Казус ариадны



Скачать 255.48 Kb.
Дата20.11.2016
Размер255.48 Kb.
Чечина Ирина

КАЗУС АРИАДНЫ

Трагикомедия

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

АРИАДНА – 38 лет.

ТЕЗЕЙ – 45 лет.
МАША – 44 года. МАША в 22 года.

СТАЛИНА ПЕТРОВНА – мать Маши, 48 лет.

ПРОВОДНИК – 30 лет.

ВРАЧ «СКОРОЙ ПОМОЩИ».



Время действия: наше время, 22 года назад, а также античность неуточненного века до нашей эры.
1.

Купе СВ поезда дальнего следования.. В купе с небольшим чемоданом входит Маша. Оглядывается. Убирает чемодан под нижнюю полку. Садится, изучает мобильник.

Заглядывает ПРОВОДНИК, немного развязный парень.

ПРОВОДНИК. Здравствуйте! Билетики готовим…



Маша молча протягивает ему удостоверение. Проводник, бегло взглянув на корочку, расплывается в дежурной улыбке.

ПРОВОДНИК. Ой, здрасьте… А меня не предупредили…

МАША. Тебя и не должны были предупреждать.

ПРОВОДНИК. Будете чего? Балычок вот, везу, с Астрахани…

МАША (потянув носом). Оно и видно. Это вагон СВ, а не коптильня.

ПРОВОДНИК. Да, да. Исправим. Я за окно повешу.

МАША. Совсем что ли?! Фирменный поезд, а из окна авоськи с вонючей рыбой?!

ПРОВОДНИК. Что ж её выкидывать теперь… Из Астрахани везу…

МАША. Ну, не знаю. Заверни в пять целофановых пакетов. Нет, лучше в десять… Хотя нет, всё равно рыбий дух пробьётся…

ПРОВОДНИК. О! К нам же на последней станции рефрижератор прицепили. Отнесу. Может, начсостава пустит…

МАША. Знаешь, что… Принеси-ка мне коньяк.

ПРОВОДНИК. Вам какой? Есть три, пять… «Белый аист»…

МАША. Мне чего позабористей. Может, абсент есть?

ПРОВОДНИК. Нет.

МАША. Ладно, тащи «Аиста».

ПРОВОДНИК. Минуту.


Проводник выходит, вскоре быстро возвращается с коньяком.

МАША. Открой.

ПРОВОДНИК(открывает бутылку и наливает коньяк в рюмку). Угощайтесь.

Маша делает проводнику знак, он уходит. Она достаёт мобильник, звонит.

МАША (в трубку). Если ты… Стой! Ещё раз попытаешься сбросить, к тебе придёт специальный человек… Ему ты отдашь, всё, что должен мне. Понял?! Ничего, с ним поделюсь… Нет, ушлепок! Не частями! Если не хочешь, чтобы тебя самого нашли частями… Мне терять нечего!
2.

Маша подносит ко рту рюмку, но останавливается, разинув рот. Появляется Ариадна в костюме древнеримского воина. Снимает шлем. Маша видит, что это женщина.
АРИАДНА. День добрый.

МАША. Здр… Ой… Здравствуйте… Вы с маскарада? Оттуда все в таких чудных костюмах выходят.

АРИАДНА. С маскарада…

МАША. Все потому, что у нас ДК хотят отобрать, вот наш директор и пошел ва-банк. Сдохну, говорит, но сделаю очагом культуры. Люди потянутся… Привыкнут. Полюбят… Не отдадут люди-то.

АРИАДНА. Сдохнет. В людей верите… В ДК чтоль работаете?

МАША. Нет. В ДК я в хоре пою.

АРИАДНА (смотрит на билет). Моё - девятое… Я меч положу пока тут.
МАША. Как настоящий…

Ариадна снимает доспехи. Кладет меч на стол.

АРИАДНА. Да…

МАША. Ну что ж, дорога долгая, давайте знакомиться. Я - Маша.

АРИАДНА. Ада.



Ариадна натягивает футболку и узкие бриджи.

МАША. Поесть что ли…



Маша выкладывает на стол свертки. Ариадна вешает тунику на плечики.
АРИАДНА. Мы еще не тронулись.

МАША. Да, скучно. А у меня курица есть. Все веселее с курицей –то… Мама так готовит со специаями. У-у-у-у, пальчики оближешь…


3.

Маша и Ариадна уже довольно сытые и пьяные сидят за столом. На столе остатки курицы, яйца, огурцы, помидоры, пустая бутылка из под-коньяка.
АРИАДНА. Ой, зря я напилась.

МАША. И я зря. А хорошо же?!


АРИАДНА (икая). Хорошо. Всего три часа едем, а я будто всю жизнь тебя знаю.

МАША. Да. Феномен вагонной психотерапии.

АРИАДНА. Почему вагонной? Мне всегда в такие моменты кажется, что это навсегда. Вот такая дружба. Есть ведь дружба между женщинами. Правда?
МАША. Э-э… Пытаюсь вспомнить. Цветаева и Парнок, Ахматова и Раневская…. Правда, там дружба вкупе с... А, чтоб в чистом виде… Даже не знаю…

АРИАДНА. Нет никакой бабской дружбы…

МАША. Наверное, нет…Я вот с детства с сестрой двоюродной дружила… С-сука!

АРИАДНА. Парня не поделили?

МАША. Хуже.

АРИАДНА. Это что же?

МАША. Она в пионерлагере… Мы еще застали совок, пионерлагеря эти… Там у кого-то передача от родителей пропала. Мёд, конфеты. А она сказала на меня. Мол, Машка любит сладкое, она и спёрла…

АРИАДНА. А ты чего?

МАША. А чего я. Ревела. Оправдывалась. Глупо так… Потом мама приехала и меня забрала… А раз забрала все и решили, что я - воровка.

АРИАДНА. Знаешь, что психологи говорят, кто любит сладкое, тому родительской любви не хватает.

МАША. Ой, давай без психоложества этого…

АРИАДНА. Ну, как знаешь. Я столько книжек по психологии прочла. Сейчас читаю: «НЛП: запрограммируй свой мозг»… Мне так запрограммировать, чтобы на работе не материться…

МАША. А зачем ты материшься на работе?

АРИАДНА. Компенсация тонкой душевной организации. Так иногда хочется клиентов обматерить… Вот думаешь, всё бы отдала. Чтобы сказать: Дети и взрослые идите на…

МАША. А ты где работаешь?

АРИАДНА. В водолечебнице.

МАША. Интересно?

АРИАДНА. Ты думай, что спрашиваешь? Что может быть интересного в водолечебнице?

МАША. Ну, я не знаю… Есть же у вас там всякие процедуры - грязеобертывание, водолечение. Например, привезли к вам человека на каталке, а обратно - он на своих двоих ушел. У нас же в городе уникальная водолечебница…
АРИАДНА. Было, всякое было… Да, принесли, а обратно сам пошкандыбал…Только это от воды не зависит…

МАША. Как не зависит? А от чего зависит?

АРИАДНА. От человека. Я наперед знаю, кому поможет, а кому – нет.

МАША. Ну, ничего себе! Ты вроде как экстрасенс получаешься.

АРИАДНА. Не фига. Просто глаз наметан. Пятнадцать лет на одном месте. (напевает) Вода, вода, кругом вода… Ненавижу. Остопи… Ой.

МАША. Да, ругайся на здоровье. Тут нет клиентов.

АРИАДНА. Не могу. Рефлекс. Нас же, штрафовали за мат… Пятьсот рублей - слово.

МАША. Ужас какой!

АРИАДНА. М-да… И ведь не выскажешься… Всё в себе носишь.

МАША. Вы там, наверное, втихаря то позволяли себе?


АРИАДНА. Позволишь… Стукачей в коллективе, как в 37-ом… Со мной потом другая хрень приключилась…

МАША. Ух, ты расскажи! Про мужика?


АРИАДНА. Как догадалась то?

МАША. Ну раз хрень. Чего догадываться то…


АРИАДНА. Ну, вот.. Прислали мне его, голубя, на колонотерапию.

МАША. Это что?


АРИАДНА. Промывание кишечника минеральной водой. Вставляешь трубку в жопку и заливаешь 10 литров минеральной воды. Чтоб до желудка достало.

МАША. Ой! А вода газированная?


АРИАДНА. Не… Газированной она внутри становится. И потом эта вся водная феерия, значит, с шумом и ревом, как ниагара какая извергается обратно. Поэтично глаголю?

МАША. Ага.


АРИАДНА. А почему, сечешь?

МАША. Почему?


АРИАДНА. Книжек начиталась… Ну, так вот. Голубь как услышал суть оной процедуры. Сразу – бежать. Мол, чтобы баба мне это в задницу вставляла?

МАША. Гордый.


АРИАДНА. Ага. Кобздец, какой гордый! Ну, это я потом узнала. А тогда хватаю его за рукав, мол, куда ж вы, дорогой товарищ?! А про себя думаю, мне ж за тебя сучонок 30% процентов должны за процедуру. Думаю, не уйдешь. Запихну тебе в ж… Потому как и так лето, без клиента сидим. Скоро зубы на полку.

МАША. А он?


АРИАДНА. А он… Ты понимаешь… Интеллигент попался. Это еще труднее, вот, если бы он хама включил, то и я бы развернулась во всю ширь. А тут стою перед ним – дура беззащитная.

МАША. Симпатичный?


АРИАДНА. Угу. Ну, такой… На Гошу похож из «Москва слезам не верит».

МАША. Ботан, вобщем.


АРИАДНА. Нет. Он в тренажернвый зал ходит, плавает. Вобщем, занимается собой. Это я все потом узнала. А тут чувствую конкретно - запала. А он уходит, уже почти ушёл…Нога одна уже в коридоре.

МАША. А ты?


АРИАДНА. И тут я стала меценатом. Представляешь? Говорю, мол, у нас сегодня акция: массаж воротника – бесплатно. Ну, воротникой зоны в смысле. Я ж еще массажем подрабатываю. А ты скажи, кто из мужиков не любит массаж.

МАША. Находчивая…

АРИАДНА. А то! Нормальный мужик раз в полгода, если заглянет и то - окольцованный. А я, как раз книжку читала «Искусство обольщения». Надо же мне на ком то тренироваться. Закреплять прочитанное…Так, что пока он размышлял, я с него уже рубашку стащила…Думаю от воротника перейду к общему массажу, а он в три раза дороже.

МАША. Я не поняла, он тебе как мужик понравился или как клиент?

АРИАДНА. В тот момент я и сама не поняла… Хотя сперва как клиент. И не то, чтоб понравился, а хрен, думаю, ты без процедуры уйдешь… Массирую, а тут главная заходит. Ну, и просекла, что процедуру отпускаю. Нас пасут ведь - страшное дело. А ему то я бесплатно пообещала.
4.

Кабинет в водолечебнице. Массажный стол. На столе лицом вниз лежит Тезей.

Ариадна делает ему массаж спины. Играет тихая музыка.
АРИАДНА. Тут не больно?

ТЕЗЕЙ. Нет, нет. Продолжайте… У вас удивительные руки. Нежные, теплые, даже горячие…

АРИАДНА. У меня всегда температура тела повышенная чуть-чуть…

ТЕЗЕЙ. Вот ведь до седых волос дожил, а впервые встречаю такие удивительные руки.

АРИАДНА. Да, у вас и седины еще почти нет. Мы, наверное, с вами ровесники?

ТЕЗЕЙ. Я однозначно старше. Я был октябренком. Вот вы были октябренком?

АРИАДНА. Нет…

ТЕЗЕЙ. Я – старше. А похороны Брежнева помните?

АРИАДНА. Нет, я маленькая была.

ТЕЗЕЙ. А я помню. Там еще гроб с полотенец сорвался и в могилу рухнул… Это было темой для обсуждения в пионерских кругах на ближайшую неделю…

АРИАДНА. Я Горбачева помню…

ТЕЗЕЙ. А меня в пионеры на Малой земле принимали…

АРИАДНА. У вас что-то с 7-ым шейным позвонком…

ТЕЗЕЙ. Как вы узнали? Диск выскочил. Во время очередного подвига.

АРИАДНА. Вам, наверное, больно было… Чем вас так?

ТЕЗЕЙ. Копытом.

АРИАДНА. Копытом?!

ТЕЗЕЙ. Ну да, кентавр. Здоровый, сволочь!


5.

Играет музыка. Ариадна и Тезей в древнегреческих туниках стоят у входа в лабиринт.
АРИАДНА. Ты понимаешь, что очень рискуешь?

ТЕЗЕЙ. Что поделать. Такова селява…

АРИАДНА. Брат ещё никого не пощадил… Семьдесят жизней за десять лет…

ТЕЗЕЙ. Думаю, на этой цифре и остановимся…

АРИАДНА. Мне страшно за тебя… Должен же быть какой-то выход… (Трет лоб.) Думай, Ариадна, думай…

ТЕЗЕЙ. Чертежи сохранились?

АРИАДНА. Увы. Дедал не оставил чертежей…

ТЕЗЕЙ. Не оставил. Сам угробился с сыночком. Чертов романтик…Архитектура - вещь серьезная. Как так можно?! Должен же быть где-то пожарный выход…

АРИАДНА. А правду говорят, что ты - сын двух отцов?

ТЕЗЕЙ. Кто говорит? Официально, я -Эгеевич. Ну, в смысле законный наследник престола Эгея и всё такое.

АРИАДНА. Но ведь Посейдон спас тебя, когда мой отец велел прыгнуть в пучину вод морских? Говорят, ты – его сын…

ТЕЗЕЙ. А никому не скажешь?

АРИАДНА. Клянусь ксаносом Афродиты, что стоит в священной роще…

ТЕЗЕЙ. Это просто кусок камня… Ну, хорошо, хорошо не обижайся, не кусок камня. Произведение древнегреческого искусства.

АРИАДНА. Клянусь своим девством…

ТЕЗЕЙ (накрывает своей рукой руку Ариадны). У тебя горячие руки. Тебе говорили, что ты похожа на прекраснейшую из богинь…


6.

Купе. Ариадна заворачивает меч в газету, при этом продолжает рассказ. Маша, слушает подперев осоловевшую голову рукой.
А потом сделала общий и квитанцию на оплату ему выписываю… Всё, рыба моя, оплатил. Не возбух даже. Говорит: можно к вам еще приду? Ну, я с умным видом полистала пустой едедневник. Говорю, мол, через 2 недели у меня окошко появится…

МАША. Ха-ха! Прям, соблазнительница.


АРИАДНА. Это потому, что руки у меня хорошие. Теплые, мягкие. Мужики улетают…

МАША. И что, начал ходить?

АРИАДНА. А то! И вот он – ходит, а влюбляюсь. Он ходит, а я еще сильнее…Прям, плыву. Тетке одной электрофорез сделала без прокладок. Электроды на голое тело. Ожог небольшой случился. Другой аппарат забыла заземлить… Премии лишили.
МАША. Любовь – ясное дело.
АРИАДНА. Она, дрянь такая…

МАША. Почему дрянь то?


АРИАДНА. Да, так…
Заглядывает проводник.

ПРОВОДНИК. (Маше). Как велели, рыбу убрал. Еле местечко нашел… Забит рефрижератор… Я уберу. (Убирает со стола пустую бутылку.) Может, вам «Черного доктора»?


МАША. Тащи «Доктора».

ПРОВОДНИК. Шоколад?

МАША. Горький.

ПРОВОДНИК. У нас разный есть даже 99% какао. Есть невозможно. Горечь такая.

МАША. Тащи.

ПРОВОДНИК. Понял.



Проводник уходит.

МАША. Хотя закусь у нас еще не кончилась (достает из сумки сверток) Ватрушка с вишней…

АРИАДНА. Да ты что? Обожаю! Родину продам.

МАША (режет ватрушку). Мама еще с творогом вкусно делает. Но сегодня не успела…


АРИАДНА. А у меня умерла мама… Давно. Я ещё в школе училась.

МАША. Вот почему ты такая самостоятельная. А я до сих пор себя несмышленышем чувствую. Живу и оглядываюсь. А что мама скажет.


7.

22 года назад. Однокомнатная квартира Маши и мамы. Маша – студентка. Она вернулась из института. Мама смотрит телевизор.
МАША. Мамуль! Ура! Пятерка! Красный диплом!
МАМА (не отрываясь от телевизора). Куда б ты делась… Мне кажется, у Ельцина был инсульт. А нам опять не сказали… Видишь, как он руку то держит…

МАША. Да, ну её политику. Я думала ты подпрыгнешь от радости! Я – дипломированный специалист. По этому поводу я купила тортик.

МАМА. Опять деньги тратишь… А потом худеешь.

МАША. Ну, мам… Я ж не каждый день. В этом году, вообще, первый раз…

МАМА. Раз в год, раз в жизни… Всё у тебя в первый раз.

МАША. Мам, а зачем шкаф из коридора сюда поставили? Он же теперь комнату нам портит.

МАМА. Из-за него дверь до конца на лестницу не открывалась.

МАША. Ну и что, нам же хватало.

МАМА. Хватало. Да, у меня тут на днях сердце опять…
МАША. А шкаф причем? Надеюсь, ты не одна его двигала?

МАМА. Ну я всё из него вынула и полы намылила…

МАША. Мама!
МАМА. Не мамкай! Я подумала, помру вдруг, как гроб выносить будут, раз дверь до конца не открывается?

МАША. Мам, ты меня с детства пугаешь, что умрешь. Ты не представляешь, как мне от этого в детстве было больно и страшно.

МАМА. Ну, извини, дочка. Зажилась мать.

МАША. Перестань! Я была ребенком. Пятилетним ребенком! А ты: вот умру, тебя в детдом сдадут. Забыла?! Все детство пугала!

МАМА. Я не пугала. Это – жизнь. Я всегда мыслю практически… Дверь не открывается. Гроб не пройдет…

МАША. С балкона сброшу и все дела!


Мама и Маша смеются.

МАМА. Иди чайник ставь, шутница.



Маша накрывает стол в комнате к чаепитию: достает из серванта чашки.

МАША. Я возьму чашки из «Мадонны»?

МАМА. Нет, у нас же есть повседневные. Гости придут.

МАША. Кто к нам придет? К нам никто не ходит.

МАМА. Тетя Люда, например…

МАША. Как будто ты достанешь «Мадонну»… Ладно…



Маша уходит на кухню. Мама достает обновку. Разворачивает сверток. В нем – дешёвое трикотажное платье фасона «прощай, молодость». Мама прикладывает к себе платье перед зеркалом, рассматривает. С чайником и чашками на подносе входит Маша.

МАМА. Я тебе подарок купила. Одень на вручение диплома.



Мама прикладывает к Маше платье. Маша обреченно вздыхает.

МАША. Мам, ты опять нам на двоих платье купила. Давай, ты его будешь носить?

МАМА. Ну, вот! Всё, что я ни сделаю, все отрицаешь! Всё! Мать – плохая. Мать – тебе враг, конечно!

МАША. Мамуль, ну не сердись. Давай следующий раз ты мне подаришь деньги, а я сама куплю. Лады?


МАМА. Ой… Сама ты хорошее не купишь… Ну, ладно, что с тобой поделаешь…

МАША. Мне никто не звонил?

МАМА. Звонила Лерка. Позвать куда-то хотела… Я сказала, что тебе некогда, не поедешь.

МАША. Мама! Они же на море на машине едут. Всей нашей компанией!

МАМА. Тебе надо работу искать.

МАШа. Июль на носу.

МАМА. Правильно! Учу тебя всю жизнь: думай обо всем заранее. Место надо сейчас искать.

МАША. Да, полно мест. Сейчас из школы бегут все… А теперь они уехали без меня. Я и задержалась всего на пару часов…


МАМА. Ну и что! Не нравятся мне эти друзья. Они тебя используют. Раз звонит, значит что-то надо…

МАША. Мама, это - мои друзья!


8.

Ариадна переваривает рассказ Маши. Маша смотрит на свою руку через стекло бутылки.
МАША. Я маленькая была, когда нам ту однушку дали. Новоселье было. Ну, как маленькая, пять лет. И вот, мама пошла провожать гостей. А я, возьми да и попробуй вино. Сладкое. Мне показалось, что это самый волшебный нектар в мире… Ха-ха. Самая обычная дешевая «Анапа». И вот, я беру изо всех рюмок сливаю в одну и опрокидываю этот дивный эликсир.

АРИАДНА. Мать заметила?

МАША. А то! Пьяный ребенок.

АРИАДНА. Лупила?

МАША. Нет. Она меня никогда не била. Она меня исключительно словом калечила. В тот раз сказала, что у меня, раз я пью алкоголь, родятся дети-уроды…

АРИАДНА. Бывает же… А мне до сих пор до слёз прям хочется, чтобы мама погладила, пожалела… Года не прошло, отец женился.

МАША. Кем твоя мама была?
АРИАДНА. Рабочей в нас на «Сатурне» в гальваническом цеху. Знаешь, что это такое?

МАША. Нет.


АРИАДНА. Это - молоко за вредность… А потом рак в 38 лет… И мне сейчас 38. Я иногда вверх смотрю на небо. Интересно, она меня видит? Какая я стала? Молится не умею. Ну её, религию эту… Нет, не то, чтобы я к Богу не пыталась пробиться. Пришла как-то в церковь на Пасху. Бабушки затюкали: не там стоишь, к стене не прислоняться. Достаю кошелек, чтобы пожертвование сделать. А там бабка такая, деловито все распихивает по сумкам, что люди принесли. Не успела я кошелек открыть она мне такая: мелочь не давать! А у меня там пятисотка и мелочь. Ну, я потопталась, выложила последнюю пятисотку им и пошла. Как оплеванная.

МАША. Почему, как оплеванная?


АРИАДНА. Чувство такое. И так всем по жизни должна, и тут на тебя так смотрят, как будто вот им, церковникам этим, ты больше всего и должна… Я ж не против Иисуса. Я его люблю…

МАША. А меня столько раз сектанты пытались охмурить…


АРИАДНА. И меня. У них же нюх на одиноких баб.

МАША. Я - не одинокая. У меня дочь есть – Васька. Василиса.


АРИАДНА. Мужика нет же.

МАША. Был.


АРИАДНА. У всех были.

МАША. Так что твой то? Тоже – в прошлом?

АРИАДНА. Нет. Он теперь всегда со мной.

Ариадна открывает медальон, который висит у неё на груди. Показывает Маше. Маша с интересом всматривается, хочет взять в руки.

АРИАДНА (быстро убирает). Не трожь! Только глазами.

МАША. Волосы. Седые и чёрные.

АРИАДНА. А рыжий, вон, один рыженький…

МАША. Да. А это? Ноготь? Фу, гадость!

АРИАДНА. Не фукай!


МАША. Он, что умер?
АРИАДНА. Нет. Жив… Любимый… Как подумаю, что раньше меня умереть может… Так жить не хочется.
МАША. С чего ему умирать раньше?

АРИАДНА. Мужики раньше умирают. А он старше меня. Ему 45. Вдруг что… Я с него срезала и - в медальон. Медицина же далеко шагнула. Уже человека, говорят, в секретных лабораториях клонируют… Им, спецам этим, одной клеточки достаточно. Они по ней ДНК прочтут и бац!



Маша вздрагивает.

МАША. Бац что?

АРИАДНА. Бац – любимый человек, даже, если он давно ушёл – живой! Понимаешь?! Мне иногда так хотелось, чтобы весь мир - только он. Всех мужиков уничтожить, только его оставить. И размножить. Миллиард мужиков и все - его копия. Ну, чтобы всем хватило. Понимаешь?
МАША. Ужас! А кому не понравится?

АРИАДНА. Он не может не понравиться. Он удивительный. Я же жизнь, считай, женскую прожила. И думала, нет её, любви то…

МАША. Стоп! Мы ж за сына твоего пили.

АРИАДНА. Ну, пили. Колька… Нет, тогда мне казалось по любви, конечно. Ну, по любви и ради комнаты в общаге. Думаю, как хорошо совпало то… Потому, как с мачехой жить стало совсем хреново. Думаю, это ж я, чтоб грех не совершить. А то или её или себя убью… А тут он – парень с фельдшерского. Я то на сестринском училась. У нас пацанов один-два на весь курс.

МАША. Симпатичный?

АРИАДНА. Мне казалось – принц! Не меньше. Ходила кругами, не знала, как к нему подступиться. Серьезный такой, в учебе весь. В медицинский хотел поступать. На дискотеках не бывает. Что делать думаю. И вдруг узнаю, чисто случайно, что он на кружок по инфекциям ходит. Вот я и подалась туда же. Даже помню, чем мы там занимались. Его лептоспироз интересовал очень. Ну и я делаю вид, что прям жить без этой болезни не могу. Девки на танцы, а я всё про эту заразу читаю.


МАША. А я и не слышала про такую болезнь.

АРИАДНА. Хорошо, что не слышала. Многие умирают. Это лихорадка такая геморрагическая. Почти, как те страшные лихорадки в Африке. Рыбаки у нас часто заражаются или кто искупается в стоячей воде.


МАША. Ой, я купалась!

АРИАДНА. Ну, надо нахлебаться изрядно. Пронесло и ладно… И вот делаем мы с ним доклад по этому лептоспирозу, значит. Истории болезней перелопачиваем, особенно усопших, из больничного архива не вылезаем. И наконец почти закончили. Всё думаю: я его теряю! Сейчас или никогда. Подготовилась накануне. Мамино колечко в ломбард заложила и купила себе бельё. Красивое! Невозможно! С таким бельем, думаешь, и мужики не нужны… У меня ж советское детство было в страшных панталонах…

МАША. Ха-ха. Ой, как знакомо! Надо мной весь сад смеялся. Мы ж в обед спать в трусиках ложились. Все – в трусиках, а я в пантолонах. Но с мамой не поспоришь…

АРИАДНА. Вот. Понимаешь о чем я. И тут чувствую себя королевой в кружавчиках. Будто я не в пыльном архиве, а во дворце каком. Тетка, которая там сидит, домой ушла, ему ключ оставила. Ему все доверяли… И тут я иду ва-банк.


МАША. Разделась?

АРИАДНА. Ага, щас! Я, что, совсем дура? Говорю ж, подготовилась. Тогда в магазинах уже книжки стали появляться: «Любовная магия», «Как его покорить» и всё такое. Там ясно сказано, что если мужчина увлечен своей работой и ничем больше, найдите зацепку связанную с работой и разбудите его интерес к себе.

МАША. Нашла?

АРИАДНА. Нашла! Энцефалитный клещ. Ну, не совсем энцефалитный. Я честно говоря не знала какой. Стырила из коллекции на кафедре. Примостырила себе на грудь. Ну как бы ранка и клещ укусил и впился.


МАША. Ой, не могу! Тебе в ЦРУ работать надо.

АРИАДНА. Да ну их. Буржуи чёртовы.


МАША. А дальше, дальше что?

АРИАДНА. А дальше я поднимаю кипеж, мол, клещ впился в грудь. А у нас регион эндемичный по энцефалиту и его любимому лептоспирозу. Всё, трындец, помираю. Ну, он конечно, возбудился… Еще бы! Вдруг лептоспирозный клещ и больной еще в инкубационном периоде - такая удача. Вобщем, выковыривали.. А потом я нечаянно клеща-то раздавила, чтобы он не понял, что клещ дохлый. Ему, ясен пень, рану пришлось обрабатывать. А потом, после обработки раны, как-то самой собой все пошло. Я ж сразу трех зайцев убила. Прямо как в этих книжках учат: удовлетворила то, что ему нравится – научный интерес, дала возможность совершить подвиг – меня спасти, да! И чувствовать себя соблазненным. Мужикам это надо.

МАША. Зачем? Им разве не приятнее самим быть завоевателями?

АРИАДНА. Это когда было? Теперь наоборот. Если ты его трахнешь первая, то это как бы снимает с него ответственность. Главное – дать мужчине почувствовать себя безответственным! Пусть думает, что может сбежать в любой момент.

МАША. Сбежал?
АРИАДНА. Нет. Я забеременела.
МАША. С первого раза?

АРИАДНА. Не с первого. Там еще разы были… Ну, чего смотришь. Я ж ему тоже нравилась. Он даже голову не включил, что с клещом-то я в марте устроила. А к Новому году уже Колька родился.

МАША. И как ему отцовство?
АРИАДНА. Ну, как, как.. Не вовремя конечно. 19 лет. В медицинский собрался… Нам в медучилище сразу комнату дали. Не имели права не дать. Он в мединститут поступил-таки. А мне ещё два курса учиться надо было... И академ не брала. Хотелось быстрее выучиться, да на работу, чтоб ему помогать. Что там той стипендии.
МАША. Он не подрабатывал?
АРИАДНА. Нам его родители денег присылали. Немного, но присылали. Его мама не хотела, чтоб он работал. Там, в этих медах столько предметов разных, что не до работы. Да и Колька орал день и ночь. Животик. У мальчиков – это часто бывает. На втором курсе он стал на ночные дежурства в больнице оставаться… Я так думала.

МАША. А на самом деле?


АРИАДНА. Да закадрила его сестричка одна с жилплощадью. Потом и её бросил. Врачом стал, на дочке начмеда первой горбольницы женился. Сейчас большой человек – главный проктолог города..

Ариадна наливает себе и Маше коньяк.
МАША. Фу.
АРИАДНА. Что ты всё фукаешь? Это ж он меня устроил на колонотерапию. Хлебное место, между прочим. Давай за него.

Маша хочет чокнуться. Ариадна уклоняется. Женщины выпивают не чокаясь.

МАША. Так вы друзьями расстались?


АРИАДНА. Ну, можно и так сказать. Пять лет назад Кольке еще 18-ти не было. Дай думаю подам на алименты. Первые то годы пока студентом был шесть лет, потом ординатором два, ничего не платил. А тут вижу его на крутой тачке с женой. Дочки у него такие моднявые страшно. А мой как обглодыш в старых джинсах. Потом-то он стал платить, но как-то хитро. Официально у него зарплата – маленькая, а неофициально консультации, конверты… Да, кто ж нам даст то. Ну, вот подаю в суд… Ему как повестка пришла, сразу мне встречу назначил…
МАША. По-хорошему, чтоб без огласки?
АРИАДНА. А то!. Он же профессор. У него репутация. И тут он мне объясняет, что ничего я в суде не докажу. А он реальную помощь предлагает: вместо денег устроит меня в водолечебницу. Благо в ней хозрасчетное отделение открылось. Деньги разрешили зарабатывать. А то, что там, в моей гемонкологии. Слезы, что деньги, что работа…

МАША. Ты в онкологии работала?


АРИАДНА. Да. А что? Работа, не хуже других. Главное не разнюниваться. Никого не жалеть. Всё с юморком, с шуточкой. Больные меня любили. Я их - тоже. Но так, поверхностно. В душу никого нельзя пускать. Сердца ж не хватит…

МАША. Не хватит. А, если, кто в душе этой сидит давно и крепко? И не выкуришь…


АРИАДНА. Тогда – ампутация. Вместе с куском души. По – другому никак. А кто у тебя засел-то? Мужик?

МАША. Если бы! Мама…


АРИАДНА. Ты все про маму. Вот уж любовь на всю жизнь. Пятерки, небось, тебе ставила.

МАША. Ты что! Она ж принципиальная! Наоборот, гоняла больше всех. Ты – дочь Итиной, ты дочь Итиной! Мы – Итины, династия. Ты должна. Я с рождения всем была должна и мамочке в первую очередь.

АРИАДНА. Ну, не знаю… Я думала, может пьющая, мать то. А раз просто училка, что плохого? Плохому не научит…
МАША. Нет ничего страшнее принципиальной училки советской закалки.

АРИАДНА. Мне бы твои страхи.

МАША. Ты не понимаешь. Ты все свои ошибки в жизни сама совершила, так?
АРИАДНА. Ну, так... Геморрой своими руками.
МАША. Вот именно… А у меня нет ошибок. Понимаешь?! То есть жизнь через задницу, ошибок сделано миллион, но они не мои.
АРИАДНА. А чьи?

МАША. Мамины. Я – клон. Меня мама клонировала. Ей, блядь, премию надо Нобелевскую, за естественное клонирование человека. Это гребаное: не повтори моих ошибок, дочь. И херак – на те же грабли! Иди в пед. Пошла. Но, чтобы хоть в чем-то отличаться, пошла на филфак. Чтоб подальше от математики. Ненавижу! После филфака пришла в мамину школу. (Пьет коньяк.) Традиция, епрст. Династия, екарный стыд.


АРИАДНА. Так ты учительница? А чего ж по железке мотаешься? Ревизорам платят больше?
МАША. Да, не в зарплате дело. Лишь бы от дома подальше. Как дочке пятнадцать исполнилось, девятый класс Всё думаю: школа, дети – горите синим пламенем. Бежать. Третий год здесь. Повысили недавно. В СВ стала ездить. Хорошо - всё новое, люди, города. Знаешь, у меня такое чувство, словно из тюрьмы выпустили. Десятки лет отсидела в двухкомнатной камере, а потом… Воля!
АРИАДНА. А дочка как? 15 – лет – это ж не взрослая.

МАША. Ну, она тогда стала с мальчиком встречаться. Сейчас ей – 17.


АРИАДНА. Ты что с ума сошла? Там же секс?
МАША. И что? Твой Колька, когда стал с девочками спать?

АРИАДНА. Так он - пацан. Ты не путай.


МАША. А что за сексизм такой? Если девочка, то без физиологических радостей?
АРИАДНА. Ну, ничего себе… Учительница литературы. Ты ж Тургенева, небось преподавала. Пушкина! Вон, Татьяна и Онегин – вообще безо всякого секса. А как любили!

МАША. Такой вид любви, кстати, древние греки называли манией и считали неполноценным. Что плохого в физиологии? Объясни мне? Что плохого, когда твоё, еще юное тело ласкает такой же юный, влюбленный в тебя мальчик?! Что плохого, что к двадцати годам она твердо будет знать, чего хочет и какой мужчина ей нужен? Это говорю я – старая дура и синий чулок, просидевшая в девственницах до… Та-да-да-дам! Фанфары, туш! (орёт.) До двадцати шести лет!!!

АРИАДНА. Ебическая сила!
МАША. Теперь то ты меня понимаешь?!
АРИАДНА. Скорблю… Но дочку ты родила.

МАША. Да! Назло матери! Я с детства слушала всю эту байду, как выбрать себе мужа. Ты что! Она ж опытная. Она замужем была. Целых пять месяцев! Теперь она решила на мне воплотить свой сценарий счастья. Что во время учебы ребят не было?! Были! Но мамаша всех отбраковывала. Еще и кричала: в подоле принесешь! Ну, я и принесла. Только мне уже двадцать семь было! Хотела нас выгнать. Но тут как раз нас сносили и из-за Кольки дали двушку…

АРИАДНА. Ну, потом-то она от тебя отстала?
МАША. Да. Нашла новый объект… Мою дочь. Когда Вика маленькая была, она еще не очень нас напрягала. На пенсию вышла. И знаешь, странная метаморфоза. Всю жизнь говорила о высоком и вдруг подсела на сериалы. А из книг – Донцова. Представляешь! У меня такое чувство, что это ТВ 25 кадр, что ли пускает. Знаешь, внушение такое, незаметное вроде, но подсознание воспринимает. Ну, например, ты хрень про любовь смотришь, какую-нибудь шестисотую серию «Кармелиты», а в это время тебе в мозг идут сигналы: Съешь своих близких! Заставь всех жить по правилам! Съешь им мозг! Затрахай их насмерть своим кодексом чести!

АРИАДНА. Так тебя послушаешь, хорошо, что я – сирота.

МАША. У нас в классе девочка из детдома была.. Я ей завидовала…

АРИАДНА. Старенькая мама то?

МАША. Семьдесят два. (Вздыхает.) В нашей семье полно долгожителей…
АРИАДНА. А как же ты уезжаешь, а дочка с ней?
МАША. Дочка часто у своего парня ночует. Да, третий год. Тот же мальчик. Любовь у них.
АРИАДНА. А его предки, они не против?
МАША. Нормальные такие. Не знаю, правда, как им моя Вика в качестве невестки. Но как к его девушке, нормально относятся. А если, что не так, не покажут. Интеллигентные люди.

АРИАДНА. Повезло, значит.

МАША. Вру я всё… Адкин, наливай…
9.

Тезей разминает мышцы. Поднимает тяжелую гирю. Вбегает Ариадна. Припадает к его груди.

АРИАДНА. Милый, меч будет в нише. Справа от входа. В девяти шагах, на высоте моего роста. Вот так (показывает рукой уровень). Не забудь.

ТЕЗЕЙ. Не забуду, девочка моя… Не бойся.

АРИАДНА. Если ты не вернёшься… Я ведь тоже дышать не смогу.

ТЕЗЕЙ. Я вернусь…

АРИАДНА (сквозь слезы). Ты не думай, я не боюсь. Просто глупые бабские слезы… А так, я сильная. Мне кажется, я могла бы вызвать на поединок самого Зевса.

ТЕЗЕЙ. Малышка. Я вернусь и заберу тебя с этого проклятого Крита. Дурацкий климат… Главное – оторваться от погони…

Раздается звук горна.

АРИАДНА. Мне пора бежать, а то отец хватится. После вчерашних вакханалий он особенно зол.

ТЕЗЕЙ. Да, папаша-алкоголик, невеселая доля. Говорили боги, не пей всё, что крепче вина. Самогонщик! Оттого и сынок – мутант…

АРИАДНА. Всё я убегаю. Скоро за вами придут. В девяти шагах справа от входа.


10

Купе СВ. Маша держит на лбу пузырь со льдом. Ариадна настраивает кифару.

МАША. Играешь?

АРИАДНА. Нет. Просто память… И знаешь, он ведь как Бог, для меня был, понимаешь. Я ж думала, что знаю, что такое секс… Ага, щас. Оказывается всё, что было до – это ж парад импотентов…

МАША. Слушай, так может это просто сексуальная привязка?


АРИАДНА. Нет! Я в нем все любила И даже не могла понять, что лучше секс- такой невероятный, когда улетаешь куда –то далеко далеко, а земля такая маленькая, а Сатурн этот, с кольцом, рядом… Что лучше? Такой секс или просто лежать обнявшись… Я же ничего для себя не хотела. Знаешь, если бы выяснилось, что ему еще бабы нужны, за руку бы привела. Только бы ему хорошо было.

МАША. Извращение.


АРИАДНА. Любовь… Я же с ним книжки стала читать. Я и раньше много читала, люблю я это дело. Между клиентами всегда читаю. Но раньше это было все подряд. А теперь целенаправленно. Психологов всяких. Про любовь. Я его потерять очень боялась. Страшно. Кто он, а кто я…
МАША. Кто он?
АРИАДНА. Он в университете преподавал, как раз на кафедре психологии. Докторскую писал… Студенты его обожали.

МАША. Женат?


АРИАДНА. Женат. Что поделать… Не бывает нормальных свободных сорока пятилетних мужиков.
МАША. Не факт. Если ты в это веришь, то конечно не бывает. Надо верить, что бывают. За границей точно бывают. Там такого перекоса по женской численности нет.
АРИАДНА. Что ж ты себе за границей не нашла? Ладно, ладной, ишь, надулась сразу. Я ж раньше с женатыми никогда не связывалась, понимаешь. А тут такое дело… Вечная любовь…

МАША. А чем вечная от невечной отличается?


АРИАДНА. Ну как же?! Вечная - это, когда все включено: душа, ум и сердце. Когда ты его хочешь до умопомрачения во всех видах, от просто потрахаться до поговорить. И главное, когда ты на него не претендуешь. Свободу даешь. Мол, лети, милый, если хочешь.
МАША. Прямо идеал какой- то недостижимый.
АРИАДНА. Почему недостижимый? Очень даже достижимый.

МАША. И что, у вас все так и было? Ну, в смысле и потрахаться и поговорить?


АРИАДНА. Лучше! Понимаешь?
МАША. А жена?
АРИАДНА. Да, что ты все заладила, жена, жена. Они женаты двадцать пять лет. Нет там уже ничего…

МАША. Мужики всегда так говорят, что жен не любят и не спят с ними…

АРИАДНА. Я ж говорю он не такой, как все. Он любит жену. Как сестру. Заботиться о ней. А единственной женщиной для него была я.

У Маши звонит телефон. Она берёт трубку.

МАША. Доктор! Миленький! Я еду. Я привезу деньги! Я все все оплачу! Только спасите её! Вам кровь нужна. Я могу сдать. Да, да я понимаю. 10 доноров? Хоть двадцать. Я захвачу заложников и приведу их к вам сдавать кровь! Я не пьяная, доктор. Спасите её!
11

Взволнованный Тезей с окровавленным мечом выбегает из лабиринта. Навстречу ему бросается Ариадна.

АРИАДНА. Все кончено…

ТЕЗЕЙ. Да… Слава о его силе оказалась сильно преувеличена… Шатался как пьяный. Таких легких подвигов у меня еще не было…

АРИАДНА. Я подкупила нескольких рабов, они продырявят днища миносских кораблей. Бежим…


ТЕЗЕЙ. Нет, я – герой, а не чемпион Олимпийских игр по легкой атлетике. Пойдем не спеша.

Тезей и Ариадна быстро уходят Затемнение. Шум моря.
12.

Ариадна одна на сцене.

АРИАДНА. Конечно, Минотавр шатался. Яд из олеандра… Моя кормилица учила меня его готовить… Пришлось постараться… Боги, что я говорю. Я – Ариадна дочь Миноса убийца своего единоутробного брата… До конца дней я буду возносить мольбы и приносить жертвы. И я возведу тебе, о Гера, покровительница Крита самое огромное капище…



Затемнение.
13.

Ариадна просыпается на острове. Потягивается.

АРИАДНА. Тезей! Милый, давай задержимся на этом чудном острове…(Напевает.) Нас не до-го-нят…



Ариадна видит, что она одна. Обегает всё вокруг.

АРИАДНА. Тезей! Это был не сон… Ты и правда уплыл без меня?!… Нет! Чушь! Может, ты пошел за грибами или на рыбалку. Да, конечно ты пошел на охоту… Впрочем, что я несу. Это ж государственный биосферный заповедник - священная роща Артемиды…

Тезей?! Может быть, это проделки Бахуса? Пусть так. Пусть вино, женщины, мужчины, что угодно… Только не…

Ариадна начинает метаться по сцене. Она орёт, воет, бесится, рвёт на себе одежду, катается по земле, пытается ласкать свое тело руками, но начинает себя царапать и бить. Какое-то время она лежит неподвижно. Наконец измученная Ариадна в изодранном платье с трудом поднимается.

АРИАДНА. Когда он родился… Мой брат… Он был славный. Ну и что, что с головой быка. Дети – все милые… Такой телёночек. Я играла с ним. Он щипал траву, ел хлебные крошки с моих рук. Мы бегали наперегонки, аж до подножия священного платана…Тезей! (Кричит.) Тезей! Я не желаю тебе боли!… Я не желаю тебе боли большей, чем испытала я! Пусть она будет в десять раз меньше! Но и этого! Слышишь, ты- герой! Герой, победивший женщину! Этого хватит тебе и всем твоим потомкам!
14.
Купе СВ. Маша еле ворочает языком.

МАША. Слушай… (Шепчет Ариадне на ухо.) Это у вас было?


АРИАДНА (выглядывая в коридор). Тут этот проводник все время шныряет
МАША. Поняла… Если мужчина бросил женщину после анального секса - у него нет сердца!

АРИАДНА. Почему?

МАША. Ну, не знаю… Это ж как высшая форма доверия… Эй! Ты чего плачешь?
АРИАДНА (всхлипнув). Не плачу. Просто невидимые миру сопли.
МАША. Мудак он, твой Тезей. Забей! Солнце, море, облака, я любила мудака.
АРИАДНА. Да, что во мне такого? Обычная тетка.

МАША. Дура! Ты – гений любви… А он - маленький, жалкий пигмей.

АРИАДНА. Не надо так про него. Я – обычная и точка! Если бы я была мужиком я бы меня бросила. Я бы ваще была Дон Жуаном и бросала всех тёток.

МАША. Нет! Ты- особенная! Ты сильная как пионер-герой! (Икает.) Ик. Как Валя Котик. Ничего себе архетип вылез!


АРИАДНА. Я ж невменяемая была… Мне кажется, я его убила.
МАША. Чушь. Кого ты можешь убить. Это я… Я убила. Я убила маму. Я – убийца. Я попаду в ад. Хоть отдохну от неё…
АРИАДНА. Как?! Убила?! Почему?

МАША. А правда почему? Вдруг и мама в ад. И нас поместят в один котел? (Орёт.) Не-е-е-е-ет!



Затемнение
14

Купе СВ. Абсолютно трезвая Маша пересчитывает пачку денег и говорит. Говорит сухо, автоматически. Ариадна слушает и начищает доспехи.
Викин мальчик поступил в университет в Праге. Дочка убивалась, конечно… Да, что поделаешь… Решила готовиться и через год тоже пытаться. Я ещё больше стала мотаться. Почти две выработки делала. На репетиторов же надо. И знаешь, эта любовь в 17 лет… У меня её не было. Мне кажется, это как крылья бабочки… И вот мальчик уезжает и не может ей дозвониться. У неё мобильник тогда спёрли… Клуша, вроде меня… Он на домашний звонит. И… Та-да-да-да! Моя мама, мамочка, мамулечка… (Убирает пачку денег и начинает говорит осмысленно и зло.) Гадина старая! Говорит, что? Она не сказала Вике, что он её ждет в аэропорту. Сказала нарочно, когда он уже в самолете был. Нарочно! Сука! Мол, уехал не попрощавшись нормально. Значит, ты ему не нужна! Туда ему и дорога. Не пара он тебе. Она ж жизнь прожила. Свою никчемную гребаную жизнь… Она знает, кто пара. Тварь! Вика бросилась, ничего не соображая, вся в слезах…(Смотрит вверх, чтобы скрыть слезы.) Она не умерла сразу… Его родители, У них связи в облздраве, её в Москву в Бурденко на самолете…

АРИАДНА. А ты почему не там?


МАША. Кто меня пустит в реанимацию… Говорят, не надо денег. А как без денег… Я, пока собирала, хоть как-то отвлеклась… Кома…

АРИАДНА. Давно?

МАША. Десятый день. Я молюсь и пью… Мама. Я сегодня на неё орала… Я десять дней на неё орала. Впервые за всю жизнь. И сегодня наконец у неё случился инсульт…

АРИАДНА. Господи…

МАША. Я этого хотела… Она упала. А я вышла. Скорую не вызвала. Заперда дверь на ключ. Там инсульт обширный. Столько часов. Не чокаясь.

Маша опрокидывает рюмку, не закусывая.
Заглядывает проводник.

ПРОВОДНИК (ставит на тарелке). Скоро подъезжаем. Я балычок принёс. Не желаете? Астраханский. Только он подморозился чуток.

МАША(сильно бьет его по руке). Сука!

ПРОВОДНИК. Ой!…

АРИАДНА (Маше.) Ты чего?

МАША. Рефрижератор в Ростове прицепили. Знаешь, КТО там едет?!


АРИАДНА. Я знаю, я знаю… Я с некоторых пор общаюсь с ними. С прошедшими людьми. Колька – там. Говорила, сынок, не надо тебе…

МАША. Твой сын там?!


АРИАДНА. Нет. Не мой. Мой живой. Пока живой. Служит… Туда послали… Вру, сам пошел по контракту… Я вот думаю, может, он от меня сбежал. Я ж не мать. Я когда Тезея встретила, про все забыла. Про сына - первого.

МАША. Ты так и не сказала, почему вы расстались.

АРИАДНА. Так эксперимент закончился.

МАША. Не поняла.

АРИАДНА. Закончил он свою докторскую. Там про аффективные состояния влюбленных баб.

МАША. Ч-что?!

АРИАДНА. А ты не знала, что ВОЗ, ну та самая Всемирная Организация Здравохранения внесла любовь в список аффективных расстройств. Даже код присвоили F 63.9. Я оказалась очень удачным подопытным кроликом. Он мне целую главу посвятил. Казус Ариадны называется…

МАША. Подонок!

АРИАДНА. Обыкновенный мужик... Как все
МАША. И ты вот так проглотила?

АРИАДНА. Нет… Я сошла с ума.

15.
Купе СВ. Ариадна спит. У её постели - врач «Скорой помощи» . Он собирает чемоданчик. Выбрасывает пустую ампулу и шприц после укола.
ВРАЧ. Соберите её вещи пожалуйста.

МАША. Я смогу её навещать?

ВРАЧ. Нет… В ближайшие месяцы вряд ли... Впрочем, Вам лучше поговорить со следователем…

МАША. Да, конечно, со следователем.



Маша собирает доспехи Ариадны и меч. Все кладет в большой пакет

МАША. Она ведь никого не убила?

ВРАЧ. Я не могу вам этого сказать.

МАША. Её и вправду зовут Ариадна?

ВРАЧ. Правда… Какому идиоту пришло в голову заставить её жить в мифологическом пространстве… (Протягивая Маше бумагу) Распишитесь вместо родственников. Вот тут.

16.


Купе СВ. Маша в купе одна. Ариадны и её вещей нет. У Маши звонит телефон.
МАША. Алло! Реанимация?! Алло… Черт! Плохо слышно… Кто это?! Алло! Марина Петровна?! Да, конечно. .. Вы зашли полить цветы, а она лежит… Что?... Мама?! Скорая? Спасли… Да, спасли. Обширный инсульт… Да, я поняла: Жить будет. Ходить, говорить - нет…

Маша кладет трубку. Нервно мечется по купе.

МАША. Говорить не будет…Ха-ха. Говорить. Мамочка… Инсульт…



Маша начинает смеяться и рыдать одновременно. У неё истерика.
ЗАНАВЕС







База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница