Литературный рунический язык орхонских памятников



Скачать 53.96 Kb.
Дата13.11.2016
Размер53.96 Kb.
Язык и узус / Международная научно-теоретическая конференция от 10-11 июня 2011 г. – Алматы, КазНУ, 2011 – С. 108-112

ЛИТЕРАТУРНЫЙ РУНИЧЕСКИЙ ЯЗЫК ОРХОНСКИХ ПАМЯТНИКОВ

Шаймердинова Н.Г.

(Евразийский университет им.Л.Гумилева, г.Астана, Республика Казахстан)

nurila1607@mail.ru

Ключевые слова: памятники, язык, обработанный, литературный, С.Е.Малов.

Несмотря на то, что литературные языки тюркских народов сложились в ХIХ – ХХ веках, язык памятников средневековой письменности (орхоно-енисейских) называется литературным языком, и в современной тюркологии определяется как «общий письменный литературный язык древнетюркского общества», «рунический литературный язык», «стандартный язык официального повествования», «тюркское руническое койне», «эпитафийные надписи на камнях» (А.Н. Бернштам, Л. Р. Кызласов, С.Е. Малов, И.В. Кормушин, Э.Р. Тенишев, Л.И. Кызласов).

Почему язык древнетюркских текстов характеризуется как литературный язык или руническое койне? О каком литературном языке можно было говорить в эпоху правления древнетюркских каганатов? Истоки «литературности» памятников письменности, на наш взгляд, раскрывает Эдхям Рахимович Тенишев, который пишет … «есть основания полагать, что тюркоязычными племенами задолго до употребления рунического письма был выработан свой вариант обобщенной речи, стоящий над диалектами, которым могли пользоваться в устно-поэтической практике, во время публичных выступлений и обрядовых действий» (Э.Тенишев, 2006, с.178). С появлением у тюрков рунического письма устное койне оформилось в стройную литературную норму, получившую общественное признание и распространение в древнетюркском государстве. Как пишет Э. Тенишев, в VII- VIII языком рунических надписей как единым литературным стандартом пользовались различные тюркские племена или союзы племен – огузы, уйгуры, кипчаки и др. Каждое племя имело, разумеется, свой народно-разговорный язык для повседневного общения: у огузов и кипчаков это были j-языки ( ajag, goj-), у уйгуров d-язык ( adag, god), у киргизов – z-язык ( azag, goz) (Э.Тенишев, 2006, с.179).

Литературную стандартность языка памятников Кюль-тегин, Бильге-каган, Тоньюкук, Кули-чор доказывают несколько факторов, к числу которых мы относим жанровый статус текстов, стилистическое своеобразие, использование высокой лексики, высокую пафосность и тональность текстов, особенно ярко проявившихся в переводах С.Е.Малова, А.С.Аманжолова. Как известно, тексты памятников Кюль-тегина, Бильге-кагана, Тоньюкука, Кули-чора, Онгинского памятника сюжетная фабула которых представляет повествования о походах и сражениях тюрков, называют эпитафийными надписями. Это небольшие тексты, выбитые на каменных стелах поминальных комплексов, являются текстами- воззваниями, текстами-обращениями каганов к верховной знати, к тюркскому народу с целью убеждения законности власти каганов и возвеличивания своего правления, своей деятельности. Поэтому в памятниках часто используются, присущие литературному языку:

- ораторские формулы - «я, тюрк Бильге-каган, нынче сел на престол»; «О! ВЫ, тюркские, огузские беки и народ, слушайте! Если Тенгри сверху не давило тебя, и земля внизу не разверзлась под тобой, тюркский народ, кто погубил твое государство, твою власть! Объединяйтесь!» (Жолдасбеков и др, КТ.I.22).

- обращения: « Речь мою полностью, выслушайте (вы), идущие за мной, мои младшие братья, потомки, народы, подвластные мне; справа –шады,апа, беки , слева – беки-тарханы, военачальникии , отуз-татары, беки инарод тогуз-огузов, эту речь мою хорошенько слушайте и крепко ей внимайте» (Жолдасбеков и др, КТ.IV.1);



- риторические вопросы – «Был народ, у которого было государство. Где государство это теперь? Был народ, у которого был собственный каган. Где мой каган? Какому кагану отдаю я (мои) труды и силы?» (Жолдасбеков и др, КТ.I.9). ИЛИ: «Откуда пришли вооруженные люди и рассеяли тебя?» «Откуда пришли копьеносцы и увлекли тебя?».

Язык орхонских надписей отличается особой стилизацией, которую обобщенно можно представить как :

- повторяемость слов и выражении в особой рифмованной тональности («имевших колени заставил преклонить колени, имевших головы заставил склонить головы», «вперед – на восток, назад – запад; справа, в стране полуденной, слева, в стране полуночной», «истинно мудрые люди, истинно мужественные люди не подавались обману»). Частотность рифмо-поэтической тональности текстов позволяет некоторым исследователям толковать их как поэзию древних тюрков (И.В.Стеблева, М.Жолдасбеков).

- Тексты памятников насыщены эмоционально-эстетическими структурами в виде художественных троп метафор, сравнений, эпитетов, которые, с одной стороны, раскрывают эмоционально-образный характер мышления древних тюрков, с другой – демонстрируют богатство, красочность, высокую художественность древнетюркского языка («Войско тюргешского кагана в Болчу пришло, как огонь и буря». « Кровь твоя бежала (лилась) рекой, твои кости лежали как горы». «На другой день они пришли, пламенея, как пожар», «…Я проливал свою красную кровь, стекал (лился) мой чёрный пот»). ИЛИ: «Я сел на[царство] над небогатым народом, я сел на[царство] над народом внутри – без пищи, снаружи – без одежды, над народом жалким, слабым» (Жолдасбеков и др, КТ.I.26).

Наконец, литературная нормированность орхонских текстов наиболее ярко проявляется в переводах С.Е. Малова и А.С. Аманжолова. Переводы С.Е. Малова считаются литературно-хрестоматийными, характеризуются как образцы высокого литературного стиля, стандартного рунического койне. Так, малая надпись текста Кюль-тегина начинается с высокой литературной лексики: «Небоподобный, неборождённый (собств. «на небе» или «из неба возникший») тюркский каган, я нынче сел (на царство). Речь мою полностью выслушайте (вы), идущие за мной мои младшие родичи и молодёжь (вы), союзные мои племена и народы; (вы, стоящие) справа начальники шад и апа, (вы, стоящие) слева начальники: тарханы и приказные, (вы) тридцать…. (Малов, 1951, КТм. 1).

Для обоснования вышеизложенного тезиса можно сравнить перевод этой строфы, осуществленный П.М. Мелиоранским: «(Принявь титулъ:) «Небоподобный, Неборождённый (собст. «на Небе» или «изъ Неба возникшiй») Турецкiй Мудрый Каганъ», я ныне селъ (на царство). Речь мою до конца выслушайте (вы), идущiе за мною мои мдладшiе родичи и огланы, (вы), мои приверженные челядинцы (или: соплеменники?) и мой народъ; (вы, стоящие) справа шадапытъ-беги, (вы, стоящие) слева таркатъ-буюрукъ-беги, (вы) тридцать…» (Мелиоранский, 1897, КТм.1).

В результате этого сравнения выявляются различия:

- орфографические – предложение П.М. Мелиоранского следует орфографии ХIХ века, С.Е. Малов использует современную орфографию и правописание, поэтому тюркский каган не является именем собственным;

- лексические - перевод П.М. Мелиоранского насыщен архаичной лексикой огланы, (вы), мои приверженные челядинцы, «соплеменники», которые затрудняют восприятие текстов; С.Е. Малов вместо этих архаизмов употребляет общеизвестную лексику молодёжь, союзные мои племена и народы;

- семантические - ср.: Речь мою до конца выслушайте (П. Мелиоранский) и Речь мою полностью выслушайте (С. Малов);

- стилистические - ныне – нынче.

В обозначении тюркской социальной действительности, титулов тюркской знати П.М. Мелиоранский максимально следует подлиннику, сохраняя слова типа шад-апыт баглар, таркат буiурук баглар, которые по смыслу не понятны русскому читателю.



С.Е. Малов эти названия приближает к восприятию русского читателя, используя для них слова начальники, приказные, «военачальники», «княжна», т.е. слова характерные для русской картины мира. В своих переводах С.Е. Малов стремится сохранить стиль нормированного литературного языка, передать через перевод картину мира древних тюрков как образное представление о мире, возникающее в сознании человека на основе кодирования предметов окружающей действительности.

В переводах С.Е. Малова древнетюркская руника представлена как высокохудожественное литературное произведение. Язык древнетюркской руники максимально приближён для восприятия и понимания современного читателя, что обусловлено глубиной вхождения в мир древних тюрков, в древнюю цивилизацию самого С.Е. Малова, манифестацией его языкового сознания и языковой личности.


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница