Дальневосточного филиала имени в. X комарова



страница1/24
Дата10.05.2016
Размер5.51 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24
АКАДЕМИЯ НАУК СССР

ТРУДЫ

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ФИЛИАЛА

ИМЕНИ В. X КОМАРОВА



СЕРИЯ БОТАНИЧЕСКАЯ Том II (IV)

Б. П. КОЛЕСНИКОВ

К
ИЗДАТЕЛЬСТВО АКАДЕМИИ НАУК СССР МОСКВА 1956 ЛЕНИНГРАД

ЕДРОВЫЕ ЛЕСА ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА



ЗАДАЧИ И СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

разделения лесного фонда СССР на группы лесов по их государ-ому назначению лесная площадь всего Дальнего Востока входила в состав лесопромышленной зоны. Перед его лесным хозяйством в то время стояли сравнительно несложные и немногочисленные задачи. Важнейшими из них являлись: инвентаризация и учет лесных ресур­сов, охрана лесов от лесных пожаров, обеспечение лесной промышлен­ности сырьевыми базами для организации лесоразработок.

Собственно лесоводственные мероприятия ограничивались надзором за выполнением лесозаготовителем при производстве им подневольно-вы­борочных и концентрированных условно-сплошных рубок простейших и повсеместно обязательных в СССР технических приемов, рассчитанных на ослабление лесопожарной опасности на лесосеках, на некоторое улуч­шение их санитарного состояния и создание благоприятных условий для естественного возобновления главных и особо ценных пород. В основ­ном все это сводилось к огневым очисткам мест рубок, к окорке пней и иногда лесоматериалов, своевременно не вывезенных из лесов.

На фоне общего разностороннего развития производительных сил Дальнего Востока в результате успешного выполнения пятилетних пла­нов перед дальневосточным лесным хозяйством возникли неизмеримо более сложные и многообразные задачи, не имевшие прецедента в про­шлом. Среди них существенное место заняли или займут в ближайшей перспективе разнообразные задачи строго лесоводственного характера. В настоящее время лесное хозяйство Дальнего Востока находится на принципиально новом этапе развития.

Достаточно указать, что, например, в Приморском крае более 1/4 лес­ной площади госфонда ныне входит в состав лесов I группы (запретных и защитных), а вместе с заповедными и колхозными лесами до 2/5 его лесной площади подчинено особому лесохозяйственному режиму.

Кроме того, почти 10% площади госфонда отнесено к лесам II группы, для которых размер рубок ограничен годичным приростом древесины, а обеспечение успеха возобновления на лесосеках главных и ценных пород является столь же важной задачей лесного хозяйства, как охрана лесного фонда и организация лесоиспользования. Аналогичные, но менее резкие изменения в распределении лесного фонда по его государственному назначению и лесохозяйственному режиму произошли на пространствах остальных частей Дальнего Востока — в Хабаровском крае, Амурской, Сахалинской, Камчатской и Магаданской областях.

Активное вмешательство лесовода в природные процессы роста и раз­вития леса для наиболее совершенного и полного использования лесных ресурсов, повышения производительности лесной площади и качества продуцируемой ею древесины, так же как создание новых лесных участков и массивов там, где необходимость их диктуется интересами социали-

1*

ЗАДАЧИ И СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ



стического народного хозяйства, характеризует направление развития лесного хозяйства Дальнего Востока на современном этапе. Этот путь, свойственный социалистическому лесному хозяйству Советского Союза, не терпит лесоводственного шаблона; следование по нему обязывает в производственной деятельности постоянно и тщательно учитывать лесоводственные свойства леса и особенности его жизни и динамики, используя выводы и достижения передовой биологической науки:.

Еще в дореволюционное время передовое русское лесоводство твердо установило, что «пора всероссийских рецептов миновала», что «лесовод­ственные правила, за исключением самых общих положений, могут иметь силу только для определенных областей, а в пределах их должны выра­батываться в применении к отдельным типам насаждений» (Морозов, 1909).

Характеризуя особенности учения о типах насаждений Г. Ф. Моро­зова в его приложении к практическим нуждам лесоводства, В. Н. Су­качев в свою очередь еще в 1918 г. писал, что «каждый способ лесово­зобновления и каждый прием воспитания леса должен находиться в пол­ном соответствии с условиями местопроизрастания и, как их производ­ными, с типами насаждений» (стр. 57).

Это заключение, неоднократно подтвержденное и проверенное раз­носторонним опытом советского лесного хозяйства и данными лесных научно-исследовательских учреждений по различным лесорастительным областям Советского Союза, получило в настоящее время значение бес­спорного, всеми признанного положения.

Например, обобщая многолетний опыт лесного хозяйства в лесах водоохранной зоны европейской части СССР, Г. П. Мотовилов (1949) указывает, что «типы леса, характеризующие условия местопроизра­стания, должны быть положены в основу всех лесохозяйственных ме­роприятий, проводимых в каждом отдельном насаждении, выделение которого производится с учетом типов леса» (стр. 101). Он же (Мотовилов, 1951) в докладе на Всесоюзном совещании по лесной типологии при От­делении биологических наук АН СССР в феврале 1950 г. внедрение типо­логии в практику лесного хозяйства рассматривал как обеспечивающее научные основы в лесохозяиственном производстве. Аналогичные высокие оценки научно-производственного значения лесной типологии как части лесоведения — научной основы лесоводства — приведены в докладах В. Н. Сукачева, П. С. Погребняка, Д. Д. Лавриненко, С. Я. Соколова и в многочисленных выступлениях других участников указанного сове­щания.

Вполне очевидно, что и на Дальнем Востоке лесное хозяйство обя­зано сообразовывать применяемые и вновь вводимые способы и средства воздействия на лес с лесорастительными условиями и с лесоводственно-биологическими свойствами типов леса. Иначе говоря, лесохозяйствен-ные мероприятия, обязательные к применению в соответствии с законо­положениями и желательные по лесоводственным соображениям, должны дифференцироваться по родам мероприятий, по срокам применения, по отдельным техническим приемам и т. п. с учетом экономических условий для лесов определенных групп, по районам с однородными лесорасти­тельными условиями и далее по типам леса или по их крупным лесовод-ственно-однородным объединениям. Чтобы производство могло осуще­ствить с должным экономическим и лесоводственным эффектом диффе­ренцированную систему лесохозяйственных мероприятий, необходимо располагать, помимо лесорастительного районирования страны и порай­онных описаний лесорастительных условий, подробно разработанной

ЗАДАЧИ И СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

классификацией леса. Последняя должна быть единой по принципам построения для всей территории Дальнего Востока или первоначально хотя бы для его крупных географических и административно-хозяйствен­ных подразделений (например, для каждого края и области).

Остановимся прежде всего на некоторых вопросах классификации типов леса. Под классификацией типов леса понимается разделение лесного покрова изучаемой территории на естественные и природно-обусловленные категории — типы леса и соподчиненное объединение их в иерархически построенной классификационной системе, должной в яс­ном и простом виде, понятном для рядового лесовода, показать степень сходства и различия между отдельными типами и их объединениями высших рангов, выявить взаимозависимость от условий окружающей среды, вскрыть решающие закономерности пространственного распро­странения и развития лесного покрова и, как итог, могущей служить целям организации его народнохозяйственного использования. Совер­шенно обязательно, чтобы такая классификация не ограничивалась инвентарным перечнем названий типов леса и краткой характеристикой их отличительных (диагностических) признаков, а дополнялась разно­сторонними, хотя бы сжатыми, описаниями лесоводствепиых свойств и закономерностей жизни и развития, знание которых необходимо для продуманного выбора лесохозяйственных мероприятий и научного про­гноза последствий различных воздействий на лес.

К сожалению, классификации типов леса подобного характера и в том объеме и содержании, каковых требуют интересы растущего лесного хозяйства Дальнего Востока, к настоящему времени не имеется. Пред­ложенные в разное время и разными авторами сводные классификации лесов и лесной растительности по обширным пространствам южной по­ловины Дальнего Востока (Ивашкевич, 1915, 1916, 1927а, 1933; Комаров, 1917; Савич, 1928, 1930; Сочава, 19446, 1946) или многочисленные клас­сификации районного назначения и отдельных лесных формаций не удовлетворяют современным требованиям лесного хозяйства на Дальнем Востоке. Кроме того, во многих случаях указанные авторы дают неполные характеристики выделенным ими типам леса или лесным растительным ассоциациям (например, лесоводственных свойств и особенностей дина­мики древостоя). Представляя большую ценность как исходный мате­риал для построения единой сводной классификации типов леса Дальнего Востока, они в настоящее время мало пригодны для непосредственного использования лесным хозяйством.

Таким образом, составление сводной, единой по принципам построения, классификации типов леса Дальнего Востока или его отдельных крупных частей, относится к числу ближайших задач местных и центральных научно-исследовательских учреждений, обслуживающих запросы дальне­восточного лесного хозяйства и лесной промышленности.

Предпринятая мною попытка разработки подобной классификации для лесов Приморского края показала прежде всего невозможность осуществления ее без предварительного решения некоторых самостоя­тельных научных проблем, косвенно связанных с проблемой классифи­кации. К числу их, например, относятся: лесорастительное райониро­вание Дальнего Востока с учетом особенностей его физико-географических условий; определение путей развития лесной растительности в после-третичный период и выявление закономерностей ее изменения под влия­нием хозяйственной деятельности человека и сопутствующих факторов в историческом прошлом и в настоящее время: познание лесоводственных свойств дальневосточных древесных пород.

ЗАДАЧИ И СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Кроме того, оказалось, что принципы классификации лесов, приме­няемые советской лесной типологией и разработанные на примере пре­имущественного изучения равнинных лесов таежной и лесостепной зон европейской части СССР, не дают удовлетворительных результатов в приложении их без специальных корректив к горным лесам Дальнего Востока. К тому же принципы построения законченной системы клас­сификационных единиц, без которой невозможно выявление разнообра­зия типов леса обширных территорий, что в свое время усиленно под­черкивал Г. Ф. Морозов (1907, 1928), до настоящего времени остаются почти неразработанными, а содержание и объем единиц, рангом выше типа леса, вообще строго не определены. К тому же и объем понятия основной единицы лесной типологии — типа леса и его ведущие диагно­стические признаки понимаются разными авторами различно и не огра­ничиваются достаточно определенными критериями и признаками.

Таким образом, прежде чем разрабатывать сводную классификацию типов леса Дальнего Востока, необходимо не только принять решение по упомянутым специальным проблемам дальневосточного лесоведения, но и предварительно разработать и обосновать единую систему классифи­кационных единиц.

В последнем как раз и заключается одна из конечных задач настоящей работы. Она осуществляется нами на конкретном примере построения классификации кедровых или кедрово-листвениых лесов (они же кедров­ники и кедрово-широколиственные леса) Дальнего Востока, т. е. для лесов, в составе древесного полога которых главенствующее положение принадлежит корейскому кедру (Pinus koraiensis S. et Z.), и он в них иг­рает роль главной породы.1

Кедровые леса выбраны для обоснования предлагаемой ниже системы классификационных единиц прежде всего как леса, наиболее характер­ные для южной половины Дальнего Востока. На обширных простран­ствах зоны листопадных смешанных лесов умеренного пояса Восточной Азии господствуют кедровники или производные от них широколиствен­ные леса. Одновременно дальневосточные кедровые леса являются лесами многовидовыми и наиболее сложными по строению и процессам динамики среди всех остальных смешанных лесов не только советского Дальнего Востока, но, пожалуй, и всего СССР. Поэтому их типологи­ческое изучение выдвигает перед исследователем особые трудности, отсутствующие при изучении одновидовых лесов, вроде сосновых, еловых или дубовых.

Кедровые леса являются одним из важнейших объектов лесопользо­вания на Дальнем Востоке. В силу этого неудовлетворительность есте­ственного возобновления кедра после промышленных рубок и неустой­чивость кедровников по отношению к лесным пожарам привлекает особое внимание дальневосточных лесоводов. Корейский кедр, основной лесо-образователь кедровых лесов, — это сосна Дальнего Востока не только по принадлежности к тому же ботаническому роду, но и по экономиче­скому значению. На всех этапах истории развития дальневосточного лесоводства, до революции и особенно в советский период, при обсуждении и решении разнообразных вопросов лесоводственного характера на юге Дальнего Востока в первую очередь имелись и имеются в виду кедр и кедровые леса. Подавляющее большинство специальных лесоводствен-ных работ по лесам Дальнего Востока, начиная с первой из них, выпод-



1 Содержание понятия «главная порода», несколько отличное от общепринятого, обосновывается ниже (глнва VII, стр. 146).

ЗАДАЧИ И СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

ненной современными научными методами исследований (Ивашкевич, 1915), прямо или косвенно затрагивают проблему рационального исполь­зования кедра и кедровых лесов.

В этих работах выдвинуто на обсуждение много различных мнений, соображений и гипотез и высказаны предложения и рекомендации об организации хозяйства в кедровых лесах. Но вполне обоснованных и сколько-нибудь законченных общих выводов пока не дано, так же как остаются еще не доработанными или вообще не затронутыми обсужде­нием отдельные стороны этой проблемы. В числе их вопросы, связанные с разработкой общедальневосточной классификации кедровых лесов и с характеристикой их лесоводственных свойств, принадлежат в насто­ящее время, пожалуй, к наиболее актуальным задачам для дальне­восточного лесоводства.

Решая общетеоретическую задачу о принципах построения системы классификационных единиц лесной типологии на примере кедровых лесов и предлагая в качестве образца классификацию типов послед­них, мы одновременно способствуем решению другого, не менее суще­ственного вопроса, связанного с проблемой обоснования научных принципов организации хозяйства в наиболее экономически важных лесах Дальнего Востока — в кедровых.

Чтобы предполагаемая классификация типов кедровых лесов отражала действительные природные закономерности и могла быть полезной для лесного хозяйства Дальнего Востока, она должна основываться по воз­можности на полном учете особенностей кедровых лесов и их лесообразую-нги^факторовТТззятых в развитии и в связи с отношением их к хозяйствен­ной деятельности человека. Отсюда вытекает монографический харак-тёрГработы, а система классификационных единиц излагается в ней как вывод из обобщения разносторонних сведений о географическом рас­пространении кедра и кедровых лесов, об особенностях лесорастительных условий в пределах их ареала и условиях местопроизрастания, о биоло­гических и лесоводственных свойствах, закономерностях динамики и т. п.

В основу положены оригинальные фактические материалы и наблю­дения, собранные и полученные автором в процессе изучения лесов на территории южной половины советского Дальнего Востока. В период с 1928 по 1949 г. посещены или обследованы с различной степенью де­тальности (от среднемасштабного картирования типов леса с примене­нием методов перечислительной таксации до беглой экскурсии) лесные пространства в пределах большей части ареала кедровых лесов указан­ной территории. Они изучались почти во всех лесхозах материковой части Южного Приморья, побережья Японского моря и Татарского про­лива, бассейна Уссури и в некоторых районах нижнего течения Амура. Хотя во время этих исследований, имевших разнообразную тематику и задачи, кедр и кедровые леса в большинстве случаев не являлись предметом специального внимания, разносторонние материалы о них собирались всегда, поскольку на юге Дальнего Востока любой вопрос, связанный с изучением лесов, неизбежно оказывается сопряжен­ным в той или иной степени с различными сторонами «кедровой про­блемы».

В итоге накопления этих материалов сложилась достаточно цельная и полная картина особенностей жизни и развития кедровых лесов в раз­ных частях ареала, что и позволило нам обобщить их в настоящей работе с использованием всех доступных источников.



II

ОБЗОР СУЩЕСТВУЮЩИХ КЛАССИФИКАЦИЙ КЕДРОВЫХ ЛЕСОВ

ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА

Несмотря на широкое распространение и важное народнохозяйствен­ное значение кедровых лесов Дальнего Востока, специальных исследо­ваний, посвященных сводной и всесторонней характеристике их и самого кедра как лесообразователя, не имеется.

Беглые обзоры лесоводственно-биологических свойств кедра, опубли­кованные многими авторами в разное время в работах более общего ха­рактера, преимущественно дендрологических [Будищев, 1867, 1898; Комаров, 1901, 1934; Вольф, 1913; Овсянников, 1924, 1929, 1930; Геор­гиевский, 1932; Нестерчук, 1932; К. Соловьев, 1933; Вирясов, 1933; Строгий, 1934; Харьюзова, 1936; Сукачев, 1938; Соколов (ред.), 1949, и др.], весьма сжаты, неполны и общи по содержанию.

Невелик и перечень работ, специально рассматривающих отдельные вопросы биологии и лесоводственных свойств кедра, ограничивающийся монографией А. М. Фишера (1939) о его естественном возобновлении и несколькими статьями А. А. Строгого (1925а и б, 1927, 1930), В. М. Иванова (1932), Б. А. Ивашкевича (1929а и б, 1930), Н. Е. Ива­новой и Н. Н. Чулицкого (1938), К. П. Соловьева (1937, 1948, 1949) и других авторов.

В аналогичном же положении находится типология кедровых лесов. Специальные сводные исследования отсутствуют; довольно разнообраз­ные сведения о них могут быть извлечены из немногих по численности лесоводственных и геоботанических работ, описывающих леса южной половины Дальнего Востока и отдельные ее районы. Среди них наиболь­шее значение имеют опубликованные работы Б. А. Ивашкевича (1915, 1916,1927а, 1933 и др.), В. Л. Комарова (1917), В. М. Савича (1928, 1930), Д. П. Воробьева (1935), К. П. Соловьева (1935), Н. Е. Ивановой и Н. Н. Чулицкого (1938), В. Н. Васильева (1937), Н. Е. Кабанова (1937), Б. П. Колесникова (1938), Я. Я. Васильева (1939), В. Б. Сочава (19446, 1946).

В этих работах сосредоточены основные сведения о распространении кедра (см. также Комарова, 1901, 1923) и кедровых лесов, о взаимосвя­зях последних с лесорастительными условиями, о их лесоводственных свойствах и динамике, приводятся конкретные или обобщенные описания устанавливаемых автором типов, ассоциаций или других классифика­ционных подразделений кедровников разного ранга, в ряде случаев высказываются общие соображения о их классификации и предлагаются более или менее разработанные и обоснованные классификационные схемы. Последние лишь в одном случае (Сочава, 1946) разрабатывались специально для кедровых и родственных им лесов. У всех остальных авторов классификации кедровников представляют собой частный пример решения общего вопроса о способах и путях построения классификации

ОБЗОР КЛАССИФИКАЦИИ КЕДРОВЫХ ЛКСОВ

лесной растительности южной половины Дальнего Востока или ее от­дельных районов. Впрочем, этот общий вопрос многими авторами (Иваш­кевич, Колесников, Я. Васильев) решался с учетом в первую очередь особенностей кедровников.

Не задерживаюсь на перечне литературных источников о полезных свойствах кедра (в частности, физико-механических свойствах его древе­сины), о его народнохозяйственном использовании и т. п., поскольку эти вопросы не являются в дальнейшем предметом специального обсу­ждения. Стоит лишь заметить, что они немногочисленны, и среди них нет сводных обзоров.

Хотя дальневосточный кедр впервые был описан Зимбольдом и Цукка-рини (Siebold efc Zuccarini, 1842) 1 в флоре Японии и значительная часть его ареала и ареала кедровых лесов расположена за пределами советского Дальнего Востока (Северо-Восточный Китай, Северная Корея, о. Хондо), все сколько-нибудь существенные данные о нем и его лесах получены русскими исследователями и сосредоточены в трудах, написанных ими. Даже основные работы по лесам Северо-Восточного Китая, в том числе содержащие сведения о кедровых, принадлежат русским лесоводам и бо­таникам и написаны на русском языке (Комаров, 1898а, 18986, 1901, 1902; Ивашкевич, 1915, 1916; Гордеев, 1923, 1925; Сурин, 1929; Сквор­цов, 1922, 1932; Козлов, 1926, и т. д.). Данные иностранных ученых в общей сумме сведений о кедре и кедровых лесах занимают мало­существенное место, причем они касаются преимущественно второстепен­ных вопросов, детализирующих его морфолого-дендрологическую харак­теристику, распространение в зарубежной части ареала и результаты интродукции в Европе и Северной Америке.

Из работ, содержащих наибольшее количество оригинальных данных подобного рода, заслуживают упоминания монографии Майра (Мауг, 1890, 1906), Вильсона (Wilson, 1916) и Пильгера (Pilger, 1931) и повторя­ющие их сведения с некоторыми дополнениями и уточнениями известные сводки по дендрологии, как, например, руководства Бейсснера и Фит-шена (Beissner und Fitschen, 1930), Эльве и Генри (Erwes and Henry, 1907), Редера (Render, 1934) и им подобные.

Общие сведения обзорного характера о лесах с господством и участием кедра в Японии и Северной Корее сообщают, кроме того, Кудо (Kudo, 1925, 1927), Кавада (Kawada, 1934), Уеки (Uyeki, 1933, 1934), Миябе и Кудо (Miyabe and Kudo, 1920, 1930), Хайята (Hayata, 1926), Лин (Lin, 1934) и другие.

Опуская изложение содержания всех перечисленных источников, ограничусь подробным обзором работ, в которых затрагиваются вопросы типологии кедровых лесов, в основном задерживаясь на характеристике принципов построения их классификаций, предложенных отдельными исследователями, и на содержании и объеме классификационных единиц, употребляющихся последними.

Поскольку кедровые леса как формация зональная и специфично дальневосточная всегда находилась в центре внимания подавляющего большинства исследователей лесов южной половины Дальнего Востока, содержание нашего обзора невольно расширяется. Он фактически выльется



1 Немногим позже, независимо и вторично, кедр был описан Рупрехтом (Rup-recht, 1857) по сборам Р. К. Маака в Буреииских горах по Амуру под более удачным названием — маньчжурский кедр (Pinus mandshurica Rupr.), незакрепившимся в науке в силу правил ботанической номенклатуры и приоритета. В русской лесоводствеяной и географической литературе это название, впрочем, удерживалось очень долго и изредка употреблялось даже в наше время (Нестерчук, 1932; Криштофович, 1946).

10 ОБЗОР КЛАССИФИКАЦИЙ КЕДРОВЫХ ЛЕСОВ

в обзор развития научных представлений о принципах классификации дальневосточных лесов в целом на примере кедровых лесов. Такое расши­рение целесообразно не только потому, что облегчает решение основной задачи нашей работы, но еще и потому, что дает возможность попутно пополнить существующие многочисленные обзоры путей развития оте­чественной лесной типологии (Орлов, 1928; Сукачев, 1928, 19316, 1938, 19456; Соколов, 1937—1938; Погребняк, 1944; Нестеров, 1948, 1949; Иваненко, 1948, и др.). Во всех этих обзорах дальневосточным исследо­вателям лесов (как, впрочем, большинству провинциальных) и их ори­гинальным лесотипологическим взглядам не нашлось места, если не считать беглых оценок В. Н. Сукачева (1931), классификации В. М. Са-вича, С. Я. Соколова (1937), той же классификации В. М. Савича и класси­фикаций Б. А. Ивашкевича.

Предлагаемые ниже характеристики классификаций кедровых лесов излагаются в исторической последовательности их опубликования, с учетом принципов их построения, позволяющих отнести их к той или иной группе классификаций.

Таких групп, или типов, классификаций мы усматриваем три: лесо-водственные, ландшафтно-ботанические и ф и-тоценологические (геоботанические). Они заметно разнятся по ряду важных признаков: по трактовке роли отдельных лесообразо-вательных факторов в жизни леса, по объему и содержанию использу­емых основных единиц расчленения лесного покрова, по характеру при­знаков леса, первоочередно учитываемых при диагностике этих единиц, наконец, по отношению авторов к явлениям динамики лесов и использо­ванию их в классификационных целях. Нет необходимости сейчас кон­кретизировать эти различия — они выявятся в дальнейшем на примерах отдельных классификаций (табл. 1). Надо лишь сразу указать, что все три типа классификаций отвечают одноименным научным направлениям в познании лесной растительности, существующим (или существовавшим) в отечественной науке о лесе и самостоятельно проявивших себя на Даль­нем Востоке. Каждое из направлений преимущественно связано с опре­деленной отраслью научных знаний, изучающих лес: соответственно с ле­соведением как частью лесоводства, с ботанической географией и фито­ценологией (геоботаникой).

Первые сведения о кедровых лесах, дающие им схематическую ха­рактеристику, были получены во второй половине прошлого века от первоисследователей природы Приамурья и Приморья, проникших на их территорию вслед за присоединением страны к России. Наибольшее коли­чество сведений доставили ботаники К. И. Максимович (1859, 1883) и Р. К. Маак (1861), лесовод А. Ф. Будищев (1867, 1898) и географ Н. М. Пржевальский (1870).

Все авторы того времени не отделяли кедровые леса от родственных и близких им по видовому составу лесообразователей и по строению других формаций хвойно-широколиственных лесов (например, с господ­ством ели аянской и пихты цельнолистнои) и даже от широколиственных (долинные ильмово-ясеневые, липовые, частично дубовые); все они объеди­нялись в обширную группу смешанных (или «мешанных», как тогда их чаще называли) лесов. Поскольку большинством исследователей того времени эти леса наблюдались в долинах крупных рек и в предгорьях Си-хотэ-Алиня, где участие кедра и других хвойных в составе древостоя умень­шено по многим причинам за счет увеличения роли широколиственных, смешанные леса были охарактеризованы в основном как леса широко­лиственные с умеренным участием хвойных пород. Лишь лесовод А. Ф. Бу-

ОБЗОР КЛАССИФИКАЦИИ КЕДРОВЫХ ЛЕСОВ

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница