Половину шекеля приношение Творцу



Скачать 124.55 Kb.
Дата05.11.2016
Размер124.55 Kb.
Ки Тиса 6

В самом начале нашей недельной главы мы читаем: «Когда будешь ты подсчитывать сынов Израиля… пусть каждый принесет Творцу искупительный дар за душу свою, и не будут поражены мором при подсчете. Вот, что дадут они, каждый проходящий подсчет — половину шекеля, священного шекеля, в котором двадцать монет гера, половину шекеля — приношение Творцу» (Шемот, гл. 30, ст. 12-14).

Известно, что повеление дал Всевышний Моше Рабейну — после того, как евреи изготовили золотого тельца. И мы понимаем, что монета, половина шекеля, принесенная в качестве особого, искупительного дара (цедаки) имела способность отвратить от еврея наказание за нарушение серьезнейшего запрета (на идолопоклонство) — могла спасти от мора, избавить от угрозы полного истребления в будущем.

Во времена персидского царя Ахашвероша, — рассказывает Талмуд (трактат Мегила, лист 13), — решил злодей Аман уничтожить весь еврейский народ. И, чтобы достичь цели, готов был внести, в качестве особого дара, в царскую казну десять тысяч серебряных монет. Но составленная из половинок серебряных шекелей «сумма», когда-то, за сотни лет до этих событий, собранная евреями, «перевесила» тысячи монет Амана и отвела от евреев угрозу тотального уничтожения. Иными словами, отдавая по половинке шекеля в «общий котел», сыны Израиля задолго готовили своим потомкам спасение в будущем. Как это может быть?

Дело тут в том, что Всевышний, для которого нет временных ограничений (Ему известно все, в том числе — и то, что произойдет) обладает способностью указывать путь (способ) спасения от опасности задолго до того, как опасность эта становится для человека реальной угрозой. И в нашем случае таким средством стала — монета в полшекеля (на иврите — мехацит а-шекель).

Но что за чудодейственная сила заключена в монете такого незначительного, казалось бы, достоинства?

Для того, чтобы ответить на этот вопрос, рассмотрим ивритское слово махацит.

В ивритском написании оно состоит из пяти букв, и третья из них (точно посередине) — буква цади. Однокоренное с названием этой буквы словоцедака (пожертвование на высокие цели).

С двух сторон центральную букву (цади) «окружают» ивритские буквы хет и йуд. Составленные вместе, они образуют слово хай, что в переводе означает — «живой».

Более далекое «окружение» буквы цади, первая и последняя буквы слова махацитмем и тав, вместе составляющие слово мет («мертвый»).

На основе этого анализа выстраивается такая концепция: выполнение заповеди цедаки дает жизнь и отдаляет смерть. В Танахе (Мишлей — Притчи царя Шломо, гл. 10, ст. 2) так и написано: «Цедака спасает от смерти». И еще, в другом фрагменте — «Цедака возвеличивает народ» (Мишлей, гл. 14, ст. 34).

Анализируя вторую цитату, Талмуд (трактат Бава Батра, лист 10) приходит к выводу, что выполнение заповеди давать цедаку отличает сынов Израиля от всех остальных народов (см. на сайте обзоры листов 9 и 10 трактата Бава Батра). И это заключение наших Учителей подтвердилось в гораздо более поздние времена — результатами исследования, осуществленного в Вене (Австрия) накануне Второй мировой войны. Это исследование, осуществленное преподавателем Венского университета доктором Альбертом Сайвиным, показало, что евреи жертвуют на благотворительные цели в шесть раз больше средств, чем любая другая группа населения города.

В те страшные времена, когда Гитлер готовился к реализации «окончательного решения еврейского вопроса», многие старались скрыть свое еврейство. Но выдавало их, как отметил доктор Сайвин — жажда справедливости (на иврите — цедек) и «повышенная забота» об окружающих…

Наши Учителя многократно подчеркивают не поддающуюся логическому объяснению роль цедаки в продлении жизни и спасении от опасностей.

В Иерусалимском Талмуде (трактат Шаббат) рассказывается такая история.

Как-то раз отправились два ученика раби Ханины (Учитель Талмуда в Эрец Исраэль, 3-й век) в лес за дровами. Посмотрел на них астролог и произнес им вслед:

— Эти — не вернутся…

Шли юноши по дороге, и видят — идет навстречу им старец в лохмотьях. Поравнявшись с ними, старец слабым голосом сказал:

— Дайте мне какой-нибудь еды, я три дня уже не ел…

Один из юношей тут же достал из сумы припасенный на дорогу хлебный каравай. А другой — полез за топором. О ноже они, собираясь в путь, забыли. Обнаружив их готовность помочь, старец промолвил:

— Да будут спасены ваши жизни сегодня — так, как спасли вы мою жизнь…

Разрубил ученик раби Ханины каравай пополам, и половину отдал бедняге.

Когда ученики раби Ханины благополучно вернулись с дровами, те, кто слышал «предсказание» астролога, начали подсмеиваться над ним. Но, когда развязали вязанки с хворостом — остолбенели: в принесенных юношами сухих ветках застряла мертвая, разрубленная надвое, ядовитая змея. Она нашла свою погибель под топором, в тот момент, когда один из юношей делил каравай, чтобы накормить голодного… Так цедака спасла жизни молодых людей.

Но вернемся к тексту нашей недельной главы.

Заповедь о махацит а-шекель начинается со слов — «…и дадут». В оригинале на иврите этовэитну. В ивритском написании данное слово интересно тем, что оно одинаково читается в любом направлении. Как справа налево, так и слева направо — все равно будет вэитну. И — неспроста, разумеется. Ибо в Торе ничего не бывает «просто так» — каждая «странность» таит в себе скрытый смысл, ожидающий «разгадки». И в данном случае это учит нас тому, что цедака не отнимает у человека и малой части его достояния, не наносит ущерба. Все, что он отдает, сторицей возвращается к нему, и в итоге человек даже выигрывает.

Учителя подкрепляют это открытие многочисленными примерами. Приведем здесь один из них.

В городе Воложине, который приобрел широкую известность благодаря йешиве, где учились в молодости многие великие раввины, жил некий богач. Регулярно жертвовал он крупные суммы на благотворительность, материально поддерживая бедняков. Но настал недобрый час, когда дела его пошли из рук вон плохо — за короткий срок он лишился большей части своего состояния.

Когда подошло время в очередной раз давать цедаку, отправился богач к главе Воложинской йешивы, раби Хаиму, за советом.

Скажите, раби, как мне поступить в моем положении: значительно сократить сумму цедаки или — взять ссуду, чтобы дать цедаку в прежнем объеме? — спросил он.

Раби Хаим посоветовал ему взять ссуду, но сумму пожертвования — не сокращать.

Так он и сделал. А через несколько недель, сияя от радости, вбежал в кабинет главы йешивы и сообщил:

— Я взял ссуду, роздал, как всегда, деньги бедным. И вот, три дня назад мне подвернулось столь выгодное дело, что прибыль от сделки с лихвой покрыла все мои убытки…

Вернемся к рассматриваемой в нашей недельной главе теме «переписи населения». И зададимся вопросом: для чего она понадобилась в тот исторический момент, какой смысл в это вкладывался? И вообще: как нам расценивать сам акт «пересчета» людей, да еще таким необычным «методом» — по половинкам шекелей?

Тут можно отметить, что «учет» придает каждому индивидууму особую значимость. Ведь, к примеру, штучный товар (то, что продается на счет, по количеству экземпляров) — всегда в большей цене.

Продукт, который продается поштучно, — заключают Учителя, обсуждая данную проблему на страницах Талмуда (трактат Бейца, лист 3), — нельзя «отменить» (то есть — проигнорировать), даже если он находится среди других продуктов в соотношении один к тысяче. Это — общий принцип.

Иными словами, если, допустим, единичные экземпляры определенного товара попали в «контейнер» с товаром другого вида, в соотношении один к тысяче, эти единичные экземпляры не теряют ни свою «индивидуальность», ни ценность.

Поскольку речь идет об общем принципе, мы, видимо, вправе применить его и в отношении людей. И это в контексте рассматриваемого нами вопроса означает, что сама по себе перепись населения как бы приподнимает статус человека в глазах общества.

Но почему же для подсчета «душ» Творец велел брать с каждого по половине шекеля? Не проще было бы делать вычисления, если бы сыны Израиля сдали по шекелю?

Серебряный шекель (как любая другая «полноценная» единица), — дают разъяснения Учителя, — олицетворение цельности объекта. И часть от него (половина) должна была символизировать, что, хотя каждый еврей — важная, значимая индивидуальность, истинную цельность он все же обретает лишь в единстве с другими, со всем еврейским народом.

Идея «дробности», напоминающая о «цельности — в единстве народа» в еврейской традиции воплощена во многих «объектах». Например, Скрижали Завета хранились в шкафу, размеры которого выражались в числах с дробями — чтобы дать нам понять, что серьезно постигать Тору способен только скромный человек, черпающий силу в единстве со своим народом.

Исследуя концепцию «переписи населения», Учителя открывают еще одну грань Истины.

«Поголовный» подсчет, — подчеркивают они, — имеет и свою обратную сторону. Он также способен лишать человека индивидуальности. Ведь человек, которому как бы присвоен порядковый номер, может ощутить себя безликим винтиком гигантского механизма, единицей — среди множества единиц.

Именно такое ощущение стремились вызвать у людей фашисты в концентрационных лагерях, лишая человека имени (имя заменяла татуировка на руке — с порядковым номером), семьи, привычек — всего, что определяло личность, индивидуальность. Им было мало — физически убить, им нужно было сначала уничтожить человека духовно…

Чтобы при «пересчете» в пустыне, — пишет Рамбан (Рабейну Моше бен Нахман — Нахманид; великий комментатор Торы, Танаха и Талмуда; Испания – Эрец Исраэль, конец 12-го – начало 13-го вв.), анализируя тексты недельной главы Ки Тиса, — не было эффекта обезличивания, каждому отдающему свою половину шекеля, полагалось назвать свое имя.

То есть сыны Израиля в процессе осуществления переписи должны были помнить о двух вещах. О том, что лишь жертвуя свою половинку шекеля — в единении со своим народом, они обретают цельность, а также — о том, что, ощущая себя частицей народа, нельзя терять собственное достоинство, свою индивидуальность.

Почему молитву Шемоне Эсре читают в синагоге дважды: сначала — шепотом, каждый как будто бы от себя, потом, когда те же слова произносит Хазан, посланник общины — громко, во весь голос? — спрашивает Бен Иш Хай (раби Йосеф Хаим, один из крупнейших Учителей Торы, как открытой ее части, так и закрытой — каббалы, автор десятков книг, в том числе — краткого кодекса законов, под названием Бен Иш Хай; вторая половина 19-го века – первая половина 20-го, Багдад, Ирак).

И объясняет: потому что общественная молитва состоит как бы из двух частей. Первая часть — личный вклад каждого молящегося, вторая — часть единого целого, когда посланник общины читает, и все присутствующие слушают его.

Та же концепция заложена в «устройстве» цицит, где кисти состоят из узлов и нитей. Узлы символизируют единую связь, переплетение людских судеб, в конечном счете, сплетающуюся в единую, общую судьбу еврейского народа. Нити — личное участие, влияние каждого на судьбу его народа…

А вот и еще пример — тефиллин. Известно, что одна часть тефиллин наматывается на руку, другая надевается на голову (см. на сайте ответ «Как правильно надевать тефиллин», № 860).

Про ту часть, которая — на руке, сказано: «…И будет тебе знаком». «Тебе» — то есть каждому мужчине-еврею в отдельности. Поэтому, — разъясняют Учителя, — принято тефиллин на руке прикрывать рукавом (как выражение скромности). Однако кожаная коробочка, которая крепится к голове, несет в себе иную идею. В ней — четыре отделения (с четырьмя фрагментами из Торы), что символизирует четыре стороны света. И это означает, что еврей — в ответе за весь мир. О головном тефиллине написано: «И увидят народы Земли, что Имя Всевышнего запечатлено в тебе, и — затрепещут».

Земля Израиля, — подчеркивают Учителя, — обладает, по сравнению с другими землями, духовностью повышенной концентрации. Ее особое положение «утвердил» Сам Всевышний — среди данных Им законов есть такие, которые действуют только на территории Эрец Исраэль, и не относится к иным территориям. Например — заповедь шмиты («седьмого года»; по правилам, установленным этой заповедью, каждый седьмой год земля «отдыхает» — ее не обрабатывают и не собирают урожай).

Границы Эрец Исраэль Творец мира определил в Торе. И поставил условие: Землю эту надо отвоевать, причем, не единичными еврейскими отрядами, но — всеми сынами Израиля, а потом — поделить между коленами и семьями. То есть завоевание — совместное, коллективное (всей общиной Израиля), но каждый получал свой земельный участок, который закреплялся за семьей. Так свое выражение получила идея, состоящая в том, что народ Израиля и каждый отдельный индивидуум накрепко «кровными узами» связан с Эрец Исраэль.

Подобная «двойственность» имела место и при даровании Торы на горе Синай. Тору «из рук Всевышнего» принимал весь еврейский народ, как написано: «…А весь народ видел…» (Шемот, гл. 20, ст. 18). Но для того, чтобы она навсегда осталась в «сердцах людей» и передавалась из поколения в поколение, нужно было, чтобы ее получил каждый человек, стоящий у подножия горы Синай. В тот самый момент, когда евреи произнесли — «сделаем и услышим», на голову каждого были водружены по две короны (см. на сайте, к примеру, обзор листа 88 трактата Шаббат).

Как видим, взаимосвязь «общего» и «личного» — один из основных принципов еврейской жизни. И это позволяет евреям воплощать в жизнь многовековую мечту всего остального человечества — «от каждого — по способностям, каждому — по потребностям». Каждый из нас, исходя из собственных возможностей, дает цедаку, помогая бедным и поддерживая, например, существование учебных заведений, где изучают Тору. Всевышний же, со своей стороны, заботится, чтобы у каждого из нас было все необходимое.

Разница в том, что люди нееврейского мира пытаются добиться справедливости в распределении материальных благ — без участия Творца.

Быть может, кто-то полагает, что сегодня правило «отдашь — получишь сторицей» — уже не действительно? Но только с таких позиций можно объяснить смысл истории, которая произошла в наши дни, лет тридцать назад.

В одной бедной иерусалимской семье, где было восемь малых детей, мать в канун Рош а-Шана купила две курицы. Сварила женщина этих кур и поставила кастрюлю в холодильник. Вскоре в дверь постучалась нищенка. Ей открыл отец семейства, и она с порога попросили тарелку бульона. «Но ведь и мы бедны, — поначалу подумал он, — наши дети едят курицу только по праздникам. Вправе ли я отрывать от них еду?». А нищенка с изможденным лицом продолжала просить. И мужчина — решился. Он открыл дверцу холодильника и… увидел внутри посиневшего от холода младшего сына. Дети играли в прятки, и один из старших сыновей спрял туда младшего брата. Изнутри открыть дверь холодильника малыш не мог.

Если бы не пришла старая женщина за тарелкой бульона, ребенок мог умереть от переохлаждения…

И еще рассказывают, что однажды пришел к известному иерусалимскому богатею, славившемуся щедрыми пожертвованиями, человек и посетовал, что дочь его просватали, а денег на свадьбу у него нет.

— Сколько денег тебе нужно на это? — спросил богач.

Посетитель быстро прикинул, во что ему могут обойтись свадебные расходы, и, добавив — на «капризы» невесты, назвал довольно большую сумму.

Богач и глазом не моргнул — тот час же выписал на эту сумму чек. Но поставил условие: чтобы его пригласили на свадьбу.

— Конечно! Как же — иначе… — заверил жертвователя бедняк.

Но в предсвадебной суете, отец невесты забыл послать благодетелю приглашение. И вспомнил о своем обещании — когда на торжество уже съехались гости, и надо было вести невесту к хупе. Что ж, оплошности надо исправлять. И он попросил невесту с женихом, в сопровождении гостей и музыкантов отправиться к дому богача и пригласить его на свадьбу с почетом и уважением.

А в это время в дом богача ворвались вооруженные бандиты. Они связали хозяина и его жену, вскрыли сейф, забрали деньги и драгоценности, покидали в мешки фамильное столовое серебро. Заподозрив, что где-то в доме припрятаны и другие сокровища, бандиты собрались пытать богача. … И в этот момент они услышали, что с улицы доносится гул голосов и веселая музыка. Бандиты выглянули в окно и обнаружили, что прямо к дому идет толпа в несколько сот человек. Представив, что ждет их, когда эти люди войдут в дом, головорезы побросали награбленное и скрылись…

Однако продолжим чтение нашей недельной главы. В ее тексте, посвященном общенародному сбору по половине шекеля от каждого, в частности, сказано: «…Богатый — не больше и бедный — не меньше половины шекеля должен дать…» (Шемот, гл. 30, ст. 15). То есть мы понимаем, что финансовое положение человека не оказывало никакого влияния на сумму взноса.

Из этого следует, — говорят Учителя, — что значимость человека в этом мире не определяется, как мы сказали бы сегодня — количеством денег на его банковском счете. Критерий один — «качества» души. Вспомним — «…пусть каждый принесет Творцу искупительный дар за душу свою» (Шемот, гл. 30, ст. 13). А в продолжение Тора подчеркивает, что душа богача (равно, как и бедняка) не соизмеряется «с объемом» имущества.

Теперь мы понимаем, что за путь к спасению от «козней» Амана (история Пурима — см. на сайте материалы, посвященные празднику Пурим) указывал сынам Израиля Творец. Аман попытался уничтожить евреев, полагая, что это не составит труда, ибо евреи — «народ немногочисленный». Он не учитывал, что не численностью определяется место народа в истории, но — свойствами души. Еврейский народ, — свидетельствует Талмуд (трактат Бава Батра, лист 10), — отличается от других особо развитым чувством сострадания к ближнему. Помощь нуждающимся — одна из основных заповедей в еврейской традиции. Согласно еврейскому мировоззрению, заповедь предписывающая делать добро — высшая цель человеческой жизни (см. на сайте обзор листа 10 трактата Бава Батра).

В другом трактате Талмуд (см. на сайте обзор листа 22 трактата Йома), анализируя фразу Танаха — «И будет число сынов Израиля как песок морской, который нельзя измерить и исчислить…» (книга пророка Ошейа, гл. 2, ст. 1), находит в них как будто бы некое противоречие. Вначале сказано: «И будет число сынов Израиля…» (подразумевается какое-то конкретное число). А в конце — «…которое нельзя измерить и исчислить» (т.е. определить численность евреев — невозможно).

И приходит к выводу, что никакого противоречия в данном фрагменте нет. Просто речь в нем идет о процессах духовного характера. Когда народ Израиля выполняет волю Всевышнего, растет не только число евреев, но, прежде всего — духовная значимость народа Израиля. Если же законы Творца нарушаются, значимость и численность сынов Израиля — сокращается.

Эта позиция дает нам возможность рассмотреть проблему «переписи» под иным углом зрения.

Уже по факту переписи, когда подсчет — произведен, а в результате установлена численность сынов Израиля, можно определить: народ нарушил заповедь Всевышнего (в данном случае мы говорим о создании золотого тельца). За проступком следует — наказание. Но… Осудив еврейский народ, Всевышний, как отмечают Учителя, не мог не учесть и «смягчающие вину обстоятельства» — активное вмешательство сатана (см. на сайте ответ «Сатана и его место в иудаизме» — в разделе «Спроси у раввина») в еврейские дела и то, что инициаторами нарушения были неевреи, которые присоединились к евреям, покидающим Египет. Поэтому Творец и предложил «верное средство», позволяющее избежать наказания: «Пусть каждый принесет искупительный дар за душу свои, и не будут поражены они мором…» (Шемот, гл. 30, ст. 12).



Автор текста Мордехай Вейц


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница