Обольщения для достижения



страница23/33
Дата10.05.2016
Размер7.18 Mb.
1   ...   19   20   21   22   23   24   25   26   ...   33
Символ: Шангри-Ла. У каждого человека есть своя воображаемая страна — идеальное место, где все люди добры и благородны, где сбываются мечты, исполняются желания, где жизнь полна приключений и романтики. Устройте своим объектам путешествие в эти края, дайте им краем глаза увидеть чудесную страну Шангри-Ла сквозь горный туман, и они безоглядно полюбят вас.

Оборотная сторона


У этой главы нет оборотной стороны. Никакое обольщение не может продвигаться без создания иллюзий, без ощущения мира настоящего, но отличного от реальности.

15
Изолируй свою жертву
В изоляции человек слабеет. Постепенно изолируя жертву, вы добьетесь того, что она все легче будет поддаваться вашему влиянию. Изоляция может быть психологической: заполняя все поле зрения жертвы приятным и лестным вниманием, которое вы ей оказываете, вы вытесняете из ее мыслей все прочее. Она видит только вас и только о вас может думать. Изоляция может быть и физической: вы изымаете жертву из привычного окружения, отдаляете от друзей, семьи, дома. Дайте ей ощущение, что она находится на грани, в преддверии. Покидает один мир и, оставляя прошлое позади, решительно вступает в другой. Изолированная подобным образом, жертва лишена поддержки извне, и ее гораздо легче ввести в заблуждение. Заманите обольщаемого на свою территорию, где для них нет ничего привычного.

Изоляция — эффект экзотики


В самом начале пятого века до н. э., Фу Чай, китайский правитель царства У, разбил своего злейшего врага, Ху Чена, правителя царства Юэ, одержав над ним победу в нескольких сражениях. Ху Чен, захваченный в плен, принужден был исполнять обязанности конюха в конюшнях Фу Чая. Позднее ему разрешили вернуться на родину, но с условием, что ежегодно он будет выплачивать дань как деньгами, так и в виде даров Фу Чаю. С годами дань увеличивали, так что царство У процветало, а Фу Чай богател.

Однажды к Фу Чаю прибыли от Ху Чена посланцы: они хотели знать, согласится ли он принять в дар (для покрытия части дани) двух красавиц наложниц. Фу Чаю стало любопытно, и он принял предложение. Женщин привезли через несколько дней. Правитель ожидал их прибытия с нетерпением и велел доставить их прямо во дворец. Женщины приблизились к трону. Волосы их были уложены в изысканные прически, в стиле, называемом Скопление облаков, и украшены жемчугами и яркими перышками зимородка. При ходьбе у них на щиколотках тихонько позвякивали нефритовые подвески, издавая нежные мелодичные звуки. В воздухе разлился тончайший аромат каких-то благовоний. Правитель был доволен. Одна из девушек была намного красивее другой; ее имя было Си Ши. Красавица смотрела ему в глаза смело, без тени смущения, она была весьма уверена в себе и кокетлива, он не привык наблюдать подобное поведение у столь юных девушек.

Фу Чай распорядился устроить торжества по поводу их прибытия. В залах дворца пировали гости, разгоряченные вином; Си Ши танцевала перед правителем. Она и пела ему своим чарующим голосом. Возлежащая на ложе из белого нефрита, она казалась ему богиней, сошедшей с небес. Правитель не отходил от нее ни на шаг. И на следующий день он тоже повсюду ходил за ней. К его приятному удивлению, девушка оказалась остроумной, находчивой и образованной, она цитировала стихи классических поэтов лучше, чем он сам. Даже оставляя ее ради выполнения государственных дел, он ни на минуту не расставался с нею в мыслях. Он стал брать ее с собою на деловые встречи, обращался к ней за советом по различным важным вопросам. Она посоветовала ему меньше слушать министров и советников: к чему, если он умнее их всех, вместе взятых, а его суждение самое мудрое?

Влияние Си Ши возрастало день ото дня. Ей было нелегко угодить; если правителю не удавалось выполнить какую-то ее прихоть, глаза ее наполнялись слезами, его сердце таяло, и он бросался выполнять любой каприз. Однажды она попросила построить для нее дворец за пределами столицы. Разумеется, просьба была выполнена. А когда правитель посетил дворец, то был поражен великолепием чертогов, хотя и знал, во сколько обошлось строительство: Си Ши не пожалела денег, обставляя и украшая его. Там было искусственное озеро с перекинутыми через него мраморными мостиками. Фу Чай привык проводить там время, сидя у озера и любуясь тем, как Си Ши расчесывает волосы, глядя в воду, словно в зеркало. Ему нравилось смотреть, как она забавлялась с птичками в украшенных драгоценными камнями клетках или просто прогуливалась по дворцу своей изумительной походкой, напоминая тонкую веточку ивы, колышущуюся от ветерка. Проходили месяцы, правитель переселился во дворец. Он пропускал заседания Совета, забыл о семье и друзьях, пренебрегал исполнением своих государственных обязанностей. Он потерял счет времени. Когда к нему прибывали советники с сообщениями о неотложных делах, он отмахивался или слушал рассеянно, не вникая в суть. Если ему приходилось все же заняться чем-то, что отвлекало его от Си Ши, он выходил из себя и волновался лишь о том, чтобы не прогневать ее.

Однажды до него все же сумели донести известия о том, что страна стоит на грани катастрофы: громадные суммы, истраченные на постройку дворца, буквально опустошили казну, страна обнищала, начались народные волнения, назревает бунт. Правитель спешно вернулся в столицу, но было уже слишком поздно: войска царства Юэ вторглись на территорию У и захватили столицу. Все было потеряно. Фу Чай так и не сумел вернуться к своей любимой. Чтобы не сдаваться в плен правителю Юэ, своему бывшему конюху, он предпочел покончить с собой.

Мало кто догадывался, что Ху Чен годами вынашивал идею этого вторжения и что изощренное обольщение Си Ши было частью его коварного замысла.


Толкование. Ху Чен хотел быть уверен в успехе своего плана. Он понимал, что главный враг — не армия Фу Чая, не его деньги или другие богатства, а его ум. Вот если бы удалось надолго и всерьез отвлечь его, занять мысли чем-то совершенно далеким от государственных дел, победа далась бы легко, упала в руки, подобно созревшему плоду.

Ху Чен разыскал самую красивую девушку в своем царстве. В течение трех лет он обучал ее различным искусствам — не только пению, танцу и каллиграфии, но и искусству одеваться, носить платье, разговору, искусству кокетничать и пленять. И тщательно подготовленный план сработал: Си Ши не давала Фу Чаю ни минуты роздыха. Все в ней было столь необычно, экзотично и незнакомо. Все больше внимания уделял он ее прическе, красоте, ее улыбкам и неповторимой походке, а чем больше любовался ей, тем менее его мысли занимали дипломатия и война. Ей удалось добиться того, что правитель потерял рассудок.

Сегодня каждый из нас — сам себе правитель, обороняющий крошечное царство своей собственной жизни, мы обременены ответственностью самого разного рода, нас окружают советчики и помощники. Мы воздвигаем вокруг себя стену — учимся противостоять влиянию окружающих нас людей, становимся недоверчивыми и подозрительными. Для того чтобы преодолеть это предубеждение, вы — как обольститель — должны, подобно Си Ши, отвлечь свои объекты, увести от одолевающих их забот и мыслей — это филигранная работа, и проделывать ее нужно неторопливо и тонко. А выманить их из крепости лучше всего поможет вам экзотика. Предложите им нечто неизведанное, что привлечет к себе внимание и поразит их. Это могут быть не совсем обычный внешний вид или манера одеваться, неординарное поведение, с помощью которых вы сможете постепенно вводить их в свой мир — удивительный и неповторимый. Внезапные перемены настроения помогут вам выбить объект из колеи. Не беспокойтесь, если разрушение, которое вы олицетворяете, вызовет у них смятение — это не что иное, как признак того, что они слабеют. Люди в большинстве своем двойственны: с одной стороны, они наиболее комфортно чувствуют себя в привычной обстановке, занимаясь рутинными делами, с другой — все это им надоело, и они страдают от скуки и радуются всему, что кажется им экзотичным и нездешним. Они могут противиться, сомневаться, но устоять против перспективы экзотических удовольствий мало кому удается. Чем дальше увлекаете вы их в свой удивительный мир, тем слабее их сопротивление. Когда, как правитель У, они спохватятся и осознают, что происходит, будет уже слишком поздно.

Изоляция — эффект «Только ты»


В 1948 году двадцатидевятилетняя актриса Рита Хэйуорт, известная как голливудская богиня любви, переживала не самые лучшие времена. Ее брак с Орсоном Уэллсом рушился, недавно скончалась ее мать, ролей не предлагали. Тем летом она отправилась из Голливуда в Европу. Уэллс находился в Италии, а она в глубине души все-таки надеялась на то, что их прежние отношения восстановятся.

Рита сначала остановила свой выбор на Французской Ривьере. Ее засыпали приглашениями, особенно от состоятельных мужчин, ведь ее считали не просто красавицей, но самой красивой женщиной в мире. Аристотель Онассис и иранский шах звонили ей по телефону почти ежедневно, умоляя о встрече. Она отклоняла любые предложения. Через несколько дней после прибытия, однако, она получила приглашение от Эльзы Максвелл, светской дамы, на небольшую вечеринку в Каннах. Сначала Рита отказалась, но Максвелл настаивала, уговаривала ее купить новое платье и советовала немного опоздать и устроить из своего появления триумф.

Рита согласилась — она надела белоснежное платье в греческом стиле, великолепные рыжие волосы струились по открытым плечам. Реакция на ее появление была такой, к которой она уже привыкла: разговоры мгновенно смолкли, все присутствующие — и мужчины, и женщины — повернулись в ее сторону, мужчины разглядывали ее с восхищением, женщины с ревностью. Какой-то человек поспешил к ней и проводил ее к ее столику. Это был тридцатисемилетний принц Али Хан, сын Ага Хана III, известного во всем мире лидера партии Исламской Исмаилии, одного из самых богатых людей в мире. Риту предупредили о том, что Али Хан, известный повеса и волокита, будет на вечере. К ее ужасу, оказалось, что они сидят рядом, и за весь вечер он ни разу не отошел от нее. Он задавал ей миллион вопросов — о Голливуде, о ее интересах и так далее. Немного расслабившись, она разоткровенничалась. В зале были и другие красивые женщины, аристократки, актрисы, но Али Хан не обращал на них никакого внимания, он вел себя так, как будто Рита была здесь единственной. Он пригласил ее потанцевать, и, хотя он оказался отличным танцором, она почувствовала неуверенность и скованность — слишком уж тесно он прижимал ее. Все же, когда он предложил подвезти ее до отеля, она согласилась. Они мчались вдоль моря по шоссе Гранд Корниш, ночь была великолепна. За один вечер она, казалось, забыла обо всех заботах и горестях и была благодарна за это, но она по-прежнему любила Уэллса, и интрижка с ловеласом, вроде Али Хана, совсем не входила в ее планы.

Али Хан вынужден был на несколько дней отлучиться по делам; прощаясь, он умолял Риту остаться на Ривьере до его возвращения. Все это время он непрерывно звонил ей. Каждое утро она получала громадный букет цветов. В телефонных разговорах он высказывал беспокойство из-за того, что свидания с ней настойчиво ищет шах Ирана — он настаивал, чтобы она отказалась от встречи с шахом, и она наконец уступила. В эти дни Рите встретилась цыганка-гадалка, и актриса согласилась, чтобы та погадала ей. «Ты стоишь на пороге самой большой любви в своей жизни,— поведала цыганка.— Это кто-то, кого ты уже знаешь... Доверься ему целиком и полностью. Только в этом случае ты наконец обретешь долгожданное счастье». Рита, имевшая слабость к оккультному и мистическому, терялась в догадках, кого же имела в виду гадалка, и решила немного задержаться с отъездом. Вернулся Али Хан, он пригласил ее погостить в его дворце на берегу Средиземного моря — это идеальное место, где она сможет спрятаться от прессы и забыть обо всех несчастьях, сказал он и пообещал, что будет хорошо себя вести. Она сдалась и согласилась. Жизнь в замке напоминала волшебную сказку: по мановению руки к ней спешили слуги-индусы, предупредительные, готовые исполнить любое ее желание. По вечерам они танцевали, одни в огромном зале. Уж не о нем ли говорила гадалка?

Али Хан пригласил своих друзей, чтобы познакомить с ней. В этой странной компании она снова почувствовала себя одинокой, накатила депрессия; она решила покинуть замок. В этот самый момент, словно прочитав ее мысли, Али Хан предложил ей поехать в Испанию — страну, которая восхищала и манила ее всю жизнь. Известие об их романе дошло до прессы, репортеры начали охотиться за ними в Испании, раскручивая скандал: у Риты была дочь от Уэллса — разве подобное поведение приличествует матери? Не способствовала улучшению ситуации и репутация Али Хана, это только подливало масла в огонь, но он был рядом и, как мог, защищал от репортеров. Теперь она была еще более одинокой, чем прежде, и еще больше привязалась к нему.

Незадолго до конца поездки Али Хан сделал Рите предложение. Она отказала: ей казалось, что он не похож на тех, за кого выходят замуж. Он поехал с ней в Голливуд, где давешние друзья встретили ее без прежнего радушия. Слава Богу, что рядом был Али Хан, на которого она могла опереться. Годом позже она все же сдалась, приняла предложение Али Хана и, отказавшись от карьеры, переехала жить в его замок.


Толкование. Али Хан, как и множество мужчин, влюбился в Риту Хэйуорт, увидев ее в фильме «Джильда» в 1948 году. Он преисполнился решимости каким-то образом завоевать эту женщину. Узнав о том, что Рита приезжает на Ривьеру, он уговорил свою подругу Эльзу Максвелл заманить актрису к себе на вечеринку и посадить их за столик рядом. Ему было известно о крахе ее замужества, а познакомившись с ней, он почувствовал, как она несчастна и одинока. Он задумал оградить ее от всего в этом мире — от проблем, других мужчин, от страхов и подозрений относительно его самого — словом, от всех бед и опасностей. Осуществление плана он начал с демонстрации своего интереса к ней: непрерывные телефонные звонки, цветы, которыми он ее забрасывал, подарки — все было нацелено на то, чтобы она постоянно вспоминала о нем. Это он нанял гадалку, чтобы та заронила зерно, предсказав их совместное будущее. Когда Рита начала склоняться к нему он специально собрал друзей, зная, что среди них она почувствует себя чужой и, следовательно, потянется к нему как к единственной опоре. Ее зависимость от него еще возросла во время поездки в Испанию — в непривычной обстановке, осаждаемая журналистами, она просто вынуждена была броситься к нему за помощью. Постепенно он завладел всеми ее мыслями, куда бы она ни отправилась, куда ни повернулась — повсюду был он. Наконец она уступила, из слабости и еще потому что ее самолюбию льстило его внимание. Околдованная, она забыла о его ужасной репутации, отбросила сомнения, которые были ее единственным спасением от него.

Незаурядным обольстителем Али Хана сделали не состояние и красота. На самом деле он был не так уж хорош собой, а дурной славы, что ходила о нем, было достаточно, чтобы забыть о богатстве. Секрет успеха крылся в его стратегии: он изолировал свои жертвы, обрабатывая их медленно и настолько виртуозно, что они не замечали этого. Внимание, которым он окружал, было столь интенсивным, что женщине начинало казаться, будто сейчас в его глазах она — единственная в мире. Такая изоляция воспринималась как наслаждение; женщина сама не замечала, как привязывалась к нему, как он, медленно заполняя своим вниманием к ней ее мысли, вытесняет оттуда друзей и близких. Ее естественные сомнения относительно этого человека начисто смывались отравляющим и мощным воздействием на ее эго. Али Хан добивался почти полной власти над женщиной тогда, когда отправлялся с нею в путешествие в какой-нибудь удивительный уголок мира — края, которые он прекрасно знал, а женщина терялась, чувствуя себя заблудившимся ребенком.

Не давайте своим объектам времени на сомнения и волнения или на то, чтобы сопротивляться вам. Пусть ваше внимание будет настолько обильным, почти избыточным, чтобы вытеснить все прочие мысли и проблемы. Помните — люди в глубине душе мечтают, чтобы их увлек прочь и повел за собой кто-то, кто знает, куда идти. Это может стать настоящим наслаждением — подчиниться и позволить увести себя, даже ощущать себя слабым и зависимым, если только обольщение было достаточно медленным и деликатным.
Помести их в уединенное место, из которого им некуда будет податься, и они так и умрут там, не найдя выхода.

Сунь Цзы

Ключи к обольщению
Окружающие могут казаться нам сильными, способными управлять своей жизнью, но все это, как правило, только фасад. Под ним люди куда более хрупки, чем вы полагаете. Им помогает казаться сильными своеобразная система страховочных ремней, которыми они буквально опутывают себя, — друзья, семья, повседневные рутинные обязанности, которые дают чувство целостности, безопасности и уверенности. Выбейте неожиданно почву у них из-под ног, оставьте их в одиночестве в незнакомом месте, где приметы их привычной жизни отсутствуют вовсе или неузнаваемо искажены, и перед вами предстанут совсем другие личности.

Сильного и уверенного человека трудно обольстить. Но даже сильных можно сделать беспомощными, если удастся изолировать их и выбить из-под ног привычную почву. Перекройте им общение с друзьями и родными своим постоянным присутствием, добейтесь отчуждения мира, который они считают привычным для себя, увезите в незнакомые для них места. Пусть они поживут в вашей среде. Намеренно нарушайте привычный им ритм жизни, заставляйте делать то, чего они никогда не делали прежде. Они будут волноваться, но это только облегчит вашу задачу — запутать их, ввести в заблуждение. Все это следует преподносить в форме радостного, приятного переживания, и тогда в один прекрасный день ваши объекты проснутся с ощущением, что все, привычное и уютное прежде, теперь далеко и чуждо. Тогда в поисках опоры они бросятся к вам, подобно тому, как испуганный ребенок, плача, ищет маму, когда в комнате выключают свет. В обольщении, как и в военной кампании, изолированный объект слаб и уязвим.

В романе Сэмюэля Ричардсона «Кларисса», написанном им в 1748 году, распутник Ловелас пытается соблазнить красавицу героиню. Кларисса юна, добродетельна, к тому же ее бдительно охраняют родные. Но Ловелас опытный обольститель. Сначала он принимается ухаживать за сестрой Клариссы, Арабеллой. Кажется, между ними уже все решено. Тут он внезапно переключает внимание на Клариссу, добиваясь того, чтобы в Арабелле вспыхнули ревность и обида на сестру. Их брат Джеймс, разгневанный и возмущенный поведением Ловеласа, сражается с ним на дуэли, и тот ранит его. Все семейство теперь объединяется против Ловеласа в единодушном порыве, а тот продолжает, как ни в чем ни бывало, тайком обмениваться с Клариссой письмами и встречается с ней в доме ее подруги. Это становится известно семье, ее обвиняют в том, что она идет против родных. Кларисса невиновна: она не отвечала на письма Ловеласа и не договаривалась с ним о свиданиях, никак не поощряла его. Но родители теперь решают избавить ее от опасности, выдав замуж за состоятельного человека много старше ее. Одна-одинешенька в целом мире, в ожидании свадьбы с человеком, который кажется ей отталкивающим, она бросается за помощью к Ловеласу как к единственному избавителю. В конце концов он спасает ее от замужества, сбежав с нею Лондон, где она, однако, оказывается в полной изоляции. В этих обстоятельствах ее отношение к нему меняется к лучшему, она смягчается. А ведь все было виртуозно срежиссировано самим Ловеласом — разлад в семье, приведший к отчуждению Клариссы от родных,— словом, весь сценарий был продуман им.

Часто злейшие враги обольстителя — это родные и друзья объектов. Они находятся вне магического круга, неподвластны вашим чарам; от них может исходить голос разума, отрезвляющий жертву. Необходимо работать тонко и незаметно, стараясь добиться отчуждения объекта от его близких. Дайте понять, что они ревнуют или завидуют счастью объекта, встретившего вас, или что они уже стары, ничего не понимают и утратили вкус к приключениям. Последний аргумент невероятно эффективен в отношении молодых людей с не вполне сформировавшейся личностью, которые готовы в любой момент взбунтоваться против любой авторитарной фигуры, а особенно против родителей. Вы олицетворяете яркие краски жизни, друзья и родители — серую скуку и обыденность.

В трагедии Шекспира «Ричард III» Ричард, тогда еще герцог Глостер, убивает короля Генриха VI и его сына, принца Эдварда. Вскоре после того он начинает домогаться леди Анны, вдовы принца Эдварда, которой прекрасно известно, что он сделал с двумя самыми близкими ей людьми, и которая ненавидит его, как только может ненавидеть женщина. Все же Ричард делает попытку ее обольстить. Метод его прост: он рассказывает ей о злодеянии, объясняя, что пошел на это из-за своей любви к ней. Он хотел, чтобы она не принадлежала никому, кроме него. Чувства его были такими сильными, что он совершил убийство. Разумеется, леди Анна не только не сочувствует подобной логике, но и с омерзением отвергает ее. Но он настаивает. Он застиг Анну в момент крайнего смятения и душевного разлада — она охвачена неутешным горем и при этом совершенно одинока, в целом мире некому поддержать ее и утешить. Поразительно, но его речи начинают действовать.

Убийство не входит в арсенал обольщения, однако обольститель совершает своего рода убийство психологическое. То, что связывает нас с прошлым, представляет собой препятствие для настоящего. Даже оставшиеся в прошлом, с кем мы более не общаемся, продолжают тем не менее тянуть нас, пытаясь удержать в прошлом. Как обольститель вы испытываете эту хватку прошлого на себе, когда вас будут сравнивать с предыдущими поклонниками, и сравнение может оказаться не в вашу пользу. Не допускайте этого. Вытесните прошлое своим вниманием в настоящем. В случае необходимости постарайтесь дискредитировать предыдущего любовника, тонко или не очень, смотря по ситуации. Не бойтесь даже разбередить старые раны — пусть вновь испытают старую боль и увидят, какой контраст с горьким прошлым являете вы и насколько лучше настоящее. Чем надежнее вам удастся изолировать их от прошлого, тем крепче окажется их привязанность к вам в настоящем.

Принцип изоляции можно применить и буквально, увлекая объект в какое-то экзотическое место. Таким методом пользовался Али Хан; лучше всего подошел бы необитаемый остров, ведь острова, отрезанные от остального мира, как правило, ассоциируются у нас с поистине райскими наслаждениями. Римский император Тиберий пустился в разгул, после того как перебрался жить на остров Капри. Опасность совместных путешествий состоит в том, что объекты находятся в слишком тесной близости — в таких условиях трудно сохранить флер таинственности. Но если вы отправитесь с ними в края, достаточно притягательные, чтобы отвлечь на себя их внимание, у них просто не будет возможности слишком концентрироваться на вашей персоне, выискивая банальности. Клеопатра уговорила Цезаря отправиться в путешествие по Нилу. Продвигаясь все дальше в Египет, он одновременно отстранялся от Рима, и Клеопатра казалось все более притягательной и удивительной. У Натали Барни — обольстительницы-лесбиянки начала двадцатого века — был длительный роман с поэтессой Рене Вивьен, с которой они многократно ссорились, но после разрыва их всякий раз вновь тянуло друг к другу. Как-то, чтобы вновь добиться любви Вивьен, Барни пригласила ее посетить остров Лесбос, на котором сама Натали уже много раз бывала прежде. Тем самым она не только изолировала Вивьен, но и обезоружила, очаровала ее, ведь это место, родина легендарной Сафо, вызвала целый рой поэтических ассоциаций, так что Натали Барни начала казаться ей воплощением самой Сафо. Не отправляйтесь со своими объектами абы куда, подберите такое место, которое вызовет наиболее желательные для вас ассоциации.

Обольстительная власть изоляции простирается далеко за пределы империи секса. Когда к кружку преданных почитателей Махатмы Ганди присоединялись новички, им предлагалось порвать связи с прошлым, с друзьями и семьями. Такого рода отречение являлось и является обязательным требованием во многих религиозных сектах. Люди, добровольно изолирующие себя таким образом, неизмеримо более уязвимы и подвержены воздействию и внушению. Политические деятели харизматического типа часто поощряют и даже культивируют в людях ощущение инаковости, чужеродности. Джон Ф. Кеннеди весьма эффективно проделал это, тонко и изящно дискредитируя годы правления Эйзенхауэра: комфортное житье 1950-х годов, заявил он, компрометирует американские идеалы. Он звал американцев следовать за ним, в новую жизнь, к покорению новых рубежей, звал к опасностям и приключениям. Это звучало обольстительно и маняще, это был непреодолимый соблазн, особенно для молодежи, которая и оказала Кеннеди основную эмоциональную поддержку.

Наконец, последнее: на каком-то этапе в обольщении должен возникнуть некий намек на опасность. Ваши объекты должны почувствовать, что, отправляясь с вами, они отваживаются на захватывающие приключения, но при этом чего-то и лишаются — части своего прошлого, комфорта, уюта и привычного домашнего тепла. Активно поддерживайте эти двойственные чувства. Щепотка такой пряности, как страх, как нельзя лучше подходит для этого блюда; хотя слишком сильный страх отупляет, однако в малых дозах он поддерживает в нас жизнь. Это как прыжки с парашютом — волнует, возбуждает и в то же время страшновато. А единственный человек, способный вовремя подхватить их и не дать упасть, конечно же, вы.

1   ...   19   20   21   22   23   24   25   26   ...   33


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница