Духовная культура карачаево-балкарского народа Магия Табу



страница1/5
Дата06.05.2016
Размер0.64 Mb.
  1   2   3   4   5
Джуртубаев Махти Чиппаевич

Духовная культура карачаево-балкарского народа

Магия
Табу
Приметы
Сновидения
Гадание
Почитание животных
Почитание птиц и насекомых
Почитание растений
Фетишизм
Олицитворение
Чудовища и страшилища
Демоны
Духи-хозяева
Оборотничество
Умай-бийче и Байрым-бийче
Богини-матери стихий
Боги-отцы
Апсаты
Грозовые божества
Солнечные божества
Покровители скотоводства
Тейри
Христианство в Балкарии и Карачае
Представления о мире
Нартский эпос
Историко-географические песни
Народная лирика
Музыкальные инструменты
Малые жанры народной поэзии
О народных танцах
Тау адет
 
Иллюстрации
Хроника основных дат и событий

Магия

     Магию (Колдовство) многие исследователи считают одним из древнейших верований человечества и определяют ее как действия и обряды, совершаемые с целью каким-либо необычным, сверхъестественным образом повлиять на явления природы, людей или животных. Например, в Балкарии и Карачае широко была распространена вера в целительные свойства бусин (минчакъ). Больной желтухой носил на шнурке большую дымчатого цвета бусину. От ангины, как считалось, помогает белая бусина, от болезней мочевого пузыря - красная. Больные ревматизмом носили на шнурке, скрученном из трех нитей - белой, черной и красной, темную большую бусину. При появлении нарывов терли больное место бусиной алого цвета или носили ее на красном шнурке. Но особенно высоко ценились крупные темно-серые бусины, называемые "тилсим" (от арабского слова "тилсам" - талисман, амулет), потому что считалось, что они не только изгоняют различные болезни, но и предохраняют от несчастных случаев и других бед.


     Множество магических приемов применялось при родах - веря, что это сделает роды легкими, например, открывали все окна и двери, отпирали шкафы, обвивали живот роженицы слинявшей кожей змеи, завязывали и развязывали узелки на тесьме.
     Чтобы ребенок начал быстрее ходить, испекали круглый хлебец и катили его между ножек ребенка, приговаривая: "Ходи так же быстро, как этот хлебец катится".
     Разумеется, считалось, что магические приемы можно использовать как для помощи кому-либо, так и во вред. Например, если человек сходил с ума, становился помешанным, бесноватым, подозревали, что тут не обошлось без вредоносной магии - может быть, кто-то накормил его ослиным мозгом. Верили, что кусочек мыла, которым мыли тело покойника, зашитый в чью-либо одежду, делает его больным, слабым; что если прижечь горящей спичкой или лучиной чей-нибудь плевок, то язык плюнувшего покроется язвами; что если проткнуть шилом свежий сыр, то молоко у коровы иссякнет и т. д.
     Проводили и коллективные магические действия; например, таким был обряд вызывания дождя: устраивали пиршество на берегу реки, а .потом обливали друг друга водой, бросали в воду разряженную в цветные лоскутки лягушку; или, разукрасив цветными лоскутками осла, расчесывали ему гриву, а затем водили его по всем дворам селения, и хозяева обливали и осла, и друг друга водой и т. п.
     У балкарцев и карачаевцев, как и у многих народов мира, была сильна вера в магическую силу железа и железных предметов. Считали, что железо имеет силу оберегать людей от происков злых существ - духов (жинле, шайтанла). Например, перед тем, как искупать младенца, в тазик с водой опускали железный предмет, или, раскалив на огне щипцы, нож, или ножницы, обводили ими все углы и потолок комнаты, где спал ребенок, чтобы отогнать духов.
     Если человек сильно ушибался при падении, на этом месте ножом очерчивали круг и перечеркивали его косым крестом (къынгыр къач). Считалось, что человек ушибся по вине злых духов, гнездящихся в земле на этом месте и что косой крест уничтожит их, и что после этого они не смогут причинить вреда. И наоборот, если проклятье произносилось возле железных предметов, оно считалось очень страшным, поскольку, по народному мнению, железо увеличивает силу проклятья.
      Широкое распространение имела в Балкарии и Карачае вера в силу вербальной (словесной) магии - различных заговоров и заклинаний (алгъыш, дууа). Вот, например, один из заговоров - "заговор сна". Мать напевала его ребенку, когда он долго не засыпал, капризничал:

Жукъла, балам, жукъласанг а,


Жукъу ананг, бал ананг тилейди,
Жанарихден уыыо сютюн иеди.
Жукъу ананг: "Жукъла!" - дейди, ийнандан.
Жер неси келмесин санга къур ормандан.

Перевод:


Усни, дитя мое, уснул бы,
Мать сна твоего, нежная (букв.: медовая) мать просит тебя,
Из Жанарида (местность) коровушка молоко свое шлет,
Мать сна твоего: "Усни!"-говорит, просит, поверь,
Жер Иеси (дух-хозяин местности) пусть не явится к тебе из глухого леса.

     Иногда заговоры соединялись с определенными магическими действиями. Таков обряд "завязывания пасти волка" (бёрю аууз байлагъан). Его исполняли, чтобы уберечь скот от нападения волков. Произнося заклинание, на новой тесьме завязывали семь узелков и оставляли на том месте, где производилось магическое действие. Или завязывали ножницы, нож в ножнах, вкладывали кинжал в ножны обратной стороной и т. д. Вот один из заговоров:

Буд къойлагъа кирмесин,
Буд аланы кермесин,
Аузун Тейри къурушдурсун,
Итлерибизге аланы сюрюшдюрсюн.
Кийиз къамичи беригиз,
Тёгерекге айланайым,
Келип, къамичини жерге урайым,
Атайтмазны бери келмезча этейим.

Перевод:


Пусть волк на овец не нападет,
Пусть он их не видит,
Пусть Тейри не даст ему разжать челюсти,
Пусть позволит нашим собакам прогнать их (волков).
Войлочную плеть дайте мне,
Округу обойду,
Вернувшись, плетью ударю оземь,
Сделаю так, чтобы "неназываемый" сюда не приходил.

     С этими словами вбивали в землю железный гвоздь. Интересно, что в заговоре упоминается не современное название волка (бёрю), а древнее - буд. В последней строке вместо слова "волк" говорится "неназываемый" - считали, что если произнести слово "волк", то он может услышать и заговор не подействует. Через определенное время заговор, чары; нужно было снимать, расколдовывать, иначе волк мог умереть от голода, а это считалось великим грехом.


     Магической силой обладала, по народному мнению, и музыка. При исполнении мелодии "овечий наигрыш" (къой согъуу), как рассказывают, разбегающееся стадо собиралось вновь, а когда играли .мелодию "волчий наигрыш" (бёрю согъуу), волки, нападающие на стадо, останавливались как вкопанные.
     Считалось, что некоторые люди от рождения обладают "магическими способностями, например, первенцы - тунгучла. Заклинание действовало не всегда, а только если его произносил человек, обладающий именно такими способностями. У других эти способности имели отрицательный, вредоносный характер - отсюда вера в сглаз (кёз тийген). Люди с недобрым глазом могли навести порчу на животных, на детей и т. д., даже помимо своего желания, (просто взглянув на них.
     Термин "магия" обозначается в карачаево-балкарском языке словами "хыйны" или "халмаш". Иногда их употребляют вместе - хыйны-халмаш.

Табу

     Столь же многочисленными были и магические запреты-табу. В карачаево-балкарском языке термин "табу" обозначается словом "ырыс", имеющим и второе значение - "примета". Английский ученый Дж. Фрэзер определил правило позитивной магии следующим образом: "Поступай так-то, чтобы произошло то-то и то-то". Правило табу гласит обратное: "Не делай того-то, чтобы не произошло то-то и то-то".


     Нельзя было, по народному убеждению, выбрасывать на улицу ночью старую подкову - конь будет спотыкаться, или, того хуже, в доме не останется человека, способного сесть на коня; сидеть на пороге, подпершись рукой о подбородок - это поза горюющего, могут умереть родители; передразнивать увечного - можешь сам стать увечным или у тебя родится увечный ребенок и т. д.
     Многочисленны были запреты, связанные с пищей. Нельзя было давать ребенку почки - кожа покроется бородавками; угощать голодного человека первыми плодами урожая - урожай лишится питательной силы; дарить близким людям кислые плоды - отношения могут испортиться: возвращать соседу занятую у него посуду пустой - человек может обеднеть и т. п.
     Существовали запреты та имена: невестки не называют имен родителей мужа, заменяя их другими словами. Особые запреты были для беременных, и для тех, кто с ними общался: нельзя возле них говорить о болезнях - будущий ребенок мот заболеть: смущать или пугать беременную - ребенок может вырасти пугливым; ей нельзя есть заячье мясо - станет трусливым ребенок, которого она родит и т. п.
     Некоторые запреты распространялись только на представителей тех или иных родов. Гогуевы, например, не ели ушей жертвенных животных, Журтубаевы не прикасались к предметам, найденным в древних могилах и кладах и т. п. Введение этих запретов связано с какими-то случаями. Введением табу человек пытался защитить себя от всяких непредвиденных опасностей, не совершая ничего такого, что однажды привело к беде.

Приметы

     Появление веры в счастливые и несчастливые приметы связано с тем, что в какие-то отдаленные времена люди начали приписывать магическое влияние различным событиям и действиям. Все, что происходило вокруг, казалось предупреждением, предвестием - надо было только правильно расшифровать их. Принцип веры в приметы: "Случилось то-то и то-то, а поэтому дальше должно произойти то-то и то-то". Конечно, в наблюдениях над природой и климатом народ замечал и действительно реальные приметы, которые предвещали перемены погоды, виды на урожай и т. п.


     Но вместе с ними существует множество примет, основанных на случайных или надуманных совпадениях: если курица закричит по-петушиному - быть беде, поэтому ее нужно зарезать и перебросить через крышу дома; встреча в начале дороги с неприятным человеком не сулит ничего хорошего, поэтому надо вернуться и переждать. Если в магии человек действует сам, своими действиями пытаясь направить события в нужном направлении, а человек, верящий в табу - воздерживается от определенных действий, то человек, верящий & приметы, только наблюдает: со стола упал нож - придет гость, ножницы - придет гостья; если брошенная в угол обувь упадет подошвой вверх - владельца обуви в скором времени ждет смерть и т. п.
     Много примет связано с непроизвольными реакциями человеческого организма: прикусил язык во время еды- значит, тебя где-то ругают; зачесался лоб - умрет близкий родственник; чешется нога - к дороге, ладонь - к деньгам, нос - будет гость, губа - быть пиру.
     Некоторые приметы основаны на предпочтении правой стороны: горит правое ухо - тебя где-то хвалят, левое - осуждают, шум в правом ухе - к хорошей вести, в левом – к недоброй.
     Человеческое сознание путалось и блуждало, пытаясь понять связь различных событий, понять, где причина и где следствие. От той эпохи и сохранилась вера в приметы.

Сновидения

     Широко была распространена среди балкарцев и карачаевцев вера в то, что будущее можно увидеть во сне. Надо заметить, что уже давно ученые заметили сходство между приметами и сновидениями. Например, А. Н. Афанасьев, русский этнограф и фольклорист 19-го века, писал о сновидении: "...это та же примета, только усмотренная не наяву, а во сне".


     Поскольку даже сейчас наука не знает, что такое сновидения, это таинственное явление должно было являться в древности источником самых различных догадок и представлений. Балкарцы и карачаевцы различали 5 видов сновидений:
     1. Беспорядочные, несвязные, представляющие собой нагромождение образов - "къатыш тюшле" (смешанные сны).
     2. Сны, в которых отражается не будущее, а прошлое, отражающие то, что уже прошло - "ётюрюк тюшле" (лживые сны).
     3. Символические сны, где через являющиеся образы, через их истолкование пытаются предугадать будущее - "жораланныкъ тюшле" (сны, подлежащие толкованию).
     4. Сны, в которых спящий слышит о грядущих событиях, слышит голоса людей, участвующих в них, но не видит их.
     5. Пятую разновидность, как и четвертую, называют одинаково - "керти тюшле" (правдивые, вещие сны) - человек и видит, и слышит то, что должно произойти.
Нас здесь интересуют символические сны. Они основаны на прямых и понятных сопоставлениях: приснилось, что рухнуло дерево, растущее возле дома - значит, скоро умрет хозяин или хозяйка; летать во сне означает большую удачу, радость, приятную весть, разрешение мучительного вопроса и т. д.; без болезненно выдавший зуб - к смерти дальнего родственника, с болью - к смерти близкого. Увидеть во сне что-либо красное - помидоры, сырое мясо, яблоки - к болезни, мельницу или ее жернова - к тяготам и мучениям и т. д.
     Некоторые сны, в которых снились животные и насекомые, также истолковывались вполне понятным образом: видеть себя едущим на осле - к неприятности, к осуждению или даже к позору, а едущим на коне, особенно если конь белый - к возвеличению, славе, силе (ездить на осле приличествовало только старикам и детям). Видеть себя облепленным муравьями - к тяжкой болезни, очистить себя от них - к выздоровлению.
     Однако понять основу некоторых толкований не так легко: например, выпадение волос во сне - к ложному обвинению, пересчитывать медяки - к ссоре, драке, видеть золото - к ущербу, затратам.
     Большую роль в толкованиях играл цвет виденного во сне: черный (земля, грязь, могила, тьма, траур), красный (кровь, рана) -предвещали зло. Белый (чистота, власть, здоровье, почет), зеленый (растительность, урожай, тепло, весна) и синий (небо, простор, свобода, высота) - предвещали добро, благо.
     Балкарцы и карачаевцы считали и считают, что вещие сны могут видеть только некоторые, особо одаренные люди и что эта способность передается в роду от предков их потомкам. Человек, желающий получить прорицание о будущем, шел к такому человеку с просьбой. Тот, искупавшись, ложился спать с мыслью об этой просьбе и наутро давал толкование виденного. О хорошем сне не рассказывали, и наоборот, недобрый сон нужно было рассказать, чтобы он не сбылся.
     Считалось, что сны насылает на людей богиня - Мать Снов Чомпараш (Тюш Анасы Чомпараш). Имя богини происходит от слова "жум" (жмуриться, смыкать веки) и означает "смыкательница век" (Жумпараш).

Гадание

     Балкарцам и карачаевцам было известно множество гадательных обрядов, являющихся разновидностью магии, к которым они прибегали с целью узнать будущее. Некоторые из этих обрядов применялись в любых обстоятельствах, другие - только в определенных и с определенными целями - например, родители, желая узнать, "кем станет их ребенок, ставили на стол мясные пироги, а вокруг них нож, топорик, молоток, книгу (если это мальчик), а если ребенок был девочкой - куклу, зеркальце, ножницы, книгу. По другому обряду, перед мальчиком ставили столик, на столике лежали другие предметы: если он протягивал руку к плети - он станет табунщиком, к камешку - станет каменщиком, возьмет нож - чабаном, бумагу - муллой.


     Девушки гадали, кто станет их суженым. Целый день проведя в молчании, вечером, при луне, они шли к реке, имея при себе по одной новой чашке. Сорвав с ивы по два листочка и набрав в чашки воды, они бросали их в воду. Если листочки падали рядом - значит, девушка скоро выйдет замуж.
     А чтобы узнать за кого они выйдут замуж, ночью на холме делали из мелких веточек шалашик, в него ставили новую чашку с водой из семи родников и опускали в нее новую иглу и новое золотое кольцо. Перед чашкой ставили зеркало так, чтобы свет луны отражался от него в воде. Потом девушки по очереди глядели в чашку с водой, веря, что в ней отразится лицо суженого.
     Таких способов гаданий было много. Но были и такие, которые считались пригодными для любых обстоятельств. Балкарцы и карачаевцы почитали кустарниковое дерево, называемое "сипи", произрастающее по берегам рек. Его не срезали для хозяйственных нужд, не подпускали к кустам и скот. Ровные, прямые ветви этого растения использовались только для гадания. Гадатель, держа в руках девять прутьев, предлагал желающему получить прорицание, не глядя, вытянуть один из них, а потом давал ответ.
     По другому способу, кусок новой шерстяной нити складывали несколько раз, образуя кольца, затем продевали в них один конец нити, а потом резко дергали за оба конца. Ответ давали в зависимости от того, образовались ли узелки и сколько их (значит есть препятствия для дела), нет ни одного узелка - значит, будет удача, или нить разорвалась - задуманное не сбудется.
     Оба этик обряда имеют весьма древнее происхождение и перешли к балкарцам и карачаевцам от их предков - причерноморских скифов, у которых, по описанию Геродота, существовали почти такие же приемы гадания.
Еще более широкое распространение имеют и имели два других способа - таш салыу ("сев камешков"), при котором для гадания использовались 41 камешек (можно было заменять их бобами, овечьими катышками и др.). Раскладывая по девяти гнездам эти камешки, выносили прорицания. Этот способ использовался только женщинами.
     Мужчины гадали по лопаточной кости жертвенного животного, очистив ее от мяса и немного подержав над огнем. Вся лопатка делилась на девять секторов, имеющих свои наименования (тыш къралла, эл, бизни кърал, арбаз, тыпыр, жууукъ-тенг, баш, падчах - внешние страны, селение, своя страна, двор, очаг, родственники и друзья, сам - имелся в виду гадающий, - царь). В зависимости от того, в каком секторе есть трещины и пятна, выносили прорицание.

Почитание животных

     Речь идет о тотемизме, вернее, его отголосках. Тотемизм - одна из ранних форм религии, суть которой заключается в вере в родство между человеческими группами и видами животных, птиц и даже растений. Эти животные и птицы были для родов, носивших их название, священными и почитались всеми членами рода.


     У балкарцев и карачаевцев сохранились отчетливые следы такого отношения к некоторым животным и птицам. Например, нельзя было убивать змею, живущую во дворе дома - она считалась охранительницей дома, и умирая, могла страшно проклясть весь род. Перед ее норкой каждый день ставили чашку с молоком.
     Широкое распространение среди балкарцев и карачаевцев имела вера в магическую силу "змеиной бусины" (жилян минчакъ). Считали, что бусина находится в зеве змеи. Отнимать ее нельзя - надо бросить перед ней красную тряпочку или шнурок, и тогда змея сама выплевывает бусину и уползает. Верили, что человек, взяв в рот эту бусину, может понимать язык зверей и разговаривать с ними, что эта бусина может исцелять все болезни. Есть сказка, в которой ребенка забыли на поле, а когда, спохватившись, прибежали за ним, оказалось, что ребенок спит в своей чудно изукрашенной люльке, а змея, покачивая ее, поет колыбельную.
     Почитаемым животным был и олень; оленье молоко, по народным представлениям, является волшебным лекарством, исцеляющим самые страшные хвори. В древней песне "Бийнёгер" говорится, что брата героя, заболевшего неисцелимой болезнью, может спасти только оленье молоко, на поиски которого он отправляется в горы.
     Но, вероятно, самым почитаемым животным для наших предков был волк. Следов такого отношения к нему в карачаево-балкарском фольклоре и обрядах очень много. Мы перечислим коротко некоторые из них.
     Человеку, подозреваемому в воровстве, давали подержать зажженную волчью жилу, веря, что если человек виновен, но скрывает вину, его схватят корчи или он распухнет. Больного ребенка лечили протаскиванием под черепом или шкурой волка, подвешивали к его люльке кусочек шкуры и косточку волка, заплетали из волчьей шерсти косички и подвязывали к перекладине колыбели и т.д. По народным воззрениям, волк является злейшим врагом всяких злых духов, враждебных человеку. Рассказывают и сейчас, что волк имеет способность видеть чертей, что волки ловят и поедают их детей, что в доме где на стене висит волчья шкура, черти не появляются; повстречать в пути волка считалось хорошей приметой и т.п.
     Вплоть до середины 20-го века почти в каждом балкарском доме можно было найти кусочек шкуры или пучок шерсти чернобурой лисы. Балкарцы и карачаевцы считали, что там, где живет чернобурка, не бывает голода, всегда есть изобилие, поэтому убивать чернобурку считали грехом, но если уж такое случалось, брали себе по пучку ее шерсти, веря что это предохранит дом от всяких бед.
     Ни в коем случае не допускали балкарцы и карачаевцы убийства лягушки. Говорили: "Убить лягушку и убить хаджи - одинаково тяжкие преступления".
     По сей день строго выполняется запрет не только убивать, но и ловить ласку (агьаз). Считается, что ласка может жестоко отомстить обидчику, отравив своими экскрементами воду или молоко в доме, что человека, убившего ласку, всю жизнь будут преследовать несчастья. В честь почитаемого животного исполняли даже особый “Танец ласок” (“Агъаз тепсеу”), обычно это делали девушки.
     Запрещалось также убивать или тревожить ежей. И наоборот, если перечисленные животные пользовались у наших предков почитанием, то рысь вызывала у них cтpax, поскольку они верили, что грозное божество смерти, забирающее у них души (Жан Алыучу), имеет облик рыси (сюлесин). Считалось, что человек, который убил рысь, должен всю жизнь носить с собой ее коготь, потому что будет сильно мучаться перед смертью, и, для того, чтобы прекратить его мучения, надо показать ему этот коготь. Поэтому существует выражениё “Сюлесин сойгьан сюелмез” - Кого задрала рысь, тот не поправится.
     Из домашних животных наибольшим почитанием пользовался у балкарцев и карачаевцев, как и у их предков, конь. Коневодство было их традиционным занятием (например, перед отменой крепостного права .на душу населения в Балкарии приходилось больше лошадей, чем в любом другом районе Северного Кавказа). В нартском эпосе нашего народа коню отведено немало страниц. Конина служила, одним из видов традиционной пищи.
     Предки балкарцев и карачаевцев хоронили, вместе с умершими или погибшими их верных коней. Даже злые оборотни - обуры, которые могли принимать облик разных животных и зверей, чтобы вредить людям, не могли, по народному мнению, причинить вред коням. Старики говорили, что способностью видеть нечистую силу - бесов, джиннов - обладают только волки и кони. Бить коня по голове строжайше воспрещалось, говорили: "Атны башы - кюндю" - Голова коня - солнце. Для того, чтобы прекратить засуху, опускали вводу подвешенный на веревочке конский череп, считая, что вскоре после этого пойдет дождь. Видимо, череп символизировал солнце, а река - дождевые облака. До наших дней сохранился обычай вывешивать на кольях плетня конские черепа, чтобы предохранить урожай от "дурного глаза". Любимая масть коней для героев карачаево-балкарского фольклора - гнедые (тор).
     Другим домашним животным, почитаемым в народе, был баран. На его шею, в отличие, от коров или коз, никаких талисманов не вещали, считая, что баран сам является живым талисманом: новорожденному ребенку мазали лицо кровью жертвенной овцы, чтобы ему передалась магическая сила, заключенная в ней; при строительстве дома под ним закапывались бараньи рога, чтобы оберечь его от несчастий. Бараньи и турьи рота прибивали над входом в жилище. Свинья олицетворяла в представлениях древних балкарцев и карачаевцев сытость и довольство. Поэтому под притолокой держали 4 или 8 свиных ножек, и, когда приезжал гость, их клали на край стола, веря, что благодаря этому приему стол всегда будет полон еды. Перед первой пахотой бросали в огонь кусочек свиной кожи, веря, что запах торящей кожи приятен богатырям-нартам, находящимся в ином мире, и что они попросят у верховного бога Тейри ниспослать богатый урожай, а бог-покровитель животных - Апсаты избавит посевы от потравы их дикими свиньями.
     Еще одним широко бытовавшим культом был культ собаки. Чтобы ребенок рос здоровым, его пеленали на том месте, где любила лежать собака. Ребенка, у которого появились язвы на голове, пеленали на месте, где закопана дохлая собака, проводя по голове старым гребешком - видимо, для того, чтобы магическая сила собаки впиталась в язвы и исцелила их. Чтобы остановить дождь или ветер, пекли пирог с начинкой из сыра и клали на том месте, где был закопан дохлый щенок. Верили также, что душа мертвого человека вселяется в собаку, поэтому собаку, которая начинала выть возле дома, обязательно прогоняли, считая, что она предвещает смерть одного из живущих в доме.
  1   2   3   4   5


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница