Год. Действующие лица: Наташа. ] Рита. ] Ирка. ] Проститутки. Олеся



страница5/5
Дата05.05.2016
Размер0.69 Mb.
1   2   3   4   5

ФАРАОН: До избрания нового верховного жреца, я, как сын Гора, повелеваю тебе, Шактекар, подыскать лучших камнетесов и поручить им замену оскверненной плиты на новую, выбрав лучшую из тех глыб, что привезли из Омбосской каменоломни для усыпальницы Менура! Остальные камни я дарую тебе.

ШАКТЕКАР: (Поклонился фараону.) Благодарю вас, наш бог. Что делать с усыпальницей Менура, строительство которой он не успел завершить?

ФАРАОН: Разобрать! Нигде, ни на одном камне, ни в одном папирусе не должно остаться его имя! Усыпальницу царицы-матери должна постигнуть та же участь!

ШАКТЕКАР: Но царица-мать…

ФАРАОН: Шактекар!..

ШАКТЕКАР: …ваша мать…

ФАРАОН: Опомнись, Шактекар! Какая же эта мать?! Женщина, убившая мужа и готовая умертвить собственного сына – мать?!

ШАКТЕКАР: Наш бог…

ФАРАОН: (Кричит.) Хватит! (Вскочил с трона, спускается в зал, взяв в руки скипетр и анх.) Я тоже кое-что смылю в законах Пта! Имена убийц не должны быть сохранены для потомков. Они должны исчезнуть вместе с ними! Сохраняя их имена – мы увековечим зло!
Шактекар с писцом пали ниц. Фараон стал ходить по залу, потом подошел к столику писца и взял папирус. Прочитав написанное, положил его обратно. Подумав недолго, к обоим.
Встаньте, сейчас не время падать на колени!
Писец и Шактекар встали.
Шактекар! Я знаю, что ты хочешь сказать. Ты мудр и справедлив. Благодаря твоим трудам законы Пта чтут в верхнем, и в нижнем Египте. Но если перед законом Пта все равны, от раба до фараона, то почему ты допускаешь исключения для царицы-матери?

ШАКТЕКАР: Я ни для кого не допускаю исключений. Дело не во мне, наш бог! Законы Пта несовершенны в отношении женщин – преступниц и это прекрасно знает царица-мать. Она пользуется тем, что судить ее невозможно без одобрения верховной жрицы храма Хатор, коей является ее с Менуром сестра. Ваша тетя! Без сомнения, она одна из заговорщиц, которая искусно злоупотребляет несовершенством законов Пта и использует легковерие людей не хуже своей сестры! (Пауза.) Наш бог! Соблюдая законы Пта, у меня связаны руки, нарушив их – у людей появятся сомнения в справедливости власти, а власть, в справедливости которой перестают верить – обречена! (Глядя фараону в глаза.) Наш бог! Я не могу нарушить законы Пта!

Фараон глубоко задумался, озадаченный сложившейся обстановкой. Пауза.
ФАРАОН: Да, положение нешуточное. (После недолгих размышлений.) Шактекар! Если по законам Пта фараон подсуден, как же может быть неподсудной жрица?

ШАКТЕКАР: Почему же? Подсудны все. Только судить женщину должны после одобрения верховной жрицы храма Хатор.

ФАРАОН: Но если преступницей является сама жрица храма Хатор?

ШАКТЕКАР: В таком случае ее должна судить сама богиня Хатор.

ФАРАОН: Кто? Но это же бред!

ШАКТЕКАР: Это не бред. Таков закон Пта.

ФАРАОН: И что же он гласит по этому поводу?

ШАКТЕКАР: Уличенной в преступлении жрице, дабы доказать свою невиновность, запрещено есть и пить от начала новолуния, до начала следующего новолуния. При этом она обязана оправлять все обряды своей богине каждый день. А при оправлении обрядов, жрецам приходится пить воду…

ФАРАОН: (Долго хохочет.) Мой верный Шактекар! Если власть, в справедливости которой люди перестают верить – обречена, то только потому, что мы позволили жрецам, подобных Менуру и его сестрам, надругаться над законами Пта чтобы они приспособили их в свою пользу. Мы должны найти выход из этого положения.

ШАКТЕКАР: Он есть.

ФАРАОН: Расскажи.

ШАКТЕКАР: Жрецы должны пить воду, но не сказано какую.

ФАРАОН: И что с того?

ШАКТЕКАР: Я могу присудить ей, пить во время оправления обряда соленую воду.

ФАРАОН: (В восторге.) Шактекар! Ты мудр как Пта! Для того, чтобы свершился суд над царицей-матерью, нужно, чтобы сначала свою непричастность в заговоре доказала жрица храма Хатор?!

ШАКТЕКАР: Да, наш бог. Но кроме участия в заговоре, она каждый день совершает не менее тяжкое и богопротивное преступление.

ФАРАОН: Какое?

ШАКТЕКАР: Она заставляет жен и дочерей неимущих, которым нечего принести в жертву богам – торговать своим телом. Она отбирает у них все заработанное, якобы взамен жертвоприношения.

ФАРАОН: Позор! (Ударил в гонг, входит слуга, поклоняется.) Пошли гонца за верховной жрицей храма Хатор.

СЛУГА: Слушаюсь, наш бог! (Поклонился и вышел.)

ФАРАОН: Пока ты рядом, Шактекар, Египет будет процветать.

ШАКТЕКАР: Благодарю, наш бог. (Поклонился фараону.) Я высеку эти ваши божественные слова на стене моей усыпальницы.
СЦЕНА 2.
Та же обстановка. Входит слуга. Поклоняется.
СЛУГА: Наш бог. К вам срочно просит войти начальник стражи дворца Гематрис. Он очень взволнован.

ФАРАОН: (К Шактекару.) Если взволнован начальник стражи, то жди неприятных новостей. (Слуге.) Пусть входит. (Садится на трон.)

Входит Гематрис. Он действительно взволнован. Учащенно дышит. Видимо, что бежал. Он пал ниц и, не поднимая голову, начал говорить.
ГЕМАТРИС: Позвольте мне сказать слово, наш бог!

ФАРАОН: Вставай и говори спокойно, что случилось такого, что мой начальник стражи дрожит как новорожденный ягненок?

ГЕМАТРИС: Ннн-а-ш бб-о-г!... Ссю-дда идд-ет са-са-сама…. Э-эта… (Тяжело дышит.)

ФАРАОН: (Перебивает.) Успокойся. Выпей воды и говори спокойно.
Гематрис взял кувшин с отравленным пивом и хочет отлить с него в чашу.
С другого кувшина, глупец! А то насмешишь Осириса в царстве теней!
Гематрис поставил кувшин и стал озираться по сторонам, не понимая, почему ему запретили пить.
ШАКТЕКАР: Гематрис! Там пиво, которым Менур хотел отравить нашего бога. Выпей из другого кувшина.
Гематрис отошел от стола, оглядываясь. У него пропала всякая охота пить.
ГЕМАТРИС: (Взяв себя в руки, оглядываясь.) Наш бог! Сюда идет сама богиня Хатор. Увидев ее, все горожане разбежались и попрятались. Я со своими воинами побежал сюда, чтобы сообщить…

ФАРАОН: (Прерывает. Гневно.) Гематрис! Ты в своем уме?

ГЕМАТРИС: Клянусь всеми богами, эта она… дайте сказать… мы отнесли тело Менура к Нилу, выбросили крокодилам и уже собрались возвращаться, как увидели ее. Она стояла на высоком берегу, у самого обрыва и смотрела вниз. Мы ее хорошо рассмотрели. У нее ослепительно белая кожа. Ее волосы похожи на ячменную солому. У смертных нет ни таких волос – ни такой кожи, клянусь! На голове у нее что-то большое и круглое, такого же цвета, что и волосы; в ушах серьги, как у царицы-матери, только намного красивее. Пупок у нее золотой!.. Грудь прикрыта двумя круглыми ракушками. Эти ракушки местами красные, местами зеленые и желтые. Таких разноцветных ракушек в жизни никто не видел! Место ее любви спрятано под такой же пестрой ракушкой!.. А глаза – под двумя черными камнями. Эти камни блестят на солнце как серебряные чаши!.. Когда она нас заметила, то гневно посмотрела в нашу сторону. Мы испугались. Еще бы! Она нас увидела сквозь черные камни на глазах!.. Когда она сняла эти камни, мы увидели, что глаза у нее голубые, как небо, большие, красивые, но очень страшные!.. У кого есть голубые глаза?.. Только у богини Хатор!.. Она снова спрятала глаза за черными камнями, надела на себе какую-то одежду небесного цвета и пошла в нашу сторону!.. Как можно ходить с черными камнями на глазах и при этом все видеть? Кто из людей видел одежду цвета неба?.. Мы испугались и побежали сюда. Она пошла за нами, что-то кричала. Я приказал воинам не оглядываться.

ФАРАОН: Шактекар! Слышишь! Мои лучшие воины, чья храбрость заставляет трепетать врага, и которым доверена охрана дворца – бежали! Бежали как трусы! А начальник стражи к тому же, приказал им бежать без оглядки! (К Гематрису.) Как давно ты служишь начальником стражи дворца?

ГЕМАТРИС: Восемь лет, наш бог. После первой победы над ливийцами меня…

ФАРАОН: (Прерывает.) Тебе и раньше мерещились богини?

ГЕМАТРИС: Наш бог. Мне не померещилось, я говорю правду…

ФАРАОН: (Кричит в гневе.) Замолчи! Ты завтра же повторишь участь Менура!
Вдруг в панике вбежали в зал слуга со стражниками. Они побросали копья, повернулись к входу и пали ниц. Фараон, Шактекар и писец, вскочив, замерли от удивления и страха на своих местах, увидев вошедшую в зал Наташу в пляжном купальнике, в ярко-голубом шелковом халате, в соломенной шляпе и в солнцезащитных очках. Она сняла очки и с любопытством посмотрела на находящихся в зале, Гематрис потерял сознание. Шактекар с писцом опустились на колени и поклонились ей. Фараон спустился с тронной возвышенности и, встав на колени перед ней, поклонился. Он попытался поцеловать ее ноги, но Наташа сделала шаг назад. Фараон поднял голову. Их взгляды встретились. Фараон снял клафту, не отрывая глаз от Наташи. Неловкая тишина.
ФАРАОН: (Взяв себя в руки.) О, великая богиня Хатор! Не гневайтесь над смертными, с благодарностью приносящими пожертвования в ваш священный храм. Не гневайтесь на смертных детей своих, если они чем-то нарушили ваш божественный покой. Не гневайтесь на смертных ваших слуг, коленопреклоненно стоящих перед вашим божественным величием. Проявите милосердие и сообщите своими светлыми устами рабам вашим, чем мы прогневали вашу божественную светлость, что явились с небес своим недостойным почитателям?

НАТАША: (Обошла вокруг коленопреклоненного фараона.) Ты кто?

ФАРАОН: Великая богиня! Я потомок Нармера, внук Менкаура – божественных сынов Гора. Правитель Верхнего и Нижнего Египта фараон Менемхафра. Ваш с Гором сын и раб, приносящий дары к вашим божественным ногам в храмы, воздвигнутые во славу вас и Гору мною и моими предками, на стенах которых в каждой надписи ваши божественные имена я восхвалил…

НАТАША: (Прерывает.) Хватит. Я это знаю. Кто эти люди?

ФАРАОН: Ваши недостойные рабы и слуги, богиня.

НАТАША: Скажи им, чтобы ушли.

ФАРАОН: (Присутствующим в зале.) Выйдите все!
Все благоговейно поднялись и вышли, выводя с собой очнувшегося Гематриса.
НАТАША: Менемхафра! Ты сказал, что воздвигнул храм в мою честь и жертвуешь мне дары, я это ценю. Ты любим всеми богами за свои старания. Я решила отблагодарить тебя за боголюбие, но спустившись с небес, я увидела, как на моих глазах люди выбросили в воду мертвого человека, а потом, заметив меня – бежали. Я пошла за ними и увидела, как они вошли сюда. Один из них только что терял здесь сознание.

ФАРАОН: Великая богиня! Тот мертвец был верховным жрецом храма Гора.

НАТАША: Как он умер?

ФАРАОН: Он отравился.

НАТАША: Сам?

ФАРАОН: Нет. Его судили по законам Пта за осквернение храма Гора. За убийство, за клевету и за попытку отравить меня. Он умер, выпив свое же отравленное пиво, что принес мне. Кувшин с ним до сих пор стоит на столе.

НАТАША: (Посмотрела на накрытый стол.) Зачем он хотел тебя отравить?

ФАРАОН: Великая богиня! Он был братом моей матери и верховной жрицы Вашего храма. Пользуясь поддержкой моей матери, которая ненавидела моего отца, они решили отравить его. Потом и меня, чтобы таким образом захватить власть. Моего отца удалось им отравить. Это случилось ровно четыре года назад в этот же день. Сегодня решили избавиться от меня. Перед этим верховный жрец с сыновьями, чтобы мое отравление представить народу как наказание Гора, ночью, когда все спали, осквернили его храм, силой заставив камнетеса высечь надписи на храмовой плите. После чего, сын верховного жреца убил камнетеса, а труп велел выбросить в Нил. Все это происходило на глазах царицы-матери. К счастью, нашлись свидетели, которые видели это. Утром, возмущенному народу, увидевшему храм оскверненным, сыновья верховного жреца говорили, якобы скверная надпись была высечена по моему указанию. Хорошо, что боги подсказали мне, послать за верховным судьей, чтобы он убедился в наличии скверной надписи. Ему удалось убедить народ, что я перед великим Гором чист! Сыновья верховного жреца схвачены и ждут суда. Сам верховный жрец, как один из виновников, понес заслуженное наказание в присутствии наблюдателей по законам Пта. Царица-мать, как я полагаю, должна находиться в Вашем храме. Ей с сестрой уже известно, что их заговор провалился, и будут пытаться уйти от правосудия.

Наташа поднялась на возвышенность и села в трон фараона.
НАТАША: Встань, Менемхафра. Сын Гора не должен стоять на коленях.
Фараон встал на ноги, еще раз поклонился Наташе, но остался стоять на ногах.
А в чем же вина жрицы моего храма? Она что, тоже присутствовала при осквернении храма Гора?

ФАРАОН: Нет, Великая богиня! Ее там не было. Но мой отец был отравлен. Меня пытались отравить. По законам Пта только жрицам Вашего храма дозволено изготовлять и хранить ядовитые снадобья. Кому, если ни ей, было выгодно помочь брату с сестрой, чтобы расправиться со мной?

НАТАША: Да, все смертные устроены одинаково: Добьется богатства – стремится к большему богатству. Добьется запредельного богатства – стремится к власти. Добьется вершины власти – а ему все мало! Начинает брезговать жизнью среди смертных, мнит из себя бога и умирает, сойдя с ума от досады, потому что ему не по карману, и не в его власти достичь бессмертия богов. К чему же стремишься ты, фараон?

ФАРАОН: Я не стремлюсь к бессмертию Великая богиня. Я живу по законам, дарованными Пта! Я стремлюсь, чтобы ради процветания Египта, все его жители жили по этим законам. Египет погибнет, если каждый жрец станет метить в фараоны!

НАТАША: Ты прав, Менемхафра. (Пауза.) Чем же я могу тебе помочь, фараон?

ФАРАОН: (Падает на колени.) О, Великая и всемудрейшая богиня Хатор! Вы услышали мои молитвы и явились в то время, когда спасение почитающего вас народа зависит только от вашей божественной мудрости и справедливого суда!

НАТАША: А как же законы Пта?

ФАРАОН: Верховная жрица вашего храма пользуется тем, что по законам Пта, ее нельзя заподозрить в их попрании, иначе бы она не стала принуждать жен неимущих торговать своим телом. А царицу-мать – как женщину, можно судить только с согласия верховной жрицы!

НАТАША: (После недолгих размышлений.) Встань, фараон, и больше не смей падать передо мною на колени!.. Получается, по законам Пта жрица моего храма неподсудна?

ФАРАОН: Да, Великая богиня.

НАТАША: А женщины подсудны только с ее одобрения?

ФАРАОН: Да, Великая богиня.

НАТАША: А жрица моего храма и царица-мать – родные сестры?

ФАРАОН: Да, Великая богиня.

НАТАША: Все понятно. (Пауза.) Кто же в таком случае должен судить жрицу моего храма?

ФАРАОН: Только вы, Великая богиня.

НАТАША: (После небольшой паузы.) Хорошо. Позови гонца, пусть приведет сюда жрицу моего храма и царицу-мать! Я буду их судить.
Фараон бьет в гонг. Входит слуга и падает на колени перед фараоном и Наташей.
ФАРАОН: Передай гонцам, чтобы сейчас же разыскали царицу-мать и верховную жрицу храма Хатор, чтобы немедленно явились во дворец на ее божественный суд.

СЛУГА: Наш бог. Я уже передал Ваше прежнее повеление гонцам, двое из них уже побежали передать его верховной жрице.

ФАРАОН: Пошли еще двоих! Пусть немедленно явятся вместе с царицей-матерью на суд богини Хатор!

НАТАША: Передай также, что мой суд над ними будет страшен. Еще страшней – если они посмеют не прийти! Иди!
Слуга остался стоять в бессмысленной позе, явно растерявшийся при виде, как он полагал, богини. Наташа рассмеялась. Слуга опомнился, поклонился и вышел.
Где находятся твои жена и дети, фараон?

ФАРАОН: Великая богиня! Вам и Великой Исиде, богиням любви и брака, покровительницам семьи и материнства хорошо известно, что я не женат. Если бы я решил жениться, я бы попросил вас об этом в своих молитвах.

НАТАША: Да, я и Исида это знаем. Но почему же ты не просишь нас о достойной невесте? Тебе пора подумать о наследниках.

ФАРАОН: Пора, но мои мысли постоянно заняты заботами о стране.

НАТАША: У страны должно быть будущее. Разве мысль о достойном наследнике не забота о ее будущем? Боги считают, что фараону необходимо жениться.

ФАРАОН: Но боги знают, что у меня нет невесты.

НАТАША: По велению богов Исида послала тебе достойную невесту.

ФАРАОН: ( С удивлением.) Исида – мне! Невесту? Кто она?

НАТАША: Я.
От неожиданности фараон пошатнулся, упал на колени и, потеряв дар речи, смотрит на Наташу.
Что с тобой, фараон? Тебя не устраивает богиня в качестве невесты?

ФАРАОН: (Собрался духом.) Но, Великая богиня, вы супруга Великого Гора! Как же…

НАТАША: (Перебивает.) Верно. Но женой Гора является моя небесная суть. Мое же земное воплощение богами определено в жены тебе. Ты собираешься противиться воле богов?

ФАРАОН: Не смею, Великая богиня.

НАТАША: До того, как придут жрица моего храма и царица-мать, надо объявить народу, что по воле богов мое земное воплощение определено в жены тебе, фараон, и наши потомки должны править Египтом до скончания веков! Венчание богами назначено в первый день новолуния в моем храме! Кто это должен объявить народу?

ФАРАОН: Мои глашатаи.

НАТАША: Так, пусть объявляют!.. Правь страной, фараон! Правь!

ФАРАОН: Великая богиня! Верховный судья и писец ждут в передней. Их следует позвать до прихода верховной жрицы и царицы-матери. По законам Пта они должны принести клятву в присутствии верховного судьи, прежде чем начнется суд.

НАТАША: Знаю. В этом нет никакой необходимости.

ФАРАОН: Великая богиня! Я не смею нарушать законы Пта!

НАТАША: Я тоже не собираюсь их нарушать. Верховный судья и писец подождут.

ФАРАОН: Но верховная жрица и царица-мать скоро придут.

НАТАША: Они не придут.

ФАРАОН: Почему?

НАТАША: Какие преступницы пойдут добровольно на страшный суд неожиданно явившейся богини, если они до этого непоколебимо верили в свою неподсудность? Только весть о том, что к суду их призвала сама богиня – в худшем для них случае, попытаются бежать, в лучшем – покончат с жизнью. Благо, у моей жрицы есть подходящие для этого снадобья, а весть о том, что я снизошла с небес – будь уверен – до них дошла раньше твоих гонцов. Ты бы слышал, что кричали твои стражники, убегая, когда увидели меня на берегу! Моя жрица уж точно знает, с какой целью снисходит на землю богиня Хатор!

ФАРАОН: (После небольшой паузы.) А если придут?
НАТАША: Пригласишь верховного судью и этого… кто он там…. Писца, как велят законы Пта.
ФАРАОН: (Пал на колени перед ней.) Великая богиня!..
НАТАША: (Перебивает.) Встань, фараон. Встань! Египту нужен уверенный и справедливый правитель!
Фараон поднялся.
ФАРАОН: Великая богиня. Почему боги решили женить меня на вас, на богине?

НАТАША: Потому что боги любят тебя, фараон. Они видят, что ты справедлив. Видят твои заботы о народе и услышали твои молитвы. Увидев, что ты оказался в трудном положении – они недолго думали, как тебе помочь и, решили направить к тебе меня – богиню! Я воплотилась в земную женщину и снизошла с небес на землю.

ФАРАОН: Я благодарен богам. Но достоин ли я, быть мужем богини? Достоин ли я, смертный человек, делить ложе с бессмертной богиней?

НАТАША: У тебя нет права сомневаться, фараон! Такова воля богов!

ФАРАОН: Какова же Ваша воля, Великая богиня?
НАТАША:
Ты хочешь услышать, согласна ли я с волей других богов? Хоть я и богиня – я тоже подчиняюсь воле богов. Я еще и женщина, и как мужчина – ты мне нравишься! (Пауза.) Скажи, фараон, я – как женщина, нравлюсь тебе?

ФАРАОН: Да, Великая богиня.

В это время входит слуга и поклоняется фараону и Наташе.
СЛУГА: Позвольте сказать слово, наш бог!

ФАРАОН: Говори.

СЛУГА: Гонцы вернулись, но не смеют входить.

ФАРАОН: Почему?

СЛУГА: Говорят, что они передали верховной жрице и царице-матери повеление богини Хатор. Они уже знали, что Великая богиня спустилась с небес и вошла во дворец. Об этом говорит весь город. Когда они услышали, что их призвала на суд Великая богиня, побледнели от ужаса. Попросили подождать их недолго, чтобы оделись надлежащим образом, но они не выходили. Тогда послали за ними младшую жрицу. Она тут же вернулась и сказала, что они приняли яд и умирают. Гонцы сами вошли в храм, но было поздно, они были мертвы. Теперь гонцы боятся за свою жизнь, что не сумели их привести живыми, как им было велено и просят пощады.

НАТАША: Передай, что им нечего бояться. Они выполнили свою работу неожиданно лучше, чем сами считают.

ФАРАОН: Передай глашатаям, чтобы объявили жителям города: – По воле богов земное воплощение богини Хатор и ваш фараон будут венчаться в первый день новолуния в храме Великой богини!

СЛУГА: Слушаюсь, наш бог. (Поклонился и вышел.)

НАТАША: Видишь, фараон. Все оказалось проще.

ФАРАОН: Великая богиня!..

НАТАША: (Прерывает.) Хватит тебе! Великая богиня, Великая богиня! Забудь! Как-никак, я теперь твоя невеста, Менемхафра! Будущая жена! Ты что, всю жизнь собираешься обращаться ко мне так и валяться в ногах? Мое земное имя – Наталья. Для тебя – просто Наташа… Но только для тебя.

ФАРАОН: Наталья…. Наташа. Красивое имя. Наташа – земное имя богини Хатор! (Пауза.) Я сегодня же вызову верховного зодчего Тумерхоса, чтобы разработал виды нового храма для богини-царицы Наташи! Я его построю из ослепительно белого камня. Он будет стоять вечно!

НАТАША: Не надо.

ФАРАОН: Почему?

НАТАША: Достаточно того храма, что есть. Боги скромнее, чем о них думают люди.

ФАРАОН: Я его построю в честь Наташи. В честь земного воплощения богини Хатор! Вот увидишь: Все боги спустятся на землю и будут восхищенно смотреть на твой храм!

НАТАША: Приятно слышать. (Пауза. Подошла вплотную к фараону.) Менемхафра! Поцелуй меня!
Фараон пал на колени и попытался поцеловать ноги Наташи, но она сделала шаг назад, взяла его за плечи и заставила встать на ноги. Некоторое время они смотрят друг другу в глаза.
Обними меня, мой фараон!
Фараон продолжает стоять неподвижно. Наташа сама обняла его и поцеловала. Фараон тоже набрался смелости и обнял Наташу.
Затемнение.
СЦЕНА 3
Декорация первого действия. Нет надувного матраса. На его месте стоят сумки девушек. На столе Рита гладит кофту. На одной из сумок сидит Олеся. Наташа спит на диване. Рядом сидит Ирка и вытирает ей пот со лба. Наташа просыпается, садится на диван, укутавшись в одеяло, и с удивлением осматривает комнату, будто находится здесь впервые.
ИРКА: Слава богу, очнулась! Ты всех нас перепугала, хотели скорую вызвать.

НАТАША: Скорую! Зачем?

ИРКА: Как зачем? Вернулась вся в холодном поту, бледная. Свалилась на диван, не сказав ни слова. Еле с тебя одежду стянули.

РИТА: Как ты себя чувствуешь?

НАТАША: Хорошо.

ИРКА: Голова не болит? Может, таблетку дать?

НАТАША: Отстань, я здорова.

ИРКА: Глядя на тебя, этого не скажешь. Может, водки налить, легче станет.

НАТАША: Отстань, не надо мне никакой водки, я не пьяна!

ИРКА: Почему же тогда бредила во сне?

НАТАША: Я? Бредила? Ах, да! Видимо, от коньяка с отваром.

РИТА: Ты что, выпила от того коньяка?

НАТАША: Да. Выпила пару рюмок с вашим Сергеем… за знакомство.

РИТА: А он? Сколько он выпил?

НАТАША: Рюмок пять. А может и больше, не считала.

РИТА: Быстро ты управилась! Расскажи, как все было.

НАТАША: Что тут рассказывать. Я подъехала к кафе, а он уже там стоит, рядом с машиной. Я подошла. Представилась. Зашли в кафе. Сели за столик. Он так галантно и с такой учтивостью ухаживал за мною, что встретившая нас официантка лопалась от зависти... Она возненавидела меня с первой же минуты.

ОЛЕСЯ: Черт с ней, с официанткой! А потом?

НАТАША: Потом выпили за знакомство. Потом за меня. Он больше смотрел на мои ноги, чем перед собой. Еще немного, и он забеспокоился, перестал обращать на меня внимание. Начал поглядывать на свою машину через окно. После очередной рюмки, Сергей ваш пожаловался, что неважно себя чувствует, извинился, выбежал из кафе, держась обеими руками за живот, сел в машину и уехал.

ИРКА: Он что, даже не расплатился?

НАТАША: Ему от боли было не до этого, сама расплатилась.

ИРКА: Вот козел!

НАТАША: Ничего. Игра стоила свеч! Эта боль у него скоро пройдет. Ее сменит другая боль, когда осознает, что он стал ничтожным импотентом на всю жизнь!

РИТА: А бутылка с коньяком?

НАТАША: Забрала с собой и разбила. Не оставлять же его официантке! Мало ли кому из него нальет!.. Девочки, вы бы видели ее лицо, когда я расплачивалась. Она ликовала от злорадства! Дура! Подумала наверно, что от меня кавалер сбежал. – Что! Не смогла удержать? Сбежал? – Спросила и расплылась в дебильной улыбке. – Ну и что? Не к тебе же сбежал! – Ответила я и ушла.
Пауза.
ИРКА: Наташка! Мы с ним поступили подло. Ритка, скажи?!

РИТА: Да. Жалко мне его.

ОЛЕСЯ: (К Рите.) Жалко? А когда он меня с товарищем били и насиловали, как я их умоляла, чтобы отпустили, кто-нибудь из них меня пожалел?! (К Ирке.) Подло, говоришь, поступили! А как он поступил с тобой? Что, уже забыла?! (После небольшой паузы.) Что? Скажете, что я не права?

РИТА: Права, права. Все мы правы!..
Пауза.
ОЛЕСЯ: Скорее бы утро! Домой хочу.

ИРКА: Не ты одна, все мы хотим домой.

РИТА: Ты счастлива, тебя мама ждет. Даст бог и сбудется, что Наташа нагадала.

ОЛЕСЯ: Ты тоже встретишь своего счастья, Ритуля, поверь, ты хорошая. Вернись к родителям, они наверно, соскучились по тебе, переживают.

РИТА: Вернусь. Мне так их не хватает!

НАТАША: Я не хочу вернуться домой. Никто там меня не ждет.
Все с удивлением посмотрели на Наташу.
ИРКА: (Подбежала к Наташе и села рядом.) А как же я? А твой салон красоты? А твоя поездка в Египет? Ты же им бредила во сне! Фараона какого-то звала!

НАТАША: Фараона?

ИРКА: Да. Ты так счастливо улыбалась. Говорила, что ты богиня! Ты что, не помнишь свой сон?

НАТАША: Помню. До мелочей помню. Как будто все происходило наяву. (Пауза.) Только в этом сне я была счастлива по-настоящему.

ИРКА: Так, езжай в свой Египет, может, эта поездка станет для тебя счастливой?

НАТАША: Нет, Ирка, не станет. Если бы ты знала, как мне хочется проснуться однажды в своем сне и остаться в нем навсегда. Навсегда – дальше от этой жизни: лицемерной и черствой, страшной, чем кошмарный сон!.. Не сдержит свое обещание мой фараон!.. Не спустятся боги на землю – они умерли!

Наташа опустилась на колени, прикрыла лицо ладонями и заплакала.
Затемнение.
ЗАНАВЕС.

1   2   3   4   5


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница