Научно-практическая конференция «Неизведанные страницы истории Соликамска Страницы истории школы Гирко Людмила Александровна, маоу



страница1/5
Дата06.05.2016
Размер0.76 Mb.
  1   2   3   4   5
Научно-практическая конференция

«Неизведанные страницы истории Соликамска"

Страницы истории школы


Гирко Людмила Александровна,

МАОУ «СОШ №1»

Соликамск, 2012


Содержание
I. Введение…………………………………………………………………………….
II. Основная часть
1. От фабрично-заводской семилетки до первой средней общеобразовательной школы города……………………………………………………………………………

2. Учебно-воспитательный процесс

3. Первые директора школы……………………………………………………………….

4. «А в школе работали замечательные учителя!»……………………………………

5. Пионерская и комсомольская организации ……………………………………….

6. «Дружили до самой смерти!» ………………………………………………………..

7. Пионерская и комсомольская организации ……………………………………….
III. Школа в годы войны
1.Ученицы военных лет …………………………………………………………………

2. Первые месяцы войны…………………………………………………………………

3. Жизнь города в военные годы……………………………………………………………

4. Школьная жизнь в годы войны………………………………………………………..

5. Пчелы, лошади, рассада и дисциплина……………………………………………………

6. Они защищали Родину…………………………………………………………………….

7. Победа…………………………………………………………………………………………...
IV.Заключение……………………………………………………………………..

Введение
Средняя школа №1 города Соликамска, сегодня это Муниципальное автономное общеобразовательное учреждение «Средняя общеобразовательная школа №1» – старейшее образовательное учреждение города, школе 76 лет. Годы становления школы – 30-40 гг. прошлого столетия. Именно это время было выбрано нами как предмет небольшого исторического исследования. Причины внимания к данному периоду школьной истории следующие: в эти годы формируются традиции школы, в это время в школе учится и выходит в жизнь особое поколение – защитники Родины в годы Великой Отечественной войны. Кроме того, указанное время – время становления советского государства, с его идеологией, своими подходами к образованию и воспитанию, немаловажным для нас был и то обстоятельство, что из жизни уходят те, кто учился в школе в 30-40 гг. прошлого века, следовательно, важно успеть записать их воспоминания, сохранить их для истории.

В настоящее время МАОУ «СОШ №1» располагается в третьем микрорайоне калийщиков (таково неофициальное название этой части Соликамска), до 1983 года школа размещалась в здании, принадлежащем сегодня гимназии №2. Это здание в центре города известно многим, его история такова: 1983 г. – духовное училище, 1922 г. – детский дом для детей-сирот, 1923 г. – школа II ступени, 1929 г. – фабрично-заводская семилетка, с 1935 г. – средняя общеобразовательная школа №1.

Источниками информации для нас стали материалы музея истории школы (фотографии учителей, учащихся, письма выпускников, фотографии, и др.), книги приказов по школе, начиная с 30 г. прошлого века, публикации городской газеты «Соликамский рабочий», начиная с 1938 г., а также встречи с людьми – выпускницами школы 30-40 гг. прошлого столетия.

Сделаем некоторые пояснения: первым и бесценным источником информации оказалась для нас книга приказов по школе, начиная с 1930 по 1945 гг., отражающая учебно-воспитательную и хозяйственную деятельность школы. Это же время достаточно полно оказалось представленным в письмах-воспоминаниях выпускников школы, они собраны были в середине 70-х годов прошлого века, это были первый (1936 г.) и последующие выпуски, включая 1941 год, – год начала Великой Отечественной войны.



Не менее важным источником для нас стали воспоминания тех, кто учился в школе в 30-40 гг: Н.М. Кремова, выпускница 1938 г., ученицы военных лет – А.В.Жуланова, Н.А.Пантелеева, В.А.Старцева,


Основная часть
От фабрично-заводской семилетки до первой средней общеобразовательной школы города
В 1930 г., школа – фабрично-заводская семилетка.[9], основная ее задача - подготовка учащихся к работе на производстве. В 1934 г. школа становится неполной средней и только в 1935/1936 гг. – первой в городе средней общеобразовательной школой.

Итак, школа – фабрично-заводская семилетка. В книге приказов особых сведений, как готовили учащихся к работе на производстве, не представлено, кроме приказа о приеме на работу учителя по слесарному труду. Однако, структура той школы в приказах-распоряжениях видна: классы поделены на концерны, руководители классов – учителя-групповоды, вместо приказов по школе пишутся распоряжения, в школе не директор, а заведующий – все это встречается в книге приказов с 1930 по 1934 гг. Возглавляет школу заведующий – А.И. Анкушин, есть также заведующий учебной частью, в школе, включая последних, 13 педагогов. Предметы в основном те же, что и сегодня преподаются в школе, это математика, физика, химия, обществознание, география. Укажем на небольшие отличия: вместо биологии – естествознание, русского языка – родной язык. Младшие и старшие концерны делятся на ступени, а предметы объединены в цикловые комиссии: физико-математическую, общественно-литературную. Учебный год поделен на семестры, на такой же срок учителя составляют учебные планы. Вместо педсовета – президиум школьного совета. Учебно-воспитательная секция – так называется сегодняшняя работа завуча и организатора учебно-воспитательной работы школы. Работает школа в две смены, упоминаются в распоряжениях «вечерние» занятия.

В школе работают молодые мужчины, в приказах указывается причины их увольнения: призыв в РККА, военные сборы, но, как и сегодня, среди учителей больше женщин. Отпуск у учителей тоже в основном летом, тот же по времени, заведующий так и пишет: «Отпустить на два месяца в отпуск…»Учительские конференции проводятся в соседнем городе Березники. Подчиняется школа РИКу – районному исполнительному комитету города.

Остановимся на подробностях школьной жизни. Открывает книгу приказов следующее распоряжение, оно касается сбора сведений о социальном положении 5-х групп учащихся. При цитировании будем соблюдать стиль и знаки автора – заведующего школой А.И Анкушина, видно, что в русском языке он не силен.

«1. Предлагается всем групповодам к 17 сентября дать сведения о социальном положении 5-х групп и к 25 сентября о 6-х и 7-х группах. Сведения давать только по представленным документам учащихся и заверенных той или иной организацией или учреждением.

2. Собрать от учащихся сведения об окончивших 4-е группы 1 ступени и не охваченных семилеткой и представить таковых в канцелярию школы». (Распоряжение № 1 от 15 сентября 1930 г.).

Отметим ряд других приказов, показавшихся нам любопытными, также соблюдая авторское оформление: «Во избежании всяких ненормальностей и сутолки во время завтраков, каждый групповод организованным порядком ведет свою группу на завтрак…». (Распоряжение № 45 от 31 марта 1932 г.); «С 10 октября все письменные работы учащихся в классе и на дом производятся только чернилами и чтобы в тетрадях не было никаких посторонних записей, зарисовок и проч. Всем групповодам предлагаю поставить свою группу в известность о необходимости иметь чернильницу и ручку и чтобы никаких отговорок от учащихся не принимать, что я забыл или не знал и прочее». (Приказ № 54 от 8 октября 1932 г.).

Любопытен приказ об организации питания учащихся: «Заведующему столовой детским питанием т. Букину предлагается немедленно от имени треста общественного питания заключить договор на занимаемое помещение кухни при школе. В противном случае с 1-го декабря школа закрывает кухню для приготовления завтраков. Точно также предлагается немедленно произвести очистку помойной ямы. За невыполнение последнего ответственность перед органами милиции падает на вас. Предупредить ваш обслуживающий персонал кухни, чтобы они ни в коем случае не выливали помои в канаву за ворота, за что также вам придется отвечать». (Распоряжение № 34 от 26 ноября 31 г.).

И тогда, как и сегодня, работники общепита не на высоте, за плохую работу их даже пугают милицией. Вполне возможно, в те годы милиция контролирует и своевременное заключение договоров в общепите или каким-то образом сам общепит.

Интересна и такая сторона жизни школы, как работа техперсонала. Приведем одно из распоряжений полностью: «Уборщикам Рукавишниковой, Богомоловой и Харитоновой дается строгий выговор за невыполнение своих прямых обязанностей, зная, что электричество горит с перебоями и занятия вечером в школе бывают ежедневно, 4 ноября не заправлено ни одной керосиновой лампы и школа погрузилась во мрак. Во избежание подобных явлений – вменяется в неуклонную обязанность ежедневно иметь все керосиновые лампы заправлены и стекла вычищены. Точно так же в ночь на 29 октября не было закрыто окно в кабинете физики и благодаря этому ветром разбило в окне 3 стекла. Если подобная вещь повторится, то причиненные убытки будут отнесены за счет виновных». (Распоряжение № 31от 5 ноября 1931 г.).

В распоряжении отражена не только бытовая сторона жизни школы: перебои электричества, на этот случай имеются керосиновые лампы, но и следующее: школа работает в 2 смены «школа погрузилась во мрак». Фамилии «уборщиков» в книге приказов повторяются не раз, работают они с замечаниями, если не сказать плохо. Вот текст другого распоряжения: те же лица получают строгий выговор за «несоблюдение чистоты». Кроме того, Рукавишникова не выключает свет – «огни в кабинете зачастую горят целую ночь»; Харитонова наказана за «несвоевременный затвор и отвор кабинетов, благодаря чего производятся хищения наглядных пособий и поломки классной мебели». Читаем дальше: «Богомоловой Клавдии за то же, что и Харитоновой, и кроме того за грубое обращение к администрации и педагогическому персоналу школы». (Распоряжение № 16 от 31 декабря 1930 г.).

Примечательно, что есть и подписи уборщиков, где за неграмотную Рукавишникову расписывается Богомолова. Мы оставили распоряжение № 31 от 5 ноября 1931 г. в оригинале (речевое и грамматическое – тоже), кажется, что заведующий не пишет документ о наказании, а просто журит техперсонал. Но его содержание, как и ряд других приказов, где упоминаются знакомые фамилии, заставляет предполагать, что «уборщики» в школе не самые добросовестные работники. Вероятно, если судить по каракулям «грамотной» Богомоловой, они не только не имеют образования и специальности, но и не хотят добросовестно работать: «Уборщикам Богомоловой и Усовой дается выговор за несоблюдение правил внутреннего распорядка:

«1. За подачу в графине грязной питьевой воды и незаполненные чернилами чернильницы.

2. За неуборку кабинета естествознания после вечерних занятий 24/XI». (Распоряжение № 32 от 25 ноября 1931 г.).

Заметим, учителя также нарушают трудовую дисциплину: допускают опоздания, за что получают замечания, предупреждения, им ставят «на вид», но есть и распоряжения, когда наказание «снимается», т.е. учитель «исправился». Причины опозданий вполне житейские: не увидел урок в расписании, болезнь членов семьи и др. Однако есть и серьезные проступки: «Преподавателю школы ФЗС т. Трошкину М.И. за неявку в бригаду по проведению компании дня урожая и коллективизации дается выговор с занесением в послужной список, и за пропущенные дни сделать вычет из зарплаты». (Распоряжение № 8 от 13 октября 1930 г.).

Как видим, в сентябре 1933 г. советская власть уже установила День урожая и коллективизации, хотя прошло не так много времени после принятия решений партии и правительства об организации коллективных хозяйств.

В приказах-распоряжениях встречаются и другие приметы времени: в 30-е годы в СССР усиливается борьба против врагов советской власти – врагов нового государства рабочих и крестьян. Процитируем некоторые документы, т.к. в школе, как и везде в те годы, появляются классово чуждые элементы, их увольняют: «Тов. Лопаткин от преподавания физкультуры освобождается с 13/XI и заменяется т. Сырчиковым, как классово чуждый элемент, не имеющий права работать в воспитатательном учреждении». (Приказ № 70 от 13 ноября 1933 г.).

Есть и другие, кто не имеет права работать в советской школе, это классный руководитель VIII класса «А», учитель физики Н.Я. Тотьмянин. История его увольнения не может не волновать. Прочтем приказы, это уже 1935 г., школа теперь средняя общеобразовательная: «Классному руководителю VIII класса «А» Тотьмянину Николаю Яковлевичу за участие со своим классом в религиозных похоронах ученицы этого же класса Голчиной дается строгий выговор с предупреждением». (Приказ № 89 от 14 декабря 1935 г.).

Через три дня появляется другой приказ: «Преподаватель физики Тотьмянин Н.Я., согласно постановлению президиума Соликамского Горсовета от 15/XII за участие со своим классом в религиозных похоронах ученицы Голчиной, с работы педагога при Соликамской средней школе с 18/XII снимается. Оборудование физического кабинета проверить по инвентарной описи и сдать по акту». (Приказ № 91 от 17 декабря 1935 г.).

Обратим внимание, что вначале учителю в школе дается строгий выговор, а снимается с работы Тотьмянин по решению горсовета, возможно, потому что сам директор не понимает до конца серьезности оснований для увольнения педагога. С другой стороны, эта история наглядный пример того, как школа подчинена государственной политике. Мы нашли на одной из фотографий тех лет немолодого мужчину – Н.Я Тотьмянина. Что было с ним дальше? Как сложилась его судьба? Ясно одно, по советским меркам он не должен был идти с классом на «религиозные похороны» ученицы. Хотя, видимо, это был хороший учитель, о нем тепло вспоминают в письмах выпускники школы, да и поступил он, на наш взгляд, правильно – пришел с детьми попрощаться с их одноклассницей.

Сделаем небольшое отступление, обратившись к воспоминаниям выпускницы 1938 г. Н.М Кремовой: «Гонения на церковь были страшные», «тихий ужас» – ее слова. «Вторая мама» Нины Михайловны была глубоко верующим человеком, дочь священника, пела в церковном хоре, дружила с местными батюшками – все основания для подозрений. (Мать Н.М.Кремовой умерла при родах – прим. автора). «К нам в дом приходили с обыском. Я тогда не понимала, что ценное, а что нет из икон, церковной утвари, - продолжает наша рассказчица, – что взяли, то и взяли. Мне не раз в школе предлагали покаяться, знали, что я хожу в церковь, и осудить верующую маму, я отказывалась». Несмотря на возможные преследования, к Нине, тогда ученице старших классов, «тайно» обращались учителя: «родился ребенок, его надо окрестить, а ведь за это с работы снимали». Дополняет рассказ матери сын Владимир Петрович: он показывает нам икону Владимирской Божьей Матери, темная, без оклада, она стоит на полке рядом с другими. Совершенно случайно, когда недавно меняли электрический счетчик, Владимир Петрович снял старый прибор, он был закреплен на небольшой по форме дощечке. Поставил счетчик во дворе, некогда было выбросить, только потом разглядели, что был закреплен счетчик на тыльной стороне иконы. Ахнули – ведь это так спрятали образ!

Вернемся к книге приказов: «Классному руководителю V кл. «А» тов. Подольской С.Н. и преподавателю русского яз. тов. Пищальниковой О.И. за допущенную политическую слепоту при чтении учащимися V «А» кл. явно антисоветской книги объявляется строгий выговор с предупреждением». (Приказ № 90 от 17декабря 1935 г.).

Обратим внимание, оба приказа – об увольнении Тотмянина «за участие в религиозных похоронах» и строгий выговор за «допущенную политическую слепоту» – написаны в один день. Можем предположить, как тревожно было учителям, как каждый боялся оказаться на месте «провинившихся». И небольшая, но значимая деталь: Н.Я. Тотмянин назван в приказах только по фамилии, те, кто получил выговоры, но остался работать, в тексте приказа товарищи: « тов. Подольская, тов. Пищальникова» – этим многое сказано. Остается загадкой, какой была «явно антисоветская» книга, которую читали 10-11-летним детям.

Проходит время, и до школьных библиотек доходит политика: «Во исполнение приказа нач. Главлита Волина предлагаю: Дюковой О.Е., т. Сабашниковой Л.И.; Власовой О.Н. в течение до 1 июля с/г проверить состав книг библиотеки школы и изъять из обращения всю имеющуюся литературу авторов, изобличенных как участники контрреволюционных националистических организаций. Составить акт и выслать вместе с изъятой литературой». (Приказ № 79 от 23.июня 1934 г.).

Этот приказ единственный из тех лет, где особо выделена его часть – подчеркнуто самое важное, в таком виде мы и приводим его текст. Думаем, эта деталь оформления документа говорит сама за себя, как и поспешность выполнения приказа – лето, когда учителя находятся в отпуске. Хотя, как мы поняли по книге приказов, Дюкова О.Е – учитель русского языка и литературы, Сабашникова Л.И. ведет уроки музыки, а заведует библиотекой Власова О.Н.

Итак, напомним, 1936 г. – первый выпуск десятиклассников, своеобразная «точка отсчета» для первой средней общеобразовательной школы города. Думаем, будет ошибкой считать, что школа становится средней в один момент – после приказа о реорганизации. Должно быть достаточное количество оснований, чтобы такой приказ появился. К таковым можно отнести следующее: само здание будущей средней школы, его местоположение, образование и стаж педагогов, наличие подходящей кандидатуры руководителя, количество учеников и т.д. Рассмотрим часть из того, что, на наш взгляд, было существенным в пользу принятия решения об открытии первой средней школы на базе именно этого, как принято говорить сегодня, образовательного учреждения, а также познакомимся с тем, как начала работать школа в новом статусе.


Учебно-воспитательный процесс
Вернемся к книге приказов. Она, как мы убедились, во многом отражает текущую жизнь школы: увольнения и прием на работу, приказы о поощрении и наказании и др. Приказы касаются учителей, учеников и технического персонала, есть и другие – о премировании, происшествиях – они, на наш взгляд, также по-своему отражают время и жизнь школы, прокомментируем некоторые из них.

Приказы о распределении учебной нагрузки позволяют увидеть, сколько учителей работает в те годы: педагогический коллектив средней школы почти не увеличивается, как не увеличивается и количество учащихся. Например, в сентябре 1936 г. это 27 учителей (Приказ № 3 от 3 сентября 1936 г. о распределении учебной и воспитательной работы), на начало 1937/1938 учебного года в школе работает 29 педагогов. Вспомним начало 1930/1931 учебного года – в школе всего 13 педагогов, включая администрацию. Теперь школа средняя: в начальной школе классов немного, в каждой параллели по 2 класса, но в среднем звене, начиная с 5-го класса, уже по 3, 4 класса. Объясняется это тем, что в школу №1 приходят учиться из других начальных школ, такие есть в самом городе. Н.М. Кремова называет свою начальную школу «дом Долгих». Кроме того, в нашу школу поступают учиться дети из деревни Чувашево, это рядом с поселком Карналлитовый, из других деревень.

Среди предметов появляются такие, которые в школе сегодня не изучаются: геология, военное дело, изучение Конституции, дарвинизм. Нагрузка учителей от 20 до 36 часов, даже есть 39 часа – немецкий язык. Школа на «шестидневке», т.е., как и большинство школ сегодня, работает с одним выходным. Почти все учителя классные руководители.

Интересно было узнать, какова зарплата учителя в те годы. В книге приказов эти сведения отсутствуют, есть только один приказ с указанием зарплаты учителя: «Согласно распоряжению Гороно т. Сырчиков В.Я. назначается преподавателем физкультуры Ф.З.С № 1 с 14/XI-33 г. и как имеющий специальное образование зачисляется на зарплату из расчета 142 руб. за 24 декадных часа». (Приказ № 69 от 13 ноября 1933 г). Завхоз получает – 250 рублей в месяц, но это уже 1939 г. (Приказ № 21 от 4 августа 1939 г.). Соотнесем эти суммы со следующими данными: «врачи и учителя получали 300 – 400 руб., а уборщица – 80–100 руб. в месяц. Для сравнения – обычный костюм стоил 800 руб., туфли – 100–200 руб., один метр драповой ткани – 100 руб.». [3] Как видим, зарплата учителей небольшая.

Наше внимание привлекли и следующие приказы:

О благодарности ученику, вынесенная отдельным приказам: «Объявить благодарность ученику 6 класса Чуклинову Виктору за проявленную высокую сознательность в деле возвращения найденных 75 руб. владельцу этих денег». (Приказ № 11 от 5 ноября 1936 г.).

О поощрении: «Оказать материальную помощь нуждающимся ученикам школы к октябрьским дням», указаны 14 учащихся, с 5 по 10 класс, суммы от 10 – до 25 рублей, всего 235 рублей; «премировать учеников, показавших лучшие успехи в учебе за 1 четверть, в следующем размере…», названы суммы от 15 до 50 рублей с указанием количества отличных и хороших оценок». (Приказ № 13 от 6 ноября 1936 г.).

«Октябрьские дни» – праздник в то время и много лет позже – годовщина революции 1917 г. В школе об этом помнят особо: премия за успехи в учебе, материальное поощрение учащимся. Заметим, что к советским праздникам, например, к 1 Мая в школе готовятся заранее, в приказе от 5 апреля 1939 г. указано, что уже в начале апреля одному из педагогов «поручается к 11 апреля представить план подготовки и проведения 1 Мая и довести его до сведения всей школы». (Приказ № 12 от 5 апреля 1939 г.)

Есть и такие приказы: «Преподаватель немецкого языка Пфлаумер Г.Г. 11/XII, будучи дежурным по школе, за отказ выйти из ф-к зала взял за плечи ученика VI кл. «Б» Кондеева и вытолкнул его из зала. За проявленную таким образом невыдержанность, недопустимый со стороны педагога гнев и некорректные действия по отношению к ученику объявляю Пфлаумер Г.Г. строгий выговор». (Приказ № 81 от 13 декабря, 1934 г.).

Или другой приказ: «Преподавательница Зырянова Апполинария Федоровна, несмотря на неоднократные замечания, продолжает грубо обращаться со своими учениками на уроках: окрики в невежливых выражениях во весь голос, топанье ногами». (Приказ № 31 от 2 февраля 1938 г.).

Процитируем еще приказы о плохой работе педагогов: «Проверка показала:

1. Не исправлены ошибки на лицевой стороне тетради, имеются рисунки на лицевой стороне, нет порядковых номеров, грязные газетные обложки, вырванные листы.

2. Половина тетрадей неудовлетворительна по чистоте письма. В некоторых тетрадях нет чисел, нет заголовков, нет полей, мало записей, запись сделана карандашом ». (Приказ № 16 от 26 января 1937 г.).

Любопытен еще один приказ: «Из пятисот учеников 5-10-х классов нормативные показатели по лыжам выполнили только 50 учеников, т.е. лыжная подготовка в этом году провалена, несмотря на обеспеченность лыжами и своевременные предупреждения преподавательнице Поносовой». Как видим, в школе в среднем и старшем звене 500 учеников, в школе достаточное количество лыж, чтобы вести занятия, контроль за уроками физкультуры осуществляется, но результат плохой – «лыжная подготовка в этом году провалена». (Приказ № 21 от 1 апреля 1937 г.).

И еще один приказ о недобросовестной работе учителя: «Просмотр тетрадей у учеников III класса «А» показал следующее:

1. В девяти тетрадях не исправлены ошибки в надписях на обложке. Нет ни одной безошибочной работы. Во всех просмотренных тетрадях обнаружены ошибки, пропущенные преподавательницей. В тетради у Митрофановой Антониды только в двух работах за 26 и 27/II не исправлены 4 орфографические и 17 пунктуационных ошибок. У Мальгина Ивана с 21 по 28/II пропущены преподавательницей 25 орфографических и 40 пунктуационных ошибок. Оценки в тетрадях пишутся часто с маленькой буквы, слова не дописываются и, как правило, не ставится в конце точка.

2. При выяснении успеваемости ученика Мальгина Ивана оказалось, что он не знает таблицы умножения, не знает ни одного правила по грамматике из программы III-го класса. Преподавательница же относилась спокойно к тому, что ученик совершенно не работает и никаких мер не принимала». (Приказ № 2 от 4 марта 1938 г.).

Отметим, что это та самая учительница А.Ф.Зырянова, что грубо обращается с детьми, за недостатки в работе ей ставят на вид – достаточно мягкое наказание, в этом же приказе поручают другой учительнице – Богдановой Е.А. – «проводить обмен опытом работы в 3-х классах через взаимное посещение уроков». (Приказ № 2 от 4 марта 1938 г.).

Есть и другие учителя, кто работает с недостатками, они названы директором преступлениями: «В 1938/39 учебном году мною неоднократно отмечалось, что учительница IV класса «Б» т. Свиряева Мария Васильевна груба с учащимися своего класса. Грубость ее проявлялась в окриках, нечутком отношении к требованиям учащихся и т.д. Подобное отношение ведет к расшатыванию трудовой дисциплины и понижению успеваемости класса. В первых числах апреля месяца т. Свиряева имела с наиболее недисциплинированным учеником своего класса Никитиным разговор относительно его плохого поведения на уроках. Разговор свелся к тому, что т. Свиряева назвала ученика сволочью и запретила ему посещать школу. Считаю поведение т. Свиряевой как учительницы нетерпимым, ибо она совершила преступление перед учеником, глубоко оскорбив его, и нарушила постановление Наркомпроса о приеме и увольнении учащихся. Принимая во внимание исход учебного года, даю т. Свиряевой строгий выговор и предлагаю возвратить Никитина в класс». (Приказ № 14 от 19 апреля 1939 г.). Обратим внимание, что после приказа приписка: «Приказ прочитала, но не согласна с нарушением НКП Свиряева».

И теперь, это 1938/1940 гг., уже в средней школе допускаются опоздания учителей на уроки: 4 ,7, 10, 19 минут – время указано в приказах, чего раньше мы не встречали. За подобные нарушения трудовой дисциплины виновнику также ставится на вид, даются и снимаются выговоры. Больше того, директор принимает строгие меры ко всем педагогам: «с целью улучшения контроля за выходом на работу предлагаю всем преподавателям отмечать свой приход на работу и уход с работы у делопроизводителя школы с 8.40 до 5, а с 5-10 у директора или завуча». По приказу видно, что в школе довольно жестко требуют соблюдать трудовую дисциплину и то, что школа работает до 10 вечера.

В педагогическом коллективе есть и другие нарушители трудовой дисциплины – любители выпить: «Объявить выговор преподавателю истории Петухову А.И. за то, что явился на урок в нетрезвом виде». (Приказ № 10 от 3 ноября 1936 г.); об этом же учителе речь идет в другом приказе: «9 ноября 1938 года за срыв общешкольных мероприятий по подготовке к Октябрьским торжествам и за день прогула дать выговор преподавателю школы Петухову А.И. (Приказ № 8 от 9 ноября 1938 г.).

Есть и другие, кто любит выпить: «Медведев А.И. явился на 5 урок второй смены в нетрезвом виде и опоздал на 45 минут». (Приказ № 1 от 3 февраля 1941 г.)

Директор А.Я. Горлов строго поступает с техничкой школы, которая вначале получает выговор: «отлучилась с работы на 10-15 минут» и предупреждение о передаче дела в суд случае «повторения самовольной отлучки». Но уже через неделю принимаются другие меры: за уход «с работы за час, не закончив уборку», в соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 июня 1940 г. передать дело на Казанцеву Наталию Яковлевну в суд». (Приказ № 15 от 8 апреля 1941 г.). Самовольная отлучка 7 апреля 1941 г., дело передано в суд уже 8 апреля 1941г. Думаем, что это решение не только пример строгости директора, но, что важно, усиление требований к трудовой дисциплине в стране.

Небольшая, но интересная деталь: Н.М. Кремова вспоминает, что: «Ученицы ходили в школу в форме: коричневое платье, белый воротничок, черный фартук на каждый день, белый – на праздники. На ногах – у кого что». Несмотря на материальные трудности, в школе на уроки физкультуры требовали спортивную форму. В этом плане любопытен следующий приказ: «В целях соблюдения требований гигиены и санитарии на физкультурных занятиях и более правильной постановки занятий по ф-к в соответствии с требованиями советской системы физической культуры приказываю: преподавателю и всем уч-ся (мальчикам и девочкам) являться на занятия только в установленных костюмах: (трусы, майки, туфли) – в противном случае на занятия не допускать и считать прогулом по неуважительным причинам за целый день. На групповодов возлагаю ответственность за то, чтобы учащиеся в ф-к. обуви по школе не ходили, дабы набираемую пыль и грязь не вносить в зал ф-к, для этого групповоды должны провести соответствующие беседы. Примечание: наблюдение за выполнением данного приказа возлагаю на завуча т. Куделенскую». (Приказ № 40 по Соликамской школе ФЗС от 10 января 1932 г.).

Как видим, даже в фабрично-заводской семилетке подходят строго к проведению уроков физкультуры, в средней школе, думаем, требования те же.

Сохранились воспоминания о том, какие знания получали выпускники, чему воспитывали в школе: «Огромное влияние оказывала школа. Уроки по экономгеографии и обществоведению были, пожалуй, главными для нашего мировоззрения. Я помню, с каким вниманием и интересом мы учили по географическим картам размещение новостроек в Советском Союзе и восхищались успехами стахановцев. На уроках обществоведения перед нами раскрывалась суть стахановского движения…». (Из письма В.А. Тетюева, выпускника 1936 г.).

«У нас был первый выпуск в 1936 году. Друзьями у меня были: Костромин, Попков, Тетюев, Клочихин. После окончания школы мы трое, Попков, Тетюев и я, поступили, успешно выдержав вступительные экзамены в два института, и окончили их. Я по механике (сварке), Коля по электрике (это «образно»), Володя по «металлургии». (Из письма И.А. Лаптева, выпускника 1936 г.)

«После окончания средней школы в 1936 году мы, т.е. Лаптев И.А., Попков Н.П., Клочихин Г.А. и я, выдержали вступительный конкурсный экзамен в Уральский индустриальный институт им. Кирова. Конкурс был большой, кандидатов на одно место было 8 человек. То, что мы выдержали такой конкурс, говорит о том, что подготовка в Соликамской школе № 1 учащихся была хорошей, по-моему, отличной…».з письма В.А. Тетюева, выпускника 1936 г.).

«Знания, полученные в школе, явились тем фундаментом, на основе которого мы стали специалистами».з письма В.А. Тетюева, выпускника 1936 г.).

Мы процитировали воспоминания тех, кто окончил школу перед войной, среди них и Н.М., Кремова, вот ее слова об уровне подготовки выпускников: «Из нашего выпуска сразу 7 человек поступили в мединститут».

Как видим, ребята из первого выпуска школы успели окончить перед войной институты, оказались на фронте, поэтому в их воспоминаниях встречаются сведения о том, как и где они воевали. Например, у И.А. Лаптева окончание института совпало с началом войны: «Я защищал диплом на немецком языке в субботу 21 июня, а в воскресенье началась война». Далее речь идет, о том, как воевал бывший выпускник: «А теперь кратко, армия, Академия Бронетанковых и механизированных войск, дальше – фронт, Белоруссия, Польша, Германия и Берлин 2-го мая, где мы праздновали победу, и выше всех на Бранденбургских воротах, на поднятых пушках с танков, зубилами и молотками вырубили свои фамилии….». (Из письма И.А. Лаптева, выпускника 1936 г.).

Волнующая деталь – Лаптев И.А. дошел до Берлина. Из его письма было также интересно узнать, что даже на уроках географии ребят учили гордиться страной – по географическим картам, где указывали размещение новостроек в Советском Союзе.

Как совместить сведения о многочисленных недостатках в работе педагогического коллектива, нарушениях трудовой дисциплины, плохое поведение учащихся с высокой оценкой в адрес школы и учителей, что звучит в письмах - воспоминаниях выпускников? Думаем, объяснение может быть следующее: это воспоминания взрослых людей, они могут оценить прошлое с высоты жизненного опыта, и оценка школы положительнная. Кроме того, и это важно, в те годы среднюю школу, 10 классов, оканчивали те, кто делал свой выбор получить среднее образование осознанно и имел способности к учебе. Как видим, многие ребята потом поступали в вузы. Старшие классы были небольшие, учителя в них работали знающие, качество образования было высокое. Добавим, что критика недостатков в работе учителей предполагает их устранение, этого требует не только директор, но само время - в советское время к обучению и воспитанию подрастающего поколения государство относилось серьезно.

  1   2   3   4   5


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница