Белорусский путь



страница22/32
Дата10.05.2016
Размер6.87 Mb.
1   ...   18   19   20   21   22   23   24   25   ...   32
Глава 6

БЕЛАРУСЬ И ГЛОБАЛЬНЫЕ ВЫЗОВЫ СОВРЕМЕННОСТИ
Земная цивилизация не может опираться на одну опору. Чем больше точек опоры, тем устойчивей цивилизация.
А.Г. Лукашенко
6.1. Национально-государственные интересы и глобализация
Национально-государственные интересы представляют собой потребности развития нации, осознанные с позиций определенных социальных слоев и групп, находящихся у рычагов политической власти, потребности нации, связанные с обеспечением ее безопасности, созданием благоприятных политических, социально-экономических, духовно-культурных условий для ее функционирования и развития. Понятие «национально-государственные интересы» включает принципы государственного суверенитета, национальной безопасности, устойчивости развития, высокой социальной, экономической, политической и культурной защищенности населения. Решающим носителем и выразителем национально-государственных интересов является народ. Именно интересы народа лежат в основе всей структуры национально-государственных интересов. Национально-государственные интересы нельзя скопировать или позаимствовать у других стран. Формирование национально-государственных интересов основывается на национальных традициях и исторически сложившемся укладе жизни народа. Национально-государственные интересы – это результат ценностного осмысления потребностей нации, в основе которых лежит национальная традиция взаимоотношения и взаимодействия различных социальных слоев и политических сил внутри страны и на международной арене. Национально-государственные интересы представляют собой фундаментальный принципобеспечения жизнедеятельности государства, следование которому позволяет не только сохранить нацию как целое, но и обеспечить ей перспективы развития.

Следует иметь в виду и то обстоятельство, что и сама государственная власть не может утвердить свой авторитет, если она не опирается на систему национально-государственных интересов, понятых, принятых и одобренных большинством народа. Только государственная власть, опирающаяся на общенациональные интересы, способна проводить консенсусную политику внутри страны и адекватно реагировать на глобальные угрозы, возникающие на международной арене.

Реализация национально-государственных интересов предполагает продуманную национальную политику, осуществляемую государством в национальной сфере. Разумеется, речь идет о национальной политике с гуманистическим содержанием и демократической направленностью.

Выстраивая национально-государственные интересы Беларуси, важно было учитывать два принципиальных момента.

Первый заключался в том, что национально-государственные интересы Беларуси нельзя строить на абсолютизации рынка, на тотальной приватизации, либерализации цен и разгосударствлении собственности безотносительно к интересам общества и личности, без учета интересов последующих поколений. Именно проведение рыночных реформ в таком направлении в 1991–1994 годах привело к падению отечественного промышленного и сельскохозяйственного производства, гиперинфляции, деградации науки и культуры, резкому снижению уровня и качества жизни большинства населения и усилению социально-политической напряженности в белорусском обществе. При таком реформировании терялся смысл самих национально-государственных интересов Беларуси.

Второй момент заключался в необходимости увязки национально-государственных интересов Беларуси с социально ориентированной экономикой, с ее опережающей модернизацией на основе новейших наукоемких технологий, наличием широкого ассортимента товаров массового потребления и социальной защищенности граждан. Такое понимание сущности национально-государственных интересов Беларуси предполагало консолидацию в рамках СНГ, взаимовыгодное вхождение Беларуси в мировой рынок. Только такой курс позволял вывести нашу республику из переживаемого системного кризиса, сделать стабильным и предсказуемым ее будущее, защитить свои национально-государственные интересы и занять достойное место в решении глобальных проблем современности.

В рамках такого курса государственные и общественно-политические структуры должны были решать следующие задачи:

– создавать благоприятные условия для сохранения и развития фундаментальных ценностей и традиций белорусского народа;

– выявлять возможные угрозы национально-государственным интересам, предупреждать появление кризисных ситуаций и конфликтов;

– защищать интересы как отдельных граждан, так и всего белорусского общества;

– формировать общественное мнение в духе признания политики национальной ответственности и расширения возможностей человеческого развития, добиваться межнационального и межконфессионального согласия;

– требовать четкой и слаженной деятельности органов власти и управления, искоренять служебную безответственность и некомпетентность государственных служащих;

– бороться с коррупцией, бюрократизмом, нелегальным бизнесом, организованной преступностью, терроризмом и другими глобальными угрозами современности;

– обеспечивать взаимодействие и учет интересов личности, общества и государства.

Процессы социально-политического развития в различных регионах мира имеют свои особенности, что существенно отражается на жизни народов, понимании и определении целей удовлетворения потребностей общества, определении перспектив и путей формирования, защиты, реализации его интересов. Соответственно, выявляются приоритеты в политической, социальной, технологической, экономической, научной и культурной сферах. В целом национальные интересы любой страны включают такие основополагающие цели, как:

– государственный суверенитет и благосостояние народа;

– защита территориальной целостности;

– внутриполитическая стабильность и внешняя безопасность государства;

– сохранение и развитие духовно-культурных ценностей.

В пространственно-географическом плане с развитием международного сотрудничества эти интересы приобретают форму национально-государственных, формирование которых становится определяющим в системе базовых приоритетов экономики, социальной сферы и институциональных механизмов государственности.

В условиях современного, быстро меняющегося мира, идет процесс расслоения стран именно по уровню технологического и экономического развития в связи с информационной революцией. В этом плане очень важно, чтобы Беларусь заняла свое достойное место в глобализирующемся мире, который будет не капиталистическим, а, скорее всего, интегрирует все предшествующие достижения локальных цивилизаций на новой технологической и социально-политической основе. Возможности Беларуси для инновационного развития довольно значительны как за счет географического положения и сохранившихся биоценозов и природных комплексов, так и за счет созданной еще в советское время производственной инфраструктуры и высокого интеллектуального потенциала.

Дальнейшую работу по продвижению национально-государственных интересов Беларуси в условиях глобализации следует осуществлять исходя из методологического принципа системно-функционального подхода, который предполагает анализ отдельных сфер человеческой жизнедеятельности и общества в целом как взаимозависимых элементов, каждый из которых действует как функция целого. Этот подход противостоит, с одной стороны, взглядам об обществе как механической сумме или конгломерате элементов, а с другой – представлениям об упрощенном органическом единстве, которое якобы не нуждается в государственном управлении и регулировании.

Национально-государственным интересам Республики Беларусь отвечает осуществляемый принцип государственного регулирования экономики, прежде всего стратегически важных отраслей и производств. В рамках реализации данного принципа важно провести преобразования в экономической структуре воспроизводства, найти оптимальное соотношение форм собственности, распределения, рыночного и внерыночного секторов. Подобная политика полностью вписывается в тенденции современного мирового развития. Вот что говорил еще в 1976 году по этому вопросу выдающийся американский социолог Д. Белл: «Прежде всего основная власть в области распределения принадлежит сегодня скорее сфере политики, чем экономики. В связи с этим возникает фундаментальный вопрос о границах государственной власти. Экономика ограничивает желания человека количеством имеющихся у него денег или кредитом, на который он может рассчитывать. Но что может ограничить амбиции политиков? Сегодня общественная собственность превышает по своим размерам частный капитал; современная политика поглотила две другие сферы. Важнейшим вопросом общественной собственности является вопрос консолидации бюджета – вопрос контролирования уровня государственных доходов и расходов, как механизма перераспределения богатства. Как много государство должно тратить и на чьи нужды – является главным политическим вопросом нашего времени»137.

При реализации национально-государственных интересов необходимо также учитывать то обстоятельство, что в условиях глобализации происходит снижение роли национальных государств в регулировании микрохозяйственных связей, уменьшаются возможности защитить себя от деструктивных сил рыночной стихии, экспансионистских действий более сильных конкурентов, массированных отливов иностранного капитала, разрушительных финансовых и экономических кризисов. Задача нашей страны в XXI веке – найти свое достойное место в условиях глобализации, используя для этого сильные стороны своего экономического, научно-технического и интеллектуального потенциала.

Национально-государственные интересы нельзя основать на сугубо частном интересе. Дело в том, что частный интерес стремится к привилегиям, а общий – к равенству. Сущность национально-государственных интересов как раз имеет своей предпосылкой общий интерес.

В этом смысле те политические системы, которые основываются на частном интересе, т.е. принципах либерализма, подменяют общий интерес интересом меньшинства и по сути своей не имеют подлинно национально-государственных интересов. В этом и заключается несостоятельность западной политической системы, когда правящий класс под видом национально-государственных интересов подсовывает своему обществу интересы олигархических групп.

В международном плане такая политика входит в противоречие не только с интересами незападных стран, но и с интересами большинства граждан в самих западных государствах. Ибо подлинно национально-государственные интересы одних стран не противоречат национально-государственным интересам других стран, поскольку как общие интересы, они основываются на принципе равенства. Отсюда должно быть понятно, что неолиберальная модель объективно противоречит как интересам мирового сообщества в целом, так и национальным интересам тех стран, которые основывают свою государственную систему на частном интересе.

Природа национально-государственных интересов определяется не только реальным соотношением сил в данный исторический момент, но и накопленными в ходе исторического процесса представлениями о мире, ценностями, образцами поведения. Анализируя национально-государственные интересы, надо учитывать не только социально-экономические интересы и действующие силы, но и устойчивые, нормативные образцы поведения, весь исторический опыт прошлого. Путь формирования национально-государственных интересов Республики Беларусь как раз и основан на духовных традициях и исторически сложившемся укладе жизни белорусского народа, на научно обоснованном использовании в первую очередь интеллектуальных ресурсов страны, сильной и эффективной государственной власти.

Национально-государственные интересы как центральное явление мира политики могут рассматриваться в то же время как часть мира культуры. Это позволяет избежать схематизации национально-государственных интересов и особенно политической практики как результата сугубо политических отношений и, наоборот, раскрыть связь национально-государственных интересов и морали, обычаев, традиций, менталитета.

Разнородность культур во времени и пространстве позволяет понять, почему некоторые типы национально-государственных интересов, соответствующие одним условиям, остановились в развитии в других условиях. В сфере национально-государственной жизни особое значение придается различиям, вытекающим из своеобразия национальных культур и национального характера.

Сущность национально-государственных интересов состоит в установлении, а затем и поддержании общественного согласия. Раскол в обществе, пораженном гипертрофией антисоциального поведения капитала, имеет двойной характер. Возникает раскол горизонтальный – между конкурирующими группами, и вертикальный – между конфликтующими государствами. Национально-государственные интересы призваны остановить этот антицивилизационный процесс. Поэтому принцип консенсуса, который лежит в фундаменте национально-государственных интересов, должен распространиться не только внутри данного цивилизационного сообщества, но и на отношения с представителями любой другой цивилизации. Национальный консенсус, определяющий психологический клима в государстве, приносит пользу всем гражданам государства. Политической, научной и культурной элите он даст возможность почувствовать себя демиургом социально-политических процессов, а народу с оптимизмом смотреть в будущее.

Национально-государственные интересы должны быть прогнозированы и избавлены на длительную перспективу от шараханий от одних идеалов и ценностей к другим. Наряду с тенденциями суверенизации и автономизации социально-политической жизни отдельных народов в мировом сообществе все же превалируют интеграционные процессы. Как отмечал Президент А.Г.Лукашенко на четвертом Всебелорусском народном собрании, «наиболее оптимальной для нас является стратегия «равной приближенности» к Востоку и Западу. Именно она дает шанс максимально эффективно использовать выгодное географическое положение, транзитный и промышленный потенциал нашей страны».


6.2. Национальная безопасность
Национальная безопасность представляет собой совокупность факторов, обеспечивающих жизнеспособность государства в системе международных отношений, его способность адекватно реагировать на возникающие внутренние и внешние вызовы и действовать в соответствии со своими национальными интересами.

Национальная безопасность выступает целью и основой всякого национального проекта. Это абсолютная, безоговорочная, ничем не ограниченная ценность, высшая норма, определяющая все виды государственной, общественной и частной деятельности. В понятие национальной безопасности включается и личное участие, личная ответственность гражданина за стабильность и безопасность государства, за сохранение национальных ценностей. Таким образом, высшим универсальным принципом становится взаимоувязанная ответственность личности и государства, человека и общества. Противоречия, которые могут возникать в различных областях человеческой жизнедеятельности, переводятся в сферу взаимных обязательств. Не только государство и его институты обязаны искать цивилизованными методами средства разрешения возникающих противоречий, но и сами граждане. Этим самым открывается дорога к формированию гражданского согласия, национального консенсуса. Этим самым создаются предпосылки для формирования политической культуры личности. Этим самым вырабатывается понимание солидарной ответственности власти и граждан за проводимую государственную политику в стране. Разумеется, способы обеспечения национальной безопасности должны строго соразмеряться с действительными национальными приоритетами, с субстанциальными интересами и реальными возможностями страны, запросами граждан.

Долгое время понятие национальной безопасности трактовалось в узком смысле как безопасность территории от внешнего вторжения, как защита национально-государственных интересов посредством внешнеполитической деятельности, как международная безопасность от других опасностей. Но реально понятие безопасности гораздо шире. Подлинная безопасность означает отсутствие угрозы болезней, голода, безработицы, преступности, социальных конфликтов и экологических катастроф.

Для большинства людей ощущение незащищенности больше возникает в результате тревог повседневной жизни, чем от предчувствия какой-либо мировой катастрофы. Будет ли у людей достаточно еды для них и для их семей? Не потеряют ли они свои рабочие места в результате приватизации государственной собственности и так называемой либерализации экономики? Будут ли их кварталы и улицы освобождены от преступности? Не станут ли они мишенью для преследования из-за исповедуемой ими религии или этнического происхождения?

Безопасность – это понятие не из военной области, а из области социальной жизни человечества. Безопасность человечества – понятие универсальное. Оно относится к людям во всех странах: и богатых, и бедных. Имеется множество угроз, которые одинаковы для всех, – безработица, наркотики, преступность, загрязнение окружающей среды и вмешательство во внутренние дела суверенных государств. Их степень может отличаться в разных регионах нашей планеты, но все эти угрозы безопасности человечества вполне реальны и, к сожалению, постоянно растут.

Безопасность человечества – понятие интегративное. Если где-либо в мире безопасность людей оказывается под угрозой, то не исключено, что вовлеченными окажутся все страны. Голод, заболевания, загрязнение окружающей среды, торговля наркотиками, терроризм, этнические конфликты и социальная дезинтеграция более не являются изолированными явлениями, удерживающимися в пределах национальных границ.

Безопасность человечества – это социальная проблематика. Как живут люди, как они себя чувствуют в обществе, насколько они свободны в выборе, насколько доступны для них рынок и социальные возможности, живут ли они в окружении конфликтов или в условиях мира.

Концепция безопасности человечества предполагает, что люди должны быть способны позаботиться о себе, все люди должны иметь возможность удовлетворить свои насущные потребности и заработать на жизнь. Это сделает их социально ориентированными и поможет им внести свой вклад в собственное развитие, развитие своих обществ, стран и всего мира. Безопасность человечества является следствием его социальной интеграции.

Следовательно, безопасность человечества не является оборонительной концепцией, подобно военной или территориальной безопасности. Напротив, безопасность человечества является интегративным понятием. Она основывается на стремлении людей к солидарности. Она реализуется только в условиях социального развития человека, его включенности в социальную ткань общества.

Очевидно, что на пути реализации собственных интересов, интеграции на постсоветском пространстве, консолидации совместных усилий на международной арене постсоветские республики встретят сильное противодействие, ибо конкуренты западным странам не нужны. В этой связи следует заметить, что в рассекреченном в 1992 году документе Пентагона четко формулировалась подобная установка: «Нашей главной целью является предотвращение возникновения нового соперника, будь то на территории бывшего Советского Союза или в другом месте, который представлял бы собой угрозу, сопоставимую с той, которую представлял Советский Союз. Нашей стратегией должно быть предотвращение возникновения любого потенциального соперника»138.

В новой исторической реальности изменился характер угроз национальной безопасности. Если в условиях послевоенного международного мира основной угрозой была внешняя агрессия, нападение одного государства на другое (это положение отражено в Уставе ООН), то в последние два десятилетия намного больше людей убито в результате внутренних вооруженных конфликтов, межрегиональных и межнациональных столкновений, актов геноцида, этнических чисток с использованием легко приобретаемого на мировом рынке оружия. По оценкам исследовательского World Watch Institute, ежегодно вооруженные конфликты уносят до 300 тыс. жизней. Большинство из них – мирное население, которое, по различным оценкам, составляет от 65 до 90% убитых. Для сравнения: в Первую мировую войну мирные жители составили лишь 5% от общего числа потерь враждовавших сторон. В тотально расширяющуюся угрозу национальной безопасности и безопасности мирового сообщества оформились организованная преступность, нелегальный бизнес и коррупция, которые представляют собой глобальные конгломераты антигражданского общества. Для организованной преступности существует и так называемый «налоговый рай». В мире имеется несколько десятков таких «райских уголков». Один из них на Каймановых островах – пятый в мире банковский центр, число зарегистрированных там банков и фирм превышает количество жителей. Кроме «отмывания» грязных денег, «налоговый рай» используется как точка контакта между правительственными кругами, предпринимателями и главарями организованной преступности.

К примеру, нашумевшие события, связанные с уводом своих доходов крупнейшими немецкими предпринимателями в княжество Лихтенштейн. Хотя все понимают порочность такого положения, но в то же время закрывают глаза на очевидные преступления в финансовой сфере, поскольку наличие подобных банковских лихтенштейнов – это результат негласного сговора между правительствами и предпринимателями в целях получения незаконных высоких доходов. А без таких доходов для узкой олигархической группы, которая преступно наживается за счет всего общества, существование западной экономической системы немыслимо. Это признают сегодня даже правительства западных стран. Так, на конференции стран ОЭСР (октябрь 2008 г.) прямо говорится о том, что ликвидация оффшорных зон является условием создания новой финансовой системы.

Эта же идея была озвучена на Лондонском саммите «большой двадцатки» (сентябрь 2009 г.), где в текст декларации по настоянию Франции, Германии и Италии включено требование о введении жесткого национального контроля над мировыми финансами и контроль «налоговых убежищ». Хотя на саммите «большой двадцатки» (Торонто, июнь 2010 г.) идея Германии и Франции о введении налога на банковскую деятельность не была принята.

Парадокс в том, что бизнес легальный и бизнес нелегальный все более переплетены между собой, что приводит к фундаментальным изменениям в структурах послевоенного капитализма. «Понятия «капиталист» и «капитализм» потеряли социологический смысл. С ними уже нельзя адекватно описать специфику и сущность западного общества. И с этой точки зрения, западное общество перестало быть капиталистическим. Оно стало обществом денежного тоталитаризма»139. Мафии инвестируют в легальный бизнес, существует и обратный процесс: финансовые ресурсы направляются в сферу криминальной экономики через банки или же коммерческие предприятия, участвующие в «отмывании» грязных денег. Банки утверждают, что все операции проводятся честно и что банковскому руководству неизвестно происхождение полученных денег. Принцип не задавать лишних вопросов, банковский секрет и анонимность операций – все это гарантирует защиту интересов организованной преступности, защищает банковский институт от публичных расследований и обвинений. Крупные банки не только соглашаются отмывать деньги в расчете на солидные комиссионные, но и предоставляют мафиям кредиты с повышенными процентными ставками в ущерб промышленным и сельскохозяйственным инвестициям. Характерный пример. Банк «Ваковия», занимающий четвертое место в банковской системе США в период финансового кризиса 2008 года отмыл 300 млрд мексиканских наркодолларов. Самое любопытное, что делается циничное признание того факта, что лишь благодаря обслуживанию наркомафии сумели в период мирового финансового кризиса 2008 года удержаться на плаву банки США. Вот и свобода банковской деятельности, которая неразрывно связана с деятельностью организованной преступности. На саммите Европейского союза в Брюсселе, где был принят антикризисный план, Президент Франции заговорил о совершенно другой экономической системе: «Ни одна финансовая структура не должна избежать нашего контроля. Нужно создать такой капитализм, при котором финансы будут находиться на службе предприятий и граждан, а не наоборот»140.

Проблема именно в том, что невозможно самостоятельно справиться с такой совокупностью угроз ни одному государству, ни одной международной организации. В «Хартии европейской безопасности» четко сделан вывод о том, что главную угрозу миру в XXI веке составляют в основном невоенные факторы, в результате чего приобретают значимость невоенные средства обеспечения национальной безопасности.

При анализе взаимоотношений Беларуси с НАТО следует учитывать и то обстоятельство, что глобализация вошла в противоречие с сформированными после Второй мировой войны институциональными механизмами, основанными на том, что мир состоит из отдельных национальных политических структур, независимых участников международных отношений. Налицо неспособность даже промышленно развитых стран смягчить негативные внутренние последствия все более широкого открытия рынков. Противоречие заключается и в том, что послевоенная многосторонняя система, создавшая условия для формирования нового процесса глобализации, под воздействием этой глобализации сама постепенно стала устаревать, а сформированные послевоенные институты международного сообщества под международный мир оказались неготовыми эффективно функционировать в условиях мира глобализирующегося.

Объективно расширение НАТО на Восток представляет угрозу национальной безопасности Беларуси. И речь здесь идет не столько о прямой военной агрессии, сколько о том, что само политическое продвижение НАТО означает не что иное, как своеобразный разрыв на куски постсоветского пространства, ухудшение общего фона международной, в особенности европейской, ситуации. Тем более что после разрушения СССР американские интервенции приобрели мировой масштаб и провозглашаются как «гуманитарные интервенции». На смену демону «советской угрозы» пришел новый «образ врага» – международный терроризм. Холодная война как стратегия трансформировалась в «войну с терроризмом», а концепция «сдерживания коммунизма», оправдывавшая экспансию США в период биполярного мира, была преобразована сначала в концепцию «расширения демократии», а затем «оси зла» и «смены режима». В связи с этим понятно, почему один из главных атрибутов стратегии в холодной войне, блок НАТО, не только не снизил свою активность, а наоборот, значительно усилил ее посредством дальнейшего расширения, смещения центра тяжести на Восток и включения в сферу своих интересов республик бывшего СССР.

В этом смысле НАТО превратилось в исторический анахронизм, поскольку демонстрирует нежелание сообразовывать свою стратегию с новыми угрозами и с положениями Устава ООН, касающимися региональных организаций и их военно-силовой деятельности (статьи 53 и 54 Устава ООН). Это и есть абсолютная угроза национальной безопасности Беларуси, поскольку лишает ее важнейших рычагов влияния на международную обстановку. Беларусь как соучредитель ООН не может не высказывать свое крайне негативное отношение к фактической узурпации со стороны НАТО функций ООН.

Присвоение альянсом права применять силу с целью принуждения других государств без санкций Совета Безопасности ООН является прямым нарушением Венской конвенции о праве договоров. В Декларации ООН, посвященной этой конвенции, осуждается обращение к угрозе или к применению всех форм какого бы то ни было давления каким бы то ни было государством с целью принуждения другого государства совершить какой-либо акт, связанный с заключением договора в нарушение принципа суверенного равенства государств и свободы согласия. Конвенция подчеркивает, что договор является ничтожным, если его заключение явилось результатом угрозы силой или ее применения в нарушение принципов международного права. Не прекращая бомбардировок суверенной Югославии и требуя от нее в то же время заключения угодного альянсу соглашения, руководство США и НАТО грубо проигнорировало Венскую конвенцию.

Можно сказать, что в целом концепция альянса подчинена интересам США как основообразующего звена НАТО. Имея в виду, что американская внешняя политика построена главным образом на преследовании целей глобального контроля, государство – объект возможной агрессии НАТО может находиться в любом регионе мира. Такое государство войдет в зону жизненно важных интересов США. «В современных условиях, – отмечает белорусский исследователь Александр Плащинский, – вышеуказанные действия США на фоне ослабления позиций России изменяют баланс сил в мире в пользу угроз международной безопасности и поэтому имеют высокий конфликтный потенциал»141.

Политика расширения НАТО на Восток – это политика антидемократическая и антиисторическая. Пытаясь реализовать эту антиисторическую политику, США четко расписали роли между старыми и новыми членами НАТО. Старым членам, то есть западноевропейским странам, отведена роль учителей риторики на тему демократии и прав человека, а на новых членов, то есть восточноевропейские страны, возложена грязная работа по продвижению антиисторической политики НАТО на Восток. Политические режимы в этих новых членах НАТО выполняют сугубо антироссийскую функцию, играя роль провокаторов по нагнетанию напряженности и конфронтации по всему периметру восточнославянской цивилизации. Встреча стран НАТО на высшем уровне в Бухаресте в апреле 2008 г. и юбилейная сессия Совета НАТО в Страсбурге в апреле 2009 г., посвященная 60-летию создания этой организации, на которой присутствовал новый президент США Барак Обама, еще раз показали, что альянс идет курсом экспансии. На общем фоне «солидарности» НАТО в решении геополитических проблем неоспоримо видна не только сегодняшняя, но и будущая конфронтационная роль США в альянсе.

Когда в целях оправдания существования НАТО в новых геополитических условиях акцентируют внимание на необходимость борьбы с новыми угрозами, к примеру, с незаконной торговлей наркотиками и международным терроризмом, то это несостоятельная аргументация. Доказательство – ситуация в сегодняшнем Афганистане и Ираке. Присутствие НАТО в Афганистане нисколько не уменьшило незаконной торговли наркотиками, а наоборот, многократно увеличило эту новую угрозу национальной и международной безопасности. А в Ираке, который до оккупации США не знал проблемы терроризма, сегодня терроризм расцвел пышным цветом. Вот и выходит, что НАТО не только не способствовала снижению рисков новых угроз, а объективно помогала возникновению и усилению этих новых угроз мировому сообществу. Следовательно, сам факт существования НАТО – это сегодня главная угроза национальной и международной безопасности. И ликвидация НАТО как раз бы послужила причиной укрепления европейской и международной безопасности. Такова логика современного национального и мирового развития.

Опасный характер НАТО для демократического развития мирового сообщества находит все большее признание в Европе. Испанский профессор политологии Карлос Таибо призывает к упразднению НАТО. Карлос Таибо убежден, если этот альянс будет ликвидирован, то тем самым исчезнут и угрозы, нависшие над человечеством. По мнению профессора, «нет причин поддерживать сохранение Североатлантического альянса. Единственные мотивы связаны с интересами горстки богатейших стран мира, настроенных сохранить внешние угрозы и свои извечные привилегии. Мы не ошибаемся, утверждая, что НАТО – главное военное орудие капиталистической глобализации»142. В самом деле, роспуск НАТО мог бы стать убедительным свидетельством непоказного миролюбия Запада. Попытки же НАТО подменить собой Организацию Объединенных Наций, присвоить себе несвойственные функции; претензии блока выступить в качестве якобы гаранта стабильности и безопасности в Европе и мире беспочвенны и должны быть отвергнуты.

В то же время Республика Беларусь проводит линию по установлению политического диалога и развитию неконфронтационного сотрудничества с НАТО, исходя из общепризнанных принципов международного права, в том числе права каждого государства на коллективную оборону и вступление в союзы на основе свободы выбора. Беларусь делает все для того, чтобы отношения между главными военно-политическими организациями в Европе – ОДКБ и НАТО – стали отношениями партнерства и сотрудничества. Но партнерства равноправного, не в ущерб безопасности других стран, в особенности сопредельных государств.

Не случайно, анализируя современные геополитические процессы, Президент Александр Лукашенко отметил, что все острее стоит вопрос обеспечения международной безопасности. «Недавние события на Кавказе показали, насколько хрупка система безопасности на Европейском континенте. Она, видимо, безнадежно устарела»143. В этом вопросе Беларусь поддерживает точку зрения российского руководства, считающего, что необходимо создавать новую архитектуру безопасности. И очевидно, что эта новая структура безопасности должна строиться с учетом обеспечения национальной безопасности всех государств европейского региона.

Анализируя положение Беларуси в системе международных отношений, можно сделать вывод о существовании двух моделей взаимодействия нашей республики и западного сообщества.

Первую модель можно с полным основанием назвать натовской, она планируется и реализуется прежде всего США. Данная модель, ярко проявившаяся в событиях вокруг саммита НАТО и СЕАП в Праге в ноябре 2002 года и марте 2008 года вокруг концерна Белнефтехима, а также размещения сил быстрого реагирования в Польше, имеет ярко выраженный конфронтационный характер и нацелена на изоляцию Беларуси, провоцирование напряженности во внешнеполитической сфере и настойчивых попытках дестабилизации внутриполитической ситуации.

Вторая модель вырисовывается в отношениях Беларуси с некоторыми европейскими странами. Как отдельные европейские страны, так и общеевропейские организации в целом сегодня следуют в фарватере политики США, однако их позиция в отношении нашей республики не является столь жесткой и бескомпромиссной. Среди политической элиты европейских стран в большей степени распространено понимание того, что чрезмерное давление на Беларусь может привести к созданию в Восточной Европе очага долговременной напряженности, в чем не заинтересована ни одна из сторон. Вот почему обеспечение национальной безопасности Беларуси строится с учетом двух моделей.

В то же время ведется активный поиск поля общих интересов и возможного диалога с конструктивными силами на европейском политическом пространстве. Непременным условием данного диалога может стать готовность обеих сторон к разумному компромиссу. Как заявил Президент Беларуси Александр Лукашенко на встрече с действующим председателем ОБСЕ, министром иностранных дел Финляндии Александром Стуббом, Беларусь открыта для сотрудничества с европейскими структурами и готова к любым отношениям с Европейским союзом при условии равноправного диалога и уважения к ее суверенитету144.

Необходимо учитывать тот факт, что европейские страны находятся под достаточно жестким идеологическим и геополитическим давлением США и могут позволить себе внешнеполитический маневр лишь в достаточно узких рамках и при непременном условии достижения каких-то конкретных, пусть и не очень значительных, успехов. Следовательно, развитие диалога с заинтересованными европейскими партнерами может сопровождаться поиском форм взаимодействия, которые смогли бы наглядно продемонстрировать успех политики компромиссов. Такое взаимодействие отвечало бы как интересам Беларуси, которая смогла бы продемонстрировать свою добрую волю и готовность к разумному диалогу, так и интересам европейских партнеров нашей республики, которые смогли бы таким образом доказать эффективность своей политики и укрепить свои позиции по отношению к сторонникам евроатлантической линии в Европе.

В целом можно сделать вывод, что наиболее перспективной стратегией внешней политики Республики Беларусь в обеспечении национальной безопасности является позиция государства, твердо стоящего на страже самостоятельности своего политического курса, но открытого к диалогу и разумному маневру во всех областях международных отношений. «Беларусь, – говорил Президент А.Г.Лукашенко на четвертом Всебелорусском народном собрании, – доказала свою способность обеспечить устойчивое развитие и национальную безопасность даже в самых жестких внешних условиях».

1   ...   18   19   20   21   22   23   24   25   ...   32


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница