Национал-большевизм в Германии: 20 – 30-е гг



Скачать 244.69 Kb.
Дата30.04.2016
Размер244.69 Kb.
Национал-большевизм в Германии: 20 – 30-е гг.

Национал-большевизм, как идеология и политическое движение зародился в Веймарской Германии. Он являлся своеобразным синтезом германского правого национализма, уязвленного унизительной Версальской системой, французской оккупацией и еврейским "доминированием" в политике и экономике, с революционным пролетарским социализмом. Национал-большевизм стремился под красным флагом социальной революции и ориентации, и в военном союзе с Советской Россией решить национальные проблемы Германии.


Датой рождения национал-большевизма является 1919 год. В атмосфере шока, вызванного подписанием позорного Версальского договора, кризиса всех государственных институтов, роспуска огромной армии, в стране появляются десятки милитаризованных союзов, так называемых добровольческих корпусов ("фрайкоров"). Строго секретные, до зубов вооруженные "фрайкоры" считали себя "черным рейхсвером", то есть тайной армией Германии, действующей вопреки Версальскому договору. Однако связь их с рейхсвером была весьма условной, так как в значительной мере зависела от личности лидера ("фюрера") - вчерашнего героя, превратившегося в озлобленного, выбитого из привычной социальной роли авантюриста, как, впрочем, и его подчиненные. Среди этих людей находились многие будущие функционеры НСДАП, СА и СС (Эрнст Рём, Герман Геринг, Генрих Гиммлер, Грегор Штрассер и т.д.) но также и будущие коммунистические лидеры (Беппо Рёмер, Людвиг Ренн, Xартмут Плаас, Бодо Узе). Помимо необходимости сохранения тайной армии, были и другие причины существования "фрайкоров" - тут и борьба против "большевистской заразы", и проведение военной подготовки молодежи, и, в первую очередь, наличие огромной массы бывших офицеров ("200 тысяч безработных капитанов и лейтенантов"), не желавших, да и неспособных сразу же включиться в нормальную гражданскую жизнь и перебивавшихся случайными заработками, а то и криминалом до "лучших времен". Помимо "фрайкоров" в большом количестве размножались традиционные для Германии "юношеские союзы", чаще всего с весьма реакционной, консервативной идеологией, и так называемые "фёлькишеские" партии и организации (движение "фёлькише"-народников) с националистической, антисемитской окраской. Все они послужили питательной средой для возникновения как национал-социалистического, так и национал-большевистского движения.
По своему социальному составу теоретики и лидеры национал-большевизма принадлежали к интеллектуальной элите - это прежде сего журналисты и публицисты (Эрнст Никиш, Карл Отто Петель, Вернар Ласс), университетские профессора (Пауль Эльцбахер, Xанс фон Хентинг, Фридрих Ленц,) военная интеллигенция (Бодо Узе, Беппо Рёмер, Xартмут Плаас), юристы и чиновники (Карл Трёгер, Франц Крюпфганц и др.).
Национал-большевизм возник не на ровном месте. Исходным материалом для его появления на свет послужило мощное и весьма сильное течение так называемых в Германии "консервативных революционеров" (строго говоря, выделяют "младоконсерваторов" - Артур Мёллер ван ден Брук, Освальд Шпенглер и др., а также "неоконсерваторов" - Эрнст Юнгер, Эрнст фон Саломон, Фридрих Гильшер и др.) и связанное с ним "национально-революционное движение" (иногда называется и социал-революционным). Это течение появилось вследствие кризиса традиционного консервативного типа сознания, вызванного крахом кайзеровской империи и структурными реформами всей общественно-экономической жизни Германии, отразившимися на судьбе элиты. Большая часть этой элиты эволюционировала в сторону навязанного Антантой немцам либерализма, отказываясь от второстепенного в своем статус-кво во имя сохранения главного. Другая же группа (в основном, естественно, из интеллектуальной элиты), наоборот, резко ушла вправо, как принято говорить, к правому радикализму, а, вернее, к тоталитарной идеологии с ярко-выраженной националистической окраской. В этой своей эволюции, вступающей в противоречие с объективным ходом развития общества, эта группа превратилась из консерваторов (т.е. защитников порядка) в его возмутителей, социальных критиков. Не имея уже поддержки экономической элиты, они меняли социальную базу, стремясь опереться на как можно более широкий спектр сил. Для этого они перехватывают у левых их популярные и броские лозунги.
В 1918-1919 годах в Германии происходит именно такой процесс, возникают первые группировки и организации, постепенно вырабатывавшие платформу "консервативной революции". Главным в идеологическом комплексе "консервативных революционеров" и порожденного ими более массового, политизированного и поэтому более радикального "национально-революционного движения" была задача перечеркнуть позор Версальского договора и навязанного Германией Веймарской республики, восстановить могущество и военный потенциал страны. Вместо неспособного к выполнению этой задачи "слабосильного" государственного аппарата буржуазно-демократической республики во главе страны должна была стать сильная военно-политическая элита. Чрезвычайно важной была также идея цезаризма и фюрерства. Свою ненависть к Веймарской республике "консервативные, национальные и социал-революционные" публицисты распространяли на всю цивилизацию Запада, которая ассоциировалась у них с гуманизмом, демократией, интеллектуализмом и либерализмом.
Так как для еще кайзеровской империи, особенно времен 1-й мировой войны, и для служившей для них эталоном Пруссии времен Фридриха II были весьма характерны этатизм (форма общественного устройства, при которой государству принадлежат важнейшие функции) и вытекающий их него высокий уровень государственного патернализма, "национал-революционеры" выступали за социализацию средств производства и за принцип "народной сообщности" в экономике. Исходя из этих идей так называемого "прусского социализма" Освальд Шпенглер писал, что "старопрусский дух и социалистическое мировоззрение, ныне находящиеся в смертельной вражде, на деле одно и то же", хотя к марксизму, как еврейской западне для отвлечения пролетариата от его долга по отношению к нации, "национал-революционеры", как часть национал-большевиков, относились враждебно. Это не относилось к Ленину и Сталину, но относилось к "еврею-космополиту" Троцкому. Известен даже случай, когда в середине 20-х годов трое студентов - "национал-революционеров" прибыли в СССР с целью покушения на него. Очень ценился среди "национал-революционеров" советский опыт первых пятилеток и централизации управления экономикой. Эрнст Юнгер, к примеру, писал в эссе "Тотальная мобилизация" (1931 год), что советские пятилетки "впервые показали миру возможность объединить все усилия великой державы, направив их в единое русло". Популярной была и идея экономической автаркии, особенно ярко изложенная в книге члена национал - революционного кружка, сложившегося вокруг журнала "Ди Тат", Фердинанда Фрида "Конец капитализма" (1931).
Главным средством, с помощью которого "национал-революционеры" стремились достичь своих целей, было насилие. Как писал в одной из своих статей главный редактор "Ди Тат" Адам Кукхоф, "единственное средство изменения данного социального и политического состояния - это насилие, возможное лишь как насилие масс, насилие, следовательно, путь Ленина, а не путь Социалистического Интернационала".
Всех "национал-революционеров" объединяли ненависть к Версальской системе и стремление сокрушить ее, при опоре на Советскую Россию. Была выдвинута идея "пролетарского национализма", согласно которого все народы делятся на угнетенные и господствующие - "молодые" и "старые", причем к "молодым" относятся Германия, Россия и другие народы "Востока". Они, по мысли "национал-революционеров", являлись "жизнеспособными" и обладающими "волей к борьбе" (не случайно "национал-революционеры" с энтузиазмом отнеслись к проведению в Берлине в 1927 году учредительной конференции Лиги против империализма, инспирированной Коминтерном). Эта идея борьбы "пролетарских наций" против "буржуазных" была отнюдь не нова, еще в начале века ее развивали итальянские националисты.
Смещаясь все далее влево, "национал-революционеры" выдвинули тезис о том, что добиться национального освобождения можно лишь предварительно достигнув социального, и что сделать это может только немецкий рабочий класс (центральная, главная книга Эрнста Юнгера так и называлась - "Рабочий" (1932).
Если суммировать основные идеи "национал-революционеров", то можно вычленить: Во-первых, негативное отношение к гуманизму, либерализму, демократии и "зараженному" ими марксизму и, наоборот, позитивное отношение к этатистскому социализму ("прусский социализм"), автаркии, иерархическому принципу; во внешней политике - "восточная ориентация" (т.е. Советский Союз против Антанты). Их героями являлись Фридрих II и Гегель, Клаузевиц и Бисмарк.
Национал-большевики, после отделения от "национал-революционного" движения, добавили к этому списку Ленина и Сталина, некоторые Маркса, к числу неприемлемых для себя течений добавили фашизм и нацизм ("переродившийся" после 1930 года), а в позитив занесли классовую борьбу, диктатуру пролетариата, социальную и экономическую революцию, систему Советов, всеобщую народную армию ("Красная армия вместо рейхсвера"), впрочем, к Советам и Красной армии положительно относилось и большинство "национал-революционеров". Нетрудно заметить, что "национал-революционное" движение по многим пунктам совпадало с двумя русскими эмигрантскими течениями - "сменовеховством" и, особенно, "евразийством". Для всех них были характерны антидемократизм, национализм, критика недавнего прошлого ради более древнего, имперские геополитические амбиции, идеократия. Совпадения были не случайны, между журналами "Евразия" и "Ди Тат" существовали самые тесные связи.
Многие участники "национал-революционного" движения впоследствии примкнули к нацистам (Август Винниг, Xанс Герд Техов, Франц Шаувеккер), левым нацистам (группе Отто Штрассера), пройдя через нацизм, встали в "аристократическую" оппозицию к нему (Герман Эрхардт, Эрнст Юнгер, Эрнст фон Саломон), стали коммунистами (Арнольд Броннен, Адам Кукхоф). Примерно четверть от общего числа публицистов и вожаков "неоконсерваторов" стали национал-большевиками (Эрнст Никиш, Карл Отто Петель, Вернер Ласс, Xартмут Плаас, Xанс Эбелинг), в самом национал-большевистском движении это составило три четверти его участников, остальные национал-большевики пришли из левого коммунистического лагеря.
Основной теоретический постулат национал-большевизма - концепция об особой всемирно исторической роли угнетенной или революционной нации в процессе борьбы за построение тоталитарного национального социализма. При этом национал-большевики абсолютизировали национальный фактор, выступали за проведение социальной революции и построение общества "национального социализма" ради национального величия. Они призывали соединить основные революционные и консервативные идеи (в том числе большевизм и пруссачество), установить "диктатуру труда" в виде власти наиболее достойных социальных групп - рабочих и военных, провести национализацию основных средств производства, ввести плановую систему хозяйства, автаркию, создать сильное милитаристское государство, которым управляют фюрер и партийная элита.
Для понимания феномена национал-большевистского движения необходимо отметить и еще один момент - это наличие в руководстве рейхсвера сильной группы, выступающей за советско-германское сотрудничество. Ее вдохновителем и наиболее активным сторонником был генерал X. фон Сект, главнокомандующий рейхсвером. Единомышленниками Секта в этом вопросе были военный министр О.Гесслер, начальник оперативного, а фактически генерального штаба О.Хассе. Во время польско-советской войны (до поражения под Варшавой) Сект даже считал возможным в союзе с Красной армией ликвидировать Версальскую систему. Он установил контакт с Председателем РВС Республики Л.Д.Троцким. Этой позиции Сект придерживался и в дальнейшем, изложив ее в своих брошюрах "Будущее германского рейха" (1929), "Мысли солдата" (1929), "Рейхсвер" (1933). Вплоть до начала войны с СССР в 1941 году идеи Секта развивали в своих работах и другие рейхсверовские генералы и теоретики - Фалькенгейн (1937), Ветцель (1937), фон Метч (1938), Кабиш (1939), Фрейтаг-Лорингофен (1939-1940). Да и в программных выступлениях НСДАП "восточная ориентация" сохранялась до 1930 года.
Пионером национал-большевизма можно считать Пауля Эльцбахера, профессора, доктора права, ректора Берлинской Высшей школы коммерции, депутата от Немецкой Народной партии, члена национально-германской фракции. 2 апреля 1919 года Эльцбахер поместил в газете "Дер Таг" статью "Последнее средство", которую можно считать первым изложением идей национал-большевизма. В ней и ряде других публикаций он призывал соединить большевизм и пруссачество, ввести в Германии Советскую систему, осуществить социализацию, установить тесный союз с Советской Россией и Советской Венгрией, чтобы совместно с ними дать отпор Антанте. Россия и Германия будут вместе, по его мнению, защищать от агрессии Запада Китай, Индию, и весь Восток. Это будет новый мировой порядок. "Большевизм означает не смерть нашей культуры. А ее спасение",- заключил Эльцбахер. В опыте русских большевиков берлинского профессора заинтересовали идея диктатуры пролетариата, система Советов и социализация средств производства. Статья получила широкий отклик. Один из руководителей Немецкой национальной народной партии (НННП) знаменитый историк и специалист по Востоку Отто Гётч, также выступил за тесное сотрудничество с Советской Россией. Член партии Центра министр почт И. Гисбертс заявил 8 мая 1919 г., что Версаль дает немцам "только один выход: немедленное заключение мира с Россией и сознательное приглашение большевистских войск в Германию". В ответ на это заявление в органе Союза сельских хозяев "Дойче Тагесцайтунг" была опубликована статья "Национальный большевизм". С этого времени в Германии вошел в оборот термин "национал-большевизм". Сам Пауль Эльцбахер в том же году издал брошюру "Большевизм и немецкое будущее". Правление его партии осудило эти публикации, и в ноябре 1919 года он вышел из НННП. Позднее он был близок к Компартии Германии (КПГ), в 1923 году вступил в инспирированную Коминтерном Международную рабочую помощь.
В том же 1919 году вышла брошюра другого профессора и национал-большевика - Ханса фон Хентинга, она называлась "Введение к германской революции". Позднее, в 1921 году X. фон Хентинг издал "Немецкий манифест", который явился наиболее ярким и четким изложением национал-большевистских идей в начале 20-х годов. X. фон Хентинг был профессором криминалистики, во время войны офицером, активно участвовал в антиверсальской кампании и, живя в Баварии с мая 1919 года, сильно влиял на руководство Баварского окружкома КПГ. В 1922 г. Хентиг установил контакты с лидером коммунистов Г. Брандлером и вскоре стал военным советником в аппарате КПГ. Через брата-дипломата он имел связи с рейхсвером и вместе с лейтенантом Швертером готовил в Тюрингии "красные сотни" в период "Германского Октября".
Вообще же в этот период близкие к национал-большевизму идеи буквально носились в воздухе. Так, Октябрьский переворот и политический гений Ленина приветствовал Максимилиан Гарден, издатель популярнейшего еженедельника "Ди Цукунфт", в двухтомном труде о современной истории "Война и мир" (1918). Крупнейший политик и промышленник Вальтер Ратенау в эссе "Кайзер. Размышления" (1919) писал о "перспективах социализма". Современность он сравнивал с великим переселением народов, констатируя выход на политическую арену народных масс. Будущее Европы, по мнению Ратенау, определяется "практической идеей", идущей с Востока, идеей социалистического переустройства общества.
В организационном плане национал-большевистские идеи первыми попытались воплотить в жизнь группа бывших левых радикалов, а позднее коммунистов, во главе с Генрихом Лауфенбергом и Фрицом Вольфгеймом (интересно, что происходило это в Гамбурге, этой "левой столице" Германии). В годы 1-й мировой войны старый историк рабочего движения Г.Лауфенберг и его молодой помощник, успевший побывать в США и пройти школу борьбы в анархо-синдикалистской организации Индустриальные Рабочие Мира, Ф.Вольфгейм возглавляли левое крыло гамбургской организации СДПГ, так называемую группу "левых радикалов".
После ноябрьской революции 1918 года Г.Лауфенберг некоторое время возглавлял местный гамбургский Совет рабочих, солдат и матросов. Вместе с Вольфгеймом он принимал активное участие в образовании КПГ, а после ее раскола перешел в Коммунистическую рабочую партию Германии (КАПД), в которую перешло до 40% состава КПГ. Лауфенберг и Вольфгейм призывали немецких рабочих к национальной защите Германии революционными средствами против империализма Запада. Призывали к немедленной народной войне в союзе со всеми патриотическими силами. Целью войны провозглашалось создание Германской Коммунистической Советской Республики. При этом в понятие "патриотические силы" включались все националистические элементы буржуазии, вплоть до самых реакционных.
Хотя в том же 1919 году и некоторые лидеры КПГ (в первую очередь И.Книф, К.Радек, Г.Брандлер) также были не прочь поиграть на антиантантовских настроениях, так далеко никто из них не заходил. В апреле 1920 года по требованию Коминтерна Лауфенберг и Вольфгейм были исключены на этот раз уже из Коммунистической рабочей партии (КАПД). После чего в июле 1920 года, вместе с примкнувшим к ним бывшим редактором "Ди Роте Фане" Ф.Венделем (из Берлина), создали "Союз коммунистов". В сентябре этого же года новая организация приняла экономическую программу в духе "обобществленного хозяйства" Сильвио Гайзеля, проводившуюся в Баварской Советской Республике. Просуществовал "Союз коммунистов" до 1931 года, постепенно растворившись в созданном им же "Рабочем содружестве по истории и политике" (действовало с июня 1929 года при участии левых нацистов, вроде Р. Шапке, и национал-большевиков из правого лагеря, вроде К.О.Петеля). В том же 1920 году под влиянием и при непосредственном участии Лауфенберга и Вольфгейма среди офицеров, прибывших в июле 1919 года в Гамбург колониальных частей генерала Леттов-Форбека, создается "Свободная ассоциация по исследованию германского коммунизма", во главе которой стоят известные публицисты националистического толка, братья Альбрехт Эрих и Герхард Гюнтеры. "Большое число бывших немецких офицеров, большей частью молодого поколения, придерживалось этого направления, к нему примкнул и целый ряд людей с академической подготовкой, которые, по законам логики и по аналогиям с точностью знали и утверждали, что этот путь безусловно ведет к исцелению", - писал о национал-большевизме граф Эрнст фон Ревентлов, один из главных протагонистов "социал-революционного" и левонацистского движения в Веймарской республике, в своей брошюре "Фёлькише - коммунистическое единство?" (1924)".
Другой свидетель событий, Г.Грейфе, писал в книге "Исследования Советов" (1934), что национал-большевики принадлежали к тем людям, "которые в первую очередь ценили военный порядок и централизованное хозяйство".
Среди сторонников "Свободной ассоциации по исследованию германского коммунизма" были такие крупные фигуры, как Мёллер ван дер Брук, правительственный советник Севин, Вильгельм Стапель и тот же Ревентлов. Член "ассоциации", советник юстиции Ф.Крюпфганс в августе 1920 года под влиянием впечатления от наступления Красной армии на Варшаву выпустил имевшую широкий резонанс брошюру "Коммунизм как немецкая национальная необходимость. Открытое письмо генерал-майору фон Леттов-Форбеку" (1920) . Позднее, в 1924 году братья Гюнтер вместе с Вильгельмом Стапелем (издатель "Дойче Фолькштурм") и Вильгельмом Гревсом создали в Гамбурге "Националистический клуб" (журнал "Немецкий фронт"), а с конца 20-х годов издавали журнал с характерным названием "Молодая команда", близкий по направлению к национал-большевизму.
Пиком деятельности самого "Союза коммунистов" был март 1921 года - неудачная попытка путча со стороны КПГ, поддержанная КАПД, когда "Союз коммунистов" предложил создать единое военное и политическое руководство, включив в него группу своих "военспецов" (майора Анкера, майора Клингера, Зеегера, Линдемана и других). В гамбургском восстании октября 1923 года "Союз коммунистов" не участвовал, так как большинство его членов, во главе с Вольфгейном, еще в августе было подвергнуто превентивному аресту.
В 1920-21 годах национал-большевизм распространился и среди баварских коммунистов, где под влиянием X. фон Хентинга секретарь парторганизации Отто Томас и депутат ландтага Отто Граф пропагандируют его идеи в местной партийной "Новой газете". Они вступают в сотрудничество с одним из самых реакционных и националистических "фрайкоров" - "Оберланд" и его лидером капитаном "Беппо" (Йозеф Николаус) Рёмером. Однако в 1921 году О.Томас и О.Граф были исключены "Централе" КПГ из партии как "оппортунисты". Несмотря на это, контакты коммунистов и "фрайкоровцев" продолжаются, например, во время боев в Верхней Силезии в том же 1921 году.
Первый пик влияния национал-большевистских идей приходится на 1923 год. Это время острого кризиса, вызванного оккупацией Рура франко-бельгийскими войсками. Марка упала настолько, что практически вышла из обращения, все торговые операции совершались в золоте или в валюте, заработная плата рабочих была на четверть ниже довоенной, в городах безработица, голод, анархия. Обнищавшая армия и полиция также находились в полном упадке. Коммунисты занимают важнейшие посты в фабзавкомах и комитетах контроля, формируют "пролетарские сотни" (их насчитывалось около 900, примерно 10-20 тысяч только в Саксонии). В это время они принимают так называемый "курс Шлагетера", (названный так по имени Альберта Лео Шлагетера, бывшего офицера, героя войны, расстрелянного французами за организацию диверсий, в прошлом "балтикумовца" и "капповца") курс на сотрудничество с германскими националистами. Он был провозглашен К.Радеком на заседании расширенного пленума Исполкома Коминтерна в речи, посвященной памяти Шлагетера. "Мы не должны замалчивать судьбу этого мученика германского национализма, - заявил Радек, - имя его много говорит немецкому народу ... Шлагетер, мужественный солдат контрреволюции, заслуживает того, чтобы мы, солдаты революции, мужественно и честно оценили его ... Если круги германских фашистов, которые захотят честно служить немецкому народу, не поймут смысла судьбы Шлагетера, то Шлагетер погиб даром ... Против кого хотят бороться германские националисты? Против капитала Антанты или против русского народа? С кем они хотят объединиться? С русскими рабочими и крестьянами для совместного свержения ига антантовского капитала или с капиталом Антанты для порабощения немецкого и русского народов?.. Если патриотические группы Германии не решаться сделать дело большинства народа своим делом и создать таким образом фронт против антантовского и германского капитала, тогда путь Шлагетера был дорогой в ничто".
Речь Радека вызвала сенсацию. Граф фон Ревентлов и другие вожаки "национал-революционных" движений стали обсуждать возможность сотрудничества с КПГ, а "Ди Роте Фане" предоставляла им место для выступлений. Коммунисты выступали на собраниях НСДАП, а нацисты на собраниях КПГ. Так, на одном из них бывший второй председатель НСДАП Оскар Кернер заявил, что национал-социалисты хотят объединить всех немцев, настроенных против капитализма, что даже в принципиальных областях у них много общего с КПГ, например в том, что надо положить конец "хищничеству матерых волков биржи". Одновременно по приглашению Штутгартской организации НСДАП на ее собрании выступил депутат от КПГ Г.Реммеле. Речь К.Радека с восторгом приветствовала Клара Цеткин. Рут Фишер, лидер левой фракции компартии, призывала к борьбе против еврейского капитала, а нацисты и "фёлькише" к борьбе против евреев в КПГ, обещая взамен свою поддержку (интересно, что К.Радек и Ф.Вольфгейм были евреями). Появились такие брошюры, как "Свастика и советская звезда. Боевой путь коммунистов и фашистов" (1923), на обложке которой красовались два вынесенных в заглавие предмета, или "Шлагетер. Дискуссия между К.Радеком, П.Фрейлихом, Э.Ревентловым и Мёллер ван ден Бруком" (1923) - двое первых лидеры КПГ, а вторых - "национал-революционного" движения.
Коммунисты и националисты всех мастей рука об руку борются против французов в Руре (лидер военно-политической организации КПГ здесь Гарри Робинсон, в 1942 году казненный гестапо как советский резидент), активно сотрудничают в Восточной Пруссии (бывший офицер, один из главарей военно-политического отдела КПГ Эрих Волленберг с "фрайкором" "Оргеш").
Однако в конце года в руководстве КПГ победила линия на свертывание сотрудничества с националистами. Они были объявлены "слугами крупного капитала", а не "бунтующими против капитала мелкими буржуа", как считали П.Фрёлих, Г.Реммеле и другие сторонники сотрудничества. Тут не в последнюю очередь сыграл свою роль непреодолимый для нацистов и "национал-революционеров" патологический антисемитизм, надо учитывать, что несмотря на пятикратную смену руководства КПГ в Веймарской Германии, в каждом из них евреи составляли огромный процент (Роза Люксембург при немце Карле Либкнехте, затем Пауль Леви, Альберт Тальгеймер при немце Генрихе Брандлере, Аркадий Маслов при Рут Фишер, Xейнц Нойман при Эрнсте Тельмане), это же относилось и к инструкторам и советникам Коминтерна в Германии (Яков Рейх - "Томас", Август Гуральский, Бела Кун, Михаил Грольман, Борис Идельсон и др.).
Однако идеи национал-большевизма продолжали распространяться среди националистических организаций. В начале 20-х годов их число резко увеличилось, так как многие "фрайкоры" преобразовались в гражданские "союзы". Некоторые из них быстро левели, приобретая ярко выраженный национал-большевистский характер.
Наиболее известный своим радикализмом из подобных союзов - "Бунд Оберланд". Он берет свое начало из так называемого "Боевого союза", образованного в Мюнхене в 1918 году членами оккультно-реакционного "Общества Туле" для борьбы против левых сил в Баварии. В апреле 1919 года, накануне свержения Баварской Советской республики, нелегально-террористический "Боевой союз" был преобразован во "фрайкор" и принял самое активное участие в кровавом подавлении революции. В следующем году отряды "Оберланда" (в это время несколько десятков тысяч) сражаются против "Красной армии Рура" после капповского путча 20 марта, в мае 1921 года они дерутся с поляками в Верхней Силезии, а в ноябре 1923 года активно участвуют в гитлеровском "пивном" путче, входя вместе с геринговскими СА и рёмовским "Союзом имперского военного флага" в "Рабочее содружество отечественных боевых союзов". В этот период на счету "оберландовцев" обвинения в многочисленных финансовых аферах, грабежах, убийствах политических противников.
Основателями "союза" были трое братьев офицеров Рёмеров, один их которых - ("Беппо") Йозеф Рёмер является военным лидером "фрайкора". Формальным лидером (председателем) был крупный правительственный чиновник Кнауф, однако в августе 1922 года Рёмер выгнал его из "фрайкора" "за сотрудничество с буржуазией", а новым председателем организации стал доктор Фридрих Вебер, широко известный тем, что во время мюнхенского путча шел рядом с Гитлером, а потом сидел в соседней камере с ним. Однако Рёмер разругался и с ним, в результате чего в начале 1923 года фактически существовало два союза "Оберланд". После путча деятельность "Оберланда" была запрещена, а после снятия запрета в начале 1925 года уже официально были образованы две организации - "Бунд Оберланд" Ф.Вебера и "Старый союз Оберланд" во главе с капитаном Б.Рёмером и "Лулу" (Людвиг) Острайхером. Однако деятельность второго союза продолжалась недолго, так как летом 1926 года Рёмер был арестован полицией во время встречи с Отто Брауном, известным руководителем военно-политического аппарата КПГ и советским агентом. Это вызвало кризис в организации, и часть ее членов во главе с Острайхером примкнула к НСДАП, а другая группа, верная Б.Рёмеру, лейтенант - Карл Дибич и другие, спустя некоторое время перешла в КПГ.
"Бунд Оберланд" во главе с Ф.Вебером в 1926 году принял революционно-националистическую программу Мёллера ван ден Брука и создал параллельный союз, так называемое "Товарищество III Рейх", председателем которого стал видный национал-большевик Эрнст Никиш. В 1929 году, как и рёмеровская организация, примерно 3/4 союза во главе с Вебером вступило в НСДАП, а оставшиеся приблизительно 500 человек в сентябре 1930 года, накануне выборов в рейхстаг, призвали голосовать за КПГ, опубликовавшую незадолго до этого "Программу национального и социального освобождения германского народа" (то же сделали и многие другие националистические объединения). В 1931 году "Бунд Оберланд" организованно слился с кружком нац-бола Э.Никиша и принял название "Товарищество Сопротивления". Организация имела отделения в Берлине, Мюнхене, Дрездене, Бреслау, Лейпциге, Гамбурге, Нюрнберге.
Беппо Рёмер и его люди в 1931 году уже открыто объявили о своей приверженности коммунизму и поддержке КПГ. После разгрома СА во время "ночи длинных ножей" в 1934 году Рёмер был арестован, а после выхода на свободу создал из бывших "оберландцев" нелегальную организацию "Революционных рабочих и солдат" (РАС), используя свои личные контакты с такими людьми, как генералы Дитель, Риттер фон Греймс, фон Хаммерштейн, генерал-фельдмаршал Лист, он продолжал заниматься шпионажем в пользу СССР. В конце концов, Рёмера вновь арестовали и вместе с весьма экзотическими персонажами, такими как судебный советник Норберт Мумм фон Шварценштейн и промышленником Николаусом фон Халем, и казнили по обвинению в покушении на Гитлера, История "Бунда Оберланд" типичная для других союзов 20-х годов, порой не менее многочисленных. Так, "Младогерманский орден" в 1928 году насчитывал 30-70 тысяч, "Вервольф"- 14-15 тысяч, "Бунд Танненберг" - 7-8 тысяч, "Викинг" - 6-8 тысяч, не говоря уже о таком гиганте, как "Стальной шлем" (для сравнения, реальная численность военной организации КПГ - Союза Красных фронтовиков (РФК) - 76 тысяч). Некоторые из этих союзов были не менее чем "Оберланд" подвержены национал-большевистской ориентации. Прежде всего, это относится к "Викингам" и "Вервольфам". Большое распространение идеи национал-большевизма получили в весьма активном крестьянском движении (с актами террора). Многие его лидеры, такие как Бодо Узе, Бруно фон Саломон, Xартмут Плаас в начале 30-х годов примкнули к КПГ, все они были в прошлом офицерами, "фрайкоровцами", прошли через национальные союзы или НСДАП.
Начало 30-х годов было пиком немецкого национал-большевизма. Это было вызвано началом нового социально-экономического кризиса, который имел для Германии гораздо более тяжелые последствия, чем для других стран.
Центрами национал-большевизма становятся кружки и небольшие организации вокруг газет и журналов. В 20-е годы национал-большевистские журналисты и публицисты сотрудничали в "национал-революционных изданиях, таких как "Ди Тат", "Ди коменден", "Формарш". Теперь они издают свои - наиболее известные среди них "Видерштанд" (Э.Никиш), "Умштюрц" (В.Ласс), "Гегнер" (Xарро Шульце-Бойзен), "Социалистише Натион" (К.О.Петель) и "Форкемпфер" (Xанс Эбелинг, Ф.Ленц), общий тираж которых в начале 30-х годов достигал 25 тысяч. Число активистов - около 5 (максимум 10) тысяч человек. Кроме того, к национал-большевистским организациям примыкали "Боевой союз немецких социалистов" и "Немецкий социалистический рабоче-крестьянский союз", отколовшиеся от нацистского и "фёлькишеского" движения.
Все эти национал-большевистские организации имели свои особенности. Так "Видерштанд" Эрнста Никиша выступал, в основном, по внешнеполитическим вопросам, ратуя за "германо-славянский блок от Владивостока до Флессингена", "Форкемпфер" делал упор на преимуществах плановой экономики, "Умштюрц" ратовал за "аристократический социализм" (большой популярностью здесь пользовалась работа В.Ленина "Что делать?"). "Социалистише Натион" пытался соединить идеи классовой борьбы, диктатуры пролетариата, системы Советов с национализмом. "Гегнер" пропагандировал ненависть к "Западу" и призывал германскую молодежь объединяться с пролетариатом для революции.
Огромную роль в идеологии и деятельности этих групп играли личности их вожаков. Кроме Э.Никиша (который начинал политическую деятельность в рядах социал-демократии) все они были выходцами из националистического, правого лагеря.
Помимо этих пяти чисто национал-большевистских групп была и одна, так сказать, псевдонационал-большевистская. Она называлась "Рабочий кружок "Ауфбрух", по названию журнала, выходившего с июля 1931 года. Во главе журнала и кружка стояли бывшие лидеры "Оберланд" Беппо Рёмер и Карл Дибич, а также в прошлом руководители НСДАП, а затем штрассеровских "революционных национал-социалистов" Рудольф Рем и Вильгельм Корн. В эту группу входило до 300 активистов, которые действовали в Берлине и 15 германских землях. Эта организация бывших фрайкоровцев и нацистов была контролируема КПГ и служила ей средством переманивания боевиков для создания ударного кулака в борьбе за власть. Появление этой группы было связано с так называемым "курсом Шерингера", проводимым КПГ с августа 1930 по октябрь 1932, курсом на привлечение в КПГ средних слоев, сопровождавшимся выдвижением резких антиверсальских лозунгов. Под влиянием этого курса в КПГ перешло большое количество национал-большевиков, бывших фрайкоровцев и нацистов, руководителей националистического молодежного (Э.Кёбель, Г.Бохов, X.Кенц и др.) и крестьянского движения. КПГ резко увеличила свою численность и процент получаемых на выборах голосов. Однако надо отметить, что все же гораздо большее количество бывших фрайкоровцев и членов союзов перешло в НСДАП и СА, особенно во второй половине 1932 года. Это было связано не в последнюю очередь с тем, что к тому времени "курс Шерингера" был снят. В Москве приняли решение переориентироваться на союз с Францией, в связи с франко-советским сближением руководство КПГ получило приказ из Москвы сворачивать свою кампанию против Версаля.
После прихода Гитлера к власти национал-большевистское движение было ликвидировано. В том виде, как оно существовало в Веймарской республике - в виде пропагандистских групп, оно существовать дальше не могло. Участники его эмигрировали (К.О.Петель, X.Эбелинг) или подверглись репрессиям (Э.Никиш). Однако неожиданный успех имело оно на другом поприще - а именно в шпионаже в пользу СССР. Знаменитую берлинскую "Красную капеллу" возглавляли X.Шульце-Бойзен (бывший редактор "Гегнер"), Арвид Харнак (секретарь "Арбплана" - "Сообщества по изучению советского планового хозяйства" - одной из национал-большевистских организаций, которую вдохновляли идеи профессора Фридриха Ленца) и Адам Кукхов - редактор "Ди Тат". Шпионажем в пользу СССР занимались также Б. Рёмер со своими бывшими "оберландовцами", Г.Бохов и другие.
Кроме того, идеи национал-большевизма имели определенное влияние на группу полковника К.Штауфенберга, что не удивительно, ибо сам К.Штауфенберг в юности находился под большим влиянием идеологии "консервативной революции".
Почему же идеи национал-большевизма не получили большего размаха в Веймарской республике и движение это не перешагнуло рамок относительно немногочисленных кружков (хотя в начале 1933 года в Берлине Э.Никиш, К.О.Петель и др. сделали попытку выставить единый национал-большевистский избирательный список во главе с лидером крестьян-террористов Клаусом Хеймом, К.О.Петель одновременно опубликовал "Национал-большевистский манифест", но было уже слишком поздно.)
По нашему мнению причин здесь несколько. Во-первых, большую часть потенциальных сторонников национал-большевизма все время привлекала к себе НСДАП, особенно в своем штрассеровском варианте, кроме того, после раскола 1930 года многие из них прямо вступили в организацию "революционных национал-социалистов" Отто Штрассера. Во-вторых, принятие КПГ в августе 1930 года "Программы национального и социального освобождения германского народа" (т.н. "Шерингер-курс") и тезиса о "народной революции" увело от национал-большевизма значительную часть вожаков (Б.Рёмер, X.Плаас, Бруно фон Саломон, Бодо Узе, Карл Дибич и многие другие), а также возможных избирателей. В-третьих, отсутствие в рядах НБ-движения такого "харизматического" лидера как Гитлер, или даже таких ярких политиков как нацисты Г.Штрассер, Г.Геринг, Й.Геббельс, или коммунисты X.Нойман, В.Мюнценберг, Г.Реммеле привело к раздроблению движения, отсутствию четкой организации на деле (на словах подобных призывов хватало). Думается, даже в случае объединения всех национал-большевистских групп с "революционными национал-социалистами" Отто Штрассера, с группами Мюкке, Ольденбурга, Стеннеса и т.д. у них в силу вышеизложенных причин не было никаких шансов стать массовым движением в конкретной ситуации того времени. Для достижения стадии объединенного движения, как было показано ранее, нужна более высокая зрелость объективных и субъективных причин, его определяющих.
Этого никак не скажешь о КПГ. Эта партия в качестве конкурирующего с НСДАП тоталитарного движения, реально могла претендовать на власть в Германии. Для советского читателя отнесение партии Розы Люксембург к тоталитарному движению может показаться несколько странным, поэтому вот лишь несколько фактов - в 1925 году на президентских выборах КПГ выставляет своего кандидата (Эрнста Тельмана), во многом способствует этим победе Гинденбурга (его поддерживала НСДАП и правые партии) над кандидатом Народного блока (куда входила СДПГ). В конце 20-х - начале 30-х годов ни разу не было случая сотрудничества на серьезном уровне КПГ с СДПГ, при том, что совместные акции с НСДАП, не говоря уже о "левых" нацистах и национал-большевиках, имели место. Например, совместный митинг в Берлине 20 октября 1930 года, где выступали коммунист Хейнц Нойман и нацист Йозеф Геббельс (присутствовало 300 членов КПГ и 1200 членов НСДАП), отнюдь не был единичным явлением, подобные митинги, дискуссии в Берлине проводились неоднократно. Имели они место и в других городах - например, в Бремене и Биефеле в начале 1931 года. Особенно известная борьба обеих партий против Прусского правительства, возглавлявшегося СДПГ. В августе 1931 г. КПГ и НСДАП вместе голосовали за референдум по вопросу о его роспуске; в апреле 1932 года в "Роте Фане" был выдвинут провокационно звучащий лозунг "Красный натиск на "Красную Пруссию!", после чего в июне 1932 года при помощи КПГ нацист был избран председателем прусского ландтага, а в июле того же года канцлер Д. фон Папен, опираясь на парламентское большинство из НСДАП, КПГ и правых, ликвидировал социал-демократическое правительство Пруссии. Широко известна и забастовка транспортников Берлина 3-7 ноября 1932 года, совместно проведенная КПГ и НСДАП.
Параллели между КПГ и НСДАП достаточно очевидны. Необходимо, однако, от выявления лежащих на поверхности параллелей перейти к анализу исторических и особенно социальных корней тоталитарных движений во всех его вариантах.
КПГ отнюдь не была в начале 30-х годов "партией рабочего класса", как это долгое время пытались представить. Другое дело, что она стремилась стать ею, но ведь это же можно сказать и о национал-большевиках, штрассеровцах и даже НСДАП. Даже в относительно благополучном 1927 году только 53.2% членов КПГ имели работу (в 1928 - 63,3%, в 1929 - 51,9%). Затем и без того огромный процент безработных членов партии катастрофически возрос, таким образом можно согласиться с мнением Г. А. Винклера о том, что КПГ "была партией безработных".
В феврале 1932 года в КПГ из 360 тысяч членов (в 1929 году их было 116 тыс.) лишь 11% являлись рабочими. Весной 1932 года из 6,8 млн. немецких рабочих лишь 55 тысяч были членами КПГ. Причем в 1929-32 годах новых ячеек на предприятиях не появлялось, и "на крупных предприятиях организованной работы КПГ не велось". Профсоюз КПГ - так называемая ревпрофоппозиция (РПО) - насчитывал в 1932 году только 35 тысяч членов, меньше, чем НСБ (профсоюз НСДАП).
Таким образом, мы видим, что на рубеже 1929-30 гг. в Германии в результате экономического кризиса сложилось два мощных тоталитарных движений. Они включали в себя НСДАП и некоторых ее союзников из правого лагеря, а также КПГ, национал-большевистские группы. Два основных мифа питали эти движения - расово-националистический - преимущественно гитлеровское крыло НСДАП и отчасти ее союзников из правых партий, и социалистический, пролетарский - КПГ, национал-большевиков, штрассеровское крыло НСДАП.
Почему же победил первый? Во-первых, левый миф был ориентирован только на "народные массы", а расово-националистический - помимо "массы" и на группы экономической и военной элиты, которые он стремился если не поставить себе на службу, то хотя бы заставить занять нейтральные позиции, не последнюю роль здесь играл и внешнеполитический аспект - ориентация левого мифа на союз с СССР вела к подрыву национальной независимости Германии и была неприемлема для патриотически настроенных немцев.
Кроме того, только НСДАП имела тоталитарного харизматического лидера - Гитлера. Дальнейшее, как говориться, история. Недаром книга главного национал-большевистского идеолога Германии Эрнста Никиша, вышедшая в 1932 году и выдержавшая 5 изданий, называлась "Гитлер. Злой немецкий рок".
Колпакиди А.


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница