Джулия Кэмерон путь художника ваша творческая мастерская



страница13/16
Дата10.05.2016
Размер2.66 Mb.
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   16

ЗАДАНИЯ

  1. Смертоносы. Возьмите лист бумаги и разрежьте его на семь одинаковых полос. На каждой из них напишите: алкоголь, секс, лекарства/наркотики, работа, деньги, еда, семья/друзья. Согните пополам и вложите в конверт. Мы называем эти сложенные полосы смертоносами. Сейчас вы узнаете почему. Вытащите один из них из конверта и приведите пять примеров того, как обозначенное на нем явление негативно влияет на вашу жизнь. (Если что-то из смертоносов кажется сложным или неприменимым к вам, воспринимайте это как сопротивление.) Сделайте упражнение семь раз подряд и каждый раз кладите полоску обратно в конверт. Да, может случиться так, что вы вытащите её снова. Да, и это важно. Часто бывает так, что за очередным «О нет, только не то же самое…» следует прорыв через отрицание к ясности.

  2. Пробные камни. Перечислите несколько милых мелочей, маленьких знаков счастья. Отполированные течением речные камешки, ива, подсолнухи, цикорий, настоящий итальянский хлеб, домашний овощной суп, музыка Бо Дина, бобы с рисом, запах свежескошенной травы, голубой бархат (ткань или песня1), песочный пирог, который печет ваша тетя…

Повесьте этот список там, где он будет вас радовать и напоминать о личных пробных камнях счастья. Может быть, вы даже пожелаете нарисовать один из них – а то и обзавестись им. Если вы в восторге от синего бархата, найдите себе лоскуток и задрапируйте им полку либо прикрепите его к стене и разместите на нем фотографии. Фантазируйте!

  1. Ужасная правда. Ответьте на следующие вопросы.

Говорите правду: какая привычка мешает вам творить?

Говорите правду: в чем заключается проблема? Скорее всего, так и есть.

Что вы собираетесь сделать в связи с этой привычкой или проблемой?

Какие преимущества дает вам эта привычка или проблема?

Если вам не удается самому ответить на этот вопрос, попросите совета у друга, которому доверяете.

Говорите правду: какие друзья заставляют вас сомневаться в себе? (Сомнения – ваши собственные, друзья их только провоцируют.)

Говорите правду: какие друзья верят в вас и ваш талант? (Талант тоже принадлежит вам, но они помогают вам его ощущать.)

Есть ли преимущества в том, чтобы продолжать отношения с вредными для вас друзьями? Если отвечаете «Они мне нравятся», тогда следующий вопрос «Почему?».

Какие вредные привычки есть и у ваших вредных друзей, и у вас?

Какие полезные привычки есть и у ваших полезных друзей, и у вас?



  1. Устанавливаем потолок. Работая с ответами на предыдущие вопросы, попробуйте установить себе потолок. Начните с пяти наиболее трудных моделей поведения. Позже можно добавить другие.

  • Если вы замечаете, что ваши вечера обычно испорчены сверхурочными заданиями начальника, установите себе правило: никакой работы после шести.

  • Если вы просыпаетесь в шесть и могли бы посвятить час утренним страницам, когда бы вас не отвлекали поисками носков, приготовлением завтрака и глажкой, правило может звучать так: «До 7:00 маму не беспокоить».

  • Если вы трудитесь на многих работах и тратите слишком много времени, может быть, стоит задуматься, сколько вы за это просите? Подсуетитесь и разузнайте, сколько зарабатывают в час ваши коллеги. Добейтесь повышения зарплаты и сократите нагрузку.

Потолок:

  1. Больше не работаю в выходные.

  2. Больше не беру с собой работу на встречи с друзьями.

  3. Больше не ставлю работу выше своих творческих планов. (Не буду отменять уроки игры на фортепьяно или занятия в изостудии из-за того, что трудоголик-начальник вдруг удлинил нам рабочий день.)

  4. Больше не стану откладывать секс на потом, чтобы провести полночи за чтением нужных по работе бумаг.

  5. Больше не буду вести деловые разговоры из дома после шести.

  1. Забота о себе:

  1. Перечислите пять маленьких побед.

  2. Приведите три примера того, как вы позаботились о своем внутреннем художнике.

  3. Приведите три примера того, что вы могли бы сделать, чтобы подбодрить его.

  4. Дайте себе три обещания сделать что-нибудь хорошее для себя. Выполните их.

  5. Балуйте себя какой-нибудь мелочью каждый день на этой неделе.

ПРОВЕРКА

  1. Сколько раз за эту неделю вы писали утренние страницы? Изменилось ли что-нибудь в них после того, как вы их прочитали? Вы все ещё позволяете себе свободно записывать свои мысли и чувства?

  2. Ходили ли вы на творческое свидание? Позвольте себе ещё одно вне графика. Что вы делали? Как себя чувствовали?

  3. Повстречались ли вы с синхронностью на этой неделе? Как именно?

  4. Произошло ли что-нибудь ещё, что показалось вам важным для творческого возрождения? Опишите.

НЕДЕЛЯ 11

На этой неделе уделим внимание нашей творческой независимости. Нам предстоит научиться тому, как принимать и поддерживать в себе творческую личность. Мы исследуем модели поведения, которые могут укрепить наше духовное основание и, следовательно, способности к творчеству. Особенно внимательно рассмотрим, как лучше всего воспринимать успех, чтобы не ограничивать собственную свободу.

ВОССТАНАВЛИВАЕМ ЧУВСТВО НЕЗАВИСИМОСТИ

ПРИЗНАНИЕ

Я – творческий человек. А потому нуждаюсь в особом соотношении постоянства и перемен со стороны окружающих. Может так оказаться, что работа с девяти до пяти дисциплинирует меня и оставляет больше свободы для творчества. А может быть, наоборот, такая работа настолько обессиливает меня, что вовсе не дает творить. Я должен экспериментировать, чтобы узнать, что мне подходит.

Материальный достаток творческого человека обычно переменчив. Нет такого правила, что мы должны постоянно сидеть без денег, но вполне вероятно, что они у нас будут не всегда. Хорошие произведения не так уж легко продать. Люди станут их покупать, но не всегда смогут платить вовремя. Рынок может быть отвратительным, даже если работа отменная. Я не могу контролировать все это. Оставаясь верным своей творческой природе, я часто – но не всегда – буду создавать вещи, которые будут продаваться. Мне нужно освободиться от того, чтобы судить о ценности своей работы по её цене на рынке.

Представление о том, что деньги определяют мою ценность, практически непоколебимо. Если деньгами определяется настоящее искусство, тогда Гоген был шарлатаном. У творческого человека может не быть шикарного дома, но порой он бывает. Зато у меня будет сборник стихов, песня, фильм, пьеса.

Я должен понять, что мое творческое достоинство зависит от меня самого, от Бога и от моей работы. Другими словами, если у меня в голове возникло ненаписанное стихотворение, необходимо написать его во что бы то ни стало – купит его кто-либо или нет.

Я должен создавать то, что само хочет появиться на свет. Я не могу спланировать успешную карьеру исходя только из рыночной стратегии. Слишком большое внимание к таким вещам может подавить творческого ребёнка внутри нас, который пугается и злится, когда мы откладываем общение с ним на потом. Мы прекрасно знаем, как дети не любят слышать: «Не сейчас, потерпи немного».

Поскольку мой внутренний художник – ребёнок, я должен пойти на некоторые уступки. Некоторые уступки не предполагают полную безответственность. Ребёнку надо уделять достаточно времени; если я позволю ему делать то, что он хочет, он поможет мне сделать то, чего хочу я.

Иногда я буду плохо писать, рисовать, исполнять роль. Я имею на это полное право. Творчество самоценно.

Как творческий человек я должен быть очень разборчивым, выбирая себе окружение, – предпочитать людей, которые заботятся о моем внутреннем художнике, а не пытаются приручить его для собственного блага. Одни дружеские отношения разбудят мое воображение, а другие умертвят.

Я могу хорошо готовить, но не убирать за собой и при этом быть сильной творческой личностью. Могу не любить порядка и быть неорганизованным во всем, кроме творчества; могу быть одержим творческими деталями, но безразличен к таким вещам, как начищенные туфли и отполированные полы.

В значительной мере моя жизнь – это мое творчество, и когда она становится серой и скучной, то же самое происходит с моей работой. Как творческий человек, я могу увлекаться тем, что другие считают пустяком: панк-группой, от которой почему-то схожу с ума, записями духовных песнопений, которые волнуют мой внутренний слух, лоскутом красного шелка, которым мне нравится украшать выходной костюм, хотя я этим «все порчу».

Как творческий человек я могу завивать волосы или носить странную одежду. Могу потратить кучу денег на духи с неприятным запахом, потому что их изящный синий флакон помогает мне писать о Париже тридцатых годов.

Как творческий человек я пишу независимо от того, хорошо у меня получается или нет. Я снимаю фильмы, которые кто-то терпеть не может. Я делаю неумелые рисунки, чтобы потом сказать: «Я была в этой комнате и была счастлива. Дело было в мае, и я встретилась с тем, с кем очень хотела встретиться».

Как творческий человек я уважаю себя за то, что берусь за дело. Спектакль за спектаклем, концерт за концертом, картина за картиной. Два с половиной года, чтобы снять фильм на 90 минут. Пять вариантов одной пьесы. Два года работы над мюзиклом. И все это время, каждый день, я заполняю утренние страницы и пишу об уродливых занавесках, дурацкой стрижке, о том, как радостно падает утренний свет, проникая сквозь листву.

Как творческий человек я не нуждаюсь в богатстве, однако по-настоящему нуждаюсь в щедрой поддержке. Я не могу позволить себе бездействовать эмоционально и интеллектуально – это скажется на моей работе. И на жизни. Да и на настроении. Если я перестаю творить, то становлюсь раздражительной.

Как творческий человек я могу в буквальном смысле умереть со скуки. Я убиваю себя, когда не забочусь о своем внутреннем ребёнке-художнике, потому что следую чужому представлению о том, что значит быть взрослым. Чем больше я нежу и балую своего внутреннего ребёнка, тем более взрослым выгляжу. Если я буду его беречь, я без труда смогу написать деловое письмо. Пренебрегать ребёнком – значит обречь себя на глубокую депрессию.

Существует связь между заботой о себе и самоуважением. Если я иду на поводу у тех, кто убеждает меня быть более «нормальным» или «приличным», то предаю самого себя. Может, тогда я им больше понравлюсь, может, им будет удобнее, если я буду выглядеть и вести себя «как все», но я возненавижу самого себя. А тогда я стану постоянно набрасываться на окружающих и злиться на себя и других.

Если я причиняю вред своему внутреннему художнику, то у меня есть все основания ожидать от себя приступов обжорства, неумеренного сексуального аппетита, перепадов настроения. Проверьте существование этой зависимости на себе. Когда мы не творим, то совсем не обязательно бываем «нормальными» или доброжелательными – по отношению к себе и другим.

Творчество – кислород для наших душ. Перекрыв к нему доступ, мы начинаем «лезть на стену». Реагируем на мелочи бурно, будто нас душат. Взрываемся негодованием, если кто-нибудь пытается смахнуть с нас пылинку или что-то поправить. Когда исполненные благих намерений родители и друзья принуждают нас выйти замуж, устроиться на работу, куда надо ходить с девяти до пяти, или ещё что-нибудь в этом роде, что может помешать нашим творческим планам, мы мобилизуемся, словно боремся за выживание. Так оно и есть.

Быть творческим человеком – значит постигать тонкости. Ценить необыкновенное. Позволять себе легкомыслие по отношению к принятым нормам. Задавать вопрос «Почему?». Быть творческим человеком – значит отважно признаться себе в том, что стремиться к деньгам, собственности и престижу кажется нам довольно глупым.

Быть творческим человеком – значит осознавать удивительное. Оставить в комнате не подходящую по стилю мебель, если она нам нравится. Носить странное пальто, если оно делает нас счастливее. Перестать стараться быть кем-то, а не самим собой.

Если вы счастливее, когда пишете, чем когда не пишете, когда рисуете, чем когда не рисуете, когда поете, чем когда не поете, когда играете на сцене или снимаете кино, то ради Бога (в буквальном смысле) позвольте себе заниматься этим.

Убивать свои мечты, потому что они безответственны, – значит безответственно относиться к себе. Вера в себя – это касается вас и Бога; мнение друзей и знакомых здесь ни при чем.

Творец создал нас творческими людьми. Наше творческое начало – подарок, данный нам Богом. Пользуясь им, мы дарим в ответ. Признать такую сделку – уже первый шаг к тому, чтобы признать самого себя.

УСПЕХ


Творчество – это духовная практика. Его невозможно сделать идеальным, закончить или отложить. Собственный опыт научил меня тому, что мы добираемся до вершин творческих достижений только для того, чтобы ощутить собственную неуемность. Да, мы добились успеха. Да, у нас получилось, но…когда мы туда добираемся, «туда» исчезает. Недовольные достигнутым, каким бы значительным ни было свершенное, мы снова сталкиваемся лицом к лицу со своим творческим началом и его устремлениями. Вопросы, от которых нам едва удалось избавиться, снова подают голос: ну и что нам теперь делать?

Это ощущение незавершенности, неутолимая жажда дальнейших открытий устраивают нам проверку. От нас требуют открываться и дальше, чтобы не закрыться. Увиливание от этого обязательства, что поначалу кажется очень заманчивым, приведет нас к застою, недовольству, душевному дискомфорту. «Разве я не могу отдохнуть?» – спрашиваем мы. Если ответить одним словом, нет.

Творческие люди словно духовные акулы. Беспощадная правда заключается в том, что если мы не продолжаем продвигаться вперед, то идем ко дну и погибаем. Выбор прост: либо почивать на лаврах, либо начинать каждый раз снова. Строгое требование для продолжительной творческой жизни – быть достаточно скромным, чтобы начинать все сначала.

Творческую карьеру отличает именно желание снова быть в роли новичка. Мой друг, мастер своего дела, страдает оттого, что скован обязательствами на многие годы вперед. Завидная с практической точки зрения должность все более угрожает его творческой форме. Когда приходит время выполнять проект, одобренный три года назад, получается ли у него сделать это с фантазией и первоначальным энтузиазмом? Честный и грустный ответ – чаще всего нет. Именно поэтому, невзирая на огромные финансовые потери, он начал сокращать число своих контрактов, заботясь о более рискованном, но самом важном деле – собственной творческой цельности.

Не у каждого из нас найдется столько творческой смелости перед материальным искушением, но попробовать мы можем. По крайней мере, мы можем этого желать. Творческие люди – путешественники. Слишком обремененные мирской суетой, погоней за должностями и общественным положением, мы не способны отдать себя духовным исканиям. Мы настаиваем на ровной и узкой дороге, в то время как Путь художника вьется по спирали. Внешним атрибутам карьеры мы обычно уделяем больше внимания, чем внутреннему чутью. Решая играть в цифры, мы упускаем из виду обязательство считать самих себя и наши цели достойными.

Творчество – это не бизнес, хотя оно способно занять все ваше время. Художник не может бесконечно воспроизводить предыдущий успех. Те, кто слишком долго пытается работать по схеме – даже если сами её придумали, – рано или поздно лишают себя собственной творческой правды. Озабоченные деловой стороной творчества, мы склонны обещать невыполнимое: продолжать так же хорошо работать, как раньше.

Успешные фильмы порождают спрос на сиквелы. Успешные книги – на дальнейший выпуск подобных книг. Художники переживают периоды, когда их творчество особенно популярно, и чувствуют давление извне продолжать в том же духе. С такими же трудностями сталкиваются скульпторы, композиторы, хореографы. Как творческих людей нас просят повторяться и расширять занятое на рынке место. Иногда это получается. Иногда нет.

Успешному художнику не стоит давать обещаний на будущее. Если дом в престижном районе стоил двух лет творческих мучений, когда пришлось мудрить над проектом только ради денег, то такой дом – чрезмерная роскошь.

Это не значит, что редакторы больше не должны строить планы на следующий сезон или что мастерским нужно отказаться от любых мыслей о прибыли. Это значит, что художники, которые зарабатывают своим творчеством на жизнь, должны тратить время не только на то, за что они точно получат деньги, а ещё и на нечто более рискованное – к чему лежит душа. Не нужно ставить крест на успешной карьере, стремясь творчески реализовать себя. Однако просто необходимо помечать крестиками пункты ежедневного расписания, подправлять траекторию каждого дня, чтобы направить свою карьеру по курсу, который принесет вам удовлетворение.

Это значит писать утренние страницы. Ходить на творческие свидания. «Но я руковожу целой мастерской, – скажете вы (или чем ещё вы так заняты). – От меня зависят другие люди». Я отвечу, что это лишь ещё одна причина рассчитывать на самого себя и защищать свое творческое начало.

Если мы пренебрегаем данными самим себе обещаниями, последствия этого непременно станут заметны окружающим. Однообразие, механическое повторение однажды достигнутого изгоняют творческое вдохновение из нашей жизни, а потом и из наших финансов. Пытаясь обезопасить себя материально, избегая риска, мы теряем остроту чувств. По мере того как обещанные проекты все дальше и дальше отклоняются от наших внутренних побуждений и пристрастий, нас охватывает род глубокой творческой усталости. Приходится, как под прицелом, собираться с силами, вместо того чтобы наслаждаться каждой новой творческой задачей.

Художники вполне способны ответственно относиться к требованиям деловых партнеров и обычно весьма обязательны. Гораздо сложнее продолжать свое творческое развитие. Короче, когда к нам приходит успех, мы должны быть бдительными. Любой успех, в основе которого однообразие, отсутствие прогресса, обрекает нас на провал.

ДЗЕН СПОРТА

Большинство художников, находящихся в творческом тупике, живут, так сказать, головой. Мы постоянно думаем обо всем, что хотели бы сделать, но не смогли. На ранней стадии возрождения мы снова думаем – все о том же. Для того чтобы возрождение было настоящим и необратимым, необходимо выбраться из плена мыслей и взяться за работу. Однако прежде всего нужно взяться за работу над своим телом.

Этот процесс предполагает одобрение и принятие самого себя. Творчество требует действий, и часть этих действий физические. Жители Запада, перенимающие восточные техники медитации, иногда совершают ошибку. Заботясь только о сознании, они забывают о том, что не менее важна забота о теле: теряя основание, «заземление», мы уже не можем функционировать в мире. Физическая нагрузка помогает бороться с этим.

Если вернуться к представлению о себе как о радио, отметим: нам нужна энергия, достаточная, чтобы послать сильный сигнал. Вот где идут в дело пешие прогулки. Среди того, что нам необходимо, – медитация в движении: оно возвращает нас к настоящему и помогает прекратить бег по замкнутому кругу разума. Двадцати минут в день для этого вполне достаточно. Задача не столько растянуть мышцы, сколько расширить сознание, поэтому не обязательно уделять особое внимание физической тренировке, хотя рано или поздно и это придет.

Стремиться надо к тому, чтобы установить связь с окружающим миром, избавиться от навязчивого самоедства и самосозерцания и вместо этого просто созерцать. Довольно быстро станет ясно, что разуму легче сосредоточиться на ком-то другом или чем-то внешнем.

Ровно в полседьмого утра крупная голубая цапля срывается с насиженного места в низкой траве и поднимается все выше над рекой, равномерно взмахивая громадными крыльями. Птица видит Дженни, бегущую внизу. Дженни снизу видит птицу. Она непринужденно проплывает над землей. Дух девушки взлетает вместе с цаплей и восклицает: «Здравствуй, с добрым утром, здесь так здорово!». В этот миг, в этом месте они – родственные души. Обе дикие, свободные и счастливые, подставляющие тела встречному ветру, проносящиеся мимо облаков и деревьев.

В полпятого вечера в дверях офиса Дженни возникает фигура начальника. Новый клиент оказался привередливым и хочет внести в документы ещё несколько поправок. Сможет ли она с этим управиться сегодня? «Да», – отвечает Дженни. Может, потому, что у нее все ещё приподнятое настроение после утренней пробежки. И после цапли с голубым крылом, которое серебрилось на солнце, рассекая воздух…

Дженни не назвала бы себя спортсменкой. Она не участвует в соревнованиях. У нее нет тренера. Хотя расстояния, преодолеваемые ею, постепенно увеличиваются, а её бедра постепенно уменьшаются, она не бегает ради поддержания физической формы. Она бегает для души, а не для тела. Это меняет её настроение: от напряженного до раскованного.

«Я бегаю ради перспективы», – говорит она. Когда клиент недоволен составленным документом, она отрывается от земли и воспаряет над собственным разочарованием, будто голубая цапля. Это не значит, что ей наплевать. Просто теперь у нее есть новая точка обзора – с высоты птичьего полета – на место её неприятностей во Вселенной.

Эва Бабиц пишет романы и занимается плаванием. Высокая блондинка с пышными формами, она плавает для того, чтобы упорядочить обуревающие её мысли. «Плавание, – говорит она, – замечательный вид спорта для писателя». Каждый день, когда тело Эвы ныряет в продолговатый аквамариновый бассейн недалеко от дома, её разум погружается вглубь, минуя суету повседневных забот – какой редактор запаздывает с оплатой, почему наборщик продолжает допускать столько ошибок – и устремляясь прямиком в тихий зеленый омут вдохновения. Равномерные движения перемещают мыслительную активность из логического полушария в творческое. Именно там и рождается вдохновение, свободное от давления логики.

Марта – плотник; она совершает долгие поездки на велосипеде. Плотницкое дело заставляет её искать нестандартные решения бесконечных строительных и дизайнерских задач, находить простые ответы на сложные вопросы типа: «Как организовать рабочее место, чтобы можно было освобождать пол, когда я заканчиваю работать?» или «Существует ли шкафчик, который уместился бы в этом углу и к тому же не казался слишком современным по сравнению с моей остальной мебелью?». Марта крутит педали по пути из дома в пригороде на работу в центр города, а в голове её неожиданно рождаются ответы на эти вопросы. Словно дрозд-белобровик, пролетевший перед её глазами, в сознании вдруг мелькают двери с жалюзи. Монотонно и ритмично покачиваясь на седле, Марта черпает идеи из творческого колодца. «Это время, когда я позволяю решать все задачи своему воображению, – говорит Марта. – Решения приходят сами. Мне как-то удается раскрепоститься, довериться игре в ассоциации, и все становится на свои места».

И это не об одной работе. Когда она едет на велосипеде, то отчетливо ощущает не только собственное движение через пространство, а ещё и движение Бога сквозь Вселенную. Она помнит, как ехала по двадцать второму шоссе на севере Нью-Йорка. Небо накрыло землю лазурной чашей. Кукурузные поля отливали зеленым и золотым блеском. Лента черного асфальта, по которой в одиночестве катила Марта, казалось, вела в самое сердце мира – к Богу: «Безмолвие, голубое небо, черная лента дороги, Бог и ветер. Когда я еду на велосипеде, особенно в сумерках и рано утром, я ощущаю Бога. Мне лучше заниматься медитацией на ходу, чем сидя неподвижно. Время, проведенное в одиночестве, когда я могу ехать куда захочу и ветер веет мне в лицо, а я смело мчусь ему навстречу, – все это помогает прийти в себя и успокоить разум. Я чувствую Бога так близко, что душа поет от счастья».

Физические упражнения учат нас ценить процесс. Чувствовать удовлетворение после хорошо исполненных мелких заданий. Когда Дженни бежит, она достигает все большего, потому что учится набираться сил из сокровенного внутреннего источника. Марта могла бы назвать этот источник Богом. Но как бы его ни именовали, физические упражнения помогают призвать его на помощь всякий раз, когда мы усомнимся в собственных силах. Вместо того чтобы заколотить досками недостроенный творческий проект, когда он портит нам настроение, мы учимся продвигаться дальше, минуя трудности.

«Жизнь – это череда барьеров, – говорит Либби, художница, увлекающаяся конным спортом. – Раньше я представляла её себе как череду препятствий, преграждающих путь, но теперь вижу, что все они лишь барьеры, через которые легко перепрыгнуть. Как у меня это получается?» Ежедневно дрессируя лошадь и заставляя её думать, прежде чем прыгать, чтобы верно рассчитать шаги, Либби и сама научилась этому правилу.

Творческое терпение прямым образом связано с умением ощутить творчество целой Вселенной. «Когда я скачу на лошади, рациональный разум выключается, – говорит Либби. – Остаются только чувства, ощущение соучастия. Несешься через степь, а вокруг тебя летают хлопья пуха с пшеничных колосков, или за тобой следом поднимается шлейф блестящих на солнце снежинок – и такое чувство, будто поет сердце. Если я испытываю нечто подобное в момент близости с мужчиной, то понимаю, что способна превратить свою жизнь в праздник».

Однако сердце поет не только от переживания единства с природой. Во время физических упражнений в организме выделяется эндоморфин – гормон, который позволяет нам ощутить естественный кайф. Бегун на грязной городской улице может испытать то же ощущение праздника, что охватывает Либби, когда она мчится галопом по узкой степной тропе.

«Бог у себя на небе, все в мире хорошо» – так передал это ощущение Роберт Браунинг в поэме «Пиппа идет». Ничего удивительного в том, что шагающий Пиппа испытывает такое чувство. Не каждый может позволить себе катание на лошади или хотя бы обыкновенный велосипед. Многим приходится рассчитывать лишь на собственные ноги – по делу мы направляемся или хотим отдохнуть. Как и Дженни, мы можем бегать трусцой. Или совершать пешие прогулки. Творческим людям они доставляют массу удовольствия. Пейзаж не проносится мимо со свистом. Его можно не спеша рассмотреть. В этом смысле зрение влечет прозрение. Мы наполняем колодец, а потом с легкостью пользуемся им.

Джерри – убежденный урбанист. Его общение с природой ограничивается выбором ящиков и горшков для комнатных растений. Джерри пришел к тому, что «городской пейзаж – это люди». И ещё он научился смотреть вверх, а не вниз и любоваться лепниной и фризами на искусно выстроенных домах, которые на первый взгляд ничем не выделяются. Блуждая по городским ущельям, Джерри обнаружил великое множество интересных мест и достопримечательностей. Например, оранжево-рыжего кота, сидящего у окошка, из которого свешиваются охапки розовых и красных цветов герани. Церковь, медная крыша которой позеленела от времени и в проливной дождь сверкает серебром. И выложенное затейливой мраморной мозаикой фойе одного из зданий в центре города – в приоткрытые двери можно мельком увидеть мозаичный узор. На следующем перекрестке кто-то впечатал в застывающий асфальт подкову – на счастье. А на доме с величественным кирпичным фасадом вдруг предстает глазам миниатюрная статуя Свободы. Джерри и сам чувствует себя на свободе, без устали бродя по улицам. Дворик здесь, булыжная мостовая там. Он собирает радующие глаз места, как делали наши первобытные предки – ягоды здесь, орехи – вон там. Они собирали пищу для тела. Он собирает пищу для ума. Физические упражнения, к которым в интеллектуальных кругах относятся как к праздному и бездумному занятию, оказывается, как раз и побуждают к размышлениям.

Как было сказано, мы учимся, когда идем туда, куда должны идти. А физическая нагрузка часто и выполняет роль толчка, движущего нас из творческого застоя к вдохновению, от трудной задачи к решению, от жалости к себе к самоуважению. Мы действительно учимся на ходу. И узнаем, что сильнее, чем думали. Мы учимся смотреть на вещи по-другому. Решать проблемы, черпая энергию из наших внутренних запасов и ловя знаки вдохновения не только извне, но и в самих себе. Без видимых усилий ответы приходят к нам – когда мы бегаем, плаваем, ходим, скачем на лошади. По определению, это один из результатов спортивных занятий. В словаре сказано так: «Спорт – физические упражнения в форме различных игр или состязаний, имеющие целью укрепление организма и развитие психической бодрости».

ТВОРЧЕСКИЙ АЛТАРЬ

Утренние страницы – своего рода медитация, практика, которая ведет вас к вашему творческому началу и вашему Создателю, Богу. Чтобы творчество давалось легко и приносило радость, вам необходимо душевное равновесие.

Поддерживать его проще, если использовать маленькие обряды. Очень важно сложить их самим из того, что вам кажется священным и приносящим счастье.

Некоторые творческие люди, оказавшиеся в тупике, выросли в религиозных семьях, где их наказывали за несоблюдение обычаев и правил. Чтобы творчество давалось легко и приносило радость, вам необходимо исцелиться от связанных с этим неприятных воспоминаний и достигать ясности духа с помощью собственных творческих обрядов. Замечательно было бы выделить под них специальную комнатку или хотя бы уголок. Такое укромное местечко можно оборудовать даже на подоконнике. Уголок будет напоминать вам о том, что Создатель раскрывает ваше творческое начало и выражает признательность за это. Поместите туда вещи, которые приносят вам счастье. Помните, что ваш внутренний художник питается образами. Вам необходимо забыть устаревшее суждение о том, что духовность и чувственность несовместимы. Создавая творческий алтарь, позаботьтесь о пище для каждого из пяти органов чувств.

Вам предназначено отмечать и славить все хорошее, что есть на земле. Красивые листья, камни, свечи, морские ракушки – все это напоминает вам о Создателе.

Маленькие ритуалы, придуманные вами, полезны для души. Благовоние, тлеющее, когда вы пишете или читаете позитивные утверждения, горящая свеча, танцы под ритм барабана, гладкий камень на ладони, звуки грегорианских песнопений – все это обостряет ваши ощущения и стимулирует духовный рост.

Помните, творческий ребёнок разговаривает на языке души: музыка, танец, аромат, ракушки… Ваш творческий алтарь в честь Создателя должен выглядеть весело, даже легкомысленно. Помните, что дети любят все яркое и пестрое. А ваш внутренний художник – ребёнок, так что…


1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   16


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница