Книга находится в свободном доступе для читателей



страница5/8
Дата04.05.2016
Размер1.18 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8

Подземный город
«А мне один таксист рассказывал, что есть под нами подземный город не менее фешенебельный чем Новосибирск, с улицами, светофорами, домами, магазинами и прочим. Говорил, что у него отец там на грузовике работал в 50-х»

Цитата с форума http://forum.ngs.ru/
Мы очень мало знаем о своих городах. Ходим по улицам, бросая беглый взгляд на привычные здания, и никогда не задумываемся: а что же находится под ними? Вот и я практически ничего не знал про подземелья Новосибирска, пока не начал собирать материал на эту тему. Если честно, точно я не знаю ничего и теперь. Так что эта глава будет самой мифической в книге.
Начнем, пожалуй, издалека. Самой известной дореволюционной гостиницей Ново-Николаевска была гостиница с претенциозным названием «Метрополь». Здание её, кстати, сохранилось до сих пор – только сверху этаж надстроили. Находится в старой части города по улице Коммунистической. Однако, известен «Метрополь» был не столько как отель, сколько как место, где за умеренную плату можно было получить интимные услуги. Чем новониколаевцы и пользовались на полную катушку. В основном, конечно, зажиточные. А чтобы не светиться – ходили в гостиницу по подземному ходу. На полуразрушенный ход этот натолкнулись коммунальщики в 1973 году, подумали и засыпали обратно. А чего, правда, его раскапывать? И номеров в здании уже нет, и девицы те дореволюционные давно померли.

Куда более страшная легенда существует о другом здании по той же улице. Коммунистическая, 49. До Отечественной войны в нём находилось ЧК (да и сейчас там находятся совсем не мирные офисы). Рассказывают, что из подвалов подземный ход вёл к Оби, в район железнодорожного моста, и по проложенным рельсам ходили вагонетки, вывозя по ночам трупы к реке, где их грузили на лодки и отправляли за город… Длина этого тоннеля составляла ровно один километр. Коммунистическая, пожалуй, одна из самых страшных улиц города. Еще одна легенда связана с семиэтажкой под номером 48. Вернее не с ней, а с местом, на котором она построена. Мрачное, жуткое место. Долгие годы по этому адресу жила Смерть, и это вовсе не образный оборот речи. Раньше здесь находился морг, а еще раньше – расстрельные камеры НКВД в подвалах бывших купеческих конюшен. Когда строители рыли котлован под фундамент нынешней семиэтажки, то наткнулись на большое количество человеческих костей. А один из рабочих нашел алюминиевую табличку с надписью «Дворник такой-то г. Ново-Николаевска» Посередине таблички – дырка, вполне возможно от пули. Но, помимо, этих страшных находок строители откопали также вход в подземелье: лестницу, которая уходила на много метров вниз – туда, в таинственный Подземный Новосибирск. Трогать лестницу не стали. Перекрыли плитой и засыпали снова.



Как город Новосибирск формировался двадцатые-шестидесятые годы прошлого столетия. Столица Сибири это ведь не просто красивая фраза. В довоенные годы административно-территориальное деление было совсем иным. Существовал Западно-Сибирский край, включавший нынешние Томскую, Омскую. Новосибирскую, Кемеровскую области и Алтайский край. Столицей этой огромной территории и был Новосибирск. Но эти четыре десятилетия ещё и годы большой секретности. И строительство подземного города вполне в духе того времени. Точно, например, известно, что здания бывшего крайисполкома и бывшего крайкома партии связывает подземный ход. В первом сейчас находится Администрация Новосибирской области. Очень интересное здание, кстати. С подземными этажами, с первым автоматическим лифтом в городе, построенное в стиле модного нынче среди историков архитектуры стиле конструктивизма. Именно в эти четыре десятилетия в городе были построены железнодорожный вокзал, здание штаба СибВО и Оперный театр. Все они имеют свои выходы в Подземный город.


Театр Оперы и балета – одно из самых мистических и загадочных зданий города. Под его огромным куполом может полностью поместиться московский Большой театр. Первоначально планировалось построить что-то вроде огромного стадиона, куда каждый год в годовщину Октябрьской революции должны были стекаться манифестанты. Затем проект стадиона заменили проектом Дома науки и техники. И начали строить – с 1931 по 1933 гг. Но… Есть что-то загадочное в дальнейшем строительстве Новосибирского Оперного. В 1933-м к власти в Германии пришли фашисты. И строительство Дома науки и техники (уже были возведены основные конструкции) решено было резко заморозить. Нет-нет, вовсе не из-за недостатка средств, как сегодня. Архитекторы получили задание на строительство вместо прежнего здания совершенно нового. Среди тех, кто интересуется городскими подземельями существует устойчивое мнение, что Оперный театр на площади Ленина – центр всего Подземного Новосибирска. Говорят, что под театром построен в свое время бункер для Сталина на случай эвакуации правительства из Москвы. Есть на территории театра два подземных искусственных озера, каждое по шесть тысяч кубов воды. Они существуют на случай пожара, и последний раз использовались в 2001-м, когда горело здание в трех кварталах от театра – ЦУМ. Есть глухие подземные коридоры, которые ведут неизвестно куда. Говорят также, что на последнем, четвертом подземном уровне построена железнодорожная ветка от Оперного до вокзала Новосибирск-Главный.
«Я просто занимаюсь коммунальным строительством и иногда такие топосновы попадаются, что волосы дыбом… Заброшенный пятиэтажный город под площадью Ленина. Пять этажей я сам видел вниз, а вот дальше – вода, так, что, сколько еще, не знаю…»

Цитата с форума http://forum.ngs.ru/


Рассказывая о тайных новосибирских подземельях, нельзя не упомянуть и Академгородок. В то, что в разгар холодной войны важный стратегический объект строили, не стремясь зарыться в землю, верится с трудом. Секретные лаборатории на скрытых этажах, бомбоубежища, хорошо продуманная система подземных ходов… Общая протяженность магистрального подземного хода (без ответвлений) оценивается примерно в четыре километра. А ответвления эти, опять же по слухам, идут не только к каждому институту, но даже под дном Обского моря с выходом на острова. Когда-нибудь Академгородок станет такой же загадкой для будущих историков, как нынче Стоунхедж. Поверить, что пятьсот лет назад ученые зарывались под землю и строили там секретные лаборатории? Нет, не поверят….

А Подземный Новосибирск все удивляет и удивляет тех, кто следит за его «оговорками». Чего только нет под его землей! Даже целые заводы… Лет тридцать назад за ДК имени Чкалова (в народе именуемом «Чикалдой») раскопали катакомбы, сделанные из кирпича. Очень удивились и стали выяснять, что же это такое. Оказалось, старый кирпичный завод! Ну что… Засыпали обратно. Пускай дальше лежит…


Тайны Обского моря
Новосибирск – огромный город. Из конца в конец по нему ездят на электричках, измеряя расстояние десятками километров. И ещё у Новосибирска есть море. Своё. Обское. Те, кто приезжает сюда отдыхать, никогда об этом не жалеют. Сосновый бор по берегам, дома отдыха, деревеньки, дикие туристы. Двести двадцать километров в длину – от Камня-на-Оби до Новосибирска, около двадцати километров в ширину. В черте города – несколько пляжей, баз отдыха, парк, часть Советского района и красивый белокаменный монастырь.

История Обского моря полна тайн, мифов и загадок. Иногда страшных…. В 1951 году Совет Министров СССР принял решение о строительстве Новосибирской ГЭС и затоплении обширного участка под водохранилище. Под воду ушёл огромный лесной район, старинный трехсотлетний город Бердск (позже он был выстроен в стороне) и множество деревень (называются цифры от семидесяти до трёхсот). Жителям надлежало бросить родные места, жилища, могилы предков… И не просто бросить: люди обязаны были уничтожить всё это своими руками. Каждой семье предписывалось разобрать жилище, сровнять с землёй все хозяйственные постройки и засыпать погреба. Каменные же городские здания разрушались специальными бригадами. Сносились жилые дома, церкви, сравнивались с землёй кладбища. Долго не могли разрушить старинную Сретенскую церковь 1816 года. Подогнали башенные краны, прикрепили к ним тяжёлые чугунные болванки и долбили, долбили, долбили. Несколько дней подряд.

В 2003 году состоялась церковно-историческая экспедиция под руководством священника отца Андрея Ромашко на остров близ села Красный Яр. Остров этот совсем маленький – сорок метров в длину и меньше десятка в ширину. Сохранился он благодаря каменному фундаменту стоявшего здесь храма Александра Невского. Волны моря накатываются на остатки алтарной стены, а весь берег усыпан обломками рыжих «царских» кирпичей. На острове сохранилось две могилы священнослужителей и нетронутый церковный подвал, куда впопыхах свалили церковную утварь. Память народная сохранила имя молодого петербургского священника Акципетрова, расстрелянного когда-то у стен храма.
«Когда же мы очутились, наконец, на узком остове храма, как будто плывущем посреди воды, то почему-то умолкли. И не одной мне показалось: здесь, сейчас, запоют, только не русалки, а небесный клирос – ангельские голоса. Запоют что-нибудь простое: «Господи помилуй» или «Отче наш», – и тогда все нетронутые травы поклонятся и выпрямятся, не подчиняясь отныне свистящему ветру, и будут подпевать тихонько, шелестя и вздрагивая. И не будет конца этой дивной литургии, и не было ей начала…

Приплыли мы на берег грустные той светлой грустью, которая, бывает, подступит в храме, и уйдет, оставив чувство радости от того, что был в гостях у Самого Бога, сотворившего небо и землю»

Из воспоминания Анны Ромашко, участницы экспедиции.
Много тайн хранится на дне «кладбища тайги», как называли некогда Обское море. Под воду тогда ушел и огромный массив не вырубленного леса. Реальные события, как всегда, обрастают мифами и легендами, и теперь уже не разобрать, где правда, а где вымысел. Гуляет в народе легенда, что на берегу Оби стояла когда-то тюрьма и ее затопили вместе с заключенными. Совсем недавно ввиду малого паводка с алтайских гор и грубой ошибки при сбросе воды на ГЭС море обмелело настолько, что приоткрыло часть своих тайн жителям Новосибирска и Бердска. Начался самый настоящий бум кладоискательства, десятки людей бродили с металлоискателями по обнаженному дну искать клады. Улочки затопленного старинного Бердска вновь показались на поверхности. Старое городское кладбище с сохранившимися могильными плитами, остатки бывшей больницы, захоронения Героев гражданской войны, развалины горкома партии, а возле разрушенной Сретенской церкви – оголенный фундамент склепа с цинковым гробом – усыпальница одного из самых знаменитых жителей Бердска купца Горохова. В 1907 году он умер в Москве и был похоронен на Ваганьковском кладбище. Однако когда сыновья вскрыли завещание, то обнаружили, что посмертная воля усопшего: захоронить его в родном Бердске. Волю отца сыновья исполнили…

Горохов был реформатором: ввел восьмичасовой рабочий день, электрифицировал мельницу, привёз первый автомобиль в город, построил канатную дорогу, увидев подобную в Америке, содержал приют для больных и ослабленных детей из бедных семей. Когда в Ново-Николаевске появился кинематограф, Горохов купил для всего приюта билеты на пароход и возил детей смотреть кино… Удивительная судьба, даже после смерти. Быть похороненным в Москве, вернуться в Сибирь, оказаться на дне моря, пролежать там более полувека и вновь быть перезахороненным потомками.


Но сколько еще неразгаданных загадок!

Один из самых известных островов на Обском море называется в народе Тайвань. Интересно, что первоначально он именовался Островом Тань и Вань: на нём частенько уединялись молодые влюбленные парочки. Потом Тань и Вань стал просто ТаньВань, а затем уж и вовсе приобрел китайское звучание. По одним сведениям, в восьмистах метрах на запад от острова лежит затонувший корабль, а по другим – иногда виден купол еще одной затопленной церкви. Глубина здесь небольшая – около девяти метров, так что всё возможно. Правда, вариант с церковью обычно оспаривается. Большинство полагает, что она была разрушена в тридцатые годы и находилась в районе острова Хреновый. Кстати, тоже любопытная история. Хреновый раньше именовался Кленовый, так как до затопления там был холм с кленовой рощей. По дороге на пляж «Неоком» (нынче, кажется, «Звезда») остался кусочек старого бердского шоссе, шедшего через город в направлении нынешнего острова Тайвань. По слухам, на острове и поныне существуют заброшенные катакомбы, но никто не знает, откуда они взялись. Идёшь по острову и попадаются полузатопленные «оконца», куда без специального снаряжения не попасть, опасно. Кто-то считает, что это старые бердские погреба, кто-то – бывшие склады купца Горохова, кто-то выдвигает и вообще фантастические версии, что на остров ведут секретные подземные ходы из институтов Академгородка. Вот одна из таких баек: «Житель Академгородка Михаил Кокорин утверждает, что ещё в 80-х рыбачил на Обском море и случайно увидел картину, подобную описанному Пушкиным выхождению из моря тридцати трёх богатырей во главе с дядькой Черномором.

– Сижу я, рыбачу, – вспоминает Михаил Павлович, – и вдруг вижу, как из воды, метрах в трёхстах от меня, у самого берега, поднимается какой-то большой контейнер. И вокруг него военные суетятся. Потом он, значит, открывается, а из него, на берег выезжают один за другим три танка! Выехали, и уехали в лес! А контейнер обратно, под воду опустился».
Тайвань, Хреновый, Буян, Подкова, Могильный… Много островов на Обском море. Когда-нибудь они обязательно расскажут свои страшные истории. Когда-нибудь… Но уже совсем иным людям.
Высокие гости города
После Ульянова-Ленина Новосибирск посещали Витте, Столыпин, Калинин, Дзержинский, Орджоникидзе, Луначарский… Иосиф Сталин был в Новосибирске дважды. Один раз проездом из туруханской ссылки весной 1917-го, когда поучаствовал в митинге на привокзальной площади, другой – в 1928, когда проводил заседание Сибкрайкома ВКП(б) по поводу раскулачивания и выбивания из упрямых сибирских крестьян зерна. В этот раз он прибыл в город тайно, и стало известно об этом только из рассекреченных советстких архивов. В газетах об этом событии не было ни строчки. На стенограмме заседания Сибкрайкома компартии, в котором участвовал Сталин, поставили гриф «секретно». Вождь народов решал вопросы хлебозаготовок и раскулачивания – в таком кулацком краю как Сибирь дело двигалось удручающе медленно. Сталин требовал крови. Большинство тут же взяли под козырек, но некоторые всё же нашли в себе мужество возражать. Председатель Правления Сибкрайсельбанка товарищ Загуменный позволил себе даже не согласиться с вождем, вручив тому личное письмо с предложением не преследовать кулаков за нежелание продавать излишки хлеба. Сталин собственноручно написал на письме «ха-ха». О дальнейшей судьбе Загуменного материалов я не нашёл…
Посещали Новосибирск и высокие гости из-за рубежа. В 1944-м в город приезжал вице-президент США Генри А.Уоллес, выступивший перед новосибирцами с речью в помещении почти достроенного театра Оперы и балета. А в шестидесятые в преддверие визита Никсона, в Новосибирск прибыла большая делегация американцев. Осмотрев город, янки неожиданно заявили, что в городе мало храмов и предложили профинансировать строительство большого собора. Партийная верхушка была в шоке. Сообщила о предложении американцев наверх, но оттуда неожиданно поступила команда – строить! Вызвали известного архитектора Кузьму Петровича Зайцева, пересказали ему предложение архитектора. Архитектор, конечно же, загорелся. В советское время построить храм! И поинтересовался у властей:

– А какой строить будем: православный или католический?

– Чего непонятного? – возмутились власти. – Сказано построить собор, так строй. Храм, церковь такая, понимаешь? Колокола там разные, кресты сверху.

– Да, – переминаясь с ноги на ногу, согласился архитектор, стараясь говорить как можно проще. – Но церкви-то разные бывают. Православные это одно, а католические совершенно иные по виду. На какой собор готовы дать денег американцы?

Об этом власти спросить не удосужились. Судили-рядили, наконец, решили найти уже готовое здание и переделать его под русскую церковь. Зайцев такое здание нашел – это одна из водонапорных башен, самая известная в городе. Даже автобусная остановка так и называется «Башня». Она стояла (да и стоит поныне) на самой высокой точке Новосибирска, на левом берегу в районе площади Маркса. Архитектор предложил надстроить башню ещё на такую же высоту, пристроить зал – и в результате получится Собор, не уступающий Ивану Великому в Москве. Партия колебалась… А пока она колебалась, начался арабо-израильский конфликт и советско-американские отношения резко ухудшились. Тут уж стало совсем не до соборов.

Хрущев, Брежнев, Ельцин, Путин – все они побывали в Новосибирске. Машину Хрущева забросали облигациями госзайма. Ельцин, прокатившись на метро, изрёк загадочную фразу «Хорошо, но мало», которую никто не понял. Затем он отправился в Институт ядерной физики и, выслушав доклад ученых, неожиданно заявил:

– Ну хорошо, термояд, это я понимаю. А вот вы из камня энергию извлечь можете?

Ученые растерянно пожали плечами.

– А мне докладывали, что это возможно! – грозно произнёс Ельцин.

– Это вам докладывали шарлатаны! – не выдержал академик Кругляков.

Наступила зловещая тишина. Но кто-то из учёных всё же нашелся и умело перевел разговор в шутку.



Ну, а Путин… Путин, проезжая по Красному проспекту, неожиданно предложил полпреду в Сибирском федеральном округе выпить по кружке пива. Они остановили машину и направились в ближайший пивной ресторан.
Месть безумного летчика
В начале семидесятых годов прошлого века на улице Степной только-только достроили новые жилые кварталы. Дома – обычные пятиэтажные хрущёвки, панельные, слегка улучшенные по сравнению со своими ранними прототипами. Вместо четырёх квартир на площадке – три, большие дворы, почти центр Левобережья – до площади Станиславского пять минут ходьбы. В один из домов по Степной и заселился гражданин по имени Самуил Васильевич вместе с женой. Семья как семья, пожилая пара, взрослая дочь замужем, внуку два года. Молодые живут на другом конце города – в авиагородке у аэропорта «Северный». И муж дочери – Владимир Серков – парень неплохой. Кандидат в мастера спорта по спортивной гимнастике, прекрасный лётчик, секретарь комсомольской организации аэропорта. Да вот беда: ни тесть, ни тёща на дух его не выносили. Доходило до громких семейных ссор и скандалов пока, наконец, дочь не забрала сына и не ушла к родителям, заявив, что подаёт на развод. С тех пор Владимира как подменили.
Ранним утром, почти ночью, 26 сентября 1976 года он появился в аэропорту и потребовал подготовить ему для вылета самолёт Ан-2. Самолёт готовили два часа, полностью заправив, и не удосужившись проверить, включен ли он в план вылетов этого дня. Серков был угрюм и ни с кем не разговаривал. Бросив на прощанье фразу «Ищите меня на Степной», отправился к самолету и взлетел прямо с рулежной дорожки. Несколько минут лёта до Оби, ещё минута до площади Станиславского, пара задумчивых кругов над площадью, а затем, совсем низко над жилмассивом, прямо в дом, где жил тесть. Сошедший с ума от ревности летчик метил в кухню девятой квартиры – на третьем этаже «хрущёвки». Там в это время – восемь утра – должна была завтракать его семья. Пилоту помешали деревья, он был вынужден чуть изменить курс и врезался рядом – в подъезд между третьим и четвёртым этажом. Сам Владимир Серков погиб сразу. Легкий самолет переломился от удара, и большая его часть упала на землю. В доме мгновенно вспыхнул пожар, питаемый разлившимся авиатопливом. В спальню одной из квартир влетел мотор. Люди начали выпрыгивать из окон и с балконов. С верхних этажей родители выталкивали на растянутое выскочившими людьми одеяло детей. Какая-то девушка в одной ночной рубашке прыгнула на простыню, что удерживали женщины из соседних домов, но та не выдержала веса и порвалась. Приехали пожарные, милиция, скорая. Спасённых людей начали отправлять в больницы… В то утро погибло одиннадцать человек, не считая самого летчика. Его семьи в квартире не оказалось – ни тестя, ни тёщи, ни жены с ребенком. Они ночевали в другом месте. Тушили пожар и спасали людей почти до самого вечера. Затем вокруг поставили забор, жильцов расселили в резервный жилой фонд, вывезли обломки самолета, а сам дом в скором времени восстановили. Стоит он по адресу Степная 43\1 до сих пор. И даже пень от старого тополя, некогда спасшего жителей от более страшной беды, существует во дворе до сих пор.
Уже под вечер, когда почти всех жителей развезли, на балконе четвёртого этажа появился один из жильцов. Местный пьянчужка – в одних трусах и с жуткого похмелья. Вслед за ним на балкон вышла его жена. Ничего не понимая, они смотрели на обломки самолета, на обгоревший дом, на пожарных и милицию… Им подали пожарную лестницу, и всё ещё ничего не соображая, странная парочка спустилась по ней, чтобы узнать, как счастливо проспала таран самолета в собственный дом.
Пять спор смерти
Эта трагическая история началась тёмной летней ночью на кладбище небольшого университетского городка Марбург-ан-дер-Лан в Германии. У кладбищенской ограды остановился автомобиль с потушенными фарами, из него вышли несколько человек и, перемахнув через небольшой заборчик, быстро удалились от дороги. Осторожно светя фонариками, они отыскали нужное место и, стараясь не шуметь, принялись раскапывать могилу. Люди эти не были ни охотниками за драгоценностями, ни хулиганствующими подростками, ни религиозными фанатиками. Они были из советской разведки.

Вскрыв погребение, разведчики очень осторожно взяли образцы ткани трупа, уложили их в специальные герметичные контейнеры, труп аккуратно закопали, и также незаметно покинули кладбище. Покойным был один из ученых-лаборантов, скоротечно скончавшийся в 1967 году после вскрытия черепа зеленой макаки, доставленной из Уганды. Скончавшийся странно, жестоко: все его внутренности превратились в кровавое желе. Так, усилиями разведчиков, в СССР был доставлен вирус Марбург – одно из самых страшных заболеваний современности, по слухам, разработанное и опробованное в качестве биологического оружия американцами в Африке. Контейнеры с образцами тканей несчастного немецкого лаборанта отправились в далекую Сибирь, в Новосибирск, в «лабораторию смерти», существующую здесь и поныне – научно-производственное предприятие «Вектор». «Вектор» работает с вирусами. С жуткими вирусами. Говорят (и, думаю, не без основания), что достаточно вынести с предприятия одну колбу и вымрет половина Западной Сибири. А, может быть, и гораздо больше.

Работы по изучению вируса Марбурга продолжались в Новосибирске почти два десятилетия. Уже в середине восьмидесятых (опять же по слухам) этот вирус хотели разместить в специальной биологической головной части ракет, нацеленных на США. Нужно было понять и придумать, как это возможно. Оспа, чума, сибирская язва уже стояли на вооружении. Очередь была за Марбургом. Изучением вируса занимался сорока-четырехлетний новосибирский учёный Николай Устинов. В один из весенних рабочих дней в начале апреля 1988-го он вводил вирус в морскую свинку, но нечаянно рука дрогнула и игла со смертоносным Марбургом, проколов два толстых резиновых слоя перчаток, оцарапала самого Устинова. Покойный немецкий лаборант отомстил за надругательство над своим телом.

Что чувствует человек, ещё секунду назад живший полноценной здоровой жизнью, имевший жену и детей, друзей, родных, когда понимает, что одним неловким движением обрёк себя на мучительную смерть? Наверное, не верит. Знает, но не верит, не может принять того, что всё изменилось. Что его больше нет. Доктор Устинов отложил шприц, вышел из лаборатории, снял защитный химический костюм, проследовал в душ, а затем по специальному телефону известил о случившемся руководство. Его поместили в изолятор со стальными дверями, куда персонал «Вектора» входил только в защитных скафандрах. Разговоры с женой и детьми запретили. Устинов попросил обычную бумажную тетрадь и ручку. Он понимал, что у него нет шанса выжить и собирался вести записи о том, что чувствует и как умирает. Через несколько дней глаза его покраснели, и учёного стали мучить страшные головные боли. Он писал дневник. Затем началась кровавая рвота. Устинову сделали переливание крови, но вся она тут же выходила через рот и прямую кишку. Собрав последние силы, учёный писал дневник и плакал от боли и мучений. Затем кровь стала просачиваться непосредственно сквозь кожу – о таком никогда не слышали даже ученые «Вектора». Едва осознавая себя, учёный делал записи в дневнике. Последние его страницы покрыты кровавыми отпечатками пальцев. Умер Устинов 30 апреля 1988 года, завещав своё тело для научных исследований. Кровь и части тела его, по слухам, до сих пор хранятся замороженными в лабораториях «Вектора». А по начальной букве фамилии учёного назван новый штамм – штамм «У». Страшный, жуткий вирус. Говорят, что требуется около восьми тысяч микроскопических спор сибирской язвы, чтобы вызвать смерть. Для смерти от штамма «У» достаточно всего пяти единичных спор.

1   2   3   4   5   6   7   8


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница