Кирилл крастошевский. Перевернутый



страница14/19
Дата06.05.2016
Размер2.66 Mb.
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   19

- И что Палыч?

- Не знаю. Я ей говорю, все нормально Маша. Комнату снимем в Москве. Приживемся. Родишь и догоним цирк. Все ж я отец. Мне решать!

- А она?

- А она... - тут он остановился. - Ну, говорит, мол, не твой это ребенок! Как, говорю, не мой, когда мы с ней... с тобой... ну... я же трезвый был! А она - не твой! Прости Гоша. Не твой. Прямо встала на повтор.

- А чей?

- Вот и я спрашиваю. Не Андрюхин, не...-он посмотрел на Снежка. - Ну а кто еще. Она у меня все время на глазах. Врет. Но зачем?

- Не все так просто. Может и вправду не твой. Так бывает. женщина - странное существо. Вот вроде и рядом, а далеко. Далеко, а рядом. - неуверенно произнес старый клоун.

- О чем ты, Снежок? Да я ее по любви взял. - сказал с напором на слово взял, Гоша.

- Я ей не верю, как себе. Да что вы все с ума посходили что ли, дьяволы!

- Не дьяволы мы. Время все поставит на свои места. - сказал Андрей и сел рядом со Снежком. - Потерпи, брат.

- Потерплю. Я вам всем потерплю. -Гоша сжал свои кулаки и сильно толкнув дверь вышел в дождь. - Да что же мне все не так как надо....

- Промокнет?

- Остынет. А ребенок действительно не его. - спокойно сообщил Снежок.

- Почему так думаешь?

- Вижу. Суеты много. Дети они по любви рождаются или наперекор судьбе. Женщина очень этого должна захотеть. Не шофера ждала Маша.

- А кого?

- Я не фокусник. В Гималаях не жил. Тибет не щупал. Спроси у Ли.

- А мне зачем?

- И то правда. Все перемелется и эта проблема решиться. Номер ее заменят. Пригласит гастролеров Палыч. Не в первой!

Снежок был спокоен и уверен. Обезьянки выглянули из под стола и потянулись лапами к вазочке с варением.

- Хитрые, вы ребята! А мы еще хитрее.
Маша проработала еще пару месяцев. Потом номер действительно сняли с программы. Она всячески избегала встреч с Гошей. Тот терпел и молчал, сжав руками баранку Газели. Сын Ладовых пошел на поправку. Оказывается, что Андрей оказал тогда в первый момент, просто интуитивно, правильную первую помощь. Кости у молодого акробата срастались быстро. За больным надо было следить. В связи с этим Палыч продлил гастроли в этом городе. Народу было на представлениях немного, но работали не в убыток. Ладовы перестроили программу и на младшего пришлось много трюков. Но он был молодьцом и со всеми трудностями справлялся. Андрей ездил с Ладовыми в больницу и констатировал, что артист идет на поправку. В один из дней к “семье цирковых” присоединились гимнасты на батуте. Хорошие, милые ребята из Белоруссии. Они легко влились в коллектив, поселившись в фургончике Гоши, немного его потеснив. Палыч договорился и клоун отдал одну из своих комнат. Благо в вагончиках всегда было по два входа. А потом внутри цирковых взорвалась бомба. Кукушечка на хвосте принесла! Откуда прошла информация осталось неясным. Но понятно, что проговорилась сама Маша. Снежку? Возможно. Он был ее другом. Гоша влетел в комнату Снежка, когда там уже сидели все знающие Андрей, Снежок и Ладов старший. Они только что раскупорили бутылочку коньяка и разлили уже по рюмкам, как дверь открылась без стука.

- Где он? -спросил Гоша.

- Кто? - наиграно переспросил Ладов.

- Палыч. Где этот старый кабель. Я его кастрирую.

- Поздно! Это уже сделала Марина.

- Или ее четвероногие друзья. - взяв в правую руку рюмку с коньяком, а в другую кусочек салями, Снежок.

- Выпьешь?

- Убью.


- И что? - выпив коньяк сказал Снежок. - Похож на Армянский. Но не то.

- И все! - крикнул Гоша и подойдя к столу залпом выпил рюмку Андрея. - Как подло. Как она могла!? Я ее люблю. Артистка. Тварь. А этот директор...

- Не бросайте грязь в артистов. - выпив сказал Ладов.

- Да вы все заодно. Мафия. Я у вас хрен на побегушках. Шоферюга. Хорошо, что в дом к себе пускаете. Спасибо. Я что, не голубых кровей.

- Мы то же нормальной ориентации. - Ладов налил Андрею рюмку, поставив на стол четвертую. - Садись, романтик! Как Марина про Палыча узнала. Нет. Машка не могла сказать.

- А тогда кто?

- Сам!

- Да ты что?



- А что? Все равно когда да узнали. У Палыча в каждом цирке по кучерявому цыгану.

- А он что цыган?

- А ты не знал? - Ладов посмотрел на Гошу. - Табор - его страсть. Маринка бездетная попалась. Вот и расстарался, в свои шестьдесят. Учитесь!

- Убью. Да я его..- застонал Гоша. Но ни кто из сидящих за столом не предал этой угрозе особого значения.

- А ты кто? Кто ты ей? Муж?

- Нет.


- Не пыли, Гоша. Может и к лучшему. - взяв в руки рюмку сказал Андрей. - Будет сын полка.

- Или дочь.

- Или дочь полка!

В дверь вошел Палыч. На удивление он был весел и спокоен.

- В нашем полку прибыло!

- Ну,что? Уже разнесли. Утечка информации погубила многие театральные коллективы.

- Гад. -вырвалось у Гоши. Он зло посмотрел на Палыча,но не сделал в его сторону ни шага.

- Ну, прости. Не знал. Женщина, сама пришла....

- А ты и расстарался. - Гоша выпил залпом.

- Выпей. Успокоишься. Цирк - это, одна семья. Тут такое случается.

Палыч, махнул рукой.

- Не прощу. -пробурчал себе под нос Гоша. Он явно был не готов к такой моментальной разборке.

- Ты, Палыч, гигант. Маленький гигант большого ... -Снежок не договорил.

- Зарепетировался. - добавил Ладов. - Марина то как?

Палыч улыбнулся.

- Захочет, простит. Не захочет, все равно работать будет. Куда ей идти.

- Нам всем некуда идти. - закричал Гоша. - Но любовь. Моя любовь, что с ней делать?

- Не знаю, Гош. Я и сам не думал, что так выйдет. Будем вместе растить. Он же наш. Цирковой будет.

- Уйду я. А то ... могу зашибить. На зоне так не подставляют. Артисты. Они и тебя Андрюха не пожалеют.

- Отдыхай. - сказал на прощание Гоше Ладов. - Раз так вышло, значит так надо было.

- Вот и я так Марине сказал! - подхватил мысль Ладова Палыч и осторожно пройдя мимо Гоши, сел за стол.

- За пополнение! - Снежок разлил по рюмкам. Гоша отошел к двери и зло посмотрел на цирковых. Те обернулись на него.

- А мне? - вдруг сказал шофер.

- Наш человек! - радостно заключил Ладов и поманил Гошу к столу. - Садись, брат. У нас в холодильнике еще пузырь есть.

- Бабы - это страшное оружие. Но не драться нам из за них.

- Любит, не любит. А так жить, я не могу. Больно. - тихо сказал Гоша и слеза упала в рюмку.

- Потерпи. -посоветовал Андрей. - Бог, терпел!

- Потерплю. - строго сказал Гоша и выпил.

- Ну, Палыч, ты цыган!

- А что делать! Кровь молдавская!

Потом пили, пели, закусывали. И снова и еще разок! Андрей проводил Гошу до домика. Тот немного присмирел, но как показалось Андрею затаил в душе лютую злобу.

Цирковые переезжали. За сто километров от этого города. Сын Ладовых еще оставался в больнице. Но сто километров - это пустяк. Дорога до неведомого доселе Андрею городка на берегу широкой реки была очень разбитой. Машу утрясло и случилось то что иногда случается в жизни. Караван циркачей остановился. Из дома Маши орала Ладова, которая ее оберегала в дороге. Андрей бежал от Газели к дому Маши, благо было не далеко. За им семенил Гоша. Из головной машины вышел Палыч. Маша рожала. Так, на колесах, в открытом поле в летний день, появляются на свет цирковые. Ветер раскачивал занавески в передвижном домике женщины - змеи. Андрей успел вовремя. Роды на удивление были не сложными и Маша родила мальчика. Приехала Скорая. В этот момент Андрей уже держал на руках малыша. Маша была в сознании, только очень устала и потеряло немало крови. Вся цирковая семья окружила ее домик. Гоша стоял около дверей машины и барабанил пальцами по капоту, словно он пианист и хочет сыграть всем музыкальный этюд. Палыч сбегал на расположенное рядом поле и нарвал всяких там цветов - сорняков. Но букет получился душевный.

- Беги, беги, батя. Поздравляй! Цыганский - барон.

- Полевые цветы самые красивые! - сказал Ли.

- И дешевые. - добавил Ладов.

- Они с лечебной аурой. Цветом добра и справедливости. - пояснил китаец.

- Какая к черту справедливость. Везде одна подстава! - негромко сказал Гоша и пошел к головной машине. - Уйти некуда. Привязался я словно репей к хвосту лошадиному. А мне бы сейчас крылья расправить. Да пройтись по Абрикосовой, а потом на Виноградную. Сорвать куш в зале игральных автоматов и в Крым. Загорать. А с деньгами я любую девушку своею назову.

Чупчик в соседнем авто вольере заржал, словно почуял что то важное для себя.

- То же на волю хочешь. Потерпи, скоро угомонишься, отдохнешь. - сказал проходя мимо Гоша. - Чупчик кучерявый, развивайся на ветру. Я тебя любила, а теперь другого люблю...

Скорая забрала Машу и ребенка в род дом. На неделю.

- Вот у нас теперь по больницам езда предстоит. И к нашему и к вашей. - сказала Ладова.

- Ничего. Это хорошее дело. На него ничего не жалко. - сказал Палыч. Марина прогуливалась со своими собачками вдоль стоящих на дороге машин с прицепами.

- Злиться.

- Несчастная она женщина. Одинокая артистка. - Ли направился к своему фургончику.

- Я ее никогда не брошу. -твердо сказал Палыч и пошел к своей супруге. Он заглянул в фургон и виновато улыбаясь присел на стул у входа. Такой маленький стульчик для того что бы было удобно снимать обувь. Марина лежала на диване и смотрела в потолок. Палыч поставил ботинки под вешалку с одеждой. Выдохнул глубоо и надрывно.

- Как ты, Марина?

- Неплохо. Только вот ноги затекают. Сахар возможно повысился?

- Ты проверься.

- Потом. Сейчас нам болеть нельзя! У нас целый госпиталь.

- Я тебя люблю. - Палыч подошел к дивану, наклонился и поцеловал жену.

- И я тебя.

Потом они вместе вышли на воздух. Колона стояла на обочине и ждала команды директора. Палыч обнял Марину. Они постояли немного на краю дороги. Собачки дрессировщицы бегали вокруг них. Потом она дала им команду и собачонки попрыгали в машину. Марина села за руль.

- Вперед! - скомандовал Палыч залезая в головную машину. - Поехали.

Он махнул рукой. И все водители заняли свои места. Батутные последними забрались в прицеп.

- С нами Бог!

Город на границе с Украиной не впечатлял. В соседних областях, повсюду работали конкуренты Палыча. Многие труппы пытались пробиться к морю. Шла жесткая конкуренция за заключение контракта с курортными городами. Маша и ребенок появились в цирке ровно через неделю. Палыч и Андрей съездили за ней. В руках у молодой мамы в небольшом свертке был новый представитель цирковой династии. Через месяц Маша собиралась вернуться на арену. Андрей начал тренировки Чубчика, который явно соскучился по настоящей работе. Повезло, что цирк в этом городе стоял на окраине и можно было скакать на лошади по окрестным полям, давно ни кем не засеянными. Потом получалось свернуть и в небольшие леса, с редкими деревьями. Есть такие города в России, в которых где не находишься, всегда ты на окраине. Где дороги еще помнят немецкие танки, а дома не крашены со времен развенчания культа личности Сталина. Лавочки стоят вдоль дороги врытые в землю. Столбы в них подгнили , а доски - ничего, еще держатся. Только все меньше и меньше с каждым годом там сидит стариков и просто посторонних зевак. Комбинат по производству кабачковой икры закрылся. А икра была вкусная, народная. Все медали на выставках брала. И рецепт из поколения в поколение передавался. А теперь один кирпичный остов, да забор с дырами вместо комбината. Зато сена и свежей травы в округе было навалом и это радовало заготовителя Гошу и ветеринара Андрея. Шофер немного успокоился, но как показалось Снежку, затаил что то такое тяжелое на душе, что обязательно прорвется наружу.

- Ждет он, чего то? - говорил Снежок Андрею в минуты их вечернего чаепития.

- Чего? Ну например... Маша к нему не пойдет, хоть он ее и с ребенком взять хотел.

- Нет. Он свою линию гнет.

- Какую?


- Пока не знаю. Но с каждым днем он все дальше от нас. Это очевидно.

Первое, после возвращения из декретного отпуска, выступление Маши было не совсем удачным. На арене Чубчик ее слушал не всегда. От малого количества репетиций у Маши из рук несколько раз падал обруч. Несмотря на эти мелкие неудачи, Палыч и все остальные “цирковые” с восторгом глядели на нее. Ладова гордо держала на руках маленького Машинного сына - Павлика и ласково говорила ему показывая рукой на арену:

- Мамка там твоя. Работает. А ты плачешь. Нельзя артисту цирка плакать. Ты кем будешь когда подрастешь?

Малыш перестал плакать. Улыбнулся. Было понятно, что он все понимает.

- Наш. - с радостью посмотрев на малыша сказал Ладов -старший и потирая руки пошел готовиться к номеру. - Ты не задерживайся, мать.

- Сейчас Маша выйдет и я за тобой.

- Давай.

Андрей стоял у самых кулис. Он давно выполнял роль страховщика, а с появлением в аттракционе ребят из Белоруссии, стал настоящим униформистом. Ему сшили малиновый пиджак с погонами и золотым шитьем на карманах. Когда прыгуны на батуте делали свой номер, Андрей выходил из за кулис, помогал натягивать батут и страховал, в момент исполнения сложных трюков. Он стал чувствовать себя артистом. Иногда он даже выходил кланяться на аплодисментах, когда выводил на поклон Чубчика. Лошадь приседала и опускала голову, а Андрей тоже улыбаясь склонялся под градом аплодисментов радостных зрителей. После представления он возил детей на пони и давал фотографироваться зрителям с ней, с собой и с Чубчиком. Это то же был своеобразный цирковой бизнес.

- Я буду у себя. - крикнула Маша Андрею и взяв у Ладовой Павлика побежала в домик.

- Растешь. - Андрей услышал рядом с собой утвердительный голос Гоши. За последнее время они виделись редко. Гоша все чаще стал пропадать в городе. Говорил, что встретил старых товарищей по институту. На самом деле он в пух и прах проигрывался в залах игровых автоматов, которые росли в городах и поселках, не хуже “поганых” грибов в дождливые дни. Они делали свое дело, обирая доверчивых людей, пристрастных к легкой наживе.

- Да. Немного правлю свой статус. - шутливо ответил Андрей.

- Из сторожей в страховщики.

- Что то вроде того.

- А мне тошно здесь. Уходить буду. Вот ребята предлагают барменом пойти в игровой зал. Хорошая работа.

- Не знаю. - Чубчик дернулся и натянул поводья. Андрей извинился перед Гошей и повел лошадь в стойло. Гоша сплюнул на землю и растер харкотину.

- Конюх, сраный!

В один из одинаково проходящих мимо них дней, ночью, непонятное предчувствие беды, кольнуло в сердце Андрея. Он испытал, какое то странное беспокойство. Сторож встал и вышел во двор из своего маленького деревянного сейфа, как он называл свой закуток в трайлере рядом с клеткой слона. Желтоватый свет от раскачивающегося во все стороны фонаря нервно слепил глаза. Этот свет показался Андрею очень неприятным. Он вышел на улицу и сразу заметил около вольеров с животными длинную, худую тень. Тень метнулась в скользящем луче света. Слон Борька резко дернулся в клетке и засопел.

- Спокойно, Боря, это я. - сказал Андрей и пошел по направлению к тени, которая загадочно качалась на ветру и тянула свои руки к электрическим проводам. Андрей подошел ближе и увидел тело висящее на дугообразной раме трайлера. Это был клоунский плащ Снежка и казалось он скрывает внутри себя , что то еще недавно бывшее живым тело. Андрей бросился к висящей тени и попытался схватить за края клоунский плащ. Ветер качнул плащ и рядом с Андреем на землю упал сандаль.

- Что за глупые шутки. - крикнул в ночь Андрей и ухватив за край развивающийся плащ артиста. Потянул его на себя. Ветка треснула и плащ оказался перед Андреем.

- Какая детская глупость. Зачем все это? - он сложил плащ, поднял одинокий сандаль и пошел к домику Снежка. Положил плащ и обувку у входа. Была теплая осенняя ночь. Ветер дул с территории Украины. Пахло сгоревшим сеном. Из кармана плаща на землю просыпался непонятный белый порошок.

- Мука. Клоунская шутка. - подумал Андрей и пошел было к себе, но вдруг свернул в право и направился к вольерам. вошел и включил свет в трайлере. Рядом с Чубчиком был разбросан черный хлеб, весь протыканный и покрытый белым порошком, который почти весь въелся в мякиш. Лошадь переворачивала носом хлеб и скалила зубы. Андрей бросился в вольер. Он схватил хлеб и понюхал его. Да он не ошибся. Такой порошок наверняка повалил тех, много лет назад похороненных им и Книгой на свалке лошадей. Порошок действовал не сразу, а постепенно. Надо было его давать несколько раз и тяжелая болезнь прийдет к животному. Этот страшный и коварный способ не раз обсуждался в научных кругах ветеринаров. Как помочь животному в момент этого “вкусного” для него отравления.

Андрей бросился по другим клеткам и увидел россыпь моркови у слона и хлеб у пони. Андрей ударил в висящий на машине колокол. Это был сигнал цирковой тревоги. За все время пребывания Андрея в семье, этот колокол не применялся ни разу. Только ветер иногда его раскачивал и производил одинокий, тихий удар, но на него ни кто не реагировал. Андрей несколько раз ударил в колокол и побежал к клеткам. Тревогу услышали. Во всех домиках начал зажигаться свет и из них стали выбегать люди.

- Что? Что случилось?

- Горим!


- Угнали? Украли?

Когда паника прошла и все поняли, что ничего не горит, Палыч подбежал к суетящемуся в клетке Чупчика, Андрею.

- Что там, Андрей?

- Вот. - сторож протянул Палычу кусок намоченного хлеба. Старый артист сразу все понял.

- Опять они. Появились. Нашли нас.

- Кто, Палыч? - спросил ошарашенный ранним подъемом Гоша.

- Погонщики. Целая армия их развелась. Живут, жируют, догоняют.

- Рэкет?


- Хуже? Свои. Цирковые. Места им мало на земле. Всюду хотят быть. Вот и напоминают о себе. Ну, что там доктор?

Так Андрея давно не звали и он сначала да же не услышал, этих брошенных в его адрес слова Директора. Потом он опомнился. Андрей заглянул в рот лошади. На языке уже были видны характерные желтые пятна.

- Промывать будем. - сказал доктор Андрей. Маша бросилась к своему Чубчику.

- Отравили! - она истошно закричала и эхо соседних переулков погнало эту весть по дворам. - Тогда что, то же отравили? Вы мне ничего не говорили. Сказали, эпидемия, а было отравление?

- Маша, не волнуйся. Тебе нельзя. - схватил ее за руки и оттащил в сторону Палыч.

- Чем помочь? - спросил Ладов. За ним стояли китайцы и Белорусы и Гоша. Все! Вся семья была готова к борьбе за жизнь Чубчика.

- А как там остальные? - тихо спросил Палыч. - Борька! Клара?

- Борька - хитрый! - успокоил его Андрей. - Морковь есть не стал. Вот если бы ананас или бананы... - сказал, внеся небольшую долю спокойствия и уверенности в души артистов доктор.

- На ананасы у них денег нет. Жлобы! - заключил Гоша. - Самих бы на свалке закопать.

Андрей сделал несколько распоряжений и оставив рядом с собой Палыча и Ладова остальных артистов отпустил на отдых. Впрочем какой тут мог быть сон. Маша кричала и рвалась к своей лошади. Китайцы, что то ей говорили и жестикулируя уводили в ее домик. Ребенок проснулся и звал маму. Маша вся в слезах побежала к нему. Гоша постоял у ее дверей и побрел к себе. Снежок подобрал свой плащ лежащий у входа и повесил на веревку у входа. Порошка в кармане уже не было.

- Сандаль мой тут валяется. Откуда?

Китайцы пожали плечами проходя рядом.

- А второй где?

- Фокус?


- Да это мой старый костюм. Номера этого давно нет. Выбросить хотел плащ... - вдруг виновато сказал Снежок сам себе и пошел в дом.

- Чудит старик.

- Старье ворошит.

- Сигнализацию надо провести. Колокол - анахронизм! - пробурчал техник Иван.

- Анархия - мать порядка! - ответил ему белорус.

- Идем спать!

С животными все было нормально. Повозились с Чубчиком малость, но сладили. Утром усталые и довольные пили пиво с воблой у входа на арену, поставив в крест лавочки. Маша успокоилась, но все равно металась между Павликом и Чубчиком. На совете, после последней очищенной таранки, Палыч решил выдать Андрею, свое охотничье ружье. На всякий, пожарный! А потом еще раз переспросил сторожа - униформиста - ветеринара о том, как это он почувствовал опасность.

- Торкнуло. Вот сюда. - Андрей показал на то место, где когда то было им сломано ребро.

- Приснилось? - переспросил Ладов.

- Нет. Голос услышал. - ответил Андрей и допил пиво. Он оставил стакан на лавочку и откинулся на спинку деревянного седалища.

- Чей?

- Чупчика.



- Как это? - не понял Ладов.

- Просто. Я сам порой Борьку понимаю, что говорит, на что жалуется и когда с верблюдами работал их понимал. - согласился Палыч. Он начал откупоривать еще бутылку, но Андрей жестом показал, что ему хватит и Палыч налил только себе.

- Это ж сколько махнуть надо? - засмеялся Ладов. - Что б со слоном болтать. Я с женой то редко говорю. А тут такая махина.

- Это внутренние голоса! Сигналы. Они сжаты до минимума. Но я их слышу. - негромко сообщил Андрей. Потом поправился. - Иногда слышу.

- Внутренние, внешние, главное вовремя! А то и Чубчика на мясо пришлось бы...

- А Борьку на холодец. Жира там наверное!

Палыч замахнулся ладонью на сказавшего это Ладова, но не ударил, а лишь как то вяло опустил руку рядом с акробатом. К завершению гастролей выписали из больницы сына Ладовых. Старшего. Он здорово похудел и осунулся, но держался молодьцом. После обеда он пошел на арену и долго сидел в уголке и смотрел в одну точку. Пришла Маша с Чубчиком и заметив Ладова тихо стала заниматься. Не включая музыки. Звуко-режиссер Иван дремал в своей будке.Маша сделала несколько кругов на лошади по арене и когда решилась взглянут в уголок где стоял разбившийся акробат, то взглянув поняла, там никого нет. Она подбросила обруч и поймала его на ногу. Завертела. Иван упал головой на пульт и зазвучала музыка. Вальс Штрауса. Чубчик перешел на галоп.

Полученное от Палыча ружье Андрей спрятал во встроенный ящик своего маленького жилища. Прошло еще несколько дождливых осенних дней. Наступила последняя ночь в этом приграничном городке. Андрей спал свернувшись калачиком на своей скрипучей раскладушке. Его давно хотели переселить, но “монах” не хотел уходить из своей кельи. Так за Андрея говорил Гоша, когда на повестку дня вставал вопрос о расселении сторожа. Дождь рисовал в лужах портреты очарованных прозрачной красотой увядания людей, улетающих в вертикальное пространство. Такой вот странный сон пришел в эту ночь к Андрею. Эти лица шли друг за другом по водной глади, словно кадры кинохроники и нырнув в водопроводный коллектор, исчезали. Сверху по ним, что есть силы лупили пули свинцового дождя нависшего над городом. Потом картинка перевернулась и Андрей увидел людей в белых халатах и в прорезиненных костюмах. Они занимались дезактивацией животных. Целые груды мертвых свиней и коров сбрасывались в огромные ямы.

- Ящур! - говорил в микрофон корреспонденту местного телевидения, человек с головой ящерицы. - Пришлось забить все поголовье. Наш молодой ветеринар Сталик... - СТОП!!! Здесь Андрей проснулся. Он тяжело дышал. Было жарко. Подушка валялась на полу.

- Ящур. - повторил он тихо. - В баночке. Из под настойки боярышника. Один миллиграмм. Потом Андрей смог, но не очень внятно, объяснить Палычу, зачем поднялся со своего ложа и вышел в ночь, взял с собой ружье и еще предусмотрительно зарядил его утиной дробью. Выйдя в этот мелкий, моросящий по нервам дождь, он сразу пошел к трайлеру, где недавно нашел плащ Снежка. Вместо старого плаща клоуна, он обнаружил повешенного за горло плюшевого медвежонка, которого подарил Павлику Гоша. Медвежонок был большим и пушистым. Издалека казалось, что висит небольшой, волосатый человек. Потом Андрей побежал к клетке, и там увидел человека в плаще Снежка. Незнакомец возился с какой то банкой у копны сена Чупчика. Андрей закричал. Тень в капюшоне уронила банку и побежала к выходу. Андрей погнался за ней. Не сразу понял, что у него в руках ружье. А когда понял - выстрелил. Первый мимо. Второй - точно в цель. Тень дернулась. Пробежала еще пару метров и запутавшись в плаще упала на мокрую землю. На выстрел проснулись многие обитатели циркового городка. Сейчас люди редко реагируют на выстрелы. Слишком много рядом с ними по поводу и без повода взрывается всяких ракет и петард. Но выстрел Андрея был услышан. Тень упала лицом в лужу и его портрет поплыл по внутреннему пространству вслед за недавно ушедшими людьми.

1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   19


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница