Линия состоит из множества точек, плоскость из бесконечного множества линий; книга из бесконечного множества плоскостей; сверхкнига из бесконечного множества книг. Нет, решительно не так



Скачать 55.54 Kb.
Дата20.11.2016
Размер55.54 Kb.



thy горе of sands… 1



George Herbert

Линия состоит из множества точек, плоскость – из бесконечного множества линий; книга – из бесконечного множества плоскостей; сверхкнига – из бесконечного множества книг. Нет, решительно не так. Не таким математическим пассажем 2 должен начинаться рассказ. Сейчас любой вымысел непременно сопровождается заверениями в его истинности, но мой рассказ и в самом деле – чистая правда.

Я живу один, в четвертом этаже, на улице Бельграно. Несколько месяцев назад, под вечер, в дверь постучали. Я открыл, и вошел незнакомец. Это был высокий человек с бесцветными чертами, что, возможно, объясняется моей близорукостью. Облик его выражал пристойную бедность.

Он сам был серый, и саквояж в его руке тоже был серый. В нем чувствовался иностранец. Сначала он показался мне старым, потом я понял, что его светлые, почти белые – как у северян, – волосы сбили меня с толку. За время нашего разговора, продолжавшегося не более часа, я узнал, что он с Оркнейских островов 3.

Я указал ему стул. Незнакомец не торопился начать. Он был печален, как теперь я.

– Я продаю Библии, – сказал он.

С некоторым самодовольством я отвечал:

– В этом доме несколько английских Библий, в том числе первая – Джона Уиклифа. Есть также Библия Сиприано де Валера и Лютерова, в литературном отношении она хуже других, и экземпляр Вульгаты. Как видите, Библий хватает.

Он помолчал и ответил:

– У меня есть не только Библии. Я покажу вам одну священную книгу, которая может заинтересовать вас. Я приобрел ее в Биканере 4.

Он открыл саквояж и положил книгу на стол: небольшой том в полотняном переплете. Видно, побывал он во многих руках. Я взял книгу. Ее тяжесть была поразительна. На корешке стояло: «Holy Writ» 5 – и ниже: Bombay.

– Должно быть, девятнадцатого века, – заметил я.

– Не знаю. Этого никогда не знаешь, – был ответ. Я наугад раскрыл книгу. Очертания букв незнакомы.

Страницы показались истрепанными, печать бледная, текст набран в два столбца, как в Библии. Шрифт убористый, текст разбит на абзацы. В верхнем углу – арабские цифры. Я обратил внимание, что на четной стороне стояло число – скажем – 40 514, а на следующей, нечетной, – 999. Я перевернул ее – число было восьмизначным. На этой странице была маленькая, как в словарях, картинка: якорь, нарисованный пером, словно неловкой рукой ребенка.

И тогда незнакомец сказал:

– Рассмотрите хорошенько, вам ее больше никогда не увидеть.

В словах (не в тоне) звучало предостережение.

Я заметил страницу и захлопнул книгу; тут же открыл ее. Напрасно я искал, страница за страницей, изображение якоря. Скрывая растерянность, я спросил:

– Ведь это Священные тексты на одном из языков Индостана?

– Да, – ответил он.

Потом понизил голос, будто поверяя тайну:

– Она досталась мне в одном равнинном селении в обмен на несколько рупий и Библию. Ее владелец не умел читать, и думаю, что эту Книгу Книг он считал талисманом. Он принадлежал к самой низшей касте, из тех, кто не смеет ступить на свою тень, дабы не осквернить ее. Он объяснил мне, что его книга зовется Книгой Песка, потому что она, как и песок, – без начала и конца.

Он попросил меня найти первую страницу. Я положил левую руку на переплет и плотно сомкнутыми пальцами попытался раскрыть книгу. Ничего не выходило, между рукой и переплетом всякий раз оказывалось несколько страниц. Казалось, они вырастали из книги.

– Теперь найдите конец.

Опять неудача; я едва смог пробормотать:

– Этого не может быть.

Обычным, тихим голосом продавец Библий сказал:

– Не может быть, но так и есть. Число страниц в этой книге бесконечно. Первой страницы нет, нет и последней. Не знаю, почему они пронумерованы так произвольно. Возможно, чтобы дать представление о том, что члены бесконечного ряда могут иметь любой номер.

Потом, мечтательно, высоким голосом:

– Если пространство бесконечно, мы пребываем в любой точке пространства. Если время бесконечно, мы пребываем в любой точке времени.

Его попытки философствовать раздражали. Я спросил:

– Вы верующий?

– Да, я пресвитерианец 6. Совесть моя чиста. Я уверен, что не обманул туземца, дав ему Слово Божие взамен этой дьявольской книги.

Я заверил его, что раскаиваться не в чем, и спросил, надолго ли он в наших краях. Он ответил, что через несколько дней собирается возвращаться на родину. Тогда то я и узнал, что он шотландец, с Оркнейских островов. Я признался в своей любви к Шотландии – из за Стивенсона и Юма.

– И Роба Бернса, – добавил он.

Пока мы разговаривали, я все рассматривал бесконечную книгу. И с деланным безразличием задал вопрос:

– Собираетесь предложить эту диковинку Британскому музею?

– Нет, я предлагаю ее вам, – ответил он и назвал довольно высокую цену.

Я ответил, что, по правде говоря, эта сумма для меня неприемлема, и задумался. За несколько минут у меня сложился план.

– Предлагаю вам обмен, – сказал я ему. – Вы получили этот том за несколько рупий и Священное Писание; предлагаю вам пенсию, которую только получил, и Библию Уиклифа готическим шрифтом. Она досталась мне

от родителей.

– Готическую Уиклифа! – прошептал он.

Я вынес из спальни и отдал ему деньги и книгу. Он принялся листать страницы и ощупывать переплет с жаром библиофила.

– По рукам.

Странно было, что он не торговался. Только потом я понял, что он появился у меня, намереваясь расстаться с книгой. Деньги он спрятал, не считая.

Мы поговорили об Индии, об Оркнейских островах и о норвежских ярлах 7, которые когда то правили ими. Когда он ушел, был вечер. Я не спросил, как его зовут, и больше его не видел.

Я собирался поставить Книгу Песка на место уиклифовской Библии, потом передумал и спрятал ее за разрозненными томами «Тысячи и одной ночи».

Я лег, но не заснул. Часа в четыре рассвело. Я взял мою невероятную книгу и стал листать. На одной была гравюра – маска. В верхнем углу стояло число, не помню какое, в девятой степени.

Я никому не показал свое сокровище. К радости обладания книгой примешивался страх, что ее украдут, и опасение, что она все таки небесконечна. Эти волнения усилили мою всегдашнюю мизантропию. У меня еще оставались друзья – я перестал видеться с ними. Пленник Книги, я почти не появлялся на улице. Я рассматривал в лупу потертый корешок и переплет и отгонял мысли о возможной подделке. Я заметил, что маленькие картинки попадаются страниц через двести. Они ни разу не повторялись. Я стал отмечать их в записной книжке, и она тут же заполнилась. Ночью, в редкие часы, когда не мучила бессонница, я засыпал с книгой.

Лето шло к концу, и я понял, что книга чудовищна. То, что я, не отводивший от нее глаз и не выпускавший ее из рук, не менее чудовищен, ничего не меняло. Я чувствовал, что эта книга – порождение кошмара, невыносимая вещь, которая бесчестит и отвергает действительность.

Явилась мысль о костре, но было страшно, что горение бесконечной книги может длиться бесконечно и задушить дымом всю планету.
Вспомнилось вычитанное где то: лист лучше всего прятать в лесу 8. До ухода на пенсию я работал в Национальной библиотеке, в которой хранится девятьсот тысяч книг. Я знал справа от вестибюля крутую лестницу в подвал, где сложены газеты и карты; воспользовавшись невнимательностью сотрудников, я оставил там Книгу Песка на одной из сырых полок и постарался забыть, как далеко от двери и на какой высоте.

Стало немного легче, но о том, чтобы появиться на улице Мехико, не хочется и думать.




1 твой песочный канат (англ.).

Эпиграф взят из стихотворения «Ярмо» (сб. «Храм». 1633) английского поэта метафизика Джорджа Герберта.




2 В оригинале: more geometrico, т. е. «геометрическим способом»; отсылка к трактату Баруха Спинозы «Этика, доказанная геометрическим способом» (1675).


3 Речь идет об архипелаге островов у северной оконечности Шотландии.


4 Город на северо западе Индии в пустыне Тар.


5 « Holy Writ» – архаичная форма выражения «Священное Писание».


6 Исповедующий религию англо шотландских пуритан умеренного толка; основанное в середине XVI в. Джоном Ноксом пресвитерианство отрицает институт епископства и заменяет его выборными старейшинами.


7 Речь идет о титуле правителей (или старейшин), впоследствии первом наследственном титуле англосаксонских правителей.


8 Отсылка к рассказу Г. К. Честертона «Сломанная шпага», герой которого совершает преступление и, чтобы скрыть его, прячет труп «под горой трупов».



База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница