Анна михайловна панкратова (1897 1957)



Скачать 165.18 Kb.
Дата09.05.2016
Размер165.18 Kb.


Историки России. Биографии. М.: РОССПЭН, 2001. С. 685-690.

Л.А.Сидорова.

АННА МИХАЙЛОВНА ПАНКРАТОВА

(1897 - 1957)

Имя Анны Михайловны Панкратовой, первой женщины-академика среди отечественных российских историков, неразрывно связано с историей советской исторической науки. Она принадлежала к поколению ученых, привнесших в науку безусловный приоритет большевистской партийности. “Вот товарищи спрашивают - чья она?” - говорила Анна Михайловна на торжественном заседании в Академии наук СССР 21 февраля 1957 г., посвященном ее 60-летию и 40-летию научно-педагогической и общественной деятельности. И отвечала: “Дочь рабочего класса, дочь нашей партии! А отсюда и все остальное”1. Жизнь и творчество Панкратовой подтверждают верность такой оценки.

А.М.Панкратова родилась 9 февраля 1897 г. в Одессе, в семье рабочего, происходившего из крестьян Калужской губернии. Ей не было и десяти лет, когда умер отец, инвалид русско-японской войны. Осиротевшая семья, где Анна была старшей из четверых детей, как могла добывала средства к существованию. Они слагались из скудных сумм, которые приносили заказы на изготовление фитильков для лампадок, да сезонных заработков матери, уборщицы в ванно-лечебном заведении на одном из одесских лиманов.

Трудолюбивая и способная, Анна Панкратова смогла успешно окончить народную школу. Вероятно, на этом бы и оборвалась ее учеба, если бы не доброе участие ее учительницы, подготовившей девочку к экзаменам для поступления в гимназию. В гимназии, благодаря отличной успеваемости, она была освобождена от платы за обучение, а позднее, в восьмом классе, получала стипендию имени Л.Н.Толстого, учрежденную после смерти великого писателя. В 1914 г. Панкратова блестяще оканчивает гимназию и поступает на историко-филологический факультет Высших женских курсов.

После свержения самодержавия курсы были слиты с Одесским (Новороссийским) университетом, и Анна Михайловна оказалась в числе курсисток, которые в 1917 г. завершили свое образование уже в качестве студенток университета. Сдав государственные экзамены, она с головой уходит в общественную деятельность: участвует в работе Одесского Совета рабочих депутатов, в организации крестьянских Советов и земельных комитетов, ведет культурно-просветительскую работу в земстве.

Октябрьская революция застает Панкратову на работе в деревне. В феврале 1919 г. Анна Михайловна сделала выбор, определивший всю ее дальнейшую жизнь - она вступила в коммунистическую партию (одна из ее соратниц по одесскому подполью, Е.Ф.Зубицкая, рассказывала, что перед этим “Нюра Панкратова вышла из состава “левых” эсеровской партии...”2, однако этот факт из биографии советского ученого, по вполне понятным причинам, обычно опускался).

В пору господства в Одессе французских интервентов, а затем деникинцев Панкратова готовила материалы для подпольной газеты (публиковавшиеся под псевдонимом А.Палич), устанавливала связи с заключенными, передавала секретные военные сводки, добывавшиеся в деникинских штабах.

Весной 1920 г. Панкратова была избрана членом Одесского губернского комитета партии. Через несколько месяцев ее направляют в Харьков для работы в качестве заместителя заведующей женотделом ЦК КП(б)У. В следующем, 1921 г., Анна Михайловна уже на Урале, в числе коммунистов, посланных большевистским ЦК для восстановления промышленности этого региона. Она занимается партийно-профсоюзной деятельностью, начав с председателя завкома Каслинского металлургического предприятия (широко известного благодаря своему художественному литью и сегодня); затем работала в губернских органах профсоюзов. Именно с этого времени Панкратова начинает собирать документы по истории уральского пролетариата, фабрично-заводских комитетов.

В мае 1922 г. Екатеринбургский губернский комитет большевиков рекомендует Панкратову - “преданного члена партии, энергичного и неутомимого работника”- для работы в Агитпропе ЦК РКП(б). В этом же решении было признано “полезным в интересах партии” удовлетворить просьбу Панкратовой “о предоставлении ей возможности систематизировать и углубить марксистские знания”3. В течение лета 1922 г. она работает в Агитпропе, а осенью ЦК РКП(б) командирует ее в Институт красной профессуры4.

Свою учебу в ИКП Панкратова воспринимала как большевистское задание. “Перед нами (студентами ИКП.- Л.С.) была поставлена большая партийная задача,- вспоминала впоследствии Анна Михайловна,- подготовить себя, как марксистски выдержанную профессуру, для наших советских вузов, где орудовали враждебные нашему делу старые буржуазные профессора, либо саботировавшие, либо вредившие в то время нам, не желающие принимать ни нашего строя, ни нашей идеологии”5. Панкратова стремилась стать не просто ученым, а бойцом исторического фронта, едва ли предполагая, какие ограничения накладывает на исследователя приоритет партийности в науке.

Годы обучения в Институте красной профессуры, система преподавания в котором включала научно-исследовательскую, педагогическую, организационную и партийную работу, завершили формирование Панкратовой как непримиримого историка-марксиста. Именно непримиримого, ибо речь шла, по словам ректора ИКП М.Н.Покровского, “отнюдь не просто о подготовке марксистски образованных преподавателей... Этого мы могли бы достигнуть и не создавая Института красной профессуры, а просто поставив аспирантам на кафедры факультета общественных наук определенные экзаменационные требования по части теории и истории марксизма. ...Нам нужно не это,- это лишь само собой разумеющийся минимум; нам нужна молодежь, глубоко проникшаяся принципами революционного марксизма...”6.

Круг исследовательских интересов Панкратовой в 20-е гг. включал в себя историю фабзавкомов и профессионального движения, а также проблемы рабочего движения в годы трех российских революций. В 1923 г. выходит в свет ее книга “Фабзавкомы России в борьбе за социалистическую фабрику”. Панкратова создала эту работу по горячим следам событий. Анализируя документальный материал, она руководствовалась оценками, данными В.И.Лениным. Монография была нацелена на освещение деятельности фабзавкомов в контексте развития классовой борьбы рабочего класса, показ большевистского руководства профсоюзами, критику меньшевистской концепции “нейтральности” профсоюзов.

Панкратова, ученица М.Н.Покровского, под редакцией которого и была издана ее книга, не могла не отдать дани модернизации истории, что сказалось, например, в преувеличении роли наемного труда в крепостной России. Однако есть в этой работе и ценность непреходящего значения - автор написала ее на основе значительного источникового материала (во многом утраченного сегодня), который она собрала в заводских архивах уральских заводов.

За “Фабзавкомами России” последовали “Фабзавкомы в германской революции (1918-1923 гг.)” (М.,1924), “Политическая борьба в российском профдвижении 1917-1918 гг.” (Л., 1927), “Фабзавкомы и профсоюзы в революции 1917 г.” (М.-Л., 1927). Помимо авторской работы, Панкратова занималась подбором и публикацией документов, освещающих стачечное движение в 1905 году и рабочее движение 1917 года.

Летом 1926 г., по окончании Института красной профессуры, Анна Михайловна была командирована в Ленинград. Направление было не простым распределением выпускницы ИКП: в числе других коммунистов Панкратова прибыла на “идеологический фронт”, каковым стал город на Неве, в первую очередь его партийные и научные организации, в связи с острой борьбой против “троцкистско-зиновьевской оппозиции”.

В Ленинграде Панкратова преподавала историю СССР в Коммунистическом университете и в Военно-политической академии, была членом правления Института истории при Ленинградском университете (филиал Института истории РАНИОН), активно участвовала в организации Института марксизма (преобразован из НИИ при Коммунистическом университете). Показательна переписка, которая велась между Панкратовой и М.Н.Покровским в этот период7. Описывая ситуацию в научных кругах Ленинграда, она противопоставляла бурные споры молодых историков-марксистов академизму заседаний Института истории. Покровский давал своей ученице рекомендации по перестройке в большевистском ключе работы ленинградских ученых.

Политика главенствовала не только в деятельности Панкратовой-историка. Свой тяжелый след оставила она и в ее личной жизни. В 1927 г. Анна Михайловна рассталась с мужем, одна растила дочь. Двадцать лет спустя она назвала этот разрыв “самым трудным и больным”8 событием своей жизни. Его причина была весьма характерной для тех лет и соответствовала избранному Панкратовой жизненному пути: “...Мы с ним по-разному понимали задачи партии”9.

В 1927 г. Панкратова возвращается в Москву, где возглавляет научно-методическую работу в Высшей школе профдвижения при ВЦСПС. Через год она переходит на научную работу в Институт истории Коммунистической академии. В центре внимания - изучение истории российского пролетариата. В октябре 1929 г. Панкратова была утверждена редактором журнала “История пролетариата СССР”; в 1931 г. вошла в состав главной редакции “Истории фабрик и заводов”.

В августе 1933 г. Панкратова выступила на VII конгрессе исторических наук в Варшаве с докладом “История заводов СССР (задачи и методы исторического исследования отдельных предприятий в СССР)”. В письме Н.М.Лукину еще за год до конгресса Анна Михайловна писала о главной идее своего доклада: “Основная тенденция ясна - подобного размаха научно-исследовательскую работу можно предпринять только в СССР. Подлинно научной истории фабрик и заводов в капиталистических странах... создать невозможно”10. Эту идею она донесла до слушателей. Приведем отзыв русского историка-эмигранта А.Флоровского: “Я прослушал со вниманием доклады Горина, Преображенского, Панкратовой, Волина и Державина. Доклад Панкратовой был наиболее дельным в прямом смысле - он давал просто информацию о постановке в Советской России изучения истории промышленности и промышленного труда... Панкратова стоит в центре этого движения научной работы”. И далее: “Свою информацию она дала с решительным подчеркиванием “марксистской” постановки этого дела и его “беспримерности”11.

Возвращаясь к перечню сфер научно-организаторской деятельности Панкратовой в 30-е гг., следует упомянуть о редактировании ею журнала “Историк-марксист”, преподавании в Институте красной профессуры, руководстве кафедрой истории СССР на историческом факультете МГУ с момента его воссоздания в 1934 г. В эти же годы под ее редакцией был издан сборник статей “Очерки истории пролетариата СССР” (М., 1931) (в нем Панкратова выступила в качестве автора двух разделов - “Рабочий класс и рабочее движение в эпоху промышленного капитализма (1861-1900)” и “Пролетариат в революции 1905-1907 гг.”). Она подготовила ряд статей, приуроченных к 25-ти и 30-летнему юбилеям первой русской революции.

В 1936 г. Панкратова приняла участие в конкурсе на лучший учебник по истории СССР для начальной школы. Учебник, написанный ею в соавторстве с К.В.Базилевичем, С.В.Бахрушиным и А.В.Фохт, получил поощрительную премию. В следующем году Анна Михайловна в составе того же авторского коллектива приступила к созданию учебника по истории СССР для 8-10 классов средней школы. Учебнику была суждена долгая жизнь - 22 издания, последнее из которых вышло в свет в 1963 г.

Работа над учебниками проходила в условиях развернувшейся после постановления ЦК ВКП(б) и СНК СССР от 26 января 1936 г. кампании критики “антимарксистских, антиленинских, по сути дела ликвидаторских, антинаучных взглядов на историческую науку”, распространение которых связывалось с «так называемой “исторической школой Покровского”»12. Панкратова, любимая ученица Михаила Николаевича, тесно связанная с ним не только годами учебы в Институте красной профессуры, но всей последующей работой, публично отмежевывается от своего учителя и наставника. Ее статья “Развитие исторических взглядов М.Н.Покровского” открывает сборник “Против исторической концепции М.Н.Покровского” (М.-Л., 1939). В ней Панкратова подтверждает все “определения”, данные Покровскому в решении ЦК. Особенно тяжелое впечатление оставляет сравнение этой статьи и статьи “М.Н.Покровский - большевистский историк”, опубликованной Панкратовой в журнале “Борьба классов” в 1932 г., сразу после смерти ученого. Если в первой из них отмечалось, что “...М.Н.Покровский усердно работал пылесосом в отношении “непроветренных углов” своего мировоззрения, сделав самокритику основным методом своего роста”13, то в статье сборника та же неуклюжая метафора имеет обратный смысл: “М.Н.Покровскому надо было решительно покончить с остатками враждебных ленинизму идейно-политических взглядов. Он слабо работал “пылесосом” и недостаточно “проветривал” все уголки своего мировоззрения”14. Подобная метаморфоза вполне согласуется с логикой поведения Панкратовой: партия вынесла решение, долг партийца - его выполнять.

Надо заметить, что Панкратова постоянно выступала в роли популяризатора партийных решений в области исторической науки. такие публикации были неизбежной данью ее положения историка-руководителя.

В 1937 г. Анна Михайловна была направлена в Саратов, где возглавила кафедру истории СССР на историческом факультете университета, и одновременно продолжала руководить группой по изучению истории СССР XX века в Институте истории в Москве. В 1939 г. она была избрана членом-корреспондентом Академии наук, с 1940 г. являлась заместителем директора Института истории АН СССР. Волна репрессий, прокатившаяся по коллективам историков, миновала Панкратову. Но она не могла не отразиться на душевном состоянии Анны Михайловны, о чем свидетельствуют ее письма соавторам по учебнику Базилевичу и Бахрушину15.

Великая Отечественная война внесла свои коррективы в жизнь Панкратовой. Вместе с Институтом истории АН СССР она была эвакуирована в Алма-Ату, где исполняла обязанности директора. В 1942 г. возвратилась в Москву и приняла участие в работе над трехтомной “Историей дипломатии”. Большую часть ее времени занимали выступления с лекциями и докладами, написание историко-патриотических статей.

После окончания войны Панкратова продолжила работу над своим давним замыслом - капитальным трудом по истории российского рабочего класса от его зарождения в XVII-XVIII веках и до 1917 года. Анна Михайловна предполагала написать четыре тома. Два из них она хотела посвятить предыстории пролетариата, третий и четвертый - истории рабочего класса при капитализме16.

Работа над первым томом была вчерне завершена в 1947 г. В нем всесторонне рассмотрены “самые далекие предпосылки и исторические условия” зарождения капитализма в России. Автор подробно останавливается на недостаточно изученных в то время проблемах экономической истории страны, а именно: формирование предпосылок всероссийского рынка, рост товарно-денежных отношений; хронологические рамки и особенности процесса первоначального накопления; вопрос о наемном труде в сельском хозяйстве и промышленности и др. Вместе с докладами, статьями, выступлениями Панкратовой том дает представление об основной концепции начального этапа в истории российского предпролетариата, которой она придерживалась. Анна Михайловна утверждала, что в России “ни в XVII, ни даже в XVIII в., за исключением двух-трех его последних десятилетий, не может быть речи ни о капитализме, ни о пролетариате в марксистском понимании”17. Панкратова подчеркивала, что в XVII столетии “мы видим завязку новых буржуазных связей... Понадобилось более двух веков, пока зачатки буржуазного способа производства проникли во все поры общественных отношений и разрушили базис феодального общества”18. Эти выводы Панкратовой оказали влияние на последующее изучение генезиса капитализма в России.

В 1952 г. рукопись первого тома была обсуждена и рекомендована к печати в Институте истории и МГУ. Однако монография вышла в свет лишь шесть лет спустя после смерти автора. Цель, к которой Панкратова стремилась с 30-х гг.,- создание обобщающего труда по истории рабочего класса - так и осталась недостигнутой. Виной тому - чрезмерная загруженность Анны Михайловны научно-организаторской, педагогической и общественно-политической работой.

В послевоенные годы Панкратова возглавляла большие коллективы ученых, осуществивших публикации документов и материалов “Рабочее движение в России в XIX веке” (М., 1950-1963. Т.1-4; три первые тома этого фундаментального издания были отредактированы Анной Михайловной и снабжены ею обстоятельными вступительными статьями), “Революция 1905-1907 годов в России” (М., 1955. Ч. 1-10), сборников статей о революционном движении в России и в ее национальных районах. Важным событием в научной жизни стал выход под редакцией Панкратовой юбилейного сборника “Первая русская революция 1905-1907 гг. и международное революционное движение” (М., 1955-1956. Ч.I-II). Много сил и энергии отдавала она педагогической работе, подготовке кадров историков. Плодотворной была деятельность Панкратовой на международной арене. Она участвовала во многих конференциях и конгрессах, руководила Национальным комитетом советских историков, в 1955 г. была избрана в бюро Международного конгресса исторических наук (МКИН). Активно участвовала Анна Михайловна в борьбе за мир, была членом советского Комитета мира, Всероссийского общества культурных связей с заграницей, вице-президентом Всемирной федерации ассоциаций содействия ООН.

В 1953 г. Панкратова вместе с Н.М.Дружининым, М.Н.Тихомировым и другими учеными была избрана в действительные члены Академии наук СССР.

Тогда же ее назначили главным редактором журнала “Вопросы истории”. Следуя линии на критику культа личности Сталина, журнал отстаивал необходимость свободного от догм исследования исторических проблем. Далеко не все ученые того времени разделяли подобный подход , усматривая в нем (и не без основания) покушение на ряд устоявшихся построений, присущих историографии предшествующих лет. Панкратовой пришлось неоднократно защищать взятый журналом курс, что было особенно трудно ввиду крайней непоследовательности руководства страны.

Состоявшийся в феврале 1956 г. XX съезд КПСС дал новый импульс в поиске творческих подходов к изучению истории. Панкратова выступила на съезде, затронув такие проблемы, как состояние изучения истории советского общества, необходимость издания полного академического собрания сочинений В.И.Ленина, его научной биографии, вопросы подготовки научных кадров, организации исследовательской работы и др.

Анна Михайловна была озабочена тем, чтобы “перестроиться не на словах, а на деле”. На одном из совещаний она с горечью говорила: “Сколько перестроек было на моей памяти, как часто эти перестройки происходили и в нашей работе, и, вместе с тем, каков же был результат этих перестроек? Конечно, в целом мы идем вперед... Но я думаю, что одной из основных опасностей сейчас является то, что мы опять можем стать на путь формальных перестроек”19. Необходимо подчеркнуть, что Панкратова стремилась к действительному развитию исторической науки, а не ее очередному приспособлению к новациям сверху. Думается, именно это обстоятельство привело к тому, что Панкратова и руководимый ею журнал нарушили привычную “субординацию” истории и политики, поставив во главу угла не “всеспасительные” партийные указания или “директивные” статьи, а “свободный обмен мнениями, творческие дискуссии и серьезные научные исследования”20.

После XX съезда КПСС к Панкратовой часто обращались с просьбами помочь в восстановлении доброго имени многих репрессированных. К ней приходили и как к депутату Верховного Совета СССР, члену ЦК КПСС, и как к испытанному другу. Анна Михайловна пишет ходатайства о разборе “дела” А.С.Алуфа, воссоединении разбросанной по стране семьи И.Н.Перепечко, реабилитации погибших в сталинских лагерях. В письме Генеральному прокурору СССР Р.А.Руденко она просит об ускорении разбора дел группы историков (среди них С.С.Бантке, С.А.Гусев, Л.М.Захарова, С.Д.Кунисский, Ф.Г.Фридлянд и др.)21. Отзывчивость всегда была свойственна Панкратовой, и ею пользовалось большое число коллег и знакомых, а подчас и совсем не известных Анне Михайловне людей. Ее обширная переписка убеждает, что слова одного из корреспондентов: “Вы не откажете в помощи никому, если в состоянии такую (помощь.- Л.С.) оказать”22,- отнюдь не просто вежливая фраза и не преувеличение.

Редколлегия “Вопросов истории” следовала тем направлением работы, которое вытекало из решений XX съезда КПСС. Ее упорство в условиях непоследовательности и ограниченности хрущевской либерализации духовной жизни, нараставшего сопротивления со стороны приверженцев сталинского прочтения истории вызвало волну критики в адрес журнала. Политические обвинения, выдвигавшиеся под лозунгом верности марксизму-ленинизму, все более приобретали облик традиционной идеологической травли.

Кампания критики журнала оказалась для Анны Михайловны тяжелым ударом еще и потому, что она исходила со стороны ЦК партии. Панкратова относилась к тому поколению партийцев, которые твердо следовали за “генеральной линией” партии. В условиях, когда исход борьбы за политическое обновление советского общества был еще крайне неопределенным, линия XX съезда видимо не получала своего развития, позиция Панкратовой, отражая имевшиеся противоречия, не могла быть твердой и последовательной.

В итоге Анна Михайловна признает несовершенные редколлегией журнала “Вопросы истории” ошибки. Поступить иначе она не могла - ее жизненный опыт и убеждения подсказывали только такое решение. Этому способствовал и тот вакуум, который образовался вокруг нее и редакции после постановления ЦК КПСС от 9 марта 1957 г. “О журнале “Вопросы истории”. 21 мая, являясь уже фактически номинальным главным редактором, Панкратова подписала к печати третий номер журнала. В нем пункт за пунктом были приняты обвинения в “буржуазном объективизме”, “либеральном толковании политики партии”, “обелении позиции меньшевиков” и др. Через четыре дня, 25 мая 1957 г., Анны Михайловны не стало.

Жизнь и деятельность Панкратовой пришлись на трудные, во многом трагические годы. Непросто сложилась ее судьба историка и человека. За внешним благополучием успешной карьеры крупного организатора исторической науки ее мучила творческая неудовлетворенность - она не успевала завершить историю рабочего класса России, хотя готовилась к созданию такого капитального труда более трех десятилетий. “Невозможность ответить своему внутреннему стремлению исследователя,- вспоминал хорошо знавший Анну Михайловну академик Н.М.Дружинин,- было настоящей драмой ее жизни”23.

Панкратовой, превыше всего ставившей интересы партии, неоднократно приходилось идти на компромиссы в своей работе. Но они не носили того оттенка конъюнктурщины, который иногда пытаются увидеть в них сегодня. Анне Михайловне было присуще самое, пожалуй, важное для историка качество - стремление к научному поиску. Панкратова, человек своей эпохи, в своем творчестве отразила многие характерные черты первого поколения советских историков-профессионалов.
Сочинения А.М.Панкратовой

Фабзавкомы России в борьбе за социалистическую фабрику. М., 1923.

Политическая борьба в российском профдвижении 1917-1918 гг. Л., 1927.

Фабзавкомы и профсоюзы в революции 1917 г. М.-Л., 1927.

Формирование пролетариата в России (XVII-XVIII вв.). М., 1963.
Литература о А.М.Панкратовой

Из истории рабочего и революционного движения. Памяти академика А.М.Панкратовой. Сб.статей. М., 1958.

Бадя Л.В. Академик А.М.Панкратова - историк рабочего класса СССР. М., 1979.

Дружинин Н.М. Воспоминания об Анне Михайловне Панкратовой // Дружинин Н.М. Избранные труды. Кн.4. Воспоминания, мысли, опыт историка. М., 1990.


Примечания

1 Из истории рабочего класса и революционного движения. Сб.статей. М.,1958. С.5.

2 Архив РАН. Ф.697. Оп.2. Д.186. Л.15.

3 ГА РФ. Ф.5284. Оп.1. Д.69. Л.1.

4 Там же. Л.2,3.

5 Архив РАН. Ф.697. Оп.2. Д.186. Л.29.

6 Покровский М.Н. Институт красной профессуры (К первой годовщине)// Труды Института красной профессуры. Т.1. Работы семинариев философского, экономического и исторического за 1921-1922 гг. (1 курс). М.-Л., 1923. С.10.

7 Переписка А.М.Панкратовой и М.Н.Покровского хранится в Музее революции. Ф.ДЯ - 48.

8 Архив РАН. Ф.697. Оп.2. Д.186. Л.30.

9 Там же.

10 Там же. Ф.359. Оп.21. Д.11. Л.17 об.

11 Флоровский А. Историки в Польше // Россия и славянство (Париж). 1933. № 225. Октябрь.

12 На фронте исторической науки. М., 1936. С.25-26.

13 Панкратова А.М. М.Н.Покровский - большевистский историк // Борьба классов. 1932. № 4. С.35.

14 Панкратова А.М. Развитие исторических взглядов М.Н.Покровского // Против исторической концепции М.Н.Покровского. М.-Л., 1939. С.36.

15 Архив РАН. Ф.697. Оп.3. Д.7. Л.1.

16 Подробнее см.: Бадя Л.В. Академик А.М.Панкратова - историк рабочего класса СССР. М., 1979. С.105-137.

17 Панкратова А.М. Формирование пролетариата в России. М.,1963. С.9.

18 Там же. С.52.

19 Архив РАН. Ф.697. Оп.2. Д.70. Л.112, 113.

20 Вопросы истории. 1956. № 3. С.12.

21 Архив РАН. Ф.697. Оп.3. Д.13. Л.1; Д.109. Л.1, 2, 3.

22 Там же. Д.194. Л.2.

23 Дружинин Н.М. Воспоминания об Анне Михайловне Панкратовой // Дружинин Н.М. Избранные труды. Кн.4. Воспоминания, мысли, опыт историка. М., 1990. С.241.




База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница