Новгородцы участники Сталинградской битвы Павлов Яков Федотович



страница1/4
Дата30.04.2016
Размер0.63 Mb.
  1   2   3   4
Новгородцы - участники Сталинградской битвы
Павлов Яков Федотович, 17.10.1917 г. р., урож. д. Крестовая Валдайского р-на, призван Валдайским РВК 13.10.1938 г., уволен из ВС в сентябре 1946 г., мл. лейтенант 19 ОИПАТБр 3 УФ, присвоено звание Герой Советского Союза, награжден орденом Ленина, двумя орденами Красной Звезды, орденом Октябрьской революции, медалью “Золотая Звезда” Героя Советского Союза, двумя медалями “За отвагу”, медалями “За оборону Сталинграда” “За Победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.”, юбилейными медалями, в Новгород прибыл в 1963 г. работал на заводе “Комета”, умер 28 сентября 1991 г. Имя защитника Сталинграда Я. Ф. Павлова присвоено дому-интернату для детей сирот,
Богданов Василий Кириллович, род. 1 февраля 1922 г. в д. Лазарево Дубровского с/с Западнодвинского р-на Тверской губ., призван Западнодвинским РВК в июне 1941 г., демобилизован в сентябре 1946 г., капитан. С июня 1942 года по май 1945 года был на фронте. В 24 и 17 гв. кавалерийских полках 5-й гв. кавалерийской дивизии имени Г. И. Котовского 3-го гв. кавалерийского корпуса; сначала в должности командира огневого взвода противотанковой батареи, потом командиром полковой батареи 77 мм орудий. Воевал на Юго-Западном, Сталинградском, Донском, 1-м Прибалтийском, 3-м Белорусском и 2-м Белорусском фронтах. С боями прошел от Харькова до Сталинграда и обратно — от Сталинграда до Берлина. Награждён орденами Красного Знамени, Александра Невского, двумя - Отечественной войны II ст., двумя - Красной Звезды, медалями “За боевые заслуги”, “За оборону Сталинграда”, “За взятие Кенигсберга”, “За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.”, юбилейными медалями, орденом “Знак Почета”. В отставке - подполковник. Участник Парадов Победы 24 июня 1945 г. и 1990 г. Работал на партийной и советской работе в Великолукской обл., в Холмском р-не. С 1968 г. проживал в г. Новгороде. На пенсию ушел из органов МВД. Умер 13 августа 1992 г.
Евдокимов Леонид Николаевич. Родился 22 января 1917 года в г. Новгороде в семье слесаря-водопроводчика. Участник Парада Победы 24 июня 1945 года.

В момент участия в параде был старшим техником лейтенантом. Инженер-полковник в отставке.

В 1930 году окончил 1-ю школу-семилетку, а затем фабрично-заводское училище Северо-Западного речного пароходства и работал помощником механика и механиком на пароходах. В 1935 году поступил на учебу в Морской техникум г. Ленинграда. Первый курс окончил на отлично. Был секретарем комсомольской организации курса.

В 1936 году был призван Василеостровским РВК г. Ленинграда. 13 августа 1936 года зачислен курсантом курсов усовершенствования технического состава ВВС РККА им. Ворошилова. В 1938 году получил звание воентехника 2-го разряда.

Для прохождения службы направлен авиатехником самолета разведчика РД-10 в 1-ю дальнеразведывательную эскадрилью 24-го скоростного бомбардировочного авиаполка в военный городок Кречевицы под Новгородом.

Полк участвовал в воздушных парадах и учениях. В дальнейшем перебазирован в г. Бобруйск в военный городок Форштадт.

Л. Н. Евдокимов — участник советско-финляндской и Великой Отечественной войн (с 24 июня 1941 года по август 1944 года). Часть полка встретила войну в стадии перевооружения и переучивания в г. Казань. 24-й Краснознаменный Орловский авиаполк дошел затем до Берлина.

Созданный на его же базе 275-й авиаполк резерва ВГК был направлен на Ленинградский фронт, где участвовал в освобождении Тихвина. Затем включен в 270-ю авиадивизию, в составе которой участвовал в Сталинградской битве. Леонид Николаевич был назначен старшим техником звена управления полка пикирующих бомбардировщиков. Отвечал за состояние самолета командира полка Героя Советского Союза М. М. Воронкова. Личный состав вел работу образцово.

Вместе с командиром полка Евдокимов вошел в состав нового 128-го авиаполка 241-й авиадивизии, которая участвовала в битве на Курско-Орловском выступе. В июле 1943 года назначен начальником инженерного отдела при старшем инженере дивизии. За успешное выполнение боевых заданий в 1945 году был направлен на подготовительные курсы. Поступил на инженерный факультет Краснознаменной ордена Ленина Военно-Воздушной инженерной Академии им. проф. Н. Е. Жуковского.

Из числа ее курсантов был создан батальон, который на Параде Победы заслужил похвалу Верховного Главнокомандующего И. В. Сталина, отдавшего батальону первое место. Старший техник-лейтенант Евдокимов шел в колонне высших военных учреждений. Ему скоро присвоили звание майора авиационно-технической службы.

Окончил Академию в 1951 году и был назначен старшим преподавателем самолетного цикла в училище г. Ачинска Преподавал аэродинамику больших скоростей и аэродинамические формы скоростных самолетов.

Прослужил 25 лет старшим преподавателем теории, сделал 8 выпусков. 27 лет 10 июня 1958 года инвалидом 2-й группы уволен из Вооруженных Сил.

В 1959 году стал заместителем директора средней школы № 8 по военно-патриотическому воспитанию в г. Новгороде. Затем назначен завучем школы по техническим предметам и производственному обучению. На завод НЗЛК производственного объединения “Планета” ходило более 500 школьников. Имели на ВДНХ СССР свои витрины, где демонстрировали успехи в трудовом воспитании школьников.

В школе был построен стрелковый тир. Учащиеся участвовали в поисковой работе, походах по местам боев, “Зарнице”, ухаживали за могилами советских воинов, вели обширную переписку с ветеранами войны. Был создан музей партизанской славы. В дни празднования 50-летия Октября школа была награждена за большую учебную и воспитательную работу Красным знаменем ЦК КПСС и ВЦСПС.

Награжден орденом Красного Знамени, Отечественной войны I степени, двумя орденами Красной Звезды, медалями “За боевые заслуги”, “За оборону Сталинграда”, “За победу в Великой Отечественной войне 1941 — 1945 гг.”, “Ветеран труда”, Жукова и юбилейными. Проживал в Великом Новгороде.
Беспалова (Свердлова) Татьяна Анастасовна. Родилась 28 января 1921 года в с. Малая Александровка Большеалександровского района Херсонской области. Работала в совхозе имени Карла Маркса в Чаплыйском районе Херсонской области Украины.

Призвана в Красную Армию в августе 1941 года. По декабрь 1941 года была фельдшером 130-го запасного армейского стрелкового полка 9-й армии. Участница Парада Победы 9 Мая 1995 года.

С декабря 1941 по январь 1942 года — старшая операционная хирургическая медсестра 36-й отдельной роты медицинского усиления 57-й армии.

С 1941 года по 1943 год воевала на Сталинградском фронте, с 1943 года — на 2-м Белорусском фронте, в апреле 1945 года была в Восточной Германии. Апрель 1945 года — 1946 год 1-й Дальневосточный фронт.

Демобилизовалась 20 марта 1946 года в звании старшего лейтенанта медицинской службы. Вышла замуж, стала Беспаловой, родила сына. Не работала до 1953 года.

В 1953 году поступила на работу в поликлинику № 2 г. Новгорода и проработала на одном месте медсестрой в физкабинете до 1994 года. Сейчас это госпиталь для ветеранов войны.

Награждена орденом Красной Звезды, медалями “За боевые заслуги”, “За оборону Сталинграда”, “За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.” , “За победу над Японией”, Жукова, “Ветеран труда”, юбилейными медалями, а также знаком “Отличник здравоохранения Российской Федерации”.

Прож. в Великом Новгороде.



Воспоминания ветеранов Сталинградской битвы
Наше поколение 20-х годов прошлого столетия вправе считать себя участниками значительных побед Советского Союза в Великой Отечественной войне 1941-45 годов, восстановлении разрушенного войной народного хозяйства, укреплении дружбы между народами и становлении социалистической законности.

К началу войны, после получения среднего образования, я находился на службе в Красной Армии.

В те годы служба в армии у нас была почетной обязанностью перед Родиной. Опытные командиры готовили преданных и высоко профессиональных защитников отечества.

Я был призван в зенитную артиллерию. Проходил службу в Крыму, г. Евпатория.

В первый день войны - 22 июня 1941 года – наш зенитно-артиллерийский полк ночью был поднят по тревоге и вел огонь по немецким самолетам, летевшим вдоль побережья Черного моря на бомбежку г. Севастополя.

Так началась война. Многое пришлось увидеть, преодолевать. Сразу после начала войны наше подразделение было направлено под г. Харьков, где мы охраняли Харьковский тракторный завод.

Много раз вели огонь по немецким стервятникам, сбивали их самолеты, совершенствовали свое мастерство. Стояли на узловой станции Россошь Воронежской области, где каждую ночь отбивали атаки немецких самолетов, которые прилетали сбрасывать зажигательные бомбы на крупнейший элеватор, заполненный зерном.

В августе месяце 1942 года нас направили под Сталинград, на охрану с воздуха Сталинградского тракторного завода. Тяжелейшие воспоминания связаны с этим периодом.



А. Тезиков,

Старший советник юстиции,

Почетный работник прокуратуры

Горжусь, что защищал столицу
22 июня 1941 года я встретил в г. Мытищи под Москвой первым номером расчета в третьей роте прожекторского батальона 176-го зенитно-артиллерийского полка. Его штаб дислоцировался в г. Бабушкин. Входя в противовоздушную оборону (ПВО) Москвы, мы часто проводили занятия в ночное время, выезжая на позиции Подмосковья. Выделенный самолет тянул за собой макеты, по которым вели огонь из пулеметов, а мы, прожектористы, отрабатывали поиск самого самолета.

Хорошо помню, как в четыре часа утра 22 июня мы выбежали из казармы на необычный шум моторов. Оказалось, на небольшой высоте в сторону столицы шли три самолета без опознавательных знаков. И только тогда, когда по радио выступил Молотов с обращением к народу и зачитал “Указ о всеобщей мобилизации”, стало ясно, что это были немецкие самолеты — разведчики.

Итак, началась Великая Отечественная война. Острие самой мощной группировки сухопутных и воздушных сил Германии было нацелено в сердце нашей Родины. Первый массированный налет на Москву — свыше двухсот бомбардировщиков — фашисты совершили 22 июля. С позднего вечера и до 4 часов утра советские летчики в 25 воздушных схватках сбили 12, зенитчики — 10 стервятников. Ожесточенные бои шли на всех направлениях, ведущих к Москве. Начались они с 13 октября 1941 года.

Государственный Комитет Обороны (ГКО) принял решение срочно эвакуировать часть центральных учреждений из Москвы. А через неделю было объявлено осадное положение.

Весь личный состав ПВО направили на огневые позиции, создав круговую оборону зенитными установками и прожекторами — “искателями” и “сопроводителями”. Вскоре до ста тысяч человек гражданского населения рыли рвы, ставили “ежи” и противотанковые надолбы, натягивали проволочные заграждения.

Наш прожекторный батальон разместили в лесах близ железнодорожных станций Пушкино, Монино, Мытищи, Тайнинка, Лось. Я находился в расчете близ ст. Перловка.

Вражеские самолеты налетали ежедневно в ночное время. Они старались сбрасывать свой смертоносный груз с высоты до нескольких тысяч метров. Однако мощная противовоздушная оборона — заградительный огонь зенитных батарей и эффективное освещение прожекторами — не позволяли им этого сделать.

Мне лично приходилось практически каждую ночь ловить противника и освещать до тех пор, пока его не собьют или он не покинет охраняемую зону. От такого луча уйти почти невозможно, так как в зените самолет подхватывают десятки прожекторов.

В течение ночи, с 10 вечера до 4 утра, в основном совершались три налета с интервалом около часа. Однако в промежутках между ними немцы специально оставляли в воздухе несколько машин, чтобы держать ПВО в постоянном напряжении и лишить сна личный состав наших частей. Так что воздушные тревоги продолжались, как правило, всю ночь.

Зато каким целительным бальзамом звучали по утрам сообщения Юрия Левитана: “ В течение прошедшей ночи сбито 15-17 самолетов противника”.

Не сумев поразить намеченные цели, стервятники сбрасывали бомбовый груз в окрестностях столицы. Поэтому каждую ночь виднелись пожары — горели леса и поселки. И все же отдельные самолеты иногда прорывались. Так, им удалось повредить Центральный телеграф и стадион “Динамо”, поджечь толевый завод в районе Сокольников. Последний пожар был довольно сильным, шлейф черного дыма окутывал все вокруг.

На случай прорыва танков в столице формировались вооруженные отряды и истребительные батальоны. В составе одного из них и мне пришлось принять непосредственное участие в боях. В ночное время с прожектором наш расчет выезжал к подступам возможного прорыва для освещения асфальтового шоссе по горизонтали. Следом за нами зенитчики открывали прицельный огонь по ослепленному на какое-то время противнику и уничтожали его. Но в одной из таких операций я был ранен и контужен.

Лежал в санчасти родного 176-го полка. После излечения был направлен в зенитно-пулеметное училище г. Сорочинска Куйбышевской области. После окончания его в числе 27 новоиспеченных офицеров прибыл в г. Камышин на новое формирование 30-го зенитно-пулеметного полка. В его составе воевал на Сталинградском, Карельском и Забайкальском фронтах в должности командира роты.

Однако первые бои по защите столицы, наверное, крепче всего отложились в памяти и среди всех наград дороже медаль “За оборону Москвы”.



Яковлев Александр Васильевич,

1920 г. р., майор, командир роты

зенитно-пулеметного полка.

Не могу забыть
В 17 лет я стал солдатом. В боях под Харьковом весной 1942 года набирался опыта. Участвовал в обороне на реке Северный Донец... Наступил июль, немецкие войска перешли в наступление. Несмотря на исключительную отвагу и героизм наших воинов, под напором превосходящих сил пришлось отходить.

Не могу забыть тех трагических дней. В степи стоял зной, по пыльным дорогам шли и шли вражеские танки и бронемашины, а за ними мотопехота. В небе кружили самолеты с черными крестами. От взрывов бомб, снарядов, мин горела степь. И в этом кромешном аду вели жестокий бой наши воины. Стояли насмерть. “Ни шагу назад!” — таков был приказ Родины. При отражении очередной атаки я был ранен и переправлен в госпиталь за Волгу.

После выздоровления меня назначили командиром отделения в роту автоматчиков 8-го гвардейского стрелкового полка. А вскоре начались бои по разгрому вражеских войск под Сталинградом. Начав наступление севернее Ростова, мы к весне 1943 года достигли немецкой обороны — “Миус-фронта” со множеством железобетонных и деревоземляных укреплений, прикрытых рядами проволочных заграждений и минными полями. Здесь в жестоких схватках советские воины проявили массовый героизм и беспримерное мужество.

В июне я был снова ранен и бес сознания доставлен в госпиталь. Почти год лечился в Ростове... “Инвалидность”, — услышал заключение врачей. И это в 19-то лет! Остался в Ростове, райвоенкомат направил в школу ФЗО военруком. На основе фронтового опыта учил молодежь. Одновременно сам готовился и сдал экстерном экзамены за Суворовское военное училище.

С 1946 года — на комсомольской работе, сначала на заводе “Красный Аксай”, а затем комсоргом ЦК ВЛКСМ на знаменитом “Ростсельмаше”... В течение трех лет работал секретарем Первомайского РК ВЛКСМ. И продолжал совмещать учебу, заочно окончив Ростовский государственный университет.

В 1950 году мне присвоили воинское звание “лейтенант запаса”, а через год призвали в армию на политработу. С тех пор на протяжении 25 лет добросовестно и безупречно выполнял свой воинский долг. После увольнения в запас в звании подполковника приехал в Старую Руссу и устроился инженером на 123-й АРЗ.

Был награжден орденами Отечественной войны I-й степени и Красной Звезды, медалями “За оборону Сталинграда”, “Ветеран Вооруженный Сил” и другими.

МАТЮХИН Александр Тимофеевич,

1925 г. р.,

старшина.

Впереди были Польша и Чехословакия
Призван в армию в сентябре 1938 года и направлен в школу младшего начсостава. Служил помощником командира взвода, участвовал в боях с белофиннами на Карельском перешейке. В марте 1941 года 272-й артиллерийский полк передислоцировался под г. Львов.

22 июня во второй половине ночи услышали взрывы, а к 9 часам уже знали о схватках на границе. Утром 25 июня полк вступил в бой с вражескими танками, остальные пошли в обход. Но налетела авиация — потеряли несколько орудий. Под напором превосходящих сил пришлось отступать.

Памятный бой под Шепетовкой. Июль, жара, но мы заняли очень удобные позиции за железнодорожным полотном и взяли под обстрел шоссе. Появилась вражеская колонна... Ударили в упор... Более десяти танков вывели из строя. Ожесточенные бои под Бердичевым и Житомиром... В середине августа был ранен в ногу, лежал в Павлограде. После излечения направили в новую часть — 811-й артиллерийский полк, ведущий бои на р. Северный Донец.

При подготовке к наступлению меня с разведгруппой отправили за “языком”. Перешли линию фронта и удачно сняли немецкого часового. Возвратились без потерь. Пленный ефрейтор дал ценные сведения. В начале февраля 1942 года продвинулись до ста километров, взяли Изюм, Барвенково, узловую станцию Лозовую... Однако в июле гитлеровцы прорвали наш фронт и начали наступление. В октябре мне присвоили офицерское звание — мл. лейтенант. А в ноябре двинулись вперед и в феврале 1943 года покончили со Сталинградской группировкой.

Летом принимали участие в боях за Киев и Житомир. В 1944 году бились в направлении Бердичева, Ужгорода и Мукачево. Впереди были Польша и Чехословакия. Враг отчаянно сопротивлялся, в бою у г. Санок я опять был легко ранен. 9 мая 1945 года встретили под Прагой...

В конце 1946 года ушел в отставку, возвратился в родные Дубовицы. Работая председателем РК Осоавиахима, много занимался очищением лесов и полей района от мин и снарядов. В 1984 году ушел на заслуженный отдых... Вместе с женой Лидией Ефимовной вырастили трех сыновей, помогаем воспитанию шести внуков и внучек.

Награжден двумя орденами Отечественной войны 2-й степени, орденом Красной Звезды, медалями — “За победу над Германией” и др.

Елисеев Виктор Николаевич,

1918 г. р., урож. д. Дубовицы

Старорусского района,

лейтенант.


В дивизии прорыва Резерва ВГК
Уже шла война, когда я на “отлично” защитил диплом в Ленинградском механико-конструкторском техникуме и сразу приступил к работе на балтийском судо-ремонтном заводе им. Орджоникидзе. Но вскоре меня включили в одну из бригад по строительству укреплений южнее г. Луга. Возвратился в начале августа, а в отделе кадров уже ждала повестка о зачислении в 3-е Ленинградское артиллерийское училище.

Через шесть месяцев напряженной учебы в звании младшего лейтенанта — командира огневого взвода прибыл в г. Саранск, где формировался 272-й артиллерийский полк... Особенно запомнились бои в районе Клетской под Сталинградом в сентябре 1942 года. По три раза в день приходилось менять позиции, преграждая путь немецким танкам и отбиваясь от вражеской авиации.

А ранним утром 19 ноября пошли в решительное наступление, окружая противника. До 2 февраля 1943 года вели бои по ликвидации зажатых в кольцо. Последние огневые позиции расчеты занимали в районе легендарного Мамаева кургана... После битвы на Волге полк перебросили под Ворошиловград, где шли упорные кровопролитные бои. Полк стал 207-м гвардейским и вошел в состав 2-й артиллерийской дивизии прорыва РВГК (Резерва Верховного Главнокомандования).

Остались в памяти бои за освобождение Донбасса и южных районов Украины летом 1943 года, разгром вражеских войск в Крыму в мае 1944 года... Затем нас перебросили на Белорусский фронт, пополнив людьми и техникой. После успешно проведенной операции направили в Латвию. 13 сентября — общее направление на Ригу. Однако, 17-го я был тяжело ранен осколками вражеского снаряда. В госпитале пробыл до нового года. По выздоровлении воевал в 137-й Ростокской артбригаде до Победы и ликвидации Курляндской группировки.

Летом 1946 года лейтенантом ушел в отставку и возвратился на балтийский судо-ремонтный завод. В 1955 году как конструктора-технолога меня перевели на Старорусский судо-механический завод (Химмаш). Более 25 лет трудился старшим технологом, начальником цеха, начальником бюро новой техники. И после выхода на пенсию шесть лет работал оператором в котельной.

Награжден орденами Отечественной войны 1-й степени и Красной Звезды, медалью “За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941 — 1945 гг.” и др.


Макин Иван Васильевич,

гв. лейтенант.


Бои за Брянск
Мне довелось принимать участие в Сталинградском сражении. После этого нашу армию, в том числе 260-ю стрелковую дивизию, вывезли в тыл на пополнение личным составом и боевой техникой. Под Калугой дивизия получала вооружение. Командный и рядовой состав прибыли из тыла. Сколачивалась как полноценное боевое соединение. В это время я прошел подготовку и стал командиром минометного расчета 82 мм минометов. Мне присвоили звание сержанта.

3 июля 1943 года немцы начали контратаковать наши войска под городом Курском и дивизия в связи с этим получила приказ передислоцироваться в Брянские леса. Город Брянск был еще у немцев. Когда дивизия сосредоточилась на новом месте, поступил приказ командования армии перейти в наступление в направлении правее Брянска, чтобы совместно с другими соединениями окружить и отвлечь часть немецких войск с Курского направления.

Бои были ожесточенными, тяжелыми. В одном из них - за населенный пункт в окрестностях Брянска- мой расчет уничтожил огневую пулеметную точку и часть немцев. За этот бой командование 1030-го стрелкового полка представило меня к награде — медали “За боевые заслуги”, которую я вскоре и получил.

Немцы Брянск под напором наших войск бросили. Оказалось, что он весь заминирован. Дальше наша часть получила приказ продолжать наступление в направлении на город Гомель (это уже в Белоруссии). Там повторилась та же история: правее Гомеля под напором наших войск немцы отступили, но всю территорию перед тем заминировали. Конечным пунктом нашей боевой задачи был город Жлобин. После этих боев нас опять вывезли на переформирование.



Шабаров Петр Андреевич,

сержант, командир минометного расчета

1030-го стрелкового полка 260-й стрелковой дивизии.

Ныне проживает в г. Пестово.

)

Удачно получилось


Великая Отечественная война для меня началась, когда все учащиеся 3-го ремесленного училища г. Боровичи, в том числе и я, находились на отдыхе на озере около д. Ланошино. Возвращаясь с озера в Боровичи, мы узнали о начале войны. Это было 22 июня, воскресенье в 12 часов дня. Годы, житейские дела и разные другие события выветрили из памяти многое. Запомнилось лишь то, что забыть нельзя.

В сентябре 1941 года наше ремесленное училище эвакуировали в город Новосибирск, где я работал в качестве электромонтера на сестрорецком заводе им. Воскова. 13 августа 1942 года, в мой день рождения, меня призвали в ряды Советской Армии и направили в Асинское военно-пехотное училище в Томскую область, где я проходил обучение до января 1943 года. Ввиду тяжелой военной обстановки на фронте под Сталинградом, не дав закончить полный курс обучения, всех курсантов училища погрузили в вагоны (телятники) и направили под Сталинград. Так нам разъяснили сопровождающие.

Приближаясь ближе к фронту, узнали хорошую новость, что под Сталинградом немецкие войска разгромлены. Это было в начале января 1943 года. Наш эшелон был направлен в сторону Белгорода – Курска. Нас высадили из вагонов где-то поблизости от фронтовой линии, точное место назвать не могу. С этого момента начались переходы. Ночью идем, днем – привал, отдыхаем. Так где-то в марте прибыли в район Ольховатки. Зимнюю одежду заменили, т. е. ввиду оттепели валенки заменили на сапоги с обмотками. Перед нами была поставлена задача - быстрее рыть траншеи и землянки для жилья. Таким образом, после долгих скитаний мы оказались почти что на постоянном месте жительства. Выкопав для себя окопы и землянки, мы продолжали рыть окопы на протяжении нескольких километров в глубь нашей обороны.

Всех прибывших курсантов нашего училища зачислили в 203-й гвардейский стрелковый полк 70-й гвардейской стрелковой дивизии 17-го гвардейского стрелкового корпуса, прибывшего из-под Сталинграда. Наш полк пополнили новобранцами, досрочно освобожденными из мест заключения.

Весной и летом мы занимались тактической подготовкой, совершали длительные переходы, проводили учебные стрельбы с разного оружия. В конце июня появилось какое-то предчувствие, что на нашем направлении что-то готовится. Стали приезжать начальники высокого звания, давать какие-то указания нашим командирам. После одного из таких посещений нам был дан приказ еще глубже окопаться, выкопать дополнительно в траншеях ниши (лисьи норки), чтобы волной от взрыва не выбросило наверх, можно было бы в них прятаться. И это действительно здорово помогло.

Находились все солдаты в тяжелых бытовых условиях. Кормили плохо. В день ели всего два раза, да и то впроголодь. В основном давали гороховый кисель, в который мы добавляли разную траву, собранную в балках (оврагах). Если давали НЗ (неприкосновенный запас), он долго не задерживался в вещмешках. Хлеб рубили солдатскими лопатами, раскладывали на шинель и по очереди выкрикивали: "Кому эта пайка?". Таким же образом делили и сухари. Немцам откуда-то стало известно о нашей дележке. И они неоднократно через микрофон на чистом русском языке говорили: "Переходите к нам, у нас нет: "Кому?" Часто они сбрасывали с самолетов листовки, призывающие к переходу на вражью сторону. Но так как у нас газет не было, а давали махорку и табачные необработанные листья, мы были вынуждены эти листовки подбирать и использовать на закрутку табака, хотя подбирать листовки было строго запрещено. Но человек ко всему привыкает.

Чего греха таить, и завшивели мы здорово. По телу ползали крупные вши, поэтому брились мы наголо. С этой заразой боролись. В июне, когда уже вода в речке Ольховатке была сравнительно теплой, нам устроили баню (это первый раз с тех пор, как прибыли на фронт). Нагрели несколько котлов воды и под открытым небом выдали по две каски горячей воды. Раздали чистое летнее белье, на снятом с тела белье было очень много вшей, которых стряхивали в костер. От этой процедуры был слышен треск.

4-го июля нас собрал командир взвода и предупредил, что немец может внезапно напасть на нас в ближайшие дни. По-видимому, он, как и мы, не знал точной даты готовящегося наступления. Но солдатское чутье подсказывало: что-то произойдет в эту ночь. И, действительно. Я в это время спал в землянке. Проснулся от грома и свиста снарядов наших "Катюш". Это было около двух часов ночи. В воздухе и на земле все загремело, земля зашевелилась. По полетам снарядов над нами стало ясно, что они летят из тыла наших войск. Значит, наше командование опередило задумки немецкого командования.

К рассвету этого дня немцы опомнились и теперь уже они стали наносить удары по нашим войскам. Одновременно они наносили удары с воздуха. А затем на нас пошли немецкие танки и их пехота.

Первый бой приняли на себя наши спецподразделения (штрафные роты). 5-го июля штрафные роты были полностью уничтожены, только малая часть солдат из заградотряда отступила к нам. Из их разговоров я только и узнал, что впереди нас были штрафные роты. В этот день к полудню мы остановили наступающих немцев. В воздухе и на земле стоял полный день несмолкающий грохот боя, скрежет танков и гул моторов, висело большое облако пыли.

6-го июля рано утром немцы опять пошли в наступление. Прежде всего они пробили наши позиции с воздуха. Несколько десятков самолетов, делая по несколько заходов, бомбили наши траншеи. В это же время их артиллерия била по нашим войскам. Мы все сидели в нишах. Надо сказать, что потерь не было после первой бомбежки и артобстрела. В траншее раздались крики: "Идут танки на нас и немецкая пехота! Приготовиться к отражению атаки!" К этому мы были уже готовы, в наших нишах боеприпасов лежало достаточно. Было очень много патронов, заряжено много дисков, гранат, бутылок с зажигательной смесью.

Позади наших окопов-траншей мы заранее подготовили окопы для нашей артиллерии и танков. Так вот, наши артиллеристы и танкисты в упор расстреливали немецкие танки. Особенно много немецких танков получили повреждения при спуске к реке Ольховатка, а в подбитые танки мы бросали бутылки с горючей смесью. У меня это удачно получалось. Пехоту уничтожали из станковых пулеметов, а я их расстреливал из ручного пулемета, а при дальнейшем приближении к нам – из автомата ППШ.

И так продолжалось с маленькими перерывами полный день 6-го июля. Только отобьем одну атаку, через небольшое время вновь бомбежка, обстрел артиллерией, а после атака танков с пехотой.

В своих воспоминаниях об Орловско-Курской битве Г. К. Жуков пишет так: "Особую боевую доблесть проявили части 17-го гвардейского стрелкового корпуса. 203-й гвардейский стрелковый полк 70-й гвардейской стрелковой дивизии под командованием майора В. О. Коваленко за 6-е июля отбил до шестнадцати атак противника и нанес ему тяжелые потери". (см.: Г. Жуков "Воспоминания и размышления", 2-е изд., стр. 48)

С утра 7-го июля немецкие войска беспрерывно бросались в ожесточенные атаки, но и в этот день им не удалось прорвать нашу оборону, хотя в наших рядах пали смертью храбрых многие мои товарищи. В нашем отделении из 14 человек остались в живых всего три человека. Это я – командир отделения и два подносчика патронов – Кокоз и Сулман, оба казахи, досрочно освободившиеся из мест заключения и присланных к нам для пополнения. К вечеру, в период кратковременного затишья, к нам прибыло пополнение и в этот же вечер, впервые за два дня, к нам приехала полевая кухня с густой солдатской кашей.

В ночь на 8-е июля я спал в землянке как убитый. Дежурили в траншее вновь прибывшие. 8-го июля, так же, как и 7-го, утром на рассвете в небе появился самолет-разведчик, мы его называли "Рама". Покружив над нами несколько минут, улетел. По нему стреляли наши зенитки, но безрезультатно. Мы только успели позавтракать, употребив НЗ – сухой паек, - как налетело большое количество немецких самолетов, которые стали нас бомбить, делая над нами по нескольку заходов. Все это они делали беспрепятственно и безнаказанно, то есть наших самолетов я ни разу не видел, чтобы они вступали в бой с немецкими самолетами. Может быть, они навязывали бой в противнику других местах, но над нами этого не было. Во время бомбежки нас обстреливала немецкая артиллерия. Опять началась ожесточенная схватка. Немецкие войска почти полный день атаковали наши позиции, но мы выстояли, потеряв много наших ребят. 8-го июля был убит командир взвода ст. лейтенант, фамилию его уже не помню, к сожалению.

Инициативу по отражению атак немцев принимали сами солдаты. Мы были готовы на все, только бы не дать немцам прорвать нашу оборону. И наши ребята выстояли. В этой схватке мне пришлось стрелять попеременно из двух разных пулеметов с разных огневых позиций. Один пулемет остался от убитого Сережи Воробьева, родом из Новосибирска. Из его пулемета, а также из своего ручного пулемета я уничтожил большое количество немцев. На ближних подступах к нашим траншеям немцев я расстреливал из ППШ, он у меня стрелял безотказно. Сколько мною уничтожено немцев, это только один Бог знает. О каких-то подсчетах убитых мне в то время и в голову не приходило, не до того было. Убивай или тебя убьют.

9-го июля бомбежка и артиллерийский обстрел начались немного позже, чем в предыдущие дни. В это время, как обычно, мы лежали в нише (лисьей норке) траншеи. Мне понадобилось ненадолго отлучиться, и как только я вылез из ниши, вблизи раздался взрыв немецкого снаряда. Я не успел залезть в нишу и лег на дно траншеи. Осколком от снаряда я получил ранение в голень левой ноги. О моем ранении узнал санинструктор, он мне перевязал – перетянул бинтом рану. В это время немцы пошли на нас в атаку. Я дохромал до своего пулемета и с жестокой яростью расстреливал атакующих немцев. Атака немцев была отбита, и наши танки с оставшимися в живых солдатами пошли в контратаку, а я остался в траншее.

В этот день наши ребята заняли первую линию обороны, оставленной нами 5-го июля. К вечеру на кухонной повозке я был доставлен в медсанбат 203-го гв. стрелкового полка. Там мне сделали операцию, а через неделю я был эвакуирован со станции Возы в город Новолипецк в эвакогоспиталь № 1113. Вот так закончилась у меня битва на орловско-курском направлении.

С 21-го июля 1943 года по 3 апреля 1944 года был на излечении в эвакогоспитале. А 3 апреля 1944 года был вновь направлен на фронт. 28 июля 1944 года участвовал в освобождении г. Бреста в составе 47-й армии 1-го Белорусского фронта. Демобилизовался я только в феврале 1947 года.


Погодин Василий Яковлевич,

16 августа 1924 г. р.,

уроженец д. Великий Порог

Боровичского района.

Проживает в Великом Новгороде.
  1   2   3   4


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница