Морально-психологическое обеспечение вдв в контртеррористической операции на Северном Кавказе: уроки и выводы



Дата05.11.2016
Размер160 Kb.
Морально-психологическое обеспечение ВДВ в контртеррористической операции на Северном Кавказе: уроки и выводы

Э.В. Русин, подполковник, адъюнкт кафедры морально-психологического обеспечения и военно-социальной работы Военного университета
Современный общевойсковой бой ведется объединенными усилиями соединений, частей и подразделений всех родов войск и видов Вооруженных Сил Российской Федерации. В Воздушно-десантных войсках (ВДВ), являющихся высокомобильным родом войск Вооруженных сил Российской Федерации и имеющих большой практический опыт участия в вооруженных конфликтах различного масштаба, уделяется большое внимание поддержанию у личного состава высокого морального духа и психологической устойчивости, готовности выполнить поставленные боевые задачи в сложной резкоменяющейся обстановке.

Опыт партийно-политической работы, приобретенный в частях и соединениях ВДВ в годы Великой Отечественной войны и войны с Японией (1941—1945 гг.), при ведении боевых действий в Афганистане (1979—1989 гг.), морально-психологического обеспечения в ходе проведения Объединенной Группировкой войск (сил) (далее — ОГВ (с) операции по восстановлению конституционного порядка в Чеченской Республике (1994—1996 гг.) и контртеррористической операции в Северо-Кавказском регионе (1999—2004 гг.) свидетельствует, что значение непрерывного морально-психологического обеспечения боевых действий от одной военной кампании к другой качественно возросло.

Следует отметить, что выдвижение морально-психологического обеспечения (МПО) в ранг самостоятельного вида обеспечения деятельности войск в мирное время и в боевой обстановке — объективная закономерность развития военного дела, результат изменений, происходящих в мире, в нашей стране. Это результат изменений в морально-психологическом состоянии общества и личного состава Вооруженных Сил Российской Федерации, постоянного возрастания роли морально-психологических факторов, условий их влияния на ход и исход боя, операции, войны (конфликта) в целом1.

Тенденции развития средств и способов вооруженной борьбы, в том числе информационного и психологического характера, изменения военно-политической ситуации в мире, социально-политическая и морально-нравственная обстановка внутри страны заставляют ученых и практиков отказаться от привычных подходов и говорить не просто о воспитательной работе в армии и на флоте, а о новом виде обеспечения их деятельности в мирное и военное время.

Это вызвано необходимостью поиска новых подходов к организации МПО боевых действий войск. Не случайно в армиях передовых стран мира разработана и функционирует система морально-психологического обеспечения повседневной и боевой деятельности войск, имеются специальные силы и средства для осуществления морально-психологического воздействия на свои войска, на население и войска противника. Такая система морально-психологического обеспечения функционирует и в Вооруженных Силах Российской Федерации. Ее эффективность наглядно была проверена при проведении войсками ОГВ (с) контртеррористической операции на Северном Кавказе.

События в Республике Дагестан и Чечне явились первой попыткой реального насильственного проникновения идей ортодоксального ислама на территорию России. Расчеты вдохновителей и организаторов агрессии строились на использовании в своих целях многочисленных нерешенных проблем Северного Кавказа: межэтнических, социально-экономических, политических, территориальных, криминальных и др. Они были направлены на усиление дестабилизации в одном из жизненно важных регионов Российской Федерации.

Руководители террористических акций рассматриваемого периода — представители незаконных вооруженных формирований Ш. Басаев, М. Удугов, З. Яндарбиев, В. Арсанов, С. Радуев и другие чеченские полевые командиры провозгласили главной целью создание на территории Чечни и Дагестана единого теократического исламского государства с последующим расширением его границ за счет других республик Северо-Кавказского региона. Идеологической платформой этих геостратегических устремлений чеченских религиозных экстремистов был избран ваххабизм2.

Анализ тактики боевых действий бандитских групп, террористических актов и диверсий свидетельствует о тщательно спланированном сценарии эскалации данного вооруженного конфликта. Успешные результаты, достигнутые в ходе специальных операций, следует расценивать как большой шаг в сложной и упорной борьбе федерального центра по обеспечению полного разгрома боевиков. В ходе проведения контртеррористической операции подтвердился вывод о том, что исход вооруженного противостояния во многом зависит не только от своевременных политических и военных решений, но и от умения командиров, штабов, органов воспитательной работы формировать и поддерживать у личного состава устойчивое психологическое состояние, внедрять нестандартные формы и методы поддержания морального духа войск. Как показали события в Дагестане и Чечне, боевые действия ОГВ (с) стали серьезной проверкой стойкости и мужества воинов-десантников, их верности воинскому долгу и присяге, моральной готовности и психологической устойчивости при выполнении боевых задач в экстремальных условиях, способности противостоять информационно-психологическому воздействию противника и психотравмирующим факторам современного боя.

Необходимо отметить, что социально-экономическая и общественно-политическая обстановка в Северо-Кавказском регионе к началу операции характеризовалась крайней противоречивостью и нестабильностью. Источником ее дестабилизации была деятельность национал-экстремистских и террористических сил в Чечне, Дагестане и других районах региона. Решение руководства Российской Федерации по уничтожению незаконных вооруженных формирований получило поддержку среди местного населения республик, краев и областей региона. Вместе с тем появление значительного числа вынужденных переселенцев, трудности с решением социальных вопросов в освобожденных районах вызывали серьезную напряженность в общественно-политической обстановке и требовали значительных усилий в решении гуманитарных проблем, проведении информационно-пропагандистской работы с населением в интересах выполнения войсками поставленных задач.

Существенное влияние на дестабилизацию положения в регионе оказывала крайне сложная криминальная обстановка, которая характеризовалась наличием специально подготовленных, хорошо вооруженных и технически оснащенных бандитских формирований, ростом масштабов преступных проявлений, дерзкими методами противоправной деятельности.

Большое влияние на общественно-политические процессы в регионе оказывала религиозная обстановка. Прослеживалась тенденция увеличения числа верующих во всех областях и республиках Северного Кавказа. Основные религиозные общины поддерживали действия ОГВ (с). Усиление межрелигиозных связей использовалось командованием, государственными и местными органами власти в интересах укрепления морально-психологического состояния наших войск и стабилизации социально- политической обстановки.

Крайне сложной оставалась информационно-психологическая обстановка в регионе. На протяжении всей операции на войска и население осуществлялось постоянное информационно-психологическое воздействие. В частности, на территорию Северного Кавказа велось ежесуточное радиовещание Турции и других исламских государств в объеме более 350 часов на 16 языках ежемесячно. Передачи нацеливались на мусульманское население региона, охватывая практически весь юг России. Для установления взаимодействия с представителями радикальных исламских движений за рубежом, которые оказывали значительную помощь бандформированиям в ведении информационной войны в Северо-Кавказском регионе, террористы использовали спутниковую связь «Иридиум»1. Противником постоянно осуществлялась активная разведывательная и пропагандистская деятельность среди местного населения. Кроме того, для ведения информационной войны противник использовал иностранных журналистов, снабжая их соответствующей направленной против ОГВ (с) информацией.

В целом информационно-психологическая обстановка к моменту начала операции характеризовалась как крайне сложная и предъявляла особые требования к организации морально-психологического обеспечения. В составе незаконных вооруженных формирований действовали хорошо вооруженные, обученные и подготовленные в профессиональном отношении высокооплачиваемые наемники различных национальностей, в том числе международные террористы. Изъятые у убитых боевиков записи свидетельствовали о том, что с ними проводились регулярные денежные расчеты за участие в боевых действиях. Они имели опыт боевых действий в горной местности, были обучены тактике действий бандформирований, воспитаны в духе агрессивного исламизма, нацелены на использование методов индивидуального, группового и массового террора. Насаждение ваххабизма формировало религиозный фанатизм и готовность боевиков к решительным действиям против военнослужащих ОГВ (с).

Абсолютное большинство военнослужащих осознавали опасность захвата части территории Дагестана и действий незаконных вооруженных формирований на территории Чечни для национальной безопасности России и стабильности общества, полностью поддержали государственные меры по урегулированию ситуации на Северном Кавказе и полному уничтожению боевиков.

Стабильный и управляемый уровень морально-психологического состояния личного состава подтверждали в целом слаженные и четкие действия органов военного управления ОГВ (с) по его формированию, развитию и всестороннему обеспечению. Изучение положения дел непосредственно в подразделениях, на огневых позициях свидетельствовало о значительном моральном превосходстве российских военнослужащих над боевиками, укреплении морального духа и уверенности в победе по ходу боевых действий.

Необходимо отметить, что положительное влияние на морально-психологическое состояние (МПС) личного состава ВДВ в этот период оказывали:

— во-первых, единая позиция органов государственной власти Российской Федерации в оценке событий на Северном Кавказе и в Дагестане, оперативное принятие мер и организация контроля за урегулированием ситуации, определение правовых оснований для использования Вооруженных Сил Российской Федерации в разрешении вооруженного конфликта, организация единого командования и тесного взаимодействия между силовыми министерствами, руководством Республики Дагестан и Ставропольского края;

— во-вторых, осуждение действий экстремистов и поддержка мер, принимаемых руководством России по стабилизации обстановки на Северном Кавказе зарубежными государствами;

— в-третьих, осознание военнослужащими справедливого характера ведения боевых действий, понимание важности роли Вооруженных Сил Российской Федерации в решении проблем Северного Кавказа;

— в-четвертых, сосредоточение основных усилий МПО непосредственно в воинских частях и подразделениях, работа оперативного состава органов воспитательной работы ВДВ в батальонах и ротах по организации индивидуального воспитательного воздействия на военнослужащих, решению на месте неотложных проблем обучения и оказания практической помощи в боевой обстановке командованию и офицерам-воспитателям;

— в-пятых, патриотический подъем населения Дагестана, оказавшего массовую поддержку действующей власти и федеральным силам, организовавшего многочисленные отряды самообороны и давшего отпор экстремистам;

— в-шестых, изменение тактики проведения войсковой операции, нанесение массированных ракетно-бомбовых ударов по населенным пунктам и объектам, удерживаемым боевиками, мощная огневая поддержка действий войск, отказ от малоэффективных лобовых атак, вера личного состава в своих командиров, их способность организовать и успешно вести боевые действия, стремление во что бы то ни стало сохранить жизнь подчиненных, добиться успеха в бою с наименьшими потерями;

— в-седьмых, формирование общественного мнения, осуждающего агрессию и поддерживающего действия федеральных сил руководителями республик, краев и областей Северного Кавказа и других регионов страны, оказавших им материальную и гуманитарную помощь, активное информационно-пропагандистское обеспечение и информационно-психологическая защита действий федеральных сил, в целом взвешенные и объективные оценки событий в Дагестане и Чечне в средствах массовой информации;

— в-восьмых, оперативное награждение отличившихся в бою военнослужащих государственными наградами, присвоение воинских званий (досрочно и на одну ступень выше звания по занимаемой должности), своевременное решение Правительства Российской Федерации о значительных материальных выплатах участникам боевых действий в Дагестане и Чечне, эффективное техническое и тыловое обеспечение, прежде всего продовольственное и медицинское обеспечение, возможность регулярно принимать горячую пищу.

Наряду с положительными особенностями, влияющими на МПС воинов-десантников в ходе контртеррористической операции, имели место и негативные обстоятельства:

а) неспособность федерального центра и официального Грозного препятствовать формированию новых отрядов боевиков на территории Чечни, использование боевиками тактики проведения террористических актов и захвата заложников на территориях республик Северного Кавказа и других регионов страны, попытки вербовки эмиссарами Ш. Басаева населения в приграничных с Чечней районах Дагестана;

б) информационные провокации экстремистов (работа на территории Чечни и Дагестана телевизионных и радиоретрансляторов, ведущих антироссийские передачи и пропагандирующих идеи ваххабизма, распространение слухов о нарастающих межнациональных противоречиях, обострении обстановки и вероятности военных действий в других республиках Северного Кавказа);

в) неблагоприятные для федеральных войск и оптимальные для бандформирований условия горной местности (ограниченность маршрутов передвижения войск и техники и возможности маневра, наличие естественных и искусственных препятствий, лазов, пещер, дотов, подземных убежищ, коммуникаций и опорных пунктов);

г) постоянное огневое воздействие противника, работа снайперов, влекущая за собой ранения и гибель сослуживцев, обученность бандформирований ведению оборонительных, наступательных и партизанских действий, упорство в удержании захваченных населенных пунктов и объектов, обусловленное жесткой структурной организацией, религиозным фанатизмом части исламистов, жестокостью мер к паникерам;

д) недостаточный уровень полевой выучки, индивидуальной подготовки офицерского состава, особенно молодых офицеров, военнослужащих по призыву и других категорий личного состава, недостаточно качественный подбор военными комиссариатами военнослужащих по контракту, подмена старшими начальниками командиров подразделений, офицеров штабов, многоструктурность системы управления, наличие сводных подразделений, комплектование должностей офицеров и прапорщиков прикомандированными лицами;

е) ограниченные возможности федеральных сил по использованию новых видов вооружений, военной техники, боеприпасов и нанесению эффективных точечных ударов по ключевым объектам боевиков, отсутствие современных средств связи и управления в тактическом звене, слабое использование технических средств воспитания личного состава, а порой и невозможность их использования в условиях горной местности и высокой интенсивности боевых действий;

ж) чрезмерная физическая и психологическая усталость личного состава подразделений, участвующих в боевых действиях и непосредственно контактирующих с противником, сдерживание наступательного порыва войск при попытках ведения мирных переговоров с представителями местного самоуправления, что способствовало перегруппировке бандформирований;

Опыт выполнения боевых задач показал, что основной целью морально-психологического обеспечения ВДВ являлось поддержание высокого морально-психологического состояния личного состава, необходимого для эффективного выполнения боевых задач в сложной, резкоменяющейся боевой, социально-политической и информационно-психологической обстановке. Достижение названной цели МПО осуществлялось решением таких основных задач, как формирование моральной готовности и психологической устойчивости личного состава к выполнению поставленных боевых задач, поддержание и наращивание морально-психологического превосходства над противником, соблюдение правопорядка и воинской дисциплины, надежная защита войск и населения от информационно-психологического воздействия противника.

Морально-психологическое обеспечение являлось комплексным видом обеспечения боевых действий ВДВ в ходе контртеррористической операции — его цели достигались согласованным по задачам, месту и времени проведением мероприятий информационно-воспитательной, психологической, военно-социальной и культурно-досуговой работы, а также защитой войск от информационно-психологического воздействия противника и обеспечением техническими средствами воспитания.

Морально-психологическое обеспечение личного состава ВДВ в ходе боевых действий в Дагестане и Чечне планировалось и осуществлялось дифференцированно, с учетом предназначения, характера боевых действий и задач, решаемых частями и подразделениями. При этом учитывались особенности личного состава, степень его обученности, слаженности и готовности к ведению боевых действий в горной местности.

Основные усилия МПО направлялись на последовательное проведение мероприятий по поддержанию высокого морального духа войск, психологической устойчивости личного состава, снижению эффективности информационно-психологического воздействия противника, обеспечение активных и решительных действий своих войск, снятие психологических и физических нагрузок при выполнении боевых задач в экстремальных условиях.

Действия в рейдовых и позиционных боях формировали у личного состава ВДВ чувство боевой настороженности, ответственности за свою жизнь и жизнь товарищей, уверенность в своих командирах. Положительное влияние на морально-психологическое состояние личного состава оказывали наличие всесторонней подготовки, опыта участия в миротворческих операциях в Абхазии и Югославии, ведения боевых действий в Афганистане и Чечне у большей части офицеров, прапорщиков, сержантов и солдат, служащих по контракту (более 60 %).

С учетом сложной социально-политической обстановки особое внимание уделялось работе с государственными органами, общественными и религиозными объединениями, а также населением региона. При совместном выполнении задач с частями и подразделениями других войск, воинских формирований и органов РФ осуществлялся обмен информацией о морально-психологической обстановке и прогнозах ее развития, опыте боевых действий и практике МПО, согласовывался порядок работы с местным населением.

Непосредственное руководство и управление МПО ВДВ в борьбе с незаконными вооруженными формированиями в Дагестане и Чечне возлагалось на органы воспитательной работы соединений, частей и подразделений войск.

Практика организации морально-психологического обеспечения боевых действий частей и соединений ВДВ при проведении контртеррористической операции на Северном Кавказе позволяет извлечь следующие уроки:

— во-первых, необходимо тщательно готовить войска к активным боевым действиям, в том числе как в морально-боевом, так и в психологическом отношении. Морально-психологическая подготовка должна иметь твердую, надежную основу (например, патриотизм, формирование у личного состава уверенности в праведности цели и задач предстоящих боевых действий);

— во-вторых, формирование психологической готовности к предстоящим боевым действиям должно осуществляться еще в мирное время. Практика организации психологической работы в частях и подразделениях выявила ряд проблем. На должностях психологов находились офицеры, которые не имели соответствующей подготовки, командиры и штабы, воспитательные органы не всегда уделяли необходимое внимание вопросам психологической подготовки личного состава, не имели необходимых знаний по вопросам устойчивости психики воинов в условиях боя. Недостаточной была материальная база полковых пунктов психологической помощи и реабилитации (ПП и Р). Опыт боевых действий показал, что профессионально подготовленные специалисты-психологи должны активно работать в каждой батальонной тактической группе. Им целесообразно иметь хотя бы минимальный набор медицинских препаратов для применения в отдельных случаях;

— в-третьих, морально-психологическое обеспечение должно носить конкретный характер, проводиться специалистами, в плановом порядке, представлять собой сформированную на всех уровнях цельную систему;

— в-четвертых, следовало бы шире использовать арсенал поощрений личного состава. Было бы правильным ходатайствовать по команде об ускорении процесса прохождения документов для получения государственных наград военнослужащими в боевых условиях. Целесообразно иметь непосредственно в полку значительный запас ценных подарков для оперативного вручения наиболее отличившимся воинам;

— в-пятых, технические средства воспитания (принятые на вооружение в 70—80-х гг. прошлого века), поступавшие в войска, морально и физически устарели, по своим техническим характеристикам не соответствовали решаемым задачам и требовали замены на более современные образцы. Требуют улучшения материальная база технических средств воспитания и пересмотра в сторону увеличения нормы обеспечения техническими средствами воспитания;

— в-шестых, проведение мероприятий информационно-психологического противоборства требует более пристального внимания. Необходимо централизованное сосредоточение сил и средств для его проведения.

Оценивая деятельность командиров, штабов, офицеров органов воспитательной работы по морально-психологическому обеспечению боевых действий ВДВ в ходе контртеррористической операции на Северном Кавказе, можно с полным основанием сказать, что она сыграла важную роль в мобилизации личного состава на выполнение поставленных боевых задач. В войсках удалось обеспечить высокий моральный дух, психологическую стойкость и боевой настрой личного состава. Несмотря на огромные моральные, психологические и физические нагрузки, потери в личном составе и боевой технике, офицеры, сержанты и солдаты ВДВ стойко сражались с бандформированиями, о чем свидетельствуют многочисленные примеры мужества, отваги, героизма и самопожертвования в бою.

Обобщая накопленный опыт деятельности органов государственного и военного управления по морально-психологическому обеспечению ВДВ в ходе миротворческих операций в республиках бывшей Югославии, вооруженных конфликтов в Абхазии, осетино-ингушского, специальных операций на Северном Кавказе, необходимо сделать следующие выводы:

а) система организации морально-психологического обеспечения должна быть создана заблаговременно на всех уровнях управления. При этом основные усилия органов воспитательной работы следовало бы сосредоточивать в воинских частях и подразделениях. Содержание, приемы и способы, материально-техническую базу всех видов морально-психологического обеспечения целесообразно совершенствовать комплексно, в неразрывном единстве с другими видами обеспечения операций (боевых действий);

б) эффективное морально-психологическое обеспечение при проведении совместной операции может быть достигнуто только при согласованной работе органов воспитательной работы Вооруженных Сил, других войск, воинских формирований и органов государственного управления Российской Федерации.



1 См.: Материалы межведомственной конференции по вопросу: «Опыт работы воспитательных органов Вооруженных Сил, других войск, воинских формирований и органов по морально-психологическому обеспечению контртеррористической операции в Республике Дагестан». М., 1999. — С. 5.

2 Ваххабизм — религиозно-политическое течение в суннитском исламе, возникшее в конце XVIII в. в Аравии. Основатель — арабский богослов Муххамад ибн Абд аль-Ваххаб (1703—1792). Он требовал строжайшего соблюдения принципа единобожия («таухид»), отказа от поклонения святым людям и святым местам. Ваххабиты считают себя носителями чистого «ислама», который существовал во времена пророка Мухаммеда и первых четырех праведных халифов. Всех мусульман, отошедших от такого ислама посредством нововведений, они считают «мушриками», против которых следует вести беспощадную борьбу. В общественно-политической сфере ваххабиты проповедуют утверждение своей власти над обществом и исламом. В своем учении они отводят важное место идеям джихада. Для них характерны крайняя нетерпимость в вопросах веры и экстремизм в борьбе с политическими противниками. Утверждение ваххабизма на Аравийском полуострове зачастую сопровождалось крупными столкновениями и кровопролитием мусульман, разрушением их святынь. Подобными методами они действуют и на Северном Кавказе.

1 См.: Кулаков В.Ф. МПО контртеррористической операции в Республике Дагестан// Военная мысль. 2000. № 1. С. 64.


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница