Остзейские губернии в период крымской войны



страница3/6
Дата30.10.2016
Размер0.5 Mb.
1   2   3   4   5   6

Кампания 1855 года и конец войны

В ходе обсуждения вопроса об обороне Ревеля Ф. В. Р. фон Берг, со своей стороны, сделал предложение: сформировать из войск, находящихся в Эстляндской, Лифляндской и Курляндской губерниях, армию, которая, получив звучное название – «Балтийской армии», – напугала бы врага и заставила бы его быть острожным на побережье Остзейских губерний53.

Идея эта была воплощена в жизнь. В конце 1854 года Николай I создал Балтийский корпус, в состав которого вошли только войска, дислоцированные в Лифляндии и Курляндии. Указ о создании корпуса Николай I подписал 25 декабря. В корпусе были сосредоточены 2 пехотные, 2 резервные дивизии и 1 дивизия легкой кавалерии. В задачи корпуса входило обеспечение обороны побережья54. Командиром корпуса был назначен генерал от кавалерии Владимир Сиверс55. В то же время произошла замена руководства войсками, дислоцированными в Эстляндии: Ф. В. Р. фон Берга назначили главнокомандующим войсками в Финляндии, а расположенные в Эстляндии войска были подчинены генералу Паулю Граббе56. Войска, стоявшие в Риге, находились в подчинении Остзейского генерал-губернатора А. Суворова. Оборона всей сухопутной границы от Курляндии до Черного моря была подчинена князю A. Меньшикову57.

Ко времени начала новой кампании - весне 1855 года, в Балтийском регионе было сосредоточено 222½ батальона, 94¾ эскадронов, 40 казачьих сотен, 322 орудий – всего около 220 000 человек. В трех Остзейских губерниях расположение войск было следующим:



  • в Эстляндии находилось около 22 500 человек (19¼ батальонов, 12 эскадронов, 10 казачьих сотен и 10 орудий);

  • в Лифляндии и Курляндии (Балтийский корпус) - около 40 500 (35¼ батальонов, 32 эскадрона, 12 казачьих сотен, 88 орудий)58.

Летом к этим войска добавились еще ополченцы Тверской и Новгородской губерний59. Английский флот (99 кораблей, 3138 орудий, 24 000 человек) под командой адмирала Ричарда Сандерса Дундаса вошел в Финский залив в апреле, соединившись во второй половине мая с малочисленным французским флотом (24 корабля, 357 орудий), под командой адмирала Шарля Пено. Базой объединенного флота на этот раз также был избран остров Нарген.

Активность союзников на побережье, которую они проявляли, начиная с 6 июня, достигла высшей точки в конце июля - начале августа, когда началась бомбардировка Свеаборга60. Несмотря на большую активность и более мощный, чем в 1854 году, флот, союзники и в 1855 году покинули Балтийское море, не добившись военных успехов. Однако сразу же стали строить военные планы на 1856 год. Согласно этим планам шведско-датские войска (численностью 20-30 тысяч человек) в июне 1856 года должны были оккупировать Аландские острова, французы же и англичане – Моонзундский архипелаг. В то же самое время в задачи английского и французского флота входила нейтрализация российского Балтийского флота в Рижском и Финском заливах. Затем английские, французские и датские войска должны были высадиться в Северной Латвии и Южной Эстонии, шведы же должны были оккупировать Финляндию61.

Правительственные круги России также полагали, что союзники способны достичь успеха в Балтийском регионе только совместно со Швецией и Данией. Рассчитывали, что Франция сможет отправить в Балтийский регион 50 000, Англия – 10 000 и Швеция совместно с Данией около 35 000 человек - т. е., все вместе они смогут выставить около 95 000 человек. Планировались те же оборонные мероприятия, что и в 1855 году; такой же оставалась и дислокация войск62. Перед началом новой предполагаемой кампании, точнее в начале 1856 года, в Балтийском регионе находилось 257 батальонов, 94 эскадрона, 66 казачьих сотен, 376 орудий и 31 дружина ополченцев, в том числе в Остзейских губерниях:


  • в Эстляндии (19¼ батальонов, 32 эскадрона, 14 казачьих сотен и 40 орудий);

  • в Лифляндии и Курляндии (40½ батальонов, 32 эскадрона, 14 казачьих сотен и 80 орудий), вдобавок еще 18 дружин Новгородского и Тверского ополчения63.

Численность войск в Эстляндии в этот период составляла около 22 500 человек, а численность Балтийского корпуса - 52 000 человек. Подготовка к ведению военных действий на Балтийском море оказалась напрасной, так как к началу 1856 года силы России иссякли, и в марте того же года был заключен Парижский мир. Балтийский же корпус, созданный для обороны Лифляндии и Курляндии, был распущен только в августе 1856 года64. В послевоенные годы количество регулярных войск, находящихся в Остзейских губерниях, значительно сократилось, например, в 1868 году в трех губерниях находилось всего 14 861 человек65.
Организация береговой обороны на местном уровне
Начало войны вынудило и губернские власти вместе с рыцарствами предпринять меры по усилению бороны побережья. Вдобавок к этому в некоторых местах к организации обороны побережья приступили и по частной инициативе66.

На губернском уровне организация обороны южного берега Балтийского моря выразилась, в первую очередь, в создании сети так называемых наблюдательных пунктов (кордонов) вдоль побережья Эстонии и Латвии. Точные данные о наблюдательных пунктах имеются для Эстляндской губернии. Здесь наблюдательные пункты были созданы от Нарвы (мыза Вазахоф [совр. Рийги] вблизи Нарвы) до мызы Вайст (совр. Вайсте) в Викском уезде (совр. Ляэнемаа); границей с Лифляндией была Кастна67. Побережье Эстляндской губернии длиной почти в 700 верст в целях обороны было поделено на пять частей:



  1. от устья реки Наровы до мызы Азери в Вирляндском уезде (совр. Вирумаа);

  2. от порта Тоолсе до мыса Юминда;

  3. от мыса Юминда до полуострова Виймс (совр. Виймси);

  4. от Гапсаля до границы с Лифляндией68.

К организации наблюдательных пунктов приступили уже в марте 1854 года, в апреле же в губерниях были созданы специальные комитеты по обороне побережья. В их состав входили командующий войсками, дислоцированными в Эстляндской губернии, гражданский губернатор и глава Эстляндского рыцарства69. Береговую сторожевую службу и создание наблюдательных пунктов взяли на себя помещики прибрежных мыз, разумеется, ответственность за это несли и гражданские чиновники (гакенрихтеры и др.).

В 1854 году в Эстляндской губернии обязанность организации береговой сторожевой службы добровольно взяли на себя 63 дворянина70. В своей деятельности они исходили из специальной инструкции, согласно которой в первую очередь следовало выявить всех знакомых с морским делом крестьян и внести их в специальные списки. В обязательном порядке им следовало разъяснить, что сотрудничество с противником наказуемо, ибо опасались, что союзники могут использовать их в качестве лоцманов. При появлении врага также следовало отгонять весь скот во внутренние районы подальше от побережья71. Соблюдения этого последнего предписания командующий войсками, дислоцированными в Эстляндской губернии, Ф. В. Р. фон Берг требовал позднее неоднократно. Разумеется, наблюдения велись и за настроениями населения, и за тем, не поддерживает ли кто тайную связь с врагом72.

Береговую сторожевую службу круглосуточно несли специальные «верные люди» или береговые сторожа (кроме местных крестьян к этой службе были привлечены и военные, в первую очередь казаки), для которых рыцарством были составлены специальные инструкции73. Согласно этим инструкциям, которые были подписаны главой рыцарства, береговым сторожам вменялось в обязанность:


  • всегда находиться на наблюдательном пункте таким образом, чтобы у них сохранялась зрительная связь с соседними наблюдателями;

  • быть чрезвычайно старательными и воздержанными (т. е. не употреблять горячительных напитков) и особенно внимательно вести наблюдение именно ночью;

  • передавать помещикам информацию о передвижении кораблей противника (если возможно, то и о том, какое количество войск находится на кораблях74) и его высадке;

  • знать, что невыполнение инструкций влечет за собой строгое наказание.

Особо важной, разумеется, считалась информация о высадке противника. Об этом следовало немедленно эстафетой в закрытом конверте известить главнокомандующего войсками, дислоцированными в губернии, указав место высадки противника, число и время.

Береговые сторожа несли службу и в 1854, и в 1855 году до тех пор, пока противник не покидал Балтийское море. Так, в 1854 году на части побережья Эстляндии (от Вазахофа до Юминды) наблюдения велись до 15 ноября, на побережье же всей губернии до 1 декабря75. Таким образом, наблюдательные пункты на побережье Эстляндии и Лифляндии не были предназначены непосредственно для обороны побережья, но только для получения своевременной и точной информации о противнике.

Достойно внимания то обстоятельство, что власти полностью оставили без обороны острова Моонзундского архипелага. Уже в феврале 1854 года военный министр сообщил генерал-губернатору, что в случае войны острова Эзель (Сааремаа), Даго (Хийумаа) и Моон (Муху) оборонять не будут. Поэтому с островов должны были быть выведены войска, государственные учреждения и вывезено ценное казенное имущество. Провиант на островах также должен был быть оставлен в минимальном количестве. Эти планы стали известны в среде местного населения и породили различные слухи и недовольство76.

Однако то, что острова были оставлены властями без защиты, вызвало к жизни попытки организовать оборону от врага по собственной инициативе – в частном порядке. Так, помещик с острова Даго Эвальд фон Унгерн-Штернберг в 1854 году попытался создать на острове местное ополчение. Уже в середине февраля 1854 года он обратился к эстляндскому гражданскому губернатору с предложением организовать на Даго ополчение в 1000 человек77. Необходимость такого ополчения он обосновывал тем, что остров полностью оставлен без защиты регулярными войсками. Вдобавок он отмечал в своем письме, что целью является не только необходимость дать отпор возможным нападениям противника, но и поддержание на острове порядка и законности. Снабжение и вооружение ополчения (при необходимости и огнестрельным оружием) Э. фон Унгерн-Штернберг обещал взять на себя. Эстляндский гражданский губернатор передал предложение генерал-губернатору А. Суворову, но положительный ответ получен не был78. В конце февраля Э. фон Унгерн-Штернберг послал эстляндскому гражданскому губернатору новое письмо, в котором просил оставить на острове таможенный кордон и, по крайней мере, часть его состава. Но уже за два дня до того, как барон написал это письмо, точнее 22 февраля, генерал-губернатор отдал тайное распоряжение о выводе с Даго таможенного кордона (досмотрщика с двумя помощниками, 70 рядовых, 9 слуг с семьями), который и отбыл с острова в начале марта79.

В 1854 году на острове Даго ополчение создано не было – такая инициатива подданных была для правительства России неприемлемой80. Разумеется, Э. фон Унгерн-Штернберг желал создать ополчение вовсе не из чрезмерно верноподданнических побуждений, а, в первую очередь, для защиты своего имущества (на острове у него была суконная фабрика)81.

Все же активность его не осталась неотмеченной: в марте 1854 года был назначен на Даго гакенрихтером82. Эту должность, которая давала ему в годы войны всю полноту власти на острове, барон занимал до июня 1856 года; губернские власти остались полностью удовлетворены его деятельностью83.

С частными инициативами по обороне побережья выступали и другие помещики. В апреле 1854 года владелец мызы Виймс граф Ф. фон Буксгевден сообщил, что с разрешения главнокомандующего войсками, дислоцированными в Эстляндии, Ф. В. Р. фон Берга он создает отдельную стрелковую роту из 32 человек, чтобы организовать береговую оборону территории своего поместья. С этим он прекрасно справился, и о его стрелковой роте писали даже тогдашние газеты84.

1   2   3   4   5   6


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница