Фгу «российская государственная библиотека»



страница6/8
Дата22.04.2016
Размер1.19 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8

Структура библиотеки и система каталогов. В какой бы УНБ я ни побывал, обязательно посещаю отдел литературы на иностранных языках, знакомлюсь с его фондами, смотрю, как они отражены в системе каталогов библиотеки. Есть, к счастью, такие библиотеки, где всё организовано правильно, в соответствии с требованиями нормативных документов. Вместе с тем, встречаются библиотеки, где фонд литературы на иностранных языках отграничен от массы читателей, в читательских каталогах библиотеки не отражен вовсе. Как сказали в одной из таких библиотек сами библиотекари, этот отдел «находится у нас в епархиальном управлении». Создана такая «епархия» – изолированная библиотека со своим фондом, собственными каталогами. В некоторых случаях этот отдел размещен за пределами основного здания библиотеки.

Объяснить зарубежным коллегам, что это за подразделение, бывает очень трудно. Они никогда не видели ничего подобного у себя на родине. Больше того – они не хотят верить, что понимают тебя правильно, долго расспрашивают.

В библиотеках Швеции, например, традиционно формируется фонд на 18-25 языках. В отличие от нашей страны, там национальный состав местного населения учитывается в процессе комплектования: если есть греки или турки – должна быть и литература, чтобы жителям было интересно стать читателями. В фонде книги, периодика, видео- и аудиоматериалы размещены вместе. Часто литературы на шведском меньше, чем, например, на английском (этим языком владеет всё коренное население).

С одним из читателей мне удалось поговорить в небольшом шведском городке Лунде. Он оказался сербом, жил в эмиграции уже семь лет. За эти годы стал свободно говорить и читать на английском, шведском, немецком, турецком и русском. Нет, он не ученый и не лингвист, как можно подумать, он… высококвалифицированный рабочий, слесарь-сантехник. Чтобы оказаться жителем Швеции, рассказал он, надо, как минимум, быть специалистом, нужным этой стране, и уметь объясняться на английском. Среда и многонациональное общение создают потребности в непрерывном образовании, кончаешь одни курсы, потом другие. А в библиотеку, сказал он, я прихожу почти ежедневно.

Многие годы я ищу такого читателя в наших библиотеках, в отделах литературы на иностранных языках. Но встречаю здесь не «рабочих и служащих», а учащихся или преподавателей, специалистов, профессионально связанных с изучением и преподаванием языков. Обратите внимание на слово иностранные. Иначе говоря – зарубежные. В нашей стране, да и в каждом городе, живут люди, знающие десятки языков, многие из которых к иностранным отнести нельзя. Например, татарский. Согласитесь: трудно отнести к иностранным армянский, грузинский, азербайджанский: страны эти оказались сегодня зарубежными, но представители этих, да и многих других национальностей жили среди нас всегда. Интересует ли кого-нибудь в наших библиотеках вопрос: читают ли они на своем родном языке, где берут книги? Где читают вьетнамцы, корейцы, китайцы, которые живут в нашей России?

Уже несколько лет я рекомендую библиотекарям использовать при перерегистрации читателей освободившуюся графу читательского формуляра для получения той информации, которой мы, библиотекари, «хронически» не имеем: на строчке «Партийность» написать «Языки». Бывает, что в ту же библиотеку приезжаю через год, два. Ничего не изменилось! Неужели нужен и здесь приказ вышестоящих органов?

Всегда поражает одно и то же: почему мне, человеку для данной библиотеки постороннему, видно, как и чем обижены читатели, а самим сотрудникам (в первую очередь – руководителям) этого не видно?

Моя озабоченность, воспринимаемая некоторыми весьма болезненно, объясняется очень просто: получилось так, что значительную часть фонда мы спрятали от читателей в так называемых «специализированных отделах». Давайте вспомним, какие благие намерения высказывались при организации в библиотеках отделов литературы по искусству. Предполагалось, что они организуют эстетическое воспитание широких читательских масс. Что получилось на деле? Новые подразделения отобрали для себя фонд, быстро определили свой контингент читателей и занялись его обслуживанием. Слов нет – людей из сферы искусства здесь знают и любят видеть у себя. С ними проще работать – это либо специалисты, либо студенты. И те, и другие знают, что им надо, зачем пришли в библиотеку. Только вот к эстетическому воспитанию такая деятельность никакого отношения не имеет. Нет среди читателей этих отделов ни пенсионеров (кроме бывших «своих»), ни домохозяек, ни рабочих, ни служащих, ни учащихся. Не ходят сюда даже будущие педагоги литературы – мне ни разу не смогли показать такой формуляр.

Организовали в УНБ отдел обслуживания специалистов по сельскому хозяйству, конечно со своим фондом. Никто не подумал о городских «братьях наших меньших» - вся литература о собаках, кошках, голубях, аквариумных рыбках попала сюда (что сделать – «индекс у них такой», сказали мне). Вместе с садоводством и огородничеством, интересующим не столько специалистов сельского хозяйства, сколько городских жителей. А те в отдел, на дверях которого четко написано, для каких он специалистов, не ходят.

Кое где, там, где УНБ сохранила за собой обслуживание читателей на абонементе, часть литературы по искусству вместе с вот этой вот – по «сельскому хозяйству» оказалась в фонде отдела абонемента. По моим подсчетам сюда, в универсальный фонд, попало не более 15-20% названий. Остальное отделы взяли себе для обслуживания «специалистов».

А вот из отделов литературы на иностранных языках никто никуда ничего не отдает. Если так получилось, что книга по искусству (или, например, по сельскому хозяйству, медицине, технике) издана на иностранном языке, то путь у неё один – в этот фонд, который далеко не во всех библиотеках отражен, как должно быть, в читательском СК. Больше всего поражает, простите, «кладбище» альбомов выдающихся художников, изданных в ГДР или Венгрии – такие есть везде. Обращаемость – нулевая. Всё «несчастье» этих книг в том, что титульный лист в них – на иностранном языке. Этого достаточно, чтобы книгу «прописали» в отделе, где основной читатель – лингвист, а не художник. Некоторые библиотекари из расположенного неподалеку отдела по искусству таких альбомов не видели никогда – я предполагаю, что они и не подозревают, что они есть в фонде. Если я не прав, если они знают о существовании этих альбомов, почему же не ставят вопрос о передаче их в свои фонды?

Как получается, что библиографы мирятся с тем, что подаренные библиотеке зарубежные энциклопедии становятся украшением интерьера отдела литературы на иностранных языках? Разве они не нужны библиографам, ведущим справочно-библиографическое обслуживание? Иногда объясняют: «мы же иностранных языков не знаем». Странно, ведь все с высшим образованием. В институте знали, работая в библиотеке – забыли. А должно было бы быть наоборот. Мне всегда хочется поставить вопрос о надбавках за знание и применение иностранных языков в работе с головы на ноги. Почему мы доплачиваем одним – тем, у кого в дипломе иностранный язык, и не даем надбавки библиотекарям за их профессиональный диплом? Почему у нас нет надбавки «за знание и применение профессионализма в работе»? Надбавка, на мой взгляд, должна стимулировать не только изучение языков библиотекарями, но и профессиональное образование. И, конечно, изучение языков. Не только «иностранных».

Вопрос об отражении в каталогах библиотеки литературы на иностранных языках очень важен и будет рассмотрен в отдельной статье.

Электронный каталог в системе каталогов. В большинстве библиотек – и это правильно – ЭК влился в традиционную систему каталогов, ничего не изменив в её структуре. Пока никто не смог убедительно показать, что с помощью ЭК можно решать задачи, которые сотни лет решал и продолжает решать СК в наших библиотеках. Благие надежды 70-80-х гг. прошлого века, когда все мы считали, что ЭК заменит все виды существующих каталогов, в том числе и СК, остались на бумаге. В реальности ЭК получился у нас такой, какой получился. Никому не пришло в голову создавать программы для ЭК, приближенного по своим потенциальным возможностям к традициям и практике отечественных библиотек. Долго не размышляя на эту тему, наши программисты предложили нам «вроде как бы самостоятельно разработанные программы», как две капли воды похожие на зарубежные. Но зарубежные программы создавались для библиотек, работающих в другом мире. Существенные особенности, которые определяющим образом связаны с программами ЭК, просто не были приняты во внимание. Откуда программистам было знать, чем отличаются библиотеки за рубежом от российских библиотек? Это должны были им подсказать библиотекари. Но в нашей стране техническое задание на разработку библиотечной автоматизированной системы пишут не библиотекари, а разработчики систем. Не библиотекари выступают в роли заказчиков - их, в лучшем случае, могут попросить высказать пожелания.

Слышу вопрос: о каких же особенностях идет речь?

За рубежом мы видим библиотеки, фонды которых открыты для читателей. Но все библиотеки обеспечены скрытными системами охраны от несанкционированного выноса. Мне посчастливилось побывать во многих странах. Свободный доступ читателей к фондам естественен даже для огромных, многомиллионных коллекций (например, в университетских библиотеках США). Без охранных систем библиотек практически не осталось. В 1981 г. я видел такие в Никарагуа, но уже тогда Библиотека Национального банка в Манагуа купила и устанавливала у себя такую систему. Фонды были открыты для читателей во всех библиотеках страны. В 1986 г. в Кабуле – в военные годы – читатели Национальной библиотеки пользовались правом свободного доступа ко всем фондам.

В нашей стране охранные системы существуют в единичных библиотеках. Нам должно быть стыдно: в книжных и продуктовых супермаркетах эта проблема давно решена, предлагается соответствующее оборудования и для библиотек (7). На выставках можно познакомиться с производителями и посмотреть проспекты. Спрашиваю на стенде «Покупают?» и получаю ответ «Очень мало, библиотеки практически не берут».

Казалось бы, какая связь между охранными системами и ЭК? Дело в том, что принципы иерархического содержательного поиска – по отраслям знаний и их подразделениям – реализуются в зарубежных библиотеках с помощью систематической расстановки в фондах открытого доступа. Читатель может не только «рыться в книгах» (это, как известно, любят делать многие), но и получать те исходные «точки доступа», зная которые он «войдет» в ЭК. В принципе, он может удовлетвориться, при значительных фондах и скромных запросах, тем, что он обнаружил в фонде – ЭК ему уже не нужен. А если нужна информация, как говорится, «о мировых информационных ресурсах» можно посмотреть и в ЭК. В библиотеках к ЭК обращается не более 20% читателей: у них запросы не библиографические, на информацию, а библиотечные – здесь и сейчас получить книгу, журнал. Если в библиотеке фонды открыты, то для этого не нужен каталог. В публичных, муниципальных библиотеках процент обращающихся к ЭК еще меньше (до 10-12%), здесь каталог практически никогда не отражает только «свой» фонд (это стало нормой для наших библиотек) – он дает информацию о совокупных фондах библиотек города, возможно и большей территориальной единицы, системы библиотек. Огромные многомиллионные фонды и каталоги публичных библиотек в США доступны читателям сотен и тысяч отделений, филиалов, передвигающихся по территории библиобусов.

Если фонд расставлен в систематическом порядке, в соответствии с системой классификации (как правило, общепринятой, многим читателям хорошо известной с детства), естественным для ЭК становится поиск по предметным рубрикам (ПР). Еще и потому, что так было всегда: единственный карточный каталог, например, в американских или канадских библиотеках еще в 19 в., назывался словарным. Читатели привыкли к тому, что в нём можно найти книги по авторам и заглавиям, а также по ПР в едином алфавитном порядке.

Представьте теперь читателя, у которого карточный словарный каталог сменился ЭК практически с тем же «входом» - как искали, так и будем искать: по авторам, заглавиям, ПР. Стандартный для библиотек всей страны список ПР, постоянно обновляемый, в книжной форме (в двух версиях, согласованных между собой, однотомной и четырехтомной) существует уже сотню лет. Он лежал около словарного каталога, теперь лежит около монитора с ЭК. Или же с ним можно поработать, включив ЭК. Такой список, между прочим, во многих странах уже давно отражает не только горизонтальные, ассоциативные, но и вертикальные, иерархические (родовидовые) связи. Иначе говоря, всё больше приобретает черты тезауруса.

Не зная зарубежной практики, но имея перед глазами образцы (демонстрационные версии зарубежных систем широко распространяются на выставках), наши горе-разработчики и программисты предложили нам ЭК в виде аналога: язык и наполнение – «русское», а вот программы, по сути дела, зарубежные. Осталось найти выход из проблемы с ПР. Ведь в нашей стране универсальные списки ПР не публиковались. Что делать? Пошли по пути наименьшего сопротивления, воспользовались самой примитивной формой вербального (словесного) поиска: по ключевым словам. Не надо ставить и решать сложные задачи, не надо ничего составлять заранее – ключевое слово отбирается в процессе индексирования. Надо было бы хотя бы научить наших библиотекарей этому процессу! Но времени у нас, как всегда, не оказалось. Поэтому в качестве ключевых слов используются, как правило, те, которые лежат на поверхности (иначе говоря, на обложке и титульном листе, в издательской аннотации). Получилось неожиданно интересно: если мы сравним результаты поиска по двум ЭК, работающим по одной и той же программе, то можем получить разную «выдачу» - всё зависит от того, какой уровень культуры индексирования и понимания ответственности сложился в конкретной библиотеке. Многие стали накапливать ключевые слова, делать из них списки, чтобы читателю было, из чего выбирать… Очень хорошо по этому поводу сказано в одной из зарубежных монографий: не пробуйте построить из детского конструктора Lego ничего настоящего – схема останется схемой, модель – моделью. Если хотите получить качественный поиск, потратьте время на разработку списка ПР, еще лучше – тезауруса.

Впрочем, был гораздо более прогрессивный путь, учитывающий наши отечественные реалии. Для этого надо было бы воспользоваться возможностями систематического, иначе говоря – классификационного поиска. В нашей стране, как всем – кроме разработчиков систем и программистов – известно, всегда основную и ведущую функцию в тематическом поиске выполнял СК. С детских лет читатели пользовались каталогом по отраслям знаний и их подразделениям. Поиск можно было вести двумя способами: непосредственно по каталогу - логическим, сверху вниз, и по алфавитно-предметному указателю к СК (АПУ). Исследования убедительно показали, что в публичных библиотеках подавляющее большинство читателей выбирает первый способ, в то время как в научных – второй.

Работая с ящиками карточного СК, читатель как бы общался с фондом (ведь СК – хорошая модель конкретного библиотечного фонда). Мы наконец решили вопрос об удобной для читателей обратнохронологической расстановке карточек за разделителями (новые книги – впереди). Мы смогли убедить руководителей библиотек, что надо создать условия для работы читателей с СК – ведь читатель, общаясь с этим каталогом, никуда не торопится. И тут грянула компьютерная революция. Одномоментно читателю предложили «забыть всё», к чему он привыкал с детства, сесть за монитор, набрать пресловутое «слово», быстро, быстро выписать что-то… Кто сказал, что с каталогом надо работать в спешке?

Не успели или просто не захотели подвергнуть серьезному анализу то, что получилось, как появилось еще одно новомодное явление: конверсия каталогов. «Сверху» (непонятно, кем?) ставилась задача ликвидировать карточные каталоги. Конечно, не сразу. Нас не учили ни планировать, ни рассчитывать доходы и расходы. Именно поэтому была написана в 1993 г. наша первая статья о конверсии каталогов (8). Тем, которые приступили к этой задаче позже, она не попала на глаза, пришлось выступить еще раз (9).

Что мы имеем сегодня? В стране почти нет примеров сетевых ЭК (10). Каждая библиотека решает эту сложную проблему самостоятельно, есть случаи, когда библиотеки одного региона (например, области) закупают полтора-два десятка, а то и больше, комплектов программного обеспечения (богатая у нас страна!), вместо того, чтобы установить сетевую версию и объединить свои усилия. В библиотеках большинства областных городов параллельно работают до десятка различных систем, соревнующихся между собой. Жертвы этого соревнования – наши читатели. Нет у них возможностей придя в одну библиотеку, получить информацию о составе фондов региона. Оказалось, что во многих областных центрах теперь нет и сводных каталогов периодических изданий (раньше они готовились практически везде). Если у нас автоматизация, говорят библиотекари, так и эту задачу надо решать с её помощью. Решаете? Нет, пока заняты книгами, до периодики дело не дошло…

Если бы не дошло дело только до периодики! Приходится констатировать тот факт, что с появлением «грандиозных задач» компьютеризации каталогов во многих библиотеках резко снизилось внимание к отражению в системе каталогов документов на различных носителях – не только новых (видеоматериалов, CD), но и традиционных, таких, например, как картографические материалы. Иногда нужно пять раз спросить и на пальцах объяснить, что ты хочешь увидеть в каталоге. Есть в библиотеке видеофильмы? Есть. А в каком каталоге можно познакомиться с их собранием? Есть у вас туристские планы, схемы, карты? Конечно, не будем забывать о том, что люди стали ездить, а значит, внимательнее готовиться к каждой поездке. Ну, какой каталог, говорят нам, вон там они лежат, выбирайте сами.

Понятно: не везде еще дошло дело до автоматизированной обработки некоторых видов документов. Но это вовсе не исключает серьезного или, скажем так, нормального для библиотеки отношения к каждому документу, поступившему на хранение и использование. Всё ведь было предусмотрено в Типовом положении 1985 г. Если вопрос не решен, надо коллегиально обсуждать пути его решения. Это функция Совета по системе каталогов и картотек, предусмотренного нормативными документами.



Единая система информации о каталогах и картотеках. Известно, что в каждой более или менее крупной библиотеке есть зал каталогов, в котором размещается подсистема читательских каталогов и картотек. Как правило, рядом, в одном помещении, читателям предлагаются АК (может состоять из нескольких рядов – по языкам или по графике), СК (может состоять из нескольких частей, различающихся хронологическими границами или таблицами классификации), АПУ, систематическая картотека статей (СКС), другие элементы системы. Например, в центральных библиотеках субъектов федерации, а также в муниципальных библиотеках сюда присоединяется краеведческий СК (КСК), иногда выполняющий функции сводного (СвКСК). Читателя, работающего в этом помещении, всегда интересует вопрос: какие еще есть в библиотеке каталоги, где они расположены?

Ответить на этот вопрос должно информационное табло, содержащее четкие сведения: точное наименование каталога (иногда приходится дополнять его кратким комментарием), место размещения – отдел, этаж, номер комнаты. Можно вносить в перечень и служебные каталоги. В этом случае адресные сведения заменяются фразой «справки выполняются дежурным библиографом».

Кажется, что дать подобную информацию читателю не так уж сложно. Почему её нет во многих библиотеках? В одной библиотеке мне ответили, что дело это очень сложное: вешать ничего нельзя, «у нас за всё, что на стенах, отвечает стилист». Как оказалось, стилист по образованию психолог, к тому же эстет. То, что ему показали, было непонятно – ни по содержанию, ни по форме, а целесообразность подобной информации показалась сомнительной. Зал каталогов украсили картиной и на этом остановились.

В другой библиотеке перечень сделали, но он показался администрации «одиноко висящим». Были даны указания, и, как у нас часто бывает, пошло-поехало. Через год всё пространство стен – от каталожных шкафов до потолка было исписано полезными сведениями. В глаза бросались алфавиты – русский и латинский, подробно были выписаны основные деления ББК. На видном месте оказались «Алгоритмы поиска» - по АК и СК. Посчитали, что этого мало, дополнили текстом памятки «Как пользоваться каталогами». Оставшееся пространство заполнили рекомендациями «Как заполнить требование». А нет ли у вас перечня всех каталогов библиотеки? – Есть, ответили мне, – он находится под стеклом у консультанта, если спросят – скажем.

Неужели трудно провести в каждой библиотеке паспортизацию каталогов и картотек? Формы паспортов давно известны, недавно мы вновь говорили о методика её проведения (11). Там, где эта работа успешно проведена, создали по методическим рекомендациям (12) указатели каталогов и картотек библиотек города, региона. Первый, снабженный методическим материалом, был составлен для Москвы (13), затем вышло более двух десятков аналогичных изданий.

У нас, библиотекарей, странное впечатление о читателях. Они, войдя в библиотеку, всё должны спрашивать. Тайн у нас никаких от них нет. Спросят – скажем. А если не спросят, будем молчать, как рыбы. Однажды по поведению читателя я понял, какой «отдел» он разыскивает, подошел к нему. «То, что вы ищете, на втором этаже, рядом дверь с надписью Отдел маркетинга. – А что написано? – Ничего не написано, заходите смело».

Всегда вспоминаю зарубежные библиотеки, в которых на стенах коридоров висят поэтажные планы – не со стрелками, как у нас (планы эвакуации), а с названиями всех помещений, в том числе туалетов. Впрочем, такие же планы там можно найти и в краткой информации о библиотеке, которая выдаётся каждому при записи. Сегодня уже многие наши библиотеки располагают роскошными подарочными буклетами с цветными иллюстрациями на мелованной бумаге. Приятно такое издание подарить гостю. Читатель же понимает, что он не почетный гость. Он был бы доволен небольшой закладкой с адресами и телефонами, часами работы, названиями отделов, планами по этажам. Хорошо, что такие «бумаженции цветные» появились во многих библиотеках. Но мне, например, их дарят. Не приходилось видеть их лежащими пачками при входе. Наверное, стоят всё-таки дорого. Как же сделать их продукцией массовой, общедоступной? А главное – как сделать, чтобы в каждой библиотеке они лежали?

Перечитал написанное и понял: надо ставить точку. Во-первых, такой разговор можно продолжать бесконечно, очень о многом хотелось бы сказать. Во-вторых, ничего ведь особенного, нового, не сказано: всё это было известно давно. Да и увидеть может каждый: надо только выйти из своей библиотеки сотрудником, которому всё уже приелось, и вновь войти читателем. Уверен – увидите много нового, захочется что-то изменить.


Список литературы

1. Типовое положение о системе каталогов и картотек государственной республиканской (АССР), краевой, областной универсальной научной библиотеки // В помощь универсальным научным библиотекам : Метод. рекомендации. – М. , 1985. – С. 72-77. – Прилож. : Примерный перечень каталогов, картотек и указателей УНБ. – С. 77-89. – Первая публикация. Документ неоднократно перепечатывался в различных сборниках.

2. Задачи методического руководства по совершенствованию системы каталогов / Э.Р. Сукиасян // В помощь универсальным научным библиотекам: Метод. рекомендации / ГБЛ. - М., 1980. - С. 23-32; Документационное обеспечение - условие повышения качества работы с каталогами / В.А. Альтшуллер, Э.Р. Сукиасян // Актуальные вопросы библиотечной работы: Теория и практика: Сб., 1983. - М., 1983. - С. 92-107.

3. Новое в развитии системы каталогов и картотек / Э.Р. Сукиасян // Сов. библиотековедение. - 1986. - № 2. - С. 15-26.

4. Библиотечно-информационная деятельность. Специальность 052700 : Государственный образовательный стандарт, примерные программы, учебные планы : сборник нормативных документов и учебно-методического обеспечения / под общ. ред. О.П. Мезенцевой. – М. : ФАИР-ПРЕСС, 2005. – 992 с.

5. Сукиасян Э. Р. Каталогизация: системно-структурный подход // Систематический каталог в системе каталогов библиотеки : Сб. науч. тр. / ГБЛ. - М. , 1984. - С. 18-25; Каталоговедение как научная и учебная дисциплина / Э.Р. Сукиасян // Библиотековедение. - 1997. - № 2. - С. 52-57; А судьи кто? О людях, решающих судьбу курса «Библиотечные каталоги», а также немного о самих каталогах / Э.Р. Сукиасян // Мир библиографии. – 2002. - № 3. – С. 27-29; Государственные стандарты библиотечно-информационного образования как зеркало наших библиотечных преобразований / В.П. Полянов // Науч. и техн. б-ки. – 2002. -№ 9. – С. 5-14; Быть или не быть «библиотечному каталоговедению»? / В.П. Полянов // Науч. и техн. – № 10. – С. 25-33.

6. Homo Quaerens (Человек ищущий). К проблеме развития познавательных способностей читателя в процессе информационного поиска / Э.Р. Сукиасян // Науч. и техн. б-ки. – 2002. - № 4. - С. 73-83.

7. Информационные технологии и обеспечение сохранности библиотечных фондов /И.И.Григорьева // Науч. и техн. б-ки. – 2004. - № 7. – С. 46-52.

8. Конверсия каталогов: подход к проблеме / Э.Р. Сукиасян // Науч. и техн. б-ки. - 1993. - № 8. - С. 24-37.

9. Конверсия каталогов: полемические заметки / Э.Р. Сукиасян // Библиотека. – 2001. - № 7, - С. 14-17.

10. Электронные каталоги / Э.Р. Сукиасян // Библиотека. – 2003. - № 2. – С. 36-41; № 3. – С.31-33.

11. Паспортизация каталогов и картотек / Э.Р. Сукиасян // Библиотека. – 2001. - № 8. – С. 51-54.

12. Как составить указатель каталогов и картотек библиотек региона : метод. рекомендации / ГБЛ. – М., 1983. – 52 с.; Каталоги получили паспорта: что дальше? / Э.Р. Сукиасян // Библиотека. – 2003. - № 7. – С. 10-12.

13. Каталоги и картотеки крупнейших библиотек Москвы : аннот. перечень. - М., 1982. - 208 с.


1   2   3   4   5   6   7   8


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница