Дипломатические отношения в 1884 1904 гг. Москва Издательство Российского университета дружбы народов



страница1/14
Дата03.05.2016
Размер2.94 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   14
КИМ ЧЖОН ХОН

РУССКО-КОРЕЙСКИЕ

ДИПЛОМАТИЧЕСКИЕ

ОТНОШЕНИЯ

В 1884 - 1904 гг.


Москва

Издательство Российского университета дружбы народов

2001

МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ИМЕНИ М. В. ЛОМОНОСОВА

____________________________________________



ИСТОРИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ
КИМ ЧЖОН ХОН


РУССКО-КОРЕЙСКИЕ

ДИПЛОМАТИЧЕСКИЕ

ОТНОШЕНИЯ

В 1884 - 1904 ГГ.

Москва

Издательство Российского университета дружбы народов

2001

ББК 63.3(0)

К 40





Ответственный редактор   д.и.н. Д. Н. Ерофеев

Р е ц е н з е н т ы:

д.и.н. Д.Б. Павлов (РНИСИНП)

кафедра истории России XIX - начала XX вв. исторического факультета МГУ

(д.и.н. Н.С. Киняпина, к.и.н. М.А. Чепёлкин)



Ким Чжон Хон.

К 40

Русско-корейские дипломатические отно-

шения в 1884 - 1904 гг.: Монография. - М.: Изд-во РУДН, 2001. - 224 с.

ISBN 5-209-01242-5

Монография посвящена русско-корейским диплома-тическим отношениям в 1884   1904 гг. Рассматриваются содержание этих отношений, вехи и этапы их развития. Особое внимание уделено позиции России в русско-японских переговорах по вопросу о разделе Кореи.

Для специалистов, студентов, занимающихся данной темой, всех интересующихся историей международных отношений в Дальневосточном регионе в исследуемый период.

ISBN 5-209-01242-5 ББК 63.3(0)
 Ким Чжон Хон, 2001

 Издательство Российского университета дружбы народов, 2001




ОГЛАВЛЕНИЕ
Введение - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - 5
Глава I. Корея во второй половине 19 - начале 20 вв. социально-экономическое положение и политический строй - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - 24

1. Социально-экономическое положение Кореи - - - - - - - 24

2. Политический строй Кореи - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - 34
Глава II. Дипломатические отношения королевской Кореи с другими европейскими державами в связи с русско-корейскими отношениями - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - 44


  1. Политическая идеология Кореи и ее первые контакты с

европейскими странами - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - 44

2. Дальневосточная политика Великобритании - - - - - - - - 46

3. Внешняя политика Германии на Дальнем Востоке - - - - 56

4. Внешняя политика США на Дальнем Востоке - - - - - - - 60


Глава III. Русско-корейские отношения до заключения договора 1884 года - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - 71
Глава IV. Русско-корейские отношения после заключения договора в 1884 до 1904 гг. - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - 98

1. Первая после 1884 г. попытка сближения Кореи с российской империей - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - 99

2. Вторая попытка сближения Кореи с Россией - - - - - - - 113

3. Отношения между Кореей и Россией после японо-китайской войны: первые переговоры о разделе Кореи и реакция на них России - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - 128



4. Вторые переговоры между Россией и Японией по вопросу о нейтрализации Кореи - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - 169
Заключение - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - 210
Источники и литература - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - 212

Уважаемым родителям

и дорогой моей жене Хён-А
Введение
Предлагаемая вниманию читателей книга представляет зна-чительный научный и политический интерес. Она поможет, во-первых, полнее, глубже и четче представить характер са-мих русско-корейских отношений в чрезвычайно важный для России и Кореи период истории, выявить внутренние и внешние обстоятельства обеих стран, которые влияли не только на содержание отношений между ними, но и на их форму, определяли вехи и этапы в их развитии; во-вторых, пролить дополнительный свет на отношения России и Кореи с Японией и Китаем и на международные отношения того времени на Дальнем Востоке в целом. Эта тема еще недостаточно изучена, и ниже об этом будет сказано более подробно; здесь же лишь отметим, что эта кника - одна из первых южнокорейских работ, посвященных данной теме, и создана на основе широкого использования русских, в значи-тельной части архивных документов.

Что касается политической актуальности темы, то следует отметить прежде всего два момента: во-первых, русско-корейские отношения не потеряли своего значения в нынеш-нее время не только для России и Кореи, но и для всего Дальневосточного региона и знание их истории способствует их упрочению и развитию; во-вторых, изучение этих отношений важно для Кореи и с точки зрения истории ее нынешнего раздела на два государства - Северную и Южную Корею.

Вопрос о разделе Кореи имеет длительную историю. Первый раздел ее по 39-ой параллели произошел еще в седьмом веке между Китаем и корейским государством «Силла».1

Второй раз вопрос о разделе Кореи, но уже по 37-ой параллели, был предложен Японией Китаю около тысячелетия спустя, в 1592 г., однако Китай ответил отказом и раздел не состоялся.

Вопрос о разделе или нейтрализации Кореи более часто и активно стал обсуждаться с конца XIX века, когда дальневосточный регион стал объектом империалистических устремлений мировых держав и порты Кореи были открыты для иностранной торговли. Инициатором возбуждения этого вопроса чаще всего была Англия.2 Важнейшее место в ряду переговоров конца XIX - начала XX веков, имеющих судьбоносное значение для Кореи, занимают те, в которых участвовала Россия.

Некоторые предпосылки и признаки трагического для корейского народа раздела страны на два корейского государства, происшедшего после второй мировой войны, прослеживаются в какой-то мере в тех переговорах, которые происходили в рассма-триваемый нами период между Россией и Японией по корейскому вопросу. В связи с этим нельзя не согласиться с Д. Раском(Dean Rusk), полковником армии и затем ставшим главой государствен-ного департамента США, предложившим 38-ую параллель для раздела Кореи между СССР и США, и считавшим, что для понимания вопроса о нынешнем расколе корейского народа необходимо знать исторический фон этого вопроса. Знание этого фона не сводится к знанию только непосредственного содержания русско-корейских отношений. Не менее важно знать позицию других держав, ибо она, особенно экспансионистская политика Японии на корейском полуострове, поддерживаемая Англией и США, существенно влияла на русско-корейские отношения. Еще в 1896 г. Япония предложила России разделить Корейский полуостров по 38-ой параллели.

Важно также изучить, какое значение имела Корея для России. Каким путем последняя была намерена усилить свое влияние в этом регионе, как противодействовали этим намерениям другие державы; прежде всего Япония, и как это влияло на русско-корейские отношения.

Южнокорейская историография темы скудна. В трудах Но Ге-хёна, «Изучение корейской дипломатической истории» (Сеул, 1983), и Чой Мун-хёнга, «Фон и ход заключения договора между Россией и Японией»(Сеул, 1984), отмечается, что до заключения договора 1884 г. корейское правительство проводило политику изоляции страны и строго наказывало тех, кто пытался установить контакты с русскими. Заключению договора препятствовал и Китай, считая Корею буферной зоной для защиты безопасности Манчжурии. Он распространял неверную информацию о том, что в то время Россия была намерена напасть на Корею и захватить ее.

В пятом томе «Истории Кореи»(Сеул, 1978) Ли Сон-гына и в монографии Хонг Сун-хо, «Теория международных отношений Кореи»(Сеул, 1993), кратко описывается история корейской эмиграции в Россию до договора 1884 г.

Им Гю-сун в своей работе, «Попытки сближения Кореи с Россией до и после заключения договора, 1884-1894»(Сеул, 1984) справедливо утверждает, что предпринимая такие попытки, корейское правительство стремилось добиться своей независимости от Китая.

В книге Ким Генг-чанга, «Дипломатическая история Восточной Азии»(Сеул, 1987), написанной на основе китайских и японских материалов, освещаются отношения в этом регионе между Кореей, Японией, Китаем, Россией и западными державами. Заслуживает внимания высказанная автором мысль, что причиной антирусского настроения в корейском обществе после возвращения корейского короля из русской миссии стало в значительной мере недостаточно внимательное отношение к нему русского поверенного в Корее А. Н. Шпейера. Нельзя согласиться с мнением автора, что причиной русско-японской войны явилась затяжка переговоров Россией. При этом не указываются экспансионистские устремления Японии и ее агрессивность, сыгравшие главную роль в развязывании этой войны.

Наиболее близкой теме данной книги является работа Син Сын-квона, «Россия и Корея до и после русско-японской войны:1898-1905»(Сеул, 1984), базой для которой послужили японские дипломатические материалы и американские монографии. Причину сближения Кореи с Японией Син Сын-квон видит в недовольстве корейского короля незначительной помощью со стороны России и национальном движении в главе с «Клубом независимости», направленном против России. При описании хода переговоров, происходивших между Россией и Японией, обоснованно подчерки-вается агрессивность Японии, стремившейся захватить не только Корею, но и Манчжурию. В то же время недостаточно объяснена позиция России в Корее из-за слабого использования русских источников. Оно ограничено главным образом материалом из монографии Б. А. Романова «Россия в Маньчжурии». К тому же допущены ошибки в переводе с русского на корейский язык.

В трудах Син Бок-рёнга,3 основанных не только на корейских, но и на английских, японских, китайских и американских материалах, убедительно раскрыты экспансионизм и агрессивность японского империализма, доказано, что Япония использовала крестьянские восстания в Корее в 1893 г. для начала военных действий против Китая, что англо-японский союз был согласием Англии на экспансию Японии в Корее, а победа Японии в войне с Россией повела к согласию Англии и США на аннексию Японией Кореи.

Ли У-чжин считает, что причиной русско-японской войны были отсутствие единства в правящих кругах России по вопросу о политике в Манчжурии и особенно недостаточные уступки Японии России в Корее.4

В многотомном труде Ли Сан-бэк отмечается, что угроза Корее со стороны России возникла с того времени, когда эти страны стали соседями, что Россия сразу же стала добиваться установления сухопутных торговых отношении.5

Подводя итог краткому анализу южнокорейской историографии можно заключить, что в ней практически нет работ, непосредствен-но посвященных русско-корейским отношениям, как в рассматрива-емый в диссертации период, так и в целом. Работы, так или иначе затрагивающие эти отношения, имеют ряд недочетов. Они порой слишком схематичны, недостаточно конкретны. В них также нередки не только неверные утверждения и оценки, но и ошибки фактического плана. Это обусловлено в значительной мере тем, что в течение длительного времени отсутствовали официальные отношения между Южной Кореей и Россией. Авторам работ приходилось писать, опираясь лишь на свои небогатые отечествен-ные источники и, как правило, тенденциозные японские, китайские и английские материалы. Использование российских материалов ограничивалось заимствованием отдельных фактов и положений из книг Б. А. Романова и Б. Д. Пака. Как видно, степень изученности данной темы в южнокорейской историографии вряд ли можно признать удовлетворительным. К тому же, имеющиеся в ней работы мало соответствуют начавшемуся в последние годы росту взаимопонимания между Россией и Южной Кореей.

Российская историография темы богаче корейской. Внимание дореволюционных работ обращалось, главным образом, на описание переселения корейцев в Россию и торговые связи между Россией и Кореей.6

Шире, глубже, обстоятельнее тема освещена в советской и постсоветской историографии. В ней можно выделить две группы работ. Первую из них составляют работы общего характера, посвященные: а) истории Кореи в целом; б) международным отношениям на Дальнем Востоке; и в) отношениям России с Китаем и, особенно, Японией. Ко второй группе относятся специальные работы, предметом рассмотрения которых являются русско-корейские отношения второй половины XIX - начала XX вв.

В работах, отнесенных к первой группе, тема русско-корейских дипломатических отношений или ее отдельные аспекты затрагиваются лишь в качестве одного из сюжетов. Значимость этих работ заключается больше в том, что они позволяют яснее и глубже представить и понять экономический, политический и международный фон, контекст русско-корейских отношений. Стоит отметить и то, что до конца 70-х годов русско-корейские отношения рассматривались лишь в работах, относящихся к этой группе.

Среди работ данной группы особо выделяются своей фундаментальностью монографии Б. А. Романова.7 Их основу составляет широкий круг разнообразных источников. В центре внимания автора находятся отношения России с Китаем и Японией на рубеже XIX - XX вв, русско-корейские отношения рассматри-ваются лишь в контексте этих отношений. Тем не менее именно в этих работах они впервые получили обстоятельное освещение. Романова считают зачинателем изучения в СССР истории агрессии империалистических держав в Китае.8 По нашему мнению, таковым его можно считать и в изучении этой агрессии в Корее. В вышедшем в 1955 г. втором издании монографии Романова приводятся еще более веские доказательства экспансионистских планов Японии не только в отношении Манчжурии, но и Кореи, поддержки этих планов Англией и США. Вместе с тем справедли-вым является замечание, высказанное в адрес автора монографии, что он слишком разграничивает экспансию, свойственную монопо-листическому капитализму и экспансию военно-феодального империализма, считая, что первая является экономической, а вторая характеризуется прямыми военными захватами.9

Менее основательное, но за больший период, русско-корейские отношения нашли отражение в двухтомной работе В. Аварина «Империализм в Маньчжурии».10 Ряд статей, затрагивающих русско-корейские отношения в период, с 1884 по 1904 г., были опубликованы в середине 30-х годов А. Поповым в журнале «Историк- марксист».11 Общим недостатком советских работ, выходивших в этот период и раньше, являлось чрезмерное подчеркивание агрессивности царизма в Дальневосточном регионе и недостаточное освещение империалистической политики Японии, Англии и США. Вне внимания оставалась поддержка захватнической политики Японии Англией с США. Со второй половины 30-х годов после критики школы М. Н. Покровского, концентрировавшей усилия главным образом, на разоблачении царизма и его политики, указанные недостатки стали преодо-леваться. Началом тому можно считать книгу Н. А. Левицкого «Русско-японская война 1904-1905 гг.», вышедшую в 1938 году. Книга посвящена прежде всего военным действиям. Вопросам внешней политики уделяется мало места, но при их освещении говорится об агрессивности внешней политики не только царизма, но и Японии.

Изучение политики России и других стран на Дальнем Востоке активизируется с середины 50-х годов. В 1955 году появилось 2-е издание уже упоминавшейся монографии Б. А. Романова «Очерки дипломатической истории русско-японской войны 1895-1907 гг.».

В том же году в «Исторических записках» была опубликована большая статья А. Л. Гальперина «Дипломатическая подготовка Портсмутской мирной конференции японо-англо-американским блоком», наглядно показывающая поддержку Англией и США захватнической политики Японии, жертвой которой стала и Корея, превращенная второй статьей Портсмутского договора фактически в японскую колонию.

Экспансионистский империалистический характер внешней политики всех великих держав на Дальнем Востоке в конце XIX - начале XX вв. отмечается в книге А. И Сорокина «Русско-японская война 1904-1905 гг.», изданной в 1956 году.

Одновременно вышло фундаментальное исследование А. Л. Нарочницкого «Колониальная политика капиталистических держав на Дальнем Востоке». В ней на основе большого круга разнообразных источников освещаются отношения России не только с Китаем и Японией, но и с Кореей. Подчеркивается, что в рассматриваемый нами период в дальневосточной политике России, в отличие от других крупных держав, прежде всего Англии и США, не превалировало насилие и агрессивность. Более того, после японо-китайской войны Россия сдерживала подобные устремления со стороны Японии, выступая за независимость и целостность Кореи.

Несколько нарушая хронологический порядок изложения, отметим, что идеи, оценки и выводы исследования А. Л. Нарочницкого составили основу коллективного труда «Международные отношения на Дальнем Востоке», появившегося в начале 70-х годов.12

Из работ 60-х годов следует отметить монографии Э. Я. Файнберг,13 Г. Д. Тягая,14 В. И. Шипаева15 и Б. Д. Пака.16 Эти монографии имеют солидную источниковую основу. Э. Я. Файнберг отмечает, что Россия еще с 1803 года начала обращать свое внимание на Корею, исходя из своих экономических интересов, правда, интересы эти долгое время не находили активного выражения. В отличие от Англии и США Россия не прибегала к военной угрозе для открытия портов в дальне-восточных странах. Г. Д. Тягай считает, что Россия не имела намерений осложнять обстановку в Дальневосточном регионе и предоставила укрытие корейскому королю в своей миссии в Сеуле лишь с целью защитить независимость Кореи. Пафос книги В. И. Шипаева направлен на разоблачение агрессивной, колониалистской политики Японии в Корее, поощряемой Англией и США. Б. Д. Пак прослеживает рост национального самосознания корейского народа под влиянием Первой русской революции и его освободительную борьбу в 1907-1914 гг.

Значительное внимание русско-корейским отношениям отведено в «Истории Кореи», написанной «Институтом востоковедения» АН СССР в 70-х годах.17 В ней выделяются два периода в этих отношениях: до и после русско-японской войны. Отмечается, что до этой войны влияние России в Корее было значительным, что преследуя свои оборонные и экономические ин-тересы, Россия выступала против экспансионистских устремлений Японии в этой стране, за ее целостность и независимость. Показано также, как Россия теряла свои позиции и все больше уступала притязаниям Японии, пока, в результате поражения в войне с Японией, полностью не ушла из Кореи.

Новый этап в историографии темы диссертации начался с конца 70-х годов, когда стали выходить работы Б. Д. Пака, специально посвященные русско-корейским отношениям. В монографии «Россия и Корея», изданной в 1979 г. обстоятельно, с введением в оборот целого ряда новых источников, проанализирована история политических и экономических отношений между Россией и Кореей с середины 19 века до 1910 г. Подчеркивается, что интересам России отвечали независимость и целостность Кореи и она выступала против посягательства на Корею со стороны Японии и Китая.

В статьях Б. Д. Пака, опубликованных в 70 - 80-х годах тщательно освещены такие вопросы, как стремление корейского правительства заключить договор с Россией для того, чтобы добиться независимости от Китая;18 установление официальных русско-корейских отношений19 и усиление стремления России заключить договор с Кореей после заключения последней договора с США. По мнению Пака, таким образом Россия стремилась сохранить статус-кво на Дальнем Востоке.20 В монографии «Корейцы в российской империи», вышедшей в 1994 г. в Иркутске, Б. Д. Пак подробно исследует корейскую эмиграцию в России, отмечает, что корейцы добровольно переселялись в Россию, где не было такой жестокой эксплуатации, какая существовала в Корее.

Годом раньше Б. Б. Пак опубликовала ряд документов, подтверждающих, что в политических интересах России на Дальнем Востоке в конце 19 в. преобладало стремление сохранить статус-кво и не допустить усиления влияния в этом регионе Англии, Франции, США и Японии.21 Итоги своего изучения русско-корейских отношений Б. Б. Пак изложила в монографии «Российская дипломатия и Корея 1860-1888.(М.-Иркутск-СПб., 1998)». В ней также подчеркивается, что главная цель России в рассматриваемый в монографии период заключалась в том, чтобы уберечь Корею от захвата другими державами и сохранить там «статус-кво», препятствовать Китаю вмешиваться в корейские дела.

Своими исследованиями Б. Б. Пак и Б. Д. Пак доказывают несостоятельность распространенного в западной историографии утверждения об особо агрессивной и захватнической политике России в отношении Кореи, подчеркивают, что руководствуясь принципом добрососедских отношений, Россия защищала независимость Кореи до русско-японской войны и была против установления протектората Японии над Кореей после этой войны.

Первые западные работы, так или иначе касающиеся русско-корейских отношений, стали появляться еще в конце XIX - начале XX в.

В книге Гриффиса22 хорошо показано, как европейские державы насильственно насаждали на корейском полуострове христианство и западную цивилизацию. Вместе с тем, без достаточных оснований утверждается, что уже с конца 50-х годов XIX в стали проявляться захватнические намерения России по отношению к Корее. Это сомнительное утверждение было затем воспринято другими западноевропейскими и американскими историками.

Подобной точки зрения придерживался Асакава, считавший главной причиной русско-японской войны экспансию и агресси-вность России. Политику Японии он рассматривал всего лишь как реакцию на политику России.23 В агрессивности России в Корее и Манчжурии видел истоки войны английский историк Хальберт.24 По его мнению, поводом для войны было занятие Россией корейского порта «Ёнгампо» в устье реки Ялу. Американский ученый А. Малоземов25 предполагал, что причиной активизации России на Дальнем Востоке были ее экономические интересы, так как большое влияние на внешнюю политику России в конце XIX - начале XX в. оказывал тогдашний министр финансов С. Ю. Витте.

Английские и американские историки не только не показывают агрессивный захватнический характер японской политики и поддержку ее правительствами своих стран, стремившимся использовать Японию в качестве орудия против движения России на юг, но и скрывают их экспансионистские стремления. Утверждается, в частности, что США защищали Корею от агрессии со стороны Японии, Китая и России.26 От последней якобы защищала Корею и Англия.27 Опровержением подобных утверждений является то, что заключение в 1902 г. Англией союза с Японией являлось по существу признанием ею аннексии Кореи Японией, а соглашение Тафта-Комура, подписанное между США и Японией в июле 1905 г., было разделом сфер интересов, по которому сферой интересов США признавались Филиппины, а Японии - Корея.

Заключая обзор изученной нами литературы, можно отметить, что проделана значительная работа. В научный оборот введено большое количество источников. Более или менее удовлетво-рительно изучена российская политика в Корее, прежде всего российскими историками, особенно Б. Д. и Б. Б. Пак, в работах которых русско-корейские отношения впервые стали предметом специального рассмотрения. Однако признать достаточной степень изученности темы в целом, на наш взгляд, вряд ли возможно.

В качестве источников при написании данной книги был привлечен широкий круг разнообразных по типу и виду документов и материалов. Условно их можно разделить на следующие группы: 1) международные акты; 2) документы, исходящие непосредствен-но от глав государств или выработанные окончательно с их участием и под их руководством; 3) дипломатическая переписка; 4) документы личного происхождения (мемуары, дневники, письма); 5) материалы периодической печати. Основной корпус использо-ванных источников составляют документы первых трех групп.

Из международных актов в книге использованы договоры, соглашения, протоколы и меморандумы. Среди этого типа документов первостепенное значение имеют договоры между Россией и Кореей: о дружбе и торговле, заключенный 7 июля 1884 г. и о сухопутной свободной и беспошлинной пограничной торговле от 20 августа 1888 г. Следующими по значению являются русско-японские акты, касающиеся Кореи: русско-японские меморандум от 14 мая 1896 г. и протокол от 9 июня того же года, соглашение от 25 апреля 1898 г. и Портсмутский мирный договор от 5 сентября 1905 г. В поле нашего внимания были также подобного рода документы, заключенные Россией с Китаем и Кореей с Японией, Англией, Германией и США.

Практически все документы, относящиеся к этой группе, опубликованы(см. раздел «Опубликованные источники» пункты а) Сборники документов и материалов и б)документы, опублико-ванные в приложениях монографий, журналах и других изданиях). Самыми содержательными русскими публикациями этих докумен-тов являются «Сборник договоров и дипломатических документов по делам Дальнего Востока 1895-1905 гг.»(СПб., 1906 г.) и «Сборник договоров и других документов по истории междуна-родных отношений на Дальнем Востоке(1845-1925)»(М., 1927).

В состав второй группы источников нами включены а)письма корейского короля российскому императору Николаю II, русскому посланнику в Сеуле К. И. Веберу, а также его записка с просьбой о покровительстве и укрытии вместе с наследником в русской миссии, переданная 2 февраля 1896 г. Шпейеру, сменившему Вебера, б)телеграммы Николая II наместнику на Дальнем Востоке Алексееву и его резолюции на всеподданнейших докладах; в)материалы Особых совещаний по дальневосточным вопросам, проходивших под председательством Николая II, в частности, Особых совещаний в августе 1894 и в январе 1895 г., рассматривавших ситуацию, сложившуюся на Дальнем Востоке в связи с японо-китайской войной, и выработавших позицию России в этой ситуации, и Особых совещаний 29 декабря 1903 г. и 28 января 1904 г., обсуждавших варианты соглашения с Японией.

Материалы первых двух названных совещаний были опу-бликованы в 1932 г. в журнале «Красный архив», материалы других совещаний хранятся в Архиве внешней политики Российской империи(АВПРИ). Под дипломатической перепиской, составля-ющей третью группу источников, нами подразумевается различного вида документы, отразившие обмен информацией между различны-ми инстанциями внешнеполитических ведомств; инструкции министров иностранных дел России Н. К. Гирса(1885-1895 гг.), А. Б. Лобанова-Ростовского(1895-1897 гг.), М. Н. Муравьева(1897-1900 гг.) и В. Н. Ламздорфа(1900-1906 гг.) российским посланни-кам в Сеуле, Пекине и Токио; донесения этих посланников в Министерство иностранных дел в виде писем, депеш и телеграмм. Ввиду дальности расстояний и срочности ряда вопросов, переписка осуществлялась через телеграфные сообщения.

В эту же группу источников нами включены и всеподданнейшие доклады министров иностранных дел, информировавшие императора о положении дел по тому или иному вопросу и предлагавшие их решение.

Большинство документов этой группы не опубликованы и хранятся в АВПРИ. Они находятся, главным образом, в трех фондах: 143-м(Китайский стол), 150(Японский стол) и 161(Санкт-Петербургский главный архив).

В фонде «китайский стол» большой интерес представляют документы, содержащиеся в 18-м,30-м, 36, 37, 39 и 42 делах. В 18-м деле находятся такие документы, как проект правительственного сообщения от 28 апреля 1898 г., подчеркивающего важность сохранения независимости Кореи; телеграмма министра иностранных дел России посланнику в Токио Розену, отправленная в тот же день, указывающая на необходимость сохранения дружеских отношений с Японией, телеграмма русского посланника в Корее Матюнина от 9 июля 1898 г., сообщающая о том, что представители национального движения, возглавляемого «клубом независимости», угрожали свержением с престола корейскому королю, что антикоролевская агитация была организована и вдохновлялась Японией и вследствие этого корейский король просил Россию оказать ему помощь в борьбе со своими противниками. Данный документ ставит под сомнение распространенное в корейской литературе утверждение, что возвращение короля в свой дворец из русской миссии было успехом сторонников «Клуба независимости». В этом же деле хранится пространная инструкция от 15 сентября 1898 г. А. И. Павлову, сменившему Матюнина на посту поверенного в русских делах в Корее. Кроме прочего в ней говорится о том, почему Россия сделала большие уступки Японии в Корее. В частности, отмечается, что лишь после укрепления в Порт-Артуре путем соединения его с Россией железной дорогой можно будет твердо ставить свою волю в делах Дальнего Востока.

Документы 30-го дела: секретная телеграмма Извольского из Токио от 17 января 1901 г., проекты секретной телеграммы Извольскому от 30 января 1901 г. и письма ему от 23 марта 1901 г., изложение переговоров между Ламздорфом и маркизом Ито, мнения Ламздорфа, военного министра и управляющего морским министерством содержат информацию о том, что Япония в ответ на российское предложение о нейтрализации Кореи пыталась увязать этот вопрос с маньчжурским, заявляла, что переговоры о Корее должны быть отложены до того времени, когда окончательно выяснится судьба Манчжурии.

Стремление России нейтрализовать Корею определялось ее желанием сохранить мир на Дальнем Востоке, необходимый для России с целью окончательного утверждения своего влияния в Манчжурии.

Свидетельством тому, что добиваясь заключения соглашения с Японией, Россия вместе с тем не желала связывать свои действия в Корее, являются записки о нейтрализации Кореи представленные Павловым 23 сентября и 8 октября 1902 г. и Розеном 25 сентября того же года, которые находятся в 36-м деле.

Документы 37-го дела(секретные телеграммы Павлова Ламздорфу от 14 февраля и 2 марта и выписки из его донесения от 10 марта 1902 г.) показывают, что заключив союз с Англией, Япония активизировала свою антирусскую политику, оказывала давление на Корею с целью заключить с ней договор против России. Эта информация была получена Павловым непосредственно от корейского короля.

Японский проект соглашения по Корее от 6 сентября 1902 находится в 39-м деле.

Предложения Розена о продолжении переговоров с Японией по корейским делам, его поправки к российскому проекту, а также секретные телеграммы от 28 декабря 1903 г. и 1 января 1904 г. наместника на Дальнем Востоке Алексеева Николаю II, предлагавшие отказаться от уступок Японии в Корее и сообщающие о том, что корейский король вновь обратился с просьбой предоставить ему убежище в русской миссии, как в 1896 году, отложились в 42 деле.

В первом деле 150-го фонда(«японский стол») мною выявлено представляющее большое значение сообщение русского представителя в Пекине Попова, в котором говорится о том, что еще в 1885 г. Англия выдвинула идею о разделе Кореи между Россией и Японией с целью воспрепятствовать усилению Китая в Корее. Эта информация, а также хранящиеся в этом деле предложения от 4 декабря 1887 г. русского посланника в Корее Вебера российскому министерству иностранных дел оказать поддержку Корее против Китая свидетельствуют о несостоятельности распространенного в японской и корейской историографии мнения об особой агрессивности России по отношению к Корее. Представляет интерес секретная телеграмма Вебера от 30 декабря 1895 г. и донесение Шпейера от 2 февраля 1896 г., сообщающие о просьбе корейского короля к России оказать ему помощь и предоставить возможность укрыться вместе с наследником в русской миссии в Сеуле. Эти документы хранятся в 5 и 6 делах и они показывают, что неверным является мнение многих корейских и японских историков, что корейский король оказался в русской миссии не по своей воле, а вследствие заговора Вебера и прорусски настроенных корейских сановников.

Из фонда «японский стол» использовались также дела с 183 по 202 включительно, охватывающие период с февраля 1895 г. до середины 1907 г. В них находится переписка министерства иностранных дел России с посланниками в Сеуле(Павлов), Токио(Извольский) и Пекине(Урусов), содержащаяся сведения о боксерском восстании в Китае и вопросе о нейтрализации Кореи в связи с этим событием, о поездке маркиза Ито в Европу, о предложениях японского правительства по корейским делам(д. 183-185), а также об англо-японском союзе и проект всеподданнейший записки в связи с этим союзом(д. 186), об отношениях между Россией и Японией по корейскому вопросу и отношениях между этими и другими странами по вопросу о Манчжурии. Особый интерес представляют дела 193-202, освещающие сложный процесс переговоров, происходивших между Россией и Японией перед войной между ними, и одной из предметов которых был вопрос о нейтрализации Кореи.

В названных делах выделяются своей значимостью для раскрытия темы такие документы, как телеграмма агентства Рейтер(д. 183, л. 22), показывающая, что Япония уже в период боксерского восстания предпринимала дипломатические маневры в направлении захвата не только Кореи, но и Манчжурии, прикрывая их заявлениями, что не имеет там своих интересов. При этом важно отметить, что Россия наивно верила этим заявлениям, считала, что распространение этого восстания может лишь в крайнем случае стать предлогом аннексии Японией только Кореи(сообщения российского посланника в Сеуле Павлова и копия его телеграммы - л. 30-32). Сообщения Извольского из Токио говорят о том, что Япония оказывала давление на корейского представителя с целью установить свой протекторат над Кореей, что она не соглашалась на нейтрализацию Кореи(л. 86б 88).

В 186 деле содержатся документы за период с начала февраля 1902 г. до конца января 1903 г. и освещают те дипломатические маневры, которые предпринимались Японией после заключения союза с Англией с целью дезинформировать Россию, убедить ее в том, что этот союз не направлен против нее.

Сообщения Павлова из Сеула от 5 октября и 2 ноября 1903 г., находящиеся в 189 деле, рассказывают о мерах, предпринимавшихся Японией по подготовке к войне, а телеграмма Ламздорфа Розену от 4 ноября 1903 г. - о намерении России продолжать переговоры с Японией.

В 191-м деле хранятся сообщения Павлова от 8, 9, 15 и 18 января 1904 г. из которых видно, что несмотря на то, что прикрываясь переговорами с Россией по корейским делам, Япония все более активизировала свою подготовку к началу войны. Более того, японский посланник в Сеуле угрожал корейскому императору лишить его жизни, в случае, если он не откроет Японии порт Йонампо на севере Кореи, заявляя при этом, что Япония будет противодействовать интересам России не только в северной Корее, но и в Манчжурии. Находящаяся в этом же деле переписка между Ламздорфом, Куропаткиным и управляющим морским министерством позволяет представить мнения, которые существовали в российских правящих верах по корейским делам накануне русско-японской войны. Еще большой интерес в этом плане представляет Журнал Особого совещания 28 января 1904 г.

Об особой позиции министра финансов С. Ю. Витте по корейскому вопросу свидетельствует его письмо Ламздорфу от 6 января 1903 г. Он настаивал на заключении договора с Японией при максимальных уступках со стороны России, так как считал, что это, во-первых, приведет к отклонению Японии от Англии; во-вторых, экономически слабая Япония не сможет в достаточной мере освоить Корею и она станет для нее экономической ловушкой.

Из источников личного характера в книге использованы дневники В. Н. Ламздорфа,28 высокопоставленного чиновника Министерства иностранных дел, министра в 1900-1906 гг. и военного министра А. Н. Куропаткина.

В дневнике В. Н. Ламздорфа содержатся записи за 1894-1896 гг. Наиболее значимыми для нас явились записи от 3(15) февраля 1895 г. и от 15 апреля 1895 г. В этих записях четко сформулировано отношение России к Корее. «Для нас, пишет Ламздорф 3(15) февраля, прежде всего важно обеспечить независимость и неприкосновенность Кореи. В то время как министерство иностранных дел должно будет направлять свои усилия к достижению этой цели, морское министерство призвано пополнить наши военно-морские силы на случай такого сопротивления со стороны Японии, которое, возможно, вызвало бы необходимость применения более эффективных мер»(с. 140). В записи 15 апреля говорится: «Мы не может отдать ей (Японии - Ч. Х. Ким) Корею, но вместе с тем для нас было бы плачевно ввязываться в войну на Дальнем Востоке»(с. 168).

В дневнике А. Н. Куропаткина29 интерес представляют записи, характеризующие его собственную позицию по дальневосточным вопросам, а также позицию Николая II и «безобразовцев». В частности, Куропаткин считал, что России нужна в Корее нейтральная зона по 39-ой параллели. Он также отмечал, что Николай II не желал войны с Японией, но на него большое давление оказывали «безобразовцы», настаивавшие на затяжке переговоров по корейским делам для того, чтобы выиграть время для подготовки войны с Японией.

Из мемуарных источников следует назвать прежде всего воспоминания С. Ю. Витте. Витте был не только талантливым министром финансов, но и крупным дипломатом, являлся одним из главных инициаторов и вдохновителей дальневосточной внешней политики России в конце XIX - начале XX вв. Из его воспоминаний, изданных в 1960 г. в трех томах, представляют интерес прежде всего глава 20 «Переговоры с Ли Хун-чжаном и заключение договора с Китаем», раздел «договор с Японией» из 21 главы, глава 27 «Захват Ляодунского полуострова», глава 31 «Боксерское восстание и наша политика на Дальнем Востоке», глава 35 «Переговоры с маркизом Ито. Моя поездка на Дальний Восток» и глава 36 «Усиление влияния Безобразова. Моя отставка», опубликованные во втором томе. Витте отдавал приоритет мирной экономической экспансии России на Дальний Восток и диплома-тическому давлению на Японию, считал, что занятие Россией Порт-Артура было преждевременным и возбудило Японию.

Привлекались также мемуары министра иностранных дел Японии Хаяси Тадасу.30 В них заслуживают внимания замечания о том, что дипломатический нажим во главе с Россией, оказанный на Японию после ее победоносной войны с Китаем, результатом которого был отказ Японии от Ляодунского полуострова, стал причиной заключения Японией Союза с Англией. Информация мемуариста дает основания считать, что этот союз был заключен Японией для захвата не только Кореи, но и Манчжурии. По мнению Хаяси, занятие Россией Порт-Артура было ее ошибкой, так как его соединение с Россией железной дорогой требовало больших финансовых затрат, которые в скором времени не могли окупиться.

При описании истории становления русско-корейских отно-шений были использованы воспоминания известного русского писателя И. А. Гончарова «Фрегат ‘Паллада’»,31 где рассказывается о встречах русских, находившихся на фрегате, с корейцами на острове Гамильтон и в порту Лазарев в апреле 1854 г. В это время руководитель экспедиции князь Е. В. Путятин отправил письмо корейскому правительству с целью установить официальные торговые отношения России с Кореей.

Сведения о первых знакомствах корейцев с Россией и с русскими были почерпнуты из корейских источников «Летописи Династии Ли(Ичжосильрок)»32 и «Летописи (Илсонгрок)».33

Особой задачей этой книги является выявить позицию России в тех эпизодах, когда возникал вопрос о разделе или нейтрализации Кореи.

В данной книге нас будет интересовать период с 1884 по 1904 г., и это не случайно. Исходной вехой является 1884 г., когда русско-корейским договором этого года было положено начало постоянным официальным отношениям между Россией и Кореей. В 1904 г., являющемся конечной вехой исследования, эти отношения были разорваны корейским правительством под давлением Японии, начавшей войну с Россией и оккупировавшей Корею.

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   14


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница