Пиренейские государства в системе англо-французских противоречий XIII-XIV вв



страница6/11
Дата06.05.2016
Размер2.16 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11
Глава 3. Эволюция «пиренейской проблемы» во второй период Столетней войны (1369-1396)
В 1369-1396 гг. «пиренейский фактор» претерпел значительную эволюцию. Объясняется этот факт тем, что военные экспедиции Бертрана Дюгеклена и Черного Принца радикально изменили существовавшую на полуострове расстановку сил. Установление при помощи французских войск династии Трастамара было сильным ударом по позициям Англии. В этой связи возобновленный союз между династиями Трастамара и Валуа мог проявить себя в процессе отвоевания потерянных по договору в Бретиньи территорий. Поэтому правомерно, на наш взгляд, выделить в данном процессе внешний фактор франко-кастильского сотрудничества. Оценка его роли и масштабов составляют одну из задач данной главы. Антианглийская позиция Кастилии при Энрике II и его преемнике Хуане I делала естественным союзником Англии всех, кто был настроен против новой династии. В начале дипломатия Плантагенетов пыталась опереться на традиционного союзника – Наварру. Но ее значительный упадок обусловил поиск Англией новых союзников. Им стала Португалия, в 70-х гг. XIV в. регулярно воевавшая с Кастилией. Португало-кастильские противоречия, таким образом, накладывались на англо-французские, что привело в итоге к формированию англо-португальского союза и экспедиции герцога Ланкастера, притязавшего на основании родства с королем Педро I на корону Кастилии. Это была одна из наиболее значительных военных операций Англии во второй период Столетней войны. На фоне значительных внутренних проблем в Англии и Франции (восстание У. Тайлера, борьба лордов-апеллянтов с королем, начавшееся безумие Карла VI и правление регентов во Франции) обе стороны стремились к сохранению status quo, что выразилось в заключении постоянно возобновляемых перемирий. Это приводило к постепенному ослаблению роли «пиренейского фактора» в англо-французских противоречиях.

Исследование данных проблем базируется на широком круге нарративных источников. Это кастильские «Хроника Энрике II» и «Хроника Хуана I», «Хроники» Фруассара. Португальские источники представлены «Хрониками» Фернана Лопиша. Особую ценность им придает то, что автор был фактическим главой португальского архива в XV в., имел прямой доступ ко многим документам, недоступным позднее. К тому же он читал труды своих предшественников, видел их недостатки и стремился их исправить. В числе документальных источников использован текст Парижского перемирия 1396 г., отражающий роль пиренейских государств в конце второго периода Столетней войны.


3. 1. Франко-кастильское сотрудничество при Карле V
Анализируя франко-кастильское сотрудничество при Карле V и Энрике II, следует учитывать, что оно зависело в первую очередь от той очень сложной ситуации, в которой оказалась новая династия. Можно утверждать, что против Кастилии выступили все государства Пиренейского полуострова, как христианские, так и Гранада. Ожесточенная борьба против них усугублялась и враждебной позицией Англии. Утратившая почти все возможности влиять на положение в Испании, она стремилась установить связи с противниками Кастилии. Интересы соперников Энрике II различались довольно сильно. Португалия и Англия, точнее Джон Гонт, герцог Ланкастер, оспаривали легитимность перехода короны к Трастамарской династии и претендовали на королевство целиком. Отметим схожесть оснований обоих претендентов в борьбе за Кастилию. Они базировались на родстве с предыдущей династией по женской линии. Фердинанд I Португальский был внуком Беатрисы Кастильской, дочери короля Санчо IV249. Английская дипломатия сумела заключить целый ряд брачных союзов между сыновьями Эдуарда III и дочерьми Педро I. Сам герцог Ланкастер женился на Констанции Кастильской в 1371 г., а его брат, герцог Кембриджский, на ее сестре Изабелле годом позже. Напротив, Арагон, Наварра и Гранада не стремились свергнуть нового короля, скорее речь шла об удачной возможности воспользоваться ослаблением Кастилии и присоединить некоторые пограничные территории.

Наиболее решительные действия были предприняты Фердинандом I, поскольку в условиях возобновления Столетней войны и обороны английских владений активно вмешаться в борьбу на Пиренеях Джон Гонт не мог. Война против Кастилии замышлялась португальским королем как сочетание боевых действий на суше и на море. Причем в выборе главной цели для флота, Севильи, можно видеть и мотивы борьбы лиссабонского купечества с конкурентами. Для блокады города была снаряжена флотилия, а сам Фердинанд вторгся в Галисию, где сумел взять города Ла-Корунья, Самора, Туй250. Энрике II в ответ напал на Португалию, занял Брагу, Браганцу, осадил Гимарайнш251. В это же время кастильский флот снял блокаду Севильи. По итогам первой португало-кастильской войны Фердинанд был вынужден подписать в 1371 г. мир в Алкутиме, по итогам которого он был вынужден взять в жены дочь Энрике II Алиенору252. С помощью этого брака создавалась прекрасная возможность для вмешательства в дела Португалии. Разумеется, выполнять условия мира в Алкутиме в Португалии не спешили. Спустя некоторое время король попытался жениться на португальской дворянке вместо кастильской принцессы. Это было прямым вызовом, что вкупе с очередным вторжением португальских войск в Галисию и взятием Вьяны привело к началу второй португало-кастильской войны. Как и в прошлый раз, более сильные кастильские войска взяли Визеу и Коимбру и двинулись на Лиссабон. Конфликт на Пиренеях привлек внимание Авиньона, который для посредничества направил главного специалиста по пиренейским проблемам кардинала Болонского, который пытался примирить еще Педро IV и Педро Ш. В продолжении конфликта не была заинтересована ни одна из сторон, поэтому миссия кардинала увенчалась заключением Сантаренского мира 1373 г. В контексте рассматриваемой нами проблемы ключевым видится тот пункт договора, по которому король Португалии обязан был ежегодно поставлять в Кастилию по пять галер, которые тот отправлял бы во Францию253. Наряду с этим договор предусматривал заключение ряда браков между Португалией и Кастилией. В отличие от предыдущего договора, Энрике II не решился навязывать свою волю столь агрессивно. Союзы было решено заключить между братом короля Кастилии Санчо и сестрой Фердинанда I Беатрисой Португальской, рожденной от брака с Инес де Кастро254. Наряду с этим было предусмотрено и бракосочетание между детьми Энрике II и правителя Португалии Фадрике и Беатрисой255. Можно констатировать, что по итогам двух войн Кастилии удалось отразить натиск возможно самого серьезного соперника на Пиренеях, более того, вовлечь его в орбиту французской внешней политики.

Представляется возможным говорить, что к середине 70 гг. XIV в. Энрике II провел ряд успешных кампаний по отражению внешних угроз и сумел закрепить достигнутые успехи. Это было достигнуто при помощи заключения все тех же политически обусловленных династических союзов. Как было сказано выше, довольно быстро начались разногласия между вчерашними партнерами по борьбе против Педро I, королем Арагона Педро IV и Энрике Трастамарским. Причинами этой борьбы были как пограничные споры, так и отдельные шаги кастильского короля, расцененные в Арагоне как направленные против него. Речь идет о судьбе самого опасного противника для Педро IV Хайме IV Мальоркском. Во время второго похода Бертрана Дюгеклена он был пленен возле Вальядолида и стал пленником Энрике II. После этого Джованна Неаполитанская сумела добиться выкупа мужа за гигантскую сумму в сто тысяч франков256, после чего она же помогла ему собрать армию для вторжения в Арагон. В этой связи необходимо упомянуть о родственных связях между королевой Джованной и герцогом Людовиком Анжуйским, который в свое время оказал весьма существенную помощь тогда еще графу Трастамарскому после поражения при Наваррете. Тесные связи между Людовиком и королем Кастилии были хорошо известны, так что предоставление свободы сопернику Педро IV и сотрудничество с враждебной Арагону Анжуйской династией (пусть и другой ее ветвью) не могло способствовать миру между двумя королевствами. Однако на историю с Хайме IV можно посмотреть и с другой точки зрения. После падения Педро I английская дипломатия прилагала большие усилия для того, чтобы заручиться поддержкой Арагона. В условиях пограничных конфликтов подобные предложения находили определенный отклик. Например, в 1373 г. английское посольство Уильяма Фелтона, сенешаля Аквитании, участвовало в переговорах с арагонцами в Хаке, по итогам которых Педро IV согласился выступить войной против Кастилии в случае, если то же самое сделает и герцог Ланкастер. Так что сделка с Джованной Неаполитанской могла в каком-то смысле быть ответом на враждебные действия Арагона. После провала похода Хайме IV сближение между Арагоном и Кастилией стало возможным. В условиях договора о браке между инфантом Хуаном Кастильским и Алиенорой Арагонской хотелось бы отметить пункт, по которому Педро IV обязан был разорвать все отношения с Англией257. Это еще больше ослабляло позиции Плантагенетов в Испании, что, безусловно, было на руку Франции.

Суть конфликта между Кастилией и Наваррой в начале правления Энрике II проистекала из данных Педро I обещаний передать Карлу II пограничные с Наваррой области. Поскольку обещание это не было выполнено, то, пользуясь неизбежными затруднениями у новой династии, он решил присоединить их силой. Благодаря посредничеству все того же кардинала Болонского, Наварра и Кастилия подписали договор в 1373 г., по которому наследник наваррского престола Карл III получал в жены кастильскую принцессу Алиенору258. Таким образом, была создана целая система династических союзов, которая обеспечивала относительно мирное существования Кастилии. Можно говорить о том, что, по крайней мере, все христианские государства Пиренейского полуострова признали новую династию в качестве легитимной.



Как видно, положение Кастилии в этот период было достаточно тяжелым. Однако и в этих условиях Энрике II находил возможность оказывать довольно существенную помощь Франции. Предшествующее развитие Кастилии со второй половины XIII в. предопределило, что наиболее продуктивным сотрудничество двух стран могло быть в войне на море. Карл V точно оценил, что наиболее сильно английское господство во Франции пострадает от удара по морским коммуникациям. Первый удар по ним был сделан еще заключением брака между Маргаритой Фландрской и Филиппом Бургундским, закрывшим для английских кораблей вход в гавани Брюгге и других портов. Использование кастильских кораблей могло перерезать снабжение войск Плантагенетов во Франции. Достичь этого можно было только при тесных контактах с Энрике II. В кастильской политике Карла хорошо видно стремление к регулярному документальному подтверждению союза с Энрике II. Первый договор с новым королем был заключен еще в 1369 г. сразу после битвы при Монтеле. Следующий – спустя два года, в 1371 г. Его можно расценивать как ответ на принятие Джоном Гонтом титула короля Кастилии и начала использования соответствующей символики в том же году259. Видя затруднения своего союзника, Карл V обещал ему помощь, а также давал обязательства не заключать мир с Англией без его ведома260. Передышка, полученная Кастилией после мира в Алкутиме, была использована для оказания помощи Франции. Пришедшие из Испании корабли сыграли решающую роль в морском сражении при Ла-Рошели 1372 г., которое, по нашему мнению, можно считать одним из решающих ударов по господству англичан во Франции. Обращает на себя внимание прежде всего тот факт, что Карл V обладал всей необходимой информацией о планах Эдуарда III по ведению военной кампании во Франции261. Поэтому мишенью для атаки была выбрана немногочисленная флотилия графа Пембрука, которая перевозила чрезвычайно ценный груз – жалование для трех тысяч английских солдат во Франции. Франко-кастильский флот под командованием Амброзио Бокканегры значительно превосходил корабли англичан по своим техническим характеристикам. Испанские корабли были оборудованы машинами для метания камней и укрепления для защиты стрелков и экипажа. К тому же Бокканегра сумел воспользоваться приливом в нужный момент, чтобы уничтожить корабли Пембрука, а его самого взять в плен. Поражение на море в значительной степени помогло войскам Карла V взять сам город, что имело ряд чрезвычайно важных последствий. После падения Ла-Рошели один за другим стали сдаваться и соседние города и замки262. Закономерно, что падение этого важного порта еще больше затрудняло переброску свежих войск из Англии, а боевой дух находящихся во Франции упал, поскольку деньги за службу не были выплачены. Однако самым главным из них можно считать пленение капталя де Бюша, который пытался помешать французам взять Ла-Рошель. Это означало потерю чрезвычайного ценного союзника англичан и одного из самых способных полководцев эпохи. В истории его пленения и содержания под стражей хорошо видно, что Карл V, который определял судьбу пленника, руководствовался прежде всего интересами Франции. Поэтому все старания Эдуарда III обменять капталя на нескольких знатных пленников потерпели неудачу263. Неэффективными оказывались и попытки при помощи традиционных приемов, вроде шевоше Ланкастера 1373 г., навязать французской армии сражение. Поэтому Англия была вынуждена просить перемирия, на что король Франции согласился. Переговоры в Брюгге 1375 г. примечательны тем, что в них в качестве полноправного члена участвовали и посланники из Кастилии264. Следует видеть в этом реальное действие франко-кастильского союза 1371 г. Главным для кастильской делегации был вопрос о титуле короля Кастилии, на который притязал Джон Гонт. Но в ходе переговоров в Брюгге он не получил разрешения.

После окончания действия перемирия король Карл V осуществил немыслимое прежде военное предприятие. В 1377 г. жители Англии, и так сильно роптавшие на значительные поборы, собираемые на ведение войны, впервые почувствовали удар, нанесенный им союзным франко-кастильским флотом. Отметим, что после переговоров в Брюгге неуклонно наблюдался упадок системы управления в Англии. Скончался Эдуард Черный Принц, передавший права на регентство в Аквитании Джону Гонту, тяжело болел Эдуард III. Момент для нападения на Англию был выбран как нельзя более удачно, поскольку король находился фактически при смерти. Отряды на кораблях Жана де Вьена Фердинанда Санчеса де Товара, посланного королем Кастилии, опустошили город Рай в Суссексе, разграбили остров Уайт, Портсмут, Дартмут, Плимут. При этом нередки были резня265, грабежи и пожары. Помимо колоссального ущерба, нанесенного экспедицией, Англия при малолетнем короле Ричарде II получила и мощнейший удар по системе управления. Отныне недоверие к власти возросло, а в чрезвычайно сложной обстановке это могло привести к очень тяжелым последствиям.

Представляется возможным говорить, что после переговоров в Брюгге Англия пребывала в международной изоляции. Союзник Карла V Энрике II свел на нет усилия Эдуарда III, пытавшегося закрепиться на Пиренеях. Выходом из этой ситуации могло стать сближение с естественным союзником в тех условиях - Наваррой. На волне успехов французской армии Карл V решил окончательно подорвать влияние Карла Злого на положение дел во Франции. Фундаментом могущества Наваррца было обладание не только запиренейскими территориями, но и ленами в Нормандии. Конфисковав последние, можно было чрезвычайно сильно его ослабить. Что и было сделано в том же 1377 г. Это решение способствовало быстрому англо-наваррскому сближению. После конфискации нормадских владений Карл II отправил к новому королю Ричарду II посольство с предложениями о союзе. Это не укрылось от внимания Карла V, который сразу же известил об этом своего кастильского союзника и предложил тому начать войну против Наварры266. Предложение со стороны Наварры не могли не вызвать положительной реакции в Англии. Договор давал Плантагенетам самое необходимое – чрезвычайно удобный и прекрасно укрепленный порт Шербур267. Наряду с этим Наварра обязывалась не заключать мира ни с Францией, ни с Кастилией без участия Англии268. В свою очередь, Ричард обязывался предоставить тысячу копий и две тысячи лучников для войны против Кастилии269. Как видно, договор в теории мог нанести ущерб Кастилии, ослабляя тем самым и франко-кастильский союз. К тому же через Шербур можно было снабжать английские владения на континенте, что тоже давало некоторые шансы причинить неприятности Карлу V.

В 1378 г. два английских отряда, каждый численностью в триста копий, из Наварры вторглись на территорию Кастилии270. Ответ не заставил себя долго ждать. Войска под командованием инфанта Хуана Кастильского вторглись в Наварру и осадили Памплону. Натиск был столь силен, что Карлу II пришлось отправиться в Бордо с просьбой о помощи. Ситуация действительно была для него очень тяжелой, поскольку против большой кастильской армии в четыре тысячи копий, а также множества лучников и пеших271, никто из наваррских сеньоров не мог бороться272. Вторжение армии Энрике II вызвало колоссальное опустошение в области вокруг Памплоны, в описании которого единодушны Фруассар273 и Педро Лопес де Айяла274. Однако приближающаяся зима и ожидавшееся прибытие английский войск вынудило кастильцев снять осаду.

Тем не менее королевство Наварра было слишком слабым для того, чтобы продолжать борьбу. Советники Карла II рекомендовали ему как можно скорее подписать мир с Кастилией, на что он был вынужден согласиться. Главным для Энрике II было то, что по условиям этого договора все англичане, находившиеся в Наварре, были обязаны ее покинуть275. Это избавляло Кастилию от повторной угрозы вторжения. Гарантировались и все те соглашения, которые были заключены между королями Франции и Кастилии276. Стороны обязывались вернуть друг другу все захваченные в ходе конфликта земли и замки. Кастильско-наваррская пограничная война, если рассматривать ее в контексте англо-французской борьбы на Пиренеях, закончилась с отрицательным для Плантагенетов результатом, поскольку по ее итогам Англия оставалась в изоляции. Вскоре после заключения мира с Наваррой король Энрике II скончался. В своем завещании он оставил своеобразную внешнеполитическую программу, призывающую сохранять как можно более тесные отношения с Францией277.

Таким образом, франко-кастильское сотрудничество при Карле V было довольно значимым и в немалой степени способствовало отвоеванию французских территорий. Рейды кастильских кораблей наносили ущерб экономике Англии, усиливали недовольство жителей прибрежных городов. Новая династия Трастамара смогла отразить все попытки английской дипломатии укрепить свое присутствие на Пиренеях. Создание системы брачных союзов между христианскими государствами в Испании предоставляло относительную стабильность положения самой Кастилии. В 70-е гг. XIV в. также представляется возможным говорить о создании предпосылок для эволюции пиренейского фактора в англо-французских противоречиях. Скончались Черный Принц, Эдуард III Энрике Трастамарский, Карл V. Власть перешла к королям-детям Ричарду II и Карлу VI, за которых правили советники. В этих условиях наибольшей активности на Пиренеях можно было ожидать от Джона Гонта, который имел наиболее выраженные интересы в Испании.



3. 2. Англо-португальский союз и экспедиция герцога Ланкастера
После двух неудачных войн с Кастилией желание воевать с соседом в Португалии не утихло. После смерти Энрике II в 1379 г. король Фердинанд I практически сразу пошел на резкое обострение отношений с соседним королевством. Ключевой проблемой по-прежнему оставалась легитимность Трастамарской династии. В качестве законных наследников Педро I в Португалии продолжали рассматривать его дочерей, что видно, например, из письма, отправленного королем в Англию278. Если посмотреть на эту проблему в более широком контексте, то станет очевидным, что Португалия не признавала Салический закон как принцип престолонаследия. Подобная позиция была прямым вызовом Кастилии, что означало -близость очередной войны. После начала боевых действий в Лондон были направлены послы от Фердинанда I. Эта новость больше всего отвечала интересам герцога Ланкастера. В королевском Совете он выступил наиболее активным сторонником отправления английских войск в Португалию. Однако предложения Джона Гонта встретили резкие возражения. Они основывались как на значительных финансовых затратах, так и на существовании военной угрозы со стороны Шотландии. Франко-шотландские войска нападали на пограничные английские территории. В этих условиях решение Совета ставило крест на амбициях герцога Ланкастера. Ему предписывалось отправляться в поход против Шотландии, а в Португалию он мог отправиться только после заключения трехлетнего перемирия279. Но и отказываться от союза с Португалией в Англии не хотели. Поэтому послам была обещана поддержка, а на Пиренеи решено было отправить брата герцога Ланкастера графа Кембриджа280, который тоже был женат на дочери Педро I, следовательно, был фигурой вполне весомой. Прибывшие английские войска подчинялись непосредственно королю Фердинанду и не должны были без его согласия предпринимать никаких самостоятельных действий. В условиях пассивно ведшейся кампании это вызывало сильное недовольство англичан. Подобные действия можно объяснить только тем, что в случае решающего сражения, которое, вполне вероятно, могло закончиться поражением войск Фердинанда I, Португалия оставалась бы беззащитной перед кастильскими войсками. Невозможность добиться победы над Кастилией привела к тому, что в 1382 г. третья португало-кастильская война завершилась подписанием мирного договора. Его заключение вызвало негодование графа Кембриджа. Выход Португалии из борьбы означал, что положение Трастамарской династии укрепляется. Следовательно, король Франции, с которым Хуан I в 1381 г. подтвердил союзный договор, продолжал бы исправно получать кастильские и португальские галеры. Кроме этого, договор имел и другое, в чем-то даже более важное, следствие. Овдовевший король Хуан I получил в жены Беатрису Португальскую. Это разрывало заключенный ранее союз между португальской принцессой и сыном графа Кембриджа281. Поскольку Беатриса была единственной наследницей португальского престола, это создавало возможность перехода королевства под контроль Англии в случае смерти Фердинанда I282. После заключения договора 1382 г. весьма вероятным было объединение двух королевств в руках Хуана I. Кроме того, положение Англии в результате заключения договора ухудшалось и в другом немаловажном аспекте. В 1378 г. в результате Папского раскола в католической церкви появилось два претендента: «французский» Папа Климент VII, которого также признавал и король Кастилии, и «английский» Урбан VI. Прибывший граф Кембридж сумел убедить короля Португалии, что истинным Папой является как раз Урбан, что и было провозглашено283. После поражения Португалии вновь пришлось признать законным Папой Климента VII.

На следующий год король Португалии скончался. Учитывая, что с момента обретения независимости в 1143 г. любое усиление влияния Кастилии на внутренние дела Португалии рассматривалось крайне негативно, ожидать легкого исполнения условий португало-кастильского договора не следовало. Большинство португальской знати согласилось на избрание королем гроссмейстера ордена Ависсы Жуана, предположительно бывшего сыном короля Педру I от некоей женщины по имени Тереза. Как видно, ситуация весьма сильно напоминает положение дел в самой Кастилии, поэтому можно предположить, что опыт соседнего королевства учитывался португальцами при принятии этого решения284. Нельзя не отметить, что при избрании Жуана Ависского королем Салический закон трактовался весьма вольно, в зависимости от конкретной ситуации. Это событие послужило поводом для начала новой войны между Португалией и Кастилией. В этой связи необходимо отметить, что в кастильской армии сражалось довольно много французов. После походов Бертрана Дюгеклена некоторая часть его отрядов осталась в Кастилии, где получила от нового короля Энрике II земельные владения. После подтверждения союзного договора с Карлом VI Хуану I удалось добиться разрешения переходить к нему на службу для желающих воевать под кастильскими знаменами285. Этот процесс облегчался тем, что король Арагона разрешил проход для наемников по своей территории. Как видно, механизмы для регулярного пополнения армии Хуана I отрядами из Франции существовали. К тому же значительную, если не сказать решающую, роль в командовании кастильской армией также играли французы. Ведущие посты занимали граф Лонгвиль и Реджинальд де Лимузен, коннетабль и маршал соответственно286. Начало войны в Португалии стимулировало и приток наемников из Беарна и графства Фуа. С первых же дней войны ситуация для Жуана Ависского оставалась чрезвычайно опасной, поскольку кастильцы сумели взять Сантарен и приступить к осаде Лиссабона.

В этих условиях единственным шансом для Португалии отстоять свою независимость был союз с Англией. При дворе Жуана I было принято решение об отправке в Англию делегации с целью возобновления союза287. Безусловно, Ланкастер был рад прибытию посольства, ведь условия планируемого договора предусматривали династический брак между дочерью герцога и королем Португалии и, самое главное, военную помощь в деле отвоевания Кастилии288. Но время в той ситуации работало на кастильцев. Посланники Жуана Ависского прибыли в Англию летом, когда члены королевского Совета находились в разных частях страны. До дня святого Михаила, 29 сентября, решение об отправке войск в Португалию не могло быть принято. Но еще до прибытия английских войск ситуация для Португалии стала гораздо менее тяжелой. В тылу войск Хуана I восстал недавно захваченный Сантарен. Его жители не были знакомы с бесчинствами бригандов, поэтому мародерство и грабежи бретонцев289 привели к незамедлительному восстанию. Потеря Сантарена вынудила Хуана I снять осаду и лично начать переговоры с жителями города. Невозможность взять Лиссабон штурмом и прибытие английских отрядов вынуждало короля Кастилии давать решающее сражение. В этой связи можно констатировать, что между частями армии Хуана I существовали серьезные разногласия. Прежде всего противоречия между французами и кастильцами. Они были обусловлены главным образом принципиально разными целями похода, которые преследовали его участники. Для французов это был прежде всего способ обогатиться. Поведение наемников в Португалии об этом ясно свидетельствовало. Поэтому правомерно, на наш взгляд, видеть в этом продолжение экспедиций бригандов времен Карла V, но, в отличие от походов Дюгеклена, это была инициатива отдельных сеньоров, никаких внешнеполитических целей изначально не ставилось, следовательно, отсутствовала и поддержка со стороны государства. Преследуемые французами задачи определили тот факт, что подаваемые королю Хуану I советы были направлены на активную борьбу с англичанами. Главной целью было масштабное сражение с англо-португальскими войсками. Очевидно, что в данном случае наемников интересовала в первую очередь возможность взять в плен знатных противников, за которых мог быть выплачен солидный выкуп. Подобные устремления входили в противоречие с позицией кастильской знати, у которой не было особых интересов в Португалии. Налицо была усталость от практически постоянных военных конфликтов, начавшихся фактически с самого начала правления Педро I. Отмеченная тенденция наблюдалась и среди простых солдат. Во враждебной Португалии, стране не слишком богатой, для простых воинов насущными были вопросы поиска еды, фуража. Источники фиксируют, что характерными чертами были потасовки между кастильцами и французами из-за провизии, обмундирования290.

Прибытие английских отрядов в Португалии, провал блокады Лиссабона вынуждали Хуана I соглашаться на сражение. Можно констатировать, что это решение было сделано при решающей роли именно французов291. Главным доводом в пользу генерального сражения был пример короля Энрике II, разгромившего при Монтеле своего противника. 14 августа 1385 г. при Алжубарроте состоялась ключевая битва в истории третьей португало-кастильской войны. Стоит подчеркнуть, что накануне сражения решающую роль в королевском совете играли именно французские рыцари292. Обозначенный конфликт между двумя частями армии Хуана I привел к разгрому кастильских войск. Стоит отметить, что победа англо-португальских сил стала возможной благодаря грубым ошибкам со стороны французских рыцарей. Атака после долгого марша без отдыха в неблагоприятных условиях (против заходящего солнца), отсутствие взаимопонимания с кастильскими отрядами привели к тому, что армия была разбита фактически по частям. Поражение при Алжубарроте имело ряд важных последствий. Королю Жуану Ависскому удалось отразить нападение со стороны Кастилии и существенно укрепить свое положение. Поддержка, оказываемая ему всеми слоями общества, способствовала установлению новой Ависской династии, которая, безусловно, имела проанглийскую ориентацию. Успешная борьба против Кастилии объясняется не только тем, что она носила характер национально-освободительный борьбы. В не меньшей степени итоговая победа Португалии объясняется тем, что сражаться пришлось против разрываемой острыми противоречиями армии противника. Укрепление власти короля Жуана I означало, что защищаться скоро придется уже Кастилии, поскольку, имея столь удобный плацдарм, как Португалия, герцог Ланкастер попытается заполучить корону Кастилии.



Как было сказано выше, лично вмешаться в борьбу на Пиренеях Джон Гонт не мог из-за борьбы против франко-шотландских войск. Заключение перемирия с Шотландией позволило ему получить необходимые субсидии для набора войск и разрешения отплыть в Португалию. В предстоящей борьбе за корону Кастилии он мог рассчитывать на помощь короля Жуана. Если оценивать масштаб экспедиции Ланкастера, то ее следует признать одним из самых крупных военных предприятий Англии во второй период Столетней войны. Оценки, даваемые хронистами армии герцога, совпадают. По данным Ж. Фруассара и Ф. Лопиша, Джону Гонту удалось собрать приблизительно пять тысяч человек. Учитывая, что для транспортировки требовались корабли, а также достаточное количество снаряжения, траты герцога закономерно вызвали протесты. Английская армия высадилась в Португалии 25 июля 1386 г. К тому моменту положение основного союзника, короля Жуана I, несколько укрепилось. «Английский» Папа Урбан VI согласился признать новую Ависскую династию. Однако известная проанглийская ориентация нового короля вовсе не означала, что португальские войска будут служить целям герцога Ланкастера. Если Джон Гонт стремился овладеть короной Кастилии, то король Португалии стремился максимально ослабить своего противника, чтобы исключить возможность повторения кастильского вторжения. Особых территориальных претензий у Жуана I не было, он просто стремился сохранить достигнутое в результате победы при Алжубарроте. В этой связи объяснения Фруассара о том, что отказ от объединения двух армий был вызван только различиями в национальном характере, не могут быть признаны убедительными. Особый интерес представляет анализ юридических оснований на корону Кастилии, предъявленных сторонами перед началом боевых действий. Претензии герцога Ланкастера основывались на праве его жены Констанции, дочери короля Педро I. Стоит отметить, что в этом случае англичане отказывались, как и в случае перехода короны к Филиппу VI, признать действие Салического закона. Следовательно, опровержение права Констанции Кастильской стало главной задачей для правоведов Хуана I. Прибывшее в ставку Гонта кастильское посольство озвучило результаты их работы. Легисты Трастамарской династии не стали исследовать право дочери на наследование. Они постарались доказать, что законных прав на престол не было уже у самого Педро I, следовательно, не могло его быть и у Констанции. Отправной точкой в разысканиях юристов стал острейший династический кризис, охвативший Кастилию в последние годы правления Альфонсо X. Узурпация престола Санчо IV, а об этом, по мысли легистов Хуана I, свидетельствовало отсутствие благословения, данного Альфонсо X, порождала и незаконное наследование короны всеми королями Кастилии, в том числе и Педро I293. Более того, в качестве легитимного наследника следовало рассматривать только Фердинанда де ла Серда и его потомков. Хуан I, имевший родство с фамилией де ла Серда, был, таким образом, единственным законным королем Кастилии294. Спустя несколько дней была оглашена и позиция герцога Ланкастера. Те же события династической борьбы начала 80х гг. XIII в. получили диаметрально противоположную оценку. В отличие от Трастамарской династии, легисты Ланкастера делали упор на согласии сословий, вручивших Санчо IV всю полноту власти295. Подобная позиция отвечала и интересам Жуана I, таким же образом получившего корону. Английская сторона пыталась, наряду с законностью перехода короны к Санчо IV, обосновать и отсутствие прав у потомков фамилии де ла Серда. Основания для этого содержались в статьях мирного договора в Торельясе 1304 г. За доход с пожалованных инфантам де ла Серда земель, те отказались от прав на корону Кастилии296 и использование королевской символики297. Поэтому родство с этой фамилией не давало Хуану I никаких прав на корону Кастилии. Сам же герцог Ланкастер, находясь в Португалии, пытался использовать королевскую кастильскую символику, в частности при чеканке монет298, но особых результатов это не принесло. Против Хуана I предстояло вести полномасштабную войну.

Сразу стоит отметить, что война против Кастилии весьма сильно напоминает шевоше герцога Ланкастера 1873 г. во Франции. В обоих случаях английская армия больше всего хотела навязать генеральное сражение, в котором рассчитывала добиться победы. Поражение при Алжубарроте ясно показало, что подобное может быть чрезвычайно опасным, поэтому советники кастильского короля советовали ему избегать решительной встречи с англичанами. Напротив, Хуану I рекомендовали разрушить неукрепленные городки, переселить крестьян, лишив противника продовольствия и фуража. Оборонять предполагалось только крепости с мощными укреплениями. В итоге англичане теряли много времени, их армия неуклонно слабела, падал боевой дух. История боевых действий армии герцога Ланкастера представляет собой фактически серию осад городов. Пожалуй, самым крупным успехом стало взятие Сантьяго-де-Компостелы, важнейшего центра религиозной жизни Кастилии. Верные своей тактике, англичане сумели добиться признания законным Папой Урбана VI и назначить нового епископа. Но переломить ситуацию в пользу англичан это никак не могло, как не могло этого сделать и заключение брачного союза между королем Жуаном I и Филиппой Ланкастерской. Можно констатировать, что Кастилии удалось навязать противнику пассивную изматывающую борьбу, в которой у Ланкастера было мало шансов победить.

Пока Джон Гонт тратил время в бесконечных осадах, во Франции шла подготовка к масштабной экспедиции, целью которой была высадка десанта в Англии. Король Карл VI решил воспользоваться столь удобной ситуацией и попытался переломить ход Столетней войны. Безусловно, эта попытка преследовала прежде всего цель оказать помощь кастильскому союзнику. Насколько можно судить, вторжение в Англию было значительным предприятием, вызвавшим, в том числе, и определенные изменения во внешнеполитической линии Франции. Ключевой с начала 80х гг. XIV в. была проблема восставших фландрских городов. Значительные ресурсы тратились на борьбу между герцогом Бургундским и его мятежными вассалами. Несколько неожиданное заключение перемирия между ними говорит о том, что Карл VI стремился обеспечить соответствующие условия для организации вторжения в Англию. Подготовка сопровождалась усилением налогового бремени, масштабной вербовкой добровольцев, в том числе из Германии и Савойи, наймом кораблей в Нидерландах. Колоссальные затраты не могли не вызвать недовольства населения, особенно в районах, непосредственно связанных с обеспечением экспедиции. Находящиеся в лагере рыцари наносили значительный ущерб хозяйству окрестных крестьян, король проявлял поразительную медлительность, благоприятное для отправки армии время было упущено. В итоге экспедицию попросту отменили под предлогом болезни герцога Бургундского. Причины столь странного решения, по всей видимости, следует искать в нестабильности обстановки во Франции. Острая борьба между группировками феодалов не позволяла королю без колоссального риска переходить к активным боевым действиям. Поэтому Карл VI не мог решиться отдать приказ об отплытии. Но даже на этапе подготовки экспедиция вызвала значительный страх в Англии. Предполагалось даже отозвать герцога Ланкастера из Кастилии299. Ожидавшееся появление французов вскрыло главную проблему английского общества – утрату единства между королем и его подданными 300. Именно при единстве народа и монарха были одержаны главные английские победы,на что и указал в своей речи граф Солсбери301. Ввиду угрозы вторжения прибрежные города были укреплены, в них были усилены гарнизоны302.

Пока в Англии готовились к обороне, на Пиренеях положение Ланкастера продолжало ухудшаться. Поскольку герцог не мог получить значительных подкреплений из Англии, то он попытался усилить свое положение при помощи дипломатии. Наварра, традиционный союзник англичан, пребывала в упадке и никакой помощи оказать не могла. Поэтому Джон Гонт попытался добиться определенной поддержки со стороны Арагона. После прекращения арагоно-кастильского конфликта при Энрике II король Педро IV Арагонский был вынужден разорвать все контакты с Англией. Между ним и Черным Принцем существовало соглашение, по которому Арагон обязан был предоставлять ежегодно по пятьсот копий или аналогичную сумму денег303. После заключения договора с Кастилией ни о каких поставках отрядов или денег речи быть не могло. В итоге Ланкастер, как регент герцогства Аквитанского, попытался получить от Арагона недоимку. Столь грубое давление на дела Арагона вынудило нового короля Хуана I Арагонского арестовать архиепископа Бордо, явившегося в Барселону. Это привело к серии стычек на границе Арагона и Аквитании. Положение английской армии в Португалии, особенно после разразившейся эпидемии, стало поистине угрожающим. Ежедневные потери армии англичан от эпидемии были значительными304, особенно велик был падеж лошадей, без которых ее боеспособность существенно снижалась. Существовала и опасность появления в Испании и направленных из Франции отрядов под командованием герцога Бурбонского. В итоге Ланкастер был вынужден распустить армию и направить к Хуану I посольство с просьбами о проходе деморализованных отрядов через Кастилию. Единственным реальным результатом борьбы герцога Ланкастера против Кастилии стало заключение Байонского договора 1388 г., по которому инфант Энрике, будущий король Энрике III, получал в жены английскую принцессу, дочь герцога.

Итак, англо-португальский союз 80 гг. XIV в. не принес Плантагенетам сколько-нибудь значимых результатов. Серия войн против Кастилии не смогла поколебать положения Трастамарской династии. Оставался в силе и франко-кастильский союз. Значительные затраты на экспедицию Джона Гонта не принесли никаких выгод и способствовали росту недовольства политикой королевского Совета в Англии. Ее провал во многом объясняет начавшуюся борьбу в Англии, падение династии Плантагенетов и приход к власти Генриха IV Ланкастера, потомка герцога.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница