Герои не из Речного Ворона



страница4/5
Дата01.05.2016
Размер0.74 Mb.
1   2   3   4   5

Как обычно бывает, жизнь внесла некоторые коррективы. Оказалось, что дверь в тюрьму действительно имела запоры с обратной стороны, вот только запирать её в эту ночь не стали. Так что плюс к имитации пьяного толчка всем телом в дверь Крлассу пришлось дополнительно имитировать пьяное падение в караулку. Впрочем, так получилось даже лучше. Эльф ввалился в дверь, рухнул на лестницу, не забыв «случайно» выронить флягу с сонным вином. Приподнял голову, промычал что-то «Ну, за женщин» и отхлебнул вина из другой, правильной фляжки. Потом сделал вид, что уснул.

Гвардейцы со своей частью плана справились «на ура». И Крласса назад в казарму отнесли, и выронённую флягу вернуть забыли. Так что когда через полчаса эльф снова заглянул в окошко тюрьмы, из четверых охранников спали трое. А ещё через час и последний гвардеец присоединился к своим спящим товарищам.

Дальнейшее, как говориться, было делом техники. Бесшумно проникнуть сначала в караулку, а потом и в собственно тюрьму. Осмотреть все камеры, найти Падлу, лежащего бес сознания, и Ситиродзи, уже мертвого. Влить в Падлу лечебное зелье. Вскрыть кладовку, где хранилось обобранное у узников оружие.

Тут какое-то внутреннее чувство подсказало Крлассу, что входить в эту кладовку ему совсем не хочется. Эльф не стал разбираться, что за это за было чувство: паранойя или интуиция. Ничего ценного среди отобранного оружия не было, разве что два качественных длинных меча, раньше принадлежащих Падле. Решили не рисковать.

Обратный путь Крласса и Падлы лежал через караулку. Спящих гвардейцев просто перерезали, попутно получив среди трофеев пару длинных мечей, не уступающих качеством изготовления предыдущим. Дальше пути монаха и эльфа разошлись. Крласс решил вернуться в казарму, якобы после ночного загула. Падла же начал аккуратно пробираться к воротам. По дороге его заметили, и даже успели поднять тревогу, но шустрый монах сумел всё же открыть калитку и покинуть негостеприимный замок.

Юриспруденция и песнопение.

А кому мало гауптвахты – пойдут слушать эльфийское пение.

Утро наступило. Не то, чтобы оно наступило как слон на муравейник – нет, до такого безобразия дела не дошли, но всё же что-то в этом утре было неправильным. Примерно так рассуждал Крласс, которого вежливо попросили пройти к замковому магу и ответить на несколько вопросов. Пришлось не менее вежливо согласиться.

Вопросы Сэйн задавать умел. Хуже того, на эти вопросы не получалось говорить неправдивые ответы. Ох уж эти маги с их мерзкими магическими заклинаниями... А разговор-то шёл о том, не имеет ли Крласс какого-нибудь отношения к случившемуся ночью побегу из тюрьмы. Эльф попытался сказать, что не имеет, и тут-то и понял, что врать ну никак не получается. С другой стороны, правду тоже говорить было нельзя – иначе в тюрьме вместо старого постояльца появился бы новый.

В итоге вывернуться Крлассу всё же удалось. Ну, более-менее удалось. Вместо желаемого «Я не имею отношения к побегу узника» эльф выдал что-то вроде: «Я хочу сказать, что не имею отношения к побегу узника, но почему-то не могу это сделать. Меня это тревожит, и я не понимаю, в чём дело. И ещё я ночью вино пил, и немало.» И всё сказанное было чистой правдой. Крласс действительно был встревожен ситуацией, и действительно не понимал, какое заклинание на него направил маг.

Повезло, Сэйн решил, что из-за вина Крласс не помнит всего, что было ночью, и поэтому заклинание не позволяет ему уверенно сказать, что он не виновен. Так что эльфа не посадили в тюрьму, а ограничились почти «домашним арестом» – выделили комнату на втором этаже донжона, и попросили пока посидеть в ней, «до выяснения обстоятельств». Ничего из оружия и снаряжения отнимать не стали. Даже завтрак принесли.

Похожие вопросы о побеге узника Сэйн задал донне Розе. Тут, к счастью, всё прошло просто замечательно. Бардесса мило поболтала с магом, благо он на её вчерашнем выступлении был, и оно ему понравилось. На вопрос о побеге Роза с чистой совестью сказала, что ночью она спала и никуда из комнаты не выходила – и это было правдой. Плюс добавила, что вообще узнала о побеге только сейчас, от уважаемого Сэйна – и, что самое смешное, это тоже было чистой правдой – Крласс ещё ничего Розе про побег не рассказывал, просто не успел. Так что по окончании беседы с магом с донны Розы сняли все подозрения, и разрешили идти куда угодно.

Роза и пошла. Благо дел у неё было ой как не мало. Тут и пофлиртовать с Хэнком, и узнать у горничных, как идёт пошив нового платья, и... В общем, много было дел. А тут ещё какое-то безголосое чудо песню завывает. Стоп. Что-то в голосе чуда показалось бардессе знакомым. Она огляделась по сторонам – и точно, песню завывал (ну ладно, пел) Крласс. Устроился около открытого окна на втором этаже и старательно (и протяжно) выводил грустную эльфийскую застольную песню. Длинную песню... Куда длиннее, чем хотелось бы несчастному караульному, которого поставили под окном эльфа.

Дипломатия и гарантии.

Бабка – это... это же... Спасайся!

Где-то на юге... Точнее, где-то в местах, которые он всё ещё считал югом, из палатки вылез Тхак. Вылез и понял, что есть две хорошие новости: пропал его названный брат, есть мёртвый Ваня. Или плохие новости? Гнолл попробовал об этом подумать, но думать ему не понравилось. Однако что-то надо было делать...

О! Тут Тхак вспомнил, что Серебряная Борода предлагал убитого Ваню сжёчь, а пепел развеять. Или не предлагал? Нет, наверно, всё же предлагал. Гнолл наморщил лоб. Ну да, тогда они как раз ехали втроём: Тхак, Серебряная Борода и Ваня. И обсуждали, как правильнее убить Ваню и спрятать тело. Кстати, Ваня почему-то участия в разговоре почти не принимал.

Тхак принялся за работу. Сначала с грохотом повалил несколько деревьев. Сложил костёр, поджёг – столб дыма пошёл вверх. Добавил в костёр Ваню – дым окрасился в тёмный цвет, прибавился противный запах. Операция по заметанию следов была в разгаре. Наверно, можно было бы придумать ещё что-нибудь аналогично-маскирующее, но, как уже было сказано, думать в этот день гнолл уже пробовал, и ему не понравилось.

Тут Тхаку почудилось, что кто-то за ним наблюдает. Гнолл сходил проведать ближайшие кустики, побегал, отважно вступил в ближний бой. И, вот, наконец, неизвестный был пойман и связан. Потом у Тхака с неизвестным прошла занимательная беседа, в результате которой высокие договаривающиеся стороны пришли к ряду соглашений.

Во-первых, Тхак развязывает неизвестного.

Во-вторых, Тхак возвращает неизвестному его оружие (палка лёгкая), при условии, что неизвестный не будет бить Тхака этим оружием по ногам, рукам и туловищу. Голову в договор включать не стали по двум причинам. Она, прежде всего, кость. Потом, разница в росте между неизвестным (старушка небольшая) и Тхаком (гнолл крупный) не позволяла неизвестному дотянуться до головы Тхака.

В третьих, Тхак выплачивает неизвестному два золотых. Взамен неизвестный подробно объясняет Тхаку, как пройти к городу.

На этом высокие договаривающиеся стороны завершили своё общение. Старушка ушла куда-то в лес. Тхак дожёг Ваню и растёр то, что от него осталось, в порошок. Потом гнолл развеял этот порошок по окрестностям и, с чувством выполненного долга, полез спать в палатку.

Зоология и конспирация.

Что в карканье тебе моём?

Наступило утро. То самое, которое Крласс сравнивал со слоном на муравейнике. Но сравнивал он его в замке, а тут, в лесу, утро было вполне себе мирным. Тхак проснулся и вылез из палатки. Собрал свои вещи, вспомнил, какие объяснения давала вчерашняя старушка, и отправился в путь, к городу.

Где-то на подъезде к городу Тхак услышал карканье вороны. Разумеется, никак на него не отреагировал. Ну каркает в лесу ворона, и пусть себе каркает. Гнолл спокойно продолжал ехать вперёд. Сидевший на верхушке сосны Падла каркнул ещё пару раз, и понял, что далеко не все разбираются в лесных порядках и установках так хорошо, как он. И уж точно далеко не все знают, что вороны в лесу встречаются примерно с такой же частотой, что и дятлы в городе. Как минимум, гноллы об этом явно понятия не имеют15.

Пришлось Падле спускаться с дерева. Спустился и начал что-то жестами Тхаку показывать. Точнее, показывал то монах указание не шуметь, слезть с лошади и оглядеться, но... Гнолл увидел именно то, что ему что-то показывают. Заинтересовался, подъехал к Падле на пять метров и только там слез с лошади. Потом подошёл к монаху и тихо (конспирация ведь) спросил: «Как дела?»

Всё-таки, выдержка монаха – это великая вещь. Падла сумел подавить желание рассказать, как дела, ограничившись коротким стоном и приседанием на землю. Тхак сел рядом и заботливо спросил, не болит ли у товарища голова. Монах ответил уклончиво.

Впрочем, вскоре Падла пришёл в себя и начал выдавать инициативы и распоряжения. Поинтересовался, где Ваня. Услышал правдивый рассказ о том, что Ваня наткнулся на сук и суки его убили и сожгли и умер, а тело его сожгли. Приготовил и выдал Тхаку монументальный список того, что нужно купить в городе. Посоветовал идти в город не по прямой, а петляя. Тхак список спрятал, и отправился в путь. Про себя гнолл решил добавить к покупкам ещё и большую шляпу. Ведь очевидно, что гнолл в большой шляпе будет привлекать к себе гораздо меньше внимания, чем гнолл без шляпы.

Сессия 30 апреля 2007 года.

Вели Катапси и Вий.

Играли: Паша1 (Роза – бардесса-3),
Алензо (Оха – самурай-2),
Паша2 (Падла – монах-2/рейнджер-2),
Хоббит (Тхак – гнолл-3),
Сергей Сергеевич (Дзёто – сохей-2),
МурлоКот (Крласс – воин-2/вор-2).

Культурный уход.

Ходу отсюда, ходу…

Крласс сидел «под домашним арестом» и боролся со скукой. Хотя... Если честно, то он только делал вид, что борется со скукой, а на самом деле занимался мелкими и крупными хулиганствами.

В качестве мелкого хулиганства использовалось регулярное – каждые полчаса – исполнение длинных заунывных эльфийских застольных песен. Песни исполнялись либо сидя на подоконнике, либо где-то неподалёку от окна – другими словами, так, чтобы часовым под окном было лучше слышно. Впрочем, не надо считать эльфа слишком злым – специально фальшивить он не пытался, и некоторые песни у него получились совсем неплохо. Но вот некоторые... Хорошо, что Роза отправилась на променад с Хэнком и почти не слышала пения Крласса.

В качестве крупного хулиганства эльф занялся изучением двери, запирающей выход из комнаты. Вскоре выяснил, что дверь не закрыта на внешний замок, её держит какая-то магия, внедрённая вовнутрь двери. Ну что ж. Магия – магией, а петли у двери по-прежнему были самыми обычными. И в перерывах между песнями Крласс начал потихоньку ликвидировать связь между дверью и косяком.

Так, в мелких и крупных хлопотах, и прошло несколько часов. Под окнами страдал уже второй часовой, а дверь держалась и не падала каким-то чудом. Крласс несколько минут покричал, требуя принести ему обед. На крики – удачно – никто не ответил. Тогда эльф, якобы в возмущении, пару раз хорошенько стукнул по двери – и вот она, свобода. Ну не совсем ещё свобода, но уже лучше, чем было раньше. Сейчас Крласс находился в коридоре второго этажа донжона, и, что особенно радовало, больше никого в этом коридоре не было.

Всё-таки не зря эльфов считают культурной расой. Крласс больше ничего ломать или поджигать не стал. Ну, пока не стал... Просто тихо и культурно вышел из донжона – никому из встречных слуг и в голову не пришло останавливать воина, а стража на входе в первую очередь следила за теми, кто входил в донжон. Потом эльф быстро и культурно заседлал на конюшне свою лошадь – там его тоже никто не остановил. Единственным, кто заинтересовался перемещениями Крласса, оказался стражник у внешних ворот замка. Но был культурно (и далеко) послан. Погони за эльфом посылать не стали, и он без помех добрался до лагеря в лесу.

Культурный поиск.

Мне нужно…

Долго ещё будут вспоминать эти дни в городке при замке... Мятеж местного лорда против своего сюзерена, ожидание прихода вражеской армии, мобилизация. Но не это главное. Подумаешь, мобилизация. Вот приход гнолла за покупками...

Попробуем вытащить из-под наносов легенд и искажений, что же случилось в тот день в маленьком городке.



...Пришёл он с востока, горели пламенем его глаза, трещали и ломались деревья, попавшиеся ему на пути. Хотел он войти в город с одного места, но мало показалось ему уже сделанных разрушений, и пошёл он дальше буйствовать в окрестностях...

булочник

...Кроток и добр он был. Увидев, что может испугать его внешность людей, несколько раз приблизился он к городу, и только потом вошёл в него...

трактирная служанка

Перед тем, как отпустить Тхака в город, Падла проинструктировал его, что в город надо идти не по прямой от лагеря, а обходным путём. Падла опасался, что следы гнолла от лагеря к городу могут привлечь нежелательных гостей. Прямо скажем, боялся он зря. Тхак хоть и не умел прятать свои следы, но вот в искусстве запутывать их равным ему было не много. Разве что Серебряная Борода, всё ещё плутающий в тех местах, которые он всё ещё считал югом.

Если говорить коротко, то все познания Тхака в ориентировании сводились к «если долго сидеть лицом на юг, то хвост покроется мхом». Так что пожелание Падлы идти к цели обходным путём гнолл выполнил блестяще, добросовестно потратив три часа на преодоление менее чем километрового расстояния от лагеря до города.

...Только лишь войдя в город, начал он бросаться на мирных жителей, требуя от них странных и противоестественных вещей...

булочник

...Понял он, что беда поселилась в городе, и бедны многие жители его. Пожалел он их, и сказал одной женщине: «Дам я золотой тебе»...

трактирная служанка

Надо сказать, что таланты Тхака в маскировке и незаметных действиях практически точно совпадали с его же талантами в ориентировании. Например, гнолл точно помнил, что Падла, перед тем как начать незаметное проникновение куда-нибудь, надевал на себя балахон драного вида. А Крласс в аналогичной ситуации ещё проверял, не лязгает ли его меч при выхватывании из ножен.

Вот и Тхак после прихода в город немедленно предпринял соответствующие маскировочные мероприятия. А именно: Во-первых, выгодно (за один золотой) купил у какой-то горожанки драные рубаху и панамку. Рубаху оставил на будущее – вдруг понадобиться повысить уровень секретности – а панамку надел немедленно. Во-вторых, Тхак убедился, что его цеп точно не будет лязгать при выхватывании из ножен по причине полного отсутствия таковых.

...Велики были беспокойства, производимые им. Один раз арестовали его гвардейцы, но злой покровитель помог ему вывернуться...

булочник

...Злые гвардейцы захотели арестовать его, чтобы не дать ему творить добро. Он не стал противиться, а пошёл сначала с ними, но потом тихой беседой устыдил их, и отпустили они его...

трактирная служанка

Отправляя Тхака за покупками, Падла не забыл проинструктировать его о незаметном подходе к городу. Не забыл выдать список покупок. Но забыл выдать список, что и у кого надо покупать. Соответственно, Тхак пытался купить всё у тех, кто встречался ему на улицах города. Постольку город патрулировался гвардейцами из замка, постольку встреча их с гноллом была просто вопросом времени.

Услышав просьбу продать ему плащи, верёвки, мочевину и далее по списку, гвардейцы слегка удивились. Но приказа набирать всех подходящих кандидатов в ополчение никто не отменял, а вид у Тхака был вполне внушительный. Однако после того, как гвардейцы и их командир пообщались с гноллом, им стало ясно, что вид видом, но опасность такой воин будет представлять в первую очередь для своих.

...И вернулся он в город, и снова стал творить зло. Когда видел он дом, где жили люди, то подходил к двери и всячески пугал людей этих. Когда же видел дом, где не было никого, то впадал в неистовство и рушил такой дом. Ибо нравилось ему слышать испуганные голоса людей, и не терпел он, когда лишали его злого удовольствия ...

булочник

...И ходил он по городу, и когда видел бедный дом, тогда стучал в него, и давал денег. А чтобы не обижать людей милостыней, как бы брал он взамен совсем старые и ненужные вещи. И дошли до лорда вести о доброте и мудрости его, и велел лорд позвать его в замок...

трактирная служанка

Вернувшийся после беседы с гвардейцами Тхак продолжал поиски всех тех вещей, которые поручил ему купить Падла. Единственно, что в какой-то момент поиски товаров прервались на поиски еды – гнолл проголодался. Нашёл по запаху трактир, вошёл вовнутрь, нашёл там старые лепёшки, съел. То, что дверь в трактир оказалась в результате выломанной – самый что ни на есть побочный эффект. Специально ломать её Тхак не хотел, в сущности, он её просто не заметил.

Гвардейцам по-прежнему не хотелось брать гнолла в замок, но оставлять его в городе было нельзя. В итоге ситуация разрешилась к взаимному удовольствию обеих сторон. Тхаку предложили поработать на подготовке замка к обороне, взамен обещав выдать ему почти все товары, которые он просил. Гнолл шесть часов добросовестно таскал на стены брёвна и прочие тяжести. Его покормили, и выдали товары согласно списку. Точнее, согласно тому, как этот список понимал Тхак...

Культурный приход.

Могу прямо в караулке…

В лагере было скучно. Почти вся группа куда-то разбрелась. Серебряная Борода продолжал искать юг, Роза и Тхак были в замке. Остались только Падла и Крласс. Монах завалился отсыпаться после ночных похождений. Эльфу достаточно было спать четыре часа в сутки, и сейчас он нёс караульную службу, удобно расположившись на дереве около лагеря.

Ага! Похоже, скука скоро должна была кончиться – к лагерю с характерным шумом приближался Тхак. Крласс быстро слез с дерева и растолкал Падлу. А сам спокойно отошёл в сторону, позволил себе небольшой глоток вина и стал ждать начала представления. И Тхак с Падлой полностью оправдали надежды эльфа.

Для начала гнолл предъявил монаху один хороший плащ (куплен в городе, раньше, похоже, использовался в качестве половой тряпки) и два драных плаща (получены в замке, по сравнению с первым – новые). Это Падла перенёс легко. Принесённые стрелы и верёвки вообще никаких нареканий не вызвали. Но Тхак, как опытный актёр, приберёг самое хорошее на последок.

Увидев принесённые ложки, Падла не без удивления поинтересовался, а когда, собственно, он их заказывал. Тхак спокойно напомнил монаху, что в заказе были «два железных карандашеобразных предмета со сплющенными концами». Падла застонал и закрыл глаза. А когда открыл их, то увидел три бурдюка. И вспомнил, что заказывал гноллу мочевину...

Дальнейший разговор с Тхаком пришлось вести Крлассу. Падла понял, что ему надо срочно заняться медитацией, и тихо сидел в сторонке, временами, правда, поглаживая арбалет. Так что план проникновения в замок пришлось разрабатывать без участия монаха.

Через какое-то время к замковым воротам подошёл гнолл и объяснил часовым, что ему понравилось таскать лёгкие брёвна за хорошие плащи и вкусную еду. Караульный офицер днём сам видел, как работал гнолл, и пропустил его без особых сомнений. Только поинтересовался, а с чем это такой большой мешок за спиной у Тхака. Гнолл объяснил, что там его ценные вещи, включая ценные вкусные ветки. Больше его ни о чём не спрашивали.

Тхак при помощи доброго рыка отогнал крестьян от стены и поставил там свою палатку. Ещё раз на всех порычал, чтобы не смели трогать ценные вещи внутри. К слову, рычал он весьма убедительно – никто из окружающих так и не рискнул хотя бы заглянуть вовнутрь. И никто так и не узнал, что за ценные три бурдюка лежали в палатке.

Установив палатку, Тхак взвалил на плечо мешок с самыми ценными вещами (ветками), и отправился к донжону. Страже он объяснил, что прекрасная госпожа велела ему прийти и передвинуть мебель в её комнате. Стражнике не поверили – да, не повезло населению замка. Тхак отошёл в сторону, встал под окнами Розы и завёл красивую (и громкую) гнолльскую песню. К счастью для охраны, Роза спустилась вниз раньше, чем проснулся лорд. Гнолла пропустили вовнутрь, и он поднялся вместе с бардессой в её комнату. Там Тхак пересказал план действий, попытался передвинуть мебель, сломал кровать.

После того, как он повидался с Розой, гнолл отправился в замковый трактир. Там он попытался купить бурдюк вина, но оказалось, что в связи с военным положением вино разрешили продавать только офицерам. Тхак купил бурдюк воды и сделал несколько больших глотков. Потом подошёл к караульным около замковых ворот и объяснил им, что ему срочно надо сходить к лесу по важному делу. Ибо гнолл он культурный, и не может мочиться на замковом дворе.

Караульные попытались предложить Тхаку воспользоваться помещениями, специально предназначенными для совершения данной функции. В ответ гнолл заявил, что деревянные постройки он боится сломать, но вот если каменное... Кстати, караульное помещение как раз из камня, так, может... На этом караульные срочно прервали дискуссию, и быстро выпроводили Тхака из замка.

Вернулся в замок гнолл, уже неся в мешке Крласса. Спокойно дошёл до своей палатки, зашёл вовнутрь – никому и в голову не пришло поинтересоваться, что это он таскает – все и так знали, что в мешке ценные ветки. В палатке Крласс вылез из мешка и замаскировался под старыми плащами, сложенными в одном из углов. Запах в палатке был ещё тот, но эльф доблестно сдержался и не чихнул (и доблестно не задохнулся).

Второй рейс Тхак сделал за Падлой. На воротах его выпустили без вопросов, под весёлый, хотя и несколько нервный, хохот охраны. Когда Падла был доставлен в палатку, вся троица выждала немного, и вылезла наружу. Никто из крестьян, расположившихся рядом с палаткой гнолла, не заинтересовался происходящим – все они обсуждали, что дозорные с башен уже видят приближающуюся армию противника. Падла, Тхак и Крласс поспешили к донжону.

Культурный пожар.

Ну вот, расходы непредвиденные…

В донжон Тхака пропустили без проблем, видимо, не хотели ещё раз выслушивать его пение. Крласс и Падла прошли вместе гноллом – уж непонятно, что подумали часовые о мебели в комнате бардессы, но вопросов задавать не стали.

Роза, которая всё это время жила в замке, время даром не теряла. Она разузнала, что кроме обычных офицеров гарнизона, с некоторых пор в замке поселился немногословный воин нездешнего вида. Ну, для кого-то может и немногословный, но Роза с ним пообщаться сумела. Выяснила, что он разыскивает кого-то, кто сейчас находится в замке. И что ради встречи с ним пошёл на сделку с магом Сэйном - согласился помогать оборонять замок.

Роза убедила Дзёто – так звали воина – что лучше не доверять Сэйну, а действовать заодно с нами. Дзёто согласился – ему уже и самому не нравилось то, как себя вёл маг.

Так что в комнате Розы сидело пятеро, и решали, как лучше найти Оху, которую держали взаперти где-то в донжоне. Согласились с тем, что почти наверняка её нет смысла искать на первом этаже – там кухня и комнаты прислуги. Решили начать с поиска на втором этаже. Дело в том, что на этом этаже находилась комната, где сейчас располагался Сэйн – а задать ему несколько вопросов очень хотелось.

Сначала попытались выманить мага в коридор, но услышали только «не сейчас» и «я занят». Ну что ж, пришлось забыть об этикете и вломиться в комнату Сэйна вместе с выбитой дверью. Да уж, вломились и удивились. Мы думали, что в комнате будет один Сэйн, а там ещё оказался милый гражданин непонятной наружности. А как ещё назвать наружность, которая состоит из красной кожи, зверообразной головы с зубастой пастью, плюс несколько цепей с заточенными лезвиями?

В общем, вместо более-менее культурной беседы с Сэйном, пришлось выхватывать оружие и энергично бить мага и его спутника. С Сэйном справились, хотя и пришлось израсходовать последнюю склянку с жидкостью, рассеивающую магию. Если бы наши расходы на этом закончились. Увы, скажу, немного забегая вперёд, что в эту ночь мы немало получили, но и потратили немало.

После смерти Сэйна мы оттеснили чудовище в угол и стали убеждать его, что здесь его не любят, и лучше бы ему перейти в другой мир. Старались, как могли, но через какое-то время поняли, что как-то слабо он ощущает наши доводы. Мы его рубим-рубим, а он продолжает спокойно стоять на ногах и потихоньку наносит нам рану за раной. Первым сообразил Дзёто, и скомандовал выпустить противника в коридор – пусть уходит, нам ещё с третьим этажом разбираться.

1   2   3   4   5


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница