Отечественной войны в Абхазии (1992-1993 гг.) (военно-политический аспект) Введение Глава Начало войны и ее первый период



страница1/24
Дата01.05.2016
Размер4.18 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24
Отечественной войны в Абхазии (1992-1993 гг.)

(военно-политический аспект)
Введение

Глава 1. Начало войны и ее первый период

1. Агрессия Грузии против Абхазии

2. Начало агрессии Грузии против Абхазии и окружающий мир

2. 1. Добровольческое движение.

2. 2. О российском факторе.

2. 3. Международное сообщество.

3. Московская встреча 3 сентября 1992 года

3. 1. Переговоры в «Президент-отеле» и их Итоговый документ.

3. 2. Противостояние «гулливеров» и «лилипутов».



Глава 2. Абхазия под прессом бомб и «двойных стандартов»

1. Гагрское наступление и начало освобождения Абхазии

2. Стабилизация фронтов и «окопная война»

2.1. Легимитизация власти в Грузии и срыв повторной встречи

2.2. Активизация военно-политической дипломатии

3. Россия, Грузия и международное сообщество на фоне войны в Абхазии

3.1. Российско-грузинские отношения (октябрь – декабрь 1992 г.)

3. 2. Международное сообщество и война в Абхазии (октябрь – декабрь 1992 г.)

Глава 3. Военно-политическая стратегия сторон в январе-июне 1993 года

1. От января к марту

2. Мартовское наступление и дальнейшие политические игры вокруг Абхазии

3. Заочное перемирие 14 мая 1993 г. Причины и следствия

Глава 4. Оккупированные территории и блокада Ткурачала

1. Ситуация на оккупированных территориях

2. Блокада Ткуарчала

3. Культурный геноцид абхазского народа

Глава 5. Заключительный период войны. Освобождение Абхазии

1. Июльское наступление

2. Объединенная комиссия и ее деятельность

3. Сентябрьское наступление. Победа.

Эпилог

Заключение

Источники и литература

Предисловие

Постановка вопроса. Война как социальное явление столь же древнее, как и само общество в современном его понимании. На протяжении всей истории войны сопутствовали формированию племен и государств, созданию и разрушению империй. Сегодня уже трудно себе представить мир без войны. Война и утверждение себя через силу, что, в конце концов, неизбежно приводит к войне, стали неотъемлемой частью современного исторического процесса, более того, в немалой степени его движущей силой. В. Слипченко справедливо отмечает, что «за длительный исторический период происходила эволюция не только общественного строя, но и поколений войн»1. Действительно, история человеческих взаимоотношений – это предыстория или сама история создания предпосылок, подготовки и ведения войн. «Вся человеческая история, – пишет философ истории Э. Поздняков, – впечатляющая картина следующих одна за другой войн»2. За всю историю своего существования люди жили в условиях мира всего 292 года. Это означает, что на каждый минувший век не приходится даже одной мирной недели на планете3. При этом главной мотивацией начала войны можно считать стремление агрессора к захвату чужих ресурсов.

В силу того, что война является неизбежным спутником человеческого бытия, возрастает ценность знаний о ней. Многим хочется верить в то, что чем больше этих знаний, тем больше шансов избавиться от войны. Обычно осмысление войны начинается с того, что человек задумывается о ее причинах. И поскольку история человечества наводнена войнами, у исследователя появляется много примеров, и он начинает рассматривать их в совокупности, выявляя общие черты, сходства и различия. Так постепенно обнаруживаются некоторые причины, повторяющиеся неоднократно, становясь тем самым движущими силами для возникновения, казалось бы, совсем разных войн, которые могли происходить далеко друг от друга, и географически и исторически, в том числе в разные эпохи. Причем их участники могли совсем не знать о существовании друг друга, не говоря уже об истории предшествовавших войн, но с завидным упорством повторяли те же шаги, которые приводили в действие адский маховик войны.

Поисками причин войны люди занимаются с древности, общественная мысль стремится раскрыть ее природу. Первые шаги в этом направлении были предприняты древнекитайским полководцем и мыслителем Сунь-цзы (6-5 вв. до. н.э.)4, древнеиндийским брахманам Чанакья (4 в. до н. э.), древнегреческим историком Фукидидом (5-4 вв. до н. э.), а также философами Демокритом и Платоном5. Более двух тысяч лет человечество существовало на идее Гераклита о том, что война - творец, начало всех вещей, а Аристотель считал войну нормальным средством для приобретения собственности. Кстати, именно названый древнегреческий философ ввел в оборот понятие «справедливая война», который он употреблял по отношению к войнам греков с их врагами, при этом ставя на первое место войну оборонительную, направленную на защиту граждан полиса. Аристотель определял «справедливость» захватнических войн исходя из достоинства народов, против которых они велись6.

Как самостоятельная научная дисциплина проблема войны активно изучается с середины XX в. отраслью современной политологии – военной политологией (фигурирующей в западной науке под названием «полемология» (наука о войне)7. Ни в одном столетии, вероятно, не было столько войн, сколько их произошло в ХХ в. – и по количеству, и по масштабности, и по жестокости. Крупнейшими войнами XX в. стали Первая и Вторая мировые войны. В современных условиях продолжаются т.н. локальные войны, связанные с религиозными, территориальными и национальными спорами, племенной рознью и т.д.8. Более того, в XX в. наблюдается рост «милитаризированности» и «воинственности» в массовой психологии. В то же время ни в одном столетии не было написано столько книг и статей, не было сказано столько слов, осуждающих войну, призывающих покончить с ней и показывающих преимущества мира перед войной, сколько их было написано и произнесено в том же ХХ веке. По мнению Е. Сенявской, этому способствовала эволюция самой войны: «расширение её масштабов, негативное воздействие на всю жизнь людей, угроза подрыва основ существования человечества и всеобщей гибели»9. Несмотря на это, «если взглянуть на современное общество, то не может не создаться впечатления, что оно только тем и занято, что готовится к войне: материально, психологически, нравственно»10. При этом если войны до XX в. непосредственно затрагивали незначительную часть территории и мирного населения, то в последнее столетие картина резко изменилась. Первая и Вторая мировые войны стали причинами соответственно 10 и 55 миллионов смертей11. Потери в результате этих войн и всех конфликтов с 1914 по 1945 гг. составили 150 миллионов человек. А непосредственные боевые потери в ходе этих войн достигали лишь 15–20 % от общего количества жертв12. Во Вторую мировую войну было втянуто 80 % населения Земного шара, боевые действия велись на территории 40 государств. Среди погибших мирное население составило 50 %13.

Великий исследователь и теоретик войны К. фон Клаузевиц рассматривал войну как продолжение политики другими средствами14. Однако, по верному замечанию политолога Т. Плотниковой, «в войне столкновения политических позиций перерастают во взаимоуничтожение людей и ресурсов, что выводит войну на определенном ее этапе за пределы политического поведения»15. Эксперт В. Потехин полагает, что приведенное «высказывание К. Клаузевица не есть определение войны, а лишь указывает на возможный, наиболее вероятный путь ее начинания»16.

В одних случаях современные войны ведутся за национальную независимость, в других – за контроль над территорией или природными ресурсами, в третьих – для захвата государственной власти, в четвертых – во имя справедливости и свободы или же ради того, чтобы воспрепятствовать всему этому. Б. Коппитерс и Б. Кашников дают следующую классификацию намерений, для осуществления которых человечество в течение тысячелетий придумало и вело войны: убивать и грабить (варварские войны); прославиться на войне (рыцарские войны); реализовать коммерческие интересы (торговые войны); осуществить колониальную экспансию (колониальные войны); захватить территории и ресурсы других государств (захватнические войны); реализовать цели той или иной религии (крестовые походы и религиозные войны); осуществить перемены в своей стране путем применения силы (гражданские войны); выйти из состава государства или препятствовать отделению (войны за отделение); экспортировать революцию в другие страны (революционные войны); отвоевать несправедливо захваченные территории (войны за восстановление справедливости); отомстить за причиненную несправедливость (войны возмездия); защитить свою страну от агрессии (оборонительные войны); предотвратить возможную агрессию в будущем (превентивные войны); нанести упреждающий удар – до нанесения неизбежного удара со стороны другой державы (упреждающие войны); помочь другому государству, ставшему жертвой агрессии (войны в защиту других государств); защитить народ, которому угрожает геноцид или в отношении которого грубо нарушаются права человека (гуманитарные интервенции)17.

Война и военные институты тесно связаны с человеческой природой, и вопрос результативности борьбы с ними как в ближайшем будущем, так и, скорее всего, на все времена существования современного человечества, наверняка, останется открытым. Ход исторического процесса подтверждает верность вывода Э. Позднякова о «встроенности войны в систему человеческих отношений», и что «война есть неизбежный спутник человеческой жизни»18. Все сказанное можно подытожить словами Б. Шоу: «Мир не только лучше, но и бесконечно труднее войны». Об этом говорит и динамика войны в «мирное время». Так, за 19 лет с 1918 по 1939 г. произошло 19 войн и военных конфликтов, а за 20 лет с 1948 по 1968 г. - 7219. А с начала 1990-го по конец 1995 гг. имело место 93 войны, в которых участвовали 70 государств, и еще две войны без участия государств. Число погибших в этих 95 войнах составило примерно пять с половиной миллионов человек20. В 1989 г. войн произошло 47, в 1990 – 54, в 1991 – 65, в 1992 – 66, в 1993 – 57, в 1994 – 60, в 1995 – 5521. Как видно, самым «урожайным» на войны, т. е. временем апогея вооруженных конфликтов во всем мире, был 1992 г. – год начала абхазо-грузинской войны.

Актуальность темы. Мы живем в такое время, когда основным орудием войны становится пропаганда. История иногда подвергается такой агрессии, что она не в состоянии устоять, что приводит к ее переписыванию. Враг, совершающий агрессию, стремится отнять у народа все, что свидетельствует о его свободе. То же самое действие совершает труженик умственного труда, стремящийся переписать историю другого народа. История переписывается или в пользу переписывающего ее, или по заказу противной стороны. И те, и другие, по сути, выполняют одну задачу – лишают народ исторической памяти – самого мощного мобилизующего фактора против агрессии, а, следовательно, отнимающий историю – отнимает родину. Поэтому сейчас история, в частности история Отечественной войны в Абхазии, становится некой линией фронта. Вокруг войны в Абхазии уже много небылиц, и многое из этих небылиц появилось под воздействием пропагандистской войны, развернутой против Абхазии.

Нужно, чтобы о войне не забывали, а память о ней и ее героях необходимо сохранить для будущих поколений. Естественно, это относится не ко всяким войнам. Например, бесславные захватнические войны, имевшие целью унизить и поработить, лишить чести и достоинства, аннексировать территорию других народов – остаются позорной страницей в истории стремившихся к этому государств и наций. И желающий своим потомкам добра не будет возносить память о таких войнах в ранг «героики», в качестве которой часто представляется сама война. Напротив, память же об освободительных войнах, одной из которых и была Отечественная война в Абхазии 1992–1993 гг., являющихся примерами самопожертвования ради возвышенных идей, необходимо чтить и хранить в качестве бесценной реликвии и национального достояния.

В жесточайших условиях послевоенного времени много бесценных свидетельств о новейшей истории Абхазии погибло. И хотя после войны прошло всего двадцать лет и многие ее активные участники еще живы, чьи воспоминания могут служить источником для ее изучения, немало страниц истории Отечественной войны в Абхазии утрачено безвозвратно. Материалы о ней необходимо собирать по крупицам уже сегодня. Остается очень актуальной задачей написание мемуаров и воспоминаний командным составом, особенно командирами крупных воинских подразделений, руководством Министерства обороны, генералитетом и военно-политическим руководством Абхазии времен войны. Воспоминание о войне желательно написать рядовым бойцам и всем ее свидетелям, находившимся на оккупированной территории и в тылу, при этом не ограничиваясь конкретными фактами, датами и событиями, которые, безусловно, очень ценны для изучения истории войны, но также обращая внимание и на описание психологических и душевных переживаний своих и близких, свидетелями которых мог быть автор. На мой взгляд, для сегодняшней абхазской исторической науки важно не только установить перечень событий, пусть даже хронологически безупречный, но и определить степень воздействия военных действий на психику людей и уровень ее нарушения. Ведь сегодня, как «показывает опыт так называемых локальных конфликтов, потери гражданского населения как минимум в десять раз превышают потери в боях»22. Исходя из всего этого, на мой взгляд, для таких государств, как Абхазия, вопрос сохранения памяти об освободительных войнах своих народов становится вопросом национальной безопасности, а, следовательно, вопросом первостепенной актуальности.

Глобальные вызовы современности, которые выдвигают перед Абхазией все новые и новые и трудноразрешимые задачи, делают весьма актуальным установление и изучение причин и следствий военно-политических действий в абхазо-грузинской войне. Причины глобального характера, которые нередко становились движущими силами и генераторами тех или иных заявлений или действий, приведшие к войне 1992-1993 гг., до сих пор занимают определяющее место в региональном и геополитическом раскладе сил и оказывают существенное воздействие на современное положение дел в Абхазии и вокруг нее. Поэтому изучение причин и следствий войны, их систематизация и анализ становится необходимым условием для формулирования задач на перспективу, определения магистрального пути отстаивания права на самоопределение, независимость и дальнейшее развитие Республики Абхазия.



Степень научной разработанности темы. Ещё в ходе самой войны в Гудауте был создан временный научно-исследовательский Центр по изучению войны в Абхазии. Автор этой идеи абхазский историк Е. Аджинджал считал, что писать историю войны нужно было уже тогда, т. к., по его справедливому мнению, «правда об этой войне должна стать достоянием человечества»23. Весной 1993 г., т. е. в разгар боевых действий на фронтах Отечественной войны в Абхазии, в Гудауте состоялись первые два заседания названного Центра. Однако вскоре он прекратил свое существование.

Отечественной войне в Абхазии (1992-1993) посвящено немало исследований по различным ее аспектам и множество разноплановых публикаций. Одной из самых первых попыток анализа событий вокруг Абхазии означенного периода стала брошюра О. Васильевой24. Значительным и весомым вкладом в дело изучения озвученной темы является работа военного историка В. Пачулия «Грузино-абхазская война. 1992-1993», в которой автор, опираясь на документы Генерального штаба Министерства обороны РА и собранный им полевой материал, описывает ход боевых действий - основные оборонительные и наступательные операции Абхазской армии25. Также весьма ценными источниками для исследования Отечественной войны в Абхазии являются книга памяти, составленная названным автором26,  и его публикации в прессе.

Работа А. Бройдо посвящена проявлениям этнопсихологических особенностей абхазов в Отечественной войне27. О боевых действиях на Восточном фронте повествуется в трудах историка Д. Бутба28 и начальника штаба этого фронта Б. Джапуа29. Проблемы внешнеполитической деятельности Абхазии в военное время рассматриваются в кандидатской диссертации А. Студиникина30. Проблемам взаимоотношений и соответствия международного права с агрессией Грузии против Абхазии посвящены труды В. Хагба31, Е. Аджинджал32, И. Цушба33, Т. Шамба и А. Непрошина34. Особо нужно отметить документ, составленный группой под руководством А. Джергения, свидетельствующий о многочисленных преступлениях грузинских агрессоров на оккупированной ими территории Абхазии35. Добровольческому движению в поддержку Абхазии посвящены работы Л. Хагба36, И. Цушба37 и А. Кушхабиева38.

Среди авторов научных, аналитических и обзорных работ по интересующей нас теме нужно отметить труды В. Митяева39, А. Зверева40, Г. Нодия41, О. Пье и Э. Ремакля42, В. Чирикба43, А. Бройдо44, Б. Коппитерса45, Л. Дробежевой46, Т. Ачугба47 и др. Важными источниками для изучения рассматриваемой темы являются научно-публицистические и публицистические работы С. Жидкова48, Т. Шутовой49, О. Шамба50, В. Шария51, И. Марыхуба52, А. Бройдо53, Ю. Лакербай54, М. Хварцкия55, В. Чамагуа56. Анализу грузинской прессы времен Отечественной войны в Абхазии посвящены работы Д. Кварандзия57 и М. Розореновой и К. Дзиндзибадзе58, а статья Н. Медвенского посвящена анализу польской прессы означенного периода59.

Книги «Эпоха Ардзинба»60, «Наш Владислав»61, «Слово о Первом Президенте»62 посвящены основателю современного Абхазского государства Владиславу Ардзинба. В этих изданиях приводятся эпизоды из его многогранной жизни, отдельные его высказывания и выступления; а также размышления и воспоминания о Первом Президенте Абхазии. Следует также отметить работы, посвященные генералам абхазской армии, в частности С. Сосналиеву63, С. Дбар64, Г. Агрба65. Весьма ценными источниками в изучении рассматриваемой проблемы являются книги и брошюры, в которых собраны воспоминания и дневники участников Отечественной войны Абхазии. Среди авторов такого рода работ следует выделить Р. Ходжаа66. Воспоминания о войне детей, родившихся во время войны, собраны в книге «Войной раненное детство»67.

Существуют также работы, содержащие биографические очерки, посвященные погибшим бойцам; повествующие об участии в войне представителей отдельных сел и населенных пунктов; о боевом пути различных подразделений абхазской армии, которые также являются весьма ценными источниками для изучения истории Отечественной войны в Абхазии. Среди них особо можно отметить многочисленные книги и публикации Е. Бебиа68, сборники и книги очерков Н. Киут69, В. Чалориа70, В. Апхазоу71, Б. Сагария72, Л. Саманба73, В. Капба74, Ш. Царгуш75, С. Чукбар76, Г. Цвинария77, Б. Барцыц78, И. Агрба79, З. Папцава80, М. Квициния-Кацба81, В. Кецба82, З. Джапуа83, М. Барганджия84 Г. Джикирба85 и другие.

Нужно также отметить работы, освещающие другие темы или охватывающие более широкий круг проблем, но в которых также представлены весьма ценные и важные сведения, мысли, интерпретации и точки зрения по вопросам, имеющим непосредственное отношение к интересующей нас теме. Среди таковых можно выделить труды К. Мяло86, С. Червонной87, А. Широкорада88, Г. Колбая89 и других.

Среди грузинских авторов по интересующей нас теме можно назвать работы Г. Жоржолиани90, З. Папаскири91, Д. Джоджуа92, Э. Астемировой, Ю. Мечитова и Г. Мнацаканяна93. К этому ряду нужно отнести и четырехчасовое интервью бывшего министра обороны Грузии Т. Китовани, данное им в феврале 2002 года94. Сюда же надо причислить и воспоминания главного абхазского коллаборцианиста Л. Маршания95, уже названного грузинского историка З. Папаскири96 и многих других грузинских и сочувствующих им авторов. Эти работы несут на себе отпечаток ярко выраженного субъективизма, их авторы пишут свои труды, опираясь не на источники и факты, а подводят, подгоняют эти источники и факты под заранее намеченные цели и задачи. В частности, такого рода изданиями, которых в Грузии, в особенности в последнее время, появляется очень много, ставится и решается одна глобальная задача: доказать, что в 1992 г. не Грузия совершила агрессию на Абхазию, а Россия напала на Грузию. Следовательно, по логике грузинских авторов, война 1992 – 1993 годов была войной маленькой «миролюбивой», «демократичной», «цивилизованной», «передовой» и т. д. и т. п. Грузии против большой «злой», «коммунистической», «отсталой», «красно-коричневой», «недемократичной», «алчной», «реакционной», «милитаристской», «имперской» и т. д. и т. п. России. В частности, в этих работах Конфедерация горских народов Кавказа безапелляционно объявляется «новым игроком» русской имперской политики»97, а абхазы изображаются исключительно как «сепаратисты», выступавшие слепым орудием той же пресловутой «русской имперской политики». Работы грузинских историков об Отечественной войне (1992-1993 гг.) в Абхазии являются не попыткой непредвзятой реконструкции событий рассматриваемого времени, а конструированием прошлого в соответствии с сегодняшней идеологемой грузинских властей относительно войны с Абхазией. Это бессмысленно и безрезультативно для исторической науки, хотя бы уже потому, что история не имеет сослагательного наклонения. К сожалению, сегодня трудно говорить о такой же безрезультатности в идеологической и пропагандистской областях. Измышления грузинских авторов, какими бы неправдоподобными они не были, нередко находят благодатную почву на Западе, даже в России, не говоря уже о самой Грузии.

Из этого ряда выделяется работа бывшего депутата Верховного Совета Абхазии, одного из видных деятелей грузинской депутации Н. Месхия98, в которой он обвиняет в случившемся не только абхазов и Россию, но и грузинские власти в Тбилиси и грузин, живших в Абхазии. Такая его позиция, безусловно, отчасти продиктована политическими симпатиями: Н. Месхия, в отличие от многих других лидеров грузинской общественности, не признал государственный переворот в Грузии и ее новые власти в лице сначала Военного Совета, а затем Госсовета во главе с Шеварднадзе, оставшись тем самым сторонником З. Гамсахурдиа.

Существует также немало работ, имеющих к войне в Абхазии опосредованное отношение, и вопросы войны в них освещаются постольку, поскольку они имеют соприкосновение с основными темами названных работ. Они носят многоплановый характер, и в них нередко затрагиваются различные аспекты Отечественной войны в Абхазии. Такие работы нередко страдают поверхностным подходом. Порой создается впечатление, что их авторы вставили в свои работы повествование об абхазской войне ради того, чтобы не было временного и тематического пробела. В некоторых изданиях Отечественной войне в Абхазии уделяется достаточно большое внимание, и иногда ее освещение вполне подробно, но нередко одно произведение повторяет предыдущее, причем почти слово в слово. Конечно, этому обстоятельству, может быть, не придадут большого значения в странах, не имеющих конкретного отношения к рассматриваемым вопросам, но, в нашей стране это не может остаться незамеченным.

Характерной особенностью некоторых абхазских и российских и почти всех европейских и американских исследователей является стремление рассмотреть абхазо-грузинский конфликт в период с момента ее возникновения и до современного им времени. Иногда такой всеобъемлющий подход, т. е. попытка объять необъятное, порождает поверхностное отношение к предмету исследования. Хотелось бы, чтобы о войне в Абхазии, которая была и остается судьбоносной для абхазского народа, писали не только для видимости или для увеличения объемов некоторых изданий, но чтобы их авторы стремились к осмыслению событий, которые они берутся не только описывать, но и анализировать. При этом им не мешало бы помнить о том, что их выводы и оценки нередко служат экспертным мнением и оказывают влияние на формирование оценочных критериев относительно тех или иных аспектов Отечественной войны в Абхазии в частности, и грузино-абхазских отношений в целом.

При современном разнообразии источников и способов их формирования и распространения данная работа, безусловно, не может претендовать на исчерпывающее освещение означенной проблемы. По названной причине много работ и публикаций здесь упомянуты вскользь или вовсе опущены как не представляющие особой научной ценности. Сложности добавляет отсутствие научных связей с Грузией, в силу чего довольно солидная масса источников и литературы по Отечественной войне в Абхазии, опубликованной в Грузии, остается недоступной для абхазских исследователей. Данные источники и литература, безусловно, было бы желательно использовать в подобных работах, как бы к ним не относиться с точки зрения объективности подбора и комментариев документов. Еще одной проблемой, обуславливающей трудность освещения данного вопроса, является его политизированность.



Источниковой базой для данной работы послужили:

- официальные документы, интервью, заявления и обращения Верховного Совета Абхазии и его Председателя В. Ардзинба к Генеральному секретарю ООН, Президенту России, руководителям других стран и правительств, отчеты и стенограммы о переговорах, протоколы и итоговые документы встреч на различных уровнях, а также интервью и выступления политических деятелей99;

- материалы, отражающие позиции воевавших между собой сторон, публиковавшиеся в периодических изданиях военного времени100;

- материалы российской прессы, в которой Отечественная война в Абхазии, в особенности после прорыва информационной блокады, получила довольно широкое освещение. В них выражалась не только точка зрения авторов самих публикаций, но в то же время они являлись и ареной идеологического фронта, в которой обе стороны старались донести свою правду до российской и мировой общественности101;

- аналитические обзоры и статьи по различным аспектам грузино-абхазского противостояния;

- аналитические статьи, обзоры и публикации по вопросам международных отношений и вооруженных конфликтов на постсоветском пространстве;

- материалы западных средств массовой информации, отражающих позиции США, Европы и Азии по грузино-абхазскому противостоянию и их трансформацию102;

- материалы о ходе боевых действий на фронтах Отечественной войны в Абхазии103.

- теоретические разработки по проблемам вооруженных конфликтов и войн104.

- материалы из различных Интернет-сайтов105, аналитических центров  и информационных агентств, электронных библиотек и энциклопедических порталов;

- материалы документальных фильмов и аналитических передач, созданных как во время войны, так и после нее.

Бесценными источниками для изучения истории и попытки реконструкции событий являются дневники и свидетельства очевидцев. Этот вид источников наиболее ценен, ибо его авторы в тот момент не были склонны к приукрашиванию действительности (им тогда, как правило, не до этого), а правдиво фиксировали окружающую их реальность. М. Блок, хорошо разбиравшийся в методах исследования истории, писал: «Когда изучаемые феномены принадлежат настоящему или совсем недавнему прошлому, наблюдатель, хоть он и неспособен заставить их повториться или повлиять на их развитие, не так безоружен по отношению к их следам. Он может буквально вызвать к жизни некоторые из них. А именно - сообщения очевидцев»106. Л. Тарнава 21 июля 1993 г., во время ожесточенных боев за Сухум, находясь в оккупированной абхазской столице, записала в своем дневнике: «Не для печатания. Но если Абхазия и абхазцы выживут в этой войне, пройдут годы, появятся новые молодые историки Абхазии и будут писать о нашем времени, пусть мой дневник и будет документом этого времени»107.

Из работ мемуарного характера по интересующей нас теме следует отметить книги О. Этлухова108 и В. Басариа109. Необходимо особо отметить воспоминания и дневники авторов, находившихся во время войны на оккупированной грузинскими войсками территории - Т. Аджба110, А. Аргун111, А. Тария112, А. Кубрава113, А. Куправа114, С. Таркил115 и уже названную работу Л. Тарнава116. Л. Черкезия делал свои записи, находясь в блокадном Ткуарчале117. Особо надо выделить и записи и рассказы очевидцев и участников событий на Гумистинском фронте Т. Джапуа118, Г. Агрба119, А. Гарцкия120, А. Кобахия121, а также воспоминания потомка абхазских махаджиров Б. Ашуба122, публикованные на турецком языке в 2010 г., затем переведенные на абхазский язык. Документальные рассказы и воспоминания ветеранов Отечественной войны в Абхазии собраны в книге «Тот, кто прикрывал»123.

Небезынтересны для нашей темы и воспоминания бывших руководителей Грузии и России. В своих мемуарах Э. Шеварднадзе поддерживает и развивает тезис о «необъявленной войне России против Грузии» и рассказывает о своей значительной роли в новейшей истории, как Грузии, так и советского государства124. В воспоминаниях Б. Ельцина рассказывается с событиях, происходивших в России в 1991 - 1993 гг., от которых нередко зависели военно-политические зигзаги вокруг Абхазии125. В названной работе Б. Ельцин конкретно ничего не упоминает о войне в Абхазии, ограничившись похвалой в адрес Шеварднадзе за его решение присоединиться к СНГ, за политический шаг, на который он вынужден был пойти в результате поражения в войне с Абхазией и угрозы потери власти в самой Грузии в соперничестве с вооруженными сторонниками свергнутого им президента З. Гамсахурдиа.



Цели и задачи исследования. Основной целью данного исследования является рассмотрение проблемы Отечественной войны в Абхазии (1992-1993) в контексте региональных и глобальных геополитических процессов, а также определение и выявление интересов задействованных в конфликте сторон и их трансформацию. Для достижения этой цели в диссертации ставятся следующие исследовательские задачи:

  1. Реконструкция военно-политических событий в Абхазии и вокруг нее в означенное время;

  2. Выявление причин начала войны, ее ход, задействованные в ней средства и ее движущие силы;

  3. Рассмотрение позиции внешних заинтересованных игроков и проследить их трансформацию в течение Отечественной войны в Абхазии;

  4. Проведение классификации внешних и внутренних факторов и определение их роли в течение и результатах войны;

  5. Попытка периодизации истории Отечественной войны в Абхазии (1992-1993 гг.).

Объектом диссертационного исследования является Отечественная война в Абхазии (1992-1993), а предметом исследования – военно-политическая составляющая абхазо-грузинской войны.

Теоретико-методологические основы исследования. Проблема методологии исторического исследования является одной из самых дискуссионных и актуальных. Разброс мнений ученых весьма широк. Ш. Сеньобос и вовсе считал, что «история не наука, а всего лишь метод познания»126.

Данная работа по своему характеру является монографией, для которой характерна углубленное исследование четко обозначенной темы и предполагает определение географических, тематических и хронологических рамок. Монография нередко выделяется как метод научного исследования. В работе использованы системный и сравнительный подходы, которые включают в себя принцип историзма и позволяют выявить общие и особенные характеристики рассматриваемой проблемы. При этом нужно отметить, что историзм как метод часто подвергается критике, иногда его называют историей ради самой истории, без связи с проблемами современности, этим подчеркивая его бесплодность. Однако в нашем случае – использование метода историзма, как представляется, оправдана, уже потому что, вопросы войны в Абхазии невозможно рассматривать без связи с современными проблемами, они в известной степени сами является современной проблемой. При этом критика в адрес историзма зачастую направлена против заложенного в нем релятивизма, согласно которому каждое событие должно быть вписано в свою эпоху. Однако, и такая критика, на мой взгляд, не оправдана, ибо всякое событие, становящийся объектом исследования, невозможно понять и объяснить в отрыве от «дыхания» времени, в котором оно происходило.

В работе также использованы: внутренняя критика как часть критического метода, представляющая собой анализ содержания документа путем его сравнения с другими источниками; диохранический метод, при котором факты рассматриваются в их временной последовательности; а также элементы биографического жанра.

Научная новизна, теоретическая и научно-практическая значимость диссертационного исследования. Некоторые предположения и гипотезы автора могут претендовать на оригинальность и представлять интерес для дальнейших изысканий по данной теме. Выводы и материалы работы могут быть использованы при подготовке научных трудов, исторических справок, курсов лекций по данной тематике. Хронологические рамки работы обусловлены самой исследуемой проблемой и охватывают период с августа 1992 года по сентябрь 1993 года.

Структура диссертации обусловлена целью и задачами исследования, а также избранным автором способом изложения материала. Диссертационное исследование состоит из предисловия, 5 глав, 15 параграфов, 10 подпараграфов, эпилога, заключения, научного аппарата и библиографии.

Проблема периодизации. Периодизация истории Отечественной войны в Абхазии проведена в работах Д. Бутба и В. Пачулия. Д. Бутба, проанализировав военные действия на Восточном фронте, разделил их на 4 периода: первый – 14 августа 1992 г. – начало войны; второй – 26 декабря 1992 г. – широкомасштабное наступление грузинских войск и отражение агрессии; третий – с 26 декабря 1992 г. по 4 марта 1993 г. – этап перехода абхазской армии к победе; четвертый – 2 июля – 30 сентября 1993 г. – путь к свободе127. Еще раз напомню, что данная периодизация относится только к Восточному фронту.

В. Пачулия разделил войну на четыре периода: первый – крах плана молниеносного завоевания Абхазии – освобождение Гагры, начало коренного перелома в ходе грузино-абхазской войны (14.08 – 6.10.1992); второй – позиционная война (7.10.1992 – 1.7.1993)128; третий – Июльская (1993) наступательная операция, коренной перелом в ходе грузино-абхазской войны (2.07 – 27.07.1993); четвертый – Сентябрьская (1993) наступательная операция и окончательная победа над грузинскими оккупационными войсками (28.07 – 30.09.1993)129.



Опуская анализ приведенной периодизации, приведу свою точку зрения по названной проблеме. Абхазо-грузинскую войну было бы более верным разделить на три периода: первый – 14 августа – 2 октября 1992 г. – с начала войны до начала Гагрского наступления – провал блицкрига Госсовета Грузии. Абхазия сумела пробить информационную блокаду. Грузия, начиная войну, демонстрировала шапкозакидательские настроения, но к исходу первого периода Абхазия доказала, что с ней не только надо, но и необходимо считаться, что было подтверждено как на полях сражений, так и за столом переговоров; второй – 2 октября 1992 г. – 2 июля 1993 г. – с начала Гагрской операции до начала Июльского наступления. Здесь считаю нужным отметить следующее: при рассмотрении Гагрской операции в контексте периодизации Отечественной войны в Абхазии нужно анализировать не только саму операцию и ее значимость, но и ситуацию, сложившуюся после нее. Она была началом освобождения Абхазии, психологического, а не военного перелома в ходе войны. Гагрская операция имела, безусловно, важнейшее военное значение, но она не привела и не могла привести к коренному перелому в ходе всей войны. После Гагры за противником оставался большой перевес в вооружении и боевой технике, и под его контролем также оставалась значительная территория Абхазии. Говорить о начале коренного перелома применительно к военной операции, после которой за противником оставался военный перевес, и он же продолжал контролировать значительную часть Абхазии, на мой взгляд, было бы не совсем верно. После Гагрской операции, вплоть до начала июля 1993 г., наступила относительная стабилизация фронтов. Все это время на фронтах происходили напряженные позиционные бои и предпринимались наступательные операции, как со стороны грузин, так и со стороны абхазов. Следует отметить военные операции абхазов на Гумистинском фронте - первая Шромская (ноябрь 1992 г.), Январская и Мартовская (1993 г.), на Восточном фронте – Очамчирская (октябрь 1992 г.), Кочарская (ноябрь 1992 г.). Военные операции грузин на Восточном фронте - декабрьская (1992 г.) и февральская (1993 г.), а также многочисленные наступательные операции, предпринимавшиеся ими на различных участках Восточного фронта. Однако все эти операции в смысле их исходов носили локальный характер и не привели к стратегическому изменению положения на фронтах Отечественной войны. В силу названных обстоятельств полагаю правильным рассматривать Гагрскую операцию началом второго периода войны, продлившегося до Июльского наступления, в результате которого произошли существенные изменения, приведшие к глобальным последствиям, определившим исход Отечественной войны в Абхазии; третий – 2 июля – 30 сентября 1993 г. – Июльское и Сентябрьское наступления Абхазской армии, победа в войне. Июльская и Сентябрьская операции, в отличие от предшествовавших январского и мартовского масштабных наступлений, оказались успешными; в отличие же от Гагрской операции, перед которой ставилась и в ходе которой была решена задача освобождения северо-западной части Абхазии, Июльская и Сентябрьская операции призваны были решить задачу освобождения территории всей Абхазии. Как видно, Июльская и Сентябрьская операции решали одну и ту же задачу, и то, что по разным причинам, не удалось достигнуть в ходе июльского наступления, было достигнуто в сентябрьском – изгнание грузинских войск с территории Абхазии. Более того, Сентябрьская операция являлась продолжением июльской. Изложенное, на мой взгляд, позволяет объединить две наступательные операции Абхазской армии – Июльскую и Сентябрьскую – в один период Отечественной войны в Абхазии (1992-1993 гг.). Насколько такая периодизация соответствует действительному состоянию дел на полях сражений и на дипломатических фронтах войны, покажут время и будущие исследования.

Апробация результатов исследования. Теоретические выводы и положения диссертации докладывались и обсуждались на республиканских и международных научных конференциях. По теме диссертационного исследования опубликовано более 25 работ, в том числе три монографии общим объемом до 150 п. л. Работа была обсуждена и прошла апробацию на расширенном заседании отделов истории и источниковедения Абхазского института гуманитарных исследований им Д. И. Гулиа АНА.

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница