыми жилищами в южных и центральных районах Мордовии, начиная со второй половины XIX в., стали строить глинобитные дома-литухи, но и здесь не обходилось без разного рода растительных средств (опалубка, оконные рамы, двери). Дрань, щепа, солома, а также деревянное покрытие (тёс) являлись традиционными кровельными материалами. Древнемордовское название крыши керь (букв. – лубок, или содранная с дерева кора липы), встречается как архаизм в свадебных причитаниях. Но в начале XX в. покрытие крыш дранью в северо-восточных и северо-западных районах было полностью вытеснено покрытием из тёса, а в юго-западных – из щепы. Способы покрытия крыш отличались разнообразием, но во всех случаях применялся прием, заключавшийся в прибивании тесовых причелин, «лесенок», которые обычно возводились из жердей, связанных между собой поперечными перекладинами, образующими подобие лестницы. Зазоры между бревнами проконопачивали мхом, мочалом изнутри сразу же после возведения сруба. В районах Республики, не располагающих запасами мха, сруб прокладывали паклей (Ардатовский, Лямбирский, Ромодановский и др.). Потолки в избах, как правило, настилались из распиленных бревен; щели проконопачивались паклей, а сверху потолок засыпали листьями. Для устройства крыльца, сеней, чуланов, дверей, окон, полов также использовалось дерево. В строительстве современного мокшанского и эрзянского дома сохраняются традиционные конструктивные и декоративные приёмы, но наряду с древесиной широко используются кирпичные, бетонные блоки. Наряду с традиционным резным орнаментом на жилищах можно встретить барельефные украшения. Такая резьба, называемая часто корабельной, не являлась национальной мордовской техникой, она выработалась в результате длительного общения поволжских резчиков различной национальности на волжском судостроении. Традиционными элементами интерьера мордовского дома являлись лавка-шкаф, печная лавка, деревянные столы, полка-шкаф. Стулья для домов повсеместно делали дубовые. В настоящее время для внутренней планировки современного жилища характерны современная мебель, столы обычно покрыты клеенкой или скатертью.



Второй параграф «Растительные компоненты в культуре питания» характеризует традиционную культуру питания мордвы на территории Мордовии, и ее связь с растительным миром края. Растительный компонент превалировал и в традиционной пище мордовского населения. Из овощей в разное время в мордовскую кухню входили капуста, огурцы, лук, чеснок, редька, репа, морковь, свекла, тыква, помидоры, перец, редис. Повседневной едой была каша, входившая и в праздничную, обрядовую пищу. Ее готовили из полбы, чечевицы, гороха. Со второй половины XIX в. распространился картофель, названный мордвой «земляным яблоком» (мода марь). Существенный отпечаток на питание накладывали религиозные взгляды. Они не только регулировали сам процесс питания, но и, санкционировали отдельные праздничные и обрядовые кушанья. Способы приготовления кваса имели сходство с рецептами русского населения. Однако в приготовлении этого напитка подмечено своеобразие, заключавшееся в распускании муки в горячей воде и заквашивании без запаривания. В современности традиционные напитки стали большой редкостью. Иногда готовится пуре (вареный мед). В качестве обрядового напитка у мордвы-эрзи изготовляется поза (брага). Широко используется квас. Традиционные вкусы, предпочтения народа, выработанные им на протяжении веков, способствовали созданию своей национальной культуры питания, на которую оказали большое влияние разносторонние взаимодействия этноса с другими народами. И сегодня в питании мордвы сохранились и преобладают средства растительного происхождения.

Третий параграф «Растительные материалы в традиционной одежде» раскрывает аспекты использования растений в национальных костюмах мордвы. Растительный мир в нарядах занимает значительное место и является результатом взаимодействия человека и природы. Каждый набор нарядов (праздничной и будничной, верхней и нательной) изготавливался не только из растений: льна, конопли, поскони и др., но и из средств, полученных в результате их переработки (одежда из сукна). Части растительных средств применялись для придания формы, вида головных уборов, поясного набора и пр. Пояс являлся обязательным элементом женской одежды многих народов Среднего Поволжья, в том числе и мордвы. Для придания им формы, отделки использовались части березы, липы, луба, а также полотенца (чаще вытканных из льна). Исключением считалось отсутствие пояса во время исполнения некоторых обрядов. Пояса изготавливали из шерстяных домашних ниток, покрашенных растительными красителями в красный и черный цвет. В целом, растения и их производные в настоящее время заменены на современные материалы в стилизованном виде или полностью утратили свое назначение. Но в этнографических экспедициях по районам Мордовии выяснено, что жители хранят мордовскую одежду, помнят, в каких случаях ее одевали, из чего она ткалась.

В третьей главе «Отражение растительного мира в духовной культуре мордвы» исследуется влияние флоры на обряды и праздники, ее фиксация в топонимии и использование растительных компонентов в этномедицине.

В первом параграфе «Растения в обрядах и праздниках» изучены семейные традиции, календарные праздники мордвы и проанализировано применение в них растительных компонентов. Мордовским народом они использовались не только в хозяйстве и материальной культуре, но и в духовной культуре при проведении праздников и обрядов. При закладке нового дома использовались разные предметы, в том числе и зерна пшеницы, каша, хлеб и пр. Во время общественных молений, которые всегда совершались на природе, большое значение имело место их проведения (опушка леса) рядом с особо значимыми деревьями, обязательное участие некоторых растений или их производных (пища, ткань, одежда и т. п.). В процессе проживания в лесистой местности мордва многим деревьям и кустарникам приписывала магические качества по принципу их «положительности» или «отрицательности». Одни породы деревьев, наделялись свойствами безусловной «святости», а другие – ритуальной «нечистоты». Дерево, в религиозной практике у мордвы, выступает как канал связи земного и небесного, мира мертвых и живых. Наибольшим почитанием пользовались береза, дуб, липа, рябина, сосна, яблоня. Осину и ель мордва избегала. Эти деревья считались «нечистыми». Топить ими печь считалось большим грехом. В религиозно-обрядовой практике почитались и целые священные, заповедные рощи, которые рассматривались как естественные святилища. Заповедные рощи встречались еще в начале XX в.



Сельская местность с богатой окружающей природой и сегодня благоприятствует бытованию обрядов и праздников, в которых тесно переплетается роль растений и, в целом, растительного мира. Обряды проводились в доме, в прошлом в основном деревянном, под матицей, в бане. Здесь же организовывалось и обильное угощение с использованием не только дикорастущих трав и продуктов собирательства, но и овощных культур (капуста, картофель, морковь и др.), фруктов и ягод, выращенных в садах и огородах. Особое место среди всех растений в праздниках и обрядах мордвы занимали зерновые культуры, из которых выпекался хлеб, готовились каши. Без использования зерновых и ритуальной каши не мыслились семейные церемонии (свадебные, родильные, похоронно-поминальные). В свадебной традиции при наречении молодой ее стукали по лбу специально для этого испеченным хлебом, что явно связывает свадьбу с земледелием. В конце XIX в. этот обряд почти всюду исчез у мордвы-эрзи и был распространен главным образом у мордвы-мокши. При появлении на свет новорожденного подоконники посыпали древесной золой, а вокруг ребенка обводили березовой метлой. Зыбку, в которую клали младенца, окуривали дымом от мусора, остававшегося на берегах после половодья. В качестве оберега применяли ветки от веника, которым повивальная бабка парила ребенка в бане. Растения применялись и в заупокойной обрядовости. Мордва, проводя ночь у изголовья покойного, имели обыкновение грызть орехи, которые старые люди берегли специально для таких случаев на протяжении нескольких лет или даже десятилетий. Зерновые культуры являются приоритетными в поминальных трапезах. Календарные обряды, проводившиеся на Рождество, Святки, Крещение, Масленицу, Пасху, Троицу, Петров день, Покров день, Егорьев день, престольные праздники сопровождались обрядовой атрибутикой (дары растительного происхождения, молитвы, заговоры с использованием средств растительного мира), через которую люди пытались воздействовать на природу, чтобы добиться богатого урожая. Эти праздники приурочивались к началу или завершению каких-либо работ (началу пахоты, сева, уборке урожая, и т.д.). С этой целью колдовали, проводили игры, гадали об урожае и т. п., в процессе чего растениям или их производным уделялось значительное место.

Второй параграф «Растительный мир в народных знаниях: топонимия и этномедицина» посвящен вопросам отражения флоры в обозначении элементов ландшафта и использования растений в народной медицине. Топонимия мордовского народа, являясь частью мировоззрения этноса, содержит названия лесов, деревьев, урочищ и других составляющих растительного мира мордовского края. В древности, когда формировались старейшие мордовские населенные пункты, в качестве собственных имен поселениям присваивались названия урочищ. Но, они употреблялись не часто, так как составные, еловые, дубовые, осиновые, липовые и другие рощи не могли быть хорошими ориентирами в лесной местности. Названия по урочищам в небольшом количестве возникли и в советское время. Отдельные наименования населенных пунктов свидетельствуют о выращивании конопли. Встречаются топонимы, связанные с термином «гуши» (трансформированное из «кужа» – поляна) и каньф – «конопляная», что свидетельствует об обосновании населенного пункта на поляне, где выращивали коноплю – одну из древнейших технических культур Мордовского края. Употребляется и корень «левож» (мочало).

Богатая и разнообразная растительность Мордовии отразилась и в народной медицине мордвы, которая традиционно заготавливает почки, кору, корни или целиком все растения. Широко используются их кровоостанавливливающие, ранозаживляющие, бактерицидные и иные свойства. Лекарства из растений приготавливали в виде отваров, как чай, а также настоев, порошков, мазей, пластырей. Вера в особую способность некоторых растений излечивать болезни и возвращать здоровье людям, отразилась во многих произведениях устно-поэтического творчества мордвы. Убежденность в целебных свойствах основывается, главным образом, на физиологическом действии растений, подмеченном и проверенном народом, но первоначально она подкреплялась и суевериями. Сейчас мы вновь обращаемся к опыту наших предков, который собирался сотнями поколений. Этот опыт — часть нашей истории, к которой мы должны относиться бережно, охранять и приумножать её достижения.

В заключении подведены основные итоги исследования, позволившего сделать вывод о том, что в традиционной культуре мордвы растительный мир занимает значительное место. Как основной компонент природы он оказывал определяющее влияние на все стороны жизни мордовского народа, проживающего в Мордовии. Основной средой обитания был лес: он поставлял и строительный материал, и пищу, и одежду, служил надежным убежищем от врагов. Растительные материалы, используемые при изготовлении традиционной одежды, разнообразны: лен, конопля, посконь и пр. Значительное место растения занимают в традиционных обрядах и праздниках мордовского населения. В календарных обрядах и праздниках широко использовались не только зерновые культуры, но и растения дикой природы. В мордовских топонимах содержатся названия рощ, урочищ. Для лечения и профилактики болезней в традиционной культуре мордвы используются лекарственные растения.

Таким образом, несмотря на то, что в настоящее время природный растительный покров постепенно изменяется, уменьшаются площади лесов, увеличиваются безлесные пространства, исчезают некоторые виды растений, мордва продолжает использовать растения для своих нужд. Необходимо отметить, что в основе современного отношения к природе лежит этноэкологическая культура, выработанная мордвой на протяжении веков, главным принципом которой является бережное отношение к природным ресурсам.


Основные положения диссертационного исследования

отражены в следующих публикациях автора
Статьи в ведущих рецензируемых научных журналах ВАК

Российской Федерации

1. Князькова, Л. П. Растения в семейной обрядности у мордвы: историко-культурный аспект. / Л. П. Князькова // Изв. Росс. гос. педагог. ун-та им. А. И. Герцена. Научный журнал Аспирантские тетради. – 2008. – № 24(55). – С. 163 – 166. (0,3 п. л.).

2. Князькова, Л. П. Растения в традиционной медицинской культуре мордвы / Л. П. Князькова // Регионология. – 2011. – № 1 (74). – С. 248 – 251. (0,2 п. л.).

3. Князькова, Л. П. Растительный мир в народных знаниях: топонимия и народная медицина / Л. П. Князькова // Научные проблемы гуманитарных исследований. – 2011. – Вып. 3. – С. 44 – 54. (0,83 п. л.).


Статьи, опубликованные в других научных изданиях

4. Князькова, Л. П. Растительный мир в культурной жизни мордовского народа / Л. П. Князькова // VII конгресс этнографов и антропологов России : докл. и выст. Саранск, 9 – 14 июля 2007 г. / редкол.: В. А. Тишков [и др.] – Саранск: НИИ гуманит. наук при Правительстве Респ. Мордовия, 2007. – С. 510. (0,06 п. л.).

5. Князькова, Л. П. Отражение растительного мира через механизмы коммуникации в народной медицине мордвы / Л. П. Князькова // Учен. зап. Таврич. нац. ун-та им. В. И. Вернандского. Сер. Филология. – 2008. – Т. 2. – № 137. – С. 224 – 227. (0,4 п. л.).

6. Князькова, Л. П. Растения в этномедицине мордвы / Л. П. Князькова // VIII конгресс этнографов и антропологов России : тез. докла. / редкол.: В. А. Тишков [и др.]. – Оренбург, 2009. – С. 561 – 562. (0,03 п. л.).



7. Князькова, Л. П. Народные знания в жизнедеятельности мордвы через механизмы коммуникации / Л. П. Князькова // Роль инновационных направлений в подготовки будущих специалистов : материалы науч.-практ. конф. ССУЗов Приволжского федерального округа / Сост.: Т. С. Пискайкина;редкол.: Н. И. Фабричнова [и др.] – Рождествено, 2009. – С. 150 – 155. (0,4 п. л.).

8. Князькова, Л. П. Место растений в жизнедеятельности мордвы / Л. П. Князькова //Од Вий = Молодая сила:сб. науч. ст. аспирантов и докторантов / отв. ред .и сост.Г. А. Куршева. – Саранск: НИИ гуманитар. наук при Правительстве Респ. Мордовия, 2009. – Вып. 2. – С. 87–92 (0,37 п.л.)

9. Князькова, Л. П. Использование растений в традиционной медицине мордвы в повседневной жизни / Л. П. Князькова // Этнокультурное образование : опыт и перспективы : материалы межрегион. науч.-практ. конф. – Саранск: Мордов. респ. ин-т образования, 2010. – С. 68 – 77. (0,4 п. л.).

10. Князькова, Л. П. Баня и растения в народной медицине мордвы / Л. П. Князькова // IХ конгресс этнографов и антропологов России : тез. докл. / редкол.: В. А. Тишков [и др.]. – Петрозаводск, Карельский научный центр РАН, 2011. – С. 370. (0,04 п. л.).



1 Корнишина Г. А. Экологическое воззрение мордвы (религиозно-обрядовый аспект). Саранск, 2008. С. 137.


2 Национальный состав населения Республики Мордовия // Итоги Всероссийской переписи населения 2002 года. Саранск, 2005. С. 60.

3 Цит. по: Мокшин Н.Ф. Мордва глазами зарубежных и российских путешественников. Саранск, 1993. С. 77-79.

4 Георги И. Г. Описание всех обитающих в Российском государстве народов и их житейских обрядов, обыкновений, одежд, жилищ, упражнений, забав, вероисповедания и других достопамятностей. СПб.,1799; Гмелин С. Г. Путешествие по России для исследования трех царств естества. Т. 2. СПб., 1777; Лепехин И. И. Дневные записки путешествия по разным провинциям Российского государства в 1768 и 1769 гг. Ч. 1. СПб., 1771; Паллас П. С. Путешествие по разным провинциям Российской империи. СПб., 1809; Рычков Н. П. Журнал или дневные записки путешествия капитана Рычкова по разным провинциям Российского государства 1769-1770 гг. СПб., 1770; Милькович, К. Быт и верования мордвы в конце XVIII столетия // Тамбовские епархиальные ведомости. Неофициальная часть. 1905. № 18. С. 8-20.

5 Майнов В. Н. Очерк юридического быта мордвы. СПб, 1885; Его же. Результаты антропологических исследований среди мордвы-эрзи // Зап. ИРГО по отделению этнографии. Т. 11. 1883; Его же. Один день среди мокши // Деревня и новая Россия. Т. 3. № 10. СПб., 1878; Шахматов А. А. Мордовский этнографический сборник. СПб., 1910; Смирнов И. Н. Мордва. Историко-этногра-фический очерк. Казань, 1895.

6 Евсевьев М. Е. Братчины и другие религиозные обряды мордвы Пензенской губернии // Живая старина. Вып.1-2. Петроград, 1914; Его же. Эрзянь-рузонь валкс. М., 1931; Его же. Избранные труды: в 5 т. Саранск, 1963-1966.

7 Ауновский В. А. Этнографический очерк мордвы-мокши // Памятная книжка Симбирской губернии на 1869 г. Симбирск, 1869. С. 87–107; Митропольский К. Мордва. Религиозные верования, их нравы и обычаи / Тамбовские епархиальные ведомости. Спб., 1876. № 12. С. 355–356; № 13. 371–379; Можаровский А. Мордовское село Какино Сергачского уезда Нижегородской епархии// Нижегородские епархиальные ведомости, 1890. № 24; Смирнов А. Заметки о мордве и памятники мордовской старины в Нижегородской губернии. ИОАИЭ, Т. XI. Вып. 3. Казань, 1893; Бурдуков М. Мордва. Этнографический очерк // Уфимские губернские ведомости. 1905. № 176. С. 3–18.

8 Гераклитов А. А. Алатырская мордва. По переписи 1624–1721гг. Саранск, 1938; Его же. Арзамасская мордва по писцовым и переписным книгам 17–18 веков. Саратов, 1930; Его же. Материалы по истории мордвы. М., 1931; Костин Н. Н. Краткий очерк истории Краснослободского уезда и г. Краснослободска Пензенской губернии // Известия КУОН, 1921; Любомиров А. Е. Краткий исторический очерк мордовского народа // Мордовское население Пензенской губернии, его прошлое и настояще. Пенза, 1927; Маркелов М. Т. Саратовская мордва. Этнографические материалы // Саратовский этнографический сборник. Вып. 1. Саратов, 1922. С. 53–238; Масленников Н. Крестьянские постройки мордвы с. Кученяево Ульяновской губернии // ИО АИЭ. Т. 33. Вып. 4. Казань, 1927. С.67–74; Мордовское население Пензенской губернии, его прошлое и современное состояние. Пенза, 1927 и др.

9 Горюнова Е. И. Развитие жилища у мордвы // Исследования по материальной культуре мордовского народа. М., 1963. С. 127–146; Белицер В. Н. Жилые и хозяйственные постройки мордвы-мокши на территории Мордовской АССР в конце XIX – первой половине XX в. // Исследования по материальной культуре мордовского народа. М., 1963. С. 161–191; Макушин Н. П. Поселения мордвы на территории Мордовской АССР // Исследования по материальной культуре мордовского народа. М., 1963. С. 147–160; Его же. Современное эрзянское жилище на территории Мордовской АССР // Исследования по материальной культуре мордовского народа. М., 1963. С. 192–209.

10 Федянович Т. П. Черты сходства свадебной обрядности русских и мордвы // Русский народный свадебный обряд. Ленинград, 1978; Ее же. Мокшанская свадьба (XX в.) // Краеведение Мордовии, Саранск, 1973; Ее же. Семейные обряды финно-угорских народов Урало-Поволжья (конец XIX века – 1980-е годы). М., 1997; Ее же. Изучение семейных обрядов мордвы // Итоги полевых работ Ин-та этнографии в 1970 г. М., 1971. Ее же. Семейные обряды мордвы Темниковского и Теньгушевского районов Мордовской АССР // Итоги полевых работ Ин-та этнографии в 1971 г. Ч. 2. М., 1972.

11 Козлов В. И. Основные проблемы этнической экологии // СЭ. М., 1983. № 1. С. 3 – 15; Его же. Жизнеобеспечение этноса: содержание понятия и его экологические аспекты // Этническая экология: теория и практика. М.: Наука, 1991. С. 14–42; Его же. Этническая экология: становление дисциплины и история проблемы. М., 1994. С. 205.

12 Мокшин Н. Ф. Материальная культура мордвы: Этнографический справочник, 2002; Его же. Религиозные верования мордвы. Историко-этнографические очерки. Саранск, 1998; Его же. Мордовский этнос. Саранск, 1989.

13 Лузгин А. С. Жизнь промыслов: промысловая деятельность крестьян Мордовии во второй половине XIX – начале XX в. (этнокультурные аспекты). Саранск, 2007; Балашов В. А. Бытовая культура мордвы: традиции и современность. Саранск, 1992; Никонова Л. И., Кандрина И. А. Баня в системе жизнеобеспечения народов Поволжья и Приуралья: историко-этнографическое исследование. Саранск, 2003; Беляева Н. Ф. Традиционные институты социализации детей и подростков у мордвы. Саранск, 2002; Ее же. Традиционные формы регулирования семейно-брачных отношений в обычном праве у мордвы // VI конгр. этногр. и антропологов России. СПб., 2005; Корнишина Г. А. Традиционные обычаи и обряды мордвы. Саранск, 2000; Мокшин Н. Ф. Мордовский этнос. Саранск, 1989; Его же. Тайны мордовских имен: исторический ономастикон мордовского народа. Саранск, 1991; Сушкова Ю. Н. Брак и семья в обычном праве мордвы. Саранск, 2005; Ее же. Этноправосудие у мордвы в конце XIX – начале XX в.: автореф. дис. ... докт. ист. наук. Чебоксары, 2009; Ее же. Этноправосудие у мордвы. Саранск, 2009.

14 Чуваши: история и культура. Чебоксары: в 2 т. / Отв. ред. В. П. Иванов. Чебоксары, 2009; Димитриев В. Д. Вопросы этногенеза, этнографии и истории культуры чувашского народа: сб. ст. Чебоксары, 2004; Его же. Чувашские исторические предания. Очерки истории чувашского народа с древних времен до середины XIX века. Чебоксары, 1993; Минеева Е. К. Чувашская диаспора в трудах исследователей конца XIX – начала ХХ веков // Вестник Чувашского университета. Чебоксары. 2006. № 6. С. 58-73; Матвеев Г. Б. Чувашское народное зодчество: от древности до современности. Чебоксары, 2009; Иванов В. П., Димитриев В. Д., Николаев В. В. Чуваши: этническая история и традиционная культура. М., 2000; Иванов В. П. Этническая география чувашского народа. Историческая динамика численности и региональные особенности. Чебоксары, 2005; Таймасов Л. А., Тянгов Л. Я. Отечественная история. Чебоксары, 2009; Таймасов Л. А. Христианское просвещение нерусских народов и этноконфессиональные процессы в Среднем Поволжье в последней четверти XVIII – начале XX века: автореф. дис. … док. ист. наук. Чебоксары, 2004.

15 Мордва юга Сибири. Саранск, 2007; Мордва Саратовской области: в 2 ч. Ч. 1. Петровский район. Саранск, 2009; Мордва Западной Сибири: в 2 ч. Ч. 1. Село Калиновка: сибирская история и мордовские традиции. Саранск, 2009; Мордва Дальнего Востока. Саранск, 2010.

16 НА НИИГН. И-148. Мордовская этнографическая экспедиция в 1953 г. по селам Большеигнатовского района МАССР. Руководитель Белицер В. Н. на 164 л.; И-152. Этнографические материалы, собранные участниками историко-этнографической экспедиции 1951 г. в Торбеевском районе Мордовской АССР собранные В.П. Ежовой в с. Дракино, Салазгорь, Кажлодке, Старых Пичурах, выселках Якстере тяште; И-221. Отчет о работе этнографической экспедиции 1955 года и этнографические карточки, составленные Макушиным и Глуховой; И-302. Материалы по истории Мордовской АССР (XVIII – XIX вв.). Мордовская историко-этнографическая экспедиция 1951 года. (Ежова, Кавтаськин, С.Е. Ипполитов, Л. Щербакова); И-390. Белицер В. Н. Материалы Мордовской научной этнографической экспедиции в 1958 году; И-489. Материалы Мордовской этнографической экспедиции 1959 г.; И-885, И-906. Отчет об этнографической экспедиции сектора археологии и этнографии, проведенной в 1975 г. Беляева Н.Ф. Отчёты об этнографической экспедиции в 1982 г. в Рузаевский, Ковылкинский и Темниковский районы; И-1071. Тумайкин В.П. Материальная культура мордвы в Залесовском районе Алтайского края.; И-1074. Отчет этнографической экспедиции 1983 г.; И-1193. Отчет этнографической экспедиции в Оренбургскую область за 1987 г; И-21. С. Вернер. Культура дьяковских городищ на территории мордвы / к вопросу об этногенезисе мордвы /; Тумайкин В. П. Исследователи и путешественники о мордве / Материал собран 1974 г. научным сотрудником сектора археологии и этнографии МНИИЯЛИЭ и др.

17 НА НИИГН. Л-20. Приметы, верования, загадки, пословицы и поговорки, песни и частушки, записанные Я. Пинясовым; Л-144. Инчин А. И. Фольклор мордовских казаков Южного Урала в 1964 г. с. Кулевчи, Варненского р-на Челябинской области. Запись со слов пенсионерки А. М. Заленцуких (перевод доктора филологических наук, профессора Раисой Бузаковой); И-1057. Беляева Н. Ф. Отчёты об этнографической экспедиции в 1982 г. в Рузаевский, Ковылкинский и Темниковский районы.

18


19 Архангельский С. Строения и занятия мордвы. Т. 20. СПб., 1845. С. 83.



База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница