1. Фразеология Понятие фразеология восходит к греческому ΦΡΑΣΕΩ- ‘говорю, сообщаю’ и впервые встречается в словаре M. Neandera Phraseologia isocratis grecolatina (1558)



страница1/8
Дата07.05.2016
Размер1.54 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8
1. Фразеология

Понятие фразеология восходит к греческому ΦΡΑΣΕΩ- ‘говорю, сообщаю’ и впервые встречается в словаре M. Neandera Phraseologia isocratis grecolatina (1558). В том понимании, в котором оно употребляется в наше время, это понятие распространилось в XVIII веке (Čermák 1982: 232).

Понятие фразеология имеет несколько основных значений: 1) наука, которая занимается изучением фразеологизмов. По определению Н. М. Шанского, фразеология - это «раздел науки о языке, изучающий фразеологическую систему языка в её современном состоянии и историческом развитии » (Шанский 1985: 4). Схожую дефиницию фразеологии дают Н. Д. Фомина и М. А. Бакина, которые пишут, что фразеология - это «раздел языкознания, который изучает фразеологизмы, то есть семантически целостные устойчивые сочетания слов, воспроизводимые в речи, как и слова, в готовом виде» (Фомина, Бакина 1985: 3).

2) состав фразеологизмов данного языка «фразеологией называют также совокупность, то есть сумму фразеологизмов, свойственных тому или иному языку» (Там же).

Кроме этих двух значений, можно встретиться ещё с тремя значениями термина фразеология: 1) манера выражения определённого лица;

2) пустое, ничего не значащее выражание; 3) состав словосочетаний терминологического характера, употребляемый в определенной области знаний.

Основателем фразеологии как самостоятельной лингвистической дисциплины считается швейцарский учёный Шарль Балли, который впервые выделяет фразеологию как самостоятельную дисциплину в своей работе „Traite de stylistique francaise“ (1909). В связи с выделением фразеологии необходимо заметить, что до сих пор не все лингвисты признают её самостоятельной лингвистической дисциплиной. Словацкий фразеолог Й. Млацек, как и его болгарский коллега, Бояджиев, считают её только относительно самостоятельной частью лексикологии. Русский фразеолог А. В. Кунин, наоборот, не только выделяет фразеологию как самостоятельную дисциплину, но и утверждает, что необходимо выделять также самостоятельный пятый уровень языка - фразеологический (против чего, напротив, выступают немецкий фразеолог В. Флайшер и чешский фразеолог Ф. Чермак).

Возникновение фразеологии как лингвистической дисциплины в русской науке относится к 40-м годам XX столетия и связано с именем академика В. В. Виноградова. В странах Центральной и Западной Европы фразеологии начали уделать внимание позднее. В словацкой лингвистике, она, например, активно развивается с 50-х годов прошлого века, в чешской лингвистике первые работы по фразеологии относятся примерно к 60-ым годам того же века.

Сначала фразеологические и паремиологические единицы изучались как одна группа устойчивых единиц, но затем долгое время фразеологическими оборотами считали только устойчивые словосочетания, не являющиеся предложениями, которые выступают эквивалентами слов - так называемые собственные фразеологизмы, например: как в аптеке = точно; держать язык за зубами = молчать; в час по чайной ложке = медленно. Позднее в состав фразеологии стали включать и устойчивые сочетания слов, являющиеся предложениями - в том числе поговорки, пословицы - фразеологизмы в широком понимании (переломом в подходе к границам фразеологии стала Самаркандская конференция -1971 год). Например: Молоко на губах не обосхло; ещё башмаков не износила; не было ни гроша, да вдруг алтын; лучше синица в руках , чем журавль в небе.

Наконец, от фразеологии отделяется ещё одна дисциплина - паремиология. Это, по определению Й. Млацека «súhrn všetkých malých folklórnych útvarov, ako aj časť folkloristiky, ktorá tieto útvary skúma» (Mlacek 1984: 125). Фонд паремиологии представляют, по определению Г. Мироновой, на 75 % пословицы и поговорки, остальная часть загадки, приметы, поверья, заговоры, обращения, пожелания, головоломки, скороговорки, прибаутки и каламбуры (Миронова 2003: 67). Её коллега, М. Котова, однако, сужает интересы паремиологов на пословицы и поговорки (Котова 2003: 36). В речи паремии выполняют, по мнению М. Котовой, 4 основные функции: информативную, аргументативную, экспрессивно-эстетическую и оценочно-характеризующую (Там же: 72).

Первые сборники пословиц и поговорок появились уже в библейские времена (речь идёт о библейской книге притчей царя Соломона), потом о сборнике Э. Роттердамского «Adagiorum Collectanea». Это значит, они появились намного раньше, чем сборники фразеологизмов. Первый многоязычный сборник пословиц - сборник Ф. Челаковского „Mudrosloví národu slovanského v příslovích“ (вторая половина XIX века).

Границы паремиологии и фразеологии, однако, не резки. Некоторые современные фразеологи (например, Й. Млацек, С. Георгиев, Ф. Белозерова, Т. Ященко, В. Архангельский, который первым выделил шестой - паремиологический уровень языка) часто вместе с фразеологизмами описывают и поговорки и пословицы. В российской лексикографической практике XIX века паремии описывались вместе с фразеологизмами. Двухтомный словарь В. И. Даля “Пословицы русского народа“ (1862) включает и прибаутки, пословичные изречения (Котова 2003:36). Появляются и проблемы терминологического разграничения, касающиеся терминов поговорка - пословица - фразеологизм. Так, В. И. Даль употребляет термин поговорка в значении, тождественном значению термина фразеологизм, его примеру следует В. М. Мокиенко.

Основными задачами фразеологии Н. М. Шанский считает: 1) определение сущности фразеологизма как особой единицы языка; 2) выявление закономерностей образования фразеологизмов и их функционирования в речи. При этом фразеологический состав языка рассматривается как в современном состоянии, так и в его историческом развитии (Шанский 1985: 8).

Что касается исторического развития фразеологизмов, Шанский ставит перед фразеологией следующие задачи: 1) определение исконно русского и заимствованного происхождения;

2) установление времени возникновения фразеологизма в русском языке как определённой единицы с данным значением, составом и структурой;

3) реконструкция его исходной формы и значения;

4) уточнение образа, положенного в основу фразеологизма.

Однако, как справедливо замечает В. Флайшер, «историческое изучение фразеологии только начинается» (Fleischer 1982: 31). Это мнение разделяет также В. М. Мокиенко: «историческая фразеология - одна из самых неразработанных областей фразеологии» (Мокиенко 2005: 5).



1.1. Основные признаки фразеологизма
Первые попытки определить, что такое фразеологизм, предпринимаются в XIX веке, однако, как замечает немецкий фразеолог В. Флайшер, во фразеологической терминологии до сих пор можно наблюдать неоднозначность (Флайшер 1982: 4). Петербургский фразеолог А. И. Молотков пишет, что «перечни фразеологизмов русского языка, представленные разными учёными, настолько отличаются друг от друга, что с полным основанием можно говорить, во-первых, о различных, часто прямо противоположных, даже исключающих друг друга взглядах на фразеологизм, т.е., по сути говоря, на качественное своеобразие его, на определение его категориальных или дифференциальных признаков, во-вторых, о различных взглядах на состав таких единиц в языке; наконец, о нечёткости выделения и разграничения основных понятий, относящихся к этой области знаний» (Молотков 1977: 10). Встречаются отличия, как в определении фразеологизма, так и в выделении его признаков, что часто приводит к неоднозначному пониманию того, что входит в предмет исследования фразеологии и что должно остаться за её пределами. На такие отличия в понимании и, следовательно, в определении границ фразеологии, обращает внимание В. М. Мокиенко в начале своей книги “В глубь поговорки“, где он приводит три самых частых подхода:

1) фразелогизмы - это сочетания слов, которые имеют обобщенно-переносное значение, неразложимое на части.

2) это все словосочетания, воспроизводимые в готовом виде, то есть и словосочетания типа: добрый вечер, добрый день, добро пожаловать и т.п.

3) фразеологизмы - это все сочетания слов, которые в процессе коммуникации не создаются, а извлекаются из памяти целиком (Мокиенко 2005: 3).

Подобный разнобой отмечает и Гана Српова в своей статьеFrazeologie a idiomatika v žurnalistickém diskursu (Srpová 2003: 135), которая решает эту проблему тем, что приводит определение из энциклопедического словаря чешского языка: «kombinace minimálně dvou prvků, z nichž některý (popřípadě žádný) nefunguje stejným způsobem v žádné jiné kombinaci, resp. vyskytuje se v takové funkci pouze ve výrazu jediném, popřípadě pouze v několika málo» ( Цит. по Srpová 2003: 136). Это определение несколько расширено в книге Ф. Чермака “Idiomatika a frazeologie češtiny“: «frazeologizmus je ustálené a reprodukovatelné spojení slov, popřípadě jiných jednotek, jehož význam je zpravidla (zčásti nebo zcela) neodvoditelný z významu jeho složek a které je svou povahou víceméně jedinečné v tom smyslu, že některá z jeho složek (popř. žádná) stejným způsobem v jiném spojení nefunguje, popřípadě se vyskytuje pouze ve výrazu jediném» (Čermák 1982: 17).

В качестве основных признаков фразеологизма Ф. Чермак приводит:

1) воспроизводимость, устойчивость, целостность, известность; 2) раздельнооформленность, идиоматичное значение компонента; 3) неизменяемость компонента, парадигматическую связанность; 4) идиоматичность, эквивалентность слову, образность, экспрессивность (однако, в одной из позднее написанных работ Ф. Чермак признаёт, что современная фразеология от теории эквивалентности фразеологизма слову уже отказалась).

Согласно определению Н. М. Шанского, который основной задачей определения понятия фразеологизм считал его чёткое ограничение от слов, с одной стороны, и, с другой стороны, от свободных словосочетаний:

«Фразеологический оборот - это воспроизводимая в готовом виде языковая единица, состоящая из двух или более ударных компонентов, фиксированная по своему значению, составу и структуре» (Шанский 1985: 12).

Фразеологический оборот всегда состоит из одних и тех же компонентов, тесно связанных между собой как часть целого и располагающихся друг за другом в строго установленном порядке. Они представляют собой такие языковые единицы, которые, при определенной смежности их со словами и свободными сочетаниями слов, имеют определенный, только для них характерный набор дифференциальных признаков:

1) это готовые языковые единицы, которые не создаются в процессе общения, а извлекаются из памяти целиком;

2) это языковые единицы, для которых характерно постоянство в значении, составе и структуре (аналогично отдельным словам);

3) членимые образования, компоненты которых осознаются говорящими как слова (Там же).

Итак, качестве самых важных свойств фразеологизма можно привести его относительную устойчивость и воспроизводимость, о которых упоминает уже Н. М. Шанский, раздельнооформленность которая определяется как способность состоять как минимум из двух слов целостность номинации (по словам Н. Алефиренко «на самом же деле сама фразема нуждается в том, чтобы в речи её стремились воспринимать как целостное языковое образование» (Алефиренко 2008: 70). Чаще всего границы фразеологии определяются понятием минимальная фразеологическая единица, которую составляет автосемантическое слово в комбинации с синсемантическим, чаще всего с предлогом (иногда, однако, представляется возможным говорить также о так называемом лексическом фразеологизме - смотри ниже).

К приведённым признакам часто прибавляется ещё идиоматичность, которую раньше определяли как непереводимость фразеологизма на другие языки После обнаружения существования параллелей между фразеологизмами разных языков идиоматичность стали понимать как дословную непереводимость. Некоторые учёные приводят также образность, хотя она свойственна не всем фразеологизмам.

Экспрессивность, которую многие фразеологи считают одним из важнейших признаков фразеологизма, цитированный Н. М. Шанский не приводит, так как «она характерна также отдельным словам » (Шанский1985: 12). С экспрессивностью как одним из признаков фразеологизма мы не встретимся также ни в определении В. Н. Телии: «фразеологический оборот - это выражение, имеющее строение словосочетания или предложения и воспроизводимое в готовом виде» (Телия 1979:10), ни в определении Н. Д. Фоминой и М. А. Бакиной: «семантически целостные устойчивые сочетания слов, воспроизводимые в речи как слова, в готовом виде» (Фомина, Бакина 1985: 3). Такой подход приводит к значительному расширению границ фразеологии. Например, А. П. Мордвинко в своей книгеОчерки по русской фразеологии“ наряду с такими единицами, как дать задний ход или кисейная барышня, в качестве фразеологизмов исследует и такие выражения, как оказать услугу или отдать распоряжение. В отличие от Н.М. Шанского, словацкий фразеолог М. Сотак, который также уделяет внимание отличию фразеологизма и слова, приводит экспрессивность в качестве одного из признаков, который помогает разграничить фразеологизм и слово. Характерно, что из остальных отличий, отмеченных автором, три связаны с экспрессивностью. Речь идёт о: 1) большей силе выражения как такового; 2) оценке; 3) образности (по мнению проф. В. М. Мокиенко, именно напряжение между прямым и переносным значением фразеологизма создаёт экспрессивность);4) ориентации на жизненные ситуации, важные для человека; 5) устойчивости (Сотак 1989: 15).

Важность экспрессивности как признака фразеологизма отмечает и словацкий фразеолог Й. Млацек, который в своей работе “Slovenská frazeológia“ показывает отличия фразеологизма и нефразеологического словосочетания. Поэтому можно согласиться с мнением проф. Мокиенко, который считает экспрессивность категориальным признаком фразеологизма. В. Флайшер подходит к проблеме экспрессивности несколько с иной стороны и называет выражение экспрессии основной функцией фразеологизма.

После рассмотрения перечисленных выше признаков мы принимаем определение фразеологизма В. М. Мокиенко, которым мы будем пользоваться в нашей работе: фразеологическая единица - это «относительно устойчивое, воспроизводимое, экспрессивное сочетание лексем, обладающее (как правило) целостным значением» (Мокиенко 1989: 5). Хотя незаменимость компонентов иногда приводится среди основных признаков фразеологизма, более детальные, прежде всего диахронные исследования показывают, что в связи с фразеологизмами можно в некоторых случаях говорить о их моделируемости и о некоторых заменах компонентов.
1.2. Понятия фразеологическая единица, фразема, фразеологизм
Понятие фразеологическая единица в русскую фразеологию ввёл В. В. Виноградов, который, как уже было сказано, считается основоположником русской фразеологии. Введённое Виноградовым понятие распространилось также в других, исследуемых нами языках. Понятие фразема возникло по аналогии с такими лингвистическими понятиями как фонема, лексема и его преимуществом является его системность (в чешской лингвистике его выдвинул Ф. Чермак). Эти три понятия фразеологическая единица, фразема, фразеологизм, большинством учёных, за редкими исключениями (Й. Млацек) считаются синонимами. Кроме того во фразеологической литературе можно встретиться с понятиями: фразеологический оборот, устойчивое сочетание слов, устойчивый словесный комплекс, идиома, идиоматизм ( по: Хлебда 2007: 106).
1.3. Классификация фразеологизмов
В процессе развития теоретических исследований во фразеологии было создано множество классификаций фразеологических единиц по разным критериям.

Одной из первых, до сих пор часто употребляемой и цитированой классификацией является разделение фразеологического состава языка на три типа оборотов по степени семантической слитности ФЕ. Автором этой классификации был В. В. Виноградов: Фразеологические сращения - ФЕ «значение которых совершенно независимо от их лексического состава, от значений их компонентов, и так же условно и произвольно, как значение немотивированного слова-знака» (Виноградов 1977: 121). В качестве примера фразеологического сращения можно привести ФЕ как пить дать - ‘наверняка, обязательно’ или собаку съесть-‘приобрести большой навык, умение в каком-либо деле'.

Вторую группу составляют фразеологические единства, в которых, по словам Виноградова, «целостное значение мотивировано, являясь произведением, возникающим из слияния значений лексических компонентов» (Виноградов 1977: 131). Это, например, ФЕ совать палки в колёса кому- ‘значительно мешать какому-либо делу’.

Последняя группа - фразеологические сочетания - это «тип фраз, образуемых реализацией несвободных значений слов, в которых слово с несвободным значением допускает синонимическую подстановку и замену, идентификацию» (Виноградов 1977: 137-8). Пример: белое золото -‘хлопок’ (цит по: MC 2008: 21 - 22).

Классификациями, которые чаще всего встречаются у разных авторов, являются классификации фразеологизмов в соответствии с функцией в предложении. Выделяются глагольные, именные, наречные фразеологизмы, сравнения и фразеологизмы с конструкцией предложения (Складана, Чермак и др.), которые иногда получают свои названия. Так, Й. Млацек фразеологизмам с конструкцией предложения присваивает название fráza, глагольные фразеологизмы называет термином zvrat , а именные ФЕ термином výraz (Млацек 1984:76-78).

С этой классификацией отчасти связана классификация фразеологизмов по их функции, где Й. Млацек различает четыре типа фразеологических единиц:



  1. frazeologizmy s nominatívnou - pomenovávacou funkciou - сюда входят все фразеологизмы за исключением fráz,

  2. frazeologizmy s komunikatívnou a výpovednou funkciou,

  3. frazeologizmy s nominatívno-komunikatívnou funkciou,

  4. frazeologizmy, ktoré nemajú zreteľnú ani komunikatívnu, ani nominatívnu funkciu - напр.: beda prebeda, nevýdali - neslýchali (Млацек 1984:79-80).

Я. Складана выделяет на основе включения фразеологизмов в контекст две группы фразеологизмов: а) kontaktové - фразеологизмы, которые включаются в контекст – например: dať chrbát komu; в) nekontaktové - фразеологизмы, которые включаются в контекст без изменений, напр.: dnes zajtra (Skladaná 1993:75).

Существовали также попытки разделить фразеологический фонд языка на фразеологизмы нейтральные и экспрессивные, но поскольку, как мы отметили выше, экспрессивность является категориальным свойством фразеологизма, эта классификация не очень оправдана.

Фразеологический фонд языка можно также разделить со стилистической точки зрения: на фразеологию книжную и разговорную, литературную и нелитературную.

Поскольку в нашей работе мы сосредоточимся на сопоставлении присутствия некоторых групп фразеологизмов в разных языках, причём разделение исследуемых фразеологизмов на группы будет производиться на основе диахронных критериев, то для нас важными являются диахронные классификации.

Несмотря на то, что, как уже было сказано, историческая фразеология пока мало разработана, попытки той или иной классификации фразеологизмов по их происхождению встречаются довольно часто и первые появились довольно давно. Произвести этимологическую классификацию русских фразеологизмов пытался уже С. И. Абакумов в сороковых годах XX века.

Самое важное, простое и частое - это разделение фразеологического фонда того или иного языка на фразеологию исконно русскую и заимствованную. Эта классификация встречается уже у авторов Н. Д. Фомина, М. А. Бакина (Фомина, Бакина 1985:23, также Млацек 1984: 83-87). Исконно русский фразеологизм - это, по определению Н. М. Шанского: «такое устойчивое сочетание слов, которое в качестве воспроизводимой языковой единицы или возникло в русском языке, или унаследовано им из более древнего источника» (Шанский 1985: 89). Н. Д. Фомина и М. А. Бакина приводят в качестве примера источника исконно русской фразеологии русский быт, верование, фольклор, устное народное творчество, а в качестве примера фразеологизмов - ФЕ при царе Горохе, сказка про белого бычка. Следующим источником, по мнению этих авторов, являются пословицы (пожалел волк кобылу, бабушка надвое сказала), профессиональную речь ремесленников (без сучка без задоринки, два сапога пара, сесть на мель) и литературу (человек в футляре). Однако при попытке классифицировать исконные фразеологизмы того или иного языка учёные часто сталкиваются с большими проблемами, возникшие классификации неоднозначны. По мнению большинства фразеологов, исконные фразеологизмы составляют большую часть фразеологии данного языка (однако, по подсчётам, произведённым проф. В. М. Мокиенко на материале словаря сравнений славянских языков, более 40 процентов фразеологизмов, приведённых в данном словаре, имело общеевропейскую основу - (по Mokijenko: 2007: 362).

Заимствованные фразеологизмы

Заимствованные фразеологизмы Н. Д. Фомина и М. А. Бакина характеризируют как «устойчивые сочетания, крылатые выражения, пришедшие в русский язык из других языков» (Фомина, Бакина 1985: 25). Авторы разделяют группу заимствованных фразеологизмов на две группы: первая группа - заимствования из славянских языков, вторая - заимствования из языков неславянских. С точки зрения нашей работы, группа заимствованных фразеологизмов представляет особый интерес прежде всего потому, что, как верно замечает Я. Складана,: «в этой группе важно выделить, каковы исторические связи фразеологии данного языка с фразеологизмами других языков» (Складана 2005: 823).

Следующая важная с нашей точки зрения классификация: разделение фразеологизмов на интернациональные и неинтернациональные.

Итнернациональные фразеологизмы - это, по определению Я. Складаной, «фразеологизмы, которые используются в нескольких мировых языках (т.е. не только в двух), родственных и неродственных, и источниками которых являются христианство (прежде всего Библия), античная история и литература, античная мифология, мировая общественная история и литература» (Складана 2005: 824). Однако, что касается приведённых в определении источников, оказывается, что такое определение намного сужает понятие интернационального фразеологизма, не учитывая возможности появления сходных фразеологизмов в разных языках независимо друг от друга. Я. Складана такую возможность признаёт: «тождественность содержательной основы и выразительной основы ФЕ, тождество мотивации, переноса значения и т.п. необязательно возникают в результате заимствования ФЕ из одного языка в другой; это может быть результатом подобной реакции человека на импульсы окружения, на одинаковые или подобные природные условия, климатические условия и т.п. (Там же: 825). Однако, возникшие таким образом фразеологизмы автор интернациональными не считает, ссылаясь на то, что среди них много отличий. На наш взгляд, некоторые отличия встречаются также среди фразеологизмов из приведённых источников интернационализмов, поэтому эти фразеологизмы можно признать интернациональными в одинаковой мере. Ведь уже Н. Д. Фомина и М. А. Бакина в начале своей книги отмечают, что «существует большое количество фразеологизмов, которые сходны по своему значению и по образной структуре в различных языках. Можно говорить о общеевропейском фонде фразеологизмов, который обусловлен близкими или одинаковыми культурно-историческими условиями жизни народов» (Фомина, Бакина 1985: 9). Общий фонд европейских фразеологизмов признают также автори словаря современного словацкого языка, которые при слове «europeizmus“ приводят, что к европеизмам относятся также некоторые фразеологизмы (цит по: Ligoš 2007: 334).

Тот же недостаток наблюдается и у другого определения понятия интернациональных ФЕ, которое также работает с понятием общего источника. По словам М. Янковичовой, интернациональные ФЕ - это фразеологизмы, которые «имеют общее происхождение, обладают общей семантикой, и встречаются в разных - родственных и неродственных языках» (Янковичова 2001:421). В целях уточнения мы это определение несколько изменил и интернациональными фразеологизмами (посколько целью нашей работы является именно определение статуса интернациональности ФЕ) будем считать те фразеологизмы, которые имеют свои эквиваленты в нескольких родственных и неродственных языках. Дефиниция М. Янковичовой продолжается словами: «Их источниками являются: 1) античная литература и мифология; 2) Библия или какой - либо другой церковно - книжний источник....»(Янковичова 2001: 421).

Классификация фразеологических интернационализмов (как и классификация фразеологизмов вообще) часто работает именно с этими источниками. Она, в зависимости от источника, более или менее подробна и содержит от двух (В. М. Мокиенко) до четырёх (М. Янковичова) групп фразеологических интернационализмов. В нашей работе мы будем пользоваться классификацией Л. Степановой, выделяющей три основных группы фразеологизмов:

1) генетические интернационализмы

К генетическим интернационализмам относятся ФЕ, восходящие к общему для европейских народов культурно-историческому источнику - Библии и античным мифам, где уже невозможно определить путь миграции конкретных оборотов из одного языка в другой. К генетическим интернационализмам относятся также кальки и полукальки. Следовательно, генетические интернационализмы можно разделить на три подгруппы:

1) библейские фразеологизмы,

2) античные фразеологизмы,

3) кальки и полукальки (Степанова 2004: 248, Степанова 1995: 67-68).

В более подробных классификациях к группе генетических фразеологизмов прибавляются фразеологизмы, возникшие на основе всемирной литературы, истории и сказок.

2) типологические интернационализмы: это «сходные фразеологизмы, которые возникли в разных языках независимо друг от друга в силу сходных экономических и культурных условий. Это, прежде всего, фразеологические параллели, отражающие наблюдения над окружающим миром. К этому разряду можно отнести также ФЕ, построенные по общей для нескольких языков структурно -семантической модели» (Степанова 2004: 247).

3) универсалии на концептуальном уровне: это фразеологизмы, отражающие сходные представления европейских народов об окружающем мире, но облаченные часто в очень разную форму (Степанова 2004: 248, Степанова 1995: 67-68).

При рассмотрении эквивалентов того или иного фразеологизма в разных языках эти группы часто сливаются и переплетаются. Так, например, как уже было сказано, библейские и античные фразеологизмы являются в большинстве случаев кальками; если рассмотреть ряд некоторых универсалий на концептуальном уровне в большой группе языков, среди них можно выявить типологические интернационализмы и кальки.

В качестве примера приведём фразеологизмы межъязыковой модели убить + животное = обмануться в расчётах при выборе, приобретении. В русском языке эту модель представляет фразеологизм убить бобра, в украинском лиса зловити, в чешском kozla odřít и, например, в польском, фразеологизм zlapać zajaca. В словацком языке эквивалентом является ФЕ streliť capa, которая, по мнению словацкого лексикографа П. Тврдого, является калькой с немецкого.

В фразеологическом ряду пьяный как + представитель какой-то профессии, ФЕ которого представляют, по словам проф. В. М. Мокиенко, субъективную оценку представителей определённых профессий непрофессионалами (Мокиенко 2005: 39), обнаруживается сходство немецкого фразеологизма trinkt wie ein Bürstenbinder и чешского pije jako štětkář, которые поэтому являются, как минимум, типологическими интернационализмами, если чешский фразеологизм не является калькой с немецкого.

  1   2   3   4   5   6   7   8


База данных защищена авторским правом ©bezogr.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница