Жизненный путь святого Бернара, или проект перехода от Темных веков к Средневековью Л. Г. Голубкова



Скачать 417.59 Kb.
страница1/3
Дата06.05.2016
Размер417.59 Kb.
  1   2   3
Жизненный путь святого Бернара,

или проект перехода от Темных веков к Средневековью

Л.Г.Голубкова

Доклад был представлен в два этапа: 11 ноября на семинаре по институтам и 14 декабря 2010г. на семинаре по подготовке к Чтениям. Методологический анализ доклада был сделан В.М.Розиным (аудиозаписи размещены в архиве семинаров Фонда).

Темой следующих трех лет работы были объявлены П.Г.Щедровицким как изучение институтов мышления. Отдельной подтемой здесь является выявление фигуры создателя или проводника таких институтов, или мыследеятеля. Задача моего сегодняшнего доклада показать на примере деятельности святого Бернара Клервоского, как в течение трех десятков лет был осознанно совершен радикальный поворот в социальном и интеллектуальном устройстве западноевропейского общества, определивший переход от эпохи Темных веков к Средневековью. Основной акцент сделан на созданном св. Бернаром институте монахов-воинов, который способствовал данному переходу и дал импульс интеллектуальному развитию Западной Европы на несколько столетий вперед.


Доклад состоит из двух частей. В первой части предъявлен эмпрический материал с элементами исторической реконструкции. Описание исторических процессов сделано на основе фактов, но не сводится только к их изложению. Во второй части выделены те аспекты, которые могут представлять интерес для методологического анализа.

Доклад состоит из следующих смысловых блоков:



  1. Причина выбора данной темы; ее соотношение с моей личной проблемой.

  2. Обоснование использования исторической реконструкции как способа работы с материалом.

  3. Предъявление эмпирического материала:

    1. Краткое изложение исторической ситуации

    2. Жизненный путь св. Бернара

    3. Орден монахов-воинов

  4. Модель перехода к более сложной иерархической общественной структуре, использованная св. Бернаром.

  5. Механизм работы с нижележащими уровнями общественной иерархии (триада «чудо-тайна-авторитет»).

  6. Приложение изложенного к современной ситуации в методологии:

    1. Предположение о фигуре методолога как «нового монаха-воина»

    2. Механизм «присоединения» как основа успешных социальных трансформаций

После рассмотрения материала и его анализа становится возможным получить ответы на вопросы:



  • Какие институты, введенные св. Бернаром, имеют аналоги в сегодняшней ситуации и в каких формах?

  • Как можно воспользоваться опытом св. Бернара для институализации методологии?

Блок 1. Причина, по которой я взяла для рассмотрения данную тему. Как эта тема соотносится с моей личной проблемой?
В настоящее время отсутствует адекватная теория общественных преобразований применительно к сегодняшней ситуации. В силу принципа масштабируемости отсутствует понимание методов преобразований на нижних уровнях организованностей (например, в отдельной организации). Для меня, как для специалиста по управлению, технология преобразований представляет интерес, а ее отсутствие – трудность. Поэтому возникает желание провести анализ успешных образцов практики преобразования общественных структур.
Блок 2. Почему потребовалось использовать в качестве способа работы с материалом историческую реконструкцию, а не ограничиться только описанием доступных фактов?

Историческая реконструкция необходима при исследовании сложных культурных феноменов. В основу реконсрукции полагается концепция, которая не выводится из исторических фактов. Напротив, данная концепция является рабочей гипотезой, под которую подбирается соответствующий исторический материал. Историческая реконструкция противостоит историографическому подходу, основанному на индукции, который признает первичность письменных источников и археологического материала и сводится к воссозданию на этой основе суждений о картине мира, существовавшей в изучаемый период. Однако, даже если получить в свое распоряжение все источники, реконструировать представления той исторической эпохи все равно не удастся. В многоуровневных социальных системах существует определенная степень экранирования мотивов, концепций, действий по отношению к нижним уровням социальной иерархии. Поэтому источники и факты, неминуемо подвергшиеся различным интерпретациям, никогда не отражают, а иногда и намеренно затемняют истинный смысл происходивших некогда событий и явлений. Требуется привлекать воображение и интуицию для описания мотивов и действий, приведших к известным фактам.

Есть и другая причина, по которой историческая реконструкция представляется необходимой. Анализ интеллектуальной жизни в прошедшие эпохи до сих пор освоен слабо. Несмотря на обилие фактов, которые может предоставить современная историческая наука, невозможно ухватить ее методами способ мышления и представления людей изучаемой эпохи. Под «современной исторической наукой» здесь понимается область, в которую, с эпохи Просвещения, входит собственно история, источниковедение, историография, а с XIX века и археология. Если же представить, что в основе мышления и деятельности лежит определенная картина мира, не выводимая «из черепков», можно попытаться ее реконструировать и проверить на непротиворечивость с помощью фактов. В этом и заключается преимущество исторической реконструкции над другими методами исследования истории мышления.
Блок 3. Эмпирический материал.

а) Историческая ситуация в конце Темных веков (X-XI вв).
Темные века – период западноевропейской истории с V по X века: от падения Римской империи до первых Крестовых походов. После падения Рима родо-племенные союзы германцев подчинили себе земли Германии западнее Рейна, восточной и западной Франции (франки); юго-западной Франции и Испании (вестготы) и южной Франции и севера Италии (лангобарды).
Общественная структура. Представители воинского сословия, западноевропейские бароны германского происхождения, не работали, промышляли клановой войной и нападали на крестьянские хозяйства. Даже правящая верхушка не умела читать и писать. Так, Карл Великий, который создал Западную империю и от имени которого происходит русское слово «король», до конца жизни был неграмотным.

Крестьяне не были организованы, сельское хозяйство находилось в упадке. Автохтонное население продолжало вести свой обычный образ жизни: занималось подсечным земледелием, охотой, рыболовством. В отличие от римских завоевателей, Католическая церковь последовательно уничтожала кельтских жрецов, друидов, что привело к одичанию кельтских племен на континенте и Британских островах. Германцы, по преимуществу кочевые народы, не были склонны заниматься земледелием, разводили скот и вели полуоседлый образ жизни. Будучи воинственными, они легко подчинили оседлое сельское население Западной Европы и Британских островов.


Церковь и монастыри. Влияние Католической церкви, по сравнению с позднеримским периодом, уменьшилось; былой духовной властью над большей частью населения она не обладала. Римская католическая церковь не имела такого влияния на Европу, как Византийская (Восточно-христианская) церковь на греческую, малоазиатскую и сирийскую территории. Институт папства являлся остатком Римской империи. Но так как структура была не имперская, влияние Папы не было достаточным для консолидации отдельных групп влияния. Институт папства в большей степени закреплял существующую систему, нежели являлся гарантом духовного прогресса. В самой клерикальной среде не было единства.

Монашество находилось в сложных отношениях с Папской курией, часто выступало по отношению к ней в оппозиции. Существовавший с V века Бенедиктинский орден к X веку демонстрировал признаки разложения, монахи отошли от аскетического устава св. Бенедикта Нурсийского. К концу X века роль внутрицерковных идеологов начинают играть французские аббатства Клюни и Сен-Дени. В монашеской среде возникает движение в защиту ужесточения монастырских порядков. На этой волне в 1098 году монах-бенедиктицинец Роберт Молемский основывает в пустынном месте новый орден цистерцианцев, в который спустя 14 лет вступит молодой Бернар. Монахи в Сито придерживаются строгого бенедиктинского устава, исключающего прямое влияние на мир.

Таким образом, клирики и монахи выполняли в тот момент функцию не идеологов, но хранителей духовного наследия (ср. переписывание и комментирование древних книг).
Арабский мир. Несравнимо бóльшее влияние на европейцев оказывала в этот период молодая арабская цивилизация. С VIII века под властью арабов находилась бóльшая часть Испании, южная и юго-западная Франция, Сицилия и юг Италии. Арабы дошли до Рима, и в 830-х годах папа выплачивал им дань. После того, как Карл Мартелл в 732 году одержал победу над арабами в битве при Пуатье, мусульманское продвижение вглубь европейского континента остановилось.

Европейцы, особенно французы, не любят вспоминать этот период своей истории. Это связано не только с переделом политической карты континента. Арабская цивилизация внесла значительный вклад в культурную и интеллектуальную жизнь, обеспечив расцвет Европы на тысячелетие вперед. А об основаниях говорить не любят…

«Соприкосновение Западной Европы с мусульманской цивилизацией вызвало у европейцев многостороннее чувство неполноценности. Мусульманская техника во многих отношениях превосходила европейскую, зажиточным мусульманам была доступна гораздо бóльшая роскошь… Под мусульманским владычеством находились огромные территории… Получалось, что почти две трети мира принадлежат мусульманам. Всех христиан, имеющих дело с мусульманами, угнетала также их непоколебимая уверенность в собственном превосходстве. Вообще чувства европейцев по отношению к мусльманам были в какой-то степени похожи на чувства непривилегированных классов к элите в крупном государстве. Подобно этим классам, европейцы обращались к религии как к средству самоутверждения против господствующей группы, именно к тем двум ее формам, которые можно считать новыми разновидностями христианства: к культу св. Иакова из Компостеллы и Крестовым походам… Искажение образа ислама было необходимо европейцам, чтобы компенсировать это чувство неполноценности.»1

Арабское движение начинается через несколько десятилетий после утверждения ислама в качестве основной религиозной доктрины на североафриканской территории, Аравийском полуострове и в Сирии. Основной движущей силой были не религиозные соображения (как и в случае Крестовых походов), их исламские и христианские идеологи оформили позднее. Надо было направить во внешнее русло огромную энергию нарождающихся этносов. В эпоху Магомета арабские племена были разрозненными и относительно дикими. Магомет сначала обратил энергию своих соотечественников против тех, кто не принял ислам. В дальнейшем отношение магометан к христианам и иудеям было спокойное. В Испании, завоеванной в течение VIII века, представители авраамических конфессий не подвергались репрессиям; им не разрешалось жениться на мусульманках и они не имели права занимать высшие государственные должности. В период мусульманского владычества христиане Иберийского полуострова настолько впитали арабскую культуру и образ жизни, что их называли «мозарабы», или «арабизированные». В середине IX века один испанский епископ писал с тревогой, что молодые христиане совершенно не интересуются христианским учением и не изучают латынь, зато повально увлечены арабской поэзией.

Об уважительном отношении мусульман к святыням христианского мира свидетельствует такой факт. В IX веке на территории Испании был найден древнеримский саркофаг, который якобы содержал останки св. Иакова. Так возник первый массовый христианский культ Сантьяго де Компостелла, а у арабов была заимствована практика паломничества. В 951 году в Сантьяго совершил паломничество папа и его свита, что знаменовало легитимизацию данной практики Католической церковью. В 997 году наместник Испании Альманзор захватил Сантьяго де Компостелла, разорил и разграбил город, но место захоронения св. Иакова не тронул.

Сражения арабов и европейцев в VIII-XI веках не осознавались как религиозные войны народов, они носили характер соперничества и демонстрации боевой доблести воинского сословия. Даже позднее, когда идут кровопролитные сражения «за гроб Господень», арабские халифы в письмах называют папу «тринадцатым пророкам» и воздают ему почести. Св. Бернар в обращении к тамплиерам цитирует пророка Магомета.


Начало Крестовых походов. Постепенно, при значительном влиянии отцов Католической церкви, захватнические войны приобретают религиозную окраску. Церковь была ослаблена расколом (схизмой) из-за соперничества правящих кланов. Постоянно шла война сторонников папы и антипапы. В 1095 году на Клермонском соборе папа Урбан II призвал к первому Крестовому походу. В 1099 году крестоносцы под предводительством Готфрида Бульонского захватили Иерусалим и уничтожили все мусульманское население. Впервые масштабная резня была учинена по религиозному признаку. Город стал столицей Иерусалимского королевства, позднее получившего название Латинского. Идея Крестовых походов зародилась, скорее всего, под влиянием арабских завоеваний. Причем не как ответ на эти завоевания, а как способ направить энергию рыцарей в новое русло. А эта энергия была колоссальной.

В первой половине XI века норманнские рыцари начинают расширять свои владения. Их боеспособность была столь велика, что Робер Гискар во главе небольшого отряда из 400 рыцарей нанес поражение византийцам в Южной Италии и образовал там Норманнское княжество. (Этот эпизод напоминает завоевание в начале VIII века первых испанских земель авангардом арабской армии.) Брат Гискара, Рожер, в 1060 году начал захват Сицилии и к началу 1090-х годов стал ее графом. С середины XI века и до середины XII века Сицилией правили норманны, причем их дети и внуки настолько освоили арабский образ жизни, что их стали называть «крещеными султанами Сицилии». Помимо норманнов, представители других воинских кланов также нуждались в более достойном применении своих усилий, нежели бесконечные грабежи, стычки и турниры. Ситуация, как и в случае арабской аристократии, усугублялась тем, что наследство передавалось только старшему сыну, остальные мужчины в семье были вынуждены промышлять разбоем. С этой точки зрения попытка вывести этих неукротимых воинов за пределы европейского ареала и усилить позиции церкви как «руководящей и направляющей силы» выглядит вполне логичной.

Член Церкви Темпла в Англии Чарльз Аддисон так описывает ситуацию на Ближнем Востоке в XII веке: «Яростному рвению и воинствующему духу тамплиеров проитвостояли – на равных, если не с превосходством – свирепый фанатизм и религиозный жар последователей Магомета… Сходство между религиозным фанатизмом тамплиеров и мусульман поистине весьма примечательно. В мусульманском лагере… строго запрещались всякие легкомысленные беседы; тщательно исполнялись все религиозные обряды, перерывы между битвами были заполнены молитвами…»2.

Крестовые походы против неверных были первым шагом восстановления Католической церкви как верхнего уровня общественной иерархии. С этого момента начинаются собственно Средние века.


б) Жизненный путь св. Бернара: «химера своего века»

Бернар Клервоский в полной мере осознавал свою необычную позицию и историческую роль. Об этом свидетельствует то, что он назвал себя «химерой своего века». В античном сакральном бестиарии «химера» означала двойственность, кажущееся сочетание несовместимого в одном явлении или человеке. Только позднее словом «химера» стали обозначать нечто ускользающее от обыденного восприятия, что полностью согласуется с его основным значением в древности. Рыцарь Церкви и тайной Мудрости, сочетающий светскую обходительность и духовную целостность, ревностный охранитель «тайного знания» и страстный проводник традиционных идей… Эта явленная миру двойственность, столь редкая для прагматичного и незрелого европейского ума, но повсеместно встречающаяся в традиционных культурах Востока в фигуре мудреца, делает фигуру св. Бернара одновременно притягательной и загадочной для классической историографии последней тысячи лет.

Бернар родился в 1090 году в Бургундии в знатной семье. И время, и место его рождения примечательны. О X веке как переломном моменте в истории уже было сказано. Что же касается Бургундии, то это было не только место сосредоточения самых богатых семей Европы. Это был самостоятельный в политическом и экономическом отношении аристократический центр, который одним из первых вошел в состав франкского королевства в VI веке, но существовал в форме самостоятельного образования, герцогства Бургундского, вплоть до 1477 года, то есть почти 950 лет. Знатное происхождение обеспечило Бернару те социальные связи, благодаря которым он легко находил контакт с королями, сеньорами и церковной верхушкой по всей Европе и был почитаем в исламском мире.

Рыцарские идеалы оказали глубокое влияние на молодого аристократа. В юности Бернар писал лирические стихи, а в бытность монахом его любимым священным произведением была «Песнь Песней», которую он в течение жизни перечитывал и неоднократно комментировал. Именно рыцарская культура лежит и в основе его мистического переживания божественной истины, которую он выразил в понятии «Notre Dame», «Владычицы нашей». Именно Бернар ввел в европейскую культуру почитание Пресвятой Девы. По бернардианскому образцу задуманы и построены великие средневековые соборы, посвященные Деве Марии. Он наполнил понятие «Notre Dame» тем глубинным религизно-мистическим смыслом, которое характерно для восточно-христианских и суфийских учений (ср. София, Мудрость, Возлюбленная). Воспитание в рыцарском духе позволило Бернару осуществить и его самый масштабный проект – участвовать в становлении ордена монахов-воинов и написать его устав, в соответствии с которым этот могущественный институт существовал и развивался в течение двух следующих веков.

В возрасте 22 лет Бернар неожиданно для семьи уходит в монастырь Сито вместе с тридцатью другими молодыми людьми. Тремя годами позднее 25-летнему монаху доверили руководство новым аббатством в Клерво. Бернар был настоятелем Клервоской обители в течение 38 лет, вплоть до своей смерти в 1153 году. К этому моменту в Клерво обитало 700 монахов, он дал продолжение 60 монастырям. В Клервоской обители Бернар выпестовал и своего младшего тезку – Бернара Пизанского, избранного в 1145 году папой под именем Евгения III. Только эти факты уже свидетельствуют о несомненном организаторском таланте Бернара.

Бернар показал себя и выдающимся общественным и политическим деятелем. В 1130-х годах он много ездит по Европе, примиряя сторонников папы Иннокентия II и антипапы Анаклета. Это требовало не только участия в многодневных тяжелых переговорах и ведения переписки, но и постоянного перемещения от Италии до Германии и по всей территории тогдашней Франции. В ходе переговоров Бернар проявляет феноменальные дипломатические способности, удостоверенные современниками, в том числе настоятелем аббатства Сен-Дени Сугерием, всесильным министром Людовиков VI и VII и регентом Франции. Так, во время схизмы Бернар появился на соборе, созванном королем, как «истинный посланец божий, среди епископов и сеньоров; вопрос был представлен на их рассмотрение, и все согласились с его мнением, признав провомочность избрания Иннокентия II».3 В начале 1140-х годов Бернар ведет активную работу против вмешательства короля Людовика VII в выборы епископов, затем улаживает конфликт между этим королем и могущественным графом Тибо из Шампани. И все же основой общественной деятельности Бернара остается поддержание единства среди западных христиан. Ради этого в 1145 году он предпринимает путешествие в далекий Лангедок, на юг Франции, где быстро распространяются манихейские ереси катаров.

Заботой о чистоте и единстве христианской веры проникнуты и духовные усилия Бернара, благодаря которым он прославился как умелый проповедник и ученый-теолог. Наиболее известна его интеллектуальная победа над Абеляром, который «благодаря своему учению и трудам, приобрел репутацию самого искусного диалектика, и, пожалуй, злоупотреблял диалектикой;… он склонен был рассматривать ее как цель саму по себе, что, естественно, вело к избыточному раглагольствованию. Похоже, что в его методе, как и в самой сути идей, присутствовал поиск оригинальности…, а в эпоху, когда индивидуализм был явлением практически неизвестным, этот недостаток не мог сойти за достинство, как это происходит в наши дни».4 Бернар не мог простить Абеляру той позиции, что вера есть просто мнение. Спор Бернара и Абеляра был не просто соперничеством на почве теологии. Это было идейное противостояние из принципиально разных позиций в отношении трансляции знания в традиционной иерархической структуре. (Позднее подобная ситуация была воспроизведена в противостоянии Ватикана и Галилея, которая подробно разбирается Полом Фейерабендом.)5

Различие точек зрения Бернара и Абеляра стало предметом обсуждения в теологических кругах. Чтобы публично защитить свою позицию, Абеляр потребовал созвать собор, который прошел в 1140 году в Сансе. Бернар подготовил совершенно иную линию защиты своих аргументов, нежели ожидал Абеляр. На предварительном заседании собора он представил самые неоднозначные фрагменты из трудов своего оппонента и, обвиняя его в гетеродоксии, предложил либо откзаться от них, либо обосновать. Абеляр, предчувствуя поражение, обратился с аппеляцией к суду Рима. Бернар также письменно обратился к папе и кардиналам, которые в ходе процедуры приняли решение о виновности Абеляра. Проиграв этот интеллектуальный суд, Абеляр удалился в Клюнийское аббатство. Слава же Бернара еще возросла. Ему предлагали различные церковные должности, но он отказывался, оставаясь смиренным аббатом.

В середине 1140-х годов Бернар принял самое активное участие в подготовке второго Крестового похода. 31 марта 1146 года, в бургундском городе Везеле на государственном собрании по поводу предстоящего крестового похода король Франции Людовик VII принял присланный папой крест, его примеру последовали все присутствовавшие приближенные. Последовала проповедь св. Бернара, которая вызвала столь бурный отклик, что заготовленных заранее крестов не хватило, и Бернар вынужден разорвать свою рясу на кресты. Объехав большую часть Франции, Бернар отправился в Германию по приглашению императора Конрада III. Везде его приветствовали как святого. После мессы 27 декабря 1146 года Бернар произнес одну из своих страстных проповедей, обратившись лично к императору. Конрад, много лет назад исполнивший долг крестоносца, уже не был склонен лично участвовать в новом крестовом походе, однако устоять перед речами Бернара не смог и принял крест из его рук.

Духовный наставник, талантливый организатор, политик и дипломат, примиряющий клириков и королей, обладатель редкого ораторского и визионерского дара… Только этих достоинств хватило бы на несколько жизней. Описанием речей и публичных деяний Бернара полны его биографические очерки. Однако главному делу его жизни часто не уделяется должного внимания. Речь идет о создании нового института – Ордена монахов-воинов.


в) Орден монахов-воинов

Официальная история свидетельствует, что в первой четверти XII века на территории Палестины складывается воинское братство «бедных рыцарей Христа», которое берет на себя охрану паломников и грузов из Европы в святые места. Вновь предоставим слово члену английского Темпла Чарльзу Аддисону: «Вначале… у этих рыцарей не было своей церкви и своего постоянного жилища, но в 1118 году… в знак признания их заслуг перед всему христианами, Балдуин II, король Иерусалимского королевства, пожаловал им для жительства священные земли на территории храма на горе Мориа…, которые иерусалимские священники… выдавали за “храм Соломона”. В результате бедные рыцари Христа отныне стали именоваться “рыцарями храма Соломона”».6

В связи с активизацией арабских войск было решено, что рыцари Храма, кроме охраны паломников, должны взять на себя защиту Иерусалимского королевства, Восточной церкви и находящихся в пределах ее влияния святых мест. Двумя лидерами братства были крестоносцы Гуго де Пайен и Жоффруа де Сент-Омер, которые участвовали во взятии Иерусалима в 1099 году. В 1120 году Гуго был избран магистром Храма; его считают основателем Ордена. Аддисон цитирует «Историю Востока» Жака де Витри, епископа Акры, важнейшего опорного пункта крестоносцев в Палестине, который указывает на изначальное различие функций двух важнейших храмов Иерусалима: «…в храме Господнем есть аббат и каноники; и да будет известно, что первый – это храм Господень, а второй – это храм Рыцарства. Те – клирики, а другие – рыцари».7 Нам эти слова епископа важны тем, что фиксируют наличие в тот момент только военной организации.

Участие Бернара в деятельности ордена в этот период прослеживается только на основе разрозненных фактов. Есть отдельные упоминания, свидетельствующие о том, что Бернар всячески благоволил новой организации. Когда граф Шампани Тибо, один из богатейших людей Франции, решил в 1123 году вступить в ряды тамплиеров, Бернар его благословил. Только в одном источнике упоминается, что вступление графа в орден и передача огромных владений были фактически инспирированы Бернаром. Сначала граф хотел стать монахом Клерво, Бернар ему отказал, но подсказал «правильный» ход. В 1127 году Тибо сделал первое пожертвование в пользу Ордена. С самого начала существования Ордена в него вступали очень влиятельные люди, например, наместник Фландрии Фульк Анжуйский, который также передал храмовникам земли и имущество. Магистр Ордена Гуго де Пайен был тепло принят папой Гонорием, епископатом и монархами. Такой радушный прием и передача Ордену огромных богатств в очень короткие сроки не могло быть случайным. Кто-то готовил эти встречи, кто-то должен был убедить баронов расстаться со своей собственностью в пользу богоугодного дела. Для этого требовалось понимание, видение, красноречие, связи…

  1   2   3


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница