Алимжанова Г. М. Сопоставительная лингвокультурология



страница14/16
Дата01.05.2016
Размер4.92 Mb.
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   16

Выводы по 4 разделу

В данном разделе мы рассмотрели пять (5) моделей сопоставительного лингвокультурологического описания.

Специфика сопоставительной лингвокультурологии предполагает большое разнообразное количество типов лингвокультурем. Для исследования каждого типа лингвокультурем предполагается использование отдельной лингвистической модели описания, то есть специфика сопоставительной лингвокультурологии проявляется во множественности модели описания.

В нашем случае в зависимости от типов лингвокультурем мы строим пять (5) моделей сопоставительного лингвокультурологического описания: 1) модель коммуникативно-ситуативного сопоставительного лингвокультурологического описания, которая реализована в процессе анализа ритуализованной коммуникативной ситуации (инаугурация и свадьба на материале разносистемных языков); 2) модель – номинативная сопоставительная лингвокультурология, которая реализована в нашем исследовании посвященном национально-специфичным реалемам разносистемных языков; 3) модель – социально-психологического сопоставительного лингвокультурологического исследования, которая реализована в нашем исследовании в анализе табу и эвфемизмов разносистемных языков; 4) модель – коммуникативного сопоставительного лингвокультурологи-ческого исследования, которая реализована в нашем исследовании в ходе анализа вокативов и обращений на материале разносистемных языков; 5) модель – сопоставительно-психолингвистического исследования, которая в нашем исследовании реализована в ходе анализа ассоциативного ореола концепта «Казахстан» (эксперимент).



В первом параграфе данного раздела мы проанализировали лингвокультурологические строго ритуализованные речевые ситуации: инаугурации и свадьбы в разносистемных языках и различных культурах в сопоставительном аспекте.

Лингвокультурологическая строго ритуализованная речевая ситуация – инаугурация рассмотрена нами на материале казахской, русской, британской, китайской, японской, американской, французской культур, а свадьба – на материале казахской, русской, британской, китайской, японской, американской культур.

Ритуальное поведение человека носит сакральный смысл и в ритуале не может быть различных ситуаций и действий, так как основным условием проведения ритуала является точность исполнения. Итак, ритуал используется как средство приобщения индивидов к господствующей в данном обществе системе ценностей.

Лингвокультурологические концепты, церемонии «инаугурация», «свадьба» в анализируемых нами культурах имеют сложную фреймовую структуру. Церемонии «инаугурация», «свадьба» в каждой из рассматриваемых культур имеют национально-специфичные особенности, обусловленные глубокими философскими традициями, менталитетом, религиозными верованиями, устройством и структурой общества в целом.

Лингвокультуремы особо сильно проявляются в строго ритуализованных ситуациях. Ритуализованные ситуации в лингвокультурологическом отношении характеризуются такими особенностями: национально-культурным характером проксемики (жесткая пространственно-временная организация процесса церемонии, последовательность действий, преобладание знаков, символов, жесты, тактильная коммуникация, цветовая символика и т.д.), активным использованием национально-культурной атрибутики как знаков и символов, характеризующих самобытное восприятие и интерпретацию различных артефактов.

Во всех анализируемых культурах в лингвокультурологической строго ритуализованной ситуации «инаугурация» представлена единая цель церемонии – офицальное утверждение и представление нового главы государства. Достижение данной цели базируется на единой фреймовой структуре, перфомансе. Отличия наблюдаются в тексте клятвы президента, и большом числе невербальных знаков и символов.

Такие страны, как РК, РФ, США в большой степени характеризуются сходством церемониального протокола. Им противостоят такие культуры, как Великобритания, Китай и Япония, что обусловлено династическим правлением в этих государствах (королева, император). Во Франции представлена своеобразная национальная церемония, которая в последние годы все больше заимствуется представителями других культур и народов.

Анализ семантики внешнеформальных элементов и этапов ритуала инаугурации в различных культурах характеризуется присутствием общих элементов: общезначимостью для культурного сообщества в целом, устойчивостью традиций и преемственностью, наличием символов власти, вручением атрибутов власти, звучанием государственного гимна республики или страны, передачей «ядерного кода» вооружения страны и др.

В лингвокультурологической ритуализованной ситуации «инаугурация» в казахской, русской, британской, китайской, японской, американской, во французской культурах нами выявлены определенные составляющие элементы, во фреймовой структуре, наличествующие в нескольких культурах. Это такие как: в зависимости от общей организации, устройства и проведения процесса «инаугурации» анализируемые культуры мы разделяем на три группы, характеризующиеся высоким, средним, минимальным эмоционально-экспрессивным фоном; наличие определенного дня «инаугурации» (РФ, Великобритания, США) и др.

Следует отметить, что лингвокультурологическая ритуализованная ситуация «инаугурация» характеризуется минимализацией вербальной коммуникации, предпочтение отдается невербальным средствам общения.

Во всех культурах, анализируемых нами, представлена единая цель церемонии «свадьба» – утверждение и подчеркивание значимости универсальной ценности «семья», национальной языковой личности в социальной структуре и иерархической лестнице общества в целом. Создание новой семьи имеет важное значение в каждой культуре, подразумевающая сближение двух: жузов (РК); родов (РК, РФ, Великобритания); династий (Китай, Япония); семей (США).

Для лингвокультурологического концепта, церемонии «свадьба», для рассмотренных нами культур, характерны общие и различные элементы:

1) наличие определенных этапов «обрядов», основанных на единой фреймовой структуре, различия наблюдаются в слотах и актантах, входящих во фреймовую структуру, (РК-19/50; РФ-7/12; Великобритания-5; Китай-6; Япония-4; США-12);

2) лингвокультурологический концепт «свадьба» во фреймовой структуре имеет общие слоты/актанты: сватовство; подготовка к церемонии; национальные наряды; церковный обряд или официальная регистрация брака; праздничное застолье, национально-специфичные подарки; медовый месяц;

3) в ритуализованной ситуации «свадьба» наличествует элемент, как произнесение речевых формул, пожеланий в адрес молодоженов. В данных речевых формулах ярко прослеживается иерархия пожеланий, которые представлены доминантными основополагающими универсальными концептами такими, как: семейное счастье, потомство, долгая жизнь, здоровье, любовь – эти концепты проявляются на вербальном уровне. Невербальные компоненты в рассматриваемых нами культурах проявляются по-разному: почитание памяти предков, поклонение духам предков, различные символы, знаки, атрибутика и др.

Лингвокультурологический концепт, во всех анализируемых нами культурах, церемония «инаугурация» (казахской, русской, британской, китайской, японской, американской, французской) и церемония «свадьба» (казахской, русской, британской, китайской, японской, американской) в своей фреймовой структуре имеет национально-специфичные особенности, характерные только для определенной страны.



Во втором параграфе данного раздела, в силу ограниченности объема, в соответствии с нашей классификацией, мы проанализировали ряд примеров лингвокультурологических национально-специфичных реалем (на материале казахской, китайской, японской культур), которые показывают их наличие, присутствие в каждой культуре и наиболее ярко отражающие особенности того или иного языка. Эти особенности обусловлены глубокими философскими и религиозными верованиями, традициями и обычаями народов.

Основным критерием отличия лингвокультурологических реалем от других классов лексических единиц является ее национально-специфичная окраска.

Отметим, что поскольку реалемы являются очень «гибким» классом лексических единиц и не разграничиваются строгим образом, то наша классификация является условной и не претендует на абсолютную правоту и завершенность. По предметному признаку лингвокультурологические национально-специфичные реалемы мы подразделяем на три основные группы: этнографические, географические и общественно-политические реалемы, которые, в свою очередь, мы делим на подгруппы, имеющие свои дробления (полная классификация приведена в нашей работе).

Нами проведен анализ семантического лингвокультурологического поля национально-специфичных реалем, путем выявления структурных компонентов поля: ядра, центра, периферии.

Лингокультурологические реалемы характеризуются взаимопроникновением и взаимовлиянием культур друг с другом, сближением словарных фондов языков. Границы культурно-маркированных единиц между лингвокультурологическими реалемами и терминами весьма условны и очень подвижны.

Лингвокультурологические национально-специфичные реалемы могут в определенных коммуникативных ситуациях затруднять процесс общения (вербального и невербального) по следующим причинам: в результате сложности восприятия внутренней формы и связанных с ней оценочных смыслов лексемы носителем иного языка; если, значение лексемы связано с инокультурными реалемами, которые также оцениваются посредством данной национальной лексемы; в случае расхождения аксиологических составляющих формально схожих лексем, единиц в различных языках; когда единицы безэквивалентной лексики, т.е. значения, в которых отражены специфические предметы и явления действительности в одном языке, не имеют вообще соответствующих понятий в другом.

Исходя из нашего исследования, мы считаем, что целесообразно и необходимо ввести более конкретное обозначение понятию «реалия». Мы предлагаем называть их – «лингвокультурологические национально- специфичные реалемы».

В нашем исследовании мы опираемся на семантический лингвокультурологический фактор, выявляемый в сопоставлении с лексико- семантической системой другого языка.

Весь собранный фактический материал лингвокультурологических национально – специфичных слов – реалем в количественном отношении, в общем, в соответствии с нашей классификацией, представлен следующим образом: 1) в казахской культуре – 347; 2) в русской культуре – 289; 3) в британской культуре – 321; 4) в китайской культуре – 335; 5) в японской культуре – 177; 6) в американской культуре – 229; 7) в турецкой культуре – 173. Общее количество лингвокультурологических реалем по всем (7) семи культурам – 1871.

В третьем параграфе данного раздела мы проанализировали и рассмотрели лингвокультурологические коммуникативные табу и эвфемизмы в разносистемных языках (на материале казахской, русской, британской, китайской, японской, французской культур).

В основе языковых явлений таких, как табу и эвфемизмы лежит миф. Мы считаем, что миф есть феномен языка и культуры. Язык и миф связаны друг с другом одновременно, как форма и содержание. Миф предшествует языку как неоформленное движение мысли, и совпадает с ним, определяя план его содержания, и порождается языком. Миф одновременно диахроничен (как историческое повествование о прошлом) и синхроничен (как инструмент объяснения настоящего).

Миф выполняет множество функций – коммуникативную, аксиологиическую (оценочную), этиологическую (объяснительную), психологическую, социальную, религиозную, обрядовую, ритуальную.

Таким образом, миф – есть жизнь, орудие познания, выражение народной мудрости, высшее проявление духовной жизни народа.

Мы считаем, что табу – наложение запрета на употребление тех или иных табу, сами запреты. Источником табу являются мифологические верования, суеверия, предрассудки. В данном случае акцентируется внимание на том, что ограничения словоупотребления определяются различными внеязыковыми, экстралингвистическими факторами, которые отражают социальный уклад, этнокультуру общества на том или ином отрезке его развития. Так, на начальном этапе преобладали мифологические, религиозные предпосылки возникновения табу, в то время как на современном этапе функционирование табуированной и эвфемистической лексики обусловлено нравствен-номоральными или социологическими причинами.

Эвфемизмы – это замененные, разрешенные слова, которые употребляются вместо запрещенных. Следует отметить, что эвфемия имеет три взаимосвязанных аспекта: социальный, психологический и собственно лингвистический.

В нашей работе мы классифицируем лингвокультурологические коммуникативные табу и употребление вместо них эвфемизмов на четыре (4) группы, в разносистемных языках (на материале казахской, русской, британской, китайской, японской, французской культур): тематические; языковые; контактные; поведенческие.

В первой группе (тематической) мы выделяем 9 тем, которые наиболее ярко отражают лингвокультурологическую природу и сущность табу и эвфемизмов. Данная группа лингвокультурологических табу и эвфемизмов характеризуется универсальностью, такими темами являются к примеру понятия: смерть; тяжелые заболевания; секреты, умения, способы, связанные с проффессиональной деятельностью; источники дохода и т.д.

Во второй группе (языковой) мы выделяем 3 темы, которые характеризуют лингвокультурологические табу и эвфемизмы на произношение слов и словосочетаний (например, связанные с женщиной, именами злых духов, связанные с запретными именами и т.д.).

В третьей группе (контактной) мы выделяем 6 тем, которые наиболее ярко отражают лингвокультурологические табу и эвфемизмы при контакте, т.е. в процессе коммуникации. Например, связанные: с употреблением предметов, материалов; бытом; дорогой и т.д.

В четвертой группе (поведенческой) мы выделяем 2 темы, которые характеризуют лингвокультурологические табу и эвфемизмы, связанные с поведением людей в определенных ситуациях. Например, связанные с животными и т.д..

Следует отметить, что лингвокультурологические табу и эвфемизмы относящиеся к языковым, контактным, поведенческим характеризуются меньшим наличием во всех анализируемых нами языках. Данное явление, на наш взгляд, связано с национально-специфичными особенностями культуры, анализируемых языков. А также связано с экономическими, социальными, политическими процессами, происходящими в обществе того или иного государства. Мы считаем, что не менее важными особенностями являются морально-этические ценности; мифологические представления, верования; народное самосознание.

В силу ограниченности объема, согласно нашей классификации, мы рассмотрели и проанализировали из второй группы одну подгруппу: «женщина», во всех рассматриваемых культурах. Данная подгруппа в шести культурах отражена в анализе по следующей схеме: определение значения и сути концепта; употребление эвфемизмов вместо запрета, табу; лингвокультурологические табу, поверья, легенды, приметы (табу, нельзя +какое-либо действие +если ...).

Проанализированные и выявленные нами лингвокультурологические табу и эвфемизмы в количественном отношении представлены следующим образом, (на материале казахского, русского, английского, китайского, японского, французского языков): в казахской культуре-372; в русской культуре-249; в британской культуре-288; в китайской культуре-141; в японской культуре-154; в корейской культуре-62; во французской культуре-124; в турецкой культуре-139. Всего: 1529.



В четвертом параграфе данного раздела мы рассмотрели лингвокультурологические вокативы и обращения в разносистемных языках.

Таким образом, мы определили, что лингвокультурологические вокативы и обращения выполняют следующие функции: привлечение внимания коммуниканта; установление и поддержание контакта между участниками общения; призывную (апеллятивную) – речевое действие зова, призыва адресата для последующего общения; оценочно-характеризующую (экспрессивную) – выражающую отношение к нему со стороны говорящего; воздействие на адресата, т.е. настроить его на определенную тональность общения: сделать его внимательным, сочувствующим слушателем, единомышленником, соучастником и т.д.; выделение адресата из числа потенциальных слушателей.

Следует отметить, что основной смысл вокатива и обращения «побудительный»  побудить слушателя слушать, обратить его внимание на речь говорящего. Вокатив и обращение позволяет говорящему определенным образом воздействовать на адресата – «побудить слушать»  обеспечить себе слушателя. Мы определили, что как контактоустанавливающее лексико-грамматическое средство вокатив и обращение является средством: адресации, реализации выделительно-контактного этапа, сигнализации об отношении автора речи к адресату, о намерениях адресанта, о коммуникативной компетенции автора речи.

Цель вокатива – привлечь внимание лица, к которому обращается говорящий. Цель обращения – служит началом речевого контакта.

В нашем исследовании лингвокультурологические вокативы – обращения в разносистемных языках (на материале казахской, русской, английской, китайской культур) мы подразделяем на 4 группы: 1) лингвокультурологические вокативы – термины родства; 2) лингвокультурологические эмоционально-оценочные вокативы; 3) лингвокультурологические вокативы – наименования лиц по различным признакам: по возрастным, по занимаемому положению (социальному статусу), по основному занятию, в различных коммуникативных ситуациях речевого общения и т.д.; 4) национально-специфичные лингвокультурологические вокативы – обращения.

Анализ лингвокультурологических вокативов – обращений в разносистемных языках (на материале казахской, русской, британской, китайской культур) показал, что есть определенные различия: 1) в русском, английском языках существенной является праг­матическая пресуппозиция «знаком/незнаком», а далее внутри группы с пресуппозицией «знаком» дифференци­рующей выступает пресуппозиция «высший – равный – низший» по служебному положению; 2) в казахском, китайском языках по нашим наблюдениям, наибольшей различи­тельной силой обладает прагматическая пресуппозиция «старший – равный – младший по возрасту»; 3) в каждом языке есть свои особенности в употреблении лингвокультурологических вокативов, которые присутствуют только в одном из рассматриваемых языков.

В отличие от других языков в общении казахов есть особенность, которая выражается в том, что любая тональность общения переводится в тональность родственно – теплого общения. И для казахского языка в большей степени характерно употребление лингвокультурологических терминов родства в функции вокатива даже по отношению к незнакомым людям.

В целом лингвокультурологические вокативы  обращения передают национально-специфическую атмосферу, тончайшие смысловые оттенки, семантические нюансы, словом пресуппозицию макротекста и отражают национальные особенности культур.

Выявленные и проанализированные лингвокультурологические вокативы – обращения в разносистемных языках (на материале казахской, русской, английской, китайской культур) в количественном отношении распределились следующим образом: в казахском языке – 331; в русском языке – 260; в английском языке – 248; в китайском языке – 168. Всего: 1007единиц.

В пятом параграфе данного раздела мы проанализировали лингвокультурологическое исследование ассоциативного ореола концепта «Казахстан» по результатам свободного ассоциативного эксперимента.

1. Достоверность результатов подтверждается:

а) общее количество респондентов, участвовавших в свободном ассоциативном эксперименте – 2600. Всего видов ответов – реакций, − которые не повторяются – 60;

б) национальная принадлежность участников и количество свободного ассоциативного эксперимента: 1) казахи, говорящие на казахском языке – 500; 2) казахи, говорящие на русском языке – 500; 3) русской национальности – 600; 4) английской национальности – 200; 5) китайской национальности – 300; 6) французы – 100; 7) турки – 100; 8) корейцы – 100; 9) японцы – 100; 10) немцы – 100.

2. Результаты свободного ассоциативного эксперимента и реакции полученные респондентами, жителями Казахстана и представителями различных стран, – свидетельствуют, что они стереотипны и имеют определенные закономерности, связанные с экономическими, политическими, социальными, культурными, образовательными процессами, происходящими в нашей стране.

3. Полученные ответы – реакции на слово-стимул «Казахстан» имеют среди респондентов общие доминантные реакции, которые мы разделяем на две группы:

1) Граждане Республики Казахстан, казахи и русские. Константами, доминирующими ответами – реакциями для граждан Республики Казахстан, казахов и русских являются такие:

а) Родина – это объясняется тем, что понятия «Казахстан» и «Родина» имеют глубокую устойчивую связь, это слова – синонимы, между ними казахстанцы, по результатам свободного ассоциативного эксперимента, поставили знак равенства.

б) Абай Кунанбаев, Шакарим Кудайбердиев, Джамбыл Джабаев – данные реакции объясняются тем, что респонденты достаточно хорошо информированы, это говорит о духовном, интеллектуальном развитии респондентов.

2) Иностранцы – представители различных культур и стран. Доминирующими ответами – реакциями для иностранцев являются такие, как:

а) Гостеприимство – это объясняется национально-специфичными культурными традициями казахов, отношением к гостю и человеку вообще.

б) «Кочевники», Талгат Теменов − режиссер, создатель фильма открыл мировому сообществу Казахстан, показав историю, культуру и традиции казахского народа.

в) Абай Кунанбаев, Мухтар Ауэзов – эти личности являются национальным достоянием нашей страны, вошли в золотой фонд мировой культуры, их произведения переведены на многие языки мира.

Наряду с общими закономерными, доминантными ответами – реакциями среди всех групп респондентов присутствуют специфичные реакции, обусловленные национально-культурными традициями и обычаями, которые отражают национальную языковую картину мира того или иного народа.




Заключение

Переход лингвистики на антропологическую парадигму, совершившийся в последние десятилетия XX в., стимулировал быстрое развитие междисциплинарных областей гуманитарных исследований, в основе которых лежит триединство «язык – человек – культура». Одной из таких дисциплин является лингвокультурология, в рамках которой выполнено настоящее диссертационное исследование.

Результаты проведенного научного исследования убеждают в том, что лингвокультурология не может иметь только синхронную ориентацию, так как установить соотношение современных норм и правил речевого поведения, понять полностью смысл и содержание литературных, ритуальных, мифологических текстов, необходимо иметь сведения о более ранних этапах развития культуры и языка народа. Поэтому главная особенность лингвокультурологии заключается в рассмотрении того или иного явления и в контексте культуры, и в контексте языка в равной мере.

В основе сопоставительной лингвокультурологии как самостоятельного научного направления лежит конкретная лингвокультурологическая концепция, согласно которой взаимопроникновение языка и культуры представляется настолько тесным, что по сути количество языковых единиц, не содержащих в той или иной степени культурный компонент, минимально.

Сопоставительная лингвокультурология основывается на таких общенаучных принципах, как: синхронически-диахронический; интерлингвистический; комплексный; семасиолого-ономасиологический; логический и экспериментальный; системно-семантический; соизмеримости; терминологической адекватности; достаточной глубины сравнения; эксплицитности сопоставления.

Результаты проведенного исследования позволили сформулировать нам собственно лингвокультурологические принципы: лингвокультурологический и принцип инаковости. Лингвокультурологический – определяется как необходимость анализа объекта культуры, выраженного в языке, как единство языковой и внеязыковой сущности, как результат выхода за пределы реалемы, как погружение в нее – факта культуры. Инаковость – определяется как необходимость при сопоставительно-культурологическом подходе, так же, как и в исследованиях по межкультурной коммуникации избегать оценочной оппозиции «хорошо-плохо», а исходить из идеи инаковости, что реализуется в суждении: материалы языка одного этноса свидетельствуют о том, что понятие представлено иначе, чем в языке другого этноса.

К числу частнонаучных принципов сопоставительной лингвокультурологии мы относим: экспланаторность, антропоцентризм, этноцентризм, функционализм.

Для сопоставительных лингвокультурологических исследований мы использовали следующие методы и определили их соотношение с принципами:

сопоставительно-функциональный метод соотносится с принципом функционализма; системно-структурный метод соотносится с системно-семантическим принципом; метод концептуального анализа соотносится с принципом экспланаторности; метод фреймового анализа соотносится с такими принципами, как антропоцентризм, этноцентризм; методы полевой этнографии соотносятся с принципом этноцентризма; экспериментальный метод соотносится с логическим и экспериментальным принципами; метод социолингвистики – интервью соотносится с принципом антропоцентризма, логическим и экспериментальным принципами; описательный метод соотносится с синхронически-диахроническим принципом; метод компонентного анализа соотносится с комплексным и интерлингвистическим принципами; контрастивный метод – анализ соотносится с принципом инаковости; метод семантического лингвокультурологического поля соотносится с семасиолого-ономасиологическим, системно-семантическим, собственно лингвокультурологическим принципами.

Мы считаем, что перечисленные выше методы для комплексной дисциплины, как сопоставительная лингвокультурология, носящей интегральный, междисциплинарный характер, целесообразно использовать в комплексе, во взаимодействии, так как они (методы) взаимодополняют, взаимопроникают, и взаимообуславливают друг друга.

Основными понятиями сопоставительной лингвокультурологии являются: национальная языковая картина мира, культурный концепт, лингвокультурема, национальная языковая личность.

Картина мира представляет собой центральное понятие концепции человека, выражая специфику его существования. Понятие картины мира относится к числу фундаментальных понятий, выражающих специфику человеческого бытия, взаимоотношения его с миром, важнейшие условия его существования в мире. Картина мира есть целостный образ мира, который является результатом всей активности человека. Она возникает у человека в ходе всех его контактов и взаимодействий с внешним миром. Это могут быть и бытовые контакты с миром, и предметно-практическая активность человека.

Картину мира мы трактуем как ментальную репрезентацию культуры. Ей свойственны такие характеристики, как: комплексность, многоаспектность, историчность, многообразие, полинтерпретируемость, способность к эволюции. Поэтому в самом общем виде мы понимаем под ней упорядоченную совокупность знаний о действительности, сформировавшуюся в общественном, групповом, индивидуальном сознании.

Языковая картина мира трактуется нами как совокупность сведений о мире, активизируемых с помощью механизмов вербализации соответствующих культурно значимых сведений, а также знаний, хранимых и передаваемых от поколения к поколению с помощью вербального кода.

Национальная языковая картина мира, по нашему мнению, является отображением в языке (на всех уровнях) элементов специфического национального способа мировидения, модели мира, присущей данной культуре.

Концепт в работе понимается и рассматривается в рамках лингвокультурологического направления как национально-культурное представление о мире, единица имеющая определенные функции: хранение информации, накопление, передача, усвоение; сгусток культуры в сознании человека; то, в виде чего культура входит в ментальный мир человека, и то, посредством чего человек сам входит в культуру, а в некоторых случаях и влияет на нее.

Основные признаки концепта как лингвокультурологической категории, могут быть сформулированы следующим образом: универсальность, общность, абстрактность представления о чем-либо; тождественность понимания реципиентами, обладающими общим менталитетом; культурно-этическая, историко-культурологическая значимость для носителей языка; способность воздействовать на формирование концептосферы в рамках коллективного сознания.

Концепт тем богаче, чем богаче национальный, сословный, классовый, профессиональный, семейный и личный опыт человека, пользующегося концептом.

В настоящее время общепринятым является мнение о том, что как в культуре, так и в языке каждого народа присутствует универсальное (общечеловеческое) и национально-специфическое. В то же время в любой культуре имеются присущие только ей культурные значения, закрепленные в языке, моральных нормах, убеждениях, особенностях поведения и т.п.

Национальная концептосфера складывается из совокупности индивидуальных, групповых, классовых, национальных и универсальных концептов, т.е. концептов, имеющих общечеловеческую ценность. К числу универсальных относятся такие базовые концепты, как родина, мать, семья, свобода, любовь, вера, дружба, на основе которых формируются национальные культурные ценности, а также такие фундаментальные универсальные ценности, как время, пространство, причинность и т.д. Именно наличие общих, универсальных концептов обеспечивает возможность взаимопонимания между народами. В то же время каждая нация имеет собственную шкалу мировоззрения, собственную шкалу ценностей. Каждая культура формирует свои стереотипы сознания и поведения, опираясь на собственное видение мира.

Лингвокультурема основная единица сопоставительной лингвокультурологии, включает в себя сегменты не только языка (языкового значения), но и культуры (внеязыкового культурного смысла), репрезентируемые соответствующим знаком, т.е. она сосредотачивает в себе лингвистическое и экстралингвистическое содержание.

В нашей работе мы выделяем три большие группы лингвокультурем:

I. лингвокультуремы, отражающие материально-фактологическую часть национального бытия;

II. лингвокультуремы аксиологического характера;

III. лингвокультуремы речеповеденческие.

Мы считаем, что наиболее ценными, значительными являются лингвокультуремы коммуникативного, речеповеденческого, аксиологиического характера и в соответствии с этим мы значительно расширяем понятие лингвокультуремы.

Следует отметить, что нами существенно дополнено понятие лингвокультуремы, так, если в современной лингвокультурологии исходят из того, что лингвокультурема – это прежде всего единица языка (языковая единица), то мы считаем, что лингвокультурема является составляющей единицей и языка и культуры.

В современной лингвокультурологии традиционное понятие лингвокультуремы – синхроническое явление, мы же считаем, что и диахроническое явление.

В нашем исследовании под национальной языковой личностью мы понимаем совокупность способностей и характеристик человека, обусловливающих создание и восприятие им речевых произведений (текстов) которые различаются: а) степенью структурно-языковой сложности, б) глубиной и точностью отражения действительности, в) определенной целевой направленностью, закрепленный преимущественно в лексической системе базовый национально-культурный прототип носителя определенного языка, составляемый на основе мировоззренческих установок, ценностных приоритетов и поведенческих реакций. То есть национальная языковая личность является носителем языкового сознания, чьи «следы обнаруживаются» в общении (вербальном и невербальном), стереотипах поведения, зафиксированных в языке, а также в значениях языковых единиц и смыслах текстов.

В целом национальная языковая личность представляет собой срединное звено между языковым со­знанием (коллективным и индивидуальным) и речевым поведением (осознанной и неосознанной системой коммуникативных поступков, рас­крывающих характер и образ жизни человека).

Каждая личность является носителем не только родного языка, но и его культуры, следовательно, она является национальной языковой личностью.

В зависимости от типов лингвокультурем мы построили пять моделей сопоставительного лингвокультурологического описания: 1) модель коммуникативно-ситуативного сопоставительного лингвокультурологического описания, которая реализована в процессе анализа ритуализованной коммуникативной ситуации (инаугурация и свадьба на материале разносистемных языков); 2) модель – номинативная сопоставительная лингвокультурология, которая реализована в нашем исследовании, посвященном национально-специфичным реалемам разносистемных языков; 3) модель – социально-психологического сопоставительного лингвокультурологического исследования, которая реализована в нашем исследовании в анализе табу и эвфемизмов разносистемных языков; 4) модель – коммуникативного сопоставительного лингвокультурологического исследования, которая реализована в нашем исследовании в ходе анализа вокативов и обращений на материале разносистемных языков; 5) модель – сопоставительно-психолингвистического исследования, которая в нашем исследовании реализована в ходе анализа ассоциативного ореола концепта «Казахстан» (эксперимент).



Материал нашего исследования представлен корпусом языковых и коммуникативных единиц, выявленных из словарей, справочников, научной и популярной литературы, представленных материалом, полученных путем проведения серии экспериментов с носителями 10 языков (количество респондентов – 2600), а также результаты личных наблюдений и интроспективного анализа. Общее количество единиц, подвергшихся анализу – 4828 (на материале казахской, китайской, японской, корейской, турецкой, русской, британской, французской, американской культур).
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   16


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница