Белорусский путь



страница5/32
Дата10.05.2016
Размер6.87 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   32

Масштабы сокращения производства основных видов промышленной продукции отраслей машиностроения и металлообработки Республики Беларусь в период активных либерально-рыночных реформ 1991–1995 гг.28


Наименование
промышленной продукции

Объем производства

1990 г.,

шт.


1995 г.,
шт.

сокращение за период 1991–1995 гг., разы

Экскаваторы

149

60

2,5

Грузовые автомобили

42 000

12 900

3,3

Тракторы

100 700

28 000

3,6

Кузнечно-прессовые машины

1 135

232

4,9

Электродвигатели переменного тока

1 169 000

211 000

5,5

Кормоуборочные комбайны

9 503

1 069

8,9

Автобусы

999

62

16,1

Бульдозеры

226

11

20,5

Металлорежущие станки,

в том числе с ЧПУ



15 500

1 327


4 700

52


3,3

25,5



Таблица 6
Масштабы сокращения производства основных видов продукции легкой промышленности Республики Беларусь в период активных либерально-рыночных реформ 1991–1995 гг.29


Наименование
промышленной продукции

Объем производства

1990 г.

1995 г.

сокращение за период 1991–1995 гг., разы

Ткани всех видов, млн. кв. м

511,0

233,0

2,2

Чулочно-носочные изделия, млн. пар

175,0

55,0

3,2

Обувь, млн. пар

46,8

13,0

3,6

Трикотажные изделия, млн. шт.

169,0

39,0

4,3

Ковры и ковровые изделия, млн. кв. м

20,7

4,2

4,9


Таблица 7
Масштабы сокращения производства основных видов продукции отраслей химической и нефтехимической промышленности Республики Беларусь в период активных либерально-рыночных реформ 1991–1995 гг.30


Наименование
промышленной продукции

Объем производства

1990 г.

1995 г.

сокращение за период 1991–1995 гг., разы

Синтетические смолы и пластмассы, тыс. т

751,0

480,0

1,6

Стеклопластики и изделия из них, тыс. т

1,0

0,6

1,7

Полимерные пленки, тыс. т

24,2

13,1

1,8

Минеральные удобрения – всего,

в том числе:

азотные

фосфатные



калийные

5 996,0
745,0

257,0


4 994,0

3 349,0
502,0

52,0


2 795,0

1,8
1,5

4,9


1,8

Химические волокна, тыс. т

453,2

210,6

2,2

Серная кислота, млн. т

1,2

0,4

3,0

Шины, тыс. шт.

4 575,0

1 292,0

3,5

Лакокрасочные материалы, тыс. т

208,3

47,6

4,4

Синтетические моющие средства, тыс. т

32,0

4,8

6,7

Кормовой белок, тыс. т

507,8

18,4

27,5


Таблица 8
Масштабы сокращения производства основных видов продукции черной металлургии в Республике Беларусь в период активных либерально-рыночных реформ 1991–1995 гг.31


Наименование
промышленной продукции

Объем производства

1990 г., тыс. т

1995 г., тыс. т

сокращение за период 1991–1995 гг., разы

Прокат

686,0

614,0

1,1

Сталь

1112,0

744,0

1,5

Литье чугунное

859,0

193,0

4,5

Стальные трубы,










тыс. т

90,0

12,3

7,3

млн. м

33,9

5,7

5,9

Продукция порошковой металлургии

7583,8

947,0

8,0

Следует пояснить, что рассмотренный выше «эффект рыночной дискриминации промышленности» является частным случаем описываемой в политэкономии эксплуатации труда капиталом, неизбежно проявившей себя по мере развития рыночных преобразований. Вот почему активные либерально-рыночные реформы 1991–1994 гг. столь больно ударили как по промышленности, так и по всему связанному с производительным трудом реальному сектору экономики, включая сельское хозяйство. В частности, в анализируемый период произошли крупные структурные сдвиги в сельскохозяйственном производстве, связанные с резким снижением доли животноводства с 64,8 до 43,0% в общем объеме продукции сельского хозяйства. Существенно сократилось производство важнейших видов продукции сельского хозяйства, поголовье скота и птицы (табл. 9).



Таблица 9
Масштабы сокращения производства основных видов продукции сельского хозяйства, а также поголовья скота и птицы в Республике Беларусь в период активных либерально-рыночных реформ 1991–1995 гг.32


Показатель

Объем производства (в расчете на душу населения)

1990 г.

1995 г.

сокращение за период 1991–1995 гг., разы

Яйца, шт.

359

331

1,1

Зерно, кг

690

540

1,3

Молоко, кг

732

497

1,5

Мясо (в убойном виде), кг

116

64

1,8




Поголовье скота и птицы

Крупный рогатый скот, тыс. голов

в том числе коровы, тыс. голов



6 975

2 362


5 054

2 137


1,4

1,1


Свиньи, тыс. голов

5 051

3 895

1,3

Овцы, тыс. голов

404

204

2,0

Птица, млн. голов

49,8

30,9

1,6

Разумеется, такое «реформирование» экономики страны повлекло за собой и деградацию ее социальной сферы, выразившуюся в сокращении числа культурно-образовательных, медицинских, спортивных учреждений (табл. 10).


Таблица 10
Масштабы снижения показателей функционирования социальной сферы Республики Беларусь в период активных либерально-рыночных реформ 1991–1995 гг.33


Показатель

Объем производства

1990 г.

1995 г.

сокращение за период 1991–1995 гг., разы

Число больничных учреждений, ед.

874

865

1,1

Число больничных коек, тыс. шт.

135,1

127,3

1,1

Число дошкольных учреждений, ед.

5 350

4 576

1,2

Численность детей в дошкольных учреждениях, тыс. чел.

608,0

458,0

1,3

Число публичных библиотек, ед.

6 239

5 376

1,2

Библиотечный фонд, млн. экз.

93,3

80,9

1,2

Число учреждений клубного типа, ед.

6 030

4 858

1,2

Число киноустановок, ед.

6 916

3 780

1,8

Число посещений киносеансов за год, млн.

117

12

9,8

Именно в эти годы зародилась исключительно опасная тенденция снижения численности населения Беларуси. Так, если в 1990 году в стране родились 142,2 тыс. и умерли 109,6 тыс. человек, то к 1994 году ситуация резко изменилась и число родившихся снизилось до 110,6 тыс., а умерших возросло до 130,0 тыс. человек. В итоге в 1993 году численность населения страны впервые за послевоенные годы уменьшилась на 11,2 тыс. человек, а в 1994 году «естественная» убыль населения достигла уже 19,4 тыс. человек. Судя по всему, в результате «реформ» 1991–1994 гг. нация потеряла, что называется, «уверенность в завтрашнем дне» и «надломилась». Граждане Беларуси осознали, что страна начала переход к рыночной системе хозяйствования, в который они – всего лишь рабочая сила – рядовой ресурс, приобретаемый на рынке труда избранными во имя приумножения своей прибыли, точно такой же, как, положим, нефть, газ, оборудование, удобрения, рабочий скот.

Исследование анализируемого периода будет неполным без рассмотрения некоторых исключительно важных аспектов, связанных с функционированием в эти годы монетарной (кредитно-денежной) сферы страны. Из множества причин, приведших к рыночному разгрому белорусской национальной экономики в 1991–1994 гг., самыми коварными и наиболее разрушительными, на наш взгляд, следует признать монетарные факторы. Не случайно Дж.М. Кейнс в своей работе «Экономические последствия Версальского договора» писал, что «нет более точного и верного способа переворота существующих основ общества, нежели подрыв его денежной системы. Этот процесс пробуждает все разрушительные силы, скрытые в экономических законах, а сама болезнь протекает так, что диагноз не может поставить ни один из многих миллионов человек»34. Вот почему деиндустриализация стран бывшего СССР, попавших под каток так называемых реформ, планомерно реализовывалась по типовым рецептам Вашингтонского консенсуса с активным использованием монетарных факторов, включающим все те же стандартные «лекарства» категории «Д», в числе которых неизменно значились демонетизация и девальвация. По большому счету, их конечное предназначение – создать условия для масштабного «вымывания» оборотных средств промышленных, главным образом, наукоемких и высокотехнологичных предприятий, довести последние до убыточного состояния и разрушения.

Демонетизация национальной экономики, как правило, осуществлялась по рекомендации МВФ под внешне благовидным предлогом подавления инфляции. При этом активно использовалась записанная, вероятно, где-то в МВФ и уже порядком «заезженная пластинка» о монетарном характере инфляции и соответствующих, нацеленных на демонетизацию (сокращение национальной денежной массы) народного хозяйства, мерах борьбы с ней. Кроме того, в 1990-е годы обоснованию последнего тезиса немало сил и научных трудов посвятили не только прошедшие заокеанскую стажировку младореформаторы, но и многие наши бывшие политэкономы, о чем красноречиво свидетельствовали многочисленные публикации тех лет. В результате подобных слаженных действий общая обеспеченность национальной экономики денежной массой, которая может быть охарактеризована коэффициентом монетизации экономики, была быстро доведена до абсурдно низких значений. В частности, по информации директора НИЭИ Минэкономики Республики Беларусь С. Полоника, при оптимальном значении коэффициента монетизации 60–100%, пороговом – не менее 50% и кризисном – не менее 30% его реальное значение в Беларуси традиционно не только в несколько раз меньше порога безопасности, но и даже ниже кризисного уровня35.

В результате тотальной демонетизации экономики Республики Беларусь в 1991–1994 гг. коэффициент монетизации стремительно сократился с 71% в 1990 г. до 7% в 1994 г.36, что объективно в 4 раза ниже кризисного, в 7 раз меньше порогового и в 10 раз ниже оптимального уровня. Имеются все основания считать, что демонетизация экономики, реализуемая под предлогом борьбы с инфляцией, являлась ключевым фактором, условием деиндустриализации стран бывшего СССР, а значит, целевым критерием (заданием) деятельности реформаторов прозападной ориентации. Не случайно до сих пор наши реформаторы-монетаристы, озабоченные превращением бывшего СССР в «великую энергетическую (сырьевую) сверхдержаву» и потому столь ценимые Западом, уделяют пристальное внимание организации тотальной демонетизации экономики, давно уже переросшей в «хроническую денежную дистрофию». Масштабное искусственное снижение уровня обеспеченности национальной экономики денежной массой, на что с завидным постоянством указывают российские и белорусские ученые С. Глазьев, С. Губанов, Ю. Любимцев, С. Пелих, О. Рогова, В. Цветков и др., вызывает к жизни целый комплекс крайне негативных процессов, подтверждающих приведенное выше высказывание Дж.М. Кейнса.

Среди этих процессов, вызванных искусственно спровоцированным дефицитом национальных денежных знаков, наиболее разрушительны следующие:

а) глубокая долларизация национальной экономики, позволяющая США и прочим развитым странам масштабно сбывать свою главную продукцию – «бумажки с картинками», что, кроме всего прочего, ведет к потере управляемости отечественной кредитно-денежной системы, повышению ее чувствительности к воздействию внешних кризисогенных факторов и, как следствие, высокой уязвимости к воздействию деструктивных атак глобальных спекулянтов;

б) кризис неплатежей и массовые банкротства предприятий, ведущие к прямому разрушению промышленного потенциала страны и ее деиндустриализации;

в) экономически необоснованный рост стоимости кредитных ресурсов из-за спекуляции ими паразитарной банковской системой, вследствие чего практически на всем постсоветском пространстве стоимость кредитов существенно превышала рентабельность промышленных предприятий.

Исключительно высокая значимость обеспечения оптимальной монетизации народного хозяйства определялась тем, что деньги – это «кровь экономики», а малокровие, как известно, является очень серьезной болезнью. Поэтому для инновационного и тем более догоняющего развития их количество должно быть достаточным. Разумеется, избыток денежной массы вызывает инфляцию, однако ее искусственно созданный недостаток, дефицит угнетает в первую очередь именно инновационный и промышленный секторы экономики. Последнее следует из того, что в условиях дефицита финансовых средств, согласно общеизвестной формуле количественной теории денег, функционирование экономики возможно лишь за счет увеличения скорости их обращения. Как это уже отмечалось выше, наивысшая оборачиваемость финансового капитала, достигающая 5–20 оборотов в год, наблюдается в сфере торговли, услуг, криминала, а наименьшая – 1 оборот за 3–10 лет – в инновационном секторе экономики, связанном с осуществлением долгосрочных НИР и НИОКР и их внедрением в производство в виде базисных инноваций. Поскольку длительность производственного цикла не может быть изменена произвольно и определяется спецификой реализуемых технологических процессов, то денежная масса в условиях ее дефицита неизбежно «выдавливается» в те сферы национальной экономики, которые характеризуются высокой оборачиваемостью денежных ресурсов, а именно в сферу торговли, услуг, криминала. Этот процесс и составляет политико-экономическое содержание «эффекта рыночной дискриминации промышленности», о котором шла речь выше.

Разумеется, из-за описанного явления перераспределения дефицитных финансовых ресурсов в условиях искусственной демонетизации экономики наряду с разрушением промышленного потенциала (деиндустриализацией) существенные потери закономерно понес и научно-инновационный сектор страны (табл. 11).
Таблица 11
Масштабы сокращения научно-инновационного потенциала Республики Беларусь в период активных либерально-рыночных реформ 1991–1995 гг.37


Показатель

Объем производства

1990 г.

1995 г.

сокращение за период 1991–1995 гг., разы

Наукоемкость ВВП, %

2,27

0,95

2,4

Число организаций, выполнявших исследования и разработки, ед.

312

286

1,1

Численность персонала, занятого исследованиями и разработками, чел.

107 206

39 300

2,7

Доля работников отрасли «Наука и научное обслуживание» в общей численности занятых в народном хозяйстве, %

2,0

1,0

2,0

Еще одним скрытым от поверхностного взгляда, однако весьма действенным фактором деиндустриализации и экономического ослабления страны явилось искусственное обесценение, девальвация ее национальной денежной единицы. Если в бывшем СССР рубль и доллар США были примерно равноценны, то западные рецепты рыночно-капиталистических реформ потребовали обеспечить кратную девальвацию рубля – точь-в-точь как в одном известном литературном произведении западный олигарх «…38сразу решил: теперь самое время объявить цену рублю – двугривенный».

О негативном воздействии искусственно заниженного обменного курса национальной денежной единицы на экономику науке, в общем-то, хорошо известно. Так, теоретический вдохновитель шведской социально-экономической модели Г. Кассель в своей работе «Инфляция и валютный курс», исследовав это явление, пришел к выводу, что «страна, валюта которой недооценена, рассматривается как страдающая, и трудности ее положения ясны каждому»39. Однако следует отметить, что определение адекватного (справедливого) курса национальной валюты представляет собой достаточно сложную, но исключительно важную проблему. Его искажения неизбежно ведут к перераспределению дополнительных выгод и потерь между субъектами хозяйствования, как участвующими во внешнеэкономической деятельности, так и работающими на внутреннем рынке. Для объективного решения обозначенной проблемы развитые страны мира периодически рассчитывают паритеты покупательной способности (ППС) своих национальных денежных единиц по отношению к валютам других стран. При этом под ППС понимается соотношение между двумя денежными единицами, устанавливаемое по их реальной покупательной способности применительно к конкретному набору товаров и услуг. В частности, для базового (точного) расчета ППС в качестве такого набора (назовем его корзиной эквивалентных благ) использовалось 2 956 продуктов, из которых 1 410 приходилось на потребительские товары и услуги, а остальные 1 546 – на производственные товары длительного пользования, включая машины и оборудование. Для ежемесячной корректировки ППС применяется «облегченная» корзина эквивалентных благ, включающая в себя набор из 92 товаров и услуг.

По словам того же Г. Касселя, «паритеты покупательной силы представляют собой истинное равновесие валют, и поэтому большая практическая ценность заключается в том, чтобы знать эти паритеты. На самом деле, это к ним мы должны обращаться в том случае, если желаем получить представление о действительной ценности валют, курсы которых подвержены произвольным и часто диким колебаниям»40. И действительно, можно заметить, что технологически развитые и успешно догоняющие их страны устанавливают курсы своих национальных валют равными ППС или даже несколько выше его. Это дает возможность развитым странам задешево скупать природные ресурсы и результаты труда развивающихся и трансформирующихся стран, а продавать им свою продукцию задорого. Наряду с этим отклонение (занижение) относительно ППС обменного курса национальной денежной единицы выступает одним из наиболее мощных разрушающих промышленность факторов. Вот почему «цивилизованный» Запад всеми способами, правдами и неправдами принуждает развивающиеся и трансформирующиеся страны к девальвации своих денежных единиц, чем обеспечивает себе возможность для неэквивалентного обмена и безвозмездного «выкачивания» их ресурсов в пользу «золотого миллиарда».

Кроме того, в случае искусственного обесценения относительно ППС национальной валюты по отношению, например, к американскому доллару оказывается, что житель США получает возможность на свою заработную плату приобретать больше экспортных товаров, а значит, он ощущает снижение общего уровня цен. Для населения же стран, девальвирующих свои валюты, картина выглядит с точностью до наоборот, поскольку в них наблюдается отток товарной массы за рубеж и к тому же дорожают импортные товары, а следовательно, развивается инфляция. Описанные процессы представляют собой не что иное, как экспорт сгенерированной Западом инфляции в периферийные страны и ее «утилизацию» и без того многострадальным населением этих стран.

Будучи под жестким внешним управлением, Республика Беларусь в период с 1990 по 1994 гг. девальвировала обменный курс более чем в 64 тыс. раз41, что и послужило одним из наиболее мощных факторов огромной инфляции в стране (см. табл. 12). В результате масштаб искусственного обесценения белорусской денежной единицы достиг в 1994 году абсурдной величины, ибо в то время она была искусственно недооценена относительно справедливого, определяемого ППС курса, более чем в 13 раз. Лишь с 1994 года, после освобождения страны из-под неоколониального ига, наметилась позитивная тенденция по приближению курса белорусской денежной единицы к ППС, а значит, устранения порочной практики оказания безвозмездной помощи Западу за счет отечественных предприятий и белорусского народа в целом. Это послужило еще одним фактором ускоренного роста белорусской экономики и ее последующего выхода на траекторию социально-экономического роста и устойчивого развития.



Таблица 12
Динамика искусственного занижения относительно ППС обменного курса денежной единицы Республики Беларусь по отношению к доллару США в период 1990–1996 гг.42


Год

Официальный обменный курс рубля по отношению к доллару США по данным Национального банка Республики Беларусь, руб./долл. США

Обменный курс рубля по отношению к доллару США, рассчитанный по ППС, руб./долл. США

Отклонение (искусственное занижение) курса национальной денежной единицы от ППС k, разы

1990

0,77

0,75

1,03

1991

1,75

1,49

1,17

1992

97,4

16,4

5,94

1993

2 490,7

190,8

13,05

1994

3 589,8

406,2

8,84

1995

11 560,0

2 930,6

3,94

1996

13 279,0

3 462,0

3,84

Таким образом, «в период с 1991 года до середины 90-х годов производство снижалось катастрофическими темпами. Инфляция достигала полутора–двух тысяч процентов в год. Сегодня мы говорим: 12–15% – много. Стремительно росла безработица. Финансовая система отсутствовала. Слабость государственной власти и полный правовой нигилизм порождали разгул коррупции и организованной преступности. Чтобы предотвратить дальнейшую деградацию экономики, необходима была совершенно иная политика, которая позволила бы отвести страну от пропасти»43.



1994–1995 гг. – это судьбоносный, переломный рубеж решительного завершения разрушительного эксперимента, который затеяли над страной по воле своих зарубежных господ наши местные апологеты либерального рынка. Приход к власти патриотично настроенного лидера, мужественно остановившего грабительскую приватизацию и рыночную дезинтеграцию (разрушение) единого народнохозяйственного комплекса, стал тем поворотным пунктом, начиная с которого Республика Беларусь пошла по пути соблюдения исключительно национальных интересов белорусского народа, а не «золотого миллиарда», как это имело место быть со многими нашими соседями. Результат не замедлил себя ждать – страна быстро остановила деиндустриализацию и вскоре вышла в лидеры по скорости развития промышленного потенциала не только на территории бывшего СССР, но и даже по сравнению с некоторыми технологически развитыми странами (табл. 13).
Таблица 13
Индексы промышленного производства
в некоторых странах мира (1990=100)



Типическая группа стран

Страна

1995 г.

2000 г.

2001 г.

2002 г.

2003 г.

2004 г.

2005 г.

2006 г.

2007 г.

2008 г.

2009 г.

Технологически развитые страны

Австрия

112

151

154

155

162

170

177

190

201

205

180

Бразилия

ПО

121

123

126

126

137

140

143

150

156

144

Великобритания

106

114

112

109

109

ПО

108

109

109

106

95

Германия

96

110

ПО

109

109

112

117

123

130

131

109

Италия

107

115

114

113

112

,П2_

ПО

113

117

113

93

Канада

113

!42

138

141

141

146

150

149

148

141

125

США

1!6

150

144

144

144

150

155

159

161

157

142

Финляндия

115

165

166

169

171

180

180

198

208

210

Пбб

Франция

102

116

118

Мб

115

118

119

120

122

119

104

Страны догояющего развития

Венгрия

8S

148

154

159

169

182

194

214

231

230

LJ90

Польша

124

178

178

181

197

222

231

259

283

290

279

Республика Корея

151

232

233

252

265

293

308

329

349

356

353

Индия

135

178

182

193

206

223

245

272

294

306

326

Китай

257

448

492

541

612

679

760

859

988

1077

1174

Страны ЕврАзЭС

Беларусь

61

101

ЛР^-J

112

120

139

153

170

185

205

201

Казахстан

48

58

66

73

80

88

92

98

103

105

107

Кыргызстан

27

42

44

39

46

48

42

38

40

46

44

Россия

50

53

54

56

61

66

68

71

75

77

68

Таджикистан

43

4!

47

51

56

64

70

74

SI

78

73

Другие страны бывшего СССР

Азербайджан

30

32

34

35

37

39

52

71

88

93

101

Армения

46

51

54

62

72

73

79

78

80

82

75

Грузия

14

19

!8

19

22

24

28

31

53

34

31

Молдова

45

34

39

43

50

54

57

54

53

53

41

Украина

52

57

66

70

81

91

94

100

НО

107

84


Источник: рассчитано авторами с использованием данных из справочника Важнейшие социально-экономические показатели развития России (К пятнадцатилетию российских реформ): Альбом статистиче­ских таблиц. - М.: Институт экономики РАН, 2007. - С. 233-234, а также Базы данных Отдела статистики ЕЭК ООН (bttp://w3.unece.org/pxweb/Dialog), статистической информации ОЭСР (http://stats.oecd.org) и базы данных Всемирного банка (http://databank.worldbank.org/ddp).
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   32


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница