Болезнь и старость в салезианском опыте



Скачать 356.78 Kb.
Дата01.11.2016
Размер356.78 Kb.
ДОКУМЕНТЫ

генерального совета

Салезианского Общества Святого Иоанна Боско

№№ 377



год LXXXII
октябрь - декабрь 2001

1. Письмо генерального настоятеля

Дон Хуан Векки



БОЛЕЗНЬ И СТАРОСТЬ В САЛЕЗИАНСКОМ ОПЫТЕ

I. Болезнь

2. Старость
2. НАПРАВЛЕНИЯ И ДИРЕКТИВЫ

(отсутсвуют в этом номере)


БОЛЕЗНЬ И СТАРОСТЬ
В САЛЕЗИАНСКОМ ОПЫТЕ

Сердце мое возрадуется о спасении Твоем” (Пс12, 6)

Господь есть часть наследия моего и чаши моей.
Ты держишь жребий мой” (Пс.15, 5)

Возрасты жизни. – I. Болезнь – Опыт болезни в нашей жизни посвященных – Глядя на Дона Боско – Новый апостольский возраст – II. Старость: нужно ценить этот возраст – Правильное понимание – Старость и молодежная миссия – Участвовать в состоянии пожилых собратьев – Уже с молодых лет учатся хорошо стареть – Непрерывное формирование в местной и областной общине.
Рим, 15 августа 2001 г.

Торжество Успения Девы Марии
Возлюбленные собратья!

Пишу вам, пережив год болезни, и желаю поделиться с вами тем, что я чувствовал и думал в течение этого времени. Оно было необычным для меня, но его сопровождали благодать Господня и любовь собратьев.

Болезнь постигла меня неожиданно, в разгаре служения, порученного мне Провидением. Я многое наметил на время моего пребывания в должности Генерального Настоятеля, но болезнь застала меня врасплох. Благодать Господня и помощь вашей молитвы помогли мне пройти этот поворот моего призвания, когда мне пришлось служить Господу иным образом.

Ныне я чувствую, что я – в руках милосердного Отца, даровавшего мне возможность всецело уповать на Него. Ощущая свою слабость, знаком которой является болезнь, я в то же время чувствую помощь Господа: Он простер руку Свою, дабы не оставить меня одного.

Несмотря на то, что я постепенно слабею, Господь покамест даровал мне сохранить достаточно ясный рассудок, что дает мне возможность общаться с собратьями, принимать участие в некоторых небольших салезианских торжествах и по-прежнему заботиться о благе Конгрегации.

Я думаю о том, какая громадная область апостольских трудов поручена Конгрегации, о желании различных народов и молодежи, о том, сколь уважают и сколь благожелательно относятся к салезианцам Церковь и правительства различных стран за ту работу, которую проводят салезианцы во всех частях света.

Я с радостью вижу, как разрослась Салезианская Семья, и сколь обильны дары, которые она приносит Церкви. Могу лично высоко оценить тот уход и заботы, которыми монахини, Дочери Пресвятых Сердец Иисуса и Девы Марии, окружают своих больных.

Я не забываю множество собратьев и мирян, которых я встретил в различных странах, и чувствую, что мы едины с ними благодаря моей жертве терпения.

Я думаю о молодых салезианцах, кто готовится к принесению вечных обетов или первого обета, или собираются вступать в новициат, и молюсь о них. Я почувствовал свою особенную близость с больными и пожилыми собратьями: некоторых я смог повидать, всем прочим написал, заверяя их в моих молитвах, дабы моя дружба и совместное участие в этом опыте жизни оказались более явными.

За все это я благословляю Господа, не желая скрывать ту радость, которой переполнено мое сердце.

Я чувствовал свое единство с вашей молитвой Артемиде Дзатти о здоровье и всей той благодати, которая мне необходима. Написанные мною вам письма о молитве и о Артемиде Дзатти – это также возможность по-прежнему быть рядом с вами. Я попросил вас заботиться о призвании салезианца – коадъютора: это возможность продолжать наши взаимоотношения.

Хотел бы поделиться некоторыми соображениями, которые, с моей личной точки зрения, кажутся мне полезными не только для тех, кто лично переживает состояние страдания или физического недостатка, но и для всех собратьев, кто в общине сталкивается с этим опытом.



Возрасты жизни

Хочу для начала рассказать некую притчу о жизни. Один духовный руководитель говорил, что жизнь веры у человека можно разделить на три периода, или этапа, причем каждый из них отличается своеобразными позициями и склонностями.



Первый период или этап отмечен вопросом: “Как принять жизнь?” Жизнь перед нами. Нам нужно понять, что жизнь – это совершенно бескорыстный дар, плод непостижимой любви. Жизнь не только временная, она вечная по продолжительности и по качеству. Ее смысл заключается в Иисусе Христе, с Которым мы разделяем наш человеческий опыт, в ней есть заботы и вместе с тем, радость и риск. С такой точки зрения основное чувство – это вера в верность Бога, о чем поется в псалмах: Господи, Ты есть моя жизнь, моя крепость, моя надежда, свет мой. “Если я пойду и долиной смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мной; Твой жезл и Твой посох – они успокаивают меня” (Пс 22, 4). Доброго человека определяют прежде всего, как “благодарного человека”, а неверующий в основном неблагодарен.

Этот период – путь веры, продолжающийся всю жизнь, но особенно яркий в молодости. Живым и полным трудностей поискам, характерным для этого возраста, соответствует воспитание, через разнообразное посредство семьи, проводимое пастырской деятельностью для молодежи и катехизацией.

Созерцая тайну Воплощения, мы видим, что у Девы Марии этот путь веры начинается в момент Благовещения, когда Она отвечает ангелу: “Да будет Мне по слову твоему” (Лк 1, 38); а у Иисуса всецело выражается в Его готовности действовать, и Он говорит: “Вот, иду исполнить волю Твою, Боже” (Евр 10, 7). Наша миссия людей, испытавших истинную жизнь и желающих открыться ей, особенно важна и радостна. Именно поэтому в центре внимания молодежной салезианской духовности, где имеются также воспитательные моменты, находится жизнь и ее ценность. Поэтому мы смотрим на Отца и считаем Его творцом жизни, а Сына – полнотой и гарантией от смерти. Мы с восторгом смотрим на воскрешение умершей девушки1 и радуемся исцелению отрока2.

Неудивительно, что многие не задаются вопросом об этом даре жизни: ведь они принимают ее, как некий “случай”, не постигая ее смысла или просто живя бездумно день за днем. Мы же, по благодати, можем произнести такое исповедание веры: “Жизнь явилась нам и ее осязали руки наши”3.



Второй период проходит под властью мысли “как употребить жизнь в ее аспекте дара”. Это годы познания и принятия решения о своем призвании, слушая желания братьев и волю Божию, которая проявляется через знаки и различного рода посредничество. В заключение этого периода человек принимает основное решение своей жизни: либо в пользу Царства, либо в пользу какой-либо иной цели. С этой точки зрения следует помочь нашей молодежи, свидетельствуя и руководя ее выбором.

Для салезианцев, принявших призыв следовать за Христом по пути, намеченному Доном Боско, жизнь открывается в полноте апостольских забот, и эти заботы продолжаются многие годы, так, что они переживают типичную духовность единения с Богом, то-есть, истинное созерцание, и радость трудиться вместе с Богом ради спасения молодежи и бедняков. Это понимание происходит не без труда, но оно весьма радует нас. Мы возрастаем в церковном общении и в общинной жизни, размышляя над Словом, и наконец, готовы пожертвовать жизнью в повседневном.



Третий период отмечен заботой о том, “как вручить свою жизнь”. Если первая позиция напоминает нам слова Иисуса: “Вот, иду исполнить волю Твою, Отче” (Евр 10, 7), вторая напоминает слова Иисуса в Назарете: “Дух Господень на Мне; ибо Он помазал Меня благовествовать нищим, и послал Меня исцелить сокрушенных сердцем, проповедовать пленным освобождение, слепым прозрение, отпустить измученных на свободу” (Лк 4, 18), – то в этот третий период мы не можем не слышать слов: “В руки Твои предаю дух Мой”4.

По народному поверью, каждый умирает так, как прожил жизнь. Это не какая-либо четкая норма и не фатальная неизбежность. И в последний период жизни встречаются важные положительные и отрицательные новости, утешительные или мучительные.

Иисус, разумеется, мог не ожидать всего процесса, осмеяния и крестной смерти, но Он принял все это от Отца, открывая тем самым всецелую любовь Своего Отца и трудясь ради нашего искупления. Добрый разбойник неожиданно встретился с Мессией в момент самого полного Его милосердия. Дева Мария приняла у Креста духовное материнство Церкви.

Размышляя над рядом личных событий, которые встречаются на пути каждого человека в конце жизни, теологи не могут определить с человеческой точки зрения последний момент сознания, подчеркивая, что мы уходим из этого мира, и никто из нас не может утверждать, что он спасен. В эти моменты могут встречаться новые дары и утешение для больного. Во многих случаях тягостными новостями последнего периода жизни можно назвать продолжительные болезни, которые не зависят от жизненных привычек. Современная медицина может ослабить или затормозить их крайние симптомы, но далеко не всегда, более того, весьма редко, может излечить их.

По прошествии 150 лет, в нашей Конгрегации существуют собратья во всех трех периодах жизни. В общине почти всегда найдется собрат, о котором нужно заботиться; старость и болезнь присутствуют теперь постоянно.

БОЛЕЗНЬ

В воображении молодежи и народа настоящий салезианец утром выбегает из своей комнаты, и, сотворив молитву с общиной, бежит во двор, весело болтает с приходящими ребятами, наскоро забивает мяч в ворота и несколько минут спустя собирает молодежь в большом зале на катехизацию, а затем еще и служит Евхаристию.

Эта ситуация во многом соответствует действительности, и нередко именно так и происходит. Салезианец ждет удобный момент, чтобы встретиться с молодежью, и момент, когда они появляются – один из самых ярких и богатых новостями моментов.

Однако здесь есть и опасность: опасность изоляции, опасность представлять результаты пастырской деятельности и подчеркивать, что они получены только благодаря себе, своим силам, забывая при этом аспект бескорыстия, жертвенного сыновства, столь характерный для Христа, ибо для Него крест стал моментом откровения, а Евхаристия – моментом общения.

В жизнь включаются страдание и крест. И нужно сразу же сказать, что период болезни и ограниченности столь же плодотворен, как и период специфической деятельности, если его переживают в свете тайны смерти и воскресения Иисуса.

Болезнь приходит, когда ее не ждешь, расписания у нее нет. Она появляется внезапно, в двадцать, тридцать или сорок лет. Особенно сегодня, когда распространились некоторые типичные для современной жизни вещества, с самого младенчества можно встретить такие заболевания, как опухоли, инфаркты, инсульты… Особого разговора заслуживают психические расстройства: они, возможно, менее заметны, но не менее тяжелы (депрессии, нервные истощения, бессонницы, хроническая усталость и т.д.).

Следовательно, болезнь оказывается привычным явлением в наших общинах, как и в семьях, да и во всей человеческой жизни.

Опыт болезни в нашей посвященной жизни

Из вышесказанного непосредственно следует один факт: болезнь заставляет нас размышлять над ненадежностью жизни, в особенности, того, на что мы надеемся, и дает нам понять то, что говорится в псалме: “человек, который в чести, неразумен” (Пс 48, 13). В чести человек чувствует себя уверенным, и есть опасность, что он полностью не понимает жизнь, не понимает братьев и долговременные условия счастья.

Болезнь углубляет самопознание и обновляет общинный дух. Страдающий человек приобретает более реалистическое понимание своей человеческой природы. Он видит свою ограниченность, свое убожество, нужду и, как нередко говорится в Псалмах, ему открывается путь бесконечной жизни, к которой он должен подготовиться. Кроме того, посредством болезни и получаемого собратьями и молодежью примера и страданий, которые они разделяют, жизнь приобретает новый апостольский смысл. По поводу собратьев, пораженных болезнью, в нашем Уставе говорится: “Они же (больные), исполняя те обязанности, на которые способны, и принимая свое состояние, являются источником благословения для общины, обогащают ее семейный дух и углубляют ее единство”5.

Те, кто проходит путь страдания, призваны спокойно обновить свое доверие Богу. Бог, призвавший их к жизни - это верный Бог; Он призывает их к вечной жизни через различные испытания, в том числе, и через страдания. В Псалмах – несравненной для верующего молитве – говорится о внезапном и глубоком страдании болезни. Однако в них всегда на первом месте стоит доверие к Богу и упование на Него, ибо Его милосердие неизменно и вечно. Христианин, и в том числе, монашествующий, проходя свой жизненный путь, воспитывается на примерах жизни Христа. Поэтому болезнь есть возможность проверить, вновь выразить и углубить свою веру.

Что касается жизни в общинах, нужно иметь в виду указания Устава: с одной стороны, спокойно и трезво заботиться о своем здоровье, а с другой – во время болезни исполнять те обязанности, на которые больной способен. Эту способность следует оценить и использовать после беседы с директором, причем здесь, разумеется, медицина также должна сказать свое слово.

Порой собрат может использовать оставшиеся у него ограниченные возможности, исполняя свои обычные обязанности, если они не трудны: трудиться привратником, или в библиотеке, или присутствовать в определенных сферах деятельности. Если у больного есть соответствующие способности и желание заниматься, например, издателькой деятельностю, он может добиться великолепных результатов, диктуя собрату свою работу (нужно иметь в виду и такую форму сотрудничества). Известны случаи, когда люди, пораженные слепотой или ослабев, были вынуждены диктовать свои труды другим. Кроме того, наши собратья описали свой духовный опыт болезни на страницах книг, которые не только получили довольно широкое распространение, но и принесли утешение другим людям, пораженным болезнью.

Впрочем, может произойти и обратное: когда больной собрат принимается помогать здоровому. Болезнь не поддается программированию, и те неудобства, которые она вызывает, неодинаковы для всех, а поэтому, отыскивая различные способы лечения ее, не следует забывать о фантазии и творческом начале. В таком случае следует придумать какую-либо работу, продумать процесс сотрудничества и сделать так, чтобы заботы носили личный, направленный характер, поскольку длительное пребывание на больничной койке становится частым явлением.

Вероятно, не случайно именно в это время Церковь показывает нам примеры салезианской святости, созидавшейся на позициях солидарности с больными: Артемиде Дзатти, Симоне Сруджи, Д. Луиджи Вариара и др.

Я хотел бы также заверить наших больных собратьев, что их состояние – вовсе не обуза для молодежи, а напротив, приносит им помощь, и не только потому, что своим присутствием и своим словом они дают молодежи более зрелое понимание жизни, не только потому, что на их примере молодежь учится более спокойно переносить болезнь, но также и потому, что благодаря им, у молодежи рождается чувство сочувствия, сострадания и желание помочь. Впрочем, следует сказать, что есть молодежь, которая уже заботится о наших больных, посвящая этому несколько часов в день. Но как хорошо было бы, если бы в Молодежном Салезианском Движении возникли группы самаритян или назарян!

Здоровье, дорогие собратья, – это проблема, которая касается всего человечества, и отражается почти в каждой семье, поэтому она требует больше внимания и больше любви. Неплохо было бы развивать в Церкви пастырскую деятельность здоровья. Между прочим, она отчасти проявляется в международных днях больных и в паломничествах к святыням. С другой стороны, здоровье оказалось основным знаком Царства, как любовь и сила: “Проповедуйте, что приблизилось Царство Небесное. Больных исцеляйте, прокаженных очищайте, мертвых воскрешайте, бесов изгоняйте” (Мф 10, 7-8).

Так что не станем забывать, что слепые, глухие, параличные, прокаженные, эпилептики, одержимые бесами были объектом внимания, чудес и знаков приближения Царства Божьего.

И вот здесь-то и может проявиться эффективность общины. Первое, что следует сделать – увидеть положительную сторону ситуации, открыв, что болезнь, в свете пасхальной тайны, это благодать. И в связи с этим, мне вспоминается, как святые целовали истерзанные тела и гнойные раны, считая их ранами Христовыми. Со своей стороны, постараемся не забывать о страдающих салезианцах: достопочтенном Андреа Бельтрами и Александрине Да Коста. Кстати же, дон Бельтрами вдохновил миссионерское призвание дона Луиджи Вариара, который, как мы надеемся, вскоре удостоится чести канонизации.



Глядя на Дона Боско

Для нас фоном всего этого служит опыт Дона Боско. Мы обычно представляем себе его юношескую живость, его творческие способности в пастырском служении, его инициативность с молодежью, жизнелюбие. При этом, однако, мы нередко забываем о других аспектах его жизни, например, о страдании. Может быть, о них говорится меньше, поскольку внешне они не столь привлекательны, хотя и столь же важны и значительны.

Чтобы не быть голословными, вспомним различные моменты жизни Дона Боско, когда его поражала болезнь.

Первым моментом можно назвать тот, когда семинарист Джованни Боско заболевает после того, как увидел только что умершего Луиджи Комолло. Мы порою вспоминаем трогательную подробность той болезни, когда мать принесла Джованни бутылку старого вина и каравай просяного хлеба6. Еще и сейчас полушутливо спорят, что это было за вино: в тот раз Джованни поправился почти тотчас же!

В 1846 г. Дон Боско, уже став священником, тяжело заболевает. Из-за огромного количества работы и вследствие различных волнений, Дон Боско заболел тяжелым бронхитом и едва не умер от него. Этот эпизод прекрасно показан в недавнем фильме о его жизни. В Биографических Записках пишется о том, что мальчики возносили неотступные молитвы, выдумывали для себя умерщвления и посты, дабы вымолить у Господа, чтобы Дон Боско выздоровел. Более того, некоторые из них даже предложили свою жизнь взамен его жизни, лишь бы получить эту благодать! И после своего выздоровления Дон Боско произнес знаменитые слова, обращаясь к своим подросткам: “Я убежден, что Бог даровал мне жизнь, услышав ваши молитвы; из благодарности я отдам ее ради вашего духовного и мирского блага. Я обещаю поступать так, покуда Господь дарует мне жить на этом свете, вы же, со своей стороны, помогите мне”7.

Похожий случай повторился в Варацце, в начале 1871-72 учебного года. В тот раз Дон Боско прроболел 50 дней8. И в тот раз подростки неотступно молились о его здоровье, и в тот раз некоторые предложили свою жизнь ради его выздоровления9. Вернувшись в Ораторий, Дон Боско был столь взволнован, что даже не смог говорить. Вероятно, уже в то время он подумал о том, что выскажет дону Вильетти в 1886 г., полный волнения: “Я поклялся Богу, что всю свою жизнь до последнего вздоха отдам ради моих бедных ребят”10.

Эти три эпизода протекали, как обычная, хотя и тяжелая, болезнь. Дон Боско поправлялся очень долго.

Однако в последний период жизни хвори и болезни следовали друг за другом. Незабываемые страницы воспоминаний об этом периоде повествуют о физических страданиях Дона Боско, о его размышлениях о своей жизни и проделанной работе, о том, как он желал показать своим сыновьям, каким путем им следовало идти, чтобы продолжить жизнь Конгрегации, о том, как он заботился о благе своих подростков. “Это платье совсем изношено, - выразился врач во время последней его болезни, - ведь его надевают по праздникам и по будням”11. Вспоминаю, как блаженной памяти дон Вигано во время своей последней болезни любил размышлять над этими страницами, находя в них свет и утешение.

Всю жизнь Дона Боско сопровождали сильные физические страдания, однако они никогда не удручали его и не заставляли работать меньше. В течение этих периодов страданий и болезни, не исключая и последних месяцев жизни, Дон Боско ни на миг не оставил своего труда апостола и отца молодежи. Ради них он принес в жертву, как Иисус ради всех людей, свои страдания и невзгоды. Дон Боско хорошо постиг спасительную ценность страданий, соединенных со страданиями Христовыми: он знал, что искупает Иисус, а тот, кто соединяет свои страдания с Его страстями, становится действенным знаком искупления.

Интересно заметить, что даже во время болезни Дон Боско продолжал работать, в меру сил. Он по-прежнему принимал людей, писал письма и отвечал на них, хотя и просил помощи у своих помощников, беседовал с салезианцами, был в курсе всех дел своих подростков. Вот что пишется в Биографических Записках: “Несмотря на множество неудобств, из-за которых другой на его месте сказался бы больным или вовсе воздержался от работы, Дон Боско отнюдь не замедлил свой обычный ритм, начиная свои чудесные дела и доводя их до конца. По мере того, как возрастали трудности и болезни, увеличивалось и его мужество”12.



Новый апостольский возраст

Анализируя вышеприведенные факты, понятно, откуда берутся указания в нашем Уставе. С одной стороны, он предлагает больному беречь по возможности свое здоровье, продолжая по мере возможности начатую работу, а с другой – предлагает сотрудничать общине и больным, чтобы использовать еще оставшиеся силы. “Община окружает пожилых и больных собратьев заботой и любовью”13 и “поддерживает их своей глубокой любовью и горячей молитвой”14. Так все чаще происходит у нас.

В этом служении участвуют все, никто не освобождается от него. В общинах могут даже быть собратья – священники и коадъюторы – кому особо поручено ухаживать за больными: эта миссия ничуть не менее важна, чем любая другая. Благодарение Богу, мне кажется, что чуткость и внимание к таким ситуациям существенно возросли. Если же собратья не могут окружить больного необходимым уходом, то прекрасно, что в таких случаях прибегают к постороннему персоналу, лишь бы у больного не было недостатка в домашнем уходе, медицинской помощи и личной помощи.

Кроме того, среди нас установился критерий, требующий особой заботы со стороны руководящих лиц и готовности больных собратьев к такому роду помощи. Когда удается самостоятельно ухаживать за нашими больными, они остаются в общинах, исходя из того, как сказано в Уставе. Если же нашим больным требуется особый уход и помощь, их следует направлять в особо оборудованные обители, где имеется соответствующий персонал и средства, причем эти обители расположены поблизости от хороших больниц. В областях, либо в отдельных, либо в нескольких совместно, уже имеются такие центры, где придается значение не только медицинской части, но, прежде всего, братской и духовной.

Собрату следует помочь понять, что на этом этапе жизнь приобретает новое апостольское значение, если с верой жертвовать свои страдания и невзгоды ради братьев и молодежи, и если время направлено на молитву, общинную жизнь и посильную работу. Ведь в таком состоянии можно уделять большее время молитве и чтению, причем читать можно спокойнее. Следует навещать собрата, предоставлять ему возможность апостольской деятельности и так далее. Коротко говоря, во время болезни апостольская деятельность не прекращается, а умножается.

Мне кажется уместным коротко упомянуть здесь один момент, признаки которого уже имеются, а именно: следует проявлять ответственность и умеренность, требуя лечения в отдаленных, дорогостоящих, супер специализированных центрах. Конечно, здоровье собратьев дороже всего, но столь же верно и то, что мы участвуем в общих заботах и живем в бедности. В этом случае также необходимо строго учитывать личные условия, надежды на выздоровление, перспективы общинной жизни, а также соображения относительно миссии, которые могут быть достаточно разнообразными.

Поэтому собрату следует проявлять “умеренность” в требованиях и тактичность. Со стороны настоятеля и общины нужны не жесткие критерии, а внимание к каждой конкретной ситуации, в диалоге с врачами.

Я уже долгое время размышляю над этим вопросом, особенно в последнее время, поскольку моя подвижность ограничена, но увеличена вследствие присутствия множества ангелов – хранителей.

После того, как много лет я провел в салезианском служении, я оказался в положении человека, которому оказывают услуги, и при этом с большой любовью и огромным тактом. И, хотя в начале меня это несколько смущало, я научился прекрасному искусству принимать услуги, считая, что все они есть дар любви.

Благодарю всех тех, кто служит мне (чудесных врачей, милых Сестер Пресвятых Сердец Иисуса и Девы Марии, собратьев из UPS и из Генерального дома, многочисленных посетителей и друзей): благодаря всем им, я дышу спокойным, благословенным домашним воздухом.

Особо хочу поблагодарить моего Викария, ибо он поистине по-братски заботится обо мне, и членов Генерального Совета, которые были со мной в самые трудные моменты.

Дон Люк, он по-прежнему рядом со мной и выполняет свои обязанности, утверждает, что, будучи на своем посту, он ясно видит, что вся Салезианская Семья и многие друзья по-братски разделяют мое состояние.

Я с радостью подтверждаю его мнение. Как семья, когда она вся собирается вокруг своего больного, так и я чувствую особенную близость членов Салезианской Семьи: и это свидетельствует, что в ней есть душа, и даже сердце, которое горит огнем любви.

Я говорил вам по другому случаю, что я чувствую себя, как человек, идущий по дороге, где по обеим сторонам стоят две шеренги друзей. Сейчас я еще более убежден в этом.

Рядом с такой крепкой дружбой, и будучи окружен столь нежными заботами, я чувствую, что могу согласиться с тем, кто мудро определил служение, назвав его “любовью в действии”.

Правду говоря, я также стараюсь по-прежнему нести свое служение, порученное мне. Помню, что на 24 Генеральном Капитуле, когда говорили о престарелом возрасте Генерального Настоятеля и о том, что с этим сопряжен риск болезни, то кто-то из членов Капитула подчеркнул важность этого события с точки зрения его служения и харизмы, так что нужно не избегать его, а скорее, преобразить его.

Хотели подчеркнуть, что больной и страдающий Генеральных Настоятель находится не вне, а внутри, более того, в самом сердце своего служения. Разве крест не есть контекст и глубинная тема Преображения?

Именно так я стараюсь жить. И во всем этом мне ясно заметны плоды вашей молитвы.

Теперь перейду к другому аспекту моих размышлений.

СТАРОСТЬ: НУЖНО ЦЕНИТЬ ЭТОТ ВОЗРАСТ

Если болезнь приходит, не выбирая ни дня, ни часа, а зачастую возникает без предупреждения, то старость приходит к нам постепенно, как закат в прекрасный день. К ней можно подготовиться и можно запланировать ее. В последнее время, констатируя, что средняя продолжительность человеческой жизни увеличивается и качество ее становится все выше, появилось множество инициатив и профессиональных организаций, которые поставили своей целью предупредить раннюю старость, оптимизируя возможности физиологической старости.

Известно, что в последние годы изменилась даже терминология: все чаще говорят не о “стариках”, а о “пожилых людях”, о “третьем возрасте”, имея в виду “здоровую старость”, и о “четвертом возрасте”, имея в виду старость с хроническими заболеваниями, и т.д.

Однако, как бы то ни было, остается тот факт, что старение – это естественный биологический процесс, и он начинается с самого рождения. Тем не менее, его считают проблемой, как тогда, когда возникают болезни, обычные в пожилом возрасте, так и тогда, когда начинается процесс постепенного вытеснения пожилого человека другими членами общества за его рамки. Говорят даже о “заговоре молчания”, точнее, об опасении разобрать какую бы то ни было проблему третьего возраста, избегая самой этой темы.

В то же время, общество ожидает от пожилого человека либо слишком многого, либо чрезмерно мало: либо считают, что он должен иметь те же психофизические данные, что и в зрелом возрасте, либо попросту ожидают, что он по своей воле отойдет от всего. Необходимо подчеркнуть, что наше общество, слишком гоняясь за производительностью, исключает из цикла производства и обрекает на бездействие огромное количество своих членов, которые могли бы продолжать трудиться, пусть по иному, и при этом общество могло бы черпать из их значительного жизненного опыта.

К счастью, культура и медицина способствовали тому, что негативное восприятие пожилого возраста ушло в прошлое. По этому вопросу были проведены систематические обследования священников, доживших до пенсионного возраста и при этом сохранивших способность заниматься на всевозможных курсах усовершенствования. Поэтому можно сказать, что пожилой возраст воспринимается более положительно. Мы, со своей стороны, работая в сфере воспитания, должны сделать все возможное, чтобы оценить те задачи, которые имеют большое значение, несмотря на кажущуюся малозначительность.

“Хороший привратник – это сокровище”, говорил Дон Боско15. Но то же можно сказать о хорошем преподавателе музыки, ризничем, архивариусе, библиотекаре, и т.д. Однако нас более всего радует новая близость или симпатия между молодыми и пожилыми людьми, вследствие чего мы вспоминаем о любви внуков к деду и бабушке. Многие молодые люди интересуются менее известными аспектами истории или полученного опыта. И они представляют свои личные, отнюдь не идеологические, рассказы.

Уже стали признавать, что старость богата пережитым опытом, она дает возможность пережить духовный период подведения итогов, спокойствия и жертвенности: это представляет огромную общественную и (особенно для нас, воспитателей) воспитательную ценность.

Поэтому следует готовиться к ней своевременно, с самой молодости, используя принцип непрерывного формирования и положительную оценку своих возможностей.

Необходимо углублять характеристики старости; известно о существовании объединений пожилых людей, университеты для третьего возраста, центры встреч, и т.д.

Нужно принять ее со всеми ее достоинствами и недостатками, стараясь, по возможности, устранить эти недостатки: это забота медицины, психологии и геронтологии в целом. Наши курсы непрерывного формирования, как общие, так и специальные, уже пользуются этими возможностями.

Следует окружить старость тем уважением, которого она заслуживает. Здесь мы можем воспользоваться огромным количеством библиографических источников. 1999 год, который Генеральная Ассамблея Организации Объединенных Наций провозгласила Международным Годом пожилых людей, определил девиз: “Общество для всех возрастов”.

“Это новая проблема, пишет геронтолог Джузеппе Бальдассарре в своей толстой книге От обузы к богатству: старость в новом тысячелетии – и в некотором смысле, неизвестная, ибо она влечет за собой неизвестные последствия в различных планах (политическом, экономическом). С одной стороны, эту проблему следует немедленно решать, с другой же – в ней заключается еще одна проблема, культурного преобразования личной и общественной жизни, параллельно с чем следует пересмотреть устаревшие упрочившиеся способы жизни и мышления, планирования и действия”.

Посвященные уже давно думают об этом, после того, как вначале пережили легкую тревогу по поводу старения. Наш опыт, вместе с опытом многих Институтов, может послужить как бы пробным камнем, и пригодиться в пастырской деятельности и общественном служении. Стало быть, мы должны по-особому переживать этот жизненный этап, ища вдохновения в Писании и в том, какое значение в нем придается народным старейшинам в воспитании новых поколений, в передаче завета и в опыте веры.



Правильное понимание

Поэтому самое первое, что нужно сделать – правильно понимать пожилой возраст.

Среди всех человеческих возрастов на старость не всегда смотрят хорошо. детство полно надежд, юность прекрасна и питает надежды на будущее, в зрелости раскрывается все, заложенное в человеке и он полностью принимает на себя ответственность за настоящее. А в старости начинается физический спад, возникает риск психологической деградации, отношения становятся менее динамичными, человек начинает отходить от ответственных решений. Так что в нашей культуре старость в лучшем случае вызывает чувство благодарности, уважения и любви, что выражается в профессиональной помощи и любовном внимании к пожилому человеку. И гораздо реже мы используем присущие ей качества.

Эта позиция основана на таком понимании жизни, когда делается ставка прежде всего на производительные качества, интеллектуальные или физические. По мере того, как они ослабевают, сама человеческая жизнь также теряет ценность.

Однако нельзя смириться с тем, что так называемый пенсионный возраст нужно свести лишь к пассивному бездействию, хотя именно это и имеет в виду современная культура, поскольку пожилые люди (пусть иногда это и не говорится в открытую) считаются бесполезными членами общества16.

Выход из производительного процесса мгновенно ставит пожилого человека (если взять рабочего пенсионера) на самый низкий уровень социального положения. Так возникают ситуации “подчиненности” и “ненужности”. Выйдя на пенсию, человек сразу же становится экономически непроизводительным, отставшим от своего времени в культурном отношении, и изолированным в социальном отношении. И вот пенсионный возраст становится “источником беспокойства” на юридическом уровне (если иметь в виду все последствия ухода с работы), на экономическом уровне (из-за увеличившихся расходов на медицинскую помощь) и на психологическом уровне (ибо человек испытывает чувство одиночества и ненужности и оттого, что по праву пенсионный возраст кажется произвольным и несправедливым делом).17

Если такое понимание преобладает или хотя бы просто существует в окружающей культуре, оно естественно усваивается также и пожилыми людьми и у некоторых из них, наиболее ранимых, вызывает недооценку собственных возможностей. Появляется желание по своей воле уйти от дел, вследствие чего активный возраст сокращается, и положительные качества старости не могут развиться оптимальным образом.

Монашеский и салезианский опыт не дает нам усвоить это мировосприятие, хотя оно неизбежно касается нас. Старение общин вызывает нашу озабоченность, и каждый раз, когда средний возраст общины возрастает, начинаются рассуждения о будущем. Это вполне закономерно, поскольку Конгрегация трудится в той области, где требуются свежие силы, а нередко их обновление не соразмерно проводимой работе. Однако это становится неправомерным, если на нашу проблему смотрят только с точки зрения того, какую работу нам нужно выполнить. Искажается сама наша пастырская деятельность ради спасения молодежи, если на нее смотрят лишь с точки зрения деятельности, хотя она, безусловно, необходима и дает самые ощутимые результаты.

Именно наша жизнь посвященных, во всей своей полноте и конкретности, становится Отчим даром молодежи, источником поступков и слов, помогающим им взрослеть и открывающим им тайну Божью. Благодаря крещению и принесению монашеских обетов вся жизнь человека проходит под особым знаком любви. Дух дарует плодотворность и юношеской энергии, и человеческой зрелости, и старости.

Углубление жизни в Духе не останавливается с возрастом или во время болезни. Напротив, по мере того, как плоть человека слабеет, духовность его углубляется18, ибо он собирает плоды всей жизни, ожидая великой встречи.

Так состояние старости всегда становится откровением жизни, и его следует оценивать лишь с точки зрения пройденного с самого рождения пути в перспективе зрелости и завершенности.

Богатства старости не только таинственны и невидимы. Они проявляются в совместной жизни: духовная зрелость, дружелюбие, любовь к молитве и созерцанию, чувство бедности жизни и упование на Господа.

Следовательно, старость должна стать для нас предметом забот и ласкового внимания, но также и ценным человеческим и пастырским опытом, который может сослужить службу в общине и салезианской миссии.

Старость и молодежная миссия

Глядя на нашу Конгрегацию, мы можем признать, что Господь благословил нас долголетием. Многие из наших собратьев достигают весьма зрелого возраста. Некоторые, пользуясь прекрасным физическим и психическим здоровьем, продолжают деятельно трудиться в тех делах, которые поручены им в силу послушания. Иные переживают свою старость в спокойном трудолюбии, после того, как многие годы они выполняли апостольские задачи и несли ответственность в общине.

Их присутствие обогащает воспитательную атмосферу и пастырскую деятельность, куда они вносят свой оригинальный вклад.

Дело в том, что салезианская миссия допускает, и даже требует, чтобы в ней участвовали люди всех возрастов. И сегодня, как это было в прошлом, мы видим, как пожилые собратья в меру своих сил участвуют в ассистенции молодежи, в служении примирения и духовного руководства, в проповеди, со всем возможным старанием заботятся о каком-либо важном секторе жизни обители (библиотеке, архиве, секретариате, хозяйственном, музее, мастерской, церкви), принимают участие в приеме гостей, ухаживают за больными, занимаются преподаванием, хотя и в меньших масштабах, что для нас особенно важно, и участвуют еще во многих других делах, которые даже не поддаются учету.

В этой связи я с благодарностью и любовью вспоминаю о многих пожилых салезианцах, кто, именно благодаря имеющемуся у них свободному времени, смогли познакомиться во дворе со многими подростками и молодыми людьми, перед кем стояла проблема выбора призвания, помогли им в человеческом и христианском формировании, помогли также принять таинство примирения: они осуществляли служение слова и совета, что так необходимо в мире, оглушающем нас шумом и не дающем возможности личной встречи.

С благодарностью вспоминаю также о пожилых салезианцах, которые сохраняют связи с многочисленными бывшими воспитанниками, которым когда-то отдавали свои силы, и с которыми разделяют и ныне, пусть в меньшем объеме, планы и инициативы солидарности, добровольчества и помощи в определенной местности.

Эти богатства весьма важны для всей общины. Они свидетельствуют о жизни, приближающейся к закату, в них проявляется мудрость, ибо любой аспект жизни оценивается правильно в свете конечного итога и человек, прошедший различные жизненные стадии, делится своим опытом разрешения проблем и общения с другими людьми. Старость – это также память о прошлом, она помогает увидеть взаимозависимость поколений и объединяет их с моментом появления харизмы или какого-либо особого центра. Поэтому пожилые люди необходимы в общинах, где проходит начальное формирование.

Нередко в пожилом возрасте здоровье очень слабеет, или возникает смертельное заболевание. Деятельность человека уменьшается, или вовсе прекращается. Он зависит от других. В этом случае собратья участвуют в салезианской миссии своей молитвой, страданием, они приносят в жертву свою жизнь. Поступая таким образом, они становятся источником благодати и благословения для общины и молодежи.

“Они обогащают ее семейный дух и углубляют ее единство”, говорится в 53 статье Устава. Ведь страдание не только очищает человека, испытывающего его, но и пробуждает в собратьях желание разделить его и служить больному. У постели больного собрата община объединяется с солидарностью своего призвания и в братской любви.

Именно в этой связи я упомянул о “харизме” долголетия, о даре, освящающем того, кто получает его и благодаря ему, превращается в источник освящения окружающих. Это возможно при том условии, что долголетие переживают, как благодать, и тот, кому оно даровано, и те, кто находится рядом с ним.



Понимать состояние пожилых людей

Тому, кто вступает в так называемый третий и четвертый возраст, нужна особенная помощь. Собратья и община должны осуществлять ее в обычной повседневной жизни.

Первая помощь заключается в том, чтобы всей общиной ценить человека. Сегодня очень важно сказать, что у людей немолодого возраста также есть своя миссия в рамках общины, и, следовательно, следует относиться к ней серьезно.

Это означает – помочь пожилым собратьям полностью осознать ту новую стадию жизни, в которую они вступили, то, какими возможностями они располагают, какие новые цели стоят перед ними, как следует подойти к этому возрасту и от чего придется отказаться. Это важный этап непрерывного формирования, который подчеркивает документ по поводу формирования в монашеских институтах: “В момент постепенного отхода от деятельности, монашествующие и монахини должны ощутить в глубине своей души то, что описал св. Павел в контексте пути к воскресению: “Мы не унываем, но если внешний наш человек и тлеет, то внутренний со дня на день обновляется” (2 Кор 4, 16). Монашествующий может переживать эти моменты, как неповторимый случай, когда он чувствует пасхальный опыт Господа Иисуса столь глубоко, что даже желает умереть, дабы “быть со Христом”, в согласии в Его воскресением, и принимать участие в Его страстях”19.

Кое-где, готовя собратьев к наступлению третьего возраста, имеется даже особое время, в течение которого удалось даже собрать особых специалистов. Результаты оказались чрезвычайно положительными. В других случаях, сами собратья включились с предложениями по непрерывному формированию, поскольку ощущали в этом необходимость, предлагая всевозможные способы достигнуть ту же цель.

Кроме того, следует подумать о постановке работы в общине, с тем, чтобы люди могли трудиться насколько возможно дольше. Разумеется, нужно думать не только о том, чтобы собратья были заняты; следует найти, чем они могут помочь салезианской миссии в силу своих сил и способностей. Община, которая участвует в широком движении людей и находит возможность разнообразных служений, может включить в свой план весьма своеобразные качества и виды работы.

Благодаря этому не только в моментах молитвы и братской жизни, но и в общинных делах будет участвовать больше людей, создавая различные модели общения, обмена опытом и сотрудничества. Как всегда, секрет успеха – целое, которое обогащает жизнь многих людей, среди которых есть место и всем старикам: привратникам, пономарям, санитарам, ассистентам, работающим во дворе, библиотекарям, и т.д.

Особое внимание следует обратить на те служения, которые дают пожилому человеку возможность жить своей жизнью в гарантированном контексте, где он может полностью использовать свои способности и, насколько возможно, свободном от препятствий. Мне приходят на ум, в связи с этим, необходимость справляться о состоянии здоровья, обязательные периодические и систематические врачебные осмотры, участие в практике подготовки к пенсии, предложение использовать свое свободное время в воспитательной деятельности, уничтожение архитектурных преград, с тем, чтобы все могли присутствовать во всех помещениях используемых общиной.



Что касается врачебно-медицинской помощи, в областях выработаны критерии и предложены инициативы, которые следует собрать и обобщить, поскольку они представляют собой весьма удовлетворительную практику.

Как я уже говорил в разделе о болезни, собратья остаются в активных общинах, пока они самостоятельны, или, если они больны, пока местная община может ухаживать за ними. Семейный дух и свидетельство воспитания заставляют нас принять такое решение. Мы применяем в общинах то, что говорил Иоанн Павел II семейным консультантам: “Убрать старика из дома часто есть незаслуженная жестокость. Семья со своей любовью может превратить старость в приемлемый, желанный, деятельный и спокойный период. У старика есть возможности, которые следует должным образом оценить, и которые семья может использовать, если не хочет обеднить себя, забыв или пренебрегая ими”. Примерно в том же направлении развивается медицинская наука, которая предпочитает оказывать помощь на дому, и поддерживает ее новыми инициативами, чтобы обеспечить достаточную медицинскую помощь.

Для тех же собратьев, кто нуждается в постоянном специализированном уходе, области подготовили обители, где медицинская помощь, сама атмосфера и внимательный уход создают оптимальные условия помощи. Опыт подсказывает, каким сделать приемлемым этот, безусловно, трудный шаг. Собрат со своей стороны должен заранее подготовить себя к такой возможности, и принять ее, как знак любви со стороны Конгрегации, как необходимое для здоровья средство, и счесть, что таким образом он участвует в миссии общины. Согласие и готовность принять происходящее облегчат все.

Пожилые салезианцы лучше себя чувствуют, если эти обители находятся поблизости от тех, где проходит обычная салезианская жизнь, и могут, в меру своих возможностей, помочь в чем-либо, время от времени участвовать в общинных моментах и просто получать удовольствие, пусть даже только видя молодежь и взрослых. Достойно похвалы то усердие, которое проявляют общины, где работали эти собратья, посещая их и информируя о своей жизни.

Очень важна способность собратьев, в чьи обязанности входит работа с отдельными людьми, однородными группами и всей общиной этих обителей. Они пытаются помочь в молитве, поощрить собратьев продолжить посильную работу, оживить отношения, обеспечить информацию и сопровождать каждого из больных вместе со специалистами.

Мы искренне признательны тем собратьям, кто принимает послушание, заботясь об этих обителях. Они выражают старикам благодарность и любовь Конгрегации. Нужно подумать о повышении их квалификации, чтобы они могли сопровождать стариков, помогая с духовной и пастырской точки зрения.



Уже с молодых лет учатся хорошо стареть

В старости, как и в любом другом человеческом возрасте, встречаются кризисы и свои опасности. Мы можем привести примеры этого. Кроме деятельного старика, можно встретить и человека, слишком рано ушедшего на пенсию. Рядом со спокойным, внушающим чувство надежности пожилым человеком, живет иной, постоянно пребывающий в тревоге пессимист. Кто-то с радостью занимается всяким делом, подходящим по силам, иной же настолько привязан к своей работе или должности, что даже не соглашается, чтобы его заменили.

Мы не должны судить такие ситуации, поскольку человек

нередко не в состоянии проконтролировать причины смены настроений, живости или, напротив, депрессии. Однако, поскольку во всем мире продолжительность жизни возросла, мы должны заранее подумать о том, как прожить этот этап жизни ради Господа и молодежи при всех своих способностях.

Ведь качество старости каждого из нас не бывает ни случайным, ни непредвиденным. К старости нужно приготовливаться в течении многих лет. А его нельзя дать случайно: его готовят в предыдущие годы. Обычно в старости собирают плоды того, чему человек научился и что он делал, поэтому старение становится итогом всей жизни, которая заключается в том, чтобы положительно разрешить трудности взросления и сохранить верность своему призванию.

Хорошо стареют тогда, если и до наступления третьего возраста стиль жизни был оптимальным. По этому поводу сказано, что “стиль жизни тесно связан с личностью и, следовательно, его вряд ли возможно изменить в старости; он – результат генных факторов и всего того, чему вы учитесь в возрасте развития”. Разумеется, не следует подходить к этому с непререкаемых позиций, поскольку “даже в пожилом возрасте всегда возможно подходить к жизни с воспитательных позиций, и сознательно изменить определенные установки и определенные привычки, которые могут закоснеть, поскольку они тесно связаны с личностью”20.

И с этим связаны некоторые аспекты или позиции, приобретающие особую важность. Первый из них – стремление постоянно расти, в чем проявляется отклик на призыв Господа. Оно заключается во внимании к духовному опыту, развивающемуся у нас, именно поэтому мы все глубже понимаем, как действует Бог в нашей жизни. У монашествующего – воспитателя с ним связана открытость в культурном смысле, вследствие чего он может понять новые значения и готов спокойно принять неизбежные изменения.

Вторым важным аспектом является работа: то, каким образом к ней готовятся, как ее выполняют, с какой гибкостью применяют приобретенные навыки. Доказано, что, при равных физических и психических условиях, те, кто приобрел серьезный профессионализм и закрепил его в какой-либо области работы, прекрасно справляются со своими обязанностями, даже когда силы начинают ослабевать. Долгая практика, накопленный опыт, умение блестяще подытоживать его дают прекрасные результаты, даже несмотря на ограниченность усилий. И, напротив, какая-либо деятельность, начатая без поддержки соответствующей компетентности, проводимая беспорядочно и часто изменяющаяся, не проводит к зрелости, а вызывает чувство собственной негодности и заставляет человека раньше времени уйти в отставку.

Каждый собрат должен обратить на это внимание, в том числе, и те, кто организует деятельность и планирует развитие какой-либо области или центра. На это указывается в двух статьях Правил. Одна касается того, какую компетентность следует получить: “Каждый собрат вместе с настоятелями должен искать область деятельности, наиболее соответствующую его личным способностям и нуждам области, отдавая предпочтение тому, что относится к нашей миссии. Собрат должен сохранять свою готовность к служению, являющуюся характерной чертой салезианского духа, и быть готовым периодически переквалифицироваться”21. А 43 статья предупреждает против “беспорядочности в работе” и предлагает равномерно распределять обязанности, периоды отдыха и время формирования.

В обеих статьях указывается, что сегодня несомненно важнее уделять больше внимания людям, а не делам, и что не следует пренебрегать начальным или непрерывным формированием или качеством жизни и деятельности в угоду тому, чтобы “поддержать” какие-либо структуры или инициативы.

Тогда осуществятся слова псалма:

“Они и в старости плодовиты, сочны и свежи, чтобы возвещать, что праведен Господь” (Пс 91, 15-16).

Как бы то ни было, каждый должен готовиться к старости с детства, с тем, чтобы выработать положительный стиль, благодаря которому человек мог бы достойно переживать состояние своей старости.

Среди тех способностей, которые следует развивать, чтобы спокойно переживать третий возраст, следует упомянуть умение приспосабливаться, понимаемое, не как способность переносить, безропотную покорность событиям повседневной жизни, а прежде всего, как умение изменять планы, приспосабливаться к новым физическим и социальным условиям, умение получить желаемые результаты новыми, не использованными ранее способами. У пожилого человека есть две возможности относиться к встающим перед ним проблемам: преувеличивать и драматизировать утрату им социальной роли, либо использовать время, которое остается у него в распоряжении, дабы выполнить свои инициативы и планы. С этой точки зрения, следует воспитывать умение приспосабливаться, готовить к нему и укреплять его.

Еще один аспект, который нужно развивать, который является определяющим для стиля жизни пожилого человека – творческие способности: если они развиваются с молодого возраста, они проявляются в своеобразной способности включать свои знания и умения в более широкие проекты и интересные инициативы.

Но еще важнее – постоянное, укрепляющееся сознание того, что твоя жизнь, независимо от возраста, болезни и растущих препятствий, сохраняет определенное достоинство и определенный смысл. Если потребительское мировоззрение считает основным производительность, следует подчеркнуть, что пожилой человек может, и должен, выполнять особенно активную роль, поскольку он может обеспечить эмоциональную надежность, готовность слушать, свидетельство, которое заставляет слушателя задуматься и пересмотреть свои проблемы. Весьма уместно было сказано, что “в общем, весьма непредусмотрительно с социальной точки зрения отторгать пожилых людей от их линий развития, отправляя их на пенсию и изолируя от окружающего мира. Когда, в конце концов, они более не смогут выполнять полезную деятельность, они могут проводить свое время с пользой, вспоминая то, что они узнали в жизни и по-прежнему искать ее смысл в занятиях или в философских или религиозных учениях”22.



Непрерывное формирование в местной и областной общине

Все, что говорилось выше относительно различных возрастов или периодов жизни, можно свести к общему принципу непрерывного формирования.

В новой формулировке Ratio, это – центральный критерий всего формирования. Его цель – не столько внешне воспитать людей, а создать у них динамизм и желание интеллектуального, духовного, пастырского развития и развития отношений. Кроме того, оно дает полезные указания относительно методов и средств жизни. Начальное формирование непрерывно, но это лишь начальное формирование. Если бы оно прекратилось, то не нужно было бы для жизни, ибо жизнь постоянно идет вперед, в психологическом, социальном, профессиональном и религиозном смыслах.

Следует сохранять динамизм и постоянное желание роста, как человек, перед кем открываются новые панорамы. Это обеспечивает соответствующую квалификацию и подготовку любого дальнейшего развития человека, для любого периода жизни и для всевозможных жизненных обстоятельств. Это особенно относится к опыту Бога, неисчерпаемого источника истины и мудрости, а также к размышлению над Его словом.



перед наступающим ГК25 следует упомянуть общины, первые факторы и сферы непрерывного формирования. В них организуется время и труд, возможность и стиль встреч; осуществляются различного рода углубления и оценки: познание, планирование, пересмотр жизни. Прежде всего в общинах собратья искренне сообщают свой духовный опыт, углубляют и расширяют отношения, проводят познавательное чтение.

К тому, что проходит в местной общине в повседневности, всегда богатой и никогда не банальной, следует добавить те возможности, что предлагает областная община. Эти моменты следует обобщить, донести до всех, объединяя пастырский и духовный аспект с теологическим и аскетическим.

Сегодня в областях имеется комиссия по формированию, она должна помочь областному настоятелю и его совету в планах ассистенции роста. Однако определяющим субъектом останется сам собрат, привязанный к своему призванию, внимательно относящийся к своему профессионализму, и с энтузиазмом работающий в области своего апостольского служения.

Дорогие собратья, я сообщил вам эти размышления о состоянии болезни и старости, имеющейся в наших общинах, и, как я уже говорил, я сделал это с той позиции моего теперешнего состояния, к которому призвал меня Господь.

В заключение, я думаю о Деве Марии и о том, что Она всегда присутствует в каждый момент и при всех обстоятельствах нашей жизни, как это было и в жизни Дона Боско. Мне кажется, что два эпизода из жизни Девы Марии, взятые из Евангелия, освещают особенно ясно те состояния жизни, о которых я говорил: посещение и Девы у подножия Креста.

В первой сцене, созерцая Деву Марию, Которая посещает кузину Елисавету, уже неся во чреве Господа и будучи исполнена Святого Духа, мы замечаем материнскую близость Девы к тем, кто находится в нужде: близость, которая внушает надежду и, прежде всего, передает дар и силу Духа.

В момент Страстей, когда Дева Мария стоит у подножия Креста, мы созерцаем Матерь: разделяя страдания Своего Божественного Сына, Она разделяет также и страдания всех своих духовных детей, кто, в каких бы то ни было обстоятельствах, соединен с Крестом Христовым. С Голгофы Она учит нас “верности во время крестного часа”23, и указывает на победу Воскресения.

Дорогие собратья, я вновь благодарю вас за вашу близость и за вашу молитву; поручаю каждого из вас и ваши общины покровительству Девы Марии, желаю вам плодотворно трудиться в воспитательной и пастырской области, перед приближающимся Генеральным Капитулом. Я вновь поручаю его вашим молитвам и вашему заботливому вниманию




1 См Лк 8, 54

2 См. Мк 9, 17-27

3 См. Ин 1, 1-3

4 См Пс 30, 6.16; Лк 23, 46

5 Уст. 53

6 См. МВ I, стр. 482

7 МВ II, стр. 497-498)A

8 См. МВ Х, стр. 227-312

9 См. МВ Х, стр. 251

10 МВ ХVIII, стр. 258

11 МВ ХVII, стр. 57

12 МВ IV, стр. 218

13 Уст. 53

14 Уст. 54

15 См. МВ IV, стр. 550

16 М. Спандонаро, Проблемы пенсионного возраста и прожиточный минимум, Edizioni del Rezzara, Виченца, 1982, стр. 117-122

17 С. Бургаласси, Ненужный возраст: социологические соображения по поводу эмаргинации пожилых людей. Pacini, Пиза.

18 См. 2 Кор 4, 16

19 Директивы о формировании в Институтах посвященной жизни и Обществах апостольской жизни, 1990, №70

20 М. Баруччи, Психогерагогия. Разум, старость, воспитание. UTET,Флоренция, 1989, стр. 226

21 Прав. 100

22 Г.В. Олпорт, Психология личности, LAS, Рим, 1977, стр. 252-253

23 У 92





База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница