Доклад Уполномоченного по правам человека в Пермском крае



страница1/5
Дата24.04.2016
Размер0.76 Mb.
  1   2   3   4   5


Специальный доклад

Уполномоченного по правам человека в Пермском крае

«Проблема пыток и жестокого обращения с гражданами в деятельности правоохранительных органов и учреждений в Пермском крае».
В адрес Уполномоченного по правам человека в Пермском крае поступают обращения граждан с жалобами на пытки, жестокое, бесчеловечное или унижающее достоинство обращение, которые применялись к ним со стороны сотрудников правоохранительных органов. Возникла необходимость изучения данной проблемы, выявления системных ошибок, причин и условий, способствующих совершению данного вида правонарушений.

Конвенция ООН против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания была ратифицирована указом Президиума Верховного Совета СССР от 21 января 1987 года № 6416-XI. Пописав этот международный документ СССР, а затем Российская Федерация взяла на себя обязательства по выполнению положений Конвенции. Это означает, что наша страна должна предпринимать эффективные законодательные, административные, судебные или другие меры для предупреждения актов пыток и других видов жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения и наказания.

В частности, Россия обязалась наложить запрет на использование в ходе судебных разбирательств заявлений, сделанных под пыткой, в качестве доказательств, а так же обеспечивать условия для проведения быстрого и беспристрастного расследования компетентными органами случаев пыток и жестокого обращения.

Помимо этого, Российская Федерация должна систематически рассматривать правила, инструкции, методы и практику, которые применяются при допросе, а также условия содержания под стражей и условия обращения с арестованными, задержанными или лицами, находящимися в закрытых учреждениях.

Основным механизмом контроля выполнения обязательств, взятых при ратификации Конвенции, является предоставление один раз в четыре года периодических докладов государствами - участниками договора.

Мониторинг выполнения этих обязательств осуществляет Комитет ООН против пыток, состоящий из 10 международных экспертов.

По результатам рассмотрения Третьего периодического доклада РФ в 2001 году Комитетом было рекомендовано властям России включить во внутреннее законодательство определение понятия «пытка», содержащееся в статье 1 Конвенции ООН против пыток. Определить во внутреннем законодательстве пытки и другие виды жестокого, бесчеловечного и унижающего достоинство обращения в качестве преступлений, влекущих за собой соответствующие наказания.

Российские власти предприняли меры по законодательному запрещению пыток. Так, 8 декабря 2003 года в примечании к статье 117 УК РФ было дано определение пытки:



«Под пыткой в настоящей статье и других статьях настоящего Кодекса понимается причинение физических или нравственных страданий в целях понуждения к даче показаний или иным действиям, противоречащим воле человека, а также в целях наказания либо в иных целях».1

Вместе с тем, в Декларации о защите всех лиц от пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания принятой Генеральной ассамблеей ООН 3452 (XXX) от 9 декабря 1975 года указано, что – «пытка представляет собой усугубленный и преднамеренный вид жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения и наказания».2

В статье 1 Конвенции ООН против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания (Нью-Йорк, 10 декабря 1984 г.) дано определение пытки как:

«"пытка" означает любое действие, которым какому-либо лицу умышленно причиняется сильная боль или страдание, физическое или нравственное, чтобы получить от него или от третьего лица сведения или признания, наказать его за действие, которое совершило оно или третье лицо или в совершении которого оно подозревается, а также запугать или принудить его или третье лицо, или по любой причине, основанной на дискриминации любого характера, когда такая боль или страдание причиняются государственным должностным лицом или иным лицом, выступающим в официальном качестве, или по их подстрекательству, или с их ведома или молчаливого согласия. В это определение не включаются боль или страдания, которые возникают лишь в результате законных санкций, неотделимы от этих санкций или вызываются ими случайно».3

Из данного определения следует, что:



  • пытка – не обязательно такое воздействие, которое причиняет боль, но и такое, которое причиняет физические страдания;

  • пыткой является и такое воздействие, которым причиняется страдание нравственное;

  • целью пытки является не только получение сведений, но и наказание человека, либо намерение заставить его совершить действия, которые он в противном случае совершать бы не стал;

  • действия являются пыткой только в том случае, если они совершаются представителями власти, либо по их инициативе или с их согласия. Например, если Вас закрыли в камеру, где стали избивать, и для Вас, очевидно, что это делается по инициативе тех сотрудников милиции, которым не терпится получить от Вас признание в краже, эти действия являются пыткой.

Тем не менее, в УК РФ и других правовых актах нашей страны нет понятий жестокого, бесчеловечного и унижающего достоинство видов обращения и наказания. В связи с чем, возникает различное толкование понятия «пытка» сотрудниками правоохранительных органов и правозащитными организациями.

Вместе с тем, в соответствии с частью 4 Статьи 15 Конституции РФ «Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора»4.

В документах международных органов и международных неправительственных организаций как наиболее частые упоминаются 15 видов «пыток» (почти все они в той или иной степени применяются на территории России, многие в Пермской области):


  • Изнасилование;

  • Пытки лишениями (лишение сна, пищи и т.п.);

  • Принудительные позы;

  • Применение электрических разрядов;

  • Избиения;

  • Причинение увечий: порезы, уколы, выдирание или раны;

  • Принудительные инъекции;

  • Подвешивание, бросание, растягивание;

  • Применение медикаментов или не терапевтических средств;

  • Ожоги;

  • Погружение в воду;

  • Воздействие на психику человека звуком, светом, запахами и др.;

  • Психологическая пытка (шантаж, угрозы, оговор и др.);

  • Подписание документов под угрозой принуждения;

  • Оскорбление или жестокое обращение в целом.5

К сожалению, официальные статистические данные о числе зарегистрированных сообщений о пытках и жестоком и унижающем обращении и о работе органов следствия по этому виду преступлений не существуют и не публикуются.

Подобное положение дел стало возможным в результате различий в правовой оценке данных фактов в правоохранительных органах, учета в формах статистической отчетности, а так же несоответствия нормативно-правовой базы требованиям законодательства.

Правоохранительные органы в Пермском крае не имеют единой статистики о пытках и жестоком, бесчеловечном и унижающем обращении с гражданами, а так же располагают различными количественными данными по применению статьи 286 «превышение должностных полномочий».

Так, по данным ГУВД по Пермскому краю в 2007 году, сотрудниками милиции допущено 14 (2006 год–14) фактов превышения должностных полномочий, из которых 9 (2006 год–14) – связано с незаконным применением физической силы.

К уголовной ответственности привлечены 12 (2006 год–8) сотрудников, в том числе 5 (2006 год–14) – по фактам незаконного применения физической силы. Осуждены – 3 (2006 год–4) сотрудника.

По данным Прокуратуры Пермского края в 2006 году возбуждено только 4 уголовных дела в отношении сотрудников милиции по фактам применения насилия в отношении граждан при раскрытии преступлений, а в 2007 году по данному факту возбуждено 1 уголовное дело, с вынесением обвинительного приговора в отношении 1 сотрудника.

Всего в 1 полугодии 2007 года сотрудниками милиции в Пермском крае допущено 635 нарушений законности в отношении граждан, (в 2006 году – 472 нарушения + 25,5%).6

Вместе с тем, латентность подобного вида правонарушений очень высока. Руководители органов внутренних дел и учреждений УИС не заинтересованы в самостоятельном выявлении и пресечении фактов нарушений законности сотрудниками, в связи с наличием зависимости оценки оперативно-служебной деятельности от количества выявленных правонарушений.

Данная зависимость, негативно влияет на карьеру руководителя, его материальное положение (привлечение к дисциплинарной ответственности, лишение премий, надбавок за сложность и напряженный режим работы и т.д.).

В этой ситуации руководитель правоохранительного органа, учреждения, несмотря на отрицательное личное отношение к сотрудникам, применяющим пытки, жестокое обращение к гражданам, как правило, не является инициатором выявления и пресечения подобных фактов, а так же установлению всех обстоятельств совершенного правонарушения.

Подобное положение дел лишает органы власти возможности адекватно оценивать степень распространения приме­нения пыток жестокого, бесчеловечного и унижающего достоинство видов обращения и наказания и спланировать действенные меры профилактики этих правонарушений.

Пострадавшие от пыток и жестокого обращения чаще стремятся добиться справед­ливости и при участии юристов, работающих в правозащитных орга­низациях.

В такой ситуации выводы об эффективности расследования пыток нельзя сделать без данных общественных организаций, а так же анализа обращений в адрес Уполномоченного по правам человека в Пермском крае.

В 2007 году в Пермский региональный правозащитный центр с жалобами на недопустимое обращение в виде применения грубой физической силы и (или) спецсредств со стороны сотрудников правоохранительных органов поступило 21 обращение. Из них 12 обращений в отношении сотрудников милиции, 9 обращений в отношении сотрудников ГУФСИН по Пермскому краю, по результатам проверок возбуждено только 2 уголовных дела.7

В течение 2007 года в адрес Уполномоченного по правам человека в Пермском крае поступило 30 обращений от граждан по фактам пыток, избиений, жестокого обращения со стороны сотрудников правоохранительных органов. Из них 16 обращений в отношении сотрудников ГУФСИН России по Пермскому краю, 14 обращений в отношении сотрудников милиции. При этом возбуждено только 1 уголовное дело, а по остальным заявлениям прокуратурой отказано в возбуждении уголовных дел. Правда следует учесть, что в 8 случаях постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по ходатайству Уполномоченного были отменены, как незаконные и необоснованные, но после дополнительной проверки вновь вынесены постановления об отказе в возбуждении уголовных дел. Имеются случаи, когда граждане безрезультатно на протяжении нескольких лет пытаются добиться справедливости, но безрезультатно (Яркий пример - заявления осужденного Д., переведенного для дальнейшего отбывания наказания в Астраханскую область). Этот пример будет описан ниже.

Таким образом, недостаточность исследования доводов заявителей, формальный подход к проведению доследственной проверки фактов, указывающих на виновность лица, зачастую приводит к потере времени и утрате доказательств, что влечет отказ в возбуждении уголовного дела и, как следствие, происходит существенное нарушение прав и законных интересов граждан.

В рамках проведения доследственной проверки преодолеть круговую поруку среди сотрудников и ведомственные барьеры правоохранительных органов направленные на сокрытие фактов пыток, жестокого обращения с гражданами, как правило, не представляется возможным.

Неэффективность расследований по жалобам на пытки, совер­шенные сотрудниками милиции, обусловлена в первую очередь тем, что на сегодняшний день не обеспечена надлежащая степень факти­ческой независимости расследования нарушений прав подозреваемых и обвиняемых.

Практика показывает, что в целях установления истины по сообщениям о пытках в отношении граждан необходима бескомпромиссная позиция соответствующих руководителей при принятии решения о возбуждении уголовного дела.

При рассмотрении обращений граждан поступает информация, что милиция использует пытки и жестокое и унижающее обращение в качестве метода раскрытия преступлений. Посредством насилия сотрудники милиции стремятся получить от подозреваемых и обвиняемых информацию о следах преступления, о сообщниках, о месте нахождения приобретенной преступным путем собственности и т.д.

Так, 03 марта 2007 г. сотрудниками ОВД по Чернушинскому МР была остановлена автомашина, при проверке документов, выяснилось, что двигатель и другие агрегаты сняты с личной автомашины угнанной у милиционера роты ППСМ ОВД по Чернушинскому МР Сергеева А.Н. По подозрению в краже были задержаны гр. Гильфаев и Софьин. Участвуя при допросе подозреваемых в ОВД, Сергеев А.Н., с целью добиться признательных показаний, незаконно применяя физическую силу, причинил подозреваемым побои.

20 июня 2007 г. Чернушинским судом Сергеев А.Н. признан виновным в преступлении, предусмотренном статье п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ и приговорен к 3 годам л/св. условно с испытательным сроком 2 года, с лишением права занимать должности на государственной службе на срок 1 год.

В данном случае имеет место прямое нарушение сотрудниками милиции Конвенции ООН против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов наказания.

Действия Сергеева А.Н. прямо подпадают под определение «пытки» предусмотренное Конвенцией, вместе с тем, судом его действия квалифицированы как «превышение должностных полномочий с применением насилия или угрозой его применения».

Помимо этого, в данном случае имеется нарушение ч. 2 ст. 21 «Свода принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию и заключению в какой бы то ни было форме», в которой говорится, что «ни одно лицо не должно подвергаться во время допроса насилию, угрозам или таким методам дознания, которые нарушают его способность принимать решения или выносить суждения».


Показательно решение аналогичного дела Европейским судом по правам человека в 1994 году.

ДИАЗ РУАНО ПРОТИВ ИСПАНИИ

(Судебное решение от 22 апреля 1994 г.)

Краткое изложение обстоятельств дела

Г-н Диаз Руано проживал в Индженио (Гран-Канария) и являлся фермером. 6 декабря 1986 года он был арестован по подозрению в краже и доставлен в полицейский участок в Тельде (Гран-Канария).

Г-н Диаз Руано был допрошен двумя детективами в присутствии адвоката. Он отрицал свое участие во всех вменяемых ему преступлениях. После ухода адвоката детективы продолжили допрос, но без адвоката.

Они дали г-ну Диазу Руано понять, что его положение улучшится лишь в том случае, если он будет содействовать следствию, однако тот продолжал настаивать на своей невиновности. В хо­де допроса он начал терять свою сдержанность и выказывать признаки раздраженности. В 9:50 вечера в состоя­нии аффекта, чувствуя себя объектом преследования, он выхватил пистолет из кобуры одного из детективов. Пистолет был снят с предохранителя, и он выстрелил в другого детектива, который, пользуясь служебным оружием, ответным выстрелом ранил его в голову. Г-н Диаз Руано был немедленно отправлен в больницу, но скончался по пути в машине скорой помощи. После того, как Г-н Диаз Руано умер, находясь под арестом (см. ниже), офицер полиции был обвинен в убийстве, и судим народным судом. Адвокат Г-на Диаза Руано и государственный защитник обратились с жалобой в Европейский суд по правам человека.


КОММЕНТАРИИ:
В предварительном заседании Европейского суда было обращено внимание на то, что полиция не представила доказательств того, что пытки к г-ну Диаз Руано при его допросе в полицейском участке не применялись. Дело не дошло до слушаний, поскольку Испания выплатила заявителю компенсацию.
Гораздо чаще вопрос о проверке или о проведении расследования в связи с сообщением о пытках, жестоком обращении возникает потому, что пострадавшие или их представители самостоятельно обращаются в правозащитные организации с жалобой.

1 августа 2007 года в адрес Уполномоченного по правам человека поступила жалоба от гр. Р. по вопросу его избиения сотрудниками милиции и потерпевшим с разрешения сотрудников милиции. 10 июля 2007 года гр. Р. был задержан по подозрению в совершении грабежа и доставлен в отделение милиции.

Со слов гр. Р. сотрудники милиции не обеспечили его личную безопасность, в результате чего он был избит потерпевшим гр. К., который, будучи в нетрезвом состоянии, в присутствии сотрудников милиции, нанёс ему удары руками по лицу и голове.

Вместе с тем, практика рассмотрения подобных обращений в Европейском суде по правам человека указывает на то, что государство должно нести ответственность за любое лицо, которое арестовано или задержано правоохранительными органами.
Показательно в этом вопросе дело

РИБИЧ (RIBITSCH) ПРОТИВ АВСТРИИ

(Судебное решение от 4 декабря 1995 г.)

Краткое изложение обстоятельств дела
Г-н Рибич, гражданин Австрии, был арестован вместе с женой и содержались под стражей в полиции. После освобождения заявитель сооб­щил нескольким лицам, включая одного журналиста, о плохом обращении, которому он якобы подвергся, нахо­дясь в полиции. Заявитель был обследован в больнице, а затем его осмотрел врач-терапевт. В медицинском заключении было зафиксировано наличие нескольких кровоподтеков на правой руке г-на Рибича, что было подтверждено врачом-терапевтом во время судебного разбирательства. Коллега журналиста сделал фотографии этих травм. Против полицейских, замешанных в этом деле, было начато уголовное расследование. Заявитель принимал в нем участие в качестве гражданской сторо­ны.
КОММЕНТАРИИ:
Уголовное преследование австрийских полицейских было прекращено, поскольку не была доказана их вина. Однако Европейский суд рассмотрел жалобу Рибича на нарушение Австрией статьи 3 Конвенции, гарантирующую свободу от пыток, жестокого или унижающего достоинство обращения и наказания.

Суд пришел к выво­ду, что австрийское правительство «не представило убедительных доказательств того, что телесные повреждения заявителя были получены каким-либо иным образом, чем полностью, в основном или частично вследствие того обращения, которому он подвергся, находясь под стражей». Было отмечено, что «государство несет моральную ответственность за любое лицо, содержащееся под арестом, поскольку оно полностью находится во власти полиции».



В ситуациях, подобных рассмотренной, бремя доказывания всегда лежит на представителях власти, поэтому полиция должна заботиться о том, чтобы иметь неоспоримые до­казательства своей невиновности (запись на видео и т.п.).

Так же, как и в случае с расследованием жалоб на пытки в мили­ции, не имеется полной официальной статистики о расследовании таких жалоб в отношении сотрудников пенитенциарных учреждений. Однако, такие случаи в Пермском крае не единичны, их не меньше, чем в отношении сотрудников милиции.

Анализируя случаи, о которых становится известно Уполномоченному по правам человека в Пермском крае, можно сделать вывод, что проверки и расследования по сообщениям о пыт­ках и жестоком обращении в местах содержания под стражей недостаточно тщательны, затянуты, а их результаты выглядят предвзятыми и неубедительными.

Как правило, данные лица находятся под непосредственным контролем сотрудников пенитенциарного учреждения, которые могут блокировать подачу жалоб против них или оказывать давление на жалобщика.



В ходе анализа жалоб о пытках поступающих из учреждений ГУФСИН по Пермскому краю вызывает тревогу положение дел по данному вопросу в учреждении ФГУ ИЗ-59/2, где пытки применяются систематически.

Так, 17 октября 2007 года в адрес Уполномоченного по правам человека поступила жалоба гражданки В. по вопросу применения к её сыну, арестованному В. пыток и причинения телесных повреждений в ФГУ ИЗ-59/2 по указанию оперативных сотрудников ГУФСИН и МВД с целью получения от него признательных показаний.

05 ноября 2007 года по Соликамским МРСО данному факту вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

В настоящее время информация о принятом решении по жалобе гр. В. направлена в Следственное управление Следственного комитета при прокуратуре РФ по Пермскому краю для критической оценки принятого решения.

23 октября 2007 года в адрес Уполномоченного по правам человека в Пермском крае поступила жалоба от гр. Г., чей сын подследственный гр. Г. в том же в ИЗ 59/2 г. Соликамска был подвергнут пыткам со стороны сокамерников по указанию оперативных сотрудников органов УИС и МВД целях получения от него признательных показаний по уголовному делу.

31 октября 2007 года в целях проверки обстоятельств указанных в жалобе был организован совместный выезд в ИЗ 59/2 представителя Уполномоченного по правам человека и сотрудников краевой прокуратуры. В ходе посещения следственного изолятора были выявлены грубейшие нарушения требований Минимальных стандартных правил обращения с заключенными (приняты первым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями 30.08.1955 г.).

Объяснения ряда арестованных, полученные в ходе посещения ИЗ 59/2 свидетельствовали о применении в отношении них пыток, то есть насилия и угроз с целью получения явок с повинной. Так, заключенный под стражу гр. Г. пояснил, что писал явки с повинной в результате избиения его в октябре 2007 г. в так называемой «пресс-хате», то есть в камере № 12 пятью сокамерниками - осужденными. В результате чего, у него пострадали два зуба. Помимо побоев его также истязали электрическим током с помощью проводов, подсоединенных к розетке 220 В.

В этой же камере один из обвиняемых был изнасилован. Аналогичные пояснения дали и ряд других обвиняемых, содержащихся в камере № 12. Ряд пострадавших лиц не обращались в медчасть из-за опасения подвергнуться насилию вновь. В целях прекратить в отношении них преступные действия и перевода в другую камеру гр. Г. вынужден был вскрыть себе вены.

Пострадавшие пояснили, что подписывали явки с повинной непосредственно в камере под диктовку и передавали их осужденным. Со слов осужденных они знали, что явки они передавали Т., сотруднику ИЗ 59/2 Кроме того, подследственный гр. Г. прямо указал, явки с повинной писал, так как испугался угроз Т. о помещении его в «пресс-хату».



Помимо этого установлено, что в камере № 12 в октябре 2007 г. по прямому указанию Т., старшего оперативного сотрудника ИЗ 59/2 совместно содержались лица, как уже осужденные (5 человек), так и только находящиеся под следствием и проходящие по одному уголовному делу (4 чел.). Это является также нарушением требований статьи 33 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Данные факты, а также объяснения ряда арестованных, полученные в ходе посещения ИЗ 59/2 предварительно свидетельствовали о признаках должностного преступления, совершенного Т., оперативным сотрудником ИЗ 59/2, которое повлекло за собой тяжкие последствия, помимо совершения преступлений самими осужденными.

По сообщению Соликамского МРСО СУ СК при прокуратуре РФ в отношении Т., сотрудника ИЗ-59/2 было принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела.

Материалы проверки по факту физического насилия к подследственному гр. Г. со стороны сокамерников, были направлены для принятия решения в органы внутренних дел.



Описанные факты насилия являют собой прямое нарушение положений принципов 1, 6, 8, 21 Свода принципов защиты всех лиц подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме, принятого ООН 9 декабря 1988 года (см. приложение № 4).

Рекомендации Комитета ООН по предотвращению пыток указывают, что государство должно обеспечить незамедлительное, беспристрастное расследование всех сообщений о пытках и жестоком обращении, а так же уголовное преследование виновных и их наказание по закону, гарантировав при этом защиту потерпевших и свидетелей пыток.

В настоящее время Следственным управлением СК при Прокуратуре РФ по Пермскому краю постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Т., сотрудника ИЗ-59/2 отменено, как незаконное и необоснованное.

Возбуждено и расследуется уголовное дело по ч. 1 ст. 132 УК РФ, по факту совершения насильственных действий сексуального характера в камере № 12 ИЗ 59/2.



Принято решение о соединении всех материалов о применении насилия в отношении подследственных при раскрытии преступлений в ИЗ 59/2 и принятии соответствующего процессуального решения в отношении сотрудников администрации ИЗ-59/2, а так же лиц, непосредственно применявших насилие.

Как правило, вопрос о привлечении к ответствен­ности должностных лиц правоохранительных органов, виновных в принятии необоснованных и незаконных процессуальных решений, существенно ущемляющих права пострадавших, обычно не ставится. Известны случаи, когда от первоначальных объяснений отказываются как свидетели, так и сами заявители. Поэтому такие жалобы обычно передаются неофициальным путем (через родствен­ников адвокатов, освобождающихся из заключения и т. п.).

Существуют объективные трудности, негативно влияющие на эффективность прокурорского расследования случаев пыток в исправительных учреждениях. При этом, по сравнению с по­страдавшими от пыток в милиции, осуждённые располагают гораздо меньшими возможностями обжаловать необоснованные решения и добиваться полноценного расследования.

Сведения о личности жалобщиков и свидетелей сотрудниками правоохранительных органов не скрываются. Эти сведения нередко стано­вятся известны подозреваемым в пытках, которые являются так же сотрудни­ками правоохранительных органов, или их сослуживцам. В результате, случается что лицо, обратившееся с жалобой на пытки, а также сви­детели становятся жертвами преследований или давления со стороны должностных лиц, причастных к пыткам, или их коллег.

Лица, пострадавшие от пыток или жестокого обращения со стороны сотрудников мест лишения свободы, находятся в еще более уязвимом положении, чем пострадавшие от пыток, находящиеся на свободе.

В рамках подготовки к введению в Российской Федерации общественного контроля при начальнике ГУФСИН по Пермскому краю создан Общественный совет, в состав которого вошли представители правозащитных организаций.



Вместе с тем, вопросы пыток, бесчеловечного или унижающего достоинство видов обращения и наказания в деятельности учреждений ГУФСИН по Пермскому краю в ходе работы Общественного совета не рассматривались.

Низкая эффективность проверок и расследований по жалобам осужденных на пытки и жестокое обращение обусловлена рядом факторов. В частности, медицинский персонал УИС представлен не независимыми гражданским врачами, а служащими ФСИН России, подчиненными напрямую начальнику учреждения. Характерен пример, применения специальных средств к осужденному Г-ну, когда сотрудникам аппарата Уполномоченного и краевой прокуратуры при выезде в одну из колоний пришлось заставлять «эскулапа» в офицерской форме фиксировать в медицинских документах состояние осужденного.

В этих условиях сложно ожидать своевременного и полного фиксирования травм осужденных и заключенных. В свою очередь, отсутствие зафиксированных медицинских данных существенно ограничивает возможности органов следствия проверять заявления о пытках в местах лишения свободы. Помимо этого, очевидно, что в условиях закрытых учреждений, лица, расследующие факты пыток могут столкнуться с трудностями в получении свидетельских показаний.

Следует особо затронуть тему правомерности применения специальных средств в органах УИС. В данном случае также очень показателен пример применения специальных средств к осужденному Г-ну.

Так, 30.07.07 к Уполномоченному поступила телеграмма от матери осужденного Г-на об избиении ее сына сотрудниками ФГУ ИК-11/4.

Для проверки изложенных фактов 01 августа 2007 года состоялся совместный выезд сотрудников аппарата Уполномоченного и прокуратуры Пермского края.

Как следует из акта, составленного сотрудниками колонии о применении спецсредств, на основании статьи 30 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года N 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» к осужденному Г-ну. 27.07.2007 в штрафном изоляторе были применены специальные средства – ПР-73, в связи с его отказом от личного полного обыска и невыполнением законных требований администрации.

Администрация при применении спецсредств обязана обеспечить пострадавшему предоставление медицинской помощи, чего сделано не было.



В ходе беседы сотрудников аппарата УППЧ с осужденным Г-ным в ШИЗО, осмотра его телесных повреждений, измерения артериального давления были выявлены признаки закрытой черепно-мозговой травмы (жалобы на постоянную головную боль, однократную рвоту после травмы, наличие ссадин в лицевой части головы). Осужденный Г-н заявил, что его избили за то, что он отказался выполнить требования администрации - в голом виде выполнять приседания. Это унижало его человеческое достоинство.

При изучении медицинской карты Г-на установлено, что наличие ссадин в лицевой части головы не зафиксировано. 31.07.07 Г-н предъявлял жалобы на головную боль. Медицинским работником Г-ну был выдан препарат парацетамол без внесения данных объективного обследования и диагноза в медицинскую карту.

Только после настоятельного требования сотрудников аппарата Уполномоченного по правам человека и краевой прокуратуры был произведен дополнительный осмотр Г-на в ШИЗО с измерением артериального давления (АД 135/90 мм рт.ст.), и внесена соответствующая запись в его медицинскую карту.

Тем не менее, по факту применения спецсредств Ныробской прокуратурой вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

После нашего обращения в августе 2007 г. в прокуратуру Пермского края, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела было отменено и направлено для дополнительной проверки.

По ее результатам 10 октября 2007 г. уже следователем Чердынского МРСО СУСК при прокуратуре РФ по Пермскому краю вновь было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по факту применения специальных средств в отношении осужденного Г-на за отсутствием состава преступления.

В качестве обоснования правомерности действий сотрудников УИС следователь ссылался на общие нормы части 1 статьи 86 УИК РФ, разрешающие применение оружия, спецсредств и физической силы сотрудниками УИС.

При этом следователь проигнорировал то, что в соответствии с частью 2 названной статьи УИК РФ, порядок применения мер безопасности, перечисленных в части 1 названной статьи, определяется специальным законодательством РФ.

Такими нормативными актами, определяющими порядок применения мер безопасности являются Закон РФ № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», а также Федеральный закон "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений".

В частности, в соответствии с пунктами 1 и 2 части 1 статьи 30 Закона РФ № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» применение резиновых палок возможно только в целях отражения нападения на работников уголовно-исполнительной системы, осужденных, заключенных и других граждан; пресечения массовых беспорядков, групповых нарушений общественного порядка осужденными и заключенными, а также задержания правонарушителей, оказывающих злостное неповиновение или сопротивление персоналу.

В акте о применении спецсредств, в материалах служебной проверки и в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела не содержалось ни одного из оснований, перечисленных в законе. Также следует отметить, что названный закон ограничивает применение резиновых палок к правонарушителям, оказывающим злостное неповиновение или сопротивление персоналу указанием на необходимость их задержания.

Данных о том, что спецсредство было применено в целях задержания Г-на или по иным, указанным в статье 30 названного закона, основаниям, ни в акте о применении спецсредств, ни в материалах проверок не содержалось. Более того, спецсредство применялось в помещении ШИЗО, где отсутствовала необходимость задержания Г-на.

Уполномоченным сделан вывод, что резиновые палки к Г-ну применены незаконно, в целях его физического наказания, чем нарушены его права, предусмотренные п.п. 31 и 33 Минимальных стандартных правил обращений с заключенными: «Телесные наказания, заключение в темной камере и жестокие, бесчеловечные или унижающие человеческое достоинство виды наказания следует запрещать в качестве наказаний за дисциплинарные проступки», а выводы следователя, содержащиеся в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела, не соответствуют названным в нем нормам права.

В связи с этим, 01.11.2007 г. в адрес руководителя Следственного управления Следственного комитета при прокуратуре РФ по Пермскому краю направлено Заключение о нарушении прав Г-на. В поступившем ответе вновь подтверждено, что проверка проведена не полно, а постановление следователя вновь отменено, как незаконное и необоснованное.

Ход проверки по данному случаю остается на контроле Уполномоченного.

Факты аналогичного незаконного применения спецсредств в данном учреждении фиксировались Уполномоченным и ранее. Например, по жалобе осужденного М. Но прокуратурой также не была дана надлежащая правовая оценка.

Под жестоким, бесчеловечным или унижающим достоинство видах обращения следует понимать такое обращение в процессе задержания, доставления, содержания в органах внутренних дел, местах содержания под стражей лица, проведении в отношении него оперативно - следственных мероприятий, которое не было связано с причинением ему физической боли, однако повлекло его неоправданное унижение перед другими лицами, либо в собственных глазах, либо, хотя в момент применения и не рассматривалось им, или иными лицами, как унизительное, поставило его в условия, не соответствующие, принятым в нашем обществе условия человеческого существования.

Так, 10 декабря 2007 г. сотрудниками аппарата Уполномоченного по правам человека в Пермском крае, совместно с представителем прокуратуры Пермского края посещено ФГУ ИЗ-59/1 в г. Перми. Посещение было приурочено к Всемирному дню защиты прав человека.



В ходе посещения был выявлен факт длительного содержания заключенного Т. в металлической клетке в коридоре медицинского корпуса. Размеры клетки не позволяли каких-либо передвижений внутри нее. Заключенный был вынужден, в течение многих часов находится на установленной внутри клетки кушетке без матраца и постельных принадлежностей.

Каких-либо документов нормативного характера, обуславливающих возведение данного сооружение и помещения в него заключенного, сотрудниками учреждения ИЗ-59/1 представлено не было.

Также не представлено какого-либо официального документа (постановления) о помещении Т. в данное сооружение.

Факт помещения заключенного в клетку администрацией устно объяснен неуравновешенным психическим состоянием заключенного, необходимостью постоянного наблюдения за ним и оказания медикаментозного лечения. Однако, в ходе опроса Т. вполне адекватно отвечал на вопросы и признаков агрессии или иного неадекватного состояния не проявлял.

Следует признать, что длительное помещение в клетку, существенно ограничивающую передвижение заключенного не в полной мере соответствует пункту 10 Международного пакта о гражданских и политических правах: «Все лица, лишенные свободы, имеют право на гуманное обращение и уважение достоинства, присущего человеческой личности», пункту 40 Европейских пенитенциарных правил: «способы и методы применения средств сдерживания, определяются законом или иным действующим нормативным актом», пункту 34 Минимальных стандартных правил обращения с заключенными: «Методы и способы применения средств усмирения определяются центральным тюремным управлением. Эти средства не следует применять дольше, чем это представляется строго необходимым» и п. 62 «..заведения должны иметь возможность обеспечивать все необходимое медицинское, хирургическое и психиатрическое обслуживание».

Учреждение, в котором медицинская часть является его структурным подразделением, исполняет функции лечебно-профилактического учреждения в отношении содержащихся, обвиняемых и осужденных, по видам медицинской помощи (работам и услугам) согласно полученной лицензии на медицинскую деятельность. Учитывая то, что учреждение ИЗ 59/1 не имеет лицензию на стационарные виды медицинской помощи, лица, нуждающиеся в стационарном лечении (круглосуточном наблюдении) должны направляться в стационары муниципальных или государственных учреждений здравоохранения.

Также вызывает тревогу положение дел, связанное с жестоким, бесчеловечным отношением к осужденным в учреждении ФГУ ИК-35.

Так, 17.12.2007 года в адрес Уполномоченного по правам человека в Пермском крае поступила жалоба от осужденного Д. (упоминавшаяся выше) по вопросу избиений, незаконного применения специальных средств (ПР-73), жестокого обращения, оскорблений со стороны сотрудников учреждения ФГУ ИК-35. Со слов осужденного при поступлении в учреждение к нему и другим осужденным была применена практика «жесткой приемки по тридцатьпятовски» (избиения резиновыми дубинками, оскорблений, раздевания до гола, и помещения вновь прибывших в штрафной изолятор, где они находились без одежды, уборки помещений в голом виде).

Подобные жалобы поступали и ранее, но по ним прокуратурой выносились постановления об отказе в возбуждении уголовного дела. В настоящее время жалоба осужденного Д. направлена для рассмотрения по компетенции во вновь созданное Следственное управление Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации по Пермскому краю.
Ссылаясь на то, что в законодательстве (в частности, Закон «О милиции») недостаточно подробно сформулированы принципы пропорциональности использова­ния физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия, на практике сотрудники правоохранительных органов могут использовать чрезмерную силу для того, чтобы пресечь даже незначительные нарушения общественного порядка, а также в тех случаях, когда задерживаемый не оказывает сопротивления и не пытается скрыться.
Показательно в этом вопросе дело

ХУРТАДО ПРОТИВ ШВЕЙЦАРИИ

удебное решение от 26 января 1994 г.)
5 октября 1989 г. приблизительно в два часа дня г-н Хуртадо был арестован в шестью офицерами из оперативной группы кантональной полиции Вод. Входя в квартиру, они бросили шумовую грана­ту, после чего, заставив заявителя лечь на пол, надели на него наручники и колпак на голову. Кроме того, утверждает­ся, что они избивали его до тех пор, пока он не потерял сознание. Действия полицейских привели к неконтролируемому опорожнению кишечника и мочевого пузыря Хуртадо.

Впоследствии он был доставлен в полицейский участок. Ему не предоставили возможность сменить одежду, испорченную вследствие дейст­вий полицейских. Заявитель подал жалобу о нанесении фактического вреда здоровью и обвинил официальную власть.



  1   2   3   4   5


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница