Марат Викторович Баглай Конституционное право



Скачать 10.53 Mb.
страница8/39
Дата01.05.2016
Размер10.53 Mb.
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   39
Глава 8. Основы организации государственной власти

и местного самоуправления

Прочность конституционного строя в существенной степени зависит от демократизма и рациональности организации государственной власти. Государственная власть отличается правомочием на принуждение граждан к соблюдению правопорядка, отсюда ее фактическая способность как содействовать реализации прав и свобод человека и гражданина, так и нарушать их при ненадлежащем использовании своих правомочий. Поэтому гражданам небезразлично, как устроена государственная власть, на каких конституционных основах покоится огромная и опасная для свободы государственная машина.

Конституция РФ относит к уровню основ конституционного строя такие принципы, свойства и качества государственной власти, как суверенитет государства, разделение властей, органы государственной власти. В определенном соотношении с органами государственной власти выступает местное самоуправление.

§ 1. Суверенитет Российской Федерации

Государство как официальный представитель народа в состоянии выражать волю своих граждан, обеспечивать их права и интересы в полном объеме только тогда, когда оно является суверенным. Под суверенитетом государства понимается верховенство и независимость государственной власти внутри своей страны и по отношению к другим государствам. Как важнейшее свойство государственной власти суверенитет является качественным признаком самого государства.

Суверенитет государства исходит из суверенитета народа. Народ является создателем и носителем суверенитета государства, волеизъявление народа порождает государственную власть. В то же время народ выступает как своеобразный гарант государственного суверенитета, ибо любое ущемление независимости государства, умаление верховенства власти означает нарушение коренных интересов народа, создает источники внутренних или международных конфликтов.

Верховенство государственной власти — это прежде всего ее неограниченность ничем, кроме Конституции, естественного права и законов. Оно также выражается в том, что на территории государства нет другой, конкурирующей власти, издающей параллельные законы и регулирующей права и свободы граждан, т. е. исключается двоевластие и признается единственная легитимность и высшая юридическая сила законов, издаваемых высшими органами государственной власти.

Независимость государственной власти означает, что она сама и только сама вправе принимать нормативные акты и обеспечивать конституционный правопорядок. Никакие политические и иные силы не могут вмешиваться в исключительное право каждого государственного органа действовать в пределах своей конституционной компетенции. Эта самостоятельность государственной власти обеспечивается отсутствием зависимости (политической, финансовой и др.) государственных органов от кого бы то ни было внутри и вне пределов государства.

Суверенитет государства — неотъемлемое свойство каждого государства, обязательное условие его международной правосубъектности. По этой причине первые демократические конституции четко закрепляли неделимость суверенитета. Например, Конституция Франции 1791 г. устанавливала: суверенитет «един, неделим, неотчуждаем и неотъемлем». Но после Второй мировой войны цивилизованный мир осознал необходимость создания мирового сообщества. Та же Франция в преамбуле Конституции 1946 г. (эта преамбула не претерпела изменений и рассматривается как часть действующей Конституции) установила, что она «соглашается на условиях взаимности с ограничениями суверенитета, необходимыми для организации и защиты мира». Аналогичные положения были включены в конституции ряда других стран, что, в частности, позволило создать Европейский Союз.

Эти тенденции обошли Россию, которая, находясь с 1922 г. В составе СССР, фактически утратила свой суверенитет и не выступала как субъект международного права. Восстановление суверенитета РСФСР (это государство было суверенным с 1917 по 1922 г.) было осуществлено 12 июня 1990 г., когда I Съезд народных депутатов принял Декларацию о государственном суверенитете РСФСР. Хотя в Декларации выражалась решимость создать демократическое государство в составе обновленного СССР, очевидный смысл провозглашенного суверенитета состоял в стремлении обеспечить свою независимость в первую очередь по отношению к СССР. Подтверждение государственного суверенитета было внесено в преамбулу действовавшей Конституции РСФСР.

Конституция 1993 г. содержит новые подходы к суверенитету государства. За лаконичностью ст. 4 чувствуется обеспокоенность в связи с возникновением центробежных тенденций и стремление обеспечить территориальную целостность государства. Положение о государственном суверенитете следует сразу же за статьей, в которой закреплен суверенитет народа, — этим подчеркивается их неразрывная связь и исходное значение суверенитета народа. Суверенитет Российской Федерации закрепляется в следующих трех положениях:

1) суверенитет Российской Федерации распространяется на всю территорию;

2) Конституция РФ и федеральные законы имеют верховенство на всей территории России;

3) Российская Федерация обеспечивает целостность и неприкосновенность всей территории.

Эти формулировки особенно важны для понимания нового российского федерализма. Они не оставляют сомнения в том, что на территории Федерации не может быть каких-либо иных суверенитетов, что субъекты Федерации, даже имеющие статус государства, могут рассматриваться только как обладающие самостоятельностью в пределах своих полномочий. Это, кстати, соответствует ст. 73 Конституции, которая предоставляет субъектам Федерации «всю полноту государственной власти», но только за вычетом полномочий по предметам ведения Федерации и полномочий по предметам совместного ведения Федерации и ее субъектов. Последние, таким образом, не обладают суверенитетом, и любые попытки того или иного субъекта Федерации утвердить себя как суверенное государство противоречат Конституции РФ, да и здравому смыслу. Самопровозглашенный суверенитет несовместим с признанием верховенства федеральной Конституции.

В постановлении Конституционного Суда РФ от 7 июня 2000 г. указано: «Конституция Российской Федерации не допускает какого-либо иного носителя суверенитета и источника власти, помимо многонационального народа России, и, следовательно, не предполагает какого-либо иного государственного суверенитета, помимо суверенитета Российской Федерации. Суверенитет Российской Федерации в силу Конституции Российской Федерации исключает существование двух уровней суверенных властей, находящихся в единой системе государственной власти, которые обладали бы верховенством и независимостью, т. е. не допускает суверенитета ни республик, ни иных субъектов Российской Федерации.

Конституция Российской Федерации связывает суверенитет Российской Федерации, ее конституционно-правовой статус и полномочия, а также конституционно-правовой статус и полномочия республик не с их волеизъявлением в порядке договора, а с волеизъявлением многонационального российского народа — носителя и единственного источника власти в Российской Федерации, который, реализуя принцип равноправия и самоопределения народов, конституировал возрожденную суверенную государственность России как исторически сложившееся государственное единство в ее настоящем федеративном устройстве».

В таком же соотношении находятся Конституция РФ и федеральные законы, с одной стороны, и все нормативные акты субъектов Федерации — с другой. Положение о «верховенстве на всей территории Российской Федерации» не может означать ничего другого, как установление безусловного приоритета федеральных актов высшей юридической силы в случае их расхождения с конституциями (уставами) и законами субъектов РФ. Российский федерализм —это не многовластие, а ясное разделение полномочий единой по своей природе власти между Федерацией и ее субъектами. В ст. 5 в связи с этим закрепляется положение о государственной целостности и единстве системы государственной власти.

Государственная целостность — одна из основ конституционного строя Российской Федерации. Она закреплена в ст. 4 (ч. 3), 5 (ч. 3), 8, 65, 67 (ч. 1), 71 (п. «б») Конституции РФ. Конституционный Суд РФ в постановлении от 31 июля 1995 г. отметил: «Государственная целостность — важное условие равного правового статуса всех граждан независимо от места их проживания, одна из гарантий их конституционных прав и свобод».

Закрепляя принцип целостности территории Российской Федерации, Конституция дает ясно понять, что отделение каких-либо частей территории от Российской Федерации противоречило бы Конституции и вызвало бы соответствующие меры по обеспечению целостности государства. Это диктуется тем, что в силу длительного развития России как единого государства, создания единого экономического пространства с участием всех народов, изменений национального состава населения в сторону смешения этносов любая часть территории России не может рассматриваться как собственность одной нации. Сепаратизм противоречит ценностям правового государства и интересам самих народов, тормозит экономический социальный прогресс, который в наше время возможен только в условиях максимальной интеграции народов. Эти положения выражают волю всего многонационального народа России, принявшего данную Конституцию.

Конституционная цель сохранения целостности России как исторически сложившегося государства согласуется с общепризнанными международными нормами о праве народа на самоопределение. Из принятой ООН 24 октября 1970 г. Декларации принципов международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом Организации Объединенных Наций, следует, что осуществление права народа на самоопределение «не должно толковаться как санкционирующее или поощряющее любые действия, которые вели бы к расчленению или полному нарушению территориальной целостности или политического единства суверенных и независимых государств, действующих с соблюдением принципа равноправия и самоопределения народов».

Важный аспект суверенитета — неприкосновенность территории. Это положение Конституции обращено вовне государства, оно призвано подчеркнуть неприемлемость чьих бы то ни было притязаний на территорию России и решимость защищать ее в случае нападения или демографической экспансии. Сочетание принципов неприкосновенности и целостности означает, что нарушение или притязание на территорию любого региона является тем самым нарушением суверенитета Российской Федерации и влечет соответствующие меры с ее стороны. Понятие территории Российской Федерации содержится в ст. 67 Конституции и включает территорию субъектов Федерации, внутренние воды и территориальное море, воздушное пространство над ними. Суверенитет России также распространяется на континентальный шельф и на исключительную экономическую зону, однако права и юрисдикция здесь определяются законом и международным правом.

Для понимания отношения Российской Федерации к своим границам важное значение имел Указ Президента РФ от 5 октября 1996 г., утвердивший Основы пограничной политики Российской Федерации. «Пограничная политика страны, — отмечается в Основах, — направлена на обеспечение суверенитета, неприкосновенности и целостности территории, защиту национальных интересов Российской Федерации в ее пограничном пространстве». В Основах содержатся принципы пограничной политики страны: взаимное уважение суверенитета, территориальной целостности государств и нерушимости границ; приоритет национальных интересов Российской Федерации в пограничном пространстве; мирное разрешение пограничных конфликтов; уважение прав и свобод человека и гражданина. Отмечается, что Российская Федерация не имеет территориальных претензий к другим государствам и что отвергаются любые территориальные притязания к России со стороны соседних государств.

Конституция прямо не устанавливает делимость государственного суверенитета с мировым сообществом. Однако этот принцип, свойственный многим современным государствам, по существу, как бы содержится в Конституции, хотя и не относится к основам конституционного строя. Так, ст. 79 гласит, что Российская Федерация может участвовать в межгосударственных объединениях и передавать им часть своих полномочий в соответствии с международными договорами, если это не влечет ограничения прав и свобод человека и гражданина и не противоречит основам конституционного строя Российской Федерации. В этой формулировке заложены принцип взаимности уступок полномочий (в соответствии с договорами) и четкие пределы таких уступок: не ограничивать права и свободы и не противоречить основам конституционного строя.

§ 2. Разделение властей

Идея разделения законодательной, исполнительной и судебной властей сопровождает поиск человечеством идеального государства на протяжении многих веков. В зачаточном состоянии она присутствовала уже во взглядах древнегреческих философов (Аристотель, Полибий). Однако утверждение разделения властей как составной части учения о демократическом государстве связано с революциями XVII—VIII веков, когда Дж. Локк (Великобритания) и Ш. Монтескье (Франция) сформулировали этот принцип как важную гарантию против концентрации и злоупотребления властью, свойственных феодальным монархиям. Первые же конституции — США 1787 г., Франции 1789 г. — закрепили, хотя и в разных вариантах, разделение властей, видя в нем важный элемент равновесия трех основных ветвей государственной власти для осуществления главной функции государства — охраны свободы и прав человека. Декларация прав человека и гражданина 1789 г. (она является частью нынешней французской Конституции) включает бессмертные строки: «Всякое общество, в котором не обеспечено пользование правами и не проведено разделение властей, не имеет конституции» (ст. 16).

На протяжении XIX—X веков разделение властей завоевывало все более широкие позиции, превратившись со временем в общепризнанный принцип цивилизации и демократии.

Разделение властей, однако, было отвергнуто марксизмом-ленинизмом. В соответствии с этим учением в России, а затем и в других странах было построено тоталитарное государство, отказавшееся от принципа разделения властей.

В президентской республике разделение властей проводится наиболее последовательно. В США этот принцип был существенно дополнен системой «сдержек и противовесов», которые позволили не только разделить три власти, но и конструктивно уравновесить их. В сущности, США за всю свою историю не знали глубоких конституционных кризисов, хотя столкновения властей, особенно законодательной и исполнительной, периодически все же происходили.

Существенные особенности свойственны системе разделения властей в государствах с парламентской формой правления: парламентских республиках и парламентарных монархиях. Здесь, как и в любом конституционно-правовом государстве, обеспечивается относительная самостоятельность и независимость законодательной, исполнительной и судебной власти, но баланс между ними поддерживается при помощи специфических средств. Так, баланс законодательной и исполнительной власти обеспечивается, в частности, тем, что парламент может выразить недоверие правительству, а глава государства может распустить парламент.

Есть свои особенности и в полупрезидентских республиках.

В этих государствах признается необходимость сочетания парламентаризма и сильной президентской власти. Во Франции, например, президент обладает широкими полномочиями и является в определенной мере носителем исполнительной власти, при осуществлении которой он, однако, не несет ответственности перед парламентом. В то же время исполнительная власть принадлежит также правительству, которое должно опираться на поддержку парламентского большинства. Схожее положение свойственно России.

В Российской Федерации принцип разделения властей впервые закреплен в Декларации о государственном суверенитете РСФСР, а позже был введен в Конституцию РСФСР, но нарушения этого принципа избежать не удалось, что породило глубокий конституционный кризис. Поэтому Конституция 1993 г. фиксирует этот принцип как одну из основ конституционного строя.

В ст. 10 говорится, что «государственная власть в Российской Федерации осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную. Органы законодательной, исполнительной и судебной власти самостоятельны».

Следует помнить, что все органы государственной власти в равной степени выражают целостную концепцию народного суверенитета. Разделение властей есть разделение полномочий государственных органов при сохранении конституционного принципа единства государственной власти.

Важной особенностью российской Конституции (хотя эта особенность присуща и ряду других стран) является то, что Президент как бы не входит ни в одну из трех властей. Он глава государства и обязан обеспечивать согласованное функционирование и взаимодействие органов государственной власти. Это, однако, не означает, что создана некая фигура «дирижера», способного руководить всем «оркестром». Президент не вправе вмешиваться в полномочия Федерального Собрания или судебных органов — Конституция строго разделяет их полномочия. Разногласия между властями он может регулировать только с помощью согласительных процедур или путем передачи спора в суд. В то же время многие статьи Конституции указывают на то, что фактически Президент признается главой исполнительной власти (право назначать Правительство, право председательствовать на заседаниях Правительства и др.). Таким образом, конституционная конструкция власти «1 + 3» фактически оборачивается конструкцией «2 + 2». Здесь, впрочем, нет ничего необычного — соединение функций главы государства и главы исполнительной власти встречается часто (например, в США).

Конкретное содержание принципа разделения властей состоит в следующем:

• законы должны обладать высшей юридической силой и приниматься только законодательным (представительным) органом;

• исполнительная власть должна заниматься в основном исполнением законов и только ограниченным нормотворчеством, быть подотчетной главе государства и лишь в некотором отношении парламенту;

• между законодательным и исполнительным органом должен быть обеспечен баланс полномочий, исключающий перенесение центра властных решений, а тем более всей полноты власти на одного из них;

• судебные органы независимы и в пределах своей компетенции действуют самостоятельно;

• ни одна из трех властей не должна вмешиваться в прерогативы другой власти, а тем более сливаться с другой властью;

• споры о компетенции должны решаться только конституционным путем и через правовую процедуру, т. е. Конституционным Судом;

• конституционная система должна предусматривать право-

вые способы сдерживания каждой власти двумя другими, то есть содержать взаимные противовесы для всех властей.

Хотя такое содержание принципа разделения властей в российской Конституции прямо не закреплено, оно, безусловно, присуще ей в силу логики закрепленных в ней правил взаимоотношения трех властей. Эти правила в основном воспроизводятся и на уровне субъектов Федерации, что предусмотрено ст. 77 Конституции РФ.

Может показаться, что соблюдение принципа разделения властей не является очень сложным из-за очевидной рациональности его предписаний. Но на практике это не так. Столкновение политических интересов сплошь и рядом принимает форму борьбы полномочий, прав и компетенций. Создание действенного правового механизма разрешения таких конфликтов — важнейшее условие политической стабильности и исключения конституционных кризисов.

§ 3. Органы государственной власти

Закрепление системы федеральных органов, осуществляющих государственную власть в Российской Федерации, является составной частью понятия основ конституционного строя. Перечень таких органов является исчерпывающим, то есть не допускается создание каких-либо других органов власти без изменения гл. 1 Конституции, что особенно важно для федеративного государства с большим числом субъектов и сложной системой разграничения предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Федерации и ее субъектов.

Согласно Конституции федеральную государственную власть в Российской Федерации осуществляют:

• Президент РФ;

• Федеральное Собрание (Совет Федерации и Государственная Дума);

• Правительство РФ;

• суды РФ.

Нетрудно заметить, что этот перечень соответствует определенным главам Конституции, в которых конкретно определяются порядок формирования и полномочия каждого из этих органов.

Сопоставление ст. 10 и 11 Конституции (в первой из них государственная власть определена в трех формах, а во второй — в четырех) позволяет сделать вывод о том, что президентская власть обладает определенными чертами государственной власти, отличными от трех других. Статья 11 не раскрывает роль и полномочия главы государства — это сделано в гл. 4. Но указание на Президента как на составную часть государственного механизма именно в главе об основах конституционного строя, которая не подлежит изменению без изменения всей Конституции РФ, дает определенный ответ тем политическим силам, которые выступают за отмену президентства в России.

В то же время природа президентской власти, юридическая сила издаваемых Президентом нормативных актов недостаточно выявлены самой Конституцией. Власть, которая не является ни законодательной, ни исполнительной, ни судебной, — это власть загадочная по своей юридической природе. Выше отмечалось, что ответом на эту загадку, рожденную Конституцией, может быть только включение президентской власти в исполнительную.

Время, прошедшее после принятия Конституции 1993 г., как и зарубежный опыт, показывают, что на практике вопрос решается именно таким образом, хотя за Президентом сохраняются и определенные собственные полномочия.

Государственную власть в субъектах Федерации осуществляют образуемые ими органы государственной власти. В ст. 77 говорится, что система органов государственной власти субъектов Федерации устанавливается ими самостоятельно. Эта сторона дела уже усвоена субъектами Федерации, в результате чего возникли самые разнообразные системы государственной власти — в одних республиках есть президенты, а в других нет, серьезно различаются полномочия и взаимоотношения законодательной и исполнительной властей. Относительно единообразные системы могут возникнуть при реализации в полном объеме ч. 1 ст. 77, в которой требуется соответствие систем органов государственной власти субъектов Федерации двум положениям:

1) основам конституционного строя Российской Федерации;

2) общим принципам организации представительных и исполнительных органов государственной власти, установленных федеральным законом.

Очевидно, что одного первого положения явно недостаточно.

Системы органов государственной власти в субъектах РФ должны соответствовать каким-то общим принципам, устанавливаемым через специальный федеральный закон. Эту роль выполняет Федеральный закон «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации».

В федеративном государстве принцип единства государственной власти предполагает четкое распределение компетенции (предметов ведения и полномочий) между федерацией и ее субъектами. Все федеративные государства придают этому принципу первостепенное значение. В ходе обсуждения проекта Конституции России данный вопрос приобрел особую остроту, поскольку к этому времени между Российской Федерацией и ее субъектами уже существовал Федеративный договор в виде трех отдельных договоров, определивший разграничение предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти ее субъектов.

В Конституции РФ к основам конституционного строя отнесено не только признание необходимости такого разграничения, но и указание оснований для него: настоящая Конституция, а также Федеративный и иные договоры по этому вопросу. Конституция отвела вопросу о предметах ведения значительное место (ст. 71—3), установив предметы ведения Российской Федерации и предметы совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов, а также определив полноту государственной власти субъектов Федерации вне этих предметов. Этим вопрос полностью исчерпывается, поскольку по своей юридической силе Конституция выше Федеративного договора. В «Заключительных и переходных положениях» (раздел второй Конституции) специально отмечается, что в случае несоответствия положениям Конституции положений Федеративного договора действуют положения Конституции.



§ 4. Местное самоуправление

Конституция РФ рассматривает местное самоуправление как одну из форм осуществления народом своей власти (ст. 3), признает и гарантирует его (ст. 12). Включение этих статей в число основ конституционного строя — свидетельство принципиального изменения отношения государства к местным органам власти, несомненный признак правового государства.

Признавая и гарантируя местное самоуправление, Конституция устанавливает, что оно в пределах своих полномочий самостоятельно. Установление «пределов полномочий» едва ли не самое сложное и деликатное дело, здесь возможна чрезмерная пестрота и разнообразие, поскольку установление общих принципов местного самоуправления согласно Конституции (п. «н» ст. 72) входит в совместное ведение Федерации и ее субъектов. Однако несомненно, что органы местного самоуправления вправе самостоятельно утверждать и исполнять местный бюджет, управлять муниципальной собственностью и решать ряд вопросов по развитию систем обслуживания населения. Вмешательство в эти вопросы органов государственной власти субъектов Федерации или самой Федерации недопустимо.

Наиболее сложная и трудная для усвоения часть ст. 12 Конституции гласит: «Органы местного самоуправления не входят в систему органов государственной власти». Если бы законодатель имел в виду закрепление гарантии местному самоуправлению от вмешательства органов государственной власти, то он вполне мог бы ограничиться закреплением принципа самостоятельности.

Очевидно, что здесь утверждается принципиальное различие между государственной властью и самоуправлением. Но в чем оно?

То, что местное самоуправление есть тоже власть, вытекает из ст. 3 Конституции, но власть здесь понимается как власть народа, а не государства. Эта власть отличается от государственной тем, что она не может применять принуждение — для этого не предусмотрено правовых форм. Но можно ли отгородить местное самоуправление от государства, представить его как государство в государстве? Очевидно, нет, ибо тогда разрушается понятие суверенитета Российского государства, который распространяется на всю территорию России.

Ясно, что органы местного самоуправления не могут обойтись без издания нормативных актов — без этого их деятельность неминуемо выльется в произвол. Но если они издают правовые нормы, как это предусмотрено Федеральным законом «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», то, следовательно, эти органы вправе применять принуждение. Чем же тогда в этом отношении они отличаются от органов государственной власти?

Представляется, что местное самоуправление, хотя оно не входит в систему органов государственной власти, по своей природе все же является частью публичной власти. Местное самоуправление действует в соответствии с конституциями и законами, а следовательно, оно производно от государства. Статьей 12 Конституция как бы позволяет гражданскому обществу на местном уровне решать свои проблемы без вмешательства органов государственной власти, а только через собственные органы, но тоже наделенные властными полномочиями (нормотворческими и исполнительными, но не судебными). Это не суверенная власть, и она не может выходить за свои пределы — в противном случае правомерно вмешательство органов государственной власти. Каждый гражданин участвует в создании органов местного самоуправления, но этот же гражданин является субъектом всего российского конституционного права, он участвует в общенародном волеизъявлении (выборах) при создании органов государственной власти Федерации и ее субъектов. Местное самоуправление поэтому не может быть ничем иным, как автономной по своим полномочиям и деятельности частью общей российской государственности и государственности субъектов РФ. Такое понимание местного самоуправления, похоже, утверждается в его практическом развитии.

В соответствии с такой природой местного самоуправления следует понимать муниципальное право как совокупность правовых норм, регулирующих организацию и деятельность органов местного самоуправления. В своей основной части это институт конституционного права, поскольку его основными источниками являются Конституция РФ, конституции (уставы) субъектов Федерации, законы Российской Федерации и ее субъектов. Указы Президента России и др. Но в то же время источниками выступают акты самих органов местного самоуправления, вследствие чего муниципальное право предстает как комплексная отрасль.

Эта отрасль имеет свою систему, принципы, гарантии и формы ответственности.



1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   39


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница