Кирилл крастошевский. Перевернутый



страница7/19
Дата06.05.2016
Размер2.66 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   19

- Конюшне? Это я помню. - заулыбался Сталик.

- Что помнишь? Не может того быть. Одна я там была. - не согласилась с раненым Вата. - Гонишь, парень. Это у тебя после падения. Как говориться, тут помню, тут не помню, а тут я рыбу заворачивал....

- Лошадей! Помню с отцом в ночное ходили. Над рекой туман плыл. А мы удочки брали и на окуня шли. К реке спускались, а на косогоре лошади пасутся. До восхода еще часа два. Кони траву жуют, эхо разлетается над всем простором. Мама мне бутербродов приготовила, а я их лошадке скормил.

- Жалко, харчи ?


  • Нет. Ни сколько. А потом... пожар был в старой церкви. Зерно там хранили. Дым пошел и все побежали туда.

  • Успели?

  • В самый раз. Колокол звонил до утра....

- Это хорошо. Ты успокойся. Андрюха.

  • Что? - переспросил Сталик. - Я забыл. Мне нравиться быть Андреем. А я им и был. Как это вы угадали?

- Опыт свалочной жизни. Кого здесь только не найдешь. Все Андрюши... я так иногда на могилах пишу, когда жмура закопаем. Крестик из веток и на картонке... Андрей. Надо, что бы человек имя имел?

- Обязательно. - согласился Сталик - он же - Андрей. Почему он не назвал свое настоящее имя он не смог себе ответить ни сейчас, ни после, когда стал здесь своим.

- Курить охота. А сигареты в коробке забыла. - сказала Вата. - Ты же не куришь, Книга. Все собираешь макулатуру. Билиотеку...

- Библиотеку, Тут находятся потрясающие экземпляры. Люди перестали читать книги. Они только пыль у них собирают в доме. Вот и давай их на помойку вывозить. Запишитесь ко мне в библиотеку, Андрей?

- Непременно.

Наконец то, прыгая через торчащие из земли железки, подгоняемый сворой щенят, вернулся Сухой. Он принес алюминиевый тазик с водой.



  • Подогрел. У нас в институте, когда кого зашибало, воду грели.

  • Молодца. А если бы еще и курева прихватил, то был бы, как ты говоришь наука, гений в квадрате! - улыбнулась своими неровными зубами Вата.

От воды шел пар. Вата опустила в воду гипсовый бинт и через мгновение обернула руку Сталика этим нехитрым, но спасительным белоснежием.

- Легче стало? - спросила Вата.

- Наверное. - немного успокоившись ответил Андрей-Сталик.

Вся кисть руки, вместе с пальцами была закрыта свежим гипсом. Перстня на руке не было видно.

- Ну что говорить знаешь!

- Знаю. - улыбнулся Сталик. - Шел. Упал. Очнулся гипс.

- Забыл , поскользнулся и про закрытый перелом. - напомнил Сухой. - Я то же когда то поскользнулся. В городе авиаторов. На заводе Сухого работал. Оттуда и кличка такая. Сухой! Я самолеты делал. Видел Су 29?

- Видел.


- Моя работа! А Буран?

- Нет.


- Что ты. Такая вещь. Космолет. Убили проект. Завод закрыли года два назад. Я на рынок пошел работать. Денег занял, товару набрал и все украли... вот теперь я здесь. Конструирую санки для перевоза металла в скупку.

Сухой махнул рукой и потянулся к бутылке Ваты.

- Дай глотнуть. А то все внутри жжет.

- Махни.


Сухой выпил из горлышка и поморщился. Передал бутылку Книге. Тот отпил небольшой глоточек. Пояснил:

- Для дезинфекции. И вам Андрей надо.

Сталик - Андрей протянул левую руку к бутылке.

- За знакомство. - он отпил глоточек. Давно он не испытывал такого приятного ощущения. Тепло разлилось по всему телу.

- Вот так, Андрюха. Но не увлекайся. А то у нас тут многие с катушек от этой дряни слетели. Сам то ты откуда?

- Со Сретенки.

- И чего ж ты натворил? В засаду попал?

- Вроде ... - и тут Андрей, а мы его теперь будем так называть заплакал. - Я сам виноват... меня украли и обманули... били... я маленький. Мне больно. Не трогайте меня, дяденьки! Я больше не буду.

Он вдруг попытался свернуться в калачик, но сломанное ребро дало о себе знать.

- У него еще и ребро. - сказал Книга.

- Вижу. Били видно по ребрам.

- Били. - подтвердил Андрей. - По голове били. Лошади скакали. И пел кто то рядом. Противно так. Протяжно.

- Как Вата в караоке. Мы тут машину эту нашли и подключили. Ужас, как смешно. Воет баба словно вьюга за моим окном.

- Я летал. - продолжил Сталик - Андрей. - А потом ... упал. Голова кружится. Вас много, а я один.Я отдам вам деньги.

- Отдохнуть ему надо. Пошли к нам, Андрюха. Оклимаешься. Не ты первый , не ты последний. Денег то у тебя то же нет.

- Не помню. - Новоиспеченный Андрей сунул руку в карман и обнаружил там несколько смятых бумажек. Оказалось что у него в кармане лежало пять тысяч рублей. Он протянул их Книге.

- Деньги есть.

- Богато.

- Банкет. В честь нового жильца.

- Нового человека. - добавил Сталик- Андрей. - Я почему то очень рад, что не умер.

- Еще бы. Кто этому рад. Червей кормить, дело не хитрое.

- А душа? - мечтательно произнес Книга.

- Летит в космос вместе с моим Бураном. Но не возвращается.

- Никогда?

- Никогда. Там лишь космический мусор летает.

- Во дела. У на сплошная свалка и на небе то же самое. - удивилась Вата. - Какая дрянь. Никакой романтики и юношеского задора.

- Деньги на ветер! - почему то сказал раненый.

- Его не грабили. - вывел свое умозаключение Сухой. Оперевшись на него и на Книгу Сталик- Андрей дошагал до деревянного сарая. Низкого и узкого. Ему пришлось нагнуться, что бы в него войти и в этот момент испытать резкую межреберную боль.

- Наша общага. - пояснил Сухой. - Место для размышлений и успокоения.

- Это точно. - сказал Книга. - Это место свято. Ибо дальше идти некуда. Это пропасть. Ты в нее прыгнул и все. Обратного пути нет. Летишь.

- Лечу. И руки вот так. - Сталик -Андрей показал как. Он поднял одну загипсованную и вторую руку и изобразил полет птицы.

- Птица с раненым крылом!

- Над землей летели лебеди солнечным днем! - запела нестройным и визгливым голосом Вата. Щенки у дверей завыли словно подпевая потерявшей человеческий вид пьяной женщине .

Жители сарая расселись на небольшие чурбачки расставленные вокруг ящика от артиллерийских снарядов. Гостя положили на обшарпанный диван накрытый покрывалом, с изображением охотников на привале. Сталик - Андрей осмотрелся. Это строение было завалено всякими нужными и не очень нужными вещами. По стене из ящиков от фруктов были устроены стеллажи и в них стояли разнообразные старинные книги и журналы. Чуть поодаль два старых телевизора и на удивление оба работающие. Потом несколько приемников, лопат, огнетушителей и прочего хлама. В центре над ящиком висел старинный абажур ручной работы. И главное -

в сарае горел электрический свет.

- А свет то здесь откуда? - нелепо спросил новый жилец.



- От столба. - спокойно ответил Сухой. - Я провел. Техника на грани Вселенского разума! Передача тока на расстояние. Беспроводное электричество. Патент номер 567367. Я изобрел еще в юности. Никому не нужное изобретение оказалось. А здесь пригодилось!

  • Хорошо. - Андрей закрыл глаза и в это же мгновение полетел в сторону солнца. - Прощай Сталик. Твое место теперь пусто. Его займут более достойные динозавры, выжившие в этой катастрофе. Без меня всем будет лучше. Алисе не придется скрывать от богемы своего папу - неудачника. Полина найдет себе достойного мужчину и все мои сотрудники очень быстро забудут обо мне. Мой телефон... кстати я его забыл у бара. Он будет заблокирован за неуплату и все, кто его знал и помнил, сотрут эти цифры из памяти своих мобильников. Меня ни кто не будет искать. Я ушел. Исчез. Утонул. Сгорел. Все уйдет и все вернется! Мама и папа вы не приняли меня, значит я пока еще не заслужил вечного покоя. Ни кто не узнает, что простой человек Андрей, живет где то недалеко от вас на мусорной свалке. Перелистывает отпущенные ему на покаяние дни!

  • Отдохнуть ему надо. - Сказал Сухой.

  • Нехай дрыхнет.- Согласилась Вата и вышла из сарая. - Прогуляюсь.

Она унесла с собой недопитую водку.

  • У нас поживешь? - спросил Книга.

  • Если не выгоните. - ответил не открывая глаз Андрей.

  • А чего тебя гнать? Ты взнос сделал. Ты теперь свой. Я тебя в тетрадку жителей свалки впишу. Номер получишь. Я староста нашего сарая. Дома! - однозвучно проговорил Сухой.

Пока губы Андрея еще что то там шептали и страдающий бессонницей Книга сидел под тусклой лампочкой, читая книгу о той жизни французских королей, которую он воспринимал, как единственно правильную, Сухой вписывал крупными буквами имя Андрея в тетрадь дома на свалке.

  • А фамилия твоя как?

  • Сокольников. -почему то сказал Андрей.

  • Пойдет.

Пока Сухой ставил точку в тетради, Книга водил пальцем по листам бумаги и перед его глазами зажигались миллиарды светящихся мотыльков эпохи Людовика прозванного Солнцем.

  • Завтра зарегистрирую тебя в администрации и получишь ты свой номер, Андрюха.

  • Сухой, ты еще чего сегодня видел интересного? - спросил оторвавшись от жизни французских королей, Книга.

  • Нет. А что? Что то упустил? - переспросил староста сарая.

  • Уточняю.

Утром Андрея разбудил запах дикого перегара рядом с собой. Он открыл глаза. В полуметре от него, на надувном матрасе лежало тело Ваты. Она храпела и выпускала изо рта большие, мутные пузыри. Андрей приподнялся и превозмогая боль в правой стороне живота выполз на “свежий” воздух мусорной республики. Солнце уже поднялось над сопками недогнивших отходов. На одной из сопок, словно памятник танкистам - героям, стоял свежевыкрашенный гусеничный трактор. Он возвышался над всем этим гниющим хаосом. Со склонов мусорных пирамид взлетали жирные вороны и круглолицые голуби. Их было несметное количество. Лучи солнца отражались в лобовом стекле трактора. Оттуда маша рукой, кому то, что то кричал моложавый парень не русской национальности. Что он кричал, Андрей понять не мог, но откуда то из глубин мусорных гор трактористу отвечали такие же неразборчивые, хриплые голоса. Слева от этой горы стояла целая вереница мусоровозов и что то скрипящее, плохо пахнущее, падало из их кузовов на землю. От груды свежего хлама в сторону дороги, лениво передвигая ногами бежали перепуганные крысы. Рядом с ними, таща еще недогнившую снедь, передвигались пятнистые коты.

- В детстве мечтали о Зурбагане, а встретили Скворцово Восемь. - услышал за своей спиной тихий голос Книги, Андрей. - До моря здесь дороги нет.

- А до Рима?

- То же нет. Я вам больше скажу. До кладбища нет.

- Это почему?

- Нас сваливают в такие же ямы и ровняют бульдозером. Нас нет. Вот мы вроде едим, пьем, лечимся, смотрим телевизор, деремся, плачем, а на самом деле нас нет.

- Никого?

- Никого.

- Да. Хорошая перспектива.

Андрей повернулся в сторону старика. Книга стоял в метре от него и держал в руках чистое полотенце.

- Вам. Здесь это редкость. Но вам для акклиматизации, оно сгодится. Сразу трудно привыкнуть к отсутствию быта. Потом отдадите.

- Спасибо.

- Там за Хиопсом река.

-Хиопсом?

- Да. Мы так эту мусорную пирамиду называем. Там под ней закопано столько тайн и загадок Московской жизни, что никакому Египту не догнать нас. А в реке мы иногда купаемся. Стираемся. Река проходит мимо свалки. И вода там нормальная. Пить не советую, а помыться. Хотя тебе Андрюша трудно будет управляться одой рукой.

- Я еще и не пробовал.

- Я пойду с тобой. Хоть мне на смену пора, но старику зачтется.

- У вас тут смены? - повесив полотенце на плече спросил Андрей.

- Конечно. Отрабатываем на Хозяина, за право жить в этом мире.

- Конечно. Как я мог об этом забыть. Везде одна линия...

- Искать тебя будут?

- Нет. Я для всех умер.

- Умер! - потом подумав Книга заметил Андрею. - Может это и к лучшему.

Книга свернул старую газету в трубочку и сунул в карман своей безразмерной пижамы. По вытоптанной в мусорном насте тропе они прошли вдоль склона горы к реке. Река оказалась не такой уж и маленькой. Такая обычная, витиеватая, маленькая русская речушка. Правда все берега ее были покрыты пустыми бутылками, молочными пакетами, куриными и свиными костями и прочим хламом. Но вода показалась Андрею прозрачной. Книга зачерпнул ее литровой банкой и полил на одну, не загипсованную руку Андрея. Андрей бросил поток этой влаги оставшейся в его ладошке в лицо. Холодная вода обожгла кожу.

- Хорошо!


  • А я, что говорил. Природа успокаивает нас грешных.

Но не успел Книга произнести эти слова, как услышал спиной вяло брошенное слово.

- Здорово дед. Деньги есть? А это что за калека с тобой?

Из кустов растущих вдоль берега реки выскочили загорелые малолетки. У них были скомканные волосы и в кровь разбитые руки.

- Че дед тут делаешь? - спросил кучерявый.

- Моемся.

- А за воду платить надо? Слышал? - нагло заметил малолетка.

- Нет. - спокойно ответил Книга и сделал шаг поближе к Андрею.

- Так слушай. Мы тут держим территорию и ты со своим одноруким нам не нравишься. Мы тут срем, а ты мешаешь. - заговорил уже другой парень, чуть повыше ростом. Он резко отделился от кучки подростков. Один из юнцов, явно нездорового вида, с дебиловатой ухмылкой перекладывал охотничий топорик из руки в руку. Другие, а их было человек десять, стояли чуть поодаль.

- Плати, дед. А то мы вам тут крутые горки покажем... - Парень со слипшимися волосами подошел почти вплотную к Книге.

- Ты, гипс. То же не дави из себя дурака. Лезь в карманы.

- Пушкин, а может ему руки обрубить, чтоб не болели. - пошутил дебил.

- Можно. - согласился тот кого назвали Пушкиным, наверное за кучерявую голову.

- Ладно, спокойно парни. У меня всего полтинник. Вам хватит? - сказал Андрей.

- За одного сойдет. Теперь выбирай кто из вас уходит, а кто у нас “грушей” поработает.

Пушкин схватил с земли пластиковую бутылку и ею ударил по спине Книги.

- Ты что творишь? - Андрей двинулся на Пушкина. Замахнулся здоровой рукой.

- Пацаны. Дядьки маленьких обижают. - заверещал Пушкин и отскочил к кустам. Оттуда в Андрея полетел большой камень. Мимо. Малолетки двинулись на Андрея и Книгу. Книга выхватил из кармана баллон диклофоса и брызнул в лицо дебила. Тот выронил свой топорик и схватился руками за глаза.

- Жжет. Сука. Гена, они меня ослепили.

Стая малолеток бросилась на Книгу и Андрея. Они с особой, присущей этому юному, дикому возрасту жестокостью кинулись на свою добычу. Андрей гипсом сбил одного из нападавших с ног. В руку сильно отдало неприятным болевым ощущением. Книга то же оказался не из робкого десятка и смело отмахивался, что было сил сразу от четырех нападавших.

- Пушкин. Бей их ножом. В живот бей. Старику в шею кусай. - слышалось со всех сторон. Наверное стая малолеток в конце концов разорвала бы Книгу и Андрея на части. Дебил уже поднял с земли топорик и переложил его в правую руку, а вихрастый Пушкин оголил пикало, но тут произошло то, что в кино называют счастливым поворотом сюжета. Из за склона горы появились несколько работяг во главе с Сухим и Ватой. В их руках были лопаты и это сразу заметили малолетки.

- Гасторбайтер пришел. Валим. А то нас чурки покромсают лопатами. Пушкин, уходим.

- Так ты еще и Пушкин. - крикнул Книга и успел дать увесистого пинка парню с такой благозвучной кличкой. Тот увернулся и бросился в кусты у реки.

Работяги, Сухой и Вата кинулись на нападающих, а те побросав свои топоры и ножи прыгнули в реку и поплыли на другой берег, проворно шевеля руками и ногами.

- Успели. - только и успел сказать Сухой. Камень брошенный с другого берега приземлился рядом с его ногами.

- Я вам! Развелись тут щенята. Не потопили их в свое время. Вот они и гадят тут.

- Это точно. - сказал один из рабочих, наступив ногой в свежее дерьмо.



  • Ты, че дед. Задуматься забыл. - набросилась на уставшего Книгу Вата. - Тут тебе не берег Крыма и набережная Яузы. Забыл, что сюда одним ходить опасно. Тут шакалы эти стаями бродят. Наплодили их всюду, да выбросили на помойки. Вот они и объединяются в стаи, рвут кто попадется. Жрать хотят все время.

  • Реку хотел показать. Умыться решили. - прошептал дед невнятно.

Книга присел на землю и потер ушибленную ногу. Андрей тяжело дышал. Он давно не дрался. С самого детства, когда на них поселковых напали деревенские. Драка была короткой и жестокой. Все были в синяках и крови. Потом долго обходили друг друга за версту. Андрей потрогал загипсованную руку.

- Хороший гипс. Бьет на повал. -сказал он Вате.

- А то. Старая смесь. Повязки выкинули, а подобрала. Тут столько лекарств у нас валяется, можно аптеку открыть.

- А мы так и делаем. - сказал один из работяг. - Насобираем таблеток и в соседний ларек с крестом отнесем. По чуть чуть, но берут.

Малолетки еще что то прокричали обидное с другого берега и исчезли в невысоких зарослях камыша.

- Звери.


- Хуже. Эти никого не жалеют. Да же у Хозяина нет таких нелюдей.

  • Это точно. Те изобьют, но как то мягко. По свойски, а эти... крови хотят. Нечеловеческая жестокость рождена в них.

  • Человеческая. - сказал один из работяг.

  • Спасибо, Шолпон.

  • Да ладно. На плов приходи.

  • Приду. Рабочие положив лопаты на плечи двинулись обратно к дому администрации. Вата, Андрей, Сухой и Книга пошли за ними держа дистанцию. Сходили на работу. Разобрали кучу мусора. Пообедали там же. Потом еще таскали какие то коробки сбрасывали в яму. Работали молча. Первый день Андрея на свалке пролетел незаметно. Стемнело и у сарая Сухой и Книга развели костер и все обитатели общежития сели пить чай.

- Спасли вы нас. - признался Книга. - Я уж о плохом думать стал.

  • Так мы же соседи. Тут такое дело. Ты на смену не пришел. Вата забеспокоилась. Я ее послал за тобой, а бульдозерист говорит, что ты к реке пошел и новенького повел. Крестить! - Сухой заржал и насыпал в кружку горсть чая.

  • Покрестил! - улыбнулся Книга.

- Чифирнем. Чай плиточный. С нижних залежей.

- А банкет? Деньги то где? - засуетилась Вата.

- Да отложил я деньги в наш банк. Пропить всегда успеем, а подкопим, может и спальные мешки купим. Зима скоро. - мечтательно произнес Сухой.

- Копи. - вяло ответила Вата. - Хозяин придет на шмон учинит и все отнимет.

- Не найдет! Банк у нас крепкий.

- Ну ладно. Только языком поменьше трещи. Знаешь на свалке всюду уши торчат. Из любой кучи.

- Да. А кем ты работал Андрей, ну до того. Этого... - отпив чая проговорил Книга.

- Ты, че на допросе. Че ты чинишь. Ты что следак! -завелась Вата. - Я вас падла ненавижу. Менты вонючие. Мусора. Оборотни в полонах.

Она вынула пригоршню каких то таблеток, высыпала их в рот и запила горячим чаем.

- Сейчас вставит, по самый не балуй. Кому бабу на раздрочь! На ночь! - завопила Вата.

- Не обращай внимания, Андрей. Это она с пьяна, так всегда. Нажрется и давай балагурить. А поет прекрасно. Спой Вата!

- Нет. Я не хочу. Хочу хохочу, хочу дрочу. - она яростно заржала. - Поперло в самое горло! Пойду к душманам. У них весело. А вы старье....ленивые...

Она поднялась и шатаясь побрела по темной дороге в сторону далеких мигающих огней.

- Не дойдет. - Андрей приподнялся со своего места.

- Не зима. Упадет, проспится. Вата, баба скандальная. Но поет...

Из темноты ночи послышалось...

... Привези привези мне коралловые бусы,

Мне коралловые бусы из за моря привези....



Так под коралловые бусы, прошел этот первый день пребывания Сталика- Андрея на свалке Скворцово Восемь, где то в глубине Подмосковья. Потом за этим днем пролетела неделя. Месяц. Раны заживали, а память Андрея о прошлой жизни, все дальше уносило в неведомый нам мир потерянных мгновений. В красивых снах он переливался разноцветной мозаикой несбывшегося счастья. И Сталику казалось, что он никогда и не был никаким Сталиком. Он всегда был Андреем. Андреем Сокольниковым. Это родители его так назвали, а в ЗАГСЕ перепутали метрику и написали Сталик. Он Андрей. Конечно - это его имя. Какой он к черту Сталь, Сталин, Стальной. Чушь. Не может мать дать имя убийцы миллионов людей своему сыну. Он свято уверовал в это за время проведенное в свалочной республике и уже совершенно свободно откликаться на имя Андрей. Здесь на мусорке ни кто его не спрашивал фамилию. У большинства копошащихся здесь теней и имен то не было. Были клички, погонялы. Здесь. как в шоу бизнесе, думалось Андрею. Марго, Лиса, Профессор Лебединский, Юла, Вата, Книга. Раны стали затягиваться. Когда Вата была трезвой, а пьяной она не работала врачом, то смазывала Андрею его болячки всякими незнакомыми ему мазями, найденными прямо тут же на свалке. Ребро совсем перестало болеть и однажды Андрей пошел с соседями, а жильцы этого сарая называли себя именно так, на “особую” платную - смену. Копать метал из под мусорных завалов. Это была самая неквалифицированная работа на свалке. Поковырявшись с часок лопатой в перегнившей земле и найдя лишь один ржавый бампер и пару чугунных сковородок, Андрей присел отдохнуть на деревянный ящик из под венгерских яблок. Был уже конец сентября и начали моросить прохладные дожди. Андрею на свалке справили походную шинель и непромокаемую накидку. Книга где то, выменял на кипу журналов “Плей-Бой” старые солдатские кирзовые сапоги и они на удивление пришлись Андрею впору. Так же новый работник лопаты и лома, обзавелся солидной щетиной, ибо с момента своего появления на свалке не брился. Теперь его не узнала бы и собственная жена. Иногда, он смотрел на свое отражение, в старое зеркало висящее в сарае и ему на удивление нравился его теперешний вид. Он напоминал Андрею - родного дядю - геолога. Тот приезжал к ним домой из разных экспедиций, всегда заросший и взлохмаченный. Дядя рассказывал о своих необыкновенных приключениях в тайге, пустыне и тундре. Геолог был увлеченный человек, потом запил в годы перестройки и устроился лесничим где то на крайнем Севере. Никому не писал. Исчез из этого бренного мира. Ушел в свою последнюю экспедицию. Но тогда он был еще в самом расцвете своих невероятных надежд. Надежд найти, что то главное для своей страны. Дать ей нефть, ползая в болотах по уши в воде и зарабатывая себе всевозможные болезни. Уходя в многомесячные походы по горам и сопкам Камчатки, в поисках драгоценных металлов. Он замерзал в тундре на Северных широтах и давал стране газ. Все это потом ловко прибрали к своим рукам многочисленные перекупщики - клиенты брокера Сталика. Они разворовали все эти богатства оставив дяде лишь возможность тихо доживать свой век в маленькой избушке на краю леса с тысячерублевой пенсией и десятком патронов на сотню браконьеров. Дядя геолог снился Андрею последние несколько дней. Он приходил к нему с целым рюкзаком всяческих светящихся минералов. Они раскладывали их на ковре, где то на старой даче родителей. Эти камни казались Андрею живыми.

- Где ты сейчас, мой дорогой дядя? Жив ли ты или шальная браконьерская пуля настигла тебя. Ведь ты всегда стоял горой за правду. А сейчас эта вещь наказуема. Никому не нужна твоя правда. Никому! И камни ненужны.

- Не все. - отвечал геолог. -Этот светящийся оторвался от солнца и упал рядом с Индигиркой. Пролежал в земле миллион лет, а свет свой не потерял. Так же и правда людская. Она скоро проснется.

- Когда?


- В две тысячи семнадцатом. Все повториться.

- Революция?

- Она. - геолог сгреб свои камни в кучу. - Тогда всем понадобятся мои открытия и камни волшебные.

Андрей посмотрел на дядю-геолога, а увидел Мельника.

- А ты чего здесь делаешь?

- Проводником у них в экспедиции был. К солнечному камню привел.

- И что?

- Оступился и в расщелину упал. Больно. Ребро сломал. Кричу, а ни кто не слышит.

- Это плохо, когда тебя не слышат.

- Только вода по краю скалы бежит. Кап, кап, кап.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   19


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница