Дядько Степанъ вернулся на полѣсье изъ Волыни, куда ходилъ на



страница1/4
Дата28.10.2016
Размер0.53 Mb.
  1   2   3   4

(ІІЗЪ НЕДАВИЯГО ПРОШЛА ГО).


I.

Дядько Степанъ вернулся на полѣсье изъ Волыни, куда ходилъ на „заробки^. Съ его прибытіемъ, глухое село Холупы на нѣкоторое время оживилось. Степана на улицѣ закидали вопросами.

  • Разскажите-но, дядьку, де бувалы, іцо бачильт на дале­кому свити? що чувалы добренького?

Дядько Степанъ вообще не любилъ много говорить, а те­перь онъ былъ какъ-то особенно задумчивъ и угрюмъ. Далекое и непривычное путешествіе сильно утомило его. Онъ вздохнулъ, медленно сѣлъ на заваленку, закурилъ люльку и молчалъ. Ка­залось, онъ хранилъ какую-то тайну. Это еще болѣе подзадо­ривало любопытствующихъ. Толпа не отступала. Просьбы на­стойчиво повторялись.

  • А що чуты?! Отозвался, наконецъ, дядько. Кепське одне чуты, бильшъ иичого. Бають люде, що до насъ иде. Въ мисти вже есть...

Ойъ не договорилъ, но всѣ знали о чемъ рѣчь.

  • Въ Тучини, въ Александріи вже бере людей, продол- жалъ дядько. Въ Александріи я ишовъ досвиткомъ, передъ схо-

1) Сюжетъ и матеріалы разсігаза заимствованы изъ иародпыхъ разсвазовъ о ходерѣ ирежнихъ вреасиъ иа волынскомъ полѣсьп (ровепск. уѣзда)

.домъ сонця. Иду коло могилокъ, глянувъ и дуже здывовався: всюды довги ряды свижихъ могилъ и зъ ныхъ выходыть, Гос­подь его знае... нибы билый паръ, нибы туманъ, биле таке... и стелется соби по надъ могилкамы. Сумно такъ стало на души...

  • Щожъ воно таке?

  • Люде гныють,—отвѣтилъ дядько. Въ пару переходять.

Крестьяне опустили головы и задумались.

■— Щожъ теперь буде зъ намы, якъ Боже бороны...

  • Що Богъ дасть, те и буде. Може Господь помылуе... Божій часъ настае...

  • Ото не дарма сегодня дятелъ гасло 1) дававъ,—сказалъ дѣдъ Нечепайло—высокій крѣпкій старикъ, стоявшій позади всѣхъ.

  • Де? одновременно спросило нѣсколько голосовъ, и всѣ обратились къ дѣду.

  • А на церкви. Стукавъ тай стукавъ, на лыху годыну.

Кто-то прибавилъ, что вчера пущикъ пищалъ въ тополяхъ,

на могилкахъ. Не могло также скрыться отъ холуповцевъ, что не такъ давно собаки безъ всякой причины выли „коло става".

Всё это не предвѣщало, конечно, ничего хорошаго. Полѣ- шуки смутились. Стукъ дятла въ стѣну, пискъ пущика, вой собакъ—„це не добре, якъ той казавъ^...

  • А чи есть ратунокъ противъ холеры?—робко спросила громаду одна „молодндя", державшая на рукахъ ребенка.

  • Горилку треба пыты, то не прыстане... — отвѣтилъ одинъ голосъ.

  • Кровъ пускаты,—прибавилъ другой.

  • Ходыты треба въ баню и якъ зробытся дуже горяче, то грудью внасты на землю...

  • Саме найкраще цеглою живота потерты... Было выска­зано много и другихъ различныхъ мнѣній.

  • Ни, кажуть люде, нищо не помогав. Люде вмирають якъ мухи въ окропи, тылько ноги протягають—заключилъ дядько всѣ мнѣнія и замолкъ.

Степанъ былъ авторитетный человѣкъ. Его словамъ можно было вѣрить. Послышался глубокій вздохъ. Кто-то хотѣлъ что-то возразить, но раздумалъ.

Крестьяне молча стали расходиться. Грустно было всѣмъ. Съ пріѣздомъ Степана, не слышно стало на улицѣ ни пѣсенъ, что раздавались иногда, ни оживленныхъ разговоровъ, ни даже голосовъ пьяныхъ. Всѣ были задумчивы и сосредоточены. Только дѣти рѣзвились на улицѣ по прежнему, да воробьи неугомонно чирикали по огородамъ. Дни стояли августовскіе, удушливые.

II.

Не долго пришлось ожидать её. Спустя недѣлю, мельникъ Миронъ ааболѣлъ „ризачкою*—корчами въ животѣ. Хотя кресть­яне знали, что холера не далеко и говорили о ней, но когда эпидемія явилась, всѣ удивлялись ея появленію, словно слу­чилось нѣчто нежданное, негаданное. До сихъ поръ каждый питалъ внутреннее убѣжденіе: „Богъ помылуе... не допустыть... пройде обикъ села"...

Говорятъ, что знахари, которыхъ было нѣсколько въ Хо- лупѣ, взялись отвернуть „хоробу“. Они выходили ночью на плотину, говорили по нѣсколько разъ „Отче нашъ“ и шептали:

На кори барабанъ стоить,

На тону барабани диика седыті,

Не вміе ни шиты, ни прасты,

Оно разну хоробу замовляты:

Боровый дидовьісу положи,

А ты зіый духъ не иози,

Не розлывайся якъ вода,

Не роеходьея якъ дынъ,

Годи пануваін,

Свою сылу паты,

Иды соби—де боры вымокаю гь,

До болота высыхають,

Боровый дидойво... ‘)

.Но ничто не помогло. Эпиденія застала крестьянъ врас- плохъ. Никто не зналъ, что дѣлать съ больнымъ. Къ нему сна­чала боялись приступить. Онъ лежалъ на полу, „въ хати“, мучился и просилъ умоляюіцимъ голосомъ, „даты ему яку небудь раду“. Родные больнаго побѣжали къ батюшкѣ. Стари- чекъ о. Григорій, видѣвшій на своемъ вѣку не одну эпидемію я пережившій нѣсколько холеръ, не нашелъ лучшаго совѣта, какъ дать больному кусокъ просфоры съ богоявленской водой.

  • Якъ Богъ дасть, то выдужае,—сказалъ онъ и на всякій случай, захвативъ съ собою св. Дары, отправился къ больному.

  • Отъ не була, не була, тай настала,—говорили крестьяне.

  • Господне наказаніе...

  • Божа воля...

Старые люди помнили, что заболѣвшему холерой слѣдуетъ животъ растирать щеткой или суконцемъ. Тотчасъ-же нѣсколько человѣкъ схватили больнаго за руки и ноги и начали расти­рать его тѣло, кто руками, а кто тряпками.

  • Цеглою, цеглою лучше, здоровійшъ,-посовѣтовалъ кто-то.

Принесли кирпичъ, нагрѣли его въ печи и терли животъ

несчастнаго Мирояа почти до крови, но безуспѣшно. „Ризачка“ не унималась.

Пришелъ еврей Ицко и далъ новый совѣтъ—кровь пустить. Сначала поставили пьявки. Но пьявки не приставали къ тѣлу. Тогда поставили ,,баньки“. Для этого въ Холупѣ производилась слѣдующая примитивная операція. На груди больнаго дѣлалась легкая ранка и къ ней приставлялось горлышко бутылки. Бу­тылку снизу нагрѣвали горящей ,,скалкой“. Если кровь не шла, то больнаго „сѣкли бритвой”, т. е. наносили ему удары бритвою до тѣхъ поръ, пока кровь не шла и не наполняла бутылку.Здоровый мужикъ былъ мельникъ Миронъ и къ тому-же семейный. Страхъ не хотѣлось ему умирать. Онъ все вытер- пѣлъ, позволялъ дѣлать надъ собой какія угодно операціи, только бы выздоровѣть.

Еъ вечеру у него открылась страшная жажда. Ему дали воды, но жажда не унималась. Онъ продолжалъ кричать— „воды! воды! Что было дѣлать? Всѣ лочти средства были ис­пытаны; стали Холуповцы „на скору руку мирковать“ и такъ и сякъ, какъ быть и что дѣлать... Кто-то побѣжалъ съ ведромъ ,,до ставу“. Но не пришлось Мирону видѣть больше ни воды, ни свѣта божьяго. Выбѣжавшая изъ хаты ,,жинка“ со слезами на глазахъ объявила, ,,що чоловикъ уже захрапивъ и сконався“... и „кривый“ пономарь Антошко поплелся на колокольню отзво­нить по Мироновой душѣ.

Больно отозвался въ сердцахъ крестьянъ первый ударъ колокола, возвѣщавшаго начало эпидеміи въ Холупѣ. Поіѣ- шуки благоговѣйно крестились и вздыхали.

Наскоро сколотили гробъ, и черезъ два часа молодой мельникъ, еще наканунѣ совершенно здоровый, лежалъ въ пес­ку, подъ крестомъ. На могилу ему положили вѣгку, денегъ и высыпали кварту маку, ,,щобъ не ходывъ лякаты людей“ *).

  • Накричався неборакъ дередъ смертью.

  • Царство небесное! легка ему земля!

  • А все оттого, сказалъ дѣдъ Нечипайло, що воды не далы. Колыбъ воды бильшъ далы, можебъ и выдужйвъ. Бо- жій часъ...

  • Эге, воля Божа.

Съ слѣдующимъ больнымъ крестьяне расправились смѣлѣе. Когда Иилиппъ Багній, промучившись сутки, закричалъ ,,воды“, его стали обливать холодной водой, а затѣмъ, два крестьянина взяли его за спину, а другіе два за ноги и оттащили къ ставу. Тамъ раздѣли до нага и спустили въ воду. Больной покачался въ водѣ, ,.вырачковався добре“ и, къ общей радости товарищей, почувствовалъ себя лучше, всталъ на ноги и выздоровѣлъ.Полѣшуки ободрились.
  1   2   3   4


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница