Доклады Центра эмпирических политических исследований



страница1/6
Дата15.11.2016
Размер1.67 Mb.
  1   2   3   4   5   6


Санкт-Петербургский государственный университет


ПОЛИТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ

Доклады
Центра эмпирических политических
исследований


Под редакцией Г.П. Артёмова

Издательство С.- Петербургского университета

2000

ББК 66.0


П 50

П 50


Политический анализ: Доклады Центра эмпирических политических исследований СПбГУ/ Под ред. Г.П. Артёмова. – СПб.: Издательство С.- Петербургского университета, 2000. – 130 с.

ISBN 5 - 288 - 02762 – 5

Сборник составлен на основе докладов, сделанных авторами на заседаниях проблемного семинара Центра эмпирических политических исследований философского факультета Санкт-Петербургского государственного университета. В нем рассматриваются результаты теоретического и эмпирического анализа различных аспектов политической жизни современного общества.

Без объявл.

ББК 66.0


© Издательство

С.- Петербургского

ISBN 5 - 288 – 02762 - 5 университета, 2000

ПРЕДИСЛОВИЕ

Центр эмпирических политических исследований (ЦЭПИ) образован на философском факультете Санкт-Петербургского государственного университета в 1996 г. Он занимается изучением поведенческих и институциональных аспектов политической жизни современного общества. На проблемных семинарах ЦЭПИ регулярно обсуждаются доклады специалистов, работающих в различных областях прикладной политологии. Первый выпуск сборника этих докладов состоит из трех разделов: «Политическое сознание и поведение», «Политические институты и процессы» и «Методология и методы политического анализа».

Современный политический анализ предполагает сочетание эмпирических и теоретических, количественных и качественных способов изучения проблем, возникающих в сфере распределения и осуществления власти. Накопление и осмысление данных, измерение параметров и понимание смысла политической жизни образуют взаимосвязанные стороны ее научного исследования. Джарол Мангейм и Ричард Рич отмечают, что «такое исследование лучше считать не множеством наблюдений и теорий, а процессом сбора и интерпретации информации» (Мангейм, Рич, 24). Безусловно, процедурные моменты являются важной составляющей современного политического анализа, однако не менее существенны и нормативные моменты, связанные с оценкой значения полученных результатов для политической науки и практики. Ведь «исследование только тогда имеет ценность, когда оно выполнено верно технически и одновременно посвящено важной проблеме» (там же, 508).

В российской политологии в силу ее переходного состояния зачастую наблюдается некоторая незавершенность и обособленность эмпирических и теоретических исследований. Президент Российской ассоциации политической науки М.В. Ильин отмечает торопливость в работе российских политологов, которая проявляется в том, что «одни спешат собрать данные и описать весьма смутно вычленяемый предмет без определения теоретико-методологической рамки для сбора эмпирических данных, без уяснения, что, как и для чего описывается. Другие сразу и безоговорочно на основании отрывочных данных и собственных ощущений торопятся начертить жесткие схемы, предложить универсальные модели и концепции» (Ильин, 141).

Осознавая свою сопричастность современной отечественной политологии с ее достижениями и недостатками, авторы предлагаемого сборника предприняли попытку согласованной разработки теоретических и эмпирических, методологических и процедурных, содержательных и статистических, качественных и количественных аспектов политического анализа ряда актуальных проблем политической жизни. Разумеется, мы не склонны переоценивать свой вклад в решение задач, которые стоят перед российской политической наукой, и рассматриваем представленные аналитические материалы как часть большой совместной работы, которая ведется всем сообществом политологов России.

Мы выражаем признательность преподавателям, аспирантам и студентам отделения политологии философского факультета Санкт-Петербургского государственного университета, которые участвовали в обсуждении докладов и способствовали их доработке.
Литература
Мангейм Дж.Б., Рич Р.К. Политология. Методы исследования. М., 1997.

Ильин М.В. Десять лет академической политологии – новые масштабы научного знания // Политические исследования. 1999. № 6.


ПОЛИТИЧЕСКОЕ СОЗНАНИЕ И ПОВЕДЕНИЕ

Г.П. Артемов
МОТИВАЦИЯ ЭЛЕКТОРАЛЬНОГО ВЫБОРА
Мотивация представляет собой комплекс разнородных и, вместе с тем, связанных между собой внутренних побуждений (мотивов) к активным действиям в определенном направлении, свойственных отдельному человеку или группе людей. В рамках этого комплекса существуют доминирующие (центральные) и подчиненные (периферийные) побуждения. В структуре мотивации электорального выбора можно выделить эмоциональные, рациональные и оценочные элементы. К эмоциональным относятся те элементы мотивации, которые основаны на ощущениях (переживании симпатии/антипатии, надежды/сомнения, восхищения/разочарования и др.), возникающих у избирателей в результате наблюдения за поведением кандидатов и общения с ними. Рациональными можно считать те элементы мотивации, которые основаны на ожидании определенного поведения кандидата, обусловленном знанием программы и стратегии его предполагаемых действий. Ценностными элементами мотивации электорального выбора можно назвать те, которые основаны на мнении избирателя о значимых качествах кандидата. В реальном электоральном поведении эти элементы мотивации сочетаются в разных пропорциях. В предвыборных опросах населения важно установить, какие мотивы преобладают у сторонников различных политических лидеров. Не менее важно и выявление факторов, обусловливающих это преобладание.

Анализ данной проблемы в предлагаемом докладе опирается на три гипотезы, которые условно можно назвать: 1) «структурной», 2) «социальной» и 3) «культурной». Согласно первой гипотезе, у сторонников различных политиков возможно наличие особой структуры эмоциональных, рациональных и оценочных мотивов голосования. Согласно второй гипотезе, эта структура мотивов может зависеть от социально-демографических характеристик избирателей (пол, возраст, образование, социальное положение, доход). Согласно третьей гипотезе, эта структура может зависеть от политической культуры избирателей.

Эмпирическую основу анализа составляют материалы массового опроса избирателей Санкт-Петербурга, проведенного Центром эмпирических политических исследований (ЦЭПИ) философского факультета Санкт-Петербургского государственного университета накануне первого тура президентских выборов 1996 г. Метод сбора данных – телефонное интервью. Сбор данных осуществлялся на базе случайной систематической выборки (1146 человек). Основные выводы получены с помощью анализа одномерных распределений и таблиц сопряженности признаков с использованием процедуры вычисления стандартизованных остатков (величин, которые указывают на степень отклонения наблюдаемых частот от ожидаемых), а также критерия хи-квадрат, который представляет собой сумму квадратов стандартизованных остатков (Сатаров, 145). Принимались во внимание абсолютные значения остатков, превышающие 1,65. Это служит индикатором существования значимой статистической зависимости между изучаемыми признаками. Знак «плюс» в стандартизованных остатках свидетельствует о том, что реальное количество наблюдений больше ожидаемого, знак «минус» – соответственно свидетельствует о том, что оно меньше ожидаемого. Следует учитывать, что величина стандартизованных остатков указывает лишь на вероятность наличия зависимости между изучаемыми переменными, но не на направление и интенсивность этой зависимости. В качестве подтверждающих методов использовались кластерный анализ и многомерное шкалирование.

Для изучения структуры мотивации электорального выбора в процессе проведения телефонного интервью использовались открытые вопросы: №1 «За кого Вы, скорее всего, проголосуете на выборах Президента России, которые состоятся 16 июня?» и №2 «Почему Вы намерены голосовать за этого человека?» Ответы кодировались в соответствии со списком кандидатов и выявленными в ходе пилотажного исследования стереотипными причинами голосования (в форме суждений). Сначала определялся удельный вес каждой причины по всему списку кандидатов, а затем строились таблицы сопряженности ответов на первый и второй вопрос.

Признаком эмоциональной мотивации голосования за кандидата в Президенты считались суждения (при ответе на вопрос №2): 1.1. «Он мне нравится» и 1.2. «Не хочу перемен», признаком рациональной мотивации считались суждения: 2.1. «Меня устраивает его программа» и 2.2. «Он знает, как решить проблемы страны», признаком оценочной мотивации считались суждения: 3.1. «Я ему доверяю» и 3.2. «Ему нет достойной замены».

В процессе обработки данных этого телефонного интервью получены следующие результаты, характеризующие соотношение эмоциональных, рациональных и оценочных элементов мотивации голосования избирателей за кандидатов в Президенты Российской Федерации на выборах 1996 г. Это соотношение наглядно демонстрирует диаграмма (рис. 1), на которой указаны номера суждений и процент респондентов, ответивших на данный вопрос. Сумма значений составила меньше 100% из-за того, что 8% респондентов назвали другие причины, а 6% респондентов затруднились ответить на данный вопрос.



Рисунок 1

На этой диаграмме видно, что суммарный удельный вес эмоциональных элементов электорального выбора (суждения 1.1. и 1.2.) превышал суммарный удельный вес рациональных (суждения 2.1. и 2.2.) и оценочных (суждения 3.1. и 3.2.) элементов. Такое превышение связано с характером президентской избирательной кампании 1996 г., который наиболее лаконично выражался в призыве: «Голосуй сердцем!». Многие в то время не хотели никаких перемен. Поскольку же коммунисты во главе с Зюгановым предлагали пересмотреть политический курс страны, то значительная часть избирателей опасалась победы Зюганова на выборах, реставрации прежнего политического режима, ограничения гражданских прав и свобод, пересмотра результатов приватизации и т.д. Это и обусловило преобладание эмоциональных факторов их голосования на выборах.

Для проверки первой (структурной) гипотезы исследования проанализируем распределение эмоциональных, рациональных и оценочных элементов мотивации голосования на выборах у сторонников отдельных кандидатов в Президенты Российской Федерации. Общее представление об этом дает распределение значений стандартизованных остатков в таблице сопряженности признаков первого («За кого Вы, скорее всего, проголосуете на выборах Президента России, которые состоятся 16 июня?») и второго («Почему Вы намерены голосовать за этого человека?») вопросов (табл. 1).
Таблица 1. Значения стандартизованных остатков, характеризующие мотивы голосования за кандидатов в Президенты России (в скобках указаны наблюдаемые частоты)


За кого Вы

проголосуете?


Почему Вы намерены голосовать за этого человека?


1.1

1.2

2.1

2.2

3.1

3.2

Ельцин

-3,3 (43)

8,0 (174)


-4,7 (22)


-2,9 (42)


-3,9 (26)


4,7 (106)



Зюганов

-0,2 (13)

-4,3 (0)

0,9 (14)

3,7 (26)

4,3 (29)

-2,2 (5)


Явлинский


3,4 (41)

-5,6 (1)

5,5 (44)

1,6 (30)

0,4 (26)

-3,4 (7)

Причины, по которым стандартизованные остатки имеют положительный знак, можно считать доминирующими (занимающими центральное место) в структуре мотивации сторонников определенного политика. Это значит, что назвавшие их избиратели более склонны руководствоваться данными соображениями в процессе голосования и что их доля среди сторонников конкретного кандидата в Президенты превышает долю тех, кто руководствуется иными соображениями. Причины, по которым стандартизованные остатки имеют отрицательный знак (даже если их значение превышает 1,65), можно рассматривать в качестве подчиненных (находящихся на периферии мотивации электорального выбора). Так, из 423 избирателей, ответивших в 1996 г., что они «скорее всего» проголосуют за Ельцина, 174 человека выбрали альтернативу «Не хочу перемен» (стандартизованный остаток равен 8,0) и 106 человек – альтернативу «Ему нет достойной замены» (стандартизованный остаток равен 4,7). Это составляет 66,3% всех респондентов, назвавших те или иные причины своего намерения голосовать за Ельцина. Конечно, среди сторонников Ельцина были люди, руководствовавшиеся такими мотивами, как: «Он мне нравится» (43 человека), «Он знает, как решить проблемы страны» (42 человека), «Я ему доверяю» (36 человек) и «Меня устраивает его программа» (22 человека), но их доля составляла 33,7% всех респондентов, отдававших предпочтение Ельцину. Поэтому можно утверждать, что данные причины занимали подчиненное положение в структуре мотивации голосования за этого политика. Значения стандартизованных остатков по всем этим мотивам (см. табл. 1) существенно превышают 1,65, однако знак «минус» свидетельствует о том, что потенциальные сторонники Ельцина в меньшей степени были склонны руководствоваться данными мотивами в сравнении с теми мотивами, по которым стандартизованные остатки имели знак «плюс». Почти такое же положение наблюдалось среди тех респондентов, которые ответили, что намерены голосовать за Зюганова и Явлинского (за исключением мотивов, по которым стандартизованные остатки были меньше 1,65).

С учетом этого замечания можно утверждать, что у избирателей, собиравшихся в 1996 г. голосовать за Ельцина, преобладали эмоционально-оценочные элементы мотивации голосования, выраженные суждениями : «Не хочу перемен» и «Ему нет достойной замены». На них указали 2/3 потенциальных сторонников Ельцина. Среди потенциальных сторонников Зюганова и Явлинского только 5,7 и 5,3%, соответственно, руководствовались этими мотивами. Рациональные элементы играли при голосовании за Ельцина менее важную роль (их отметили лишь 15,6% его сторонников). За Ельцина голосовали главным образом потому, что не хотели возврата к прежнему порядку и не видели среди всех кандидатов равнозначного ему политика. Следует иметь в виду, что среди отмеченных сторонниками Ельцина мотивов с отрицательными значениями стандартизованных остатков эмоционально-оценочные: «Он мне нравится» и «Я ему доверяю», преобладали над рациональными: «Он знает, как решить проблемы страны» и «Меня устраивает его программа» (79 человек и 64 человека соответственно). Общее количество сторонников Ельцина, выбравших суждения эмоционально-оценочного характера (359 человек), намного превышает количество тех, кто выбрал суждения рационального характера (64 человека).

Для сторонников Зюганова (87 человек) наиболее важными были рационально-оценочные элементы мотивации голосования: «Я ему доверяю» и «Он знает, как решить проблемы страны» (стандартизованные остатки равны 4,3 и 3,7, соответственно). Эти причины отметили 62,1% респондентов, собиравшихся в 1996 г. голосовать за данного кандидата. Руководствоваться эмоциональными мотивами были склонны всего 13 (14,9%) сторонников Зюганова. Кроме того, по мотиву «Он мне нравится» значение стандартизованного остатка составило у них –0,2. Высокие отрицательные значения стандартизованных остатков по мотивам: «Не хочу перемен» (–4,3) и «Ему нет достойной замены» (–2,2) свидетельствуют о том, что сторонники Зюганова придерживались противоположного мнения: они хотели изменения политического курса страны и видели в лице своего кандидата достойную замену Ельцину. В целом доля избирателей, указавших на рационально-оценочные причины, составила среди сторонников Зюганова 83,7%.

У избирателей, собиравшихся в 1996 г. голосовать за Явлинского, преобладали рационально-эмоциональные элементы мотивации: «Меня устраивает его программа» и «Он мне нравится» (стандартизованные остатки равны соответственно 5,5 и 3,4). По суждению: «Он знает, как решить проблемы страны» величина стандартизованного остатка составила 1,6. Личное доверие в данном случае не имело существенного значения (стандартизованный остаток равен 0,5). По суждениям: «Не хочу перемен» и «Ему нет достойной замены» у сторонников этого кандидата наблюдалось почти такое же положение, как и у сторонников Зюганова (стандартизованные остатки равны соответственно –5,6 и –3,4). Общая доля респондентов, руководствующихся рационально-эмоциональными причинами, среди тех, кто собирался голосовать за Явлинского, составила 82,5%. Наблюдаемое значение критерия хи-квадрат по данной таблице сопряженности намного больше критического его значения для соответствующей степени свободы и уровня значимости. Это свидетельствует о наличии статистически значимой связи между голосованием за перечисленных кандидатов в Президенты России и соотношением эмоциональных, рациональных и оценочных элементов мотивации электорального выбора.

Кластерный анализ основных альтернатив первого и второго вопросов, осуществленный по методу Уорда (Ward’s method), дает аналогичную структуру распределения различных типов мотивации голосования в 1996 г. между отдельными кандидатами в Президенты России. В этот анализ дополнительно были включены альтернативы ответов на вопрос о мотивах голосования за списки политический партий на парламентских выборах 1995 г.: 4.1. «Они заставят правительство думать о народе», 4.2. «Они смогут решить проблемы страны», 4.3. «Устраивает программа партии». Анализ выполнен с помощью пакета «Statistica» (рис. 2).






Рисунок 2.
Воспроизводство сходной структуры эмоциональных, рациональных и оценочных элементов электорального выбора с помощью двух разных методов анализа данных не может быть случайным. Оно свидетельствует о существовании особых структур мотивации голосования у сторонников отдельных политиков. Таким образом, анализ данных подтверждает первую (структурную) гипотезу о мотивации электорального выбора.

Иначе обстоит дело со второй (социальной) гипотезой. В таблице сопряженности альтернатив ответа на вопрос о половой принадлежности респондентов с альтернативами ответа на вопрос о причинах голосования за отдельных кандидатов в президенты России все значения стандартизованных остатков меньше 1,65, а наблюдаемое значение критерия хи-квадрат меньше табличного. Это свидетельствует о том, что опрошенные мужчины и женщины в равной степени были склонны руководствоваться всеми перечисленными мотивами. Следует учитывать то, что отсутствие линейной зависимости между изучаемыми признаками не означает отсутствия более сложной формы зависимости.

В таблице сопряженности альтернатив вопроса о возрасте и вопроса о причинах голосования почти у всех возрастных групп и почти по всем мотивам значения стандартизованных остатков меньше 1,65. Исключение составляют возрастные группы: от 18 до 20 лет по мотиву «Я ему доверяю» (стандартизованный остаток равен 2,0), от 55 до 65 лет по мотиву: «Меня устраивает его программа» (стандартизованный остаток равен 2,6) и 65 лет и старше по мотиву: «Он знает, как решить проблемы страны» (стандартизованный остаток равен 2,0). Наблюдаемое значение критерия хи-квадрат в данном случае также меньше критического. На этой основе можно сделать вывод о том, что при голосовании представители младшей возрастной группы в большей степени были склонны руководствоваться оценочными критериями, а представители старших групп в большей степени были склонны руководствоваться рациональными критериями. У респондентов в возрасте от 21 года до 54 лет не наблюдается такого преобладания одних элементов мотивации над другими, т.е. все элементы мотивации голосования представлены в приблизительно равной степени (как и в выборке в целом).

В таблице сопряженности альтернатив вопроса о причинах голосования за кандидатов и вопроса об образовании все значения стандартизованных остатков намного ниже 1,65, а наблюдаемое значение критерия хи-квадрат меньше критического. На основе этих данных можно утверждать, что между выбором перечисленных мотивов голосования за кандидатов и уровнем образования респондентов не наблюдается статистически значимой линейной зависимости (хотя, как было отмечено выше, не исключена другая форма зависимости).

То же самое можно сказать о зависимости между мотивами голосования и социальным положением (исключение составляют служащие со средним образованием, у которых по мотиву: «Он мне нравится» стандартизованный остаток равен 1,7). По доходу наблюдается та же картина за исключением лиц с доходами от 750 тысяч рублей до 1 миллиона рублей (неденоминированных), у которых по мотиву: «Я ему доверяю» величина стандартизованного остатка составляет 1,8. В обоих случаях наблюдаемое значение критерия хи-квадрат меньше критического. Все это позволяет констатировать, что мы почти не наблюдаем линейной зависимости между соотношением вышеперечисленных признаков эмоциональных, рациональных и оценочных элементов мотивации электорального выбора, с одной стороны, и социальным положением, а также доходом опрошенных нами петербургских избирателей, с другой стороны.

На основе вышеприведенных данных можно сделать вывод о том, что структура мотивации электорального выбора практически не связана линейной зависимостью с перечисленными социально-демографическими характеристиками избирателей. Это значит, что сходные сочетания мотивов голосования за перечисленных кандидатов в Президенты существовали у мужчин и женщин; у лиц разного возраста; у людей с неполным средним, средним и высшим образованием; у рабочих, служащих и неработающих; у бедных, малообеспеченных, зажиточных и богатых. Среди всех этих групп избирателей можно было обнаружить сторонников всех перечисленных кандидатов и соответствующие им типы мотивации электорального выбора.

Согласно третьей гипотезе, структура мотивации электорального выбора связана с политической культурой избирателей, которая включает в себя систему их установок в сфере политики (Almond, Verba, 26–27). Установку можно рассматривать как предрасположенность человека к определенной реакции на различные объекты, усвоенную им в готовом виде из общественного сознания в процессе социализации и коммуникации (Дилигенский, 159). Среди политических установок можно выделить приверженность определенному курсу, партии и лидеру, а также доверие кандидатам на выборные должности. Эти установки лежат в основе мотивации электорального поведения.

Для проверки этой гипотезы использовались следующие вопросы из вышеупомянутого телефонного интервью: № 1. «Группа известных общественных деятелей России обратилась к избирателям с призывом голосовать на предстоящих президентских выборах за Явлинского, а не за Ельцина. Как Вы относитесь к этому призыву?: 1) полностью одобряете, 2) скорее, одобряете, 3) скорее, не одобряете, 4) категорически не одобряете»; № 2. «Назовите фамилию кандидата в Президенты России, взгляды которого Вам наиболее близки?»; № 3. «В какой степени Вы доверяете следующим кандидатам на пост Президента России?: 1) полностью доверяете, 2) скорее, доверяете, 3) скорее, не доверяете, 4) совсем не доверяете». № 4. «За представителей какой партии (движения) Вы голосовали на выборах депутатов Государственной думы России 17 декабря 1995 г.?». Первый вопрос выражал лояльность/оппозиционность политическому курсу, второй вопрос – персональную политическую идентичность, третий вопрос – доверие политикам, четвертый вопрос партийные предпочтения избирателей.

При построении таблиц сопряженности ответов на первый из перечисленных вопросов с ответами на вопрос о мотивах электорального выбора в зависимости от отношения к призыву голосовать за Явлинского, а не за Ельцина по альтернативам: «Полностью одобряю» и «Категорически не одобряю» практически по всем мотивам значения стандартизованных остатков превышали 1,65, а наблюдаемое значение критерия хи-квадрат оказалось существенно выше критического (рис. 3).
3.1. «Полностью одобряющие» призыв


3.2. «Категорически не одобряющие» призыв



Рисунок 3
Анализ этих данных позволяет сделать вывод о существовании зависимости между характером отношения к призыву голосовать за Явлинского, а не за Ельцина и структурой мотивации голосования за кандидатов на этот пост. Обращает на себя внимание почти зеркальный характер распределения значений стандартизованных остатков на первой и второй гистограмме. Вместе с тем, следует учитывать дополнительный мотив голосования за Явлинского «Он знает, как решить проблемы страны» (стандартизованный остаток равен 4,0). На предыдущем этапе анализа была зафиксирована значимость этого мотива для сторонников Зюганова, а для сторонников Явлинского больший интерес представляла его программа. Это позволяет сделать вывод о том, что сторонники Явлинского в его программе обратили внимание прежде всего на изложение стратегии решения проблем, стоящих перед страной. Однако данное уточнение не меняет характер эмоционально-рациональный мотивации электорального выбора, свойственный тем избирателям, которые были намерены голосовать за Явлинского.

Аналогично при построении таблиц сопряженности между позициями вопроса о мотивах голосования за кандидатов в президенты России и вопроса о кандидате с наиболее близкими (идентичными) респонденту политическими взглядами почти по всем альтернативам ответа на вопрос о мотивах голосования значения стандартизованных остатков выше 1,65, а наблюдаемое значение хи-квадрат намного превышает критическое (рис. 4).



Рисунок 4
Как и в предыдущем случае, мы получаем здесь статистическое подтверждение наличия зависимости между персональной политической идентификацией избирателей и структурой мотивации их голосования за кандидатов в президенты России. Важно отметить асимметричный характер структуры мотивации у сторонников Ельцина, с одной стороны, и у сторонников Зюганова и Явлинского, с другой стороны. На этой гистограмме воспроизводится отмеченный выше тип мотивации голосования за перечисленных кандидатов: эмоционально-оценочный у сторонников Ельцина, рационально-оценочный у сторонников Зюганова и эмоционально-рациональный у сторонников Явлинского (см. табл. 1). Правда, в данном случае значения стандартизованных остатков не у всех кандидатов совпадают со значениями, зафиксированными в табл. 1. Так, у Ельцина стандартизованный остаток по мотиву «Не хочу перемен» на рис. 4 равен 4,8, а в табл. 1 – 8,0. У Явлинского по мотиву «Устраивает его программа» также различаются значения стандартизованных остатков (3,2 и 5,5 соответственно). Это обстоятельство можно объяснить намерением части избирателей, идентифицирующих свои взгляды со взглядами Явлинского, голосовать за Ельцина. Один из сторонников Явлинского объяснил это противоречие следующей фразой: «Я хотел бы проголосовать за Явлинского, но боюсь Зюганова и поэтому буду голосовать за Ельцина». Переход части сторонников Явлинского в ряды сторонников Ельцина способствует снижению значения мотива «Не хочу перемен» при изучении его зависимости от персональной политической идентификации избирателей. В остальных случаях значения остатков практически совпадают по всем мотивам и у всех кандидатов.

Подобная картина наблюдается и по третьей установке (доверие кандидату), альтернатива «полностью доверяю» которой дает следующее распределение значений стандартизованных остатков, характеризующих мотивы голосования за кандидатов в зависимости от их доверия им (рис.5).


5.1. Ельцин

5.2. Зюганов

5.3. Явлинский

.


Рисунок 5
Анализ этих данных позволяет сделать заключение о том, что для избирателей, полностью доверяющих Ельцину, важнейшее значение имеют мотивы: «Не хочу перемен» (стандартизованный остаток равен 3,5) и «Ему нет достойной замены» (стандартизованный остаток равен 2,7). У избирателей, полностью доверяющих Зюганову, на первом месте мотив «Он знает, как решить проблемы страны» (стандартизованный остаток равен 3,3) , на втором месте – мотив «Я ему доверяю» (стандартизованный остаток равен 2,7), на третьем – «Меня устраивает его программа» (стандартизованный остаток равен 2,0). Среди избирателей, полностью доверяющих Явлинскому, наиболее значимы мотивы: «Он мне нравится» (стандартизованный остаток равен 2,7), «Меня устраивает его программа» (стандартизованный остаток равен 2,6) и «Он знает, как решить проблемы страны» (стандартизованный остаток 2,6). В данном случае появились дополнительные (в сравнении с выявленными в начале анализа) мотивы у сторонников Зюганова («Устраивает его программа») и Явлинского («Он знает, как решить проблемы страны»). Однако эти изменения не касаются характера мотивации голосования за данных кандидатов: у сторонников Зюганова она остается рационально-оценочной, а у сторонников Явлинского – эмоционально-рациональной.

Анализ таблиц сопряженности ответов на вопрос о мотивах голосования за кандидатов в президенты России и ответов на вопрос о партийных предпочтениях на парламентских выборах 1995 г. также свидетельствует о наличии статистически значимой зависимости между этими характеристиками избирателей (исключение составляют сторонники объединения «Яблоко»). У тех, кто проголосовал за КПРФ, главными причинами намерения голосования за кандидатов в президенты служат: «Он знает, как решить проблемы страны» (стандартизованный остаток равен 3,6) и «Я ему доверяю» (стандартизованный остаток равен 3,2). Для проголосовавших за пропрезидентское движение НДР наиболее значимы мотивы: «Ему нет достойной замены» (стандартизованный остаток равен 2,8) и «Не хочу перемен» (стандартизованный остаток равен 2,5). Статистически значимой связи между голосованием за объединение «Яблоко» в 1995 г. и вышеперечисленными мотивами голосования за кандидатов в президенты в 1996 г. не обнаружено. Этот факт можно объяснить некоторой деформацией персональной ориентации сторонников объединения «Яблоко» на президентских выборах 1996 г. Суть данной деформации заключалась в том, что часть сторонников этого объединения была намерена голосовать не за Явлинского, а за Ельцина из-за того, что не хотела допустить победы Зюганова в первом туре выборов. Косвенным подтверждением этого предположения являются близкие к 1,65 значения стандартизованных остатков у сторонников ДВР по мотивам, характерным для сторонников Ельцина: «Не хочу перемен» и «Ему нет достойной замены». Дополнительным подтверждением наличия зависимости между структурой мотивации голосования за кандидатов в президенты и партийными предпочтениями избирателей является статистически значимая связь между большинством мотивов голосования за кандидатов в президенты в 1996 г. и близкими по смыслу мотивами голосования за партийные списки в 1995 г. (табл. 2).


Таблица 2. Значения стандартизованных остатков, характеризующие соотношение мотивов голосования на президентских(1996 г.) и парламентских(1995 г.) выборах


Причины

голосования

за партии


Причины голосования за кандидатов

Он мне

нравится


Не хочу

перемен


Меня

устраивает его

программа


Он знает, как

решить проблемы страны



Я ему

доверяю


Ему нет

достойной замены



Устраивает

программа

партии


-1,0

0,5


2,0

-0,8

-0,9

1,1

Они смогут

решить


проблемы

страны

-0,5

0,8

-1,3

2,8

0,8

-0,3


Они заставят

Правительство

думать о народе

1,3

-1,5

1,4

-2,0

1,9

-1,0


Они позаботятся

об интересах

большинства

2,5

-0,7

-1,1

-0,3

2,3

-1,0


Они наведут

порядок


в стране

-1,7


-2,0

2,1

2,5

-0,7

0,2


Анализ этой таблицы позволяет сделать вывод о существовании зависимости между мотивами голосования за кандидатов и за партии, которые этих кандидатов выдвинули на должность Президента России. Так, мотив «Устраивает программа партии» называют избиратели, голосовавшие за «Яблоко» в 1995 г. и собиравшиеся голосовать за Явлинского в 1996 г. Основной мотив голосования за Явлинского «Он мне нравится» тесно связан с мотивом голосования за партии «Они позаботятся об интересах большинства», а это соответствовало программе объединения «Яблоко» на парламентских выборах 1995 г. (стандартизованный остаток равен 2,5). Мотив голосования за КПРФ «Они заставят правительство думать о народе» связан с основным мотивом голосования за Зюганова «Я ему доверяю» (стандартизованный остаток равен 1,9). То же самое можно сказать о соотношении мотивов: «Они наведут порядок в стране» и «Меня устраивает его программа». Эти выводы согласуются с вышеприведенными результатами кластерного анализа (см. рис. 2). Таким образом, можно сделать общий вывод о том, что гипотеза о наличии зависимости между политической культурой избирателей и выявленной в ходе исследования структурой мотивации их голосования за политических лидеров полностью подтверждается.

Применение метода многомерного шкалирования позволило выявить конфигурацию переменных (степень их близости друг к другу), характеризующих мотивацию голосования и политические установки сторонников отдельных кандидатов в президенты России (рис. 6). Многомерное шкалирование выполнено с помощью пакета SPSS.

  1   2   3   4   5   6


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница