К 90-й годовщине Советской Армии и Военно-Морского Флота



страница11/15
Дата01.05.2016
Размер2.21 Mb.
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   15

Придя на рынок, женщина передавала мужу груз, который она несла для продажи, а сама, сняв со спины младенца, если он был, укрывалась чадрой (при этом были видны лишь ее черные глаза) занималась ребенком. Она не имела права вступать в разговоры с посторонним мужчиной.

Обратно домой семья двигалась в том же порядке, что и утром, когда шла на рынок. Теперь женщина на своей голове несла то, что купил ее муж на рынке. Как в первом, так и во втором случаях, муж на жену не обращал никакого внимания. Вот такие, поистине дикие нравы и обычаи имели место тогда в этой полуфеодальной мусульманской стране.

Примерно в середине апреля 1946 года мы получили приказ – прекратить охрану перевалов, отстрел кабанов и в 3-х дневный срок передать по акту арендованное имение ее хозяину, а самим прибыть в город Сари, где находился штаб нашего 313 гсп.

Стало ясно, что наши войска выводятся из Ирана, чему мы были очень рады. Наша 8-я горнострелковая дивизия выводилась из Ирана через морские порты Ирана, расположенные на Каспийском побережье. К 18 апреля подразделения нашего полка сосредоточились в Иранском порту Бендер шах. Автотранспорт, боевая техника и тяжелое вооружение к этому времени уже было погружено на пароходы и отправлено в Союз. Перед посадкой на пароход был проведен митинг, на котором выступил командир полка подполковник Очеретный. Он сказал, что Красная Армия выполнила полностью свой долг в Иране и теперь возвращается на Родину. Эти слова командира полка были встречены громким троекратным «Ура». Погрузившись в трюмы грузового парохода (пассажирских пароходов в Каспийском пароходстве или вообще не было, или их было недостаточно), мы за двое с лишним суток пересекли с юга на север все Каспийское море и отшвартовались в порту города Махач-Кала. Погода во время перехода морем была очень хорошая, на море был полный штиль. Выгрузившись в порту города Махач-Кала, мы проследовали через весь город и, пройдя около семи километров по шоссе, идущему в сторону города Буйнакск, остановились. Здесь на ровном поле нам было приказано разбить лагерь, вырыть землянки небольшой глубины. Вскоре привезли палатки и мы довольно сносно по- походному устроились. В середине двадцатых чисел апреля пришел приказ о расформировании нашей 68-ой горно-стрелковой дивизии. В первую очередь увольнялся рядовой и сержантский состав до 1920 года рождения включительно. Во вторую очередь – рядовой и сержантский состав рождения до первой половины 1926 года включительно. Военнослужащие второй половины 1926 года рождения и рождения 1927 года в запас не увольнялись. Увольнение в запас первой и второй очереди был завершен через две недели. Оставшиеся рядовой и сержантский состав был переведен в военный городок города Махач-Кала, который находился практически в центре города.

Казармы этого городка были построены еще во времена императрицы Екатерины 2-ой, офицерскому составу полка было предложено искать и снимать квартиры самостоятельно. Мне лично повезло, т.к. квартиру для себя нашел недалеко от военного городка у вдовы погибшего на фронте солдата. Моя хозяйка имела дочь 6-7 лет и работала на рыбокоптильном заводе. Она часто угощала меня очень вкусной копченой рыбой, которая ныне почти исчезла в Каспийском море.

Офицерский состав полка увольнялся в запас группами по 6-8 человек через каждые 8-10 дней. В первую очередь увольнялись младшие офицеры до 1920 года рождения, имевшие военное образование в объеме фронтовых курсов младших лейтенантов и общее образование в объеме 7 классов средней школы. Лично я не знал, что будет со мной, однако вскоре был назначен заместителем командира роты, формируемого для отправки в другие районы страны батальона из рядового и сержантского состава 1927 года рождения. Стало быть, мое увольнение в запас откладывалось на неопределенный срок, но не ранее осени этого года.

Мы, молодые офицеры, оставшиеся в живых после длительной и кровопролитной войны, в свободное от службы время проводили свой досуг по-разному, но, в основном, были постоянными участниками мероприятий, проводимых в городском саду. Там на танцплощадке в середине мая познакомился со студенткой 2-го курса Дагестанского медицинского института Ниной Шевченко. Это была довольно симпатичная девушка с гордо посаженной головой, густыми красивыми до плеч каштановыми волосами. Она родилась на Украине недалеко от города Одессы и вместе с родителями в мае 1944 года переехала на жительство в город Хасавюрт Дагестанской АССР, из которого в феврале этого же года за помощь гитлеровским оккупантам, бандитизм и другие не менее тяжкие преступления в Казахстан были высланы все чеченцы и кабардинобалкарцы.

С Ниной встречались часто, посещали кинотеатры, танцплощадку в городском саду. В выходные дни уходили в парк, который тогда находился на окраине города и носил название парк Венеры. Это был практически неухоженный лесной массив, примыкающий к окраине города. Обычно мы выбирали небольшую полянку, садились в тени крупного дерева и вели доверительный разговор обо все: о жизни, дружбе, любви и нашем будущем.

Я рассказывал ей о своем тяжелом детстве, ведь остался со своими двумя братьями, когда мне было всего три годика.

Рассказывал так же об отдельных эпизодах как смешных, так и трагических, которые случались со мной на фронтах Великой Отечественной войны. Большое впечатление на мою собеседницу производили мои рассказы об Иране, в частности, о положении женщин, традициях и нравах, царивших в этой стране. Это была очень благодарная слушательница. Она очень внимательно слушала все, что я рассказывал, и если было что-то ей непонятно, то просила или повторить, или уточнить. С каждой новой встречей она мне все больше и больше нравилась.

Мои товарищи офицеры знали, что я встречаюсь со студенткой медицинского института, иногда обращались ко мне с просьбами весьма деликатного характера и просили через меня ее совета. Нина всегда находила возможность давать необходимые советы и рекомендации.

Между тем процесс расформирования дивизии набирал обороты. Началось формирование так называемого маршевого батальона из солдат 1927 года рождения. От знакомого офицеров мне стало известно, что моя кандидатура рассматривается на должность заместителя командира одной из рот этого батальона.

Кроме того, батальон, очевидно, будет направлен на Дальний Восток. О предстоящей длительной командировке и о своем неопределенном положении рассказал Нине. В заключение своего рассказа добавил, что она свободна в своих решениях и действиях. Но, если она примет положительное для нашего с ней будущего решение, то в 1949 году, но не раньше мы будем вместе. Вот тогда мы пройдем рядом весь жизненный путь через радости и невзгоды. Стало быть, 1949 год для нас будет годом судьбоносным. Выслушав мой достаточно пространный монолог, Нина, в свою очередь заметила, что ее мало интересует, какое в 1949 году у меня будет общее и военное образование. Главное одно: «Я буду стремиться к тому, чтобы мы были вместе и ни о каком замужестве до 1949 года не может быть и речи». Вместе с тем, забегая вперед, скажу, что судьбе было угодно распорядиться иначе. Моей женой, моей спутницей в жизни стала другая девушка – студентка пятого курса Бакинского Индустриального института Ирина Грибкова, но об этом несколько ниже.

Вскоре маршевой батальон из призывников 1927 года рождения, предназначенный для отправки в Приморский край, был сформирован, и назначена дата его отправки.

Накануне отъезда в командировку, которая по всей видимости будет длительной, я пригласил Нину на ужин к себе на квартиру. Она дала на это свое согласие, добавив при этом, что она готова остаться у меня до утра, лишь бы не было у меня сомнений в искренности ее слов, сказанных накануне. Разумеется, подобную жертву принять я не мог, но мне было приятно знать, что меня любят и ради этого готовы пойти на все. На другой день, тепло попрощавшись с Ниной и квартирной хозяйкой, у которой я проживал около двух месяцев, отправился в военный городок, где проводились последние приготовления к отъезду. Нину больше не видел около двух лет.

На следующий день мы в товарных двухостных вагонах отправились в путь. Ехали через Саратов, Челябинск, Иркутск, Хабаровск, словом, через всю Сибирь и Забайкалье. В дороге находились 35 дней. Ехать в товарных вагонах такой большой срок летом было тяжело и очень утомительно. Наконец в 20-х числах августа наш эшелон прибыл в пункт своего назначения – город Ворошилов – Уссурийск (ныне это город Уссурийск Приморского края). Там мы передали личный состав представителям одной воздушной армии Дальневосточного военного округа. В дороге за 35 дней по различным причинам потеряли всего семь человек, из них четыре человека были безвозвратные потери. Обратный путь в город Баку был для нас тоже не легким.

Особенно трудной для нас, офицеров группы сопровождения эшелона, сложилась обстановка на железнодорожной станции Иркутск. Там к железнодорожной воинской кассе было практически не подойти. Она была в плотном кольце демобилизованных военнослужащих, едущих домой после войны на Дальнем Востоке. Но так или иначе с большими трудностями в конце сентября прибыли в отдел кадров 4-ой армии, штаб которой был переведен в город Баку из Ирана. В отделе кадров я узнал, что назначен командиром стрелкового взвода в 665-й стрелковый полк (СП) 216 стрелковой дивизии (СД). В эту дивизию, нов ее разные стрелковые полки, были назначены все офицеры, которые сопровождали эшелон в Приморский край. В 643 СП был назначен мой близкий друг и товарищ Зеленцов Алексей Васильевич, с которым поддерживаю отношения и поныне. Старший лейтенант А.Зеленцов впоследствии стал полковником Советской Армии, кандидатом военных наук, страшим преподавателем одной из кафедр Военной Академии имени Н.В.Фрунзе. Сегодня он на пенсии. В декабре 2007 года ему исполнилось 85 лет, к сожалению, он тяжело болен. Тогда, теперь уже в далеком 1946 году, мы были весьма довольны назначением в 216 СД, т.к. ее 665 и 643 СП были расквартированы практически в городе, в так называемых Сальянских казармах, построенных еще в середине 19 века. Военный городок, где находились казармы, был не более чем в 100 метрах от ближайшей трамвайной остановки. Стало быть, добраться на службу не представляло большого труда. Город Баку являлся столицей Азербайджанской АССР и уже тогда, в середине 40-х годов 20 века, в нем проживало около одного миллиона человек. Это был крупный промышленный центр Советского Союза. В городе и на его окраине было много промышленных предприятий различного назначения, но, в основном, связанных с переработкой сырой нефти, очень высокого качества, добываемой на Апшеронском полуострове и прилегающем к нему морском шельфе.

В воздухе над городом постоянно чувствовался запах нефти и продуктов ее переработки. особенно сильно этот запах ощущался в той части города, которая носила название «Черный город». Этот район города сплошь был застроен заводами по переработке сырой нефти и получение из нее горюче-смазочных материалов. Над районом, где находились заводы, круглосуточно и постоянной горели газовые факелы, а в воздухе висела копоть от несгоревших частиц этих газовых факелов. Летом 1952 года, будучи слушателем Военной академии тыла и транспорта имени В.М.Молотова, во время производственной практики на нефтеперерабатывающих заводах Баку в течение почти месяца был именно на заводах, расположенных в «Черном городе». Тогда меня до крайности удивили тяжелейшие условия труда рабочих и ИТР, обслуживающих установки по переработке сырой нефти и, особенно на установках термического крекинга. Наряду с высокой температурой окружающего воздуха (особенно в летний период) все установки по переработке нефти от ее прямой перегонки до термического крекинга, в буквальном смысле слова, дышали жаром и испускали в окружающий установку воздух перегретый пар с очень высокой температурой. Словом, это было достаточно вредное для здоровья производство и очень опасное в пожарном отношении. В городе было много высших и средних специальных учебных заведений (институтов, техникумов, профтехучилищ), которые готовили специалистов разных профилей для народного хозяйства всех республик Советского Союза. Кроме того, в городе находились и два военно-учебных заведения – Каспийское высшее военно-морское училище и Бакинское общевойсковое командное училище. В городе был и очень хороший Дом офицеров Советской Армии. При Доме офицеров функционировала вечерняя общеобразовательная школа. В ней, при желании, офицер мог получить общее среднее образование, т.е. аттестат зрелости. Безусловно, все это нас, молодых офицеров, очень радовало. Ведь предстоящая служба будет проходить в большом промышленном и культурном центре страны, а не в каком-нибудь захолустье, например, в таких небольших городах Азербайджана, как Сальяны, Али-Байрамлы, Ленкорань и другие, где в свободное от службы время и деть себя, нам, молодым офицероам было некуда. Естественно, говорить об учебе в общеобразовательных средних школах не приходилось. Что представляли тогда, в середине 40-х годов прошлого столетия, эти небольшие города Азербайджана, передать на бумаге невозможно – нужно только лично это видеть. Однако вскоре наступило разочарование. Выяснилось, что 216 СД была соединением национальным по своему составу, в котором командно-политический состав в звене батальон-полк и выше на 85-90% состоял из офицерского состава азербайджанской национальности.

Младший офицерский состав в звене взвод-рота, т.е. тот, который обучает солдат и сержантов военному делу, наоборот, не мене, чем на 85% состоял из офицеров не азербайджанской национальности. Но это обстоятельство было временным, т.к. младших офицеров - азербайджанцев в этом звене совершенно не хватало.

По мере поступления офицеров – выпускников из Бакинского командного общевойскового училища и производства сержантов, имеющих образование в объеме 10 классов, в офицеры, этот пробел постепенно устранялся. Таким образом, происходила постепенная замена офицеров в стрелковых полках на офицеров азербайджанской национальности. К началу 1950 года почти все младшие офицеры в звене взвод-рота русские по национальности, в т.ч. украинцы, белорусы, были переведены в другие военные округа или другие соединения ЗакВО. Так, например, автор этих воспоминаний в феврале 1950 года был переведен в Белорусский военный округ. Что же касается рядового и сержантского состава стрелковых полков дивизии, то он почти полностью состоял из жителей Азербайджанской ССР, зачастую плохо владеющих русским языком. В танковом и артиллерийских полках офицерский, сержантский и рядовой состав азербайджанской и родственной ей национальностей был в значительном меньшинстве. Между нами, офицерами, конечно, не азербайджанцами, нашу 216 СД называли «Дикой дивизией» по аналогу с названием «Дикой дивизии», которая была сформирована командованием русской армии в годы Первой Мировой войны из горцев Закавказья.

В большинстве своем трусливые и достаточно лживые (они без зазрения совести могут дать честное слово по любому поводу) торгаши по своему менталитету они, на мой взгляд, были плохими солдатами. Очень плохо они усваивали азы военного дела и к этому, за небольшим исключением, не стремились. Воинская дисциплина в подразделениях СП находилась на низком уровне. Проводить занятия по боевой и политической подготовке с рядовым и сержантским составом, для нас, командиров было сущим наказанием. Несмотря на все наши усилия, личный состав с большим трудом осваивал материальную часть стрелкового оружия, которое было положено взводу по штатному расписанию. Еще хуже он стрелял из закрепленного за ним штатного оружия, а ведь политическая и огневая подготовка, знание материальной части, закрепленного за солдатом (сержантского) оружия, умение точно вести прицельный огонь по цели являлось главной составляющей всех инспекторских проверок, проводимых штабом ЗакВО, два раза в году – весной и летом. Я часто задумывался над таким непростым вопросом - кому могла придти в голову идея начать во второй половине 40-х годов 20-ого столетия формирование национальных соединений в республиках – Азербайджана, Армении и Грузии после победоносного окончания Великой Отечественной войны?

Ведь прошедшая война показала негативный опыт формирования национальных формирований. Так, например, введенная в сражение летом 1942г. на Северном Кавказе, 416 СД укомплектованная в основном жителями Азербайджана при встрече с немецкой моторизованной дивизией обратилась в паническое бегство, а ее значительная часть л/состава сдалась в плен.

Тем не менее, решение о формировании национальных соединений было принято. Принято на самом высоком уровне. Естественно, подобное решение ни Министерство обороны СССР, ни руководство Закавказских республик принять не могло.

Несомненно, к этому решению приложил свою руку Л.П. Берия, который имел огромное влияние на И.В.Сталина. По моему мнению, правящая элита этих Закавказских республик уже тогда вынашивала преступные планы выхода своих республик из состава СССР, а национальные формирования, по их замыслу, должны были стать ядром их Вооруженных Сил. Эти предатели и перевертыши ждали удобного случая. События, произошедшие в Баку и Тбилиси в 1956 году, в какой-то степени, подтверждают мои предположения. Они, на мой взгляд, послужили одной из причин спешного расформирования национальных дивизий.

Тогда, теперь уже в далеком от нас 1956 году, националистам и предателям, свои преступные замыслы осуществить не удалось, но они от них не отказались и затаились, ожидая вновь удобного случая. И такой случай наступил, когда к руководству КПСС и советского государства, пришел предатель и перевертыш М.С. Горбачев. И вот тогда к руководству Закавказских республик прорвались националисты – в Грузии во главе с З.Гамсахурдия, Армении – Тер-Теросяном, уроженцем Ливана, Азербайджана – Джафаровым. Эти Закавказские республики вместе с прибалтами (Эстония, Латвия и Литва) отказались принимать участие в референдуме по сохранению Советского Союза.

Тогда же и начались в этих республиках хорошо спланированные провокации против военнослужащих СА, в этих, в прошлом братских республиках, СССР начались притеснения и просто выдавливание русскоязычного населения. По этой причине русскоязычное население в массовом порядке стало покидать эти республики и переселяться на свою этническую родину – Россию. Удар ножом в спину русско-язычному населению стран Балтии, да и не только ему, нанес государственный преступник (С. Бабурин) и враг своей Родины – России Б.Н. Ельцин.

Это он, Герострат 20-го столетия, ночью 16 января 1991 года прилетел в столицу Эстонии город Таллинн и, не имея на то никаких полномочий ни от Верховного Совета РСФСР, ни от Президента СССР, подписал документ о признании РСФСР независимости стран Балтии.

Согласно этому документу, все, что находилось в этих странах – заводы, фабрики, корабли торгового и рыболовного флотов, оборудование и другое имущество, в т.ч. и заводы союзного значения, безвозмездно отдавались в собственность этим странам. Таким образом, РСФСР и другие республики Советского Союза на Балтике лишились:

- построенные в послевоенные годы морские торговые и рыбные порты;

- верфи, судостроительные и судоремонтные, в Таллинне и Риге;

- Рижское морское пароходство с приписанными к нему торговыми кораблями различного назначения;

- первоклассные, только что построенные в Польше и Финляндии, рыболовные траулеры и плавбазы Таллиннского морского рыбного порта;

- санатории и Дома отдыха, в т.ч. и союзного значения, расположенные на берегу Балтийского моря.

Кроме всего перечисленного, в распоряжении стран Балтии безвозмездно передавалось большое количество ценнейшего и современного по тому времени, как установленного, так и не установленного оборудования, приобретенного за счет средств союзного бюджета.

Между тем следует заметить, что на эти преступные действия Б. Ельцина никак не отреагировал Президент СССР М.С. Горбачев, зато президент США Джордж Буш (старший) выразил Б. Ельцину свою благодарность. Очевидно, на это и рассчитывал Б. Ельцин, творя злодеяния против народов России.

Для того, чтобы читатель знал всю правду о судьбоносных для нашей страны событиях начала 90-х годов прошлого века и глубину предательства Б. Ельцина и его преступной клики, которую упорно скрывают нынешние демократы, следует знать, что в описываемый период в Советском Союзе действовало Постановление Верховного Совета СССР, которое было принято, кажется, в 1989 году. Согласно этому постановлению, республики, входившие в состав СССР, имели право на выход из его состава лишь после проведения референдума о независимости.

Кроме того, в этом постановлении предусматривался пятилетний переходный период, во время которого оборудование как установленное, так и не установленное, союзного значения, приобретенное за деньги и валюту союзного бюджета, делилось между республиками Советского Союза согласно внесенного ими вклада.

Однако Б. Ельцин и его клика проигнорировали это постановление. Никак не отреагировал (за исключением несколько ни к чему не обязывающих слов) Президент СССР М. Горбачев на антигосударственную деятельность Ельцина и его окружения. Безнаказанность и вседозволенность прорвавшихся к власти в Российской Федерации лжедемократов дало зеленый свет националистам других союзных республик и, прежде всего, в республиках Закавказья по выходу из состава СССР.

Первыми из республик Закавказья сделали прорвавшиеся к власти националисты Грузии во главе с бесноватым З. Гамсахурдия. 9 апреля 1991 года парламент Грузии с подачи З. Гамсахурдия и его окружения провозгласил свою независимость и выход из состава СССР. Тем не менее, смертельный удар по Советскому Союзу, по моему мнению, нанес Б. Ельцин и нашпигованный его сторонниками Верховный Совет РСФСР, который 12 июня 1991года принял Декларацию о государственном суверенитете РСФСР, т.е. о фактическом выходе РСФСР из Состава Советского Союза. Но как говорится, что даже «ежу понятно», что РФ была хребтом великой державы, которым был СССР.

Последствия этого преступного акта известны всем. Таким образом, разглагольствования нынешних демократов о якобы самовольном распаде СССР абсурдны по своему характеру и не имеют под собой никакой почвы. Кроме того, весомый вклад в гибель СССР внесла и переродившаяся партийная верхушка в национальных республиках, в первую очередь в республиках Балтии и Закавказья. Нельзя, конечно, сбрасывать со счетов предательскую роль, роль пятой колонны, так называемых агентов влияния капстран во главе с Соединенными Штатами Америки. В этой когорте предателей видное место занимают бывшие члены Политбюро ЦК КПСС: А.Н. Яковлев и бывший министр иностранных дел СССР Эдуард Шеварнадзе. Это был тайный закоренелый националист, злобный и подлый враг России. Это он в угоду своим будущим хозяевам – руководителям США подписал документ, по которому Россия передает Соединенным Штатам Америки 50 тысяч км2 самого богатого рыбой района Охотского моря.

31 декабря 1999 года Б.Н. Ельцин оставил пост Президента РФ. По всей видимости, до его сознания наконец дошла мысль, что тяжесть совершенных им и его преступной кликой злодеяний против своего народа, против своей страны была настолько велика, что больше оставаться на посту Президента РФ стало для него, по моему мнению, просто опасным.

Он ушел на пенсию, но царские почести, которыми он себя обложил будучи Президентом РФ, остались за ним. За счет налогоплательщиков обманутой и униженной им страны жил в роскоши и довольствии. Летом 2006 года Б. Ельцин окончил свой жизненный путь, но птенцы гнезда Ельцина по-прежнему находятся у кормила власти как в центре, так и в регионах. Они, как и при Ельцине, с жадностью голодных хищников расхищают народное достояние, нажитое трудом советского народа до контрреволюционного переворота, т.е. до августа 1991 года. Эти коррупционеры, воры и хищники, конечно, понимают, что рано или поздно им все же придется отвечать за содеянное перед народным судом Родины. Поэтому награбленные ими огромные денежные средства они стараются вкладывать в недвижимость за рубежом. Зачем они это делают – ясно даже мало-мальски грамотному человеку.
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   15


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница