Политика гендера в перформативном измерении



Скачать 231.88 Kb.
Дата05.11.2016
Размер231.88 Kb.


На правах рукописи
Обухова Елена Николаевна


ПОЛИТИКА ГЕНДЕРА В ПЕРФОРМАТИВНОМ ИЗМЕРЕНИИ

Специальность: 09.00.11 – Социальная философия


Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата философских наук

Москва – 2013

Работа выполнена на кафедре социальной философии федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Российский государственный гуманитарный университет» (РГГУ).




Научный руководитель:

ИВАХНЕНКО ЕВГЕНИЙ НИКОЛАЕВИЧ

доктор философских наук, профессор,


Российский государственный гуманитарный университет, заведующий кафедрой социальной философии факультета философии


Официальные оппоненты:

КУКАРЦЕВА МАРИНА АЛЕКСЕЕВНА,

доктор философских наук, профессор, Дипломатическая академия при МИД РФ, профессор кафедры политологии и политической философии







РАСТОРГУЕВ ВАЛЕРИЙ НИКОЛАЕВИЧ

доктор философских наук, профессор,


МГУ им. М.В. Ломоносова, профессор кафедры философии политики и права философского факультета



Ведущая организация: федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Российский университет дружбы народов».
Защита состоится 6 ноября 2013 года в 15.00 на заседании диссертационного совета Д 212.198.05, созданного на базе РГГУ, по адресу: 125993, ГСП-3, Москва, Миусская пл., д. 6, корп. 7.
С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке РГГУ по адресу: 125993, ГСП-3, Москва, Миусская пл., д. 6, корп. 6.
Автореферат разослан 5 октября 2013 г.


Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат философских наук



В.М. Карелин




Общая характеристика работы

Актуальность исследования. Проблематика гендерных отношений распространяется на совокупность феноменов, актуальность которых остается значимой на всем протяжении человеческой истории. Существует множество самых разных ответов на вопрос о том, оказывает ли пол и все, что с ним связано, значительное воздействие на ключевые явления культуры. Вполне очевидно, что принадлежность человека к конкретному полу опосредует его физическое бытие, которое невозможно игнорировать. Однако в середине XX века в целом ряде исследований был поставлен вопрос о социальном и политическом аспектах половых различений. В результате развития гендерной проблематики уже во второй волне феминизма (1960-е – кон. 1980-х) сформировалась теоретическая позиция, согласно которой социальные компоненты пола стали представляться значимыми настолько, что стали рассматриваться как нечто первичное по отношению к физическому различению полов или даже независимо от него. «Социальный пол» – гендер – в дальнейшем преимущественно рассматривается как нечто конструируемое в социальных, политических и, шире, – властных – отношениях.

Здесь можно говорить о двух основных позициях. Первая была основана на онтологизации полового различия и в наиболее законченном виде представлена в работах Л. Иригарей и ее последователей. Она строится на отказе от превосхождения различий между полами и стремится к выстраиванию теорий и практик на основании этого различия. Согласно второй позиции, ярче всего представленной в работах Дж. Батлер, выражается сомнение в реальности онтологического гендерного различия. Так, на месте прежде «несомненных» фундаментальных различий усматриваются сознательно конструируемые системы неравенства. Автор концентрирует свой исследовательский интерес на анализе второй точки зрения, которая пока не получила достаточной теоретической разработки в отечественной социологии и философии. Обращение к этой проблеме представляется наиболее актуальным, особенно в свете происходящей в последние десятилетия эволюции гендерной теории: четвертой волны феминизма, которую всесторонне исследует Батлер и ее последователи. В то же самое время получили развитие многообразные интерпретации гендера в рамках теорий перформанса и перформативности. Однако по сей день они остаются недостаточно осмысленными в социально-философском ключе.

Автор не ограничивается пониманием того, что гендер – это «социальный пол», тем самым не идет по пути подчинения гендера направленным на него «извне» социальным установкам. Замысел исследования таков, что в гендерной проблематике – в современном ее виде – необходимо понять то, как осуществляется воздействие в обратном направлении – гендера на социум – и кáк осознанно конструируемые, а также случайные и спонтанные изменения гендера (в широком смысле слова) изменяют характер социальных действий людей и порождаемые вслед за этими действиями смысловые коннотации власти и политики.

Анализ социально-политического контекста гендера показывает, что его смысловую интерпретацию следует осуществлять, принимая в расчет весь спектр установок – от либеральных до самых консервативных. Кроме того, развитие гендерных отношений усматривается в «повседневности мира», разрастание которой наиболее адекватно может быть описано при помощи феномена перформанса. Предложенное перформативное измерение «социального пола» открывает исследовательскую перспективу и показывает, по меньшей мере, односторонность представлений о возможностях формального политического управления гендерными отношениями.



Степень изученности проблемы. Исследования политики гендера входят в число предметов, которыми занимаются представители современного междисциплинарного направления gender studies («гендерные исследования»). Компонент властных отношений как структурирующих гендер в политическом дискурсе рассматривается во множестве ракурсов, следующих представлениям о дисциплинарной власти и сексуальности как набора желаний и динамик, сформированных современной культурой, в теории М. Фуко. В этом смысле гендерная теория представляет собой теорию социальную, одним из оснований которой является пересмотр представлений о человеческой субъективности, как формируемой в результате взаимодействия с внешним контекстом власти, идеологии, политики. Именно в этой совокупности исследовательских практик четко обозначилась направленность траектории гендерных влияний на отношения власти и политики.

В контексте основного замысла диссертации наибольший исследовательский интерес вызывает перформативное понимание гендера, наиболее концентрированно представленное в работах современных теоретиков данного направления: Дж. Батлер, И. Сэджвик Кософски, Т. де Лауретис, А. Джагоз, И. Жеребкина, Н. Чодоров, Дж. Скотт и др.

Значительное число исследований посвящено перформативности гендера в искусстве, рекламе, отдельных социальных практиках, политике. Однако большинство из них не содержат концептуализации, которая выходила бы за тематические рамки рассматриваемых предметов. Т.е., по сути, эти исследования, касаясь перформативности гендера, не говорят о ней как о чем-то типическом, значимом для теории в целом. При этом все же следует отметить большую значимость подобных текстов (многие из которых нередко художественны или «социально окрашены») в качестве источников для философских исследований гендерной проблематики.

Новизна исследования обусловлена, прежде всего, комбинированным привнесением ряда методологических решений и подходов, сформировавшихся в современных теориях гендера, социальной эпистемологии и коммуникативной теории. Применяемая исследовательская комбинаторика позволяет преодолеть некоторые затруднения, которые традиционно встают на пути анализа политики гендера. Это: 1) односторонность интерпретаций: в представлении феноменов и проблем гендера часто доминируют чистая дескриптивность, политическая ангажированность, инсайдерская пристрастность, консервативное неприятие, а также стремление вывести проблематику гендера за скобки политического; 2) недостаток – а в некоторых случаях отсутствие – коммуникативного инструментария в освещении и анализе гендерных проблем; 3) недопонимание, а потому – неприятие новых форм гендерной протестности, видов манифестации гендерных предпочтений, вызванное динамической сменой политико-гендерных взаимодействий в современных обществах. Все это требует поиска адекватных средств их описания и анализа их включенности в общую социальную динамику.

Работа направлена на то, чтобы высветить наиболее значимые аспекты неразрывности политики и гендера в современных социальных практиках. В исследовании раскрывается теоретическая значимость понимания гендера как перформативного феномена, в котором центральное место занимает его коммуникативное содержание.

В работе проводится различение понятий «политика гендера» и «гендерная политика». Под термином «гендерная политика» подразумевается одно из направлений социальной политики государства, которое может быть направлено как на преодоление гендерной асимметрии, так и на ее закрепление. Понятие «политика гендера» включает в себя смыслы обратного действия – гендера на политику. В нем поверяется не какое-то рационально выраженное управление гендером политики, а его косвенное, непрямое влияние на государственную и мировую политику путем образования различных институций, его представляющих.

Авторское понимание перформанса хотя и опирается на наиболее общее и часто употребляемое представление о нем, тем не менее не повторяет его. В рассмотрении перформанса выделяются два аспекта.

Первый аспект связывает анализ перформанса как «материала» седиментации. Вопрос о том, кáк конкретное социальное действие (перформанс) может стать чем-то таким, что определяет и переопределяет гендерные отношения, сближает его с вопросом о механизме седиментации – сохранения и осаждения («застывания») в социальной памяти своего рода конструкторов построения нового опыта социального действия (Э. Гуссерль, А. Шюц).

Второй аспект – перформанс как «клинамен» коммуникации. В нашем случае речь идет об отклонении, проявившемся перформативно – как факторе порождения новых социальных практик и социальных смыслов, спровоцированных осознанно сконструированным или спонтанным социальным действием.



Цель исследования: раскрыть перформативную специфику воздействия гендера на политику.

Для достижения поставленной цели в диссертации ставятся и решаются следующие задачи.



  1. Показать концептуальное развитие основных понятий и смыслов гендерной проблематики.

  2. Раскрыть связь гендера, идентичности и власти как современную социально-философскую проблему.

  3. Обосновать гендерный перформанс как методологически значимую составляющую современной политической теории.

  4. Обосновать различения между эссенциалистским и пропозициональным анализом гендера, с одной стороны, и перформативным – с другой.

  5. Продемонстрировать возможности рефлексивного подхода (двойной рефлексии) применительно к анализу политики гендера.

Объект исследования – политика гендера как современный феномен властных отношений.

Предмет исследования – перформативный аспект политики гендера.

Методология исследования базируется на последовательном применении методологических установок. Таковыми являются:

–  элементы системной теории коммуникации (Н. Луман), в которых перформанс предстает как фактор двойной контингенции. В рекурсивном ключе политика гендера обретает новые формы, черты и перспективы, подобно эволюции – без заранее заданной цели;

–  методологический потенциал «идеологического узнавания» (Л. Альтюссер) с включенным в него понятием «окликание» (интерпелляция), которое применительно к политике гендера выполняет функцию закрепления и консервации различений. В оптиках идеологического узнавания рассматриваются современные социально-политические протестные формы, связанные с гендерной политикой, а также отдельные проявления их перформативных девиаций;

– перформативная теория гендера (Дж. Батлер), согласно которой гендер не является заранее детерминированным позитивным содержанием, которое закрепляло бы идентичности еще до свершившихся событий. Гендер – всегда действие, событие, перформанс.



Основные положения, выносимые на защиту.

  1. Ключевой аспект гендерной идентификации в публичных отношениях власти определяется не столько коммуникационными предпочтениями, сколько тенденциями сегрегации. В официальных отношениях гендера и политики доминируют тенденции самоопределения по типу «мы не есть», которые мы можем определить как негативную идентификацию и которая только усиливает неравенство в социальных различиях и возможностях.

  2. Теоретическое осмысление гендера показывает необходимость рассмотрения гендерных отношений в контексте оппозиции «пропозициональность vs перформативность». Пропозициональным признаются теоретические установки, подразумевающие значимость гендерной проблематики в сфере социальных отношений, но рассматривающие ее с позиций «естественного порядка», «предзаданности», социальной и культурной фиксированности гендерных ролей. В противовес этому, перформативная установка принимает гендер как то, что выполняется и может быть использовано, как и осмыслено, только в контексте его коммуникативной (рекурсивной) самореализации.

  3. Гендерная идентичность формируется в перформативном акте (действии) властного окликания (интерпелляции) индивида, приводящего к его превращению в субъекта политического действия. В таком понимании политика – как политика гендера – является средством не только подчинения, но и конструирования, «создания» политического субъекта.

Теоретическая и практическая значимость исследования.

Выводы, полученные в ходе исследования, позволяют расширить концептуальную базу гендерных исследований за счет обоснования значимости перформативного подхода к взаимодействию гендера и политики. Кроме того, предлагаемые в работе положения позволяют дополнить представления перформативной концепции гендера за счет ее интеграции в современные теории социальной коммуникации. Материалы диссертационного исследования могут также явиться основой для построения спецкурсов по современной социальной философии, теориям коммуникации, а также по проблемам междисциплинарных исследований современных социально-политических процессов.



Апробация исследования. Промежуточные результаты исследования были представлены на научных конференциях, в частности, в докладах на XIII Международной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов», на межвузовских конференциях «Грани культуры: актуальные проблемы истории и современности» (VII  конференция, 2011 г.; VIII конференция, 2012 г.). Диссертация обсуждена и рекомендована к защите на заседании кафедры социальной философии философского факультета РГГУ. Ключевые идеи диссертации нашли отражение в 6 научных публикациях, 3 из которых изданы в журналах, входящих в Перечень ведущих журналов, рекомендованных ВАК.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, двух глав, разделенных на четыре параграфа, заключения и библиографического списка, включающего 119 наименований. Общий объем диссертации составляет 5,8 а.л.

Основное содержание работы

Во введении диссертации обосновывается актуальность темы исследования, определяется новизна и степень разработанности проблемы, формулируются задачи работы, в соответствии с которыми определяется выработанный в ходе исследования методологический аппарат.



Первая глава «Гендерные отношения в дискурсах власти» состоит двух параграфов. В данной главе рассматривается понимание гендера как феномена социального, в частности, политического, находящегося во взаимодействии с властными отношениями. Параграф «1.1. Концептуальное развитие гендерной проблематики: основные понятия и смыслы» предлагает краткий обзор развития проблемы гендера. Эта часть работы не претендует на широкий охват истории теоретических представлений о гендерных отношениях и представляет их понимание в ракурсе интерпретации гендера как социального пола. Автор не ставит перед собой задачу историко-философской реконструкции концептуального развития гендерной проблематики, так как подобный проект представляется отдельной задачей, не связанной с основной целью работы. Гендерные исследования представляют собой междисциплинарную область знания, которая не позволяет усматривать в исторической логике развития гендерных отношений некое универсальное представление о нем. Однако большинство современных теорий гендера сходятся в том, что работа с самим термином «гендер» может быть продуктивной в том случае, если под различными его аспектами понимается социальный пол или – точнее – социальные коннотации пола.

Проводя такой анализ, автор исходит из положения о том, что наиболее заметные трансформации представлений о гендере начали происходить по историческим меркам сравнительно недавно – после Второй Мировой войны, а их теоретический инструментарий формировался и формируется до сих пор в современных им теориях. Теоретические конструкции, которые упоминаются в этой части диссертации (представленные в работах Дж. Мани, А. Кинси, З. Фрейда, Ж. Лакана, С. де Бовуар, М. Фуко и др.), интересны, с одной стороны, как придавшие мощный импульс развитию современных гендерных исследований, с другой – как теоретический материал, позволяющий некоторые составляющие их идеи включить в содержание диссертационного исследования в соответствии с поставленными в нем задачами и разработанной методологией.

Уже в XX веке становится очевидным, что традиционное фундаментальное разделение мужского, женского, а также гендерно аномального представляет собой разделение на нормативное и вненормативное. В теоретическом осмыслении разница между полами представляется нечеткой, в силу того что половая идентичность и самоидентификация представляются пластичными, природно нефиксированными. Однако она резко и однозначно установлена в социальном контексте. Критика в отношении этого разграничения на первых этапах развития гендерной теории осуществляется в русле оспаривания значимости мужской гендерной роли в различных феминистских концепциях.

Вариативность гендерного / сексуального опыта, значимая для культуры XX в., базируется на своего рода социальной ревизии пола. Происходит стирание двойного стандарта половой морали (Э. Гидденс) – комплекса требований к моральному идеалу, по-разному определяющему возможности мужчин и женщин, при этом отдающего приоритет первым. Социальная вторичность женщины как «второго пола» (С. де Бовуар) становится, по всей видимости, базой для укрепления теоретических возможностей феминизма. Проблема границы изначально не представляется значимой, акцентируется внимание именно на социальной обделенности «второго пола». Эта точка зрения в дальнейшем модифицируется или отвергается, однако в ряде воззрений она сохраняется. В рамках этой концепции фиксируется понятие о гендере – альтернативном по отношению к понятию пола и представляющим собой нечто вроде пола-в-обществе.

Одним из главных выводов проведенного анализа является то, что гендер – социальное, а не биологическое явление; культурное, а не природное. При этом под гендером следует понимать не только «социальное» пола, но и постоянно изменяющийся набор различных его проявлений в виде различных акций (перформансов), базирующихся на гендерном различии и, соответственно, требующих рассмотрения их в контексте такого различия. В ряде достаточно четко идентифицируемых случаев гендер – это также социальные отношения, существующие в силу гендерных различий. Существует и более радикальное переопределение гендера, которое способствует не только проблематизации понятия пола с любыми его коннотациями, но и даже проблематизации самого же понятия гендера, полностью отбрасывающее коннотации, связанные с любой биологической детерминированностью гендера и представляющие гендер исключительно как эффект различных социальных репрезентаций в рамках социальных институтов, с которыми может взаимодействовать субъект (Т. де Лауретис).

В настоящее время эволюция гендерной теории приводит к акцентированию внимания на границе между гендерными ролями. Граница представляется неустойчивой и нефиксированной. И непродолжительная зафиксированность границы обусловливается только социальными практиками, в ходе которых происходит кристаллизация, «оседание» социального опыта, накапливающегося в результате многократного повторения (рекурсии).

Таким образом, говоря о гендере, мы обычно имеем две наиболее значимых его интерпретации. Согласно первой интерпретации, гендер предстает как понятие со своим генезисом, динамикой и историей. Согласно второй интерпретации, гендер перемещается в концептуальное поле, в котором всегда по-новому формируется комплекс значений, по-разному актуализирующихся в пространствах различных социальных отношений, в том числе – отношений власти и политики.

Изучению проблематизации гендера в социально-философском измерении посвящен параграф «1.2. "Гендер-идентичность-власть" как современная социально-философская проблема».

Проблематика власти в гендерных исследованиях – это проблематика выстраивания границ, фактически, определяющих не только специфику гендера, но и содержание властных полномочий. С содержательной стороны эта граница конструируется самой спецификой комплекса представлений о гендерной идентичности. Описание и анализ политики гендера должны включаться в определенную систему социальных представлений, а значит – включаться в понимание того, кáк могут закрепляться и кáк могут перестраиваться те или иные политические практики.

Проблема определения идентичности в отношении гендера в значительной мере определяется как практика «негативной идентичности». Субъект гендерных отношений выступает, в первую очередь, как то, чем он не является. Он определяется через комплекс возможностей, но не тех, которые у него есть, а тех, которых он лишен. Следует отметить, что идентификация как негативность укрепляется самим же исключенным субъектом (в разных ситуациях эту роль могут играть чаще всего женщины или люди, открыто заявляющие о своей причастности к нетрадиционному сексуальному опыту). Самый яркий пример – это феминистское «мы не есть угнетаемое / слабое / вторичное» и т.д. Впрочем, как следует из работ Дж. Батлер, опять же на примере феминизма, не меньшей негативностью обладает и «феминистское мы» («сестринство»), которое невозможно без указания на свою исключительность и исключенность.

В соответствии с современными аспектами понимания гендера, на первый план выступает не определенность, а диффузность гендера. Это подводит к необходимости воспроизведения иной теоретической оппозиции: «пропозициональность / перформативность». Перформативное измерение гендера, по мнению диссертантки, представляет собой альтернативу большинства пропозициональных оценок, созданных и постоянно удерживаемых патриархатной политикой.

Устройство перформативности гендера рассматривается во второй главе «Перформативность гендера в политике», включающей два параграфа. Параграф «2.1. Понятие "политика гендера" и проблема обоснования методологии исследования в оптиках двойной рефлексии» вводит в оборот основополагающее для исследования понятие «политика гендера». При этом проводится различие между этим термином и более распространенным – «гендерная политика». Под гендерной политикой подразумевается одно из направлений социальной политики государства; она может быть направлена как на преодоление гендерной асимметрии, так и на ее закрепление. При всех частных различиях гендерная политика – это управление  / регуляция гендерными отношениями «сверху», на основании заданного социально-политического концепта, осознанной и разработанной идеологии, следования провозглашенным (программным) ценностным приоритетам. Политика в таком ракурсе представляется чем-то самостоятельным и самодостаточным, тогда как гендер (гендерные отношения) предстает объектом воздействия, упорядочения, окультуривания и т.д.

Понятие «политика гендера» включает в себя смыслы обратного действия – гендера на политику. В нем поверяется не какое-то рационально выраженное управление гендером политики, а его косвенное, непрямое, но при этом чрезвычайно действенное, а в некоторых случаях – доминирующее, влияние на государственную или мировую политику. У гендера нет собственной единой централизованной государственной или межгосударственной политической институции, которая аккумулировала бы всю проблемную область гендерных отношений и воплощала бы ее в политических решениях и требованиях. Гендерные отношения представлены большим числом общественных организаций, стихийных движений, всякого рода представительств, публично выражаемых позиций, интернет-сообществ, медийных персонажей, ярких личностей и т.д. Их цели могут быть самыми разнообразными, разнонаправленными и даже взаимоисключающими.

Динамика разрастания гендерных отношений последних десятилетий такова, что подавляющее число политиков, парламентов и правительств всех уровней так или иначе вынуждены не только давать ответы на запросы общественности, но и перестраивать свои программы в соответствии с этими стихийно формирующимися запросами. Не только политик, но и всякий человек (правозащитник, адвокат, известный спортсмен и т.д.), заявивший о себе в медийном пространстве, уже не может демонстративно игнорировать гендерные требования, не нанеся при этом ущерб своей репутации и своему политическому будущему. Не только отдельные политики, но целые политические партии, движения, парламентские фракции и блоки вынуждены сегодня откликаться на гендерную динамику. По сути, гендерные отношения в наши дни задают повестку дня для предвыборных дебатов, заседаний парламентов и правительств, изменяя тем самым весь политический ландшафт стран и целых континентов.

На первый взгляд, обращение к политике гендера подводит в необходимости вести обратный отсчет от гендерной политики. Однако обратная перспектива применительно к определению механизмов формирования политики гендера не позволяет схватить ее сущностные, прежде всего, операциональные особенности.

Поиск методологических ключей к решению поставленных задач является весьма значимым условием их положительного решения. В этом отношении, важно обнаружить те оптики, которые позволяют лучше – глубже и отчетливей – рассмотреть предмет исследования. В данном случае – это оптики «оптиками двойной рефлексии» (М. Розов) или, в терминах Н. Лумана, оптики «наблюдателя второго порядка». Согласно предложенному подходу, любая атрибуция знания в действительности осуществляется относительно действия самого человека, однако подается эта атрибуция, как правило, от третьего лица – как знание об объектах самих по себе.

Предложенный методологический подход позволяет в ходе построения аргументации обращаться к текстам авторов, говорящих с нами на «разных языках» (понятиях, терминах) описания своих предметов исследования. Их позиции выстроены до нашего обращения к их текстам, причем – в несовпадающих, но пересекающихся предметных областях философского знания и в соответствующих этим областям семантических полях. В их число входят положения системной теории Н. Лумана, где перформанс предстает как фактор двойной контингенции, а политика гендера может быть представлена в рекурсивном ключе подобно эволюции – без заранее заданной цели. Также используется методологический потенциал «идеологического узнавания» Л. Альтюссера с его «окликанием» (интерпелляцией), которое применительно к политике гендера выполняет функцию закрепления и консервации различений. Особо значимой становится опора на перформативную теорию гендера (Дж. Батлер), согласно которой, гендер – всегда действие, событие, перформанс, который не закрепляет никакой идентичности до свершившихся событий.

Привнесение перформативного измерения в исследование гендерных отношений, с точки зрения автора, позволит преодолеть идеологический схематизм как в описании и понимании их разрастания, так и в их влиянии на власть и политику. За этим следует отказ от объяснения «само-собой» преемственных идей и ценностей в разрастании гендерных отношений и переход к анализу операциональных механизмов гендера. В связи с переносом исследовательского фокуса на со бытийный характер проявления гендера в диссертации проясняется смысл понятия «перформанса» в его связи с политическим пониманием гендерных отношений. Перформанс представляется в двух аспектах, это: 1) перформанс как «материал» седиментации – осаждения и застывания в социальной памяти нового опыта конструирования реальности; 2) перформанс как клинамен коммуникации – отклонение, закрепившееся фрагментарное событие, контингентно ставшее социальным со-бытиéм, звеном в эволюции социальных смыслов, порождаемых рекурсивными коммуникативными практиками.

Подход со стороны системной теории Лумана используется в данном случае и потому, что не предполагает фиксации каких бы то ни было изначальных исторически предопределенных (родовых) структур гендерных отношений. Системная теория Н. Лумана всегда позволяет показать то, что для определенных проблем всегда имеются другие функционально-эквивалентные решения. В этом смысле она являет собой методологически выраженную противоположность теории роста целерациональности М. Вебера. В данном случае важно то, что посредством включения элементов системной теории получает объяснение то, что, несмотря на все попытки рационального планирования социальных действий «сверху», прогнозы относительно их результатов редко сбываются. Чаще мы имеем дело с мнениями экспертов по поводу того, «почему прогнозы не сбылись».

В этом отношении не составляет исключения и политика гендера – практически всегда непредсказуемая, непросчитываемая, во многом неожиданная и провокативная.

Параграф «2.2. Политика гендера: от политических теорий – к политическим перформансам» развивает основное направление изучаемой проблематики – перформативный характер политики гендера.

Согласно подходу Джудит Батлер – одной из наиболее известных теоретиков перформативности гендера, – гендер раскрывается как перформанс, который постоянно повторяется, в результате чего смыслы социально принятых ролей постоянно проигрываются и переживаются, приобретая за счет этого всеобщую легитимность. Перформативность гендера указывает на то, что заранее форма и смысл гендера не создается тем или иным социальным проектом в виде воплощения «правильно понятого» его ультимативного бытия. Она реализуется сфере нескончаемого становления, решительно утверждая примат действия по отношению к замыслу, схваченному в некоей предварительной формулировке.

В концепции Дж. Батлер гендер – это не аутентичное ядро или «сущность» личности, определяемая абсолютной устойчивостью, а «перформативная репрезентация, представляющая собой то, что мы совершаем в данный момент времени». В соответствии с этим, возникает образ некоего «относительного гендера», но существующего не ради релятивности как таковой, а прагматически определяемого требованиями контекста и поставленными целями в каждый определенный момент. Поэтому женщина или мужчина скорее могут сказать, что «они в той или иной степени ощущают себя женщиной или мужчиной», вместо того чтобы настаивать на своей гендерной сущности.

Дж. Батлер считает необходимым протест против репрессивного воздействия гендерной политики на индивида, и протест по «старому» идентитарному принципу «мы не есть» приводит только к укреплению границ, а следовательно, и к зеркальному стилю воздействия на оппонентов (вплоть до крайностей вроде «мужефобии», «гетерофобии» и т.п.). Перформативный протест – самый надежный вариант оспаривания интерпеллятивного запроса власти. Однако Батлер на этом не останавливается. Она указывает, что освобождение от репрессивности становится возможным в акте, который определяется не только «по форме» – как перформативный, но и «по содержанию» – как пародийный (в отношении власти). Значимость такого хода обусловлена тем, что пародия позволяет не только оспорить акт интерпелляции, но и представить нелегитимным самого политического субъекта, тем самым лишив его дальнейших возможностей совершать интерпеллятивные акты.

Ситуация умалчивания также являет собой вариант перформанса. Содержательно такой перформанс выступает как своего рода «нулевое действие»: ничего не совершается (молчание; например, «не спрашивай, не говори»), но возникает некая результирующая сила, которая может, например, вытолкнуть нежелательного субъекта за рамки конвенциональных отношений. Итог перформанса, представленного таким образом, может быть вполне оценен в аспекте его результативности, действенности в виде порождения гендерных новаций.

Структурирование гендера становится возможным в акте интерпелляции – властного окликания индивида, приводящего к его политическому превращению в субъекта (Л. Альтюссер, Дж. Батлер, С. Жижек). В соответствии с идеей Фуко, власть здесь не только подчиняет субъекта, но и конструирует, производит его.

Перестройка оптики с «этажной» (задающей иерархию и ориентированной на общественное) на «ячеистую» (задающей гетерархические ориентиры и ориентированной на частные инициативы) приводит к смене приоритетов, теоретических и практических, в отношении гендерной политики и политики гендера: от законодательной фиксированности к перформативной многовариантности. Именно такая смена приоритетов открывает важнейшую, с точки зрения автора диссертации, перспективу снижения репрессивного потенциала власти.

В заключении суммируются основные выводы работы, подводятся общие итоги исследования, обсуждаются проблемы, значимые для дальнейшей теоретической разработки. В частности, исследование приходит к выводу о значимости анализа гендера как социального феномена, в частности, как феномена политического, обнаруживаемого во властных отношениях, определяемых самой властью и при этом определяющих ее. В соответствии с этим традиционное эссенциалистское понимание гендера – фактически, понимание как «пола» – может быть значимым по большей части для исторического изучения, и в настоящее время должно рассматриваться с критических позиций, т.к. в соответствии с ним гендер «пропозиционален», что всегда однозначно подразумевает оценочные суждения об «истинности» или «ложности» пола в различных его детерминациях.



В исследовании показана необходимость такой трансформации исследовательских оптик, при которой значимым становится перформативное измерение гендера. Оно предполагает выход за рамки языка как источника пропозициональных оценок, созданных и постоянно удерживаемых политикой (как правило – «патриархатной»). Как таковые дискурсивные речевые практики не исключаются из перформанса, но вовсе не исчерпывают его. Наряду с ними, политики гендера могут подкрепляться перформативным безмолвием («фигура умалчивания»), телесным перформансом или же действием как таковым (спонтанным, театрализованным, протестным и  др.). В этом смысле перформативные измерения политики гендера указывают на то, что гендер способен говорить, но, в первую очередь, – языком перформативности.
Основные результаты диссертационного исследования нашли отражение в следующих публикациях автора.

Статьи в изданиях из Перечня ведущих рецензируемых научных журналов и изданий, в которых должны быть представлены основные научные результаты диссертации на соискание ученой степени кандидата наук

  1. Обухова Е.Н. Политика гендера между идеологией и репрессией // Современные исследования социальных проблем. – 2013. – № 9. – [Электронный ресурс.] – Режим доступа: http://journal-s.org/‌index.php/‌sisp/‌issue/‌view/20. – 0,4 а.л.

  2. Обухова Е.Н. Политика гендера: в поисках адекватной методологии исследования // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. – 2013. – № 8. – Ч. 2. – С. 131–134. – 0,4 а.л.

  3. Обухова Е.Н. Перформативность гендера: по следам исследований Джудит Батлер // В мире научных открытий. – 2013. – № 1.1 (37). – С. 78–98. – 0,6 а.л.

Статьи, опубликованные в прочих изданиях

  1. Обухова Е.Н. Концептуальные основания современной философии гендера // Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук. – 2013. – № 10 (57). – 0,7 а.л.

  2. Obukhova E.N. Social Production of Gender: the Performative Aspect [Социальное производство гендера: перформативный аспект] // European Applied Sciences. – 2013. – No 1. – P. 71–73. – 0,4 а.л.

  3. Обухова Е.Н. Политическая модернизация: становление понятия // Материалы XIII Международной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов». – Том IV. – М.: Изд-во МГУ, 2006. – С. 265–266. – 0,2 а.л.




База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница