2 понятие о личности. Общие проблемы 6



страница14/38
Дата22.04.2016
Размер4.38 Mb.
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   38

К. Левин ТИПЫ КОНФЛИКТОВ'


Lewin К. Dynamic Theory of Personality. N. Y.—L., 1935.

Психологически конфликт характеризуется как ситуация, в которой на индивида одновременно действуют противоположно направленные силы равной величины. Соответственно возможны три типа кон­фликтной ситуации.

1. Человек находится между двумя положительными валентно­стями примерно равной величины (рис. 1). Это случай буриданова осла, умирающего от голода между двумя стогами сена.

В общем этот тип конфликтной ситуации разрешается относи­тельно легко. Подход к одному привлекательному объекту сам по себе часто бывает достаточным, чтобы сделать этот объект домини­рующим. Выбор между двумя приятными вещами в общем легче, чем между двумя неприятными, если только это не касается вопро­сов, имеющих глубокое жизненное значение для данного человека.

Иногда такая конфликтная ситуация может привести к колеба­нию между двумя привлекательными объектами. Очень важно, что в этих случаях решение в пользу одной цели изменяет ее валент­ность, делая ее слабее, чем у цели, от которой человек отказался.

2. Второй фундаментальный тип конфликтной ситуации имеет место, когда человек находится между двумя приблизительно рав­ными отрицательными валентностями. Характерным примером яв­ляется ситуация наказания, которую ниже мы рассмотрим более полно.





3. Наконец, может случиться так, что один из двух векторов поля идет от положительной, а другой — от отрицательной валентности. В этом случае конфликт возникает только тогда, когда и положи­тельная и отрицательная валентности находятся в одном и том же месте. Например, ребенок хочет погладить собаку, которую он боит­ся, или хочет съесть торт, а ему запретили. В этих случаях имеет место конфликтная ситуация, изображенная на рис. 2. Позднее у нас будет возможность более детально обсудить эту ситуацию.


ТЕНДЕНЦИЯ УХОДА. ВНЕШНИЙ БАРЬЕР

Угроза наказания создает для ребенка конфликтную ситуацию. Ребенок находится между двумя отрицательными валентностями и соответствующими взаимодействующими силами поля. В ответ на

Q.1

такое давление с обеих сторон ребёнок всегда предпринимает по­пытку избежать обеих неприятностей. Таким образом здесь суще­ствует неустойчивое равновесие. Ситуация такова, что малейшее смещение ребенка (Р) в психологическом поле в сторону должно вызвать очень сильную результирующую (Вр), перпендикулярную к прямой, соединяющей области задания (3) и наказания (Н). Иначе говоря, ребенок, стараясь избежать и работы и наказания, пытается выйти из поля (в направлении пунктирной стрелки на рис. 3). -



Можно прибавить, что ребенок не всегда попадает в ситуацию с угрозой наказания таким образом, что он находится точно в середине между наказанием и неприятным заданием. Часто он может быть сначала вне всей ситуации. Например, он должен под угрозой наказания закончить непривлекательное школьное задание в те­чение двух недель. В этом случае задание и наказание образуют относительное единство (целостность), которое вдвойне неприятно ребенку. В данной ситуации (рис. 4) обычно сильна тенденция к бегству, проистекающая в большей степени из угрозы наказания, чем из неприятности самого задания. Точнее, она исходит из воз­растающей непривлекательности всего комплекса, обусловленной угрозой наказания.

Наиболее примитивная попытка избежать одновременно и рабо­ты и наказания — это физический выход из поля, уход прочь. Часто выход из поля принимает форму откладывания работы на несколько минут или часов. В случае сурового повторного наказания новая угроза может привести к попытке ребенка убежать из дома. Боязнь наказания обычно играет существенную роль на ранних стадиях детского бродяжничества.

Часто ребенок старается замаскировать свои уход из поля, выбирая занятия, против которых взрослому нечего возразить. Так, ребенок может взяться за другое школьное задание, которое ему более по вкусу, выполнить ранее данное ему поручение и т. д.



Наконец, ребенок может случайно уйти и от наказания и от неприятного задания путем более или менее грубого обмана взрослого. В случаях, когда взрослому трудно это проверить, ребенок может заявить, что он закончил задание, хотя это не так, или он может сказать (несколько более тонкая форма обмана), что какой-то третий челрвек освободил его от неприятного дела, или, что по какой-то другой причине его выполнение стало ненужным.

Конфликтная ситуация, обусловленная угрозой наказания, вы­зывает, таким образом, очень сильное стремление выйти из поля. У ребенка такой у-ход, варьирующий в соответствии с Топологией сил поля в данной ситуации, происходит обязательно, если не при­нять специальных мер. Если взрослый хочет, чтобы ребенок вы­полнил задание, несмотря на отрицательную его валентность, просто угрозы наказания недостаточно. Надо сделать так, чтобы ребенок не мог выйти из поля. Взрослый делжен поставить какой-то барьер, который мешает такому уходу. Он должен так поставить барьер (Б), чтобы ребенок мог получить свободу только либо за­кончив задание, либо подвергнувшись наказанию (рис. 5).

И в самом деле, угрозы наказания, направленные на то, чтобы заставить ребенка закончить некое определенное задание, всегда построены таким образом, Что вместе с полем задания они полностью окружают ребенка. Взрослый вынужден так ставить барьеры, чтобы не осталось ни одной лазейки, через которую ребенок мог бы ускользнуть. От неопытного или недостаточно авторитетного взрослого ребенок ускользнет, если увидит малейшую брешь в барьере. Наиболее примитивные из таких барьеров — физические: ребенка можно запереть в комнате до тех пор, пока он не закончит работы.



Но обычно это барьеры социальные. Подобные барьеры — это средства власти, которыми обладает взрослый в силу своего об­щественного положения и внутренних взаимоотношений, сущест­вующих между ним и ребенком. Такой барьер не менее реален, чем физический.

Барьеры, определяемые социальными факторами, могут огра­ничивать область свободного движения ребенка до узкой простран­ственной зоны. Например, ребенок не заперт, но ему запрещено по­кидать комнату до завершения дела (задания). В других'случаях внешняя свобода передвижения практически не ограничивается, но ребенок находится под постоянным наблюдением взрослого.

Он не выпускается из-под надзора. Когда ребенок не может быть под постоянным наблюдением, взрослый часто использует веру ребенка в существование мира чудес. Способность постоянного контроля за ребенком приписывается в таком случае полицей­скому или привидению. Бог, которому известно все, что делает ре­бенок и которого невозможно обмануть, также нередко привлекается для подобных целей. Например, тайное поедание сладостей может быть предотвращено таким способом. Часто барьеры ставятся жизнью в данной социальной общности, традициями семьи или школьной организацией. Для того чтобы социальный барьер был действенным, существенно, чтобы он обладал достаточной реальной прочностью. Иначе в каком-то месте ребенок прорвет его. Например, если ребенок знает, что угроза наказания только словесная, или надеется добиться расположения взрослого и избежать наказания, то вместо выполнения задания он пытается прорвать барьер. По­добное слабое место образуется, когда мать препоручает наблюде­ние за работающим ребенком няне, учителю или более взрослым детям, которые, в отличие от нее самой, не имеют возможности предотвратить выход ребенка из поля.

Наряду с физическими и социальными существует еще один вид барьеров. Он тесно связан с социальными факторами, но имеет важные отличия от тех, что обсуждались выше. Можно, скажем, апеллировать к тщеславию ребенка («Помни, ты не какой-нибудь уличный сорванец!») или социальным нормам группы («Ведь ты девочка!») В этих случаях обра'щаются к определенной системе идеологии, к целям и ценностям, которые признаются самим ре­бенком. Такое обращение содержит угрозу: опасность исключения из определенной группы. В то же время — и это наиболее важно — эта идеология создает внешние барьеры. Она ограничивает свободу действия индивида. Многие угрозы наказания действенны только до тех пор, пока индивид чувствует себя связанным этими граница­ми. Если он больше не признает данной идеологии, моральных норм определенной группы, то угрозы наказания часто становятся малоэффективными. Индивид отказывается ограничивать свою свободу действий данными принципами.

Сила барьера в каждом конкретном случае всегда зависит от характера ребенка и от силы отрицательных валентностей зада­ния и • наказания. Чем больше отрицательная валентность, тем прочнее должен быть барьер. Ибо чем мощнее барьер, тем сильнее толкающая к уходу из поля результирующая сила. Таким образом, чем большее давление взрослый оказывает на ребенка, чтобы вызывать требуемое поведение, тем менее проницаемым должен быть поставленный барьер.



Хорни (Homey) Карен (1885— 1952) — немецко-американский пси­хоаналитик, ведущий реформатор фрейдизма. Родилась в Германии, в 1932 г. переехала в США. Перво­начально занималась врачебной прак­тикой в духе традиционного психо­анализа. В 1937 г. опубликовала первую книгу «Невротическая лич­ность нашего времени», в которой подвергла критике некоторые аспекты учения Фрейда. Критика эта, однако, не означала для К. Хорни отказа от фрейдистского учения. Она видела свою задачу в «усовершенствовании» фрейдизма путем замены его биологи­ческой ориентации на социальную и освобождения психоанализа от всего «лишнего и устаревшего». К. Хорни, как Э. Фромм, испытала влияние идей К. Маркса. Она пыта­лась указать на классовый характер ортодоксального фрейдизма, а также вскрыть источник постоянно пере­живаемой личностью «изначальной тревоги», чувства одиночества и беспомощности человека во враждебном ему мире, в антигуманной сущности «западной цивилизации», т. е. в ка­питалистических общественных отно­шениях, порождающих определенный тип невротической личности. Вместе с тем К. Хорни, так же как и Э. Фромм, непоследовательна в проведении этой точки зрения. Ее теория к тому же неспособна дать понимание здоровой и полноценно реализующей себя лич­ности.

Соч.: The neurotic personality of our time 1936; New ways in psychoanaly­sis 1939; Self—Analysis, 1942; Our inner conflicts 1945; Neurosis and human growth 1950. Лит.: Современная психология в ка­питалистических странах. М., 1963; Уэллс Г. Крах психоанализа. М., 1968; Божович Л. И. Личность и ее формирование в детском возрасте. М., 1968; Флоренская Т. А. Со-циологизация фрейдизма в теориях личности К- А. Хорни и Г. С. Салли-вена. — Вопр. психологии, 1974, № 3.



1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   38


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница